Дело № 2а-213/2025

УИД 37RS0012-01-2024-004097-52

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

18 марта 2025 года г. Иваново

Октябрьский районный суд г. Иваново

в составе председательствующего по делу – судьи Афонина Г.В.,

при помощнике судьи Коковой А.А.,

с участием административного истца ФИО1, представителя административного ответчика ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ивановской области, УФСИН России по Ивановской области, ФСИН России – ФИО2, представителя административного ответчика ФИО,

рассмотрев в Октябрьском районном суде г. Иваново в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний России, УФСИН России по Ивановской области, ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ивановской области, ФКУЗ «Медико-санитарная часть № 37 ФСИН России», Министерству финансов Российской Федерации, УФК по Ивановской области, начальнику ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ивановской области ФИО3 о присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении, признании действий (бездействий) незаконными,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском, в котором просил признать незаконным бездействие со стороны административных ответчиков, повлекшее нарушение условий содержания его в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ивановской области и причинившее ему страдания, взыскать в его пользу компенсацию за ненадлежащие условия содержания в общем размере 200 000 рублей.

Требования мотивированы тем, что он в период с 30.12.2023 по 12.01.2024 содержался в ФКУ СИЗО 1 УФСИН России по Ивановской области, где условия содержания не соответствовали установленным нормам и правилам, что является незаконным бездействием повлекшим нарушение его прав.

ФИО1 к числу обстоятельств, свидетельствующих о таких нарушениях, относит: нахождение в переполненном боксе с 11 часов до 22 часов 30 минут в отсутствие мест для сидения, непредоставление еды и воды во время нахождения его в боксе, нахождение с ним в камере больного 

<

данные изъяты>; несоблюдение норм санитарной площади на человека, переполненности камеры; отсутствия спального места; неоказание ему надлежащей медицинской помощи по жалобе на высокое давление, отсутствие препаратов, неоказание экстренной медицинской помощи; отсутствие горячей воды; антисанитарию, наличие грибковой плесени на стенах камеры, необеспечение повышенной нормой питания.

На основании изложенного, административный истец просит суд взыскать в его пользу компенсацию за ненадлежащие условия содержания в ФКУ СИЗО 1 УФСИН России по Ивановской области в общем размере 200 000 рублей.

В судебном заседании административный истец ФИО1 административное исковое заявление поддержал по основаниям, изложенным в нем, суду пояснил, что он с 30.12.2023 по 12.01.2024 находился в ФКУ СИЗО 1 УФСИН России по Ивановской области, куда был перевезен в связи с участием в следственных действиях, на тот момент он являлся осужденным. В период нахождения в ФКУ СИЗО 1 УФСИН России по Ивановской области ему не предоставлялась повышенная норма питания, которая должна ему предоставляться ввиду наличия у него заболевания 

<

данные изъяты>, ему не была оказана медицинская помощь надлежащим образом, поскольку во время нахождения в камере у него повысилось давление, и ему выдали две таблетки 

<

данные изъяты>, которые не оказали какого-либо терапевтического эффекта, что вызвало чувство страха за жизнь. ФИО1 утверждал, что, несмотря на плохое состояние здоровья, он был помещен в общую переполненную камеру, в которой ему было предоставлено дополнительное спальное место.

ФИО1 утверждал, что условия содержания являлись пытками для него, он потерпел моральные и нравственные страдания.

ФИО1 указал, что содержание в одном помещении и камере с больным 

<

данные изъяты>, документально не подтверждается, в связи с чем он не настаивает на наличии данного нарушения.

ФИО1 просил восстановить срок обращения в суд с настоящим административным исковым заявлением, пропущенный по причине плохого состояния здоровья.

В судебном заседании представитель административных ответчиков Федеральной службы исполнения наказаний России, УФСИН России по Ивановской области, ФКУ СИЗО 1 УФСИН России по Ивановской области – действующая на основании доверенностей и представившая диплом о наличии высшего юридического образования ФИО2 с административным исковым заявлением не согласна по основаниям, изложенным в письменных возражениях и дополнениях к ним, пояснила, что ФИО1 действительно содержался в ФКУ СИЗО 1 УФСИН России по Ивановской области в период с 30.12.2023 по 12.01.2024, поскольку был привлечен для участия в следственных действиях в порядке ст. 77.1 УИК РФ, и содержался в камере № 125 площадью 30,7 кв.м., рассчитанной на 7 человек, вместе с семью заключенными, при этом по отношению к нему норма площади – 2 кв.м. была соблюдена, так как составляла 3,83 кв.м. на одного человека.

