Дело № 2-2430/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

29 июня 2018 года г. Ульяновск

Ленинский районный суд г. Ульяновска в составе:

председательствующего судьи Сапрыкиной Е.В.,

при секретаре Михайловой В.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к УМВД России по Ульяновской области, Министерству финансов Российской Федерации и Министерству внутренних дел Российской Федерации о компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания при конвоировании, 

установил:

ФИО1 обратился в вышеуказанными исковыми требованиями, в обоснование указав, что с 17.07.2012г. по 09.04.2013г. он находился в заключении в СИЗО-1 г. Ульяновска и его конвоирование осуществлялось более 40 раз: более 20 раз на предварительное следствие и более 20 раз на судебное следствие. Так как имеет статус «бывший сотрудник милиции», то его конвоирование осуществлялось на автомобилях Газель, либо КАВЗ в одиночной камере «стакан», где он находился в бесчеловечных и невыносимых условиях содержания, вызывавших у него унижение и страдания, в связи с чем, подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 350 700 руб., эквивалентной сумме 5 000 евро. Нарушения конвоирования вызваны тем, что «стакан» не имеет окон, вентиляции и света, проверяли его через щель-задвижку фонариком и голосом, а сама поездка составляла до 3 час. 

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о слушании извещался своевременно, воспользоваться правом направить для участия в судебном заседании своего представителя не пожелал, исправительное учреждение, в котором истец отбывает наказание в виде лишения свободы, системой видеоконференцсвязи не оснащено. 

Из дополнительных пояснений истца следует, что моральные и нравственные страдания вызваны тем, что «стакан» зимой не отапливался, в связи с чем, он замерзал, а летом в «стакане» было нестерпимо жарко, в камере отсутствовала вентиляция. Кроме того, с него не снимали наручники, из-за отсутствия освещения он испытывал чувство страха, при конвоировании автомобиль трясло, и истец ударялся различными частями тела, а при выходе он часто рвал одежду. 

Представитель ответчиков УМВД России по Ульяновской области и МВД Российской Федерации иск не признала, пояснив, что признание действий должностных лиц незаконными подлежит рассмотрению в рамках административного судопроизводства и истцом пропущен 3 месячный срок на обращение в суд, при этом истец о восстановлении срока не ходатайствовал. 

В связи с тем, что ФИО1 являлся бывшим сотрудником правоохранительных органов, то он конвоировался в одиночной камере в соответствии с требованиями внутренней изоляции и его конвоирование обеспечивалось силами отдельной роты охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых УМВД России по городу Ульяновску.

В период с 17 июля 2012 года по 9 апреля 2013 года на балансе УМВД России по городу Ульяновску находилось 10 спецавтомобилей типа «АЗ», используемых для перевозки осужденных и лиц, содержащихся под стражей и в указанный период требования к конструкции спецавтомобилей, регламентировались Специальными техническими требованиями автомобилей оперативно-служебных для перевозки подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, изложенными в Правилах стандартизации (ПР) 78.01.0024-2010. Все спецавтомобили, используемые УМВД для перевозки подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, соответствовали Правилам стандартизации (ПР 78.01.0024-2010) «Автомобили оперативно-служебные для перевозки подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», были технически исправными и надлежащим образом оборудованы.

В целях пресечения возможной попытки побега, обеспечения личной безопасности сотрудников конвоя к подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений могут применяться специальные средства - наручники.

В соответствии с утвержденным маршрутом конвоирования время нахождения в пути от ФКУ СИЗО 1 УФСИН России по Ульяновской области до Заволжского районного суда г. Ульяновска составляло 25 минут. Информация о времени конвоирования на предварительное и судебное следствие истца не сохранилась в связи с истечением сроков хранения и её уничтожением (акт уничтожения от 20 апреля 2014 г. прилагается).

Таким образом, условия конвоирования истца соответствуют предъявляемым требованиям. 

По существу же требования истца сводятся к оспариванию установленных Правилами стандартизации требований конвоирования. Вместе с тем, сам факт перевозки истца в одиночной камере спецавтомобиля не свидетельствует о нарушении его личных неимущественных прав.

Истцом не представлено доказательств того, что его конвоирование осуществлялось в ненадлежащих условиях, что к нему незаконно были применены спецсредства (наручники), условия перевозки его специальным автотранспортом причинили ему вред и нравственные страдания. Кроме того, в период конвоирования от ФИО1 жалобы и заявления на условия конвоирования, действия сотрудников конвоя не поступали.

