Судья Лапина Т.С. № 33-9680/2025

Материал № 13-2-62/2025

УИД 64RS0007-02-2024-001054-88

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

18 декабря 2025 года г. Саратов

Судья Саратовского областного суда Крапивин А.А., при секретаре судебного заседания Шакировой А.Е., рассмотрев частную жалобу Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Саратовской области на определение Балашовского районного суда Саратовской области от 09 октября 2025 года об отказе в удовлетворении заявления о прекращении исполнительного производства по гражданскому делу по исковому заявлению заместителя прокурора г. ФИО2 Саратовской области, действующего в интересах ФИО1, к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Саратовской области о возложении обязанности обеспечить инвалида техническим средством реабилитации, взыскании компенсации морального вреда,

установил:

вступившим в законную силу решением Балашовского районного суда Саратовской области от 17 января 2025 года удовлетворены исковые требования заместителя прокурора г. ФИО2 в интересах ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Саратовской области (далее по тексту - ОСФР по Саратовской области): на ОСФР по Саратовской области возложена обязанность обеспечить инвалида № ФИО1 техническим средством реабилитации: корсетом полужесткой фиксации в соответствии с индивидуальной программой реабилитации № от 24 апреля 2024 года. С ОСФР по Саратовской области в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 5 000 рублей.

ОСФР по Саратовской области обратилось в суд с заявлением о прекращении исполнительного производства, возбужденного на основании исполнительного листа, выданного в целях исполнения указанного решения суда. В обоснование заявления ссылается на то, что ФИО1 получила индивидуальную программу реабилитации или абилитации инвалида № от 24 апреля 2024 года впервые в срок до 01 апреля 2025 года. На момент возбуждения исполнительного производства срок действия индивидуальной программы реабилитации или абилитации инвалида истек. Из ответа ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Саратовской области» Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 21 августа 2025 года № следует, что ФИО1 проведено повторное освидетельствование 17 февраля 2025 года, по результатам которого инвалидность не установлена, индивидуальная программа не разрабатывалась, технические средства реабилитации не рекомендовались. Считает, что решение суда обеспечить ФИО1 необходимым техническим средством реабилитации исполнить не представляется возможным.

Определением Балашовского районного суда Саратовской области от 09 октября 2025 года в удовлетворении заявления отказано.

В частной жалобе представитель ОСФР по Саратовской области просит определение суда отменить, принять по делу новое определение, которым разрешить вопрос по существу. Автор жалобы указывает, что приведенные им обстоятельства делают невозможным дальнейшее принудительное исполнение требований исполнительного документа.

В соответствии с ч. 3 и ч. 4 ст. 333 ГПК РФ частная жалоба рассмотрена судьей единолично, без извещения лиц, участвующих в деле.

Проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции по доводам, изложенным в частной жалобе (ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ), прихожу к следующему.

Отказывая в удовлетворении ходатайства о прекращении исполнительного производства, суд первой инстанции с учетом положений статьи 43 Федерального закона от 02 октября 2007 года №229-ФЗ «Об исполнительном производстве» не усмотрел обстоятельств, свидетельствующих о невозможности исполнения требований исполнительного документа, поскольку истечение срока действия индивидуальной программы реабилитации или абилитации инвалида, факт не продления инвалидности ФИО1 после принятия судом решения от 17 января 2025 года не освобождает ОСФР по Саратовской области от осуществления мероприятий, направленных на обеспечение ФИО1 средством технической реабилитации.

Суд апелляционной инстанции соглашается с указанным выводом суда первой инстанции, поскольку он основан на правильном применении норм процессуального права.

Как следует из материалов дела, прокуратурой г. ФИО2 была проведена проверка по обращению ФИО1 о соблюдении требований законодательства о социальной защите инвалидов, в ходе которой установлено, что в соответствии с индивидуальной программой реабилитации инвалиду № ФИО1 рекомендовано с момента признания лица инвалидом техническое средство реабилитации: корсет полужесткой фиксации. На основании сведений ОСФР по Саратовской области ФИО1, являющаяся инвалидом третьей группы, поставлена на учет по обеспечению техническим средством реабилитации. Однако с 24 апреля 2024 года техническим средством реабилитации не обеспечена. Уточнив исковые требования заместитель прокурора просил обязать ответчика обеспечить ФИО1 техническими средствами реабилитации: корсетом полужесткой фиксации, а также взыскать компенсации морального вреда в размере 5 000 рублей.

Вступившим в законную силу решением Балашовского районного суда Саратовской области от 17 января 2025 года исковые требования удовлетворены. На ОСФР по Саратовской области возложена обязанность в течение 2 месяцев обеспечить ФИО1 техническим средством реабилитации: корсетом полужесткой фиксации, в соответствии с индивидуальной программой реабилитации № от 24 апреля 2024 года, с ответчика взыскана компенсация морального вреда в размере 5 000 рублей.