Он находился в камере сборного отделения по прибытию в следственный изолятор не более двух часов, при этом законодательством не регламентировано максимальное количество людей, находящихся в данном помещении.

ФИО1 имел статус осужденного к лишению свободы, в этой связи норма жилой площади в расчете на одного осужденного в исправительных колониях не может быть более двух квадратных метров, в связи с чем доводы о том, что в камере было недостаточно места не указывают на нарушение санитарной нормы площади по отношению к нему.

ФИО1 действительно не был обеспечен повышенной нормой питания ввиду выходных и нерабочих дней, он не был занесен в список заключенных нуждающихся в получении лечебного питания. ФИО2 пояснила, что при медицинском осмотре по прибытию он не сообщил медику о своем заболевании и поэтому не был включен в указанный список и не был обеспечен повышенной нормой питания. Его медицинская карта не вынималась из запечатанного пакета, поскольку он жалоб на состояние здоровья не заявлял, об отсутствии жалоб указано в журнале медицинских осмотров, пакет, в котором находилась медицинская карта, не содержал записей и отметок о повышенной норме питания.

ФИО1 во время нахождения в ФКУ СИЗО 1 УФСИН России по Ивановской области не заявлял о плохом самочувствии, его медицинская карта не содержит записей об оказании ему медицинской помощи, в связи с чем, доводы о том, что ему ненадлежащим образом оказали медицинскую помощь, документально не подтверждаются.

Камера № находилась в удовлетворительном состоянии, что подтверждается журналом контрольно-технических осмотров № 530, в результате осмотров камеры, проведенных 01.05.2024, 12.01.2024, повреждений и неисправностей не выявлено.

Камеры ФКУ СИЗО 1 УФСИН России по Ивановской области не оборудованы горячей водой, при этом холодная вода имеется в каждой камере и предоставляется без ограничения, для подогрева воды ежедневно выдаются нагревательные элементы, осужденным разрешено иметь нагревательные приборы.

ФИО1 не содержался с лицом, имеющим 

<

данные изъяты>, на которого указал истец, не страдал 

<

данные изъяты>.

В судебном заседании представитель административного ответчика ФИО с административным исковым заявлением не согласна по основаниям, изложенным в письменных возражениях, суду пояснила, что все лица, доставленные в СИЗО, кроме следующих транзитом, в срок не более трех рабочих дней со дня их прибытия осматриваются врачом-терапевтом (врачом общей практики) или фельдшером (пункт 26 Порядка).

ФИО1 следовал транзитом, поэтому его осматривал медицинский работник филиала «Медицинская часть № 9» только по прибытии, поэтому личное дело не вскрывалось, медицинская карта не передавалась в медицинскую часть. Согласно записям в журнале регистрации пациентов, получающих медицинскую помощь в амбулаторных условиях, ФИО1 за медицинской помощью не обращался. При поступлении ФИО1 был осмотрен врачом ФИО, заключенный ничего не сообщил об имеющихся у него заболеваниях, информация о полагающемся ему повышенном питании в соответствии с требованиями приказа Минюста России от 17.09.2018 № 189 «Об установлении повышенных норм питания, рационов питания и норм замены одних продуктов питания другими, применяемых при организации питания осужденных, а также подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в учреждениях Федеральной службы исполнения наказаний, на мирное время» в справке по личному делу отсутствовала.

Согласно пункту 28 Правил при обращении лица, заключенного под стражу, или осужденного за медицинской помощью к медицинскому работнику во время покамерного обхода, к сотруднику дежурной смены СИЗО указанные должностные лица обязаны принять меры для организации оказания ему медицинской помощи.

Из представленных медицинских документов следует, что ФИО1 за медицинской помощью не обращался, информацию об имеющихся у него хронических заболеваниях не сообщил.

Истцом не представлено совокупности относимых, допустимых и достаточных доказательств, подтверждающих факт причинения ему физических и нравственных страданий медицинскими работниками ФИО, в связи с чем, правовых оснований для удовлетворения исковых требований не имеется.

Административные ответчики: Министерство финансов Российской Федерации, УФК по Ивановской области в судебное заседание представителя не направили, о времени и месте рассмотрения дела уведомлены надлежащим образом, представили письменный отзыв, в котором указали, что данные ответчики не являются надлежащими, а истцом не представлено доказательств нарушения его прав, причинения истцу физических и нравственных страданий.

В судебное заседание административный ответчик начальник ФКУ СИЗО 1 УФСИН России по Ивановской области ФИО3 не явился, о времени и месте рассмотрения дела уведомлен надлежащим образом, просил дело рассмотреть в свое отсутствие.