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации в судебное заседание не явился, извещался. 

Привлеченные к участию в деле третьи лица в судебное заседание не явились, о слушании извещались. 

Суд, в порядке ст.167 ГПК РФ, определил рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц. 

Заслушав представителя ответчиков, допросив свидетеля, исследовав материалы рассматриваемого дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьями 10, 12, 56 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Суд рассматривает дело и дает оценку тем доводам и доказательствам, которые были представлены сторонами и исследовались в судебном заседании.

Согласно статьи 17 Конституции Российской Федерации, в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации.

Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию (ст. 21 Конституции Российской Федерации).

Статья 53 Конституции Российской Федерации гарантирует каждому право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии со ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Согласно ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, регламентируются Федеральным законом от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений".

В соответствии со ст. 32 Федерального закона от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ подозреваемые и обвиняемые содержатся в общих или одиночных камерах в соответствии с требованиями раздельного размещения, предусмотренными статьей 33 настоящего Федерального закона. Основные требования обеспечения изоляции должны соблюдаться при перемещении подозреваемых и обвиняемых за пределами мест их содержания под стражей.

В силу пункта 2 статьи 33 Федерального закона N 103-ФЗ при размещении подозреваемых и обвиняемых, а также осужденных в камерах обязательно соблюдение следующих требований: отдельно от других подозреваемых и обвиняемых содержатся, в том числе подозреваемые и обвиняемые в совершении следующих преступлений, предусмотренных Уголовным кодексом Российской Федерации: умышленного причинения тяжкого вреда здоровью; лица, являющиеся или являвшиеся судьями, адвокатами, сотрудниками правоохранительных органов, налоговой инспекции, таможенных органов, службы судебных приставов, учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, военнослужащими внутренних войск федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел, военнослужащими и сотрудниками войск национальной гвардии Российской Федерации.

На основании статьи 28 Федерального закона N 103-ФЗ администрация мест содержания под стражей по указанию следователя, лица, производящего дознание, или суда (судьи) обеспечивает, в том числе прием подозреваемых и обвиняемых в места содержания под стражей и передачу их конвою для отправки к месту назначения.

Согласно статье 12 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года N 5473-1 "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы" конвоирование содержащихся в следственных изоляторах уголовно-исполнительной системы осужденных и лиц, заключенных под стражу, для участия в следственных действиях или судебном разбирательстве и охрана указанных лиц во время производства процессуальных действий осуществляются полицией.

В соответствии с пунктом 164 Инструкции по служебной деятельности специальных подразделений УИС по конвоированию, утвержденной совместным Приказом Минюста РФ и МВД РФ от 24 мая 2006 года N 199дсп/369дсп, караул обязан обеспечить изоляцию конвоируемых от посторонних граждан, раздельное размещение в камерах, транспортных средствах по видам режима и категориям, недопущение совершения ими преступлений и соблюдение установленного режима содержания.

Согласно пункту 305 Инструкции специальные автомобили, предназначенные для перевозки осужденных и лиц, содержащихся под стражей, используется по решению начальника управления по конвоированию и только по прямому назначению. Спецавтомобиль должен быть технически исправен и оборудован в соответствии с установленными требованиями.

Судом установлено, что ФИО1 в период с 17.07.2012г. по 09.04.2013г. содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ульяновской области и в указанный период содержания направлялся из ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ульяновской области в Заволжский районный суд г. Ульяновска.

Конвоирование ФИО1 из ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ульяновской области в Заволжский районный суд г. Ульяновска осуществлялось отдельной роты охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых УМВД России по г. Ульяновску. 

Учитывая специальный статус ФИО1 – бывший сотрудник правоохранительных органов, его конвоирование осуществлялось отдельно от всех других конвоируемых в одиночной камере.

На период рассмотрения спорных правоотношений требования к конструкции спецавтомобилей, регламентировались Специальными техническими требованиями автомобилей оперативно-служебных для перевозки подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, изложенными в Правилах стандартизации (ПР) 78.01.0024-2010. 

