Дело № 2-160/2019 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Вязьма 25 февраля 2019 года 

Вяземский районный суд Смоленской области в составе:

председательствующего, судьи Воронкова Р.Е.,

при секретаре Григорьевой О.О., 

с участием пом. Вяземского межрайонного прокурора Пронченковой А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к филиалу № 1 Государственного учреждения – регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации по республике Коми о взыскании страховых выплат в связи с утратой профессиональной трудоспособности,

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО1, обосновывая исковые требования, и адресуя их филиалу № 1 Государственного учреждения – регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации по республике Коми, указал, что с 15.02.1988 по 31.01.1995 работал на шахте «

<

данные изъяты>» в качестве ученика проходчика, забойщиком, подземного горнорабочего и был уволен в связи с ликвидацией предприятия. Стаж работы в подземных условиях 6 лет 10 месяцев, из них 8 месяцев учеником проходчика, 8 месяцев забойщиком по выемке угля отбойным молотком, 5 лет 6 месяцев горнорабочим подземным третьего разряда.

В 1997 году у истца было выявлено профессиональное заболевание. 23 апреля 1997 года в адрес 

<

данные изъяты> было направлено извещение о 

<

данные изъяты> профессиональном заболевании (отравлении) на основании чего был составлен акт расследования профессионального заболевания (отравления) от 03 июля 1997 года, в котором указано, что заболевание выявлено при медицинском осмотре ФИО1

В результате расследования случая профессионального заболевания установлено: профессиональное заболевание возникло в результате воздействия локальной вибрации, физического напряжения на верхний опорно-двигательный аппарат, угольной пыли на органы дыхания.

Ответственность за возникновение данного случая профессионального заболевания возлагается на ш. «

<

данные изъяты>.

Экспертным заключением № ХХХ от 27.02.2012, составленным по результатам государственной экспертизы, утвержденным 

<

данные изъяты> установлено, что условия труда ФИО1 по вышеуказанным профессиям, в том числе, связанные с выполнением функциональных обязанностей в подземных условиях (шахте «

<

данные изъяты>») по степени вредности и опасности могут быть отнесены к классу 3,4.

Заключением МСЭК ... от 18.06.1997 г. истцу было установлено 

<

данные изъяты> утраты профессиональной трудоспособности. В дальнейшем степень утраты профессиональной трудоспособности была снижена до 

<

данные изъяты>.

Истец полагает, что указанными документами подтверждено получением им профессионального заболевания, факт его получения установлен компетентными органами.

Истец неоднократно обращался к ответчику о назначении ему ежемесячных страховых выплат, однако ответчик отвечал ему отказом, ссылаясь на решение Воркутинского федерального районного суда от 25.12.2003 г. Истец полагает, что данное решение не имеет преюдициального значения, поскольку суд проанализировал документы на дату обращения в суд.

Просит обязать ответчика назначить ему, истцу, страховую выплату в связи с утратой профессиональной трудоспособности с 01.12.2018 в размере 11310 рублей с последующей индексацией в установленном законом порядке, и взыскать с ответчика задолженность по страховым выплатам за период с 01.12.2015 по 01.12.2018 в размере 407160 рублей, пеню в размере 61922 рубля 25 копеек.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО2 (л.д. 147, т. 1) исковые требования поддержали в полном объеме, указав, что акт расследования профессионального заболевания (отравления) от 03 июля 1997 года не обжаловался, не признан недействительным, однако подписан не всеми специалистами. В 2009 году истцу установлен диагноз – 

<

данные изъяты>. В 2010 и 2011 годах истец находился на лечении в 

<

данные изъяты>, где специалисты вновь выявили ранее установленные профзаболевания и для подтверждения выставленных диагнозов был направлен в 

<

данные изъяты> в ..., где с 21.10.2011 по 15.11.2011 проходил лечение и освидетельствование, а так же обследование в данном центре истец проходил с 17.10.2018 по 01.11.2018. Таким образом, собранными по делу доказательствами подтверждено получение ФИО1 профессионального заболевания и факт его получения установлен компетентными органами.

