Р Е Ш Е Н И Е

22 июня 2020 года город Благовещенск

Судья Амурского областного суда Михайленко В.Г., рассмотрев в открытом судебном заседании протест прокурора Селемджинского района Амурской области Астахова П.А. на постановление судьи Селемджинского районного суда от 26 апреля 2020 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 9 статьи 13.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении ФИО1,

У С Т А Н О В И Л :

постановлением судьи Селемджинского районного суда от 26 апреля 2020 года ФИО1 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 9 ст. 13.15 КоАП РФ, и подвергнута административному наказанию в виде административного штрафа в размере 15000 рублей без конфискации предмета административного правонарушения. 

В протесте, поданном в Амурский областной суд, прокурор Селемджинского района Амурской области Астахов П.А. ставит вопрос об отмене постановления и возвращении дела на новое рассмотрение. В обоснование протеста указывает, что дело об административном правонарушении рассмотрено судьей районного суда с нарушением процессуальных требований, предусмотренных ст. 1.6, 24.1, 26.1 КоАП РФ, представленным в материалах дела доказательствам, в том числе объяснениям ФИО1, не дана надлежащая правовая оценка. Материалами дела подтверждается отсутствие у ФИО1 умысла на распространение заведомо ложной общественно значимой информации в информационно-телекоммуникационной сети, содержание сообщения в мессенджере «WhatsApp» воспринималось ФИО1 как достоверное, а его перенаправление в группу «

<

данные изъяты>» имело своей целью предупреждение родственников о возможных наступлениях неблагоприятных последствий наводнения. Кроме того, из содержания рапорта прокурора Мазановского района от 16.04.2019 г. усматривается, что жители 

<

данные изъяты> не восприняли переданную информацию в качестве достоверной, в связи с чем сообщение ФИО1, распространенное в мессенджере «WhatsApp», не повлекло угрозу массового нарушения общественного порядка и общественной безопасности. Данные обстоятельства не были учтены судьей Селемджинского районного суда, что послужило принятию незаконного и необоснованного постановления.

В судебном заседании прокурор отдела прокуратуры Амурской области Малева А.В. доводы протеста поддержала, просила постановление судьи Селемджинского районного суда от 26 апреля 2020 года отменить, производство по делу прекратить.

В судебном заседании ФИО1 поддержала позицию прокурора.

Представитель МО МВД России «Мазановский», надлежащим образом извещенный о дате, времени и месте рассмотрения жалобы, в судебное заседание не явился, ходатайств об отложении рассмотрения дела не заявлял, при таких обстоятельствах дело рассмотрено при состоявшейся явке.

Проверив материалы дела в полном объеме, выслушав участников процесса, изучив доводы жалобы, прихожу к следующим выводам.

Отношения, возникающие при осуществлении права на поиск, получение, передачу, производство и распространение информации, применении информационных технологий, а также обеспечении защиты информации регулируются в соответствии Федеральным законом от 27.07.2006 г. № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» (далее Федеральный закон № 149-ФЗ).

В силу ч. 1 ст. 10 указанного Федерального закона № 149-ФЗ в Российской Федерации распространение информации осуществляется свободно при соблюдении требований, установленных законодательством Российской Федерации.

Запрещается распространение информации, которая направлена на пропаганду войны, разжигание национальной, расовой или религиозной ненависти и вражды, а также иной информации, за распространение которой предусмотрена уголовная или административная ответственность (ч. 6 ст. 10 Федерального закона № 149-ФЗ).

Согласно ч. 1 ст. 15 Федерального закона № 149-ФЗ на территории Российской Федерации использование информационно-телекоммуникационных сетей осуществляется с соблюдением требований законодательства Российской Федерации в области связи, настоящего Федерального закона и иных нормативных правовых актов Российской Федерации.

Передача информации посредством использования информационно-телекоммуникационных сетей осуществляется без ограничений при условии соблюдения установленных федеральными законами требований к распространению информации и охране объектов интеллектуальной собственности. Передача информации может быть ограничена только в порядке и на условиях, которые установлены федеральными законами (ч. 5 ст. 15 Федерального закона № 149-ФЗ).

