Административное дело № 2а-3075/17 

публиковать

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

23 ноября 2018 года г. Ижевск

Первомайский районный суд г. Ижевска Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Дергачевой Н.В., 

при секретаре Шергиной В.Н.

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному иску ФИО1 к Межрайонной ИФНС России №9 по УР, заместителю руководителя Межрайонной ИФНС России №9 по УР ФИО2 о признании незаконными решения №2327 от 15.05.2018г. о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, доначислении налога на доходы физических лиц,

УСТАНОВИЛ:

В суд обратилась ФИО1 с административным исковым заявлением к Межрайонной ИФНС России №9 по УР (далее – МРИ ФНС РФ №9 по УР, Инспекция), заместителю руководителя Межрайонной ИФНС России №9 по УР ФИО2 о признании незаконным решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, доначислении налога на доходы физических лиц. В обоснование заявленных требований указано, что по результатам камеральной налоговой проверки по налогам и сборам Инспекцией вынесено решение №2327 от 15.05.2018г. о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, доначисления налога в общей сумме 945 004 руб., штрафа в общей сумме 182 000 руб., пени в общей сумме 73 852,687 руб. Не согласившись с оспариваемым решением, налогоплательщик обжаловал его в порядке, предусмотренном ст. ст. 101.2., 139-141 НК РФ, в вышестоящий налоговый орган. Управлением ФНС по УР было вынесено решение об отмене оспариваемого решения в части доначисления сумм налога на доходы физических лиц в размере 35 004 руб., соответствующих сумм штрафа и пени, в остальной части в удовлетворении жалобы было отказано.

Считают, что вывод налогового органа о неправомерности включения в состав затрат расходов, по внесению вступительного членского взноса в НП «Благоустройство коттеджного поселка Пестово» в размере 7 000 000 рублей, не обоснован в связи с тем, что не учтена роль указанного взноса при заключении договора инвестирования и его направленность, поскольку строительство односемейного жилого дома осуществляется Генеральным инвестором ООО «Пестово» на средства, внесенные ФИО1, выступающей в качестве Инвестора. На основании договора инвестирования, Устава НП «Благоустройство коттеджного поселка Пестово», а так же правоприменительной практики, оплата вступительного взноса является не только существенным условием договора, по которому осуществляется строительство приобретаемого Инвестором дома, но и условием его непрерывного строительства, окончание которого возможно только при соблюдении его членами описанных положений. Вступительные членские взносы, вносимые жителями коттеджного поселка направлялись именно на застройку инженерных коммуникаций, а именно сетей электро-, водо- и газоснабжения и канализации, указанные расходы напрямую относятся к фактическим расходам на новое строительство либо приобретение на территории Российской Федерации жилого дома или доли (долей) в нем, перечень которых установлен статьей 220 НК РФ. Cамостоятельное подключение к сетям ресурсоснабжающих организаций повлекло бы для Административного истца несение неимоверно больших расходов, не соотносимых по стоимости с расходами по строительству дома в целом

Налоговым органом не была дана надлежащая оценка доводам Налогоплательщика, касающимся того факта, что доход от продажи жилого дома и земельного участка, расположенных в КП «Пестово», не подлежит включению в состав налогооблагаемой базы по НДФЛ. Взносы, направленные на строительство дома и инженерной инфраструктуры поселка, были выплачены ФИО1 в полном объеме 29.12.2012 года, оплата по предварительному договору купли-продажи земельного участка так же была произведена в полном объеме 29.12.2012 года. Тот факт, что регистрация дома была произведена лишь 27.10.2016 г., а земельного участка 13.10.2015 г. не свидетельствует о том, что право собственности Налогоплательщика в отношении указанных объектов возникло именно в этот период. При заключении договора инвестирования налогоплательщик рассчитывал на то, что дом будет построен до 28.02.2013 года. Дом был построен в сроки, то есть 28.02.2013 года, однако акт приема-сдачи дома, подписан ФИО1 не был, так как застройщиком были допущены существенные отклонения от проектной документации и условий договора инвестирования. Несмотря на указанные обстоятельства, ФИО1 вселилась в построенный дом сразу после его сдачи и проживала в нем с 28.02.2013 г. вплоть до самой его продажи. В связи с отказом налогоплательщика подписать акт приема-сдачи выполненных работ, генеральный инвестор, в свою очередь, отказался заключать договор купли-продажи земельного участка, расположенного под домом, как того требовал предварительный договор купли-продажи земельного участка № 70-КПЗ от 30.11.2012 г., что послужило основанием для обращения ФИО1 к ООО «Пестово» с исковым заявлением о понуждении к заключению договора купли-продажи земельного участка, а впоследствии и с исковым заявлением о расторжении договора инвестирования и возмещении убытков. Право собственности на построенный дом было зарегистрировано лишь 27.10.2016 года, а на земельный участок 13.10.2015 года. Налогоплательщик полагает, что право собственности на застраиваемый дом и земельный участок, перешло к Налогоплательщику именно с 28.02.2013 г., в силу чего включение дохода от продажи названных объектов в налогооблагаемую базу по НДФЛ за 2016 год необоснованно.

