дело № 2-689/2018

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

11 июля 2018 года город Оха, Сахалинская область

Охинский городской суд Сахалинской области в составе председательствующего судьи Разяповой Е.М., при ведении протокола судебного заседания секретарем Безызвестных М.С., с участием заместителя Охинского городского прокурора Бутенко Е.О., истца ФИО1, его представителя Токарева А.Г., представителя ответчика ФИО2, рассмотрев в помещении Охинского городского суда Сахалинской области в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «РН-Ремонт НПО» в лице Сахалинского филиала ООО «РН-Ремонт НПО» - Охинский механический завод о признании незаконным приказа о расторжении трудового договора, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, возмещения расходов на оплату услуг представителя, 

установил:

9 июня 2018 года ФИО1 обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «РН-Ремонт НПО» в лице Сахалинского филиала ООО «РН-Ремонт НПО» - Охинский механический завод (с учетом его уточнений от 29 июня 2018 года на л.д.78-80 т.1, от 4 июля 2018 года на л.д.2-3 т.2) о признании незаконным приказа от 14 мая 2018 года № 4 о прекращении (расторжении) трудового договора от 1 апреля 2008 года № 203-п, восстановлении на работе в должности слесаря - ремонтника 6 разряда участка ремонта редукторов с 15 мая 2018 года, взыскании среднего заработка за период вынужденного прогула с 15 мая 2018 года по 10 июля 2018 года включительно за 40 рабочих дней в размере 131 790 рублей, компенсации морального вреда в размере 15 000 (пятнадцать тысяч) рублей, возмещение расходов на оплату услуг представителя, в том числе на оформление доверенности представителю, в размере 32 600 (тридцать две тысячи шестьсот) рублей.

В обоснование заявленных требований ФИО1 указал на то, что с 1 апреля 2008 года состоял с ответчиком в трудовых отношениях на основании трудового договора, работал в должности слесаря - ремонтника участка ремонта редукторов Охинского механического завода. На основании приказа заместителя директора - главного инженера от 14 мая 2018 года № 4 о прекращении (расторжении) трудового договора он был уволен с работы с 14 мая 2018 года по пункту 3 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации - расторжение трудового договора по инициативе работника. По мнению истца, его увольнение с работы является незаконным, поскольку у ответчика отсутствовали основания для прекращения трудовых отношений. 

Так, 21 апреля 2017 года, в период своей нетрудоспособности, он подал заявление об увольнении по собственному желанию, вместе с тем по истечении двухнедельного срока предупреждения об увольнении трудовой договор с ним расторгнут не был и он не настаивал на своем увольнении, работу не прекращал, был нетрудоспособен, поэтому действие трудового договора продолжалось. 27 апреля 2018 года он подал заявление, в котором просил считать заявление об увольнении по собственному желанию от 21 апреля 2017 года недействительным, просил его вернуть и увольнение не производить, несмотря на это 14 мая 2018 года ответчик издал приказ о расторжении с ним трудового договора от 1 апреля 2008 года по инициативе работника.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель- адвокат Токарев А.Г. (л.д.50 т.1, л.д.12 т.2) исковые требования поддержали по приведенным в нем основаниям.

Представитель ответчика ФИО2 (л.д.9,13 т.2) иск не признала, просила отказать в его удовлетворении, поскольку считает увольнение ФИО1 законным, произведенным с соблюдением порядка, установленного положениями статей 77, 80 Трудового кодекса Российской Федерации, ссылается на то, что работодатель мог уволить истца по истечении двухнедельного срока предупреждения об увольнении с даты подачи работником заявления об увольнении, то есть 5 мая 2017 года, но не сделал этого в интересах работника и в целях соблюдения его прав, ожидая выхода работника на работу по окончанию периода его нетрудоспособности, и в первый рабочий день 14 мая 2018 года истец был уволен на основании его заявления об увольнении по собственному желанию от 21 апреля 2017 года по пункту 3 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации. Истцом не представлены доказательства вынужденного характера заявления об увольнении, а также доказательства причиненного ему морального вреда, которому бы соответствовал заявленный размер компенсации. Расходы на представителя, которые предъявлены истцом к возмещению, представитель ответчика также полагает необоснованными (письменные возражения на иск на л.д. 83-85 т.1). 

Прокурор Бутенко Е.О. по результатам судебного разбирательства заключил о необходимости полного удовлетворения иска ФИО1, согласился с доводами стороны истца, полагает его увольнение незаконным в отсутствие для этого основания - инициативы самого работника; заявленный размер компенсации морального вреда находит соответствующим нарушению трудовых прав работника; расходы истца на представителя по делу считает обоснованными. 