Представитель ответчика - филиал № 1 Государственного учреждения – регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации по республике Коми (л.д. 155), в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело с использованием видеоконференцсвязи, исковые требования не признал, представил возражения (л.д. 156-159), согласно которым полагает, что исковые требования не обоснованы, поскольку в силу Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 15.12.2000 № 967 заключительный диагноз – 

<

данные изъяты> может быть изменен или отменен центром профессиональной патологии на основании результатов дополнительно проведенных исследований и экспертизы, а рассмотрение особо сложных случаев профессиональных заболеваний возлагается на 

<

данные изъяты> Пунктом 35 Положения предусмотрено, что возникшие разногласия по вопросам установления диагнозов профессиональных заболеваний разрешаются, в том числе, судом. Решением Воркутинского районного суда от 25.12.2003 факт профессионального заболевания истца в спорный период не подтвердился. Вывод суда соответствовал выводам судебно-медицинской экспертизы, проведенной 

<

данные изъяты>. Кроме того истец, согласно записям трудовой книжки, с 28.04.2007 по 06.08.2012 работал подземным стволовым в ОАО «

<

данные изъяты>» рудник «

<

данные изъяты>», в то время как заключение ВК № ХХХ от 15.11.2011 составлено в период его работы в подземных условиях, дающих право на льготное назначение пенсии в связи с особо вредными условиями труда. Иного расследования возникновения профессиональных заболеваний, включая работу истца во вредных условиях в ОАО «

<

данные изъяты>» не проводилось. Таким образом, факт профессионального заболевания истца в спорный период не нашел своего подтверждения, в связи с чем отсутствуют основания для удовлетворения его исковых требований (л.д. 156-159, т. 1).

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, Бюро № 7 – филиал ФКУ «ГБ МСЭ по Смоленской области» Минтруда России в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело в его отсутствие, возражений суду не представил (л.д. 6, т. 2).

Исследовав письменные материалы дела, заслушав истца и его представителя, заключение прокурора Пронченковой А.С., полагавшей исковые требования не подлежащими удовлетворению в связи с недоказанность факта получения истцом профессионального заболевания в спорный период, суд исходит из следующего:

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" профессиональное заболевание - хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) его смерть.

Порядок расследования и учета профессиональных заболеваний установлен Положением о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 15.12.2000 года N 967.

В соответствии порядком установления наличия профессионального заболевания, регламентированным указанным Положением, при установлении предварительного диагноза - острое профессиональное заболевание (отравление) учреждение здравоохранения обязано в течение суток направить экстренное извещение о профессиональном заболевании работника в центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора, осуществляющий надзор за объектом, на котором возникло профессиональное заболевание (далее именуется - центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора), и сообщение работодателю по форме, установленной Министерством здравоохранения Российской Федерации (п. 7).

Учреждение здравоохранения на основании клинических данных состояния здоровья работника и санитарно-гигиенической характеристики условий его труда устанавливает заключительный диагноз - острое профессиональное заболевание (отравление) и составляет медицинское заключение (п. 10).

Центр профессиональной патологии на основании клинических данных состояния здоровья работника и представленных документов устанавливает заключительный диагноз - хроническое профессиональное заболевание (в том числе возникшее спустя длительный срок после прекращения работы в контакте с вредными веществами или производственными факторами), составляет медицинское заключение и в 3-дневный срок направляет соответствующее извещение в центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора, работодателю, страховщику и в учреждение здравоохранения, направившее больного (п. 14).

Медицинское заключение о наличии профессионального заболевания выдается работнику под расписку и направляется страховщику и в учреждение здравоохранения, направившее больного (п. 15).

Согласно п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.03.2011 N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" при рассмотрении дел о возмещении вреда, причиненного здоровью в результате возникновения у застрахованного профессионального заболевания, необходимо иметь в виду, что в силу Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 15 декабря 2000 г. N 967 (далее по тексту - Положение), заключительный диагноз - профессиональное заболевание имеют право устанавливать впервые только специализированные лечебно-профилактические учреждения, клиники или отделы профессиональных заболеваний медицинских научных учреждений или их подразделения.

В соответствии с п. 10 Положения работодатель в течение 10 дней с даты получения извещения об установлении заключительного диагноза профессионального заболевания образует комиссию по расследованию профессионального заболевания, возглавляемую главным врачом центра государственного санитарно-эпидемиологического надзора.

Согласно п. 16 Положения установленный диагноз - острое или хроническое профессиональное заболевание (отравление) может быть изменен или отменен центром профессиональной патологии на основании результатов дополнительно проведенных исследований и экспертизы. Рассмотрение особо сложных случаев профессиональных заболеваний возлагается на Центр профессиональной патологии Министерства здравоохранения Российской Федерации.

В соответствии с п. 35 Положения разногласия по вопросам установления диагноза профессионального заболевания и его расследования рассматриваются органами и учреждениями государственной санитарно-эпидемиологической службы Российской Федерации, Центром профессиональной патологии Министерства здравоохранения Российской Федерации, федеральной инспекцией труда, страховщиком или судом.