Налоговым органом при проведении проверки, не было учтено так же и то обстоятельство, что покупка дома и земельного участка, с учетом расходов на его строительство была произведена 29 декабря 2012 года, по курсу доллара, установленному п. 3.7 Договора инвестирования и равному 31,0565 руб. за 1 $ за общую сумму – 27 930 029 рублей, что эквивалентно 899 329,58 $, реализация которых была произведена 14 ноября 2016 года по курсу доллара, установленному ЦБ РФ (banki24.by) и равному 65,2167 руб. за 1 $ за общую сумму - 30 000 000 рублей, что эквивалентно 460 004,88 $. Таким образом, продажа принадлежавших Налогоплательщику объектов недвижимости, была произведена с убытком в размере 439 324,69 $, что эквивалентно сумме 28 651 306,51 руб. (по курсу доллара на дату продажи объектов), в связи с чем, в данной ситуации не может быть и речи о доходе, подлежащим обложению НДФЛ.

Просит признать решение Межрайонной инспекции ФНС России № 9 по Удмуртской Республике, вынесенное по результатам выездной налоговой проверки № 2327 от 15 мая 2018, в части выводов о неправомерности включения Налогоплательщиком в состав затрат расходов по внесению вступительного членского взноса в НП «Благоустройство коттеджного поселка Пестово» в размере 7 000 000 рублей, и доначисления налога на доходы физических лиц в размере 910 000 руб., соответствующих сумм штрафа и пени, незаконным и недействительным как не соответствующее Налоговому кодексу РФ

В ходе рассмотрения дела к участию в деле в качестве заинтересованного лица привлечено Управление ФНС России по Удмуртской Республике.

В судебном заседании представитель административного истца ФИО3 поддержала доводы административного иска, письменных пояснений, из которых следует, что членские взносы уплачиваемые жильцами, направляются не только на содействие благоустройству КП Пестово, но и самое главное на застройку инженерных коммуникаций в поселке с обеспечением возможности подключения домов к инженерным мощностям, что напрямую следует из положений п. 1.4. Договора инвестирования. Выделенные Инспекцией из общего контекста Устава и договора инвестирования фразы, не должны быть положены в обоснование его позиции, в силу того, что в результате комплексного толкования норм Устава и договора следует, что вступительный членский взнос вносится не только с целью приобретения статуса члена Партнерства, но и с целью аккумулирования денежных средств вносимых в качестве членских взносов, с последующим направлением их на строительство инженерных коммуникаций и поддержание их в исправном состоянии. Налогоплательщик полагает, что к указанным взаимоотношениям подлежат применению нормы ЖК РФ, касающиеся жилищно-строительных кооперативов, так как указанное некоммерческое партнерство и застройщик ООО «Пестово» представляют собой по аналогии именно такую форму обеспечения физических лиц жильем, а так же создания и управления общим имуществом коттеджного поселка. Относительно позиции налогового органа, касающейся того, что, становясь членом партнерства, новый член приобретает право на покупку жилья в пределах поселка без внесения соответствующего взноса, необходимо отметить следующее. 12.12.2012 года ФИО1 на счет НП «Благоустройство коттеджного поселка Пестово» был перечислен вступительный членский взнос в размере 7 000 000 рублей. При покупке и строительстве жилого дома № 180 административным истцом так же вносился вступительный членский взнос в размере 7 000 000 руб. Таким образом, внесение вступительного членского взноса неразрывно связано со строительством жилых домов в коттеджном поселке Пестово, в связи с чем, доводы налогового органа о необоснованности включения указанных затрат в состав расходов, связанных с приобретением и строительством жилого дома в связи с отсутствием взаимосвязи между строительством жилого дома и внесения вступительного членского взноса, являются необоснованными. Нормативное регулирование учета поступающих взносов позволяет отделить их от иных средств Ассоциации, и позволяет не рассматривать их как плату за что-либо, а напротив отграничить данные средства и определить их направленность, в данном случае направленность на создание общего имущества членов Ассоциации, в том числе объектов инфраструктуры, и обеспечение последующего проведения его капитального ремонта. Дополнительно необходимо отметить, что такой термин как благоустройство коттеджного поселка Пестово необходимо рассматривать как поддержание общего имущества членов Ассоциации в надлежащем состоянии.

В судебном заседании представитель административного истца Лукин П.А. поддержал доводы административного иска, представил письменные возражения, согласно которым просит решение налогового органа отменить. В период проведения налоговой проверки, согласно ответа Ассоциации собственников «Благоустройство коттеджного поселка «Пестово» от 19.04.2018г. Ассоциация передает Генеральному инвестору собственные или привлеченные средства (инвестиции) в целях строительства инженерных коммуникаций и объектов инфраструктуры коттеджного посёлка «Пестово», а Генеральный инвестор обеспечивает их строительство и сдачу в эксплуатацию, к собственным привлеченным денежным средствам относятся членские взносы, вносимые собственниками жилых домов, расположенных на территории коттеджного посёлка «Пестово». Согласно правовой позиции изложенной в Определении Конституционного Суда РФ от 16.07.2013 N 1220-0, Письма ФНС Минфина РФ от 24.12.2013г. № СА-4- 7/23263 «Обзор практики рассмотрения налоговых споров Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, Верховным Судом Российской Федерации и толкование норм законодательства о налогах и сборах, содержащееся в решениях Конституционного Суда Российской Федерации за 2013 год» тот факт, что законодатель не предусмотрел перечень конкретных расходов, связанных с приобретением квартиры, которые могут быть учтены налогоплательщиками при определении размера налоговой базы, нельзя рассматривать как ограничение их прав. Такое регулирование направлено на предоставление налогоплательщикам возможности в каждом конкретном случае, исходя из особенностей их экономической деятельности, учесть любые необходимые фактически произведенные и документально подтвержденные расходы, связанные с приобретением в собственность жилой недвижимости, с учетом многообразия видов таких расходов,.» В этой связи, налоговый орган должен был включить указанную выше сумму: 7’000’000 рублей в состав расходов, связанных с приобретением истцом недвижимости, поскольку такие расходы были направлены, в том числе, па строительство и эксплуатацию инженерных коммуникаций для жилого дома (сети: водопровода, водоотведения, газопровода, электроснабжения и другое), то есть на системы жизнеобеспечения жилого дома.

