50RS0

<

данные изъяты>-26 

Судья Дворягина О.В. Дело 

<

данные изъяты>

(22-11217/2023)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 8 февраля 2024 года

Московский областной суд в составе:

судьи ФИО,

помощника судьи Афониной А.В., ведущей протокол и аудиопротоколирование судебного заседания, рассмотрел в апелляционном порядке в открытом судебном заседании 

с участием прокурора апелляционного отдела уголовно-судебного управления прокуратуры 

<

данные изъяты> Пашнева В.Н.,

защитника умершего ФИО – адвоката ФИО, представившего суду удостоверение 

<

данные изъяты> и ордер 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты>,

близкого родственника умершего ФИО – ФИО, 

уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката ФИО в защиту ФИО на приговор Серпуховского городского суда 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты>, которым 

ФИО, 

родившийся 

<

данные изъяты> в 

<

данные изъяты>, гражданин Российской Федерации, не судимый, умерший 

<

данные изъяты>,

осужден по ч. 2 ст. 263 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно в соответствии со ст. 73 УК РФ с испытательным сроком на 2 года с возложением обязанностей, предусмотренных ст. 73 УК РФ, от отбывания которого в связи со смертью в соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ освобожден.

Приговором суда решена судьба вещественных доказательств. 

Заслушав доклад судьи ФИО, выступления защитника ФИО и близкого родственника ФИО в поддержку доводов апелляционной жалобы, позицию прокурора Пашнева В.Н. об отмене приговора и прекращении уголовного дела и уголовного преследования ФИО, суд апелляционной инстанции, проверив представленные материалы, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, 

Заслушав доклад судьи ФИО, выступления защитника ФИО и близкого родственника ФИО в поддержку доводов апелляционной жалобы, позицию прокурора Пашнева В.Н. об отмене приговора и прекращении уголовного дела и уголовного преследования ФИО, суд апелляционной инстанции, проверив представленные материалы, 

установил:

ФИО признан виновным в нарушении правил безопасности движения и эксплуатации воздушного транспорта лицом, в силу выполняемой работы обязанным соблюдать эти правила, повлекшем по неосторожности смерть человека, при обстоятельствах, установленных в приговоре. 

ФИО, имея бессрочное свидетельство коммерческого пилота 

<

данные изъяты>, выданное 

<

данные изъяты> УЛЭ 

<

данные изъяты> с квалификационными отметками: инструктор, самолет однодвигательный сухопутный, и свидетельство летчика-испытателя 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>, выданное 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>, будучи принятым на работу по совместительству в ООО «

<

данные изъяты>» на должность эксперта-летчика-испытателя для выполнения разовых контрольных полетов единичного экземпляра воздушного судна (

<

данные изъяты>) с цель оценки летной годности, 

<

данные изъяты>, находясь на аэродроме государственной авиации Дракино в 

<

данные изъяты> как командир воздушного судна занял место в передней кабине самолета 

<

данные изъяты>, находящегося в технически исправном состоянии и допущенного к контрольному полету для проверки соответствии сертификационным требованиям, в то время как пилот-наблюдатель ФИО, осуществлявший мониторинг и фиксацию показаний приборов ЕЭВС по этапам полета с помощью фотоаппарата, занял место в задней кабине указанного воздушного судна. После чего в 12 часов 17 минут ФИО, управляя указанным воздушным судном, осуществил взлет с аэродрома и проявляя преступное легкомыслие, предвидя возможность наступления общественно-опасных последствий своих действий, и самонадеянно рассчитывая на предотвращение этих последствий, нарушил пункты 4.2.1, 4.6.1 Руководства по лётной эксплуатации, п. 2.16 Федеральных авиационных правил (

<

данные изъяты>) что привело к снижению воздушного судна, которое выполнив фигуру нисходящей штопорной бочки, нижней частью планера столкнулось с земной поверхностью в поле, прилегающем к территории аэродрома. В результате авиационного происшествия, наступившего из-за ошибки пилотирования, допущенной командиром воздушного судна ФИО, пилоту-наблюдателю ФИО был причинен комплекс телесных повреждений, в том числе сочетанная травма тела с разрывом передней стенки левого желудочка сердца, которая по признаку опасности для жизни расценивается как тяжкий вред здоровью, отчего его смерть наступила на месте авиационного происшествия, так же как и смерть командира воздушного судна ФИО

Судебное разбирательство уголовного дела в отношении умершего ФИО проводилось в обычном порядке ввиду возражений близкого родственника умершего - ФИО против прекращения уголовного дела в связи со смертью её мужа.

