№ 2-22/2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

14 февраля 2019 года п. Пограничный

Пограничный районный суд Приморского края в составе:

председательствующего судьи Кирсановой Н.В., 

при секретаре Яцухно С.Н.,

с участием старшего помощника прокурора Пограничного района Котовой О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело иску ФИО1 к ОАО «РЖД» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ :

ФИО1 обратился с иском к ОАО «РЖД» с требованием о восстановлении на работе, компенсации морального вреда.

В обоснования заявленных требований указал, что он с 2003 года по 18.05.2018 года работал машинистом тепловоза в эксплуатационном локомотивном депо Уссурийск – структурное подразделение Дальневосточной дирекции тяги - структурного подразделения Дирекции тяги - филиала ОАО «РЖД».

По инициативе работодателя, на основании приказа № 215 от 11.05.2018 уволен на основании пп. «д» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ.

Увольнение считает незаконным, так как действия, совершенные на рабочем месте 10.04.2018, не могли привести к наступлению тяжких последствий, так как были согласованы с помощником машиниста Свидетель №1 и не создавали угрозу наступления тяжких последствий. 

Незаконными действиями работодателя причинен моральный вред, который оценивает в размере 50 000 руб. 

С учетом уточненных требований, просит суд также взыскать заработную плату за время вынужденного прогула. 

Также просил восстановить пропущенный процессуальный срок исковой давности для подачи иска.

В судебном заседании ФИО1 на исковых требованиях настоял, суду пояснил, что 10.04.2018 утром он с помощником машиниста Свидетель №1 заступил на смену. По указанию дежурного по станции необходимо было провести маневровую работу по перестановке локомотива № 3395 с 47-го пути на 46 путь. Руководил маневром помощник машиниста Свидетель №1 Перед началом работы, в нарушение требований инструкции по технике безопасности, работодатель не обеспечил бригаду радиостанциями. В наличии было две радиостанции, одна находилась у дежурного, вторая - у него, как у машиниста, помощник машиниста Свидетель №1 радиостанцией обеспечен не был. В соответствии с требованиями инструкции по технике безопасности при отсутствии радиостанции, маневровая работа допускается с использованием ручных сигналов. Он поднялся в кабину локомотива, секцию А, и попытался завести дизель-генераторную установку. Дизель генераторная установка не завелась, то есть тепловоз был не исправен. Для выполнения маневра он принял решение перейти в секцию Б и начать маневр. Перед началом выполнения маневра необходимо было убрать тормозные башмаки. Помощник машиниста подал ручной сигнал о движении, машинист подал звуковой сигнал, свидетельствующий о начале движения. Помощник машиниста, услышав сигнал, отошел на безопасное расстояние. При этом, перед началом движения, он помощника машиниста не видел, помощник находился вне зоны видимости. Начав движение, тепловоз «перескочил» через тормозной башмак. Причиной переезда тепловоза через тормозной башмак стал резкий скачек напряжения. Согласился с тем, что он нарушил требования инструкции по технике безопасности, а именно начал выполнение маневровых работ без радиостанции, завел дизель-генераторную установку со второй секции, однако данные нарушения не могли привести к тяжким последствиям, в связи с чем, полагал, что увольнение слишком сурова мера ответственности. 10.05.2018 он принимал участие в заседании комиссии по охране труда. С актом расследования был ознакомлен 10.05.2018 года, также до него довели, что трудовой договор будет прекращен по п.п. «д» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ. С 17.04.2018 он находился на больничном. 18.05.2018 он ознакомился с приказом об увольнении, и в этот же день ему выдали трудовую книжку с записью об увольнении. В суд с иском обратился в месячный срок с момента получения копии приказа, в связи с чем, ходатайствует о восстановлении срока для обращения в суд. Кроме того в период с 30.05.2018 по 12.06.2018 ФИО1 находился на больничном в 

<

данные изъяты>», ежедневно ездил на процедуры, не смог своевременно обратиться в суд. При этом пояснил, что справку (заключение врачебной комиссии № 144, он сам не получал, ее получил по его просьбе его знакомый.

Представитель истца ФИО2 (по доверенности) на исковых требованиях настоял, суду пояснил, что срок исковой давности не пропущен. Работник вправе обратится в суд в месячный срок с момента получения приказа. 23.05.2018 истец обратился к работодателю с заявлением о выдаче копии приказа и документов служебного расследования, данные документы необходимы были для подготовки искового заявления. 29.05.2018 документы выданы истцу, иск направлен в суд в месячный срок - 29.06.2018. Также просит суд признать причину пропуска срока обращения в суд, уважительной и восстановить его. Истец уволен незаконно, угрозы наступления тяжких последствий не было. Руководителем маневра был помощник машиниста, который привлечен в дисциплинарной ответственности в виде выговора, а исполнитель маневра - машинист - уволен. Со стороны работодателя нарушены требования техники безопасности, бригада не была обеспечена радиостанциями, тепловоз был не исправен, в журнале отсутствовали записи о неисправностях. 