Заинтересованное лицо ФИО о времени и месте рассмотрения дела уведомлено надлежащим образом, представителя в судебное заседание не направило.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав и оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

В силу ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04 ноября 1950 года никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

В соответствии с ч. 1 ст. 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Права и свободы человека и гражданина согласно ст. 18 Конституции Российской Федерации являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием. 

Согласно ст. 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию. 

Статьей 53 Конституции Российской Федерации предусмотрено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Возможность ограничения указанного права допускается лишь в той мере, в какой оно преследует определенные Конституцией Российской Федерации цели, осуществляется в установленном законом порядке, с соблюдением общеправовых принципов и на основе критериев необходимости, разумности и соразмерности, с тем чтобы не оказалось затронутым само существо данного права. Меры принуждения, ограничивающие свободу и личную неприкосновенность, применяемые в связи с необходимостью изоляции лица от общества, пребывания в ограниченном пространстве, предусмотрены уголовным, уголовно-процессуальным, уголовно-исполнительным законодательством, иными федеральными законами (п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания»). 

Согласно ч. 1 ст. 218 КАС РФ гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

В силу положений ст. 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении (ч. 1). 

Требование о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении рассматривается судом одновременно с требованием об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих по правилам, установленным настоящей главой, с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей (ч. 3). 

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия (ч. 5). 

По смыслу вышеприведенных законоположений основанием для удовлетворения судом указанных требований является установление факта нарушения предусмотренных законодательством Российской Федерации, международными договорами Российской Федерации условий содержания лица в исправительном учреждении, признание оспариваемых решений, действий (бездействия) исправительного учреждения незаконными и нарушающими права, свободы административного истца.

Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации (далее – УПК РФ) задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с УПК РФ избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, регулируются Федеральным законом от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

Согласно ст. 4 названного Федерального закона содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей (далее - подозреваемые и обвиняемые).

В соответствии с ч. 1 ст. 15 Федерального закона № 103-ФЗ в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных УПК РФ.

Статьей 23 Федерального закона № 103-ФЗ предусмотрено, что подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. 

Под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц (п.п. 2, 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания»).

В п. 14 названного Постановления разъяснено, что условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

О наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации.

Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 04.07.2022 № 110 утверждены Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений и Правил внутреннего распорядка исправительных центров уголовно-исполнительной системы (далее – Правила внутреннего распорядка).

Из материалов дела следует, что ФИО1 в период с 30.12.2023 по 12.01.2024 содержался в ФКУ СИЗО 1 УФСИН России по Ивановской области в камере №.

Осужденный ФИО1 был отправлен из исправительной колонии в следственный изолятор для участия в следственных действиях согласно ст. 77.1 УИК РФ и прибыл в 13.30 час. 30.12.2023.

ФИО1 не оспаривал законность нахождения в следственном изоляторе в порядке ст. 77.1 УИК РФ.

По прибытию в следственный изолятор 30.12.2023 ФИО1 был помещен в камеру сборного отделения, где, как он указал, находился с 11 часов 00 минут до 22 часов 30 минут.

В соответствии со статьей 23 Закона N 103-ФЗ подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности.

Согласно пункту 242 Приказ Минюста России от 04.07.2022 N 110 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений и Правил внутреннего распорядка исправительных центров уголовно-исполнительной системы» (далее – Правила), подозреваемые и обвиняемые, следующие транзитом через следственный изолятор, принимаются и направляются к местам назначения на основании справок по личным делам и попутных списков. При расхождении данных в справке по личному делу и полученных при опросе лица, следующего транзитом, ДПНСИ уточняет указанные данные в личном деле подозреваемого или обвиняемого, о чем составляется акт.

Пунктом 247 Правил предусмотрено, что на период оформления учетных документов, подозреваемые и обвиняемые размещаются в сборном отделении следственного изолятора в камерах временного пребывания на срок не более восьми часов с соблюдением требований изоляции. В камерах временного пребывания, оборудованных спальными местами, подозреваемые и обвиняемые могут размещаться на срок не более восьми часов (без учета ночного времени) с соблюдением требований изоляции.

При этом в одноместном помещении для кратковременного нахождения подозреваемые или обвиняемые могут находиться не более двух часов.

Довод ФИО1 о том, что он находился в сборном отделении следственного изолятора в камере временного пребывания с 11 часов 00 минут, не подтверждается документально, поскольку он прибыл в следственный изолятор в 13 часов 30 минут 30.12.2023, что подтверждается копией списка лиц, прибывших в ФКУ СИЗО 1 УФСИН России по Ивановской области (л.д. 60).