Оспаривая незаконный и необоснованный обвинительный приговор, а также осуждение ФИО адвокат ФИО в апелляционной жалобе ставит вопрос об отмене решения суда и оправдании погибшего ФИО Приводя положения уголовно-процессуального закона о требованиях, предъявляемых к приговору, о презумпции невиновности, бремени доказывания, лежащем на стороне обвинения, указывает, что приговор суда не может быть основан на предположениях.

Анализируя материалы дела и имеющиеся доказательства, защитник указывает, что судом не рассмотрены и не повергнуты какой-либо оценке существенные доводы стороны защиты: пилотируемый самолет имел двойное управление и второй пилот ФИО мог в любой момент взять управление на себя, в любой момент у него мог выпасть из рук фотоаппарат либо навигатор, которые могли повлиять на рычаги управления, либо ФИО могли сковать, как и ФИО судороги, что и привело к трагедии. Доказательства обратного отсутствуют, перед полетом медосвидетельствование не проводилось, в данном самолете отсутствует «черный ящик» и отсутствуют аудиозаписи переговоров;

По делу так и не было проведено качественного расследования, 5 лет длилось следствие, ввиду волокиты утрачены некоторые вещественные доказательства. Дело дважды 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> возвращалось прокурору, в третий раз суд незаконно положил в основу приговора выводы комиссии МАК, заключение летно-технической экспертизы и акт оценки технического состояния единичного экземпляра воздушного судна. 

Между тем, с такими выводами суда согласиться нельзя.

В жалобе выражено несогласие с заключением комиссии МАК по результатам происшествия ввиду неполноты, показаниями председателя комиссии МАК ФИО также ввиду неполноты проведенного исследования, некомпетентности, наличия противоречий и неопределенности предположений, что опровергнуто заключением других специалистов ФИО и ФИО Само расследование авиационного происшествия произведено комиссией МАК в коммерческом учреждении 

<

данные изъяты>, куда фотоаппарата ФИО представлен не был.

Анализируя заключение летно-технической экспертизы, защитник указывает, что она также сделала некомпетентными экспертами, один из которых ФИО был уволен, а ФИО не имеет соответствующего образования. Более того, в основу экспертизы положен сфальсифицированный акт от 

<

данные изъяты> о якобы исправном самолете, был полностью переписан отчет по результатам расследования авиационного происшествия, проведенный комиссией МАК, который также ссылается на тот же акт. 

Между тем сертификат летной годности самолета был до 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты> действие сертификата приостановлено, однако эти обстоятельства экспертами не выяснялись и никак не повлияли на выводы экспертной комиссии, в связи с чем экспертное заключение содержит сомнения и противоречия с материалами дела.

Их показаний эксперта ФИО установлено, что был передан фотоаппарат с флэш-накопителем с фотографиями с приборов самолета, сделанных погибшим ФИО во время полета, однако фотоаппарат с флэш-накопителем в материалах дела отсутствуют и как доказательства не фигурируют. 

Обращено внимание на показания свидетеля ФИО, из которых следует, что перед трагическим вылетом ФИО, ни он, ни ФИО, ни ФИО (также впоследствии погибшие 

<

данные изъяты>) никаких актов технического осмотра и оценки состояния самолета не подписывали. Несмотря на это акт с фальсифицированными подписями все-таки был представлен комиссии МАК. Однако имеющиеся в них подписи не признаны родственниками погибших, в том числе их не смог идентифицировать и эксперт-почерковед.

Сторона защиты обращает внимание на заключение специалиста ФИО от 

<

данные изъяты> о причинах авиационного происшествия, заключение специалиста лётчика-инженера ФИО, которые не были подвергнуты надлежащей оценке, однако свидетельствовали о наличии важных моментов, повлиявших на исход полета.

