Дело № 2-929 

Мотивированное 

решение

 изготовлено 06.09.2020 г.

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

29 сентября 2020 г. г. Кандалакша

Кандалакшский районный суд Мурманской области в составе:

судьи Плескачевой Л.И.,

при секретаре Телегиной Д.А.,

с участием представителя истца ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Кандалакшского районного суда гражданское дело по иску

Государственного учреждения - Управление Пенсионного фонда РФ в г. Кандалакше (межрайонного) 

к ФИО2 

о взыскании переплаты компенсационной выплаты,

УСТАНОВИЛ:

Государственное учреждение - Управление Пенсионного фонда РФ в г. Кандалакше (межрайонное) (далее по тексту Пенсионный фонд, истец) обратилось в суд с исковым заявлением к ФИО2 о взыскании переплаты компенсационной выплаты. В обоснование исковых требований указало, что 11 октября 2010 г. истцом на основании заявления ФИО2 от 20.09.2010 вынесено распоряжение об установлении компенсационной выплаты лицу, осуществляющему уход за нетрудоспособным гражданином на срок с 01.09.2010. по 19.03.2025. Согласно выписке из индивидуального лицевого счета застрахованного лица, ФИО2 осуществляла трудовую деятельность с 26 июня 2016 г. Таким образом, право на выплату компенсации за уход утрачено с 1 июля 2016 г. При обращении с заявлением о назначении ежемесячной выплаты ответчица предупреждалась о необходимости извещать орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, о выполнении оплачиваемой работы. 

ФИО2 не поставила Пенсионный фонд в известность о том, что она начала осуществление трудовой деятельности и продолжала в нарушение действующего законодательства получать компенсационную выплату. 

Сумма незаконно полученной компенсации за период с 01.07.2016 по 31.01.2020 составила 202 795 руб. 27 коп.

В адрес ФИО2 заказной корреспонденцией направлено уведомление от 27.03.2020 

<

номер> о возврате суммы переплаты. В добровольном порядке ответчица задолженность не погасила. 

Истец просит взыскать с ФИО2 сумму переплаты компенсации в размере 202 792 руб. 27 коп. 

В судебном заседании представитель истца ФИО1 поддержала заявленные требования по основаниям, изложенным в иске. 

Ответчица ФИО2 в судебном заседании не присутствовала, о дате времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом, просила рассмотреть дело в ее отсутствие. В судебном заседании 2 сентября 2020 года заявила о применении срока исковой давности. 

Заслушав представителя истца, исследовав материалы дела, суд считает, что иск подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

В судебном заседании установлено, что ФИО2 20 сентября 2010 г. обратилась в Пенсионный фонд с заявлением о назначении ей компенсации как лицу, осуществляющему уход за ребенком-инвалидом. На основании поданного заявления Пенсионным фондом 11 октября 2020 г. вынесено распоряжение об установлении компенсационной выплаты ФИО2 на срок с 01.09.2010 по 19.03.2025. 

Из лицевого счета застрахованного лица истцом было установлено, что ФИО2 с 26 июля 2016 года осуществляла трудовую деятельность, не известив Пенсионный фонд о факте трудоустройства.

Истцом в адрес ФИО2 заказной корреспонденцией направлено уведомление от 27.03.2020 

<

номер> о возврате суммы переплаты с указанием срока до 30 апреля 2020 г. Данное уведомление оставлено без исполнения. 

В соответствии со статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Согласно пункту 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки.

Из изложенного следует, что неосновательное обогащение имеет место в случае приобретения или сбережения имущества в отсутствие на то правовых оснований, то есть неосновательным обогащением является чужое имущество, включая денежные средства, которые лицо приобрело (сберегло) за счет другого лица (потерпевшего) без оснований, предусмотренных законом, иным правовым актом или сделкой. Неосновательное обогащение возникает при наличии одновременно следующих условий: имело место приобретение или сбережение имущества; приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица произведено в отсутствие правовых оснований, то есть не основано ни на законе, ни на иных правовых актах, ни на сделке.

При этом добросовестность гражданина (получателя спорных денежных средств) презюмируется, следовательно, бремя доказывания недобросовестности гражданина, получившего названные в данной норме виды выплат, лежит на стороне, требующей возврата излишне выплаченных денежных сумм.

По общему правилу, лицо, получившее имущество в качестве неосновательного обогащения, обязано вернуть это имущество потерпевшему. Вместе с тем законом (статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации) определен перечень имущества, которое не подлежит возврату в качестве неосновательного обогащения. К такому имуществу помимо прочего относится заработная плата и приравненные к ней платежи, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 26 февраля 2018 г. № 10-П, содержащееся в главе 60 Гражданского кодекса Российской Федерации правовое регулирование обязательств вследствие неосновательного обогащения представляет собой, по существу, конкретизированное нормативное выражение лежащих в основе российского конституционного правопорядка общеправовых принципов равенства и справедливости в их взаимосвязи с получившим закрепление в Конституции Российской Федерации требованием о недопустимости осуществления прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц (статья 17, часть 3); соответственно, данное правовое регулирование, как оно осуществлено федеральным законодателем, не исключает использование института неосновательного обогащения за пределами гражданско-правовой сферы и обеспечение с его помощью баланса публичных и частных интересов, отвечающего конституционным требованиям.

