Дело № 2-25-2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

18 апреля 2019 года город Чебоксары

Калининский районный суд города Чебоксары Чувашской Республики под председательством судьи Мартьяновой А.В., при секретаре Шипееве А.Д., с участием пом. прокурора Калининского района г.Чебоксары Васильевой Е.В., представителя истца ФИО1, представителей ответчика ФИО2 и ФИО3, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ФГБУ «№» Министерства здравоохранения Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, неустойки, штрафа по закону о защите прав потребителей, 

установил:

ФИО4 обратилась в суд с уточненным иском к Федеральному государственному бюджетному учреждению «№» Министерства здравоохранения Российской Федерации о компенсации морального вреда, причиненного оказанием некачественной медицинской услуги, в размере 1 000 000 руб., неустойки в размере 1 000 000 руб., штрафа в размере 50% от взысканной судом суммы.

Требования мотивированы тем, что истец с 13.12.2016 по 22.12.2016 находилась на лечении в ФГБУ «№» Министерства здравоохранения Российской Федерации. 15.12.2016 ответчиком в отношении истца была проведена операция – № Данная операция была проведена некачественно, в процессе ее проведения была занесена инфекция, вследствие чего потребовалось дополнительное неоднократное хирургическое вмешательство, приведшее к ухудшению здоровья истца и невозможности передвигаться самостоятельно. Учитывая, что требования потребителя в добровольном порядке удовлетворены не были, просит со ссылкой на Закон РФ «О защите прав потребителей», взыскать, помимо компенсации морального вреда, неустойку в размере 1 000 000 руб. а также штраф в размере 50% от взысканной судом суммы.

В судебное заседание истец ФИО4, извещенная надлежащим образом, в суд не явилась, реализовав свое право на участие в судебном заседании через своего представителя.

Представитель истца ФИО1 уточненные исковые требования поддержала по изложенным в уточненном исковом заявлении доводам. Добавила, что заключением судебно-медицинской экспертизы подтверждено оказание некачественной медицинской услуги, приведшей к ухудшению здоровья истца.

Представители ответчика ФГБУ «№» Министерства здравоохранения Российской Федерации ФИО2 и ФИО3 в судебном заседании уточненные исковые требования не признали по основаниям, изложенным в письменном отзыве. Пояснили, что истцом не представлено доказательств занесения инфекции истцу во время операции, № Полагает, что заключение экспертизы является доказательством, полученным с нарушением, поскольку составлено специалистами, которые не являются врачами – нейрохирургами; в заключении экспертов отсутствует обоснование выводов, экспертиза проведена без осмотра ФИО4 Кроме того, считают, что оснований для взыскания неустойки и штрафа также не имеется, поскольку истец первоначально обратилась в суд с требованием, отличающимися от заявленных ранее, в связи с чем не представляется возможным при вынесении судом решения определить, в отношении каких требований не соблюден досудебный порядок их удовлетворения. В материалах дела имеются документы, которые доказывают, что никакого дефекта оказания медицинской помощи истцу допущено не было. Данный факт подтверждает рецензия преподавателя Саратовского медицинского института, который подробно описал все медицинские аспекты.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельные требования, относительно предмета спора, ФИО5, ФИО6, ФИО7, извещенные надлежащим образом, в судебное заседание не явились, ранее исковые требования не признавали, просили рассмотреть дело без их участия, решен вопрос о рассмотрении дела в их отсутствие.

В письменных объяснениях третье лицо ФИО6 пояснил, что исковое заявление ФИО4 не содержит доказательств совершения врачебной ошибки, не имеется доказательств текущего состояния пациента с перенесенным лечением в центре ФИО8 и не позволяет судить о степени инвалидизации пациентки в настоящее время.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Согласно п. 3 ст. 2 Федерального закона от 21.11.2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" под медицинской помощью понимается комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг.

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание, восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг, а медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение.