Выслушав стороны, изучив представленные доказательства, принимая во внимание заключение по делу прокурора, суд приходит к следующим выводам.

Конституция Российской Федерации признает право каждого свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию (часть 1 статьи 37).

Согласно пункту 3 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (далее ТК РФ) основанием прекращения трудового договора является расторжение трудового договора по инициативе работника.

Порядок и условия расторжения трудового договора по инициативе работника определены в статье 80 ТК РФ, в соответствии с частью первой которой работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении (часть вторая статьи 80 ТК РФ). 

При этом в соответствии с частью пятой статьи 80 ТК РФ по истечении срока предупреждения об увольнении работник имеет право прекратить работу, а работодатель в последний день работы обязан выдать работнику трудовую книжку, другие документы, связанные с работой, по письменному заявлению работника и произвести с ним окончательный расчет.

Прекращение трудового договора оформляется приказом (распоряжением) работодателя (часть первая статьи 84.1 ТК РФ).

Днем прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы работника, за исключением случаев, когда работник фактически не работал, но за ним, в соответствии с настоящим Кодексом или иным федеральным законом, сохранялось место работы (должность) (часть третья статьи 84.1 ТК РФ).

В день прекращения трудового договора работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку и произвести с ним расчет в соответствии со статьей 140 настоящего Кодекса. По письменному заявлению работника работодатель также обязан выдать ему заверенные надлежащим образом копии документов, связанных с работой (часть четвертая статьи 84.1 ТК РФ).

Запись в трудовую книжку об основании и о причине прекращения трудового договора должна производиться в точном соответствии с формулировками настоящего Кодекса или иного федерального закона и со ссылкой на соответствующие статью, часть статьи, пункт статьи настоящего Кодекса или иного федерального закона (часть пятая статьи 84.1 ТК РФ).

В случае, когда в день прекращения трудового договора выдать трудовую книжку работнику невозможно в связи с его отсутствием либо отказом от ее получения, работодатель обязан направить работнику уведомление о необходимости явиться за трудовой книжкой либо дать согласие на отправление ее по почте. Со дня направления указанного уведомления работодатель освобождается от ответственности за задержку выдачи трудовой книжки (часть шестая статьи 84.1 ТК РФ).

Приведенные нормы подлежат применению и при нетрудоспособности работника, поскольку установленный частью шестой статьи 81 ТК РФ запрет на увольнение работника в период его временной нетрудоспособности и в период пребывания в отпуске относится только к случаям, когда увольнение происходит по инициативе работодателя (письмо Федеральной службы по труду и занятости от 5 сентября 2006 года № 1551-6).

Из содержания части четвертой статьи 80 и части четвертой статьи 127 ТК РФ следует, что работник, предупредивший работодателя о расторжении трудового договора, вправе до истечения срока предупреждения (а при предоставлении отпуска с последующим увольнением - до дня начала отпуска) отозвать свое заявление, и увольнение в этом случае не производится при условии, что на его место в письменной форме не приглашен другой работник, которому в соответствии с Кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора. 

Таким образом, единственным основанием для расторжения трудового договора в соответствии со статьей 80 ТК РФ является инициатива работника, выраженная в письменной форме, при этом законом на работодателя возложена обязанность оформить приказом расторжение трудового договора в последний день работы работника, выдать работнику трудовую книжку, другие документы, связанные с работой, по письменному заявлению работника и произвести с ним окончательный расчет.

Вместе с этим, если по истечении срока предупреждения трудовой договор не был расторгнут и работник не настаивает на увольнении, действие трудового договора считается продолженным (часть шестая статьи 80 ТК РФ).

Судом установлено, подтверждается материалами дела и пояснениями сторон, что ФИО1 с 1 апреля 2008 года работал слесарем - ремонтником участка ремонта редукторов Охинского механического завода (Сахалинский филиала ООО «РН-Ремонт НПО») на основании трудового договора от 1 апреля 2008 года № 202 и приказа о приеме на работу от 1 апреля 2008 года № 203-п (л.д.181,182,183-191 т.1).

21 апреля 2017 года (в период нетрудоспособности - с 17 апреля по 3 мая 2017 года) истец подал заявление об увольнении по собственному желанию, без указания даты увольнения (л.д.210 т.1).

По истечении двухнедельного срока предупреждения об увольнении (длился с 22 апреля по 5 мая 2017 года включительно), с учетом выходных и нерабочих праздничных дней 6-9 мая 2017 года, то есть с 10 мая 2017 года истец уволен не был - приказ о прекращение трудового договора работодателем не оформлялся, запись в трудовую книжку истца об основании прекращения трудового договора и расчет с ним не производились, уведомление о необходимости явиться за трудовой книжкой либо дать согласие на отправление ее по почте истцу не направлялось, что не оспаривается ответчиком. 