На основании выданного Балашовским районным судом Саратовской области исполнительного листа, 07 августа 2025 года СОСП по Саратовской области ГМУ ФССП России в отношении должника - ОСФР по Саратовской области Саратовской области возбуждено исполнительное производство №.

В соответствии с ч. 1 ст. 439 ГПК РФ исполнительное производство может быть прекращено судом в случаях, предусмотренных Федерального закона от 02 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее по тексту - Закон об исполнительном производстве).

Положениями ч. 1 ст. 43 Закона об исполнительном производстве исполнительное производство прекращается судом в случаях:

1) смерти взыскателя - гражданина (должника-гражданина), объявления его умершим или признания безвестно отсутствующим, если установленные судебным актом, актом другого органа или должностного лица требования или обязанности не могут перейти к правопреемнику и не могут быть реализованы доверительным управляющим, назначенным органом опеки и попечительства;

2) утраты возможности исполнения исполнительного документа, обязывающего должника совершить определенные действия (воздержаться от совершения определенных действий);

3) отказа взыскателя от получения вещи, изъятой у должника при исполнении исполнительного документа, содержащего требование о передаче ее взыскателю;

3.1) истечения трехлетнего срока с момента устранения обстоятельств, послуживших основанием для приостановления исполнительного производства, если указанный срок не восстановлен судом;

4) в иных случаях, когда федеральным законом предусмотрено прекращение исполнительного производства.

Предусмотренный Законом об исполнительном производстве перечень оснований для прекращения исполнительного производства носит исчерпывающий характер и не подлежит расширенному толкованию.

По своей правовой природе основания прекращения исполнительного производства носят объективно неустранимый характер и свидетельствуют о невозможности или безрезультатности совершения исполнительных действий и применения мер принудительного исполнения.

Таким образом, для прекращения исполнительного производства должен быть установлен факт возникновения реальной утраты возможности исполнения исполнительного документа и отсутствие возможности его исполнения любыми способами.

Из определения Конституционного Суда Российской Федерации от 18 июля 2024 года № 1846-0 следует, что п. 2 ч. 1 ст. 43 Закона об исполнительном производстве, предусматривающий, что исполнительное производство прекращается судом в случае утраты возможности исполнения исполнительного документа, обязывающего должника совершить определенные действия (воздержаться от совершения определенных действий), во взаимосвязи с конституционными положениями о праве каждого на судебную защиту, неотъемлемым элементом которой является обязательность исполнения вступивших в законную силу судебных постановлений, не предполагает произвольного применения и допускает принятие судом соответствующего решения лишь в случае возникновения на стадии исполнительного производства объективных и неустранимых обстоятельств, делающих невозможным дальнейшее принудительное исполнение требований исполнительного документа.

Доводы жалобы заявителя о том, что решение суда не может быть исполнено ввиду отмены индивидуальной программы реабилитации или абилитации инвалида от 24 апреля 2024 года, отмены нуждаемости ФИО1 в средстве технической реабилитации, которое было предусмотрено указанной программой, подлежат отклонению, поскольку не является основанием для прекращения соответствующего исполнительного производства по мотивам невозможности исполнения судебного решения, не отменяет свойство исполнимости указанного судебного постановления, которому корреспондирует обязанность обеспечить правильное и своевременное исполнение судебных актов в целях защиты нарушенных прав, свобод и законных интересов граждан и организаций, в соответствии с положениями, в частности, ст. 105 Федерального закона «Об исполнительном производстве», устанавливающими общие условия исполнения содержащихся в исполнительных документах требований к должнику совершить определенные действия (воздержаться от совершения определенных действий).

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что неисполнение обязанности по обеспечение истца техническим средством реабилитации в период действия индивидуальной программы реабилитации или абилитации инвалида от 24 апреля 2024 года произошло по вине ОСФР по Саратовской области, которое не исполнено свою обязанность.

Основания, изложенные ответчиком, не относятся к обстоятельствам, препятствующим исполнению решения суда, в связи с чем суд первой инстанции правильно сделал вывод об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Выводы суда первой инстанции сделаны на основе установленных по делу обстоятельств и соответствуют вышеперечисленным нормам права.

Каких-либо нарушений закона, влекущих отмену оспариваемого определения, допущено не было, доводы частной жалобы не опровергают выводов суда и не содержат оснований для принятия иного решения по рассматриваемому вопросу.

При таких обстоятельствах определение Балашовского районного суда Саратовской области от 09 октября 2025 года является законным и обоснованным, оснований для его отмены не имеется.

Руководствуясь статьями 333, 334 ГПК РФ, суд

определил:

определение Балашовского районного суда Саратовской области от 09 октября 2025 года оставить без изменения, частную жалобу Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Саратовской области - без удовлетворения.

Судья А.А. Крапивин