РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Москва 10 ноября 2025 года

Бутырский районный суд г. Москвы в составе председательствующего федерального судьи Завьяловой С.И., при секретаре Милешкиной В.А., рассмотрев в открытом судебном заседании материалы гражданского дела №02-6581/2025 по исковому заявлению СПАО «Ингосстрах» к ФИО1 о возмещении ущерба причинённого в результате ДТП, 

УСТАНОВИЛ:

СПАО «Ингосстрах» обратилось в Бутырский районный суд города Москвы с исковым заявлением о взыскании с ФИО1 в порядке регресса суммы выплаченного страхового возмещения в размере 400.000р., и судебных расходов в сумме 17.500р., мотивируя свои требования тем, что по вине ФИО1, произошло дорожно-транспортное происшествие. Гражданская ответственность ответчика была застрахована истцом. Во исполнение своих обязательств по договору страхования истец выплатил страховое возмещение в размере 400.000р. Вместе с тем, при заключении договора ОСАГО ответчиком было указано, что транспортное средство при управлении которым произошло ДТП, используется без прицепа, однако, исходя из административного материала транспортное средство марки Камаз 5490 двигалось с прицепом, в связи с чем у истца на основании пп. "л" п. 1 ст. 14 Федерального закона от 25 апреля 2002 года N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее - Закона об ОСАГО) возникло право регрессного требования к ответчику.

Представитель истца СПАО «Ингосстрах» в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения гражданского дела по существу извещался надлежащим образом, в судебное заседание не явился по неизвестной суду причине, в исковом заявлении просил суд о рассмотрении гражданского дела по существу в отсутствие представителя страхового общества. 

Ответчик ФИО1 в судебное заседание явился, возражал против удовлетворения заявленных требований по доводам приведенным в письменных возражениях на исковое заявление. 

Принимая во внимание, что участвующие в деле лица, извещались судом о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, об уважительных причинах неявки не сообщили, в соответствии со ст. ст. 14 и 16 Федерального закона от 22.12.2008 N 262-ФЗ "Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации" информация о времени и месте рассмотрения дела размещена на сайте Бутырского районного суда г.Москвы по адресу: https://mos-gorsud.ru/rs/butyrskij, суд с учетом положений п. п. 4, 5 ст. 167 ГПК РФ, п. 1 ст. 165.1 ГК РФ и разъяснений п. п. 63 - 68 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 25 от 23.06.2015 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", приходит к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие неявившихся лиц. 

Председательствующий, выслушав пояснения ответчика явившегося в судебное заседание, изучив доводы искового заявления и возражений к нему, исследовав письменные материалы гражданского дела, и установив значимые для дела обстоятельства, приходит к следующему. 

В соответствии с положениями ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии со статьей 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред либо страховщиком его гражданской ответственности в силу обязательности такого страхования (ст. 13 Федерального закона "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" и п. 4 ст. 931 ГК РФ).

По договору страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, может быть застрахован риск ответственности самого страхователя или иного лица, на которое такая ответственность может быть возложена (п. 1 ст. 931 ГК РФ).

Пунктом 1 ст. 965 ГК РФ установлено, что к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования.

Согласно п. 2 ст. 965 ГК РФ перешедшее к страховщику право требования осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем (выгодоприобретателем) и лицом, ответственным за убытки.

В силу п. 1 ст. 1081 ГК РФ лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (лицом, управляющим транспортным средством), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

В соответствии п. "л" ч. 1 ст. 14 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (в редакции закона, применяемой к спорным правоотношениям) к страховщику, осуществившему страховое возмещение, переходит право требования потерпевшего к лицу, причинившему вред, в размере осуществленного потерпевшему страхового возмещения, в частности, если вред был причинен указанным лицом при использовании транспортного средства с прицепом при условии, что в договоре обязательного страхования отсутствует информация о возможности управления транспортным средством с прицепом, за исключением принадлежащих гражданам прицепов к легковым автомобилям.

В отношении граждан - владельцев прицепов к грузовому транспорту, а также в отношении юридических лиц обязанность по страхованию гражданской ответственности исполняется посредством заключения договора обязательного страхования, предусматривающего возможность управления транспортным средством с прицепом, информация о чем вносится в страховой полис обязательного страхования (пункт 7 статьи 4 Закона об ОСАГО).

Материалами гражданского дела установлено, что 26.06.2024г. имело место дорожно-транспортное происшествие, в результате которого были причинены механические повреждения транспортному средству Мерседес Бенц, грз С494УК-198. 

Согласно материалам дела об административном правонарушении, названное ДТП произошло в следствии нарушения водителем автомобиля марки Камаз 5490, грз К247СА-799 ФИО2 требовании ПДД РФ.

На момент ДТП гражданская ответственность водителя (виновника ДТП) была застрахована по договору ОСАГО в СПАО "Ингосстрах". 