В судебном заседании представитель административного ответчика МРИ ФНС РФ №9 по УР ФИО4., действующая на основании доверенности, возражала относительно удовлетворения заявленных требований, ссылаясь на доводы, изложенные в письменных отзывах, приобщенных к материалам дела. В соответствии с указанными отзывами, налоговый орган не согласен с утверждением административного истца о том, что объекты недвижимости находились в собственности налогоплательщика с 2013 года, поскольку в соответствии с пунктом 1 статьи 131 ГК РФ право собственности на недвижимые вещи, его возникновение, переход и прекращение подлежит государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней. Согласно сведениям о государственной регистрации объектов недвижимости, налогоплательщик приобрел право собственности на земельный участок 13.10.2015, приобрел право собственности на жилой дом 27.10.2016, утратил право собственности на вышеуказанные объекты недвижимости 14.11.2016, то есть период нахождения имущества в собственности налогоплательщика составила менее трех лет. Из документов камеральной налоговой проверки следует, что расчеты между налогоплательщиком и его контрагентами при приобретении имущества в 2012 году и при продаже имущества в 2016 году производились в рублях, а не в долларах. При этом, НК РФ не предусмотрен перерасчет налоговой базы по НДФЛ в связи с изменением курса иностранной валюты по отношению к рублю. В уточненной налоговой декларации по НДФЛ за 2016 год (корректировка 1), представленной 18.10.2017 налогоплательщик самостоятельно заявляет о доходе, полученном с продажи спорного объекта недвижимости, Инспекция же соглашается с заявленным доходом. Таким образом, довод Административного истца о получении налогоплательщиком убытка в результате сделок по приобретению и продаже объектов недвижимости не состоятелен. По доводам административного истца о правомерности заявленных расходов на вступительный членский взнос в некоммерческое партнерство. Как следует из пунктов 5.2, 6.1.7, 7.9 Устава Партнерства лицо в результате внесения вступительного членского взноса приобретает не права на жилой дом, а статус и права члена Партнерства, в том числе, право на пользование благами, создаваемыми Партнерством для его членов, право на приобретение имущества на территории Поселка без повторной уплаты вступительного взноса в Партнерство, право получать в случае ликвидации Партнерства часть его имущества. При этом, Уставом не установлено, что продажа жилого дома влечет выход члена из Партнерства. Таким образом, членские взносы, уплаченные ФИО1, понесены на приобретение статуса члена Партнерства и имущественных прав, возникающих в результате такого членства, при этом членские взносы расходуются не на приобретение (строительство) жилого дома, а на благоустройство поселка. Из содержания административного искового заявления, а также материалов камеральной налоговой проверки, не следует, что Истец вышел из Партнерства в связи с продажей жилого дома и земельного участка. При этом, налогоплательщик с 13.10.2015 по настоящее время в том же населенном пункте имеет в собственности земельные участки. Следовательно, расходы налогоплательщика в виде вступительного членского взноса в Партнерство не связаны неразрывно с приобретением (строительством) конкретного жилого дома и неправомерно заявлены налогоплательщиком в составе расходов, уменьшающих налоговую базу по НДФЛ. Включение условия об уплате вступительного взноса в договор инвестирования от 30.11.2012 № 70-ИП в рассматриваемом случае не имеет правового значения. Инспекция считает решение № 2327 от 15.05.2018 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, вынесенное по результатам камеральной налоговой проверки, законным и обоснованным, в удовлетворении требований ФИО1 просит отказать в полном объеме.

Представитель административного ответчика ИФНС №9 по УР, она же представитель заинтересованного лица Управления ФНС России по УР ФИО5 в судебном заседании также поддержала доводы, изложенные в письменных возражениях на административный иск, просила в его удовлетворении отказать. Указала, что из представленного налогоплательщиком ответа Ассоциации собственников земельных участков по содействию в благоустройстве коттеджного поселка Пестово от 19.04.2018 №53-к/18-исх. следует, что членские взносы расходуются на благоустройство Поселка, строительство и эксплуатацию инженерных коммуникаций, дорог и инфраструктуры поселка и т.п. В отношении довода заявителя о том, что членские взносы помимо благоустройства поселка направляются также на застройку инженерных коммуникаций, необходимо отметить, что п. 3.2. договора инвестирования № 70-ИП в объем инвестиций в сумме (13 961 591,81 руб.) уже включена стоимость, в т.ч. инженерных коммуникаций от магистральных внутрипоселковых инженерных коммуникаций до дома, возведение оградительных конструкций участка и прочие расходы, необходимые для строительства дома и ограждения. Согласно подпунктам 1,3 пункта 3 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации потребительские кооперативы (в т.ч. жилищные кооперативы) и некоммерческие партнерства являются отдельными видами некоммерческих организаций, имеющих различные организационно- правовые формы. Соответственно, на некоммерческие партнерства не могут распространяться нормы закона, относящиеся только к жилищным кооперативам. Ссылка в пояснениях адвоката Лукина П.А. на позицию, изложенную в Определении Конституционного суда Российской Федерации от 16 июля 2013 г. № 1220-0 в данном случае не может быть применена, поскольку выводы судов основаны на иных обстоятельствах.