В соответствии с Правилам стандартизации 78.01.0024-2010 «Автомобили оперативнослужебные для перевозки подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» спецавтомобили изготавливаются на базе грузовых, легковых автомобилей автофургонов, автобусов; предназначены для перевозки только сидящих людей, оборудованы системой отопления, вентиляцией, освещением, биотуалетами (более 7 человек спецконтингента) (пункты 4.3, 4.5, 5.4, 5.8, 5.9, 5.10); имеют одну или две общих камеры и одиночные камеры оборудованные сидениями, длина многоместных сидений определяется из расчета не менее 45 см на одного человека, одноместного - не менее 42 см, минимальный размер одиночной камеры для спецконтингента составляет 500 мм (ширина) х 650 мм (глубина).

Одиночная камера имеет в специальных местах каркаса оборудована вентиляционным отверстием, освещением, защищена от поломки, взлома, ударов. В двери камеры имеются смотровые отверстия для наблюдения за обвиняемым, стены имеют утепление в холодную погоду.

Допрошенный в ходе судебного заседания свидетель ФИО2 суду пояснил, что в период с 2012-2013гг. он осуществлял службу в отдельной роте охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых УМВД России по г. Ульяновску в должности начальника конвоя. В тот период конвоирование осуществлялось спецавтомобилями, на базе УАЗ, ГАЗЕЛЬ, КАВЗ и ГАЗ, каждый из которых был оснащен одиночной камерой. Все спецавтомобили были оснащены освещением, вентиляцией, отоплением в холодный период времени. Одиночная камера была оборудована сидением, освещением, вентиляционными отверстиями. Сама конвойная служба одеждой конвоируемых лиц не занимается, но по регламенту запрещено принимать для конвоирования лиц, одетых не по сезону – в зимний период времени это обязательно зимняя обувь, зимняя шапка и зимняя куртка. В случае, если от подозреваемого, либо обвиняемого лица в период конвоя поступали жалобы, то они заносились в журнал и по ним в обязательном порядке проводилась проверка. 

Согласно сведений, предоставленных ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ульяновской области (исх. от 23.05.2018г.) на основании журнала «Учета предложений, заявлений и жалоб подозреваемых, обвиняемых и осужденных» в период с 17.07.2012г. по 09.04.2013г. от ФИО1 поступали лишь заявления о выдаче гигиенического набора и одно заявление на сдачу вещей в камеру хранения. 

Из сообщения прокуратуры Ульяновской области исх. №08-17-2018/12238-2018 в прокуратуру Ульяновской области и Ульяновскую прокуратуру по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях Ульяновской области обращения ФИО1 по факту его ненадлежащего содержания при конвоировании в период с июля 2012г. по апрель 2013г., а также в последующем, не поступали.

Как следует из информации, предоставленной 28.05.2018г. врио заместителя начальника полиции по ООП отсутствуют сведения о жалобах ФИО1 по факту ненадлежащего содержания при конвоировании за период с 17.07.2012г. по 09.04.2013г. В соответствии с утвержденным маршрутом конвоирования, время нахождения в пути из ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ульяновской области до Заволжского районного суда г. Ульяновска составляет 25 мин.

Из медицинской карты ФИО1 также не следует, что он предъявлял жалобы на состояние здоровья, вызванные ненадлежащими условиями конвоирования (этапирования) в период с июля 2012г. по апрель 2013г. 

Таким образом, в порядке ст.56 ГПК РФ истцом ФИО1 не было предоставлено суду допустимых и достоверных доказательств, что автомобили, на которых осуществлялось его этапирование (конвоирование) не соответствовали Правилам стандартизации 78.01.0024-2010 «Автомобили оперативнослужебные для перевозки подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», либо доказательств свидетельствующих о нарушении иным образом его личных неимущественных прав, причинении нравственных страданий вследствие конвоирования (этапирования) в ненадлежащих условиях в указанный им период, в связи с чем, исковые требований удовлетворению не подлежат. 

Что же касается доводов представителя ответчиков о пропуске ФИО1 срока на обжалование действий должностных лиц, то данный довод является не относимым, т.к. требования ФИО1 рассматриваются в порядке искового производства о взыскании компенсации морального вреда, а не в рамках административного судопроизводства. 

Руководствуясь ст.ст. 12, 56, 194-198 ГПК РФ, суд 

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к УМВД России по Ульяновской области, Министерству финансов Российской Федерации и Министерству внутренних дел Российской Федерации о компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания при конвоировании отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца с момента изготовления в окончательной форме в Ульяновский областной суд через Ленинский районный суд г. Ульяновска.

Судья Е.В. Сапрыкина