Под качеством медицинской помощи понимается совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Согласно п. 21 ст. 2 ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Статьей 79 указанного Федерального закона предусмотрено, что медицинская организация обязана осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательством и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядком оказания медицинской помощи и стандартами медицинской помощи.

В силу п. 9 ч. 5 ст. 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Согласно ч. ч. 2 и 3 ст. 98 приведенного Закона медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В абз. 2 п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Из системного анализа указанных правовых норм следует, что ответственность за вред, причиненный недостатками оказанной медицинской помощи, наступает при совокупности следующих условий: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между этими двумя элементами. 

При этом на потерпевшего возложена обязанность по доказыванию обстоятельства, подтверждающего факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Статьей 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрены основания и размер компенсации гражданину морального вреда, которые определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Как следует из разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", учитывая, что вопросы компенсации морального вреда регулируются рядом законодательных актов, введенных в действие в разные сроки, суду в целях обеспечения правильного и своевременного разрешения возникшего спора необходимо по каждому делу выяснять характер взаимоотношений сторон и какими правовыми нормами они регулируются, допускает ли законодательство возможность компенсации морального вреда по данному виду правоотношений и, если такая ответственность установлена, когда вступил в силу законодательный акт, предусматривающий условия и порядок компенсации вреда в этих случаях, а также когда были совершены действия, повлекшие причинение морального вреда. Суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора (п. 1). Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина (п. 2). В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом (п. 3).

Изложенное свидетельствует о том, что обязательство по компенсации морального вреда возникает при наличии следующих условий: 

-претерпевание морального вреда; 

-неправомерные действия (бездействие) причинителя вреда; 

-причинная связь между неправомерными действиями и моральным вредом; вина причинителя вреда. При этом ответчик, в случае несогласия с заявленными требованиями, обязан лишь доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих об отсутствии вины и факт оказания медицинских услуг надлежащего качества.

Судом установлено, что ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, 13.12.2016 поступила в ФГБУ «№ Минздрава России (ныне ФГБУ «№ Министерства здравоохранения Российской Федерации).

Согласно истории болезни истца № истцу был выставлен диагноз: №

ФИО4 направлена на оказание ВМП Министерством здравоохранения Республики Чувашия, 30.11.2016 на портале ВМП Минздрава России был размещен талон-направление на ВМП №

30.11.2016 врачебной комиссией по отбору больных на ВМП ФГБУ «№ Минздрава России рассмотрены документы ФИО4, подтверждены показания к ВМП, определена планируемая дата госпитализации -13.12.2016 (протокол №

В ФГБУ «№» Минздрава России истец находилась с 13.12.2016 по 22.12.2016.

15.12.2016 ответчиком истцу была проведена операция - №

Указанная операция, по мнению истца, проведена некачественно, в процессе операции была занесена инфекция, вследствие чего 27.12.2016 ФИО4 госпитализирована в БУ ЧР «№.

Проведена операция- ревизия послеоперационной раны, наружное дренирование.

В период с 02.03.2017 по 11.03.2017 истец находилась на стационарном лечении в БУ ЧР «№» МЗ ЧР, с 13.04.2017 по 27.04.2017 – в БУ ЧР «№

29.11.2017 ФИО4 вновь поступила в ФГБУ «№, где находилась по 15.12.2017.

30.01.2018 истцу была проведена операция: №

Обращаясь с данным иском, ФИО4 ссылается на некачественное проведение ей 15.12.2016 операции, в результате которой была занесена инфекция, которая в свою очередь привела к повторным операциям, №

Сторона ответчика, возражая против исковых требований, указала, что никаких свидетельств о занесении в № инфекции не имеется, отсутствует какая-либо документация, подтверждающая связь сегодняшнего состояния ФИО4 №, и лечения, которое было проведено ответчиком.

В ходе судебного заседания по ходатайству представителя истца была назначена судебно-медицинская экспертиза.