Вместе с этим, истец на увольнении не настаивал и работу не прекращал - с 4 по 10 мая 2017 года ему предоставлялся оплачиваемый отпуск, с 10 по 19 мая 2017 года он был нетрудоспособен и данный период ему был оплачен, что следует из расчетных листов по заработной плате, личной карточки истца, листков нетрудоспособности. С 22 мая 2017 года по 23 мая 2018 года истец также был нетрудоспособен, что подтверждается представленными листками нетрудоспособности, расчетными листами по заработной плате и пояснениями сторон (л.д.24-42,43-46,97-98,192-195,212-215 т.1). 

Таким образом, в соответствии с положениями части шестой статьи 80 ТК РФ действие трудового договора сторон продолжалось. 

Об этом же свидетельствует полученное ответчиком 27 апреля 2018 года заявление истца, в котором он просит считать заявление об увольнении по собственному желанию от 21 апреля 2017 года недействительным, его вернуть и увольнение не производить (л.д.16 т.1). Обстоятельство того, что работник отозвал свое заявление об увольнении после истечении двухнедельного срок предупреждения об этом работодателя, в данном спорном случае правового значения не имеет, поскольку ни в установленный законом срок, ни на день его подачи он не был уволен. 

Однако приказом заместителя директора - главного инженера (исполнял обязанности директора филиала с 14 мая по 15 июня 2018 года на основании приказа от 16 апреля 2018 года № 0067/л на л.д.225,226 т.1) от 14 мая 2018 года № 4 трудовые отношения сторон были прекращены по пункту 3 части первой статьи 77 ТК РФ - расторжение трудового договора по инициативе работника, несмотря на фактическое отсутствие такой инициативы работника на день вынесения данного приказа (л.д.17, 211 т.1). 

Основанием спорного приказа ответчика указаны: заявление работника от 21 апреля 2017 года, заявление работника о возврате заявления об увольнении от 27 апреля 2017 года «с визой директора Сахалинского филиала от 28 апреля 2018 года «заявление на увольнение оставить в силе». 

Между тем, по смыслу приведенных положений трудового законодательства законная сила заявления работника об увольнении по собственному желанию как основания для его увольнения зависит исключительно от добровольного волеизъявления работника на прекращение трудовых отношений, которое в данном случае работник не подтвердил, а не от усмотрения работодателя. 

Как указано в акте от 14 мая 2018 года № 1, составленном ответчиком, истец отказался ознакомиться с приказом от 14 мая 2018 года № 4 и получить трудовую книжку (л.д.96 т.1), между тем данное обстоятельство не свидетельствует о законности спорного приказа и необоснованности требований истца. 

Доводы ответчика о том, что истец не представил доказательства вынужденного характера заявления об увольнении, судом во внимание не принимаются, поскольку мотивы данного заявления истца правового значения, определяющего решение по делу, не имеют. 

Длительная нетрудоспособность истца сама по себе не свидетельствует о злоупотреблении истцом правом, как утверждает ответчик в письменных возражениях на иск, «во избежание неблагоприятных последствий своего ненадлежащего поведения», при этом, не указывая, в чем заключается в данном случае это ненадлежащее поведение истца и какие неблагоприятные последствия могли наступить для него, а также то, какое отношение к обстоятельствам спорного увольнения это имеет. 

При таких фактических данных увольнение ФИО1 по пункту 3 части первой статьи 77 ТК РФ не может быть признано законным, поскольку у ответчика на день издания приказа о расторжении трудового договора отсутствовало для этого правовое основание - инициатива работника.

На основании статьи 394 ТК РФ, в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными, работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор; орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

Также статья 234 ТК РФ обязывает работодателя возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате его незаконного увольнения.

При признании органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор, денежных требований работника обоснованными, они удовлетворяются в полном размере (статья 396 Трудового кодекса Российской Федерации).

Увольнение истца произведено с нарушением норм действующего трудового законодательства, постольку он подлежит восстановлению на работе в прежней должности с взысканием в его пользу среднего заработка за время вынужденного прогула.

Статья 139 ТК РФ устанавливает единый порядок исчисления размера средней заработной платы (среднего заработка) для всех случаев ее определения, предусмотренных настоящим Кодексом.

Для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат.

При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно).

Особенности порядка исчисления средней заработной платы, установленного настоящей статьей, определяются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений.