В судебное заседание не явилась административный истец ФИО1, административный ответчик - заместитель руководителя Межрайонной ИФНС России №9 по УР ФИО2 о времени и месте судебного заседания, каждый в отдельности, извещены надлежащим образом, представили заявления о рассмотрении дела без их участия. 

Выслушав доводы сторон, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, представленные сторонами доказательства, письменные возражения, суд приходит к следующему.

Настоящее административное дело подлежит рассмотрению в порядке главы 22 Кодекса об административном судопроизводстве РФ - производство по административным делам об оспаривании решений, действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих, поскольку заявителем оспаривается решение представителя органа государственной власти – должностного лица.

В соответствии с п.1 ст.219 КАС РФ административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов, если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения. 

Как следует из материалов дела, оспариваемое решение №2327 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения вынесено Инспекцией 15.05.2018 года. 

Данное решение было обжаловано налогоплательщиком в вышестоящий налоговый орган.

Решением УФНС по УР от 13.07.2018г. отменено обжалуемое решение в части доначисления НДФЛ в размере 35004 рублей, соответствующих сумм штрафа и пени, в остальной части в удовлетворении жалобы отказано.

На основании ст. 101.2 п. 5 НК РФ решение о привлечении к ответственности за налоговое правонарушение или решение об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения может быть обжаловано в судебном порядке только после обжалования этого решения в вышестоящем налоговом органе. В случае обжалования такого решения в судебном порядке срок для обращения в суд исчисляется со дня, когда лицу, в отношении которого вынесено это решение, стало известно о вступлении его в силу.

Таким образом, поскольку ФИО1 обжаловала решение МРИ ФНС РФ №9 по УР от 15.05.2018г. в апелляционном порядке, 13.07.2018г. вынесено решение УФНС РФ по УР, настоящее заявление подано в суд 28.08.2018г. (согласно штампу входящей корреспонденции приемной суда), с учетом норм п.5 ст.101.2 НК РФ, п.1 ст.219 КАС РФ, административным истцом трехмесячный срок для обращения в суд не пропущен. 

Судом установлено, что налогоплательщик ФИО1 состоит на учете в МРИ ФНС РФ №9 по УР, ИНН 

<

***>, является плательщиком налога на доходы физических лиц.

10.05.2017 налогоплательщиком ФИО1 представлена налоговая декларация по НДФЛ за 2016 год (форма 3-НДФЛ).

18.10.2017 налогоплательщиком представлена уточненная налоговая декларация по НДФЛ за 2016 год (форма 3-НДФЛ), номер корректировки 1.

Согласно представленной уточненной налоговой декларации 3-НДФЛ за 2016 год налогоплательщик: 

- заявила социальный налоговый вычет за лечение,

- заявила имущественный налоговый вычет по затратам на приобретение жилого дома и земельного участка, находящихся по адресу: 

<

адрес>

- отразила доход от продажи земельного участка, расположенного по адресу: 

<

адрес>,, находящихся в собственности менее 3-х лет.

- отразила доход от продажи жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, находящихся в собственности менее 3-х лет.

По данным представленной ФИО1 декларации по налогу на доходы физических лиц за 2016 год общая сумма дохода составил 31473300.00 руб., сумма расходов и налоговых вычетов – 31324629.00 руб. Облагаемая сумма дохода 148671 руб. Общая сумма налога, исчисленная к уплате – 19327 руб., сумма налога, удержанная налоговым агентом – 12379 руб.

Сумма налога на доходы к уплате в бюджет за 2016 год по данным уточненной декларации составляет 6948 руб.

Камеральная налоговая проверка проведена в период с 18.10.2017 по 18.01.2018 г.

По результатам камеральной налоговой проверки составлен Акт налоговой проверки №34722 от 24.01.2018, в соответствии с которым установлено необоснованное занижение налога на доходы физических лиц в размере 1170651 руб. подлежащий к уплате в бюджет за 2016 г., так как неправомерно завысила сумму расходов по приобретению жилого дома с земельным участком.

По результатам рассмотрения Акта и других материалов налоговой проверки, заместителем начальника Инспекции ФИО2. вынесено оспариваемое решение от 15.05.2018 №2327 о привлечении ФИО1 к ответственности за совершение налоговых правонарушений, предусмотренных ст. 210, п.1 ст. 75, п. 1 ст. 122 Налогового Кодекса Российской Федерации в виде штрафа 182 000 рублей, налогоплательщику предложено уплатить недоимку по налогу 945 004 рублей, соответствующие пени 73 952,67 рублей. Общий размер налогов, штрафов, пеней, подлежащих уплате на основании решения Инспекции от 15.05.2018 № 2327, составил 1 200 956,67 рублей.