На разрешение экспертов Негосударственного судебно-экспертного учреждения ООО «

<

адрес>» 

<

адрес> были поставлены следующие вопросы:

№

№

№

Заключением экспертов Негосударственного судебно-экспертного учреждения ООО «№ от 23.01.2019 установлено, что поводом для оказания медицинской помощи ФИО4 в декабре 2016 года явились заболевания - №

Вышеуказанные заболевания были показанием для проведения ФИО4 15.12.2016 хирургического лечения в № Указанная медицинская помощь сопровождалась инфицированием области хирургического вмешательства, что подтверждает то, что указанная инфекция:

-сопровождалась наличием отделяемого и имела связь с хирургическим вмешательством;

-не является закономерным развитием основного заболевания;

-вовлекает в воспалительный процесс глубокие мягкие ткани;

-срок развития инфекции 12 дней после оперативного вмешательства.

Указанное инфицирование области хирургического вмешательства вызвало ухудшение состояния здоровья ФИО4 в объеме, как самой инфекции области хирургического вмешательства, так и в последующем – нестабильности фиксирующей конструкции, которая в свою очередь обусловила рецидив и прогрессирование основного заболевания, что подтверждают:

-инфекция области хирургического вмешательства;

-признаки нестабильности фиксирующей конструкции и прогрессирования спондилолистеза, радикулопатии и возникновения вторичного спинального стеноза на уровне пятого поясничного и первого крестцового позвонка с нестабильностью.

Согласно данным компьютерной томографии №

Эндогенное инфицирование области хирургического вмешательства следует исключить, так как у ФИО4 не имелось острого, а также обострения хронического воспалительного процесса, о чем свидетельствуют отсутствие клинической картины инфекционного заболевания, нормальные показатели крови и мочи.

Следовательно, в данном случае, в том числе при отсутствии данных об эпидемиологической обстановке, противоэпидемическом режиме и инфекционном контроле в медицинской организации, а также флоре раневого отделяемого, можно сделать вывод, что инфекция области хирургического вмешательства носила экзогенный характер, что является критерием дефекта медицинской помощи.

При оказании качественной медицинской помощи ФИО4 и отсутствии экзогенного инфицирования, можно было бы избежать ухудшения состояния ее здоровья, следовательно, между ними имеется причинно-следственная связь.

Резкое ограничение подвижности в №, появившееся у ФИО4 в результате, как инфекции области хирургического вмешательства, так и в последующем – нестабильности фиксирующей конструкции, которая в свою очередь обусловила рецидив и прогрессирование основного заболевания, соответствует 50% стойкой утраты общей трудоспособности, и является медицинским критерием тяжкого вреда, причиненного здоровью ФИО4 Таким образом, указанным заключением экспертов, проведенным на основании определения суда, подтверждено оказание ФИО4 некачественной медицинской услуги.

Сторона ответчика, полагая, что заключение экспертизы является неполным, необоснованным и необъективным, поскольку в нем отсутствует обоснование выводов, отсутствует профильный специалист-нейрохирург, сведения об осмотре ФИО4, ходатайствовала о проведении повторной и дополнительной экспертиз.

В соответствии со ст. 87 ГПК РФ суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу либо дополнительную экспертизу только в случае возникновения сомнений в правильности или обоснованности ранее данного заключения, в случае наличия противоречий в заключениях нескольких экспертов либо недостаточной ясности или неполноты заключения эксперта

По смыслу норм законодательства Российской Федерации назначение дополнительной экспертизы является необходимым только в случае, если для разрешения возникшего вопроса необходимы специальные познания в какой-либо области, при отсутствии возможности постановить законное и обоснованное решение.

При этом следует иметь в виду, что в необходимых случаях суд вправе привлечь специалистов для консультации в порядке ст. 188 ГПК.

Ввиду нахождения экспертного учреждения в другом регионе, суд направил ходатайство ответчика для дачи письменных пояснений по результатам экспертизы.