Согласно пункту 9 Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 года № 922, при определении среднего заработка используется средний дневной заработок. Средний заработок работника определяется путем умножения среднего дневного заработка на количество дней (календарных, рабочих) в периоде, подлежащем оплате. 

Согласно расчету ответчика, соответствующему приведенным нормативным положениям, с которым согласился ФИО1, его средний дневной заработок составил 3 294, 5 рубля (л.д.7,216,217 т.1).

Количество подлежащих оплате дней вынужденного прогула с 15 мая по 11 июля 2018 года включительно (день вынесения настоящего решения), с учетом производственного календаря и установленной истцу пятидневной рабочей недели, - 41 рабочий день.

Таким образом, средний заработок за время вынужденного прогула, подлежащий взысканию с пользу истца, составит: 3 294,5 рубля х 41 день = 135 084, 75 рубля.

На основании статьи 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно пункту 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» работник имеет право на компенсацию морального вреда во всех случаях нарушения его трудовых прав работодателем, сопровождающихся нравственными и физическими страданиями.

В силу части 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» определено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и 

<

адрес>

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с временным ограничением или лишением каких-либо прав. Для возложения на ответчика обязанности компенсации морального вреда необходимо наличие его вины и причинно-следственной связи между наступившим вредом и действиями ответчика.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание положения статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающей, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В обоснование заявленного требования о компенсации морального вреда истец ссылается на незаконное лишение возможности трудиться и источника средств к существованию при наличии несовершеннолетних детей (л.д.208,209 т.1), в связи с чем, он испытал душевные переживания, иных доводов истец не приводит. 

Суд полагает, что необоснованное и виновное нарушение ответчиком трудовых прав истца, предоставленных ему законом, могло причинить работнику указанные им нравственные страдания, а заявленный размер их компенсации - 15 000 рублей находит обоснованным, отвечающим требованиям разумности, справедливости и соразмерности, а также целевому назначению данной компенсационной выплаты - возмещение работнику перенесенных нравственных страданий, с учетом их характера.

В силу статьи 396 ТК РФ решение о восстановлении на работе незаконно уволенного работника, о восстановлении на прежней работе работника, незаконно переведенного на другую работу, подлежит немедленному исполнению. Аналогичные положения содержит статья 211 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ).

В соответствии с частью 5 статьи 198 ГПК РФ резолютивная часть решения суда должна содержать указание на распределение судебных расходов.

Согласно части 1 статьи 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. 

На основании статьи 103 ГПК РФ государственная пошлина, от оплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации истцы по искам о взыскании заработной платы и иным требованиям, вытекающим из трудовых правоотношений, освобождены от уплаты государственной пошлины. Рассмотренный спор между сторонами вытекает из их трудовых правоотношений. На основании изложенного, с ответчика в бюджет муниципального образования городской округ «Охинский» подлежит взысканию государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден законом в размере, установленном подпунктами 1,3 пункта 1 статьи 333.19 части второй Налогового кодекса Российской Федерации. 

Статьей 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, в том числе отнесены расходы на оплату услуг представителя и другие признанные судом необходимые расходы.

В силу требований части 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику - пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано. 

Лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек (пункт 10 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»).

Заявитель имеет право на возмещение расходов и издержек в том случае, если они являлись необходимыми и разумными по размеру. Так, согласно пункту 13 вышеназванного Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. 

Согласно квитанции и приходному кассовому ордеру от 23 мая 2018 года, выданной адвокатом Токаревым А.Г. (на л.д.48 т.1), ФИО1 понес расходы в размере 30 000 рублей на оплату по договору об оказании юридической помощи от 23 мая 2018 года. Согласно этому договору (на л.д.47 т.1), заключенному между ФИО1 и адвокатом Сахалинской адвокатской палаты Токаревым А.Г., последний принимает на себя обязанность оказать юридическую помощь, включающую подготовку иска о восстановлении работе, участие в судебных заседаниях в Охинском городском суде, подготовка в интересах доверителя необходимых по делу заявлений, ходатайств; сторонами договора определен гонорар адвоката за оказание юридической помощи в размере 30 000 рублей, подлежащих внесению наличными в кассу в день подписания договора.

Кроме этого, истец понес расходы на оформление нотариальной доверенности представителю по установленному тарифу в размере 2 600 рублей, которые подтверждены им представленной справкой нотариуса Охинского нотариального округа от 23 мая 2018 года и самой доверенностью (на л.д. 49,50 т.1).

Представленные доказательства понесенных затрат являются достаточными, допустимыми и относимыми. Ответчик обстоятельства передачи денежных средств исполнителю услуги, а также разумность и соразмерность этих расходов не опроверг и соответствующих контрдоказательств в порядке статей 12, 56, 57 ГПК РФ не представил. 