Эти нормы Гражданского кодекса Российской Федерации о неосновательном обогащении и недопустимости возврата определенных денежных сумм могут применяться и за пределами гражданско-правовой сферы, в частности в рамках правоотношений, связанных с получением ежемесячных денежных выплат трудоспособными неработающими лицами, осуществляющими уход за нетрудоспособными детьми в возрасте до 18 лет.

Основания для назначения и порядок осуществления компенсационной выплата по уходу за ребенком-инвалидом установлены Указом Президента РФ от 26.12.2006 года № 1455 «О компенсационных выплатах лицам, осуществляющим уход за нетрудоспособными гражданами» (до 01.09.2013), Указом Президента РФ от 26.02.2013 № 175 «О ежемесячных выплатах лицам, осуществляющим уход за детьми-инвалидами и инвалидами с детства I группы», Правилами осуществления ежемесячных компенсационных выплат неработающим трудоспособным лицам, осуществляющим уход за нетрудоспособными гражданами, утвержденными постановлением Правительства РФ от 04.06.2004 года № 343 (далее по тексту – Правила № 343), и Правилами осуществления ежемесячных выплат неработающим трудоспособным лицам, осуществляющим уход за детьми-инвалидами в возрасте до 18 лет или инвалидами с детства I группы, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 2 мая 2013 г. № 397 (далее по тексту – Правила № 397).

Согласно пунктам 1 Указа Президента РФ от 26.12.2006 № 1455 (редакции, действовавшей до 01.09.2013) и Указа Президента РФ от 26.02.2013 № 175 ежемесячные компенсационные выплаты установлены неработающим трудоспособным лицам, осуществляющим уход за инвалидом I группы, ребенком-инвалидом в возрасте до 18 лет.

В соответствии с подпунктами «г» и «д» пункта 9 Правил № 343, подпунктами «г» и «д» пункта 12 Правил № 397 осуществление компенсационной выплаты прекращается в следующих случаях: назначение лицу, осуществляющему уход, пособия по безработице; выполнение нетрудоспособным гражданином либо лицом, осуществляющим уход, оплачиваемой работы.

В силу пункта 10 Правил № 343, пункта 13 Правил № 397 на лицо, осуществляющее уход, возложена обязанность в течение 5 дней извещать орган, осуществляющий выплату пенсии, об обстоятельствах, влекущих прекращение осуществления компенсационной выплаты.

Прекращение осуществления компенсационной выплаты производится с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором наступили обстоятельства, влекущих прекращение осуществления компенсационной выплаты (пункт 11 Правил № 343, пункт 14 Правил № 397).

Принимая решение, суд учитывает, что согласно заявлениям ФИО2 от 20 сентября 2010 года о назначении компенсационной выплаты (л.д. 7-9) ответчица обязалась уведомить пенсионный орган о наступлении всех обстоятельств, влекущих за собой изменение размера пенсии или прекращение ее выплаты (в 10-дневный срок), прекращение выплаты компенсации (в 5-дневный срок). При этом в данных заявлениях указаны данные обстоятельства, в числе которых поименованы поступление на работу, назначение пособия по безработице. Отсюда следует, что ответчице было известно о своей обязанности уведомить пенсионный орган об обстоятельствах, влекущих прекращение осуществления компенсационной выплаты.

Согласно выписке из лицевого счета застрахованного лица ФИО2 с 22.06.2016 по 18.09.2016, с 04.03.2019 по 21.04.2019 – состояла на учете в Центре занятости населения г. Кандалакша, с 14.11.2017 по 31.12.2017, с 01.01.2018 по 29.06.2018 – работала в МБДОУ «

<

данные изъяты>» с приоритетным осуществлением художественно-эстетического развития воспитанников», с 02.07.2018 по 05.12.2018 – работала в МДОУ «

<

данные изъяты>, с 01.07.2019 по 31.07.2019 – работала в ООО «

<

данные изъяты>», с 01.08.2019 по 31.12.2019 – работала в МУП «

<

данные изъяты>». По данным Пенсионного фонда от 24.08.2020 МУП «

<

данные изъяты>» также предоставлены сведения для включения в индивидуальный лицевой счет ответчицы о ее работе в данной организации за период с января по июль 2020 года.

Согласно сообщению Центра занятости населения города Кандалакши от 22.09.2020 ФИО2 состояла на учете в качестве безработной в периоды с 22.06.2016 по 18.09.2016, с 04.03.2019 по 21.04.2019, за которые ей было начислено пособие по безработице.