Административный истец, не согласившись с принятым решением Инспекции, реализуя право, предусмотренное статьей 101.2 Кодекса, обратился в Управление Федеральной налоговой службы по Удмуртской Республике с апелляционной жалобой.

Управление Федеральной налоговой службы по Удмуртской Республике, рассмотрев материалы жалобы, исследовав и оценив доводы Заявителя, отменила обжалуемое решение в части доначисления НДФЛ в размере 35004 рублей, соответствующих сумм штрафа и пени, в остальной части в удовлетворении жалобы отказано.

16.07.2018 письмом за № 10-17/18412 Инспекцией направлен перерасчет сумм штрафа и пени в соответствии с решением Управления ФНС России №9 по Удмуртской Республике.

Налогоплательщиком в 2016 году получен доход от продажи жилого дома с земельным участком по адресу: 

<

адрес> в размере 30 000 000 рублей.

Основанием для доначисления НДФЛ послужил вывод Инспекции о неправомерности уменьшения налогоплательщиком дохода от продажи вышеуказанных объектов недвижимости на расходы в виде вступительного членского взноса в некоммерческое партнерство.

Установив вышеуказанные обстоятельства, которые сторонами не оспариваются, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, суд полагает, что решение МРИ ФНС России №9 по УР №2327 от 15.05.2018г. в части обжалуемых выводов о неправомерности включения Налогоплательщиком в состав затрат расходов по внесению вступительного членского взноса в НП «Благоустройство коттеджного поселка Пестово» в размере 7 000 000 рублей, и доначисления налога на доходы физических лиц в размере 910 000 руб., соответствующих сумм штрафа и пени является законным и обоснованным, основания считать его незаконным и нарушающим права административного истца судом не установлены.

В силу положений ч.1 ст. 218 КАС РФ гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

При рассмотрении данной категории дел суд проверяет законность решения, действия (бездействия) в части, которая оспаривается, и в отношении лица, которое является административным истцом. При проверке законности решения, действия (бездействия) суд не связан основаниями и доводами, содержащимися в административном исковом заявлении (часть 8 ст. 226 КАС РФ), однако не может по своему усмотрению изменять предмет заявленных требований и оценивать законность того решения, действия или бездействия которое не оспаривается.

Согласно п.1 ч.2 ст. 227 КАС РФ, суд удовлетворяет полностью или в части заявленные требований о признании оспариваемых решения, действия (бездействия) незаконными, если признает их не соответствующими нормативным правовым актам и нарушающими права, свободы и законные интересы административного истца.

Исходя из названных положений следует, что суд удовлетворяет заявленные требования при одновременном наличии двух условий: оспариваемое решение или действие (бездействие) принято либо совершено в нарушение требований закона, а также нарушает права и охраняемые законом интересы заявителя. В ином случае суд отказывает в удовлетворении заявления.

Из материалов дела следует, что Инспекцией в отношении налогоплательщика ФИО1 проведена камеральная налоговая проверка, в ходе которой проведены следующие мероприятия: выставлено уведомление о необходимости обеспечения ознакомления с документами; направлены поручения об истребовании документов у других лиц; направлены запросы о предоставлении документов и информации; использованы документы, полученные в ходе проведения мероприятий. 

Общие положения о налоговом контроле, основания и порядок проведения мероприятий налогового контроля, виды контрольных мероприятий определены главой 14 НК РФ.

Так, в соответствии со ст.82 НК РФ, налоговым контролем признается деятельность уполномоченных органов по контролю за соблюдением налогоплательщиками, налоговыми агентами и плательщиками сборов, плательщиками страховых взносов законодательства о налогах и сборах в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Налоговый контроль проводится должностными лицами налоговых органов в пределах своей компетенции посредством налоговых проверок, получения объяснений налогоплательщиков, налоговых агентов и плательщиков сбора, плательщиков страховых взносов, проверки данных учета и отчетности, осмотра помещений и территорий, используемых для извлечения дохода (прибыли), а также в других формах, предусмотренных настоящим Кодексом.

В соответствии со ст.31 НК РФ, налоговые органы вправе для исполнения возложенных на них обязанностей требовать от налогополательщиков, плательщиков сборов, налоговых агентов представления документов, служащих основаниями для исчисления и уплаты (удержания и перечисления) налогов, сборов, а также документов, подтверждающие правильность исчисления и своевременность уплаты (удержания и перечисления) налогов, сборов, проводить налоговые проверки, вызывать для дачи объяснений налогополательщиков, налоговых агентов, иных лиц, осматривать помещения и территории, осуществлять допросы свидетелей, а также осуществлять иные права, предусмотренные Кодексом.

Мероприятия налогового контроля проведены должностными лицами Инспекции, имеющими право на проведение мероприятий налогового контроля в силу ст.31 НК РФ. Камеральная налоговая проверка в отношении ФИО1 проведена с соблюдением требований ст.ст.88,100 НК РФ.