Административный истец, указал, что он содержался в сборном отделении до 22 часов 30 минут 30.12.2023, то есть свыше восьми часов.

Правила распределения бремени доказывания обстоятельств, имеющих значение для административного дела об оспаривании решений, действий (бездействия) органов, организаций и должностных лиц, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, установлены чч.2 и 3 ст. 62, чч.9 - 11 ст. 226 КАС РФ.

Обязанность доказывания законности действий и соблюдения установленного п. 247 Правил срока содержания ФИО1 в сборном отделении возложена на административных ответчиков.

Согласно списку лиц, прибывших в ФКУ СИЗО 1 УФСИН России по Ивановской области в ФКУ СИЗО-1, ФИО1 прибыл в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ивановской области 13 часов 30 минут 30.12.2023 (л.д. 60).

Время помещения прибывшего заключенного в камеру № документально в СИЗО-1 не фиксируются, вместе с тем согласно журналу вечернего осмотра в камере № во время утреннего обхода 30.12.2023 в 8:00 часов в камере находилось 7 человек, во время вечернего обхода 30.12.2023 в 20:00 часов в камере числилось 8 человек, как и во время утреннего обхода в 8:00 часов 31.12.2023.

Суд полагает, что ФИО1 был помещен в камеру № 30.12.2024 до 20:00 часов, следовательно, он находился в сборном отделении следственного изолятора в камере временного пребывания менее 8 часов.

Согласно сведениям, предоставленным ФКУ СИЗО 1 УФСИН России по Ивановской области, осужденные в сборном отделении содержатся не более двух часов, что не является нарушением прав административного истца.

Доводы о том, что ему не предоставлялось питание во время нахождения в камере, не предоставлялась вода, не свидетельствует о нарушении, поскольку воду он мог попросить, питание осуществлялось согласно графику режимного объекта, ФИО1 предоставлялся ужин.

За время пребывания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ивановской области ФИО1 содержался в камере № площадью 31,9 кв.м., рассчитанной на 7 человек, при этом в камере в период с 30.12.2023 (20:00 часов) по 11.01.2024 (8:00 часов), в связи с чем на одного человека приходилось (31,9 кв.м. / 8 чел. = 3,9 кв.м.)

Согласно ч. 5 ст. 23 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

Из вышеприведенных обстоятельств и расчетов следует, что имели место случаи нарушения норм санитарной площади при содержании ФИО1 в камере № (рассчитанных на 7 человек), поскольку в ней содержалось 8 человек, так как исходя из площади камеры, при нахождении в ней 8 человек на одного человека, приходилось менее 4 кв.м. санитарной площади.

Количественная численность лиц, находящихся под стражей подтверждена справкой и исследованным в судебном заседании журналом количественной проверки осужденных и лиц, содержащихся под стражей в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ивановской области.

Данные обстоятельства со стороны представителя ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ивановской области не отрицались.

Таким образом, суд считает доказанным наличие факта нарушения нормы санитарной площади на 1 человека в камере № следственного изолятора, где содержался ФИО1, из-за переполненности в период его пребывания в камере в указанный период. При этом суд принимает во внимание продолжительность данного периода, а также то обстоятельство, что у ФИО1 было собственное спальное место.

Довод представителя административных ответчиков ФИО2, о статусе осужденного не имеет значения для дела ввиду следующего.

Как указано в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 22.05.2023 N 25-П, правовое положение осужденного не может являться основанием для ухудшения условий его содержания в следственном изоляторе по сравнению другими находящимися там лицами.

Федеральный закон от 15.07.1995 N 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» устанавливает норму санитарной площади в большем размере, чем норма жилой площади, указанная в ч. 1 ст. 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, потому что режим содержания в следственном изоляторе отличается от режима содержания осужденных к лишению свободы в исправительных учреждениях, что предполагает необходимость применения иного подхода к обеспечению прав лиц, находящихся в следственном изоляторе, независимо от наличия у них статуса осужденного.

Суд полагает, что в соответствии со статьей 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, статьей 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации и статьей 17.1 Федерального закона от 15.07.1995 N 103 ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» само по себе существенное уменьшение нормы санитарной площади, установленное по делу, свидетельствует о нарушении прав административного истца и является основанием для присуждения ему компенсации за нарушение условий содержания в следственном изоляторе.

При этом суд учитывает период такой изоляции и обеспечение осужденного отдельным спальным местом, что он подтвердил в судебном заседании.