Частью 9 статьи 13.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность за распространение в средствах массовой информации, а также в информационно-телекоммуникационных сетях заведомо недостоверной общественно значимой информации под видом достоверных сообщений, создавшее угрозу причинения вреда жизни и (или) здоровью граждан, имуществу, угрозу массового нарушения общественного порядка и (или) общественной безопасности либо угрозу создания помех функционированию или прекращения функционирования объектов жизнеобеспечения, транспортной или социальной инфраструктуры, кредитных организаций, объектов энергетики, промышленности или связи, если эти действия лица, распространяющего информацию, не содержат уголовно наказуемого деяния, что влечет наложение административного штрафа, в том числе на граждан в размере от тридцати тысяч до ста тысяч рублей с конфискацией предмета административного правонарушения или без таковой.

Как следует из протокола об административном правонарушении от 06.09.2019 г. № АО 28062246, 8 августа 2019 года в 21 час 00 минут в поселке Февральск Селемджинского района Амурской области ФИО1 посредством принадлежащего ей сотового телефона распространила в информационно-телекоммуникационной сети через интернет-мессенджер «WhatsApp» в группе под названием «

<

данные изъяты>» заведомо недостоверную общественно значимую информацию о заражении цианидом почвы в 

<

данные изъяты> вследствие подтопления. Данная информация, распространенная под видом достоверных сведений, могла способствовать возникновению панических настроений у граждан в период режима чрезвычайной ситуации, введенной на территории Амурской области с 25 июля 2019 года, в связи с чем ее распространение создало угрозу массового нарушения общественного порядка и общественной безопасности.

Указанные обстоятельства послужили основанием для возбуждения в отношении ФИО1 производства по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 9 ст. 13.15 КоАП РФ.

По результатам рассмотрения дела судья Селемджинского районного суда пришел к выводу о наличии в действиях ФИО1 состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 9 ст. 13.15 КоАП РФ, в связи с чем вынес постановление о назначении административного наказания.

Между тем указанный вывод судьи не основан на результатах надлежащей правовой оценки совокупности собранных по делу доказательств, в связи с чем итоговое судебное постановление не отвечает принципам законности и обоснованности.

В силу ст. 26.1 КоАП РФ по делу об административном правонарушении подлежат обязательному выяснению: наличие события административного правонарушения; лицо, совершившее противоправные действия, виновность лица в совершении административного правонарушения; иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, а также причины и условия совершения административного правонарушения.

Установление виновности предполагает доказывание вины лица в совершении противоправного действия (бездействия), то есть субъективной стороны деяния, а также непосредственной причастности к его совершению, то есть объективной стороны деяния.

Выяснение указанного вопроса имеет основополагающее значение для всестороннего, полного и объективного рассмотрения дела.

Согласно ст. 1.5 КоАП РФ лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина. Лицо, привлекаемое к административной ответственности, не обязано доказывать свою невиновность, за исключением случаев, предусмотренных примечанием к настоящей статье. Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица.

Приведенные положения в их нормативном единстве и взаимосвязи означают, что обязанность по доказыванию вины возложена на должностное лицо административного органа, выводы о виновности лица в совершении административного правонарушения должны быть основаны на исчерпывающей совокупности доказательств, исключающей какие-либо сомнения в обоснованности применения к виновному лицу мер административной ответственности.

Из буквального толкования диспозиции ч. 9 ст. 13.15 КоАП РФ следует, что объективная сторона предусмотренного ею состава административного правонарушения выражается в распространении в средствах массовой информации, а также в информационно-телекоммуникационных сетях заведомо недостоверной общественно значимой информации под видом достоверных сообщений, создавшее угрозу причинения вреда жизни и (или) здоровью граждан, имуществу, угрозу массового нарушения общественного порядка и (или) общественной безопасности либо угрозу создания помех функционированию или прекращения функционирования объектов жизнеобеспечения, транспортной или социальной инфраструктуры, кредитных организаций, объектов энергетики, промышленности или связи, если эти действия лица, распространяющего информацию, не содержат уголовно наказуемого деяния.