Доводы административного иска по существу основаны на том, что налоговый орган неправомерно исключил из состава затрат налогоплательщика, уменьшающих налоговую базу, расходы, по внесению вступительного членского взноса в НП «Благоустройство коттеджного поселка Пестово» в размере 7 000 000 рублей.

Анализируя данные доводы, суд приходит к следующему. 

В силу подпункта 2 пункта 2 статьи 220 НК РФ налогоплательщик при определении налоговой базы по НДФЛ в соответствии с пунктом 3 статьи 210 НК РФ вместо получения имущественного налогового вычета в соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 220 НК РФ вправе уменьшить сумму своих облагаемых налогом доходов на сумму фактически произведенных им и документально подтвержденных расходов, связанных с приобретением этого имущества.

Пунктом 1.3 договора инвестирования от 30.11.2012 № 70-ИП, заключенным между инвестором ФИО1 и генеральным инвестором ООО «Пестово», предусмотрено, что существенным условием заключения данного договора является факт оплаты инвестором ФИО1 вступительного взноса в Некоммерческое партнерство «Благоустройство коттеджного поселка Пестово» (далее – Партнерство) в соответствии с Уставом Некоммерческого партнерства в течение 15 календарных дней от даты подписания договора инвестирования.

Административным истцом уплачен вступительный членский взнос в Партнерство в размере 700000 рублей, что подтверждается платежным поручением от 29.12.2012 № 58866119.

Согласно пунктам 3.1, 3.2 Устава Партнерства и письму Ассоциации собственников земельных участков по содействию в благоустройстве коттеджного поселка Пестово от 19.04.2018 № 53-к/18-исх членские взносы членов Партнерства расходуются на благоустройство Поселка, в том числе строительство (эксплуатацию, благоустройство) прудов и набережных, инженерных коммуникаций, внешних и внутренних дорог, инфраструктуры, приобретение и аренду земельных участков.

Как следует из пунктов 5.2, 6.1.7, 7.9 Устава Партнерства лицо в результате внесения вступительного членского взноса приобретает не права на жилой дом, а статус и права члена Партнерства, в том числе право на пользование благами, создаваемыми Партнерством для его членов, право на приобретение имущества на территории Поселка без повторной уплаты вступительного взноса в Партнерство, право получать в случае ликвидации Партнерства часть его имущества. При этом Уставом не установлено, что продажа жилого дома влечет выход члена Партнерства из Партнерства.

Из пункта 4.3 Устава следует, что вступительные, ежеквартальные, целевые взносы членов Партнерства являются источниками формирования имущества Партнерства в денежной и иных формах.

Вступительный членский взнос - это денежные средства, вносимые лицом при вступлении в члены Партнерства.

Таким образом, вступительные и членские взносы - это денежные средства, полученные некоммерческим партнерством на содержание и ведение его уставной деятельности, за счет которых формируется имущество некоммерческого партнерства. Фактически уплата вступительного членского взноса свидетельствует о приобретении лицом статуса члена Партнерства и прямо не связана с приобретением жилого дома.

Из представленного налогоплательщиком ответа Ассоциации собственников земельных участков по содействию в благоустройстве коттеджного поселка Пестово от 19.04.2018 №53-к/18-исх. следует, что членские взносы расходуются на благоустройство Поселка, строительство и эксплуатацию инженерных коммуникаций, дорог и инфраструктуры поселка и т.п.

Ответ Ассоциации собственников земельных участков по содействию в благоустройстве коттеджного поселка Пестово от 15.11.2018г. №228-К/18 не опровергает данных доводов, и не подтверждает, что денежные средства, полученные в качестве вступительного членского взноса в Ассоциацию 7000000 рублей от ФИО1, были направлены в полном объеме именно на строительство, благоустройство принадлежащего ей дома с земельным участком, который как отдельный объект недвижимости впоследствии был реализован и по которому налогоплательщиком заявлены расходы. Отчет о расходовании денежных средств полученных от конкретного лица в качестве вступительного членского взноса в Ассоциацию представить не представляется возможным. 

Каких-либо доказательств, в том числе документально подтвержденных фактов, связанных с направлением членских взносов на проведение работ по благоустройству на территории объекта недвижимости (дома и земельного участка ФИО1) налогоплательщиком не представлены.

Таким образом, членские взносы, уплаченные ФИО1, понесены на приобретение статуса члена Партнерства и имущественных прав, возникающих в результате такого членства, при этом членские взносы расходуются не на приобретение (строительство) жилого дома, а на благоустройство Поселка в целом.

Из содержания административного искового заявления, а также материалов камеральной налоговой проверки, не следует, что Истец вышел из Партнерства в связи с продажей жилого дома и земельного участка.

Кроме того, заявление административного истца о направлении данных расходов (7 000 000 руб.) на строительство и эксплуатацию инженерных коммуникаций для жилого дома (сети: водопровода, водоотведения, газопровода, электроснабжения и другое) не соответствует фактическим обстоятельствам дела.

Так, согласно п. 1.2. договора инвестирования №70-ИП от 30.11.2012 Инвестор (ФИО1) финансирует строительство дома в поселке в объеме, указанном в статье 3 «Объем инвестиций и порядок инвестирования средств в строительство» настоящего договора.