Статьями 56, 60 ГПК РФ установлено, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Согласно ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Согласно ч.ч. 1,2,3 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Судом установлено и не оспаривается сторонами, что истец с 15.02.1988 по 31.01.1995 работал на шахте «

<

данные изъяты>» в качестве ученика проходчика, забойщиком, подземного горнорабочего и был уволен в связи с ликвидацией предприятия. Стаж работы в подземных условиях 6 лет 10 месяцев, из них 8 месяцев учеником проходчика, 8 месяцев забойщиком по выемке угля отбойным молотком, 5 лет 6 месяцев горнорабочим подземным третьего разряда.

В 1997 году у истца было выявлено профессиональное заболевание. 23 апреля 1997 года в адрес 

<

данные изъяты> было направлено извещение о хроническом профессиональном заболевании (отравлении) на основании чего был составлен акт расследования профессионального заболевания (отравления) от 03 июля 1997 года, в котором указано, что заболевание выявлено при медицинском осмотре ФИО1 В результате расследования случая профессионального заболевания установлено: профессиональное заболевание возникло в результате воздействия локальной вибрации, физического напряжения на верхний опорно-двигательный аппарат, угольной пыли на органы дыхания. Ответственность за возникновение данного случая профессионального заболевания возлагается на ш. «

<

данные изъяты> (л.д. 131-134, 135 т. 1).

Согласно решению Воркутинского федерального районного суда от 25.12.2003 г. года отказано ФИО1 в иске к Государственному учреждению «Региональное отделение Фонда социального страхования Российской федерации по Республике Коми» о назначении ежемесячных платежей в возмещение вреда здоровью за период с 18 июня 1997 г., выплате единовременного пособия согласно ОТС на 1997 г., взыскании компенсации морального вреда в сумме 30000 рублей, дополнительных расходов 1181 рубль, 500 рублей за представительство в суде и отказать в установлении факта профессионального заболевания, полученного на шахте «

<

данные изъяты>» (л.д. 11-113, т. 1).

Решение суда сторонами не обжаловалось, вступило в законную силу 09.01.2014.

В ходе рассмотрения дела Воркутинским районным судом была назначена судебная экспертиза, производство которой поручено Центру профпатологии Минздрава России. На разрешение экспертов были поставлены вопросы: имеются ли у ФИО1 профессиональные заболевания, какие и с какого времени? Если у ФИО1 имеются профессиональные заболевания, то связаны ли они с работой на шахте «

<

данные изъяты>» с 15.12.1988 по 31.01.1995 в качестве ученика проходчика, забойщика ОМ и горнорабочего подземного 3-го разряда? (л.д. 80-81, материалов гражданского дела № ХХХ).

По заключению экспертизы от 05.06.2003 № ХХХ у ФИО1 профессиональных заболеваний периферической нервной системы, опорно-двигательного аппарата и бронхолегочной системы не имеется. У ФИО1 профессиональных заболеваний не имеется. Выявленные у него нарушения в здоровье в настоящее время связать с условиями труда в прошлом до 31.01.1995 не представляется возможным (л.д. 102-104, материалов гражданского дела № ХХХ).

С данным заключением Воркутинский районный суд согласился и не связал заболевание истца с его работой на шахте «

<

данные изъяты>», указав, что диагнозы, установленные истцу ... 

<

данные изъяты> в дальнейшем не подтвердились, в связи с чем в установлении факта профессионального заболевания и в удовлетворении иных исковых требований суд отказал в полном объеме. При этом судом исследовались, в том числе, заключения МСЭК г. Вязьмы Смоленской области от 18.07.1997 г., 17.07.1998, 05.05.1999, 27.07.2000. 

Суд полагает, что решение Воркутинского районного суда от 25.12.2003 г. имеет преюдициальное значение в рамках рассматриваемого иска в части установления обстоятельств получения (отсутствия) профессионального заболевания истца при работе на шахте «

<

данные изъяты>», в связи с чем установленные судом обстоятельства не подлежат доказыванию иными способами и средствами доказывания.

Заключением МСЭК г. Вязьмы Смоленской области от 18.06.1997 г. истцу было установлено 

<

данные изъяты> утраты профессиональной трудоспособности. В дальнейшем степень утраты профессиональной трудоспособности была снижена до 

<

данные изъяты> (Дело освидетельствования в главном бюро МСЭ № ХХХ, л.д. 33-44, т. 1).

Экспертным заключением № ХХХ от 27.02.2012, составленным по результатам государственной экспертизы, утвержденным заместителем 

<

данные изъяты> установлено, что условия труда ФИО1 по вышеуказанным профессиям, в том числе, связанные с выполнением функциональных обязанностей в подземных условиях (шахте «

<

данные изъяты>») по степени вредности и опасности могут быть отнесены к классу 3,4 (л.д. 197-198).