В судебном заседании ФИО1 указал на необеспечение его повышенной нормой питания необходимой ему для поддержания здоровья в связи с имеющимся у него заболеванием 

<

данные изъяты>.

Наличие заболевания у ФИО1 

<

данные изъяты> подтверждается его медицинской картой и не оспаривалось сторонами.

На основании ст. 22 Федерального закона от 15.07.1995 N 103-ФЗ подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются бесплатным питанием, достаточным для поддержания здоровья и сил по нормам, определяемым Правительством Российской Федерации.

Питание подозреваемых, обвиняемых и осужденных осуществляется в соответствии с постановлением Правительства РФ от 11.04.2005 № 205 «О минимальных нормах питания и материально-бытового обеспечения осужденных к лишению свободы, а также о нормах питания и материально-бытового обеспечения подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в следственных изоляторах Федеральной службы исполнения наказаний, в изоляторах временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел РФ и пограничных органов федеральной службы безопасности, лиц, подвергнутых административному аресту, задержанных лиц в территориальных органах Министерства внутренних дел РФ на мирное время» и приказом ФСИН России от 02.09.2016 № 696 «Об утверждении Порядка организации питания осужденных, подозреваемых обвиняемых, содержащихся в учреждениях уголовно-исполнительной системы».

Указанным приказом установлена повышенная норма питания для больных, осужденных к лишению свободы, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, содержащихся в учреждениях Федеральной службы исполнения наказаний, на мирное время (приложение № 5).

Также, из п. 2А указанного приложения № 5 к приказу следует, что повышенной нормой питания обеспечиваются, в том числе больные 

<

данные изъяты> вне зависимости от места содержания.

Учитывая изложенное, дополнительное питание назначается при наличии медицинского заключения о наличии у подозреваемого, обвиняемого и осужденного диагноза 

<

данные изъяты>.

Пунктами 41, 44 Правил внутреннего распорядка предусмотрено, что подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются трехразовым горячим питанием. Время приема пищи подозреваемыми и обвиняемыми устанавливается в распорядке дня подозреваемых и обвиняемых.

Как следует из представленных представителем следственного изолятора документов, ФИО1 в период своего пребывания не значился в списках на получение лечебного питания с учетом имеющегося у него диагноза - 

<

данные изъяты>, и фактически не получал дополнительное питание, что подтвердил в судебном заседании представитель административных ответчиков, и подтверждается представленным в материалах дела списком подозреваемых, обвиняемых и осужденных, нуждающихся в получении лечебного питания от 09.01.2024 № 3 (л.д. 143-145), в котором фамилии ФИО1 не имеется.

Из положений Порядка организации питания осужденных, подозреваемых и обвиняемых, содержащихся в учреждениях уголовно-исполнительной системы, утвержденного Приказом ФСИН России от 02.09.2016 N 696 следует, что начальник учреждения отвечает за организацию питания осужденных, подозреваемых и обвиняемых, по медицинским заключениям издает приказы о зачислении больных осужденных, подозреваемых и обвиняемых на питание по нормам, установленным для больных (пункт 8). Медицинский работник медицинского подразделения совместно с начальником отдела интендантского и хозяйственного обеспечения учреждения организует лечебное питание (пункт 11 Порядка).

Доводы административных ответчиков о том, что повышенная норма питания не предоставлялась ввиду того, что ФИО1 не сообщил о имеющемся у него заболевании при прибытии в следственный изолятор, не предъявлял жалоб на состояние здоровья в связи с чем медицинская карта осужденного не распаковывалась из конверта в котором она поступила; на медицинской карте не было проставлено отметок о необходимости обеспечения осужденного повышенной нормой питания; осужденный прибыл в праздничные дни, судом во внимание не принимаются, данные обстоятельства не свидетельствуют о соблюдении следственным изолятором требований вышеприведенного законодательства, административным ответчиком ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ивановской области не приведено доказательств объективно препятствующих обеспечению осужденного повышенной нормой питания.

ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ивановской области имело возможность установить состояние здоровья ФИО1, а равно установить условия его содержания, предоставления повышенной нормы питания, по его медицинской карте, не представлено доказательств выяснения у осужденного какой нормой питания он обеспечивался в исправительной колонии.

Указание в журнале регистрации осмотров медицинским работником лиц, доставляемых в следственный изолятор о том, что ФИО1 здоров, не свидетельствует об отсутствии нарушения ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ивановской области в форме бездействия, связанного с необеспечением ФИО1 повышенной нормой питания.