В соответствии с п. 1.4. Договора инвестирования, Генеральный инвестор (за счет финансирования Некоммерческим партнерством) обеспечивает создание магистральных внутрипоселковых инженерных коммуникаций с возможностью подключения к инженерным мощностям, а так же асфальтированного съезда от внутрипоселковой дороги к границам Участка в сроки, согласно внутреннего графика работ по всему поселку в целом. 

Согласно п. 3.2. данного договора в указанный объем инвестиций (п. 3.1. – 13 961 591,81 рублей) включена стоимость: - Эскизного проекта дома;- строительно-монтажных работ по дому, включая стоимость необходимых для строительства оборудования и материалов; - вывоз строительного мусора; - инженерных коммуникаций от магистральных внутрипоселковых инженерных коммуникаций поселка до дома; - возведение оградительных конструкций Участка (выполняется по внутреннему графику работ в поселке в целом);- съезда границы участка до ворот гаража и дорожка от калитки до дома – в конструктивном исполнении: песок и щебень с окаймлением обрезной доской;- прочие расходы, необходимые для строительства дома и ограждения.

Согласно приложению №4 к договору инвестирования №70-ИП от 30.11.2012, являющемуся неотъемлемой частью договора, «Водопровод и канализация – заведены в дом в техническом исполнении. Узел учета водоснабжения устанавливается Инвестором самостоятельно. Электроснабжение – питающий кабель заведен в гараж дома (15 кВт), установлен щит с автоматами и узлом учета электроэнергии. Выполнена временная открытая прокладка электропроводки по дому в кабель-каналах. Смонтированы временные электрические розетки и временное освещение. Отопление – Установлен котел мощностью 44кВт, выполнено подключение котла к поселковой сети газоснабжения, установлен газовый узел учета. Выполнена временная разводка сети отопления по 1 этажу дома, установлены радиаторы отопления для поддержания положительной температуры внутри дома».

Представленный налогоплательщиком расчет стоимости подключения газа и электроэнергии жилого дома, расположенного в поселке, не доказывает, что спорные расходы налогоплательщика связаны с приобретением жилого дома с земельным участком.

В состав расходов, уменьшающих налоговую базу по НДФЛ, могут относиться только расходы, связанные непосредственно с объектом недвижимости. Расходы, на которые пытается претендовать налогоплательщик, связаны с благоустройством коттеджного поселка. Расходы налогоплательщиком документально не подтверждены. В материалы дела не представлено ни одного первичного документа, свидетельствующего о фактической достоверности произведения данных расходов. Платежное поручение об оплате членского взноса об этом не свидетельствует.

Из договоров купли-продажи следует, что налогоплательщик осуществляет продажу именно жилого дома с земельным участком, который представляет собой отдельный объект недвижимости.

Представленный договор инвестирования, содержащий, в том числе условие выплаты вступительного взноса для получения возможности вступления в некоммерческое партнерство, не свидетельствует о получении налогоплательщиком права на включение стоимости данного взноса в расходы на приобретение недвижимого имущества.

Таким образом, довод административного истца о включении вышеуказанных работ в сумму вступительного членского взноса в НП «Благоустройство коттеджного поселка «Пестово» в размере 7 000 000 рублей необоснован и соответствующими доказательствами не подтверждается.

В свою очередь, Инспекция правомерно сделала вывод о том, что в составе расходов, уменьшающих налоговую базу по НДФЛ налогоплательщика, не могут учитываться расходы, понесенные на содержание всего Поселка, включающего множество домов, принадлежащих различным лицам, в том числе расходы инфраструктуру, дороги, зоны отдыха, строительство пруда, набережной, озеленение территории Поселка и др.

Также административный истец в обоснование административного иска указывает, что проданные объекты недвижимости находились в собственности налогоплательщика с 2013 года (то есть более трех лет), соответственно, доход от продажи указанных объектов недвижимости не подлежит налогообложению НДФЛ в силу пункта 17.1 статьи 217 Кодекса.

Анализируя данные доводы, суд приходит к следующему. 

Согласно пункту 2 статьи 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом.

В силу пункта 1 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации в содержание права собственности входят права владения, пользования и распоряжения имуществом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на недвижимые вещи, его возникновение, переход и прекращение подлежит государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.

Согласно сведениям о государственной регистрации объектов недвижимости, представленным органом, осуществляющим государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней, ФИО1 приобрела право собственности на земельный участок по адресу 

<

адрес> 

<

адрес>, кад. № - 13.10.2015, приобрела право собственности на жилой дом (кад.№) - 27.10.2016, утратил право собственности на вышеуказанные объекты недвижимости 14.11.2016 на основании договора купли-продажи недвижимого имущества, то есть период нахождения имущества в собственности налогоплательщика составил менее трех лет.

Подача ФИО1 в суд заявления об установлении факта владения и пользования объектами недвижимости на праве собственности с 28.02.2013 для внесения соответствующих исправлений в Единый государственный реестр недвижимости сама по себе не влечет изменения периода нахождения имущества в собственности налогоплательщика, поскольку Заявителем не представлено доказательств об установлении момента возникновения у налогоплательщика права собственности на объекты недвижимости ранее зарегистрированных.

Таким образом, основания для применения к доходам от продажи жилого дома с земельным участком по адресу «

<

адрес>», положений пункта 17.1 статьи 217 НК РФ отсутствуют.