Представитель ответчика ОАО «РЖД» ФИО3 по доверенности в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился, представив в суд письменный отзыв на иск, который приобщен к материалам дела, заявил ходатайство о пропуске истцом срока обращения в суд, указав, что истец грубо нарушил требования инструкции по охране труда для локомотивных бригад ОАО «РЖД», утвержденной распоряжением ОАО «РЖД» от 12.12.2017 № 2585р. Приказом от 11.05.2018 № 215 истец уволен на основании п.п. «д» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ в связи с установленным комиссией по охране труда нарушением работником требований охраны труда, которые создали реальную угрозу наступления тяжких последствий. Так 10.04.2018 в 08 часов 30 минут в оборотном депо 

<

адрес> при выполнении маневровой работы по перестановке локомотива 3ТЭ10Мк № 3395 с 47-го пути на 46 путь ФИО1 привел в движение локомотив. При этом, руководитель маневра - помощник машиниста Свидетель №1, находился вне зоны видимости машиниста, что могло привести к тяжким последствиям, травмам. В момент движения произошел переезд через тормозной башмак. Своими действиями машинист нарушил требования охраны труда, а именно: пп. 1.28, 3.1.1, 3.1.31.

Свидетель Свидетель №1 суду пояснил, что он работает помощником машиниста, 10.04.2018 он совместно с машинистом ФИО1 в оборотном депо 

<

адрес> по поручению дежурного, должны были выполнить маневровые работы по перестановке локомотива с 47-го пути на 46 путь. Перед началом работы машинисту ФИО1 выдали радиостанцию, а он радиостанцией обеспечен не был, поэтому было принято решения маневр выполнять при помощи ручных и звуковых сигналов, что допускается инструкцией. Для выполнения маневра необходимо было убрать тормозные башмаки. Машинист не смог завести локомотив с первой кабины, тогда ФИО1 перешел во вторую кабину, завел дизельный двигатель, он (помощник) подал сигнал рукой о движении, обошел тепловоз, с целью убрать тормозной башмак, остался ждать на безопасном расстоянии, около 1,5 – 2 метров от локомотива. ФИО1 подал звуковой сигнал о движении. Во время движения, тепловоз «перескочил» через тормозной башмак, тогда ФИО1 сразу подал звуковой сигнал об остановке и остановился. Сам он (Свидетель №1) стоял на том же месте до полной остановки локомотива. Каких-либо людей на железнодорожном полотне в это время не было. Все происходящее видел непосредственный руководитель истца, так как недалеко находился с проверкой. 

Свидетель Свидетель №5 ведущий специалист по охране труда, суду пояснил, что машинист ФИО1 допустил грубые нарушения правил техники безопасности, которые могли привести к тяжким последствиям. Комиссия по охране труда приняла решение расторгнуть с ним трудовой договор. При проведении маневровых работ машинист должен приводить локомотив в движении только по указанию руководителя маневра (помощника). При движении машинист не видел помощника и не мог видеть, в результате мог произойти несчастный случай. Приводить локомотив в движении со второй кабины управления запрещено. Также запрещено приводить в движение локомотив при отсутствии рации и наличия неисправностей. ФИО1 должен был доложить об этом дежурному и не выполнять маневров по перестановке локомотива с одного пути на другой. Маневровые работы должны быть прекращены. 

Свидетель Свидетель №4 заместитель начальника депо по кадрам и социальным вопросам, суду пояснил, что ФИО1 допустил нарушения техники безопасности, все происходящее видел начальник оборотного депо. На заседании комиссии ФИО1 пояснил, что при движении, он не видел руководителя маневра помощника машиниста, тепловоз был неисправен, радиосвязь отсутствовала. Машинист не должен был приводить локомотив в движение. Действия машиниста ФИО1 могли привести к тяжким последствиям, в том числе причинению вреда здоровью и жизни помощника машиниста и иных лиц - работников, находящихся на железнодорожных путях. 

Свидетель Свидетель №2 машинист оборотного депо, суду пояснил, что он входил в состав комиссии. Само решение об увольнении принимал начальник единолично. ФИО1 допустил нарушения, которые могли привести к тяжким последствиям. 