О постановке на учет в качестве безработной, а также о фактах трудоустройства ответчица в установленный срок в нарушение принятых на себя обязательств не известила истца. Данное обстоятельство ответчицей не оспаривалось. 

Согласно представленному истцом расчету сумма необоснованно выплаченной компенсации за вышеуказанные периоды составляет 202 795 руб. 27 коп.

Исходя из изложенного, суд приходит к выводу о том, что сумма компенсационной выплаты за периоды, в течение которых истица получала пособие по безработице и осуществляла трудовую деятельность, является неосновательным обогащением и должна быть возвращена ответчицей.

Одновременно суд учитывает, что ФИО2 заявлено о применении срока исковой давности.

Согласно статье 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Пунктом 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 данного кодекса.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Пунктом 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Такое правовое регулирование направлено на создание определенности и устойчивости правовых связей между участниками правоотношений, их дисциплинирование, обеспечение своевременной защиты прав и интересов субъектов правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов. Применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников правоотношений от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав.

По общему правилу течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Таким образом, действующее законодательство связывает возможность применения судом срока исковой давности с обращением лица в суд с иском по истечении установленного законом срока, исчисляемого либо с момента, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но длительное время не предпринимало действий к его защите, либо с момента, когда лицо в силу своих компетенций и полномочий должно было узнать о таком нарушении права.

Суд находит несостоятельными доводы истца о том, что срок исковой давности должен исчисляться с марта 2020 года, когда при проверке индивидуального лицевого счета ответчицы пенсионным органом были выявлены обстоятельства, влекущие прекращение выплаты компенсации.

Согласно положениям пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации для установления начала течения срока исковой давности должны приниматься во внимание не только день, когда истцу стало известно о нарушении своего права, в данном случае о предполагаемом нарушении ФИО2 требований нормативных правовых актов, регулирующих отношения по предоставлению сумм компенсационной выплаты, но и день, когда истец в силу своих компетенций и полномочий должен был об этом узнать.

Положением о Пенсионном фонде Российской Федерации, утвержденным постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 г. № 2122-I (далее - Положение о Пенсионном фонде Российской Федерации), предусмотрено, что Пенсионный фонд Российской Федерации и его денежные средства находятся в государственной собственности Российской Федерации. Денежные средства Пенсионного фонда Российской Федерации не входят в состав бюджетов, других фондов и изъятию не подлежат (пункт 2 Положения о Пенсионном фонде Российской Федерации).

Пенсионный фонд Российской Федерации обеспечивает в том числе контроль за правильным и рациональным расходованием его средств (пункт 3 Положения о Пенсионном фонде Российской Федерации).

Исходя из приведенных норм Положения о Пенсионном фонде Российской Федерации на Пенсионный фонд Российской Федерации возложена функция контроля за правильным и рациональным расходованием его средств, формируемых в том числе за счет федерального бюджета.

Как усматривается из материалов дела, сведения о фактах работы граждан, постановке их на учет в Центр занятости населения представлены в Пенсионный фонд работодателями – ежемесячно, Центром занятости населения – за 2-й квартал 2016 года – 03.08.2016, за 3-й квартал 2016 года – 26.10.2016, за 2019 год – 31.01.2020. 

С учетом приведенного выше суд полагает, что начало течения срока исковой давности по требованиям пенсионного органа к ФИО2 о взыскании суммы неосновательного обогащения следует считать отдельно по каждой ежемесячной выплате со дня, когда Пенсионный фонд должен был узнать о трудоустройстве ФИО2 или постановке ее на учет в качестве безработной, а именно с момента предоставления в Пенсионный фонд соответствующей отчетности работодателем или Центром занятости населения г. Кандалакша.

Исходя из этого, учитывая, что исковое заявление подано в суд 10.08.2020, срок исковой давности по требованиям о взыскании излишне выплаченной компенсации за июль-сентябрь 2016 года истцом пропущен. Вследствие этого исковые требования в сумме 20 020 руб. 00 коп. не подлежат удовлетворению. В остальной части сумма излишне выплаченной компенсации в размере 182 775 руб. 27 коп. подлежит взысканию с ответчицы в пользу истца.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Иск Государственного учреждения - Управление Пенсионного фонда РФ в г. Кандалакше (межрайонное) удовлетворить частично. 

Взыскать с ФИО2 в пользу Государственного учреждения - Управление Пенсионного фонда РФ в г. Кандалакше (межрайонное) сумму переплаты компенсационной выплаты в размере 182 775 руб. 27 коп.

Во взыскании с ФИО2 20 020 руб. 00 коп. Государственному учреждению - Управление Пенсионного фонда РФ в г. Кандалакше (межрайонное) отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Мурманский областной суд подачей жалобы через Кандалакшский районный суд в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Л.И. Плескачева