Владельцем транспортного средства Камаз 5490, грз К247СА-799 является ответчика ФИО1 

Владелец транспортного средства Мерседес Бенц, грз С494УК-198 обратился с заявлением о выплате страхового возмещения в страховую компанию, которая признала данный случай страховым и выплатила страховое возмещение. 

СПАО "Ингосстрах" по данному страховому случаю на основании ст. ст. 7, 14.1, 26.1 Закона об ОСАГО, исполняя свои обязанности по договору страхования, выплатило страховое возмещение в сумме 400.000р. Таким образом, фактический размер ущерба составил 400.000р. 

При заключении договора ОСАГО владельцем (ответчиком) было указано, что транспортное средство используется без прицепа, вместе с тем, исходя из административного материала транспортное средство марки Камаз 5490, грз К247СА-799 двигалось с прицепом.

Размер ущерба ответчиками в ходе судебного разбирательства не оспаривался, доказательств иного размера в материалы дела не представлено.

Перечень оснований для возникновения у страховщика права регресса установлен п. 1 ст. 14 Закона об ОСАГО. Указанный перечень является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит.

Судом установлено, что свои исковые требования истец обосновывает положением статьи 14 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", согласно которой право регрессного требования страховщика к лицу, причинившему вред наступает согласно подпункта "л" пункта 1 данной статьи, в случае если вред был причинен указанным лицом при использовании транспортного средства с прицепом при условии, что в договоре обязательного страхования отсутствует информация о возможности управления транспортным средством с прицепом, за исключением принадлежащих гражданам прицепов к легковым автомобилям.

В материалы дела ответчиком представлена копии страховых полисов заключенных в страховыми обществами в том числе СПАО «Ингосстрах» сроком страхования с 24.10.2019г. по 23.10.2020г., с 24.10.2020г. по 23.10.2021г., с 24.10.2021г. по 23.10.2022г., с 24.10.2022г. по 23.10.2023г., с 24.10.2024г. по 23.10.2025г., и с 24.08.2025г. по 23.08.2026г., в которых имеется отметка об использовании транспортного средства Камаз 5490, грз К247СА-799 с прицепом.

Из возражений ответчика усматривается, что страховой организацией представлен электронный полис с технической ошибкой, которая была обнаружена после дорожно-транспортного происшествия при выплате страхового возмещения. При обнаружении ошибки данные в полисе были откорректированы, а именно в договор страхования заключенный на период страхования с 24.10.2024г. по 23.10.2025г. внесены изменения о том, что транспортное средство используется с прицепом. При этом, после корректировки данных стоимость полиса не изменилась. Доказательств обратного, равно как и сведений о том, что представленный ответчиком договор сторонами был расторгнут, либо изменен, признан недействительным, суду не представлено.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об отсутствии оснований регрессного требования истца к ответчику о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия. 

Вместе с тем, при разрешении исковых требований следует обратить внимание на следующее. 

Как разъяснено в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 г. N 31 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" в отношении граждан - владельцев прицепов к грузовому транспорту, а также в отношении юридических лиц обязанность по страхованию гражданской ответственности исполняется посредством заключения договора обязательного страхования, предусматривающего возможность управления транспортным средством с прицепом, информация о чем вносится в страховой полис обязательного страхования (пункт 7 статьи 4 Закона об ОСАГО).

Вред, возникший в результате дорожно-транспортного происшествия при совместной эксплуатации тягача и прицепа в составе автопоезда, считается причиненным посредством одного транспортного средства (тягача) по одному договору страхования, в том числе если собственниками тягача и прицепа являются разные лица.

Отсутствие в полисе обязательного страхования отметки об эксплуатации транспортного средства с прицепом в случаях, предусмотренных пунктом 7 статьи 4 Закона об ОСАГО, не может служить основанием для отказа страховой организации в осуществлении страховой выплаты. В этом случае страховщик имеет право предъявить регрессные требования (подпункт "л" пункта 1 статьи 14 Закона об ОСАГО).

В соответствии с подпунктом "л" пункта 1 статьи 14 Закона об ОСАГО к страховщику, осуществившему страховое возмещение, переходит право требования потерпевшего к лицу, причинившему вред, в размере осуществленного потерпевшему страхового возмещения, если вред был причинен указанным лицом при использовании транспортного средства с прицепом при условии, что в договоре обязательного страхования отсутствует информация о возможности управления транспортным средством с прицепом, за исключением принадлежащих гражданам прицепов к легковым автомобилям.

Из материалов дела следует, что страховой полис сроком страхования с 24.10.2023г. по 23.10.2024г. в период действия которого произошло вышеназванное ДТП, был заключен с указанием вида транспортного средства и лиц допущенных к его эксплуатации. Страховая премия по договору составила 23.153р. 44к. 