Свидетель ФИО4 в судебном заседании показала, что ФИО1 – ее супруг. Весной 2018 ФИО1 сообщил ей о возникших проблемах на работе, часто ездил к начальству в 

<

адрес>, а в мае 2018 его уволили. На тему работы она с мужем не разговаривала, поскольку он ходил раздраженный, сильно переживал, на этой почве у него стала болеть спина, он обращался в КГБУЗ 

<

данные изъяты> Затем он уехал в 

<

адрес>, где ему стало хуже, он вынужден был обратиться в городскую больницу и около двух недель проходить там лечение, проживал у знакомых. В какой больнице ФИО1 проходил лечение, какие принимал лекарства и какие посещал процедуры, ей не известно.

Старший помощник прокурора Котова О.В. просила суд отказать в удовлетворении требований, поскольку основанием для увольнения истца послужили установленные актом комиссии по охране труда обстоятельства неисполнения работником должностных обязанностей, предусмотренных п.п. 1.28 (Машинист локомотива должен осуществлять контроль за соблюдением помощником машиниста и кочегаром требований охраны труда), 3.1.1 (Машинисту запрещается приводить в движение локомотив, не зная плана предстоящей работы и без получения сигнала или указания от руководителя маневров о начале движения), 3.1.31 Инструкции по охране труда для локомотивных бригад ОАО «РЖД», утвержденной Распоряжением ОАО "РЖД" от 12.12.2017 № 2585р. Комиссией установлено, что 10.04.2018 в 08 часов 30 минут в оборотном депо ст. Гродеково при выполнении маневровой работы по перестановке локомотива 3 ТЭ10Мк № 3395 с 47-го пути на 46 путь истец привел в движение локомотив, при этом руководитель маневра помощник машиниста, находился вне зоны видимости машиниста. Комиссия пришла к выводу, что действия истца, выразившиеся в нарушении норм охраны труда, создали реальную угрозу наступления тяжких последствий (несчастного случая, аварии, катастрофы, возможного создания угрозы жизни работников локомотивной бригады поезда и работников станции Гродеково). Поскольку железнодорожные пути общего пользования и железнодорожные пути необщего пользования, железнодорожные станции, пассажирские платформы, а также другие, связанные с движением поездов и маневровой работой объекты железнодорожного транспорта являются зонами повышенной опасности, что следует из п. 3 Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, про езда и перехода через железнодорожные пути, утвержденных приказом Минтранса Российской Федерации от 08.02.2007 № 18, ст. 21 Федерального закона от 10.01.2003 № 17-ФЗ "О железнодорожном транспорте в Российской Федерации", то нарушение истцом требований перечисленных выше нормативных актов, устанавливающих требования охраны труда, заведомо создавало реальную угрозу тяжких последствий. Сам локомотив также является источником повышенной опасности. Примененная в отношении ФИО1 мера наказания в виде увольнения соответствует тяжести проступка, является справедливой и обоснованной. Кроме того, полагала, что истцом пропущен срок для обращения в суд и иском по неуважительным причинам, справка, представленная ФИО1 о прохождении им лечения с 30.05.2018 по 12.06.2018 не соответствует действительности. Просила в иске отказать в полном объеме.

Выслушав стороны, старшего помощника прокурора, суд приходит к следующему выводу.

Согласно ст. 352 Трудового кодекса РФ каждый имеет право защищать свои трудовые права и свободы всеми способами, не запрещенными законом, в том числе работники имеют право на судебную защиту.

Согласно ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. 

В соответствии со ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом. 

Как установлено в судебном заседании, ФИО1 работал машинистом тепловоза в эксплуатационном локомотивном депо Уссурийск – структурное подразделение Дальневосточной дирекции тяги - структурного подразделения Дирекции тяги - филиала ОАО «РЖД».

На основании приказа начальника депо № 215 от 11.05.2018 уволен по п.п. «д» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ с 18.08.2018.

В соответствии с подпунктом "д" пункта 6 ст. 81 Трудового кодекса РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей, установленного комиссией по охране труда или уполномоченным по охране труда нарушения работником требований охраны труда, если это нарушение повлекло за собой тяжкие последствия (несчастный случай на производстве, авария, катастрофа) либо заведомо создавало реальную угрозу наступления таких последствий.

Согласно ст.ст. 21, 22 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, а работодатель вправе требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей, привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами. 

В силу положений ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарные взыскания в виде замечания, выговора, увольнения по соответствующим основаниям. 

Порядок и процедура наложения дисциплинарного взыскания работодателем на работника регламентирована положениями ст. 193 ТК РФ Трудового кодекса Российской Федерации. 

Как установлено в судебном заседании, 11.05.2018 начальником депо издан приказ № 215 о расторжении с машинистом тепловоза локомотивной бригады оборотного депо Гродеково ФИО1 трудового договора по п.п. «д» п. б ст. 81 Трудового кодекса РФ с 18 мая 2018 года. 