Судом на экспертов Негосударственного судебно-экспертного учреждения «№» была возложена обязанность представить в адрес суда ответы на следующие вопросы:

№

№

№

№

№

№

№

№

№

№

Из письма, направленного в адрес суда экспертами Негосударственного судебно-экспертного учреждения, экспертами ФИО9, ФИО10, ФИО11, проводившими судебную экспертизу на основании определения суда, усматривается, что выводы комиссии экспертов основаны на нормативно-правовых актах в сфере здравоохранения и данных медицинской литературы; результаты объективного осмотра, указанные на стр.49 заключения, были выявлены при изучении объектов исследования, которые были представлены для производства экспертизы (материалы гражданского дела, медицинские документы); инфицирование области хирургического вмешательства вызвало ухудшение состояния здоровья ФИО4 в объеме, как самой инфекции области хирургического вмешательства, так и в последующем – нестабильности фиксирующей конструкции, которая в свою очередь обусловила рецидив и прогрессирование основного заболевания, что подтверждают:

1) инфекция области хирургического вмешательства:

–наличие инфицированного отделяемого в области оперативного вмешательства через 12 дней после оперативного вмешательства;

-ревизия послеоперационной раны, дренирование и применение антибактериальных препаратов;

-заживление послеоперационной раны вторичным натяжением.

2) признаки нестабильности фиксирующей конструкции и прогрессирования спондилолистеза, радикулопатии и возникновения вторичного спинального стеноза на уровне пятого поясничного и первого крестцового позвонка с нестабильностью:

-жалобы:

-результаты объективного осмотра;

-результаты лучевых методов диагностики;

-интраоперационные данные от 30.01.2018.

Экспертами отмечено, что эндогенное инфицирование области хирургического вмешательства следует исключить, так как у ФИО4 не имелось острого, а также обострения хронического воспалительного процесса, о чем свидетельствуют отсутствие клинической картины инфекционного заболевания, нормальные показатели крови и мочи.

Следовательно, по мнению экспертов, в данном случае, в том числе при отсутствии данных об эпидемиологической обстановке, противоэпидемическом режиме и инфекционном контроле в медицинской организации, а также флоре раневого отделяемого, инфекция области хирургического вмешательства носила экзогенный характер, что является критерием дефекта медицинской помощи. При оказании качественной медицинской помощи ФИО4 и отсутствии экзогенного инфицирования, можно было бы избежать ухудшения состояния ее здоровья, следовательно, между ними имеется причинно-следственная связь.

Таким образом, в разъяснениях по комиссионной судебно-медицинской экспертизе №, направленных в адрес суда, эксперты Негосударственного судебно-экспертного учреждения №» подтвердили обоснованность сделанных ими выводов, дав подробные и мотивированные ответы на поставленные перед ними вопросы.

Возражая против выполненного на основании определения суда заключения эксперта, сторона ответчика представила рецензию ФГБОУ ВО «

<

адрес> «№ на заключение комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 

В данной рецензии, составленной старшим научным сотрудником отдела «инновационных проектов в нейрохирургии и вертебрологии научно-исследовательского института травматологии, ортопедии и нейрохирургии ФГБОУ ВО «№ Министерства здравоохранения РФ, ФИО12, отмечено, что в рассматриваемом случае, наиболее вероятно, имела место послеоперационная серома, которая не свидетельствует о гнойных осложнениях со стороны послеоперационных швов, а является реактивным процессом со стороны тканей организма на ранее проведенное хирургическое вмешательство и может являться составным компонентом процессов саногенеза. ФИО4 была применена активная хирургическая тактика лечения данного состояния(серомы мягких тканей поясничной области), что является одним из возможных способов лечения. Но возможно было и применение вакуумных повязок на область послеоперационных швов, что привело бы к позитивному конечному результату, однако удлинило бы сроки стационарного лечения. У пациентки ФИО4 можно судить о вовлечении в патологический процесс многих отделов опорно-двигательного аппарата, а не только пояснично-крестцового отдела позвоночника. Это в совокупности с неблагоприятным психо-вегетативным фоном может приводить к длительности комплексного лечения стойкого болевого синдрома, который в рассматриваемом случае носит поливариантный характер. 

