Дело №2а-1605/2019

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Челябинск 14 февраля 2019 года 

Центральный районный суд г. Челябинска в составе:

председательствующего судьи В.А. Юсупова,

при секретаре Л.Ф. Зиннатовой,

с участием административного истца ФИО1, представителя административного истца Цинк А.В., заинтересованного лица ФИО2, представителя административного ответчика ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании административное исковое заявление ФИО1 к ГУ МВД России по Челябинской области о признании незаконным решения о закрытии въезда на территорию Российской Федерации, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением к Главному управлению МВД России по Челябинской области, в котором просил признать незаконным и отменить решение ГУ МВД РФ по Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ о закрытии ему въезда в Российскую Федерацию сроком на три года, до ДД.ММ.ГГГГ.

В обоснование иска указал, что причиной для вынесения оспариваемого решения явилось превышение им установленного срока пребывания на территории РФ. При этом административным ответчиком не были учтены нормы международного права, регламентирующие и охраняющие права человека, а именно тот факт, что он на протяжении длительного периода времени проживает на территории РФ, его супруга является гражданкой РФ. Принятое решение допускает чрезмерное и неправомерное вмешательство Российской Федерации в его личную и семейную жизнь, несоразмерное с допущенным нарушением.

Административный истец ФИО1, его представитель Цинк В.В., в судебном заседании требования административного иска поддержали в полном объеме, по существу указали на обстоятельства, изложенные в иске.

Представитель административного ответчика ГУ МВД России по Челябинской области – ФИО3, действующая на основании доверенности, в судебном заседании возражала против удовлетворения иска, поддержала доводы, изложенные в письменном отзыве. Дополнительно пояснила, что неразрешение въезда в Российскую Федерацию на срок три года является для административного истца адекватной мерой государственного реагирования на нарушение законодательства, права и законные интересы ФИО1 оспариваемым решением не нарушены. Административный истец, как иностранный гражданин, должен был знать и соблюдать российское законодательство, при этом нарушил установленные законом сроки пребывания на территории РФ. Никаких мер к продлению срока пребывания ФИО1 не предпринимал. Каких-либо иных исключительных обстоятельств личного характера, которые бы подтверждали чрезмерное или неправомерное вмешательство Российской Федерации в личную и семейную жизнь истца, материалы дела не содержат. Довод ФИО1 о проживании его семьи на территории РФ не является основанием для отмены законного решения о закрытии ему въезда в Российскую Федерацию. Кроме того, брак с ФИО2 административный истец заключил только 12 октября 2018 года, то есть за три дня до принятия оспариваемого решения, что свидетельствует о том, что его жизненный уклад запретом на въезд в Россию не нарушен. 

Заинтересованное лицо ФИО2 в судебном заседании поддержала требования административного иска ФИО1. Подтвердила, что на протяжении длительного времени, около 12 лет, проживает одной семей с административным истцом. Брак между ними действительно зарегистрирован только ДД.ММ.ГГГГ, однако с заявлением о регистрации брака они обратились за три месяца до этого. 

Заслушав стороны, оценив их доводы в обоснование административного иска и в возражение против него, исследовав в судебном заседании письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 46 Конституции Российской Федерации решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд.

Согласно ст. 4 Кодекса административного судопроизводства РФ каждому заинтересованному лицу гарантируется право на обращение в суд за защитой нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов, в том числе в случае, если, по мнению этого лица, созданы препятствия к осуществлению его прав, свобод и реализации законных интересов либо на него незаконно возложена какая-либо обязанность, а также право на обращение в суд в защиту прав других лиц или в защиту публичных интересов в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и другими федеральными законами.

В силу ч. 1 ст. 218 Кодекса административного судопроизводства РФ гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

Суд удовлетворяет заявленные требования о признании оспариваемых решения, действия (бездействия) незаконными полностью или в части, если признает их не соответствующими нормативным правовым актам и нарушающими права, свободы и законные интересы административного истца, и возлагает на административного ответчика обязанность устранить нарушения прав, свобод и законных интересов административного истца или препятствия к их осуществлению либо препятствия к осуществлению прав, свобод и реализации законных интересов лиц, в интересах которых было подано соответствующее административное исковое заявление (пункта 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства РФ).