Вместе с тем, указанным журналом регистрации осмотров медицинским работником лиц, доставляемых в следственный изолятор; журналом амбулаторного приема, в котором так же отсутствуют данные об оказании медицинской помощи ФИО1; медицинской картой ФИО1 и показаниями свидетеля фельдшера ФИО полностью опровергаются доводы ФИО1 о том, что ему ненадлежащим образом оказана медицинская помощь, поскольку каких-либо записей о его обращении за таковой, материалы дела и указанные документы не содержат.

Свидетель ФИО пояснил, что согласно журнала регистрации осмотров медицинским работником лиц, доставляемых в следственный изолятор ФИО1 жалоб на состояние здоровья не заявлял, температура тела была нормальной, в противном случае была бы запись о наличии заболеваний, и если бы ему требовалась медицинская помощь за время нахождения в следственном изоляторе, была бы распакована из конверта медицинская карта ФИО1 и в ней обязательно были бы соответствующие записи.

При критическом состоянии здоровья вызывается скорая медицинская помощь в следственный изолятор.

Медицинская карта ФИО1 не содержит записей об оказанной медицинской помощи, данная карта не вынималась из запечатанного пакета, ввиду отсутствия каких-либо жалоб на состояние здоровья осужденного.

Само по себе наличие гипертонической болезни у ФИО1 безусловно не свидетельствует о том, что ему во время нахождения в следственном изоляторе было плохо.

ФИО1 наблюдался в медицинской части по прибытии в ФКУ ИК2 УФСИН РОССИИ по Ивановской области, что не свидетельствует о нарушениях со стороны ФИО, и не подтверждает доводов о неоказании ему медицинской помощи.

ФИО пояснил, что при оказании медицинской помощи, даже при выдаче таблеток обязательна запись в журнале медицинских осмотров, поскольку такая выдача требует строгой отчетности. При необходимости могли быть сделаны любые инъекции, медикаменты имеются.

С жалобами в Прокуратуру Ивановской области ФИО1 не обращался.

Таким образом, доводы ФИО1 о том, что он был близок к смерти, при этом ему не оказывалась медицинская помощь, несмотря на его жалобы, опровергнуты административными ответчиками, в связи с чем, данное нарушение условий содержания в следственном изоляторе не доказано, поскольку доводы административного истца не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Доводы ФИО1 о том, что он в настоящее время проходит лечение не могут быть приняты в качестве безусловных доказательств нарушения условий содержания административными ответчиками в части неоказания ему медицинской помощи в январе 2024 года.

В судебных заседаниях ФИО1 указывал на ненадлежащее состояние камер, где он содержался, в частности, стены с отслоившейся краской, плесень на них, неработающие краны для воды, антисанитарию.

В представлениях прокуратуры Ивановской области, внесенных в адрес следственного изолятора в периоды с 2022 года по 2023 год, установлено ненадлежащее состояние различных камер следственного изолятора, выразившееся в ненадлежащем состоянии оконных рам, дефектов напольного покрытия и необходимости косметического ремонта камер; поражения плесенью стен, потолка.

В представлениях Прокуратуры Ивановской области в адрес начальника - УФСИН России по Ивановской области от 07.04.2023 № 17-08-2023; 30.06.2023 № 17082023; 05.12.2023 № 17-08-2024; 27.12.2023 № 17-07-2023 упоминается на наличие в камерах следственного изолятора, в том числе в корпусе № 3 плесени, отслоения штукатурки и лакокрасочного покрытия.

Вместе с тем перечисленные ФИО1 нарушения о существенных нарушениях его прав не свидетельствуют, поскольку их наличие не могло вызвать у него физических и нравственных страданий в той степени, которая является основанием для взыскания денежной компенсации за ненадлежащие условия содержания. Данных о том, что данные обстоятельства послужили причиной возникновения каких-либо заболеваний у осужденного, суду не представлено.

В камере следственных изоляторов организовано дежурство осужденных. Нарушение чистоты в камере допускается самими содержащимися в ней лицами.

В журналах ТКО каких-либо заявлений на ненадлежащее состояние камеры, неработающие краны для воды не зафиксировано, доводы о том, что холодная вода из крана не подавалась, не названо, камера снабжается холодной водой.

Состояние камер зависит от действий самого находящегося в них спецконтингента, а не от надлежащего исполнения обязанностей со стороны администрации следственного изолятора, учитывая, что дежурство в камере организовано, о чем свидетельствует соответствующий журнал организации дежурств лиц, содержащихся под стражей.