Рецензиат по результатам анализа комплексной судебно-медицинской экспертизы, сведений медицинских документов, пришел к заключению, что дефектов медицинского лечения при выполнении хирургического вмешательства 15.12.2016, а также при проведении стационарного лечения в условиях отделения нейрохирургии №» Минздрава РФ не выявлено. Возникшие осложнения не являются гнойным осложнением и не связаны с некачественно проведенным хирургическим вмешательством. Какая-либо причинно-следственная связь (прямая, косвенная) между проведенным стационарным лечением в период с 13.12.2016 по 22.12.2016, необходимостью последующего длительного амбулаторного и стационарного лечения, а также наступлением № и длительной нетрудоспособности у пациентки ФИО4 не прослеживается.

Между тем, представленная стороной истца рецензия на вышеуказанное экспертное заключение, в котором указывается не необоснованность выводов экспертов, является оценкой представленного судом доказательства - заключения судебной экспертизы, однако в соответствии с положениями ст. 67 ГПК РФ право оценки доказательств предоставлено только суду.

При этом следует отметить, что экспертное заключение, составленное в соответствии с определением суда, отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств, основания сомневаться в его правильности отсутствуют, в то время как представленная рецензия выполнена по заказу ответчика, носит субъективный характер; лицо, проводившее рецензию, не предупреждались об уголовной ответственности, а приведенные в ней доводы основываются лишь на предположениях, высказанных на основе собственного опыта без исследования материалов гражданского дела.

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость и достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Оценивая заключение эксперта, сравнивая соответствие заключения поставленным вопросам, определяя полноту заключения, его научную обоснованность и достоверность полученных выводов, суд приходит к выводу о том, что данное заключение в полной мере является допустимым и достоверным доказательством. Указанное заключение экспертов соответствуют требованиям ст. 86 ГПК РФ, содержит подробное описание проведенного исследования, его результаты с указанием примененных методов, ссылку на использованные нормативные правовые акты и литературу, конкретные ответы на поставленные судом вопросы, изложенные в ней выводы мотивированы, при этом эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ. В распоряжение экспертов были представлены оригиналы исследуемых медицинских документов, в связи с чем оснований сомневаться в выводах экспертов у суда не имеется.

Доказательств, свидетельствующих о том, что эксперты были лично, прямо или косвенно заинтересованы в исходе дела, что имеются иные обстоятельства, вызывающие сомнение в их объективности и беспристрастности, не представлено, а само несогласие ответчика с выводами судебной экспертизы субъективно, направлено на переоценку фактических обстоятельств дела в своем интересе.

При таких обстоятельствах, суд считает необходимым взять за основу заключение экспертов Негосударственного судебно-экспертного учреждения «№».

Согласно действующему законодательству, обязательными условиями для компенсации морального вреда является доказанность того, что нравственные и физические страдания причинены лицу виновным поведением причинителя вреда, наличие причинной связи между наступившими последствиями и виновным поведением лица, их причинивших.

Оценив заключение эксперта Негосударственного судебно-экспертного учреждения «№» в соответствии с другими имеющимися в материалах дела доказательствами, суд приходит к выводу о том, что медицинская услуга ФИО4 была оказана некачественно, сопровождалась инфицированием области хирургического вмешательства, чем обусловила рецидив и прогрессирование основного заболевания.

Указанное свидетельствует о наличии причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступившими у истца последствиями, ухудшение состояния здоровья ФИО4, в связи с чем ответчик должен нести гражданско- правовую ответственность за совершенные ими действия в виде компенсации морального вреда лицу, которому они были причинены.

Учитывая, что действиями ответчика истцу были причинены физические и нравственные страдания, суд, учитывая обстоятельства и характер допущенных ответчиком нарушений прав истца, а также требования разумности и справедливости, считает необходимым взыскать в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб.