Таким образом, для признания действий (бездействия) должностных лиц, органов государственной власти, незаконными необходимо наличие одновременно двух условий, а именно, несоответствие действий (бездействия) закону или иному нормативному правовому акту и нарушение ими прав и законных интересов административного истца.

В соответствии с ч. 3 ст. 62 Конституции Российской Федерации иностранные граждане и лица без гражданства пользуются в Российской Федерации правами и несут обязанности наравне с гражданами Российской Федерации, кроме случаев, установленных федеральным законом или международным договором.

Правовое положение иностранных граждан в Российской Федерации, а также отношения между иностранными гражданами, с одной стороны, и органами государственной власти, органами местного самоуправления, должностными лицами указанных органов, с другой стороны, возникающие в связи с пребыванием (проживанием) иностранных граждан в Российской Федерации и осуществлением ими на территории Российской Федерации трудовой, предпринимательской и иной деятельности, регулируются Федеральным законом от 25 июля 2002 года N 115-ФЗ "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации".

В силу ст. 1 Федерального закона от 15 августа 1996 года N 114-ФЗ "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию" (далее по тексту Закон N 114-ФЗ) выезд из Российской Федерации и въезд в Российскую Федерацию (включая транзитный проезд через ее территорию) регулируются Конституцией Российской Федерации, международными договорами Российской Федерации, настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами, а также принятыми на основании данных федеральных законов указами Президента Российской Федерации, постановлениями Правительства Российской Федерации.

Согласно статье 2 Федерального закона от 25 июля 2002 года N 115-ФЗ "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации" временно пребывающий в Российской Федерации иностранный гражданин – это лицо, прибывшее в Российскую Федерацию на основании визы или в порядке, не требующем получения визы, и получившее миграционную карту, но не имеющее вида на жительство или разрешения на временное проживание.

В силу п. 1 ст. 5 Федерального закона от 25 июля 2002 года N 115-ФЗ "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации" срок временного пребывания в Российской Федерации иностранного гражданина, прибывшего в Российскую Федерацию в порядке, не требующем получения визы, не может превышать девяносто суток суммарно в течение каждого периода в сто восемьдесят суток, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом, а также в случае, если такой срок не продлен в соответствии с настоящим Федеральным законом. При этом непрерывный срок временного пребывания в Российской Федерации указанного иностранного гражданина не может превышать девяносто суток.

В соответствии со статье 24 Федерального закона от 15 августа 1996 года N 114-ФЗ "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию" иностранным гражданам или лицам без гражданства въезд в Российскую Федерацию и выезд из Российской Федерации могут быть не разрешены по основаниям, предусмотренным данным Федеральным законом.

В силу подпункта 12 статьи 27 указанного Федерального закона въезд в Российскую Федерацию иностранному гражданину или лицу без гражданства не разрешается в случае, если иностранный гражданин или лицо без гражданства в период своего предыдущего пребывания в Российской Федерации превысили срок пребывания в девяносто суток суммарно в течение каждого периода в сто восемьдесят суток, - в течение трех лет со дня выезда из Российской Федерации.

Как следует из материалов дела ФИО1 является гражданином Республики Азербайджан. По сведениям автоматической системы центрального банка данных учета иностранных граждан (далее АС ЦБДУИГ) с 2006 года он регулярно посещает Российскую Федерацию.

Согласно представленной в материалы дела докладной записки ведущего специалиста-эксперта ОПНМ № ОИК УВМ ГУ МВД России по 

<

адрес> ФИО9, последней в ходе сверки данных АС ЦБДУИГ, Информационного банка данных ГУ МВД России по Челябинской области, данных ППО «Территория» был установлен гражданин Республики Азербайджан ФИО1, который въехал в Российскую Федерацию 25 января 2018 года с целью – работа, 21 апреля 2018 года выехал из Российской Федерации и в тот же день вновь въехал в Российскую Федерацию. Выехал ФИО1 из РФ только 22 июля 2018 года. Таким образом, срок пребывания ФИО1 превысил 90 суток суммарно в течение каждого периода в 180 суток, составил 178 суток. При этом документы, дающие право на пребывание в Российской Федерации более 90 суток, иностранный гражданин не оформлял. 