Суд полагает, что вышеуказанные заключения МСЭК, датированные после вынесения решения Воркутинским районным судом, экспертное заключение от 27.02.2012, а также иные документы, в том числе свидетельствующие о поставленных диагнозах и лечении истца, и обстоятельства, указанные истцом в обоснование иска, не могут быть приняты судом во внимание, поскольку по своей сути направлены на переоценку обстоятельств, установленных решением Воркутинского районного суда.

Действуя в рамках предоставленных ему полномочий, федеральный законодатель урегулировал отношения по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в Трудовом кодексе Российской Федерации (статьи 184 и 219 - 231) и Федеральном законе от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", имея целью гарантировать как социальную защиту в широком смысле слова, так и социальное обеспечение застрахованных и иных указанных в законе лиц при наступлении страхового случая и тем самым - во исполнение предписаний статей 7, 35, 37, 39 и 41 Конституции Российской Федерации - способствовать созданию безопасных условий труда и возмещению вреда, причиненного здоровью работника в результате произошедшего на производстве несчастного случая или приобретенного им профессионального заболевания.

Согласно Федеральному закону "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний предусматривает, в частности, социальную защиту застрахованных и возмещение вреда, причиненного их жизни и здоровью при исполнении ими обязанностей по трудовому договору, путем предоставления в полном объеме всех необходимых видов обеспечения по страхованию (пункт 1 статьи 1), которое, в свою очередь, определяется как страховое возмещение вреда, причиненного в результате наступления страхового случая жизни и здоровью застрахованного, в виде денежных сумм, выплачиваемых либо компенсируемых страховщиком застрахованному или лицам, имеющим на это право (абзац четырнадцатый статьи 3). Данный Федеральный закон в числе основных видов обеспечения по страхованию называет ежемесячные страховые выплаты застрахованному (абзац третий подпункта 2 пункта 1 статьи 8), устанавливает основания их назначения и период выплаты - в течение всего времени стойкой утраты застрахованным профессиональной трудоспособности (пункт 3 статьи 10), размер и возможность дальнейшего перерасчета исходя из индекса роста потребительских цен (статья 12), не ограничивая права застрахованных на возмещение причиненного вреда в части, превышающей обеспечение по страхованию, предусмотренное данным Федеральным законом (пункт 2 статьи 1).

Конституционный Суд Российской Федерации в сохраняющих свою силу решениях отметил, что закрепленный в Федеральном законе "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" принцип гарантированности возмещения причиненного вреда предполагает защиту нарушенных прав в полном объеме (определения от 1 декабря 2005 года N 460-О и от 3 ноября 2006 года N 445-О); в силу пункта 2 статьи 1 данного Федерального закона предусмотренное им право застрахованных на возмещение вреда в части, превышающей обеспечение по страхованию, не ограничивается: работодатель несет ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, в порядке главы 59 ГК Российской Федерации об обязательствах вследствие причинения вреда (определения от 11 июля 2006 года N 301-О и от 21 декабря 2006 года N 580-О), в которой, в частности, определены объем и характер возмещения вреда, причиненного гражданину повреждением здоровья при исполнении им договорных обязательств, а также размер подлежащего возмещению утраченного потерпевшим заработка (дохода) (статьи 1084, 1085 и 1086).

Таким образом, предусмотренные Федеральным законом "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" ежемесячные страховые выплаты застрахованным лицам в связи с наступлением страхового случая (подтвержденного в надлежащем порядке факта повреждения здоровья вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания) в установленном данным Федеральным законом размере, в том числе с учетом его индексации (один раз в год исходя из индекса роста потребительских цен), являясь одним из видов обеспечения по страхованию, направлены на возмещение вреда, причиненного здоровью застрахованного при исполнении им обязанностей по трудовому договору.

Поскольку факт наступления страхового случая был опровергнут решением Воркутинского районного суда Смоленской области, а истец основывает свои исковые требования на факте получения им профессионального заболевания при работе на шахте «

<

данные изъяты>», который ранее был предметом судебного разбирательства, исковые требования истца об обязанности назначить ему страховую выплату с последующей индексацией, взыскании с ответчика задолженности по страховым выплатам и пени не подлежат удовлетворению в полном объеме в связи отсутствием на то правовых оснований, предусмотренных Федеральным законом "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний". 

Руководствуясь ст. ст. 194, 198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1 к филиалу № ХХХ Государственного учреждения – регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации по республике Коми о взыскании страховых выплат в связи с утратой профессиональной трудоспособности. 

Решение может быть обжаловано в Смоленский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Вяземский районный суд.

Судья Р.Е. Воронков

25.02.2019 Вынесена резолютивная часть решения суда

01.03.2019 Мотивированное решение

02.04.2019 Решение вступает в законную силу