В жалобе выражено сомнение в действительности разработки руководства по летной эксплуатации самолета «

<

данные изъяты>», якобы разработанного владельцем и президентом ООО «

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>, которым якобы должен руководствоваться ФИО

Указано, что ФИО являлся профессиональным летчиком, высококвалифицированным специалистом. В то время как самолет, представленный владельцем ФИО, собранный лицом, не имеющим специального технического образования, и использующийся лишь как театральный реквизит, с отозванным сертификатом годности, фактически был неисправен. Ответственность за исход полета была возложена на погибшего пилота.

Указанные обстоятельства полностью подтверждены материалами дела, свидетелями, заключениями специалистов. В исключении доказательств – отчета, заключения комиссии экспертов, было отказано, как отказано в проведении повторной летно-технической экспертизы и принадлежности подписей в государственных экспертных учреждениях. Соответствующей оценки доводам стоны защиты дано не было. 

Все обвинение построено на недостоверных доказательствах, в то время как все сомнения должны толковаться в пользу подсудимого.

Проверив материалы дела, исследованные судом первой инстанции, обсудив и проверив доводы апелляционной жалобы адвоката, выслушав мнения участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Материалами дела установлено, что ФИО погиб в результате авиационного происшествия, произошедшего 

<

данные изъяты>

В то же время органами предварительного расследования он обвиняется при этих обстоятельствах в нарушении правил безопасности движения и эксплуатации воздушного транспорта лицом, в силу выполняемой работы обязанным соблюдать эти правила, повлекшем по неосторожности смерть человека.

Согласно п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное уголовное дело подлежит прекращению в связи со смертью подозреваемого или обвиняемого, за исключением случаев, когда производство по уголовному делу необходимо для реабилитации умершего.

Предварительное следствие и судебное разбирательство уголовного дела в отношении умершего ФИО проводилось в обычном порядке ввиду возражений близкого родственника умершего - ФИО против прекращения уголовного дела в связи со смертью её мужа.

Суд апелляционной инстанции не установил данных о несоответствии обвинительного заключения требованиям ст. 220 УПК РФ, а также наличия в нем таких нарушений уголовно-процессуального закона, которые не позволили суду рассмотреть дело по существу и принять по нему итоговое решение.

Общие условия судебного разбирательства соблюдены в полной мере. 

Близкому родственнику погибшего ФИО были предоставлены возможности для осуществления ею процессуальных прав, связанных с участием в судебном разбирательства, возможностью исследования представленных стороной обвинения и защиты доказательств, права заявлять отводы, задавать вопросы допрашиваемым лицам, право заявления ходатайств, участия в прениях, ей была предоставлена возможность обжаловать приговор, принести замечания на протокол судебного заседания, а также возможность осуществить иные действия, связанные с целями защиты прав, чести и достоинства ФИО, установления его непричастности к инкриминированному ему преступлению. 

Рассмотрение дела судом имело место в соответствии с положениями глав 36 - 39 УПК РФ, определяющими общие условия судебного разбирательства, с обеспечением принципа состязательности и равноправия сторон, с обоснованием сделанных выводов собранными по делу доказательствами, проверенными на предмет их относимости и законности, оцененными каждое в отдельности и в сопоставлении друг с другом, признанными в совокупности достаточными для установления обстоятельств, перечисленных в ст. 73 УПК РФ. При этом суд принял все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела. 

Из протокола судебного заседания следует, что судебное следствие проведено в соответствии со ст. 15 УПК РФ с соблюдением принципа состязательности, всесторонности, полноты и непосредственности, суд не ограничивал права участников процесса по исследованию имеющихся доказательств. Все доказательства, положенные в основу обвинительного приговора, собраны с соблюдением требований ст.ст. 74, 86 УПК РФ и сомнений в их достоверности не имеется. Данных о том, что приговор основан на доказательствах, признанных недопустимыми, по делу не установлено.

Судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст.ст. 273 - 291 УПК РФ. В судебном заседании исследованы все существенные для исхода дела доказательства, предоставленные сторонами, разрешены все заявленные участниками процесса ходатайства, которые были рассмотрены судом в полном соответствии с требованиями ст.271 УПК РФ, по каждому из них судом вынесены соответствующие постановления с соблюдением требований ст. 256 УПК РФ. 

В судебном заседании было обеспечено равенство прав сторон, которым суд, сохраняя объективность и беспристрастность, создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела. 

Нарушений принципа состязательности сторон, предусмотренных положениями ст. 15 УПК РФ, необоснованных отказов в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено.

В условиях состязательности его защите были созданы все условия для осуществления своей функции и защиты прав обвиняемого. 

На протяжении всего предварительного и судебного следствия ФИО был обеспечен надлежащей защитой и каких-либо нарушений его права на защиту не допускалось.

ФИО разъяснены возможности и последствия прекращения уголовного дела по основанию, предусмотренному п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Из протокола судебного заседания следует, что стороны принимали равное участие в обсуждении всех возникающих в рассмотрении дела вопросов и исследовании представленных суду доказательств.

Фактические обстоятельства дела установлены верно, выводы суда о том, что ФИО нарушил правила безопасности движения и эксплуатации воздушного транспорта лицом, в силу выполняемой работы обязанным соблюдать эти правила, повлекшем по неосторожности смерть человека, при обстоятельствах, установленных в судебном решении. 

Судебное следствие проведено в соответствии в уголовно-процессуальным законом и отвечает требованиям полноты, всесторонности и объективности. Требования ст. 252 о пределах судебного разбирательства соблюдены.

Между тем, суд апелляционной инстанции находит приговор подлежащим отмене в связи с допущенным судом при разбирательстве дела существенным нарушением уголовно-процессуального закона.

Так, согласно ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

В соответствии с ч. 2 ст. 389.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке являются, в том числе, существенное нарушение уголовно-процессуального закона, выразившееся в непрекращении уголовного дела судом при наличии оснований, предусмотренных статьей 254 УПК РФ. 

Согласно указанной норме суд прекращает уголовное дело в судебном заседании в случаях, если во время судебного разбирательства будут установлены обстоятельства, указанные в пунктах 3 - 6 части первой статьи 24 и пунктах 3 - 6 части первой статьи 27 УПК РФ.

При рассмотрении уголовного дела данное требование закона судом первой инстанции выполнено не было, суд постановил в отношении умершего обвинительный приговор с назначением ему наказания, от отбывания которого ФИО освободил в связи с его смертью. 

В то время как вынесение обвинительного приговора в отношении умершего невозможно в силу того, что он не является субъектом права и уголовной ответственности.

При таких обстоятельствах, разъяснив участникам уголовного судопроизводства, в том числе и близкому родственнику все правовые последствия прекращения уголовного дела по нереалибилитирующим основаниям, исходя из позиции близкого родственника умершего о продолжении судебного разбирательства, суд должен установить фактические обстоятельства дела, установить, что именно ФИО совершил все действия, подпадающие под признаки преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 263 УК РФ, после чего придя к выводу о его виновности, уголовное дело и уголовное преследование ФИО прекратить в связи с его смертью.

На основании вышеизложенного, суд апелляционной инстанции считает необходимым приговор в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона отменить, постановив новое судебное решение, рассмотрев все доводы стороны защиты.

Суд апелляционной инстанции находит, что в судебном разбирательстве было установлено, что ФИО нарушил правил безопасности движения и эксплуатации воздушного транспорта лицом, в силу выполняемой работы обязанным соблюдать эти правила, повлекшем по неосторожности смерть человека.

Преступление совершено при следующих обстоятельствах.

ФИО, имея бессрочное свидетельство коммерческого пилота 

<

данные изъяты>, выданное 

<

данные изъяты> УЛЭ Росавиации с квалификационными отметками: инструктор, самолет однодвигательный сухопутный, и свидетельство летчика-испытателя II-Л 000341, выданное 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>, был принят согласно трудовому договору от 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> на работу по совместительству в ООО 

<

данные изъяты>» на должность эксперта-летчика-испытателя для выполнения разовых контрольных полетов единичного экземпляра воздушного судна (

<

данные изъяты>) с целью оценки летной годности. 