Обязательным признаком объективной стороны рассматриваемого состава административного правонарушения является заведомая недостоверность распространяемой информации под видом достоверной.

Субъективная сторона правонарушения характеризуется умыслом.

В соответствии с ч. 1 ст. 2.2 КоАП РФ административное правонарушение признается совершенным умышленно, если лицо, его совершившее, сознавало противоправный характер своего действия (бездействия), предвидело его вредные последствия и желало наступления таких последствий или сознательно их допускало либо относилось к ним безразлично.

Факт умышленного распространения ФИО1 заведомо ложной информации о заражении цианидом почвы п. Угловое достоверно не подтвержден административным материалом, составленным сотрудниками МО МВД России «Мазановский».

При этом из объяснений ФИО2 от 31.08.2019 г., а также объяснений ФИО1 от 04.09.2019 г. (л.д. 29-30) следует, что ФИО1 не является автором сообщения о заражении цианидом почвы 

<

данные изъяты>, данное сообщение первоначально поступило в группу мессенджера «WhatsApp» «

<

данные изъяты>» и впоследствии 8 августа 2019 года было перенаправлено ФИО1 в группу мессенджера «WhatsApp» «

<

данные изъяты>».

Согласно объяснениям ФИО1, данным в судебном заседании от 23 апреля 2020 года (л.д. 108-113), информация о заражении цианидом почвы п. Угловое была воспринята ей как достоверная, в связи с чем данное сообщение перенаправлено в группу мессенджера «WhatsApp» «

<

данные изъяты>» в целях предупреждения родственников о возможных наступлениях неблагоприятных последствий наводнения. Умысла на распространение заведомо недостоверной информации она не имела, а наличие сомнений в части процентного содержания цианида не послужило препятствием в перенаправлении сообщения, поскольку она не является специалистом и не имеет познаний в соответствующей области.

Обстоятельства, указанные ФИО1, не опровергнуты в ходе производства по делу и с учетом положений ст. 1.5 КоАП РФ не позволяют прийти к однозначному выводу о ее виновности в совершении вменяемого правонарушения.

Кроме того, к числу обязательных признаков объективной стороны рассматриваемого административного правонарушения относится возникновение определенных последствий, в том числе в виде угрозы массового нарушения общественного порядка и (или) общественной безопасности.

Вместе с тем, факт возникновения последствий, определенных диспозицией ч. 9 ст. 13.15 КоАП РФ, не основан на материалах настоящего дела и опровергается содержанием рапорта прокурора Мазановского района от 16.08.2019 года (л.д. 19).

При таких обстоятельствах вывод судьи Селемджинского районного суда о наличии в действиях ФИО1 состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 9 ст. 13.15 КоАП РФ, является необоснованным.

В силу п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ отсутствие состава административного правонарушения является обстоятельством, исключающим производство по делу об административном правонарушении.

Согласно п. 3 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ по результатам рассмотрения жалобы на постановление по делу об административном правонарушении выносится решений об отмене постановления и о прекращении производства по делу при наличии хотя бы одного из обстоятельств, предусмотренных статьями 2.9, 24.5 настоящего Кодекса, а также при недоказанности обстоятельств, на основании которых было вынесено постановление.

С учетом вышеизложенного постановление судьи Селемджинского районного суда от 26 апреля 2020 года подлежит отмене с прекращением производства по делу на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ, в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

Руководствуясь статьей 30.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, судья

Р Е Ш И Л :

постановление судьи Селемджинского районного суда от 26 апреля 2020 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 9 статьи 13.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении ФИО1 – отменить.

Производство по делу прекратить на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ, в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

Настоящее решение может быть обжаловано в порядке, установленном главой 30 КоАП РФ, в Девятый кассационный суд общей юрисдикции (690090, 

<

...>).

Судья Амурского

областного суда В.Г. Михайленко

1версия для печати