Судья Лохмачева И.А. Дело № 33-973/2017

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

20 марта 2017 года г. Калуга 

Судебная коллегия по гражданским делам

Калужского областного суда в составе:

председательствующего Романовой В.В., 

судей Морозовой Л.С., Силаевой Н.Л., 

при секретаре Путинцевой М.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу Морозовой Л.С. 

дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Калужского районного суда Калужской области от 7 декабря 2016 года 

по иску ФИО1 к публичному акционерному обществу «Сбербанк России» об изменении формулировки основания увольнения, компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛА:

ФИО1, обратившись 13 октября 2016 года в суд с иском к публичному акционерному обществу «Сбербанк России» (далее ПАО «Сбербанк России»), просил изменить формулировку увольнения с п. 7 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации на п. 1 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации и взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей, мотивировав свои требования тем, что 26 сентября 2016 года он был ответчиком уволен с работы за совершение работником виновных действий и утратой доверия, однако таких действий он не совершал, злоупотребление должностными обязанностями не допускал, его вина ответчиком не доказана, в связи с чем увольнение считает незаконным. 

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал. 

Представитель ответчика ФИО2 иск не признал, считая его необоснованным. 

Решением Калужского районного суда Калужской области от 7 декабря 2016 года постановлено ФИО1 в удовлетворении исковых требований к ПАО «Сбербанк России» об изменении формулировки увольнения, взыскании компенсации морального вреда отказать. 

В апелляционной жалобе ФИО1, не согласившись с решением суда, просит его изменить, исковые требования ФИО1 удовлетворить. 

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав ФИО1 и его представителя ФИО3, поддержавших жалобу, представителя ПАО «Сбербанк России» ФИО2, возражавшего против доводов жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам. 

Согласно ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан добросовестно исполнять трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором.

В соответствии с ч. 1 ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание, выговор, увольнение по соответствующим основаниям.

Пунктом 7 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации предусматривается, что трудовой договор может быть расторгнут работодателем, в случае совершения виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, если эти действия дают основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", судам необходимо иметь в виду, что расторжение трудового договора с работником по пункту 7 части первой статьи 81 Кодекса в связи с утратой доверия возможно только в отношении работников, непосредственно обслуживающих денежные или товарные ценности (прием, хранение, транспортировка, распределение и т.п.), и при условии, что ими совершены такие виновные действия, которые давали работодателю основание для утраты довериям к ним.

Из материалов дела видно, что ФИО1 работал в ПАО «Сбербанк России»: с 14 июля 2011 года в должности контролера-кассира, с 1 апреля 2014 года в должности менеджера по продажам дополнительного офиса № 8608/0103. 

Работодателем с ФИО1 был заключен договор о полной материальной ответственности. 

Согласно разделу 2 должностной инструкции менеджера по продажам Калужского отделения 8608/0103, истец обязан осуществлять контроль и обеспечение сохранности ценностей, осуществлять операции по обслуживанию физических лиц (кроме операций, связанных с выдачей/приемом наличных денег), осуществлять операции кредитования клиентов (за исключением операций, выполняемых Центром оперативной поддержки). Разделом 4 данной инструкции предусмотрена ответственность менеджера по продажам, в частности за незаконное получение денег, ценных бумаг, иного имущества, а равно незаконное пользование услугами имущественного характера за совершение действий (бездействия) в связи с занимаемым служебным положением (п.4.7). 

Приказом ПАО «Сбербанк России» № от 26 сентября 2016 года трудовой договор с ФИО1 прекращен с 26 сентября 2016 года по п. 7 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации (совершение виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, если эти действия дают основания для утраты доверия к нему со стороны работодателя). 

Основаниями для издания приказа об увольнении ФИО1 послужили действия истца, свидетельствующие о злоупотреблении им своими должностными обязанностями. 

9 сентября 2016 года начальником отдела качества процессов Управления проектов и качества процессов Среднерусского банка ПАО «Сбербанк России» утвержден акт служебного расследования № по факту обращения клиента ФИО8, оспаривающего получение кредитной карты и ее использование. 

Из акта (л.д.15-22) усматривается, что ФИО8 обслуживается в Среднерусском банке ПАО «Сбербанк России» с 5 марта 2007 года, имеет действующий сберегательный счет. 25 февраля 2013 года ФИО8 была выдана кредитная карта 

<

данные изъяты> № с лимитом 80 000,00 руб. В связи с истечением срока указанная кредитная карта перевыпущена на 

<

данные изъяты> №, которая выдана 25 октября 2013 года. В процессе использования картой лимит увеличен до 116 000,00 руб. В августе 2016 года ФИО8 осуществлен звонок сотрудником банка о наличии просроченной задолженности по кредитной карте. ФИО8 отрицал получение данной карты.

Комиссией установлено, что подпись на мемориальном ордере № от 25 октября 2013 года на получение кредитной карты 

<

данные изъяты> № имеет явные визуальные признаки отличия от подписи ФИО8 в паспорте и в объяснениях клиента. 

Взяты объяснения ФИО1, в которых он подтвердил факт получения перевыпущенной карты на имя ФИО8 и ее использования, указал, что в день получения карты он обратился к сотруднику банка и пояснил, что его друг лично получить карту не может и не против ее получения ФИО1, соответственно он поставил подпись на документах на получение перевыпущенной кредитной карты.

По результатам проверки рекомендовано расторгнуть трудовой договор с ФИО1 по п.7 ч.1 ст. 81 Трудового договора. 

В судебном заседании истец ФИО1 не отрицал факт получения им в октябре 2013 года кредитной карты за ФИО8, указав, что, являясь сотрудником банка, знал и понимал, что получение при таких обстоятельствах кредитной карты является нарушением (протокол судебного заседания от 21 ноября 2016 года - л.д.60-62). 

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО8 показал, что в феврале 2013 года его знакомый сотрудник банка ФИО1 обратился к нему с просьбой оформить кредитную карту для выполнения плана, на что он (свидетель) дал согласие. Однако в банк он (свидетель) не приходил, вторую карту не получал и разрешение истцу на получение карты и ее использование не давал (протокол судебного заседания от 7 декабря 2016 года - л.д.67-69). 

Учитывая установленные по делу обстоятельствах и названные нормы права, суд пришел к верному выводу о том, что у работодателя имелись основания для увольнения истца с работы по п. 7 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации. 

В силу ч. 4 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случае признания увольнения незаконным орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, может по заявлению работника принять решение об изменении формулировки основания увольнения на увольнение по собственному желанию. Если неправильная формулировка основания и (или) причины увольнения в трудовой книжке препятствовала поступлению работника на другую работу, то суд принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула.

Принимая решение об отказе ФИО1 в удовлетворении иска, суд правильно указал на отсутствие оснований для изменения формулировки увольнения по п.1 ч.1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации, предусматривающему в качестве основания прекращения трудового договора соглашение сторон, поскольку стороной ответчика в ходе судебного разбирательства согласия на прекращение трудового договора по указанному основанию не дано. 

Поскольку суд пришел к правильному выводу об отказе в удовлетворении требований истца об изменении формулировки увольнения, то оснований для удовлетворения производных требований о компенсации морального вреда также не имелось. 

Повторенные в жалобе доводы о том, что истец пользовался кредитной картой с разрешения ФИО8 являются несостоятельными, поскольку опровергаются показаниями свидетеля ФИО8

Других доводов, свидетельствующих о наличии оснований для отмены решения суда, в апелляционной жалобе не содержится. 

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Калужского районного суда Калужской области от 7 декабря 2016 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий 

Судьи