Доводы административного истца о том, что административным истцом ФИО1 понесены убытки в результате сделок по приобретению объектов недвижимости и последующей их продаже так же не обоснованы. Истец в заявлении указывает, что имущество приобретено в 2012 году за 27 930 029 рублей, что эквивалентно 899 329,58 долларам, продано в 2016 году за 30 000 000 рублей, что эквивалентно 460 004,88 долларам, в связи с чем, налогоплательщиком получен убыток 439 324,69 долларов, что эквивалентно 28 651 306,51 руб.

Вместе с тем, из документов камеральной налоговой проверки следует, что расчеты между налогоплательщиком и его контрагентами при приобретении имущества в 2012 году и при продаже имущества в 2016 году производились в рублях, а не в долларах. 

При этом НК РФ не предусмотрен перерасчет налоговой базы по НДФЛ в связи с изменением курса иностранной валюты по отношению к рублю.

Кроме того, в уточненной налоговой декларации по НДФЛ за 2016 год (корректировка 1), представленной 18.10.2017 налогоплательщик самостоятельно заявляет о доходе, полученном с продажи спорного объекта недвижимости, Инспекция же соглашается с заявленным доходом.

Таким образом, довод Административного истца о получении налогоплательщиком убытка в результате сделок по приобретению и продаже объектов недвижимости не состоятелен.

На основании изложенного, налоговый орган в решении обоснованно пришел к выводу, что, ФИО1 не в полном объеме уплачен налог на доходы физических лиц за 2016г. в результате занижения налоговой базы от продажи недвижимого имущества. 

В соответствии со ст. 106 НК РФ налоговым правонарушением признается виновно совершенное противоправное (в нарушение законодательства о налогах и сборах) деяние (действие пли бездействие) налогоплательщика, налогового агента и иных лиц, за которое НК РФ установлена ответственность.

Пунктом 1 ст. 110 НК РФ установлено, что виновным в совершении налогового правонарушения признается лицо, совершившее противоправное деяние умышленно или по неосторожности.

Па основании и. 2 ст. 110 НК РФ налоговое правонарушение признается совершенным умышленно, если лицо, совершившее осознавало противоправный характер своих действий (бездействия), желало либо сознательно допускало наступление вредных последствий таких действий (бездействия).

Пунктом 1 статьи 122 НК РФ предусмотрена ответственность за неуплату или неполную уплату сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия), если такое деяние не содержит признаков налоговых правонарушений, предусмотренных статьями 129.3 и 124.5 настоящего Кодекса.

Деяния, предусмотренные пунктом I статьи 122 НК РФ, совершенные умышленно, влекут ответственность, предусмотренную п. 3 ст. 122 НК РФ в виде штрафа в размере 40 процентов от неуплаченной суммы налога (сбора, страховых взносов).

Расчет штрафа налоговым органом произведен верно. 

В ходе проверки обстоятельств, освобождающих от ответственности, исключающих вину в совершении налогового правонарушения, а также смягчающих и отягчающих ответственность, указанных в статьях 109,111,112 НК РФ не установлено. 

В силу ст.ст. 112 и 114 НК РФ мера ответственности за совершение конкретного налогового правонарушения устанавливается налоговым органом на основании всестороннего, полного и объективного исследования материалов проверки.

Санкции штрафного характера, исходя из общих принципов права, должны отвечать вытекающим из Конституции Российской Федерации требованиям справедливости и соразмерности. Принцип соразмерности, выражающий требования справедливости, предполагает установление публично-правовой ответственности лишь за виновные деяния ее дифференциацию в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, и степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обуславливающих индивидуализацию при применении взыскания.

В соответствии со статьей 75 НК РФ, за невыполнение обязанности по уплате налога, за каждый календарный день просрочки, начиная со следующего за установленным законодательством о налогах и сборах дня уплаты налога, начисляются пени. 

Расчет пени, произведенный налоговым органом проверен, найден верным, административным истцом не оспорен.

На основании изложенного, суд приходит к выводу об обоснованности выводов налогового органа о неправомерности включения административным истцом в состав затрат расходов по внесению вступительного членского взноса в НП «Благоустройство коттеджного поселка Пестово» в размере 7 000 000 рублей, и доначислении налога на доходы физических лиц в размере 910 000 руб., а также соответствующих сумм штрафа и пени.

Таким образом, суд приходит к выводу, что нарушений, которые повлекли, либо могли повлечь нарушение прав налогоплательщика, принятие неправильного решения, в ходе налоговой проверки, рассмотрения материалов проверки и вынесения решений налоговыми органами не допущено.

В связи с изложенным, правовых оснований для удовлетворения заявленных требований ФИО1 к Межрайонной ИФНС России №9 по УР о признании незаконными решения №2327 от 15.05.2018г. о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.175-180, 227 КАС РФ, суд

РЕШИЛ:

Административный иск ФИО1 к Межрайонной ИФНС России №9 по УР, заместителю руководителя Межрайонной ИФНС России №9 по УР ФИО2 о признании незаконными решения №2327 от 15.05.2018г. о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, доначислении налога на доходы физических лиц, – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Удмуртской Республики в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения через Первомайский районный суд г. Ижевска, УР. 

Мотивированное решение изготовлено 21 декабря 2018 года.

Судья: Н.В. Дергачева