В связи с чем, указанные расходы истца суд находит разумными и соразмерными, при этом учитывает значимый для истца результат судебного разбирательства, определенную сложность дела при активной позиции ответчика, а также сложившуюся в Сахалинской области стоимость оплаты подобных правовых услуг. 

Так, Рекомендациями по оплате услуг адвокатов Сахалинской адвокатской палаты, членом которой является представитель истца, (утверждены постановлением совета Сахалинской адвокатской палаты 01 декабря 2016 года и опубликованы на официальном интернет-сайте палаты), установлена стоимость услуг адвоката, в частности, по составлению правовых документов (исков) от 10 000 рублей за документ, ознакомление с материалами дела от 8 000 рублей, участие в судебных заседания от 10 000 рублей. Общая стоимость правовых услуг, оказанных адвокатом ответчику, не превышает приведенные расценки за аналогичные услуги; доказательства иного стороной ответчика суду не предоставлены, поэтому довод о том, что взыскиваемые ответчиком расходы завышены, является голословным.

О фактическом исполнении представителем истца обязательств по договору об оказании юридической помощи свидетельствует исковое заявление и уточнения к нему с расчетами взыскиваемых денежных средств, в которых приведена правовая оценка обстоятельств дела во взаимосвязи с положения подлежащего применению законодательства; непосредственное участие в судебном заседании (10-11 июля 2018 года), в которых демонстрировал активную позицию по делу, в частности при обосновании иска, исследовании материалов дела, выступил в судебных прениях с речью, содержащей всестороннюю оценку обстоятельств дела и представленных сторонами в их подтверждение доказательств, таким образом надлежаще исполнил договорные обязательства. 

Необходимость понесенных истцом расходов, в том числе на оформление нотариальной доверенности, обоснованна установленным гражданским процессуальным законодательством (статьей 12 ГПК РФ) состязательным порядком судебного разбирательства гражданского дела и необходимостью исполнения возложенной законом (статьями 56,57 ГПК РФ) на стороны спора процессуальной обязанности доказывания своей позиции по делу, при отсутствии у истца специального юридического образования и правовых знаний, а также процессуальным правом, предоставленным статьей 48 ГПК РФ, иметь по делу представителя. 

Принимая во внимание положение части 1 статьи 98 ГПК РФ, учитывая полное удовлетворение иска, суд возлагает на ответчика обязанность возместить истцу, в пользу которого состоялось решение суда, понесенные расходы на оплату правовых услуг представителя, в том числе на оформление нотариальной доверенности. 

Руководствуясь статьями 194-199, 211 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «РН-Ремонт НПО» в лице Сахалинского филиала ООО «РН-Ремонт НПО» - Охинский механический завод полностью удовлетворить: 

признать незаконным приказ Сахалинского филиала ООО «РН-Ремонт НПО» - Охинский механический завод от 14 мая 2018 года № 4 о прекращении (расторжении) трудового договора от 1 апреля 2008 года № 203-п с ФИО1; 

восстановить ФИО1 на работе в должности слесаря - ремонтника 6 разряда участка ремонта редукторов Сахалинского филиала ООО «РН-Ремонт НПО» - Охинский механический завод с 15 мая 2018 года.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «РН-Ремонт НПО» в лице Сахалинского филиала ООО «РН-Ремонт НПО» - Охинский механический завод в пользу ФИО1 средний заработок за период вынужденного прогула с 15 мая 2018 года по 11 июля 2018 года включительно за 41 рабочий день в размере 135 084 (сто тридцать пять тысяч восемьдесят четыре) рубля 75 копеек, компенсацию морального вреда в размере 15 000 (пятнадцать тысяч) рублей, возмещение расходов на оплату услуг представителя, в том числе на оформление доверенности представителю, в размере 32 600 (тридцать две тысячи шестьсот) рублей, а всего 182 684 (сто восемьдесят две тысячи шестьсот восемьдесят четыре) рубля 75 рублей.

Решение в части восстановления ФИО1 на работе подлежит немедленному исполнению.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «РН-Ремонт НПО» в лице Сахалинского филиала ООО «РН-Ремонт НПО» - Охинский механический завод» в бюджет муниципального образования городской округ «Охинский» государственную пошлину в размере 4 202 (четыре тысячи двести два) рубля. 

Настоящее решение может быть обжаловано в Сахалинский областной суд через Охинский городской суд в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме 16 июля 2018 года.

Судья Охинского городского суда 

Сахалинской области Разяпова Е.М.

Копия верна: судья Разяпова Е.М.