<

данные изъяты> между собственником 

<

данные изъяты>» и сертификационным центром ООО «

<

данные изъяты>» заключен договор от 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> на выполнение работ по оценке летной годности вышеуказанного 

<

данные изъяты>. 

Согласно программе проведения работ по оценке соответствия 

<

данные изъяты> установленным требованиям к 

<

данные изъяты> и инспекции с целью оценки летной годности, утвержденной начальником 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>118. 

Для выполнения полета был назначен экипаж в составе: командира воздушного судна (

<

данные изъяты>) ФИО и пилота-наблюдателя (соучредителя ОО «

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>») ФИО, который включен в состав экипажа для мониторинга и фиксации показаний приборов 

<

данные изъяты> по этапам полета с помощью фотоаппарата. 

В соответствии с ч. 2 ст. 57 Воздушного кодекса РФ командир пилотируемого воздушного судна руководит работой экипажа воздушного судна, отвечает за дисциплину и порядок на воздушном судне, а также принимает необходимые меры по обеспечению безопасности, находящихся на борту воздушного судна людей, сохранности воздушного судна и находящегося на нем имущества.

В соответствии с п. 2.16 Федеральных авиационных правил «Подготовка и выполнение полетов в гражданской авиации Российской Федерации», утвержденных Приказом Минтранса России от 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> воздушное судно эксплуатируется в соответствии с его эксплуатационной документацией.

В соответствии с п. 1 и 2 задания на полет полетного листа 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>, утвержденного 

<

данные изъяты> руководителем группы экспертов ООО «

<

данные изъяты>» ФИО, с отметкой «Задание проработано» эксперта-летчика-испытателя ФИО от 

<

данные изъяты>, взлет по методике и на скорости, указанным в руководстве по летной эксплуатации, и набор высоты (Н=1000 м) по методике и на скорости, указанным в руководстве по летной эксплуатации. 

Таким образом, ФИО в силу выполняемой работы был обязан соблюдать требования руководства по летной эксплуатации 

<

данные изъяты>, разработанного 

<

данные изъяты> владельцем воздушного судна президентом ОО «

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>», и согласованного 

<

данные изъяты> руководителем Центра сертификации «

<

данные изъяты>).

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>. 

Причиной катастрофы 

<

данные изъяты> явилась ошибка КВС в пилотировании, а именно, при выполнении разворота, командир воздушного судна вывел воздушное судно на закритические углы атаки, режим сваливания и штопора с дальнейшим столкновением с земной поверхностью. Способствующим фактором авиационного происшествия явилось отступление от предписанной эксплуатационной документацией (

<

данные изъяты>) процедуры выполнения взлета и первого разворота: неуборка щитков, выполнение разворота на высоте и скорости менее рекомендованных.

Командиром воздушного судна ФИО допущены нарушения 

<

данные изъяты> (что в свою очередь является нарушением п. 2.16 ФАП-128), а именно: несоблюдение предписанной скорости набора высоты и выполнение разворота на высоте менее предписанной. Между нарушениями РЛЭ и авиационным происшествием имеется прямая причинная связь.

Данное преступление совершено ФИО по неосторожности вследствие преступного легкомыслия, так как предвидя возможность наступления общественно-опасных последствий своих действий, он без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывал на предотвращение этих последствий нарушения правил безопасности движения и эксплуатации воздушного транспорта, результатом которого явилась смерть человека. 