Также указано, что 22 июля 2018 года ФИО1 вновь въехал на территории и РФ, на миграционный учет не встал. При проверке данного иностранного гражданина установлено, что разрешение на временное проживание, вил на жительство он не имеет, гражданство не оформляя, информация о наличии у него близких родственников, являющихся гражданами РФ, отсутствует.

Решением начальника ОПНМ № ОИК УВМ ГУ МВД России по Челябинской области ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ, согласованным начальником УВМ ГУ МВД России по Челябинской области ФИО11 и утвержденным заместителем начальника ГУ МВД России по Челябинской области ФИО12, гражданину Республики Азербайджан ФИО1 был закрыт въезд в Российскую Федерацию сроком на 3 года, до ДД.ММ.ГГГГ. Основанием для принятия указанного решения послужило превышение иностранным гражданином срока пребывания на территории РФ в 90 суток суммарно в течение каждого периода в 180 суток ( п. 12 ст. 27 Федерального закона от 15 августа 1996 года N 114-ФЗ "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию").

Административный истец, полагая, что его права и права его семьи вынесенным решением от ДД.ММ.ГГГГ были нарушены, должностными лицами допущено вмешательство в их личную и семейную жизнь, несоразмерное допущенному нарушению, обратился в суд с административным иском. 

При разрешении указанных требований судом установлено, что ФИО1, являясь иностранным гражданином, обязан был знать и соблюдать действующее законодательство РФ, не допуская его нарушений. При этом административный истец превысил срок пребывания на территории РФ в 90 суток суммарно в течение каждого периода в 180 суток, в установленном законом порядке попыток к продлению срока пребывания не предпринимал, что в соответствии с п. 12 ст. 27 Федерального закона от 15 августа 1996 года N 114-ФЗ "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию", является основанием для закрытия ему въезд в Российскую Федерацию.

Соответственно, у начальника ОПНМ № ОИК УВМ ГУ МВД России по Челябинской области ФИО10 имелись предусмотренные законом основания для принятия оспариваемого решения, данное решение принято должностным лицом в соответствии с законом и в пределах его компетенции.

Вместе с тем, положение, содержащееся в п. 12 ст. 27 Федерального закона от 15 августа 1996 года N 114-ФЗ "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию", не исключает, что судом, исходя из гуманных соображений, учитываются семейное положение, и иные исключительные заслуживающие внимания обстоятельства при решении вопроса о его временном проживании на территории Российской Федерации.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, при регулировании общественных отношений федеральный законодатель связан конституционным принципом соразмерности и вытекающими из него требованиями адекватности и пропорциональности используемых правовых средств; в тех случаях, когда конституционные нормы позволяют законодателю установить ограничения закрепляемых ими прав, он не может осуществлять такое регулирование, которое посягало бы на само существо того или иного права и приводило бы к утрате его реального содержания; даже имея цель воспрепятствовать злоупотреблению правом, он должен использовать не чрезмерные, а только необходимые и обусловленные конституционно признаваемыми целями таких ограничений меры.

Европейский Суд по правам человека неоднократно отмечал, что лежащая на государствах ответственность за обеспечение публичного порядка обязывает их контролировать въезд в страну и пребывание иностранцев и высылать за пределы страны правонарушителей из их числа, однако подобные решения, поскольку они могут нарушить право на уважение личной и семейной жизни, охраняемое в демократическом обществе статьей 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, должны быть оправданы крайней социальной необходимостью и соответствовать правомерной цели.

Согласно пункту 1 статьи 8 Конвенции ООН от 04 ноября 1950 года "О защите прав человека и основных свобод" каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.