Довод ФИО1 о том, что он содержался в одном помещении с ФИО, который ему сообщил о том, что он болеет 

<

данные изъяты>, не подтверждается собранными по делу доказательствами и опровергается справкой ФИО о данных, содержащихся в медицинской документации ФИО, который действительно содержался в следственном изоляторе, вместе с ФИО1, при этом он не страдал 

<

данные изъяты>, а страдал 

<

данные изъяты>. На дату прибытия в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ивановской области 30.12.2024 прошел более половины курса 

<

данные изъяты>.

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

Таким образом, положения статьи 33 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» в отношении ФИО1 не нарушались.

Разрешая довод ФИО1 о нарушении его прав отсутствием горячего водоснабжения в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ивановской области суд приходит к следующему.

Исходя из положений Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных Приказом Минюста РФ от 04.07.2022 N 110 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений и Правил внутреннего распорядка исправительных центров уголовно-исполнительной системы» допускается отсутствие горячей водопроводной воды. При этом горячая вода для стирки и гигиенических целей и кипяченая вода для питья выдаются ежедневно в установленное распорядком дня подозреваемых и обвиняемых время с учетом их потребности.

Приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства РФ от 15.04.2016 N 245/пр утвержден и введен в действие с 04.07.2016 Свод правил «Следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования». Данный Свод правил зарегистрирован Росстандартом и имеет номер СП 247.1325800.2016.

Согласно п. 1.1 указанного Свода правил, он устанавливает нормы проектирования и распространяется на строительство, реконструкцию, расширение, техническое перевооружение и капитальный ремонт зданий, помещений и сооружений, предназначенных для размещения и функционирования следственных изоляторов (СИЗО).

Положения настоящего свода правил не распространяются на объекты капитального строительства, проектная документация которых до вступления в силу настоящего свода правил получила положительное заключение государственной экспертизы, а также на документы территориального планирования и документацию по планированию территории, утвержденные до вступления в силу настоящего свода правил (п. 1.2).

Пунктом 19.1 СП 247.1325800.2016 предусмотрено, что здания СИЗО должны быть оборудованы хозяйственно-питьевым и противопожарным водопроводом, горячим водоснабжением, канализацией и водостоками согласно требованиям СП 30.13330 («Внутренний водопровод и канализация зданий»), СП 31.13330 («Водоснабжение. Наружные сети и сооружения»), СП 32.13330 («Канализация. Наружные сети и сооружения»), СП 118.13330 («Общественные здания и сооружения»).

Согласно п. 19.5 указанного Свода правил СП 247.1325800.2016, подводку холодной и горячей воды следует предусматривать, в том числе к умывальникам в камерах.

При этом, как следует из представленных административным ответчиком сведений, все камеры учреждения оборудованы водопроводом с холодной водой, который находится в исправном состоянии, доступ к пользованию водопроводом не ограничивается, что также подтверждается материалами проверок, проведенных прокуратурой Ивановской области. ФИО1 не отрицал наличие холодного водоснабжения в камерах следственного изолятора.

Суд учитывает, что система горячего водоснабжения для режимных корпусов учреждения не предусмотрена конструктивной особенностью здания; учреждением созданы условия для поддержания надлежащей личной гигиены осужденных посредством регулярной санитарной обработки, обеспечения возможности получения кипяченой воды для питья и горячей воды для гигиенических целей с учетом потребностей, выдачи кипятильников для кипячения воды, наличия холодного централизованного водоснабжения, возможность иметь нагревательные приборы.

Каких-либо заявок от заключенных на неисправный кран для воды, ее отсутствие не поступало, осужденные получали воду из водопровода без ограничения, представления, вынесенные прокуратурой Ивановской области не содержат данных об отсутствии холодной воды в камерах, в том числе из-за неисправного крана для воды.

Суд приходит к выводу об отсутствии нарушения прав ФИО1 на обеспечение горячим водоснабжением в период его содержания в следственном изоляторе.

Неудобства при пользовании кипятильником в камерах следственного изолятора на выводы суда в данной части заявленных требований повлиять не могут.

Кроме того, суд учитывает, что отсутствие горячего водоснабжения не могло вызвать физических и нравственных страданий в той степени, которая является основанием для взыскания в пользу административного истца компенсации за ненадлежащие условия содержания.

Устный довод об отсутствии освещения в камере опровергается журналом КТО, согласно которому неисправности освещения не выявлено, жалоб и заявлений на неисправность освещения не поступало. Кроме того, в качестве самостоятельного требования данный довод не заявлялся, был озвучен перед удалением суда в совещательную комнату. 

Довод ФИО1 относительно того, что из его обуви был извлечен супинатор, не свидетельствует о нарушении прав осужденного, поскольку такое извлечение супинатора предусмотрено пунктом 269 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных Приказом Минюста России от 04.07.2022 N 110 в соответствии с которым в СИЗО из обуви подозреваемых и обвиняемых, осужденных к принудительным работам и осужденных к лишению свободы извлекаются супинаторы, шнурки (за исключением силиконовых) и металлические набойки.

Принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, применительно к вышеизложенному законодательству, а также разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ, суд приходит к выводу о том, что условия содержания административного истца в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ивановской области являлись ненадлежащими, что выразилось в необеспечении в отдельные периоды в камерах нормы санитарной площади в расчете на одного человека, а также непредоставлением повышенной нормы питания в следственном изоляторе, необходимой для поддержания здоровья.

С учетом того, что суд пришел к выводу о доказанности факта нарушения прав административного истца в период его содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ивановской области, с учетом характера выявленных отступлений от норм, нарушенных прав административного истца, периода содержания административного истца в учреждении с нарушением материально-бытовых норм, непредоставлением повышенной нормы питания, что само по себе является достаточным для того, чтобы причинить страдания и переживания лицу, содержащемуся под стражей, в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий ограничению свободы, степени значительности допущенных административным ответчиком нарушений, а также исходя из требований разумности и справедливости, приходит к выводу о взыскании в его пользу в счет денежной компенсации суммы в размере 10 000 рублей.

Согласно положениям ст. 16 ГК РФ убытки, причиненные гражданину в результате незаконных действий государственных органов, подлежат возмещению Российской Федерацией. 

Учитывая нормы ст. 124, п. 1 ст. 126, ст. 1069 ГК РФ, источником возмещения таких убытков является казна Российской Федерации, которую образуют бюджетные средства и иное государственное имущество, не закрепленное за государственными предприятиями и учреждениями.

В соответствии с п. п. 1 п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации по искам о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями должностного лица государственного органа, от имени казны Российской Федерации выступает главный распорядитель бюджета по ведомственной принадлежности.

Согласно п. п. 1, п. п. 6 пункта 7 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента РФ от 13 октября 2004 года № 1314, Федеральная служба исполнения наказаний России осуществляет полномочия по обеспечению условий содержания осужденных и лиц, содержащихся под стражей, в учреждениях, исполняющих наказания, а также функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций.

В этой связи именно на ФСИН России, как главного распорядителя федерального бюджета по ведомственной принадлежности за счет казны Российской Федерации, должна быть возложена обязанность по возмещению административному истцу компенсации за ненадлежащие условия содержания.

В силу п. 2 ч. 9 ст. 226 КАС РФ суд, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, выясняет соблюдены ли сроки обращения в суд.

Согласно ч. 1 ст. 219 КАС РФ административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

Пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного (в том числе по уважительной причине) срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении административного иска (ч. 8 ст. 219 КАС РФ).

Из разъяснений, данных в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», следует, что, проверяя соблюдение предусмотренного ч. 1 ст. 219 КАС РФ трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

Таким образом, пропущенный срок подачи административного искового заявления может быть восстановлен судом при наличии уважительных причин в силу обстоятельств, относящихся к личности заявителя, таких как тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п., а также обстоятельств, объективно препятствовавших лицу, добросовестно пользующемуся своими процессуальными правами, реализовать право на обращение в суд.

Учитывая, что ФИО1 из ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ивановской области был направлен в исправительное учреждение для отбытия наказания и до настоящего времени находится в местах лишения свободы, что существенно затрудняет его обращение в суд, учитывая то обстоятельство, что он проходил лечение, суд считает возможным применить положения ч. 8 ст. 219 КАС РФ и восстановить ему пропущенный процессуальный срок на обращение в суд.

В силу ч. 9 ст. 227.1 КАС РФ решение суда в части удовлетворения требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении подлежит немедленному исполнению в порядке, установленном бюджетным законодательством Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 175-180, 227 КАС РФ, суд

РЕШИЛ:

административное исковое заявление ФИО1 удовлетворить частично.

Признать незаконным бездействие ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ивановской области, выразившееся в нарушении условий содержания ФИО1.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, компенсацию за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в размере 10 000 (Десять тысяч) рублей.

В оставшейся части исковые требования ФИО1, в том числе к ФКУЗ «Медико-санитарная часть № 37 ФСИН России», УФСИН России по Ивановской области, Министерству финансов Российской Федерации, УФК по Ивановской области, начальнику ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ивановской области ФИО3 оставить без удовлетворения.

Решение суда в части удовлетворения требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в Ивановский областной суд через Октябрьский районный суд г. Иваново в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Г.В. Афонин

Мотивированное решение составлено 01 апреля 2025 года.