18.05.2018 года ФИО1 ознакомлен с данным приказом и в этот же день ему выдана трудовая книжка. 

Основанием для увольнения истца послужили установленные актом комиссии по охране труда обстоятельства неисполнения работником должностных обязанностей, предусмотренных п.п. 1.28 (Машинист локомотива должен осуществлять контроль за соблюдением помощником машиниста и кочегаром требований охраны труда), 3.1.1 (Машинисту запрещается приводить в движение локомотив, не зная плана предстоящей работы и без получения сигнала или указания от руководителя маневров о начале движения), 3.1.31 Инструкции по охране труда для локомотивных бригад ОАО «РЖД», утвержденной Распоряжением ОАО "РЖД" от 12.12.2017 N 2585р. 

Комиссией установлено, что 10.04.2018 в 08 часов 30 минут в оборотном депо ст. Гродеково при выполнении маневровой работы по перестановке локомотива 3 ТЭ10Мк № 3395 с 47-го пути на 46 путь истец привел в движение локомотив, при этом руководитель маневра помощник машиниста, находился вне зоны видимости машиниста. 

Оценив установленные обстоятельства, комиссия пришла к выводу о том, что действия истца, выразившиеся в нарушении норм охраны труда, создали реальную угрозу наступления тяжких последствий (несчастного случая, аварии, катастрофы, возможного создания угрозы жизни работников локомотивной бригады поезда и работников станции Гродеково). 

Поскольку железнодорожные пути общего пользования и 

железнодорожные пути необщего пользования, железнодорожные станции, пассажирские платформы, а также другие, связанные с движением поездов и маневровой работой объекты железнодорожного транспорта являются зонами повышенной опасности, что следует из п. 3 Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, про езда и перехода через железнодорожные пути, утвержденных приказом Минтранса Российской Федерации от 08.02.2007 № 18, ст. 21 Федерального закона от 10.01.2003 № 17-ФЗ "О железнодорожном транспорте в Российской Федерации", то нарушение истцом требований перечисленных выше нормативных актов, устанавливающих требования охраны труда, заведомо создавало реальную угрозу тяжких последствий. Кроме того, сам локомотив является источником повышенной опасности. 

Исходя из положений ст. ст. 81, 192, 193, 394 Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", на основании исследования и оценки имеющихся в деле доказательств, суд приходит к выводу, что у ответчика имелись основания для применения к истцу дисциплинарного взыскания в виде увольнения, работодателем доказаны обстоятельства совершения работником дисциплинарного проступка, установленного комиссией по охране труда, который заведомо создавал реальную угрозу наступления тяжких последствий (несчастный случай на производстве, авария, катастрофа). 

Необходимость установления вины работника в совершении конкретного дисциплинарного проступка при привлечении его к дисциплинарной ответственности является обязательным условием наступления таковой. В свою очередь вина характеризуется умыслом либо неосторожностью. 

Положения п.п. "д" п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации не содержат в себе конкретного перечня действий, которые позволяют работодателю принять решение о расторжении трудового договора по данному основанию, что делает невозможным установление исчерпывающего перечня таких действий в законе, которые в каждом случае являются предметом оценки суда, рассматривающего индивидуальный трудовой спор. 

По мотиву однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей, установленного комиссией по охране труда, создавшего реальную угрозу наступления тяжких последствий, могут быть уволены работники, совершившие умышленно или по неосторожности действия, которые имели или могли иметь вредные последствия. 

Нарушение должностных обязанностей свидетельствует о сознательном, а значит виновном нарушении должностных обязанностей таким лицом, вследствие которых возникла угроза наступления тяжких последствий, что дает работодателю право применения к работнику меру дисциплинарного взыскания в виде увольнения. 

При привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности, работодатель истребовал от работника в установленном порядке объяснения и, установив в его действиях дисциплинарные проступки, в предусмотренный ч. 3 ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации срок, применил к истцу дисциплинарное взыскание. 

Надлежащих доказательств, подтверждающих обстоятельства дисциплинарного несоблюдения работодателем процедуры наложения взыскания, материалы дела не содержат. 

Примененная в отношении ФИО1 мера наказания соответствует тяжести проступка, является справедливой и обоснованной, исковые требования удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, 

Р Е Ш И Л :

ФИО1 в удовлетворении исковых требований к ОАО «РЖД» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда - отказать. 

Решение может быть обжаловано в Приморский краевой суд через Пограничный районный суд в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме. 

Мотивированное решение изготовлено 19.02.2019.

Судья: Кирсанова Н.В.