В пунктах 5, 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года N 21 "О применении судами общей юрисдикции конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года и Протоколов к ней" указано: как следует из положений Конвенции и Протоколов к ней в толковании Европейского Суда, под ограничением прав и свобод человека (вмешательством в права и свободы человека) понимаются любые решения, действия (бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих, а также иных лиц, вследствие принятия или осуществления (неосуществления) которых в отношении лица, заявляющего о предполагаемом нарушении его прав и свобод, созданы препятствия для реализации его прав и свобод.

В силу части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации, положений Конвенции и Протоколов к ней любое ограничение прав и свобод человека должно быть основано на федеральном законе; преследовать социально значимую, законную цель (например, обеспечение общественной безопасности, защиту морали, нравственности, прав и законных интересов других лиц); являться необходимым в демократическом обществе (пропорциональным преследуемой социально значимой, законной цели).

Несоблюдение одного из этих критериев ограничения представляет собой нарушение прав и свобод человека, которые подлежат судебной защите в установленном законом порядке при наличии относимых и достаточных оснований для такого ограничения, а также, если соблюдается баланс между законными интересами лица, права и свободы которого ограничиваются, и законными интересами иных лиц, государства, общества.

Кроме того, в соответствии с частями 1 и 2 ст. 17 Конституции РФ в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Из системного толкования вышеуказанных положений следует, что вмешательство со стороны публичных властей в осуществление прав гражданина на уважение его личной и семейной жизни допускается только при совокупности таких обстоятельств, как наличие предусмотренных законом для этого оснований и наличие необходимости в защите интересов государства и проживающих в нем граждан. 

Так из материалов дела и пояснений сторон следует, что на территории Российской Федерации ФИО1 проживает вместе с супругой ФИО2, которая является гражданкой России. Одной семьей они проживают уже около 12 лет, однако брак зарегистрирован только ДД.ММ.ГГГГ.

Вопреки доводам возражений представителя ответчика дата регистрации брака в настоящем случае правового значения не имеет, поскольку в любом случае брак зарегистрирован до принятия оспариваемого решения, соответственно, оснований полагать, что посредством регистрации брака с гражданкой Российской Федерации административный истец пытался избежать правовых последствий, вытекающих из нарушения им миграционного законодательства, у суда не имеется.

Кроме того, одной семьей супруги проживали задолго до регистрации брака, с заявлением о регистрации брак обратились за три месяца до принятия оспариваемого решения.

Также судом установлено, что на территории Российской Федерации у ФИО1 проживает брат – ФИО4 ФИО16 оглы, который также состоит в зарегистрированном браке с гражданской России (свидетельство о заключении брака серии № от ДД.ММ.ГГГГ).

Суд считает, что в своей совокупности вышеуказанные обстоятельства подтверждают устойчивую связь административного истца со страной пребывания.

Оспариваемое решение о закрытии ФИО1 въезда в Российскую Федерацию не соответствует конституционным положениям, гарантирующим защиту семьи, поскольку предполагают необходимость выезда из страны административного истца и невозможность въезда на территорию Российской Федерации в течение длительного периода, что приведет к разрыву семьи. 

Таким образом, неразрешение ФИО1 въезда в Российской Федерации по вышеуказанному основанию допускает вмешательство со стороны публичных властей в осуществление права административного истца на уважение его семейной жизни, при этом административным ответчиком суду не представлено доказательств, что принятие решения вызвано крайней необходимостью в интересах национальной безопасности и общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, охраны здоровья или нравственности. 

Столь грубое вмешательство в личную жизнь административного истца с учетом установленных по делу конкретных обстоятельств, без учета степени общественной опасности деяния, не может быть признано судом обоснованным, в связи с чем суд приходит к выводу, что решение от ДД.ММ.ГГГГ о закрытии ФИО1 въезда в Российскую Федерацию, вынесенное ГУ МВД России по Челябинской области, следует отменить.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 175-180, 227 КАС РФ, суд

РЕШИЛ:

Административное исковое заявление ФИО1 к ГУ МВД России по Челябинской области удовлетворить частично.

Отменить решение от ДД.ММ.ГГГГ о закрытии ФИО1 въезда в Российскую Федерацию, вынесенное ГУ МВД России по Челябинской области.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Челябинский областной суд через Центральный районный суд г. Челябинска.

Председательствующий: В.А. Юсупов