При заполнении страхового полиса, страхователем ошибочно не было указано об эксплуатации транспортного средства с прицепом, а страховщиком указанные сведения проверены не были. 

Согласно пункту 1.8 положения Банка России от 19 сентября 2014 г. N 431-П, в редакции от 6 апреля 2023 г., "О правилах обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств" при заключении договора обязательного страхования страховщик проверяет соответствие представленных владельцем транспортного средства сведений о страховании и сведений, указанных в заявлении о заключении договора обязательного страхования, информации, содержащейся в автоматизированной информационной системе обязательного страхования.

Согласно представленным страховым полисам указанный автомобиль был ранее застрахован по договорам ОСАГО, а именно в период с 24.10.2019г. по 23.10.2020г., с 24.10.2020г. по 23.10.2021г., с 24.10.2021г. по 23.10.2022г., с 24.10.2022г. по 23.10.2023г., с 24.10.2024г. по 23.10.2025г., и с 24.08.2025г. по 23.08.2026г., где страхователем указывалось об использовании автомашины с прицепом.

Таким образом, страховщик, располагая информацией, содержащейся в автоматизированной информационной системе обязательного страхования, о ранее заключенных договорах ОСАГО в отношении транспортного средства (грузового тягача), которое используется с прицепом, действуя разумно и осмотрительно, имел возможность и должен был осуществить проверку предоставленных страхователем сведений относительно соответствия их действительности и действительной воли страхователя при заключении договора страхования. Указание об использовании автомашины без прицепа не привело к увеличению страховых рисков, поскольку размер страховой премии в зависимости от характера использования объекта страхования (с прицепом или без такового) не изменился.

Заполнение страхователем сведений о страхуемом автомобиле, без указания отметки о его (автомобиля) эксплуатации с прицепом, признается судом технической ошибкой, наличие или отсутствие которое не могло повлиять на стоимость страхового полиса или возложения на страхователя дополнительной бремени ответственности. Техническая ошибка допущенная в полисе страхования, могла быть устранена страховщиком при проверке актуальности внесенных в страховой полис сведений. 

Действия ответчика при заключении договора страхования нельзя признать недобросовестными или направленными на сокрытия от страхового общества ключевых сведений о страхуемом объекте, наличие которых (сведений) могло повлиять на стоимость страховой премии или увеличению страховых рисков. О добросовестности действия ответчика при заключении договора страхования может свидетельствовать и то обстоятельство, что ответчик неоднократно и последовательно страховал гражданскую ответственность в отношении одного и того же транспортного средства на идентичных условиях (с прицепом). 

Согласно п.7 ст.14.1 Закона об ОСАГО страховщик, который застраховал гражданскую ответственность лица, причинившего вред, и возместил в счет страхового возмещения по договору обязательного страхования страховщику, осуществившему прямое возмещение убытков, возмещенный им потерпевшему вред, в предусмотренных ст. 14 Закона об ОСАГО случаях имеет право требования к лицу, причинившему вред, в размере возмещённого потерпевшему вреда.

Право регрессного требования страховщика к лицу, причинившему вред призвано обеспечить баланс интересов страховщика и страхователя.

В рассматриваемом случае судом не установлено, возникновение у страховщика каких-либо негативных последствий, наступивших в результате отсутствия в полисе ОСАГО отметки об использовании автомобиля с прицепом, равно как и не подтверждается факт несения истцом каких-либо дополнительных убытков в рамках договора страхования, противоправности действий ответчика и причинно-следственной связи между противоправными действиями ответчика и наступившим вредом. Отсутствие в страховом полисе отметки об эксплуатации транспортного средства вместе с прицепом не свидетельствует об увеличении риска возможности наступления страхового случая при эксплуатации данного автомобиля как с прицепом, так и без него.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении требований о взыскании с ответчика выплаченного страхового возмещения в порядке регресса на основании подпункта "л" пункта 1 статьи 14 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", суд исходит из отсутствия установленной причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступлением негативных последствий для истца в рамках договора ОСАГО. Истец выплатив страховое возмещение по договору ОСАГО фактически исполнил свои обязательства по названному договору страхования заключенному с ответчиком в отношении объекта страхования – транспортного средства, при этом отсутствие в договоре страхования указания на эксплуатацию автомобиля с прицепом не повлекло наличие у истца дополнительных страховых рисков. 

Поскольку требование о взыскании с ответчиков возмещения ущерба в порядке регресса, выплаченного за СПАО "Ингосстрах", не подлежит удовлетворению, следовательно, оснований для взыскания судебных расходов также не имеется. 

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований СПАО «Ингосстрах» к ФИО1 о возмещении ущерба причинённого в результате ДТП – отказать. 

Решение может быть обжаловано в Мосгорсуд в течение одного месяца.

Федеральный судья: Завьялова С.И.

Мотивированное решение суда изготовлено 12.11.2025г.