Кроме того, истец просит взыскать с ответчика неустойку в размере 1% за отказ от исполнения требований потребителя.

Согласно разъяснениям, данным в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 года № 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.

Согласно ч. 1 ст. 31 Закона РФ "О защите прав потребителей" требования потребителя об уменьшении цены за выполненную работу (оказанную услугу), о возмещении расходов по устранению недостатков выполненной работы (оказанной услуги) своими силами или третьими лицами, а также о возврате уплаченной за работу (услугу) денежной суммы и возмещении убытков, причиненных в связи с отказом от исполнения договора, предусмотренные пунктом 1 статьи 28 и пунктами 1 и 4 статьи 29 настоящего Закона, подлежат удовлетворению в десятидневный срок со дня предъявления соответствующего требования.

В соответствии с п. 5 ст. 28 указанного Закона в случае нарушения установленных сроков выполнения работы (оказания услуги) или назначенных потребителем на основании пункта 1 настоящей статьи новых сроков исполнитель уплачивает потребителю за каждый день (час, если срок определен в часах) просрочки неустойку (пеню) в размере трех процентов цены выполнения работы (оказания услуги), а если цена выполнения работы (оказания услуги) договором о выполнении работ (оказании услуг) не определена - общей цены заказа. Договором о выполнении работ (оказании услуг) между потребителем и исполнителем может быть установлен более высокий размер неустойки (пени).

Сумма взысканной потребителем неустойки (пени) не может превышать цену отдельного вида выполнения работы (оказания услуги) или общую цену заказа, если цена выполнения отдельного вида работы (оказания услуги) не определена договором о выполнении работы (оказании услуги).

30.03.2019 ФИО4 обратилась в ФГБУ «№» Министерства здравоохранения Российской Федерации с досудебной претензией о выплате ей в добровольном порядке компенсации морального вреда за причиненный вред здоровью, а также в качестве компенсации всех убытков, которые понесла в связи с лечением, в размере 1 000 000 руб..

Между тем положениями ч.5 ст.28 Закона «О защите прав потребителей» уплата неустойки в случае неудовлетворения требования потребителя о выплате компенсации морального вреда не предусмотрена, в связи с чем в удовлетворении данного требования суд отказывает.

Помимо этого, истец просит взыскать с ответчика штраф, предусмотренный Законом РФ «О защите прав потребителей».

В силу ст. 13 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Согласно разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (пункт 6 статьи 13 Закона).

Поскольку доказательств удовлетворения требований истца в добровольном порядке ответчиком представлено не было, суд приходит к выводу об обоснованности требования истца о взыскания штрафа на основании п. 6 ст. 13 Закона РФ "О защите прав потребителей" и взыскивает с ответчика 250 000 руб. (50% от взысканной судом компенсации морального вреда в размере 500 000 руб.)

Согласно ст.103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которых истец была освобождена, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

В связи с удовлетворением требований истца в соответствии с указанной нормой и на основании подпункта 3 пункта 1 ст. 333. 19 Налогового кодекса РФ с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

р е ш и л :

Взыскать с ФГБУ «№» Министерства здравоохранения Российской Федерации в пользу ФИО4 в счет компенсации морального вреда 500 000 руб., штраф за неудовлетворение в добровольном порядке требований потребителя в размере 250 000 руб. 

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО4 к ФГБУ «№» Министерства здравоохранения Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, неустойки за отказ в удовлетворении требований потребителя за период с 05.04.2018 по 01.04.2019 в размере 1 000 000 руб., отказать.

Взыскать с ФГБУ «№» Министерства здравоохранения Российской Федерации в доход местного бюджета госпошлину в размере 300 руб. 

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Верховный суд Чувашской Республики через Калининский районный суд г. Чебоксары в месячный срок со дня составления мотивированного решения суда. Мотивированное решение составлено 23.04.2019. 

Судья А.В. Мартьянова