В результате авиационного происшествия ФИО причинены: закрытая черепно-мозговая травма: ушибленная рана лобной области по средней линии, вдавленный перелом лобной кости, ограниченно-диффузные кровоизлияния под мягкими мозговыми оболочками наружных поверхностей полушарий головного мозга; ссадина передней поверхности грудной клетки, кровоподтек на передней поверхности грудной клетки слева, ссадины правой боковой поверхности грудной клетки, локальный перелом тела грудины на уровне нижних краев 2 ребер, разрывы хрящевых частей 3, 4 правых ребер и 4 левого ребра по окологрудной линии, разрыв передней стенки сердечной сорочки, разрыв передней стенки левого желудочка сердца, разрыв восходящей части дуги аорты, скопление жидкой крови в правой плевральной полости (600 мл), следы жидкой крови в полости сердечной сорочки. Компрессионный перелом тела 1 поясничного позвонка, конструкционные переломы нижних суставных отростков 12 грудного позвонка и верхних суставных и правого поперечного отростков 1 поясничного позвонка. Разрыв капсулы и ткани диафрагмальной поверхности правой доли печени, следы жидкой крови в брюшной полости. Кровоподтек в лобной области слева, ссадины в области правого наружного угла рта, щечной области справа. Ушибленная рана передней поверхности шеи слева, ссадины передней поверхности шеи справа и слева. Ссадины и кровоподтек правой боковой поверхности шеи. Ссадины и кровоподтеки задней поверхности грудной клетки и правой поясничной области. Ссадины и кровоподтек передней поверхности живота. Ссадины и кровоподтеки верхних и нижних конечностей. Ушибленная рана левого коленного сустава. Признаки общего сотрясения тела: кровоизлияния вдоль корней легких и в связках печени.

Сочетанная травма тела с разрывом передней стенки левого желудочка сердца согласно п. 6.10 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда здоровью здоровые человека (приложение приказу 

<

данные изъяты>н от 

<

данные изъяты> Минздравсоцразвития), по признаку опасности для жизни причинила тяжкий вред здоровью.

Таким образом, между причиненным тяжким вредом здоровью и наступлением смерти имеется прямая причинно-следственная связь.

Как следует из объяснений близкого родственника умершего подсудимого ФИО, она не считает своего супруга виновным в совершении преступления, указала, что акт оценки технического состояния единичного экземпляра воздушного судна от 

<

данные изъяты> был сфальсифицирован, составлялся уже после облета и не подписывался лицами, наделенными полномочиями его подписывать. Также считает, что самолет на момент выполнения полета был не исправен, кроме того, имел двойное управление, что свидетельствует о наличии у второго пилота ФИО возможности управлять самолетом.

Признавая ФИО виновным в совершении вышеуказанного преступления, суд апелляционной инстанции, несмотря на позицию близкого родственника погибшего и стороны защиты о невиновности погибшего, учитывает следующие доказательства:

- показания потерпевшей ФИО, допрошенной на стадии предварительного следствия, что 

<

данные изъяты>;

- показания свидетеля ФИО в судебном следствии, которыми установлено, что 

<

данные изъяты>;

- показания Свидетель ФИО о том, что 

<

данные изъяты>; 

- показания свидетеля ФИО о том, что 

<

данные изъяты>; 

- показания специалиста ФИО в судебном заседании о том, что 

<

данные изъяты>;

- показания свидетеля ФИО на стажи предварительного расследования, в порядке п. 1 ч. 2 ст. 281 УПК РФ частично оглашенные по ходатайству стороны защиты, том, что 

<

данные изъяты>

- показания специалиста ФИО, который показал, что 

<

данные изъяты>;

- показания специалиста ФИО, который показал, что 

<

данные изъяты>;

- показания специалист ФИО, показавшей, что 

<

данные изъяты>

- показания эксперта ФИО, пояснившей, что она участвовала в проведении летно-технической экспертизы по данному уголовному делу, по образованию является юристом, также экспертизу проводил ФИО, который является действующим пилотом, имеет опыт пилотирования данным видом самолета, все документы, которые представлены были на экспертизу, указаны в заключении и исследовались, версия о неисправности самолета были признаны маловероятными, во внимание также был принят акт от 

<

данные изъяты>, на место происшествия не выезжали, самолет не осматривали. Сертификат у данного самолета был приостановлен 

<

данные изъяты>;

- протокол осмотра места происшествия от 

<

данные изъяты>, согласно 

<

данные изъяты>

- протокол осмотра предметов от 

<

данные изъяты>, согласно 

<

данные изъяты>);

- протокол выемки от 

<

данные изъяты>,, согласно которому 

<

данные изъяты>

- протокол осмотра места происшествия от 

<

данные изъяты>, согласно 

<

данные изъяты>);

- протокол дополнительного осмотра места происшествия от 

<

данные изъяты>, согласно 

<

данные изъяты>;

- заключение судебной химической экспертизы 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты>, согласно которому 

<

данные изъяты>);

- договор 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> на выполнение работ по оценке летной годности единичного экземпляра воздушного судна, согласно которому 

<

данные изъяты>;

- материалы расследования авиационного происшествия Межгосударственным авиационным комитетом с самолетом 

<

данные изъяты>);

- свидетельство о смерти 

<

данные изъяты>);

- полетный лист 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты>, согласно которого 

<

данные изъяты>

- акт оценки технического состояния единичного экземпляра воздушного судна 

<

данные изъяты>);

- заключение судебной летно-технической экспертизы 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты>, согласно которому 

<

данные изъяты>);

- заключение судебно-медицинской экспертизы 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты>, согласно которому 

<

данные изъяты>);

- руководство по летной эксплуатации самолета 

<

данные изъяты>);

- протокол выемки от 

<

данные изъяты>, согласно которому 

<

данные изъяты>);

- протокол осмотра предмета от 

<

данные изъяты>, согласно которого 

<

данные изъяты>). 

Суд апелляционной инстанции находит данные доказательства относимыми, достоверными, допустимыми и в совокупности достаточными, для вывода о виновности ФИО в совершении преступления.

Вышеприведенными доказательствами установлено, что ФИО, имея бессрочное свидетельство коммерческого пилота 

<

данные изъяты>, выданное 

<

данные изъяты> УЛЭ Росавиации с квалификационными отметками: инструктор, самолет однодвигательный сухопутный, и свидетельство летчика-испытателя 

<

данные изъяты>, выданное 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>» на должность эксперта-летчика-испытателя для выполнения разовых контрольных полетов единичного экземпляра воздушного судна (ЕЭВС) с целью оценки летной годности, 

<

данные изъяты>, находясь на аэродроме государственной авиации Дракино в 

<

данные изъяты> как командир воздушного судна занял место в передней кабине самолета 

<

данные изъяты>, находящегося в технически исправном состоянии и допущенного к контрольному полету для проверки соответствии сертификационным требованиям, в то время как пилот-наблюдатель ФИО, осуществлявший мониторинг и фиксацию показаний приборов ЕЭВС по этапам полета с помощью фотоаппарата, занял место в задней кабине указанного воздушного судна. После чего в 12 часов 17 минут ФИО, управляя указанным воздушным судном, являясь командиром воздушного судна, то есть являясь лицом обязанным соблюдать в силу выполняемой им работы правила безопасности движения и эксплуатации воздушного транспорта, нарушил требования Руководства по летной эксплуатации указанного воздушного судна 

<

данные изъяты> номер 

<

данные изъяты> в части соблюдения скоростного режима и набора высоты при взлете и дальнейшем полете судна, а именно пункты 4.2.1, 4.6.1 Руководства по лётной эксплуатации, п. 2.16 Федеральных авиационных правил (ФАП-128), и проявляя преступное легкомыслие, предвидя возможность наступления общественно-опасных последствий своих действий, и самонадеянно рассчитывая на предотвращение этих последствий, что привело к снижению воздушного судна, которое выполнив фигуру нисходящей штопорной бочки, нижней частью планера столкнулось с земной поверхностью в поле, прилегающем к территории аэродрома. В результате авиационного происшествия, наступившего из-за ошибки пилотирования, допущенной командиром воздушного судна ФИО, пилоту-наблюдателю ФИО был причинен комплекс телесных повреждений, отчего его смерть наступила на месте авиационного происшествия, так же как и смерть командира воздушного судна ФИО

Нарушение вышеуказанных пунктов Правил находится в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде смерти пилота-наблюдателя ФИО

Суд апелляционной инстанции считает, что свидетели ФИО, ФИО, ФИО, специалист ФИО, эксперт ФИО как на предварительном следствии, так и в судебном заседании дали последовательные, логически обоснованные, не противоречащие друг другу и материалам дела показания. В связи с чем, вопреки доводам стороны, не имеется оснований им не доверять, как нет таких оснований не доверять показаниям потерпевшей ФИО, оглашенным показаниям свидетеля ФИО, поскольку они также логичны, последовательны, не противоречат друг другу и показаниям свидетелей, специалиста и эксперта, допрошенных в ходе судебного следствия, материалам уголовного дела.

Допросы указанных лиц произведены в соответствии с уголовно-процессуальным законом и с соблюдением надлежащей процедуры, оснований для оговора указанными лицами погибшего ФИО, а также какой-либо заинтересованности в исходе дела в отношении погибшего, не имеется. Все возникшие противоречия в показаниях свидетелей устранены путем оглашения их предыдущих показаний.

Существенных и неустранимых противоречий в показаниях допрошенных лиц, ставящих их показания под сомнение, а равно способных повлиять на выводы суда о виновности ФИО, суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Вопреки доводам стороны защиты, приведенные выше письменные доказательства собраны в соответствии с требованиями УПК РФ, они принимаются как допустимые доказательства по делу. Нарушений уголовно-процессуального закона при их получении и предоставлении в дело, которые могли бы послужить безусловным основанием к признанию их недопустимыми, в соответствии со ст. 75 УПК РФ, судом не установлено. 

Не имеется оснований для сомнений в достоверности выводов проведенных экспертиз, поскольку выводы экспертиз научно обоснованы, в них изложены все необходимые данные и обстоятельства, исследованы необходимые документы и материалы дела, даны ответы на все поставленные вопросы, которые являются типичными для производства подобного рода экспертиз. 

Летно-техническая экспертиза была проведена в рамках уголовного дела, процедура её назначения и проведения соблюдены в полной мере, экспертам предоставлены необходимые материалы, объем которых был достаточен для разрешения поставленных экспертам вопросов. Экспертами даны ответы на все поставленные вопросы, выводы указанной экспертизы согласуются с письменными материалами дела. Оснований сомневаться в объективности выводов указанной экспертизы, у суда не имеется, с учетом документов, имеющихся в материалах дела, подтверждающих компетенцию экспертов. 

При этом доводы стороны защиты об отсутствии достаточной компетенции для проведения экспертизы у экспертов, суд находит несостоятельными и необоснованными. Эксперт ФИО имеет высшее образование по специальности «Летная эксплуатация воздушных судов», с присвоением квалификации «инженер», три года занимал должность инженера в ООО «

<

данные изъяты> года являлся пилотом в различных авиакомпания, имея общий налет более 

<

данные изъяты> часов. Тот факт, что эксперт ФИО имеет образование по специальности «юриспруденция» не свидетельствует о ее некомпетентности, поскольку в ходе проведения экспертизы исследовались также и нормативные правовые акты.

Ссылка о том, что экспертам были представлены материалы уголовного дела не в полном объеме, не ставят под сомнение выводы экспертов, поскольку ими при проведении экспертизы не заявлялось о недостаточности таких материалов. 

Представленные стороной защиты заключения специалистов ФИО, ФИО, ФИО, а также их показания, данные в судебном заседании по делу, не могут опровергнуть заключения летно-технической и почерковедческой экспертизы.

Исходя из положений ст. 58 УПК РФ и ч. 3 ст. 80 УПК РФ, специалист может привлекаться к участию в судебном разбирательстве для оказания содействия сторонам и суду в осмотре предметов и документов, применении технических средств, для постановки вопросов эксперту, а также для разъяснения вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию. Специалист высказывает свое суждение по заданным ему вопросам, как в устном виде, так и в виде заключения. Заключение специалиста не может подменять собой заключение эксперта, если оно требуется по делу, при этом указанные защитником специалисты ФИО, ФИО, ФИО без проведения самостоятельных исследований, без исследования всех имеющихся в материалах уголовного дела доказательств, исследовав и проанализировав лишь копии представленных стороной защиты документов, по сути, дали оценку (рецензию) на предмет достоверности выводов заключений экспертов, то есть вышли за пределы предоставленных им уголовно-процессуальным законом полномочий. Выводы специалистов противоречат выводам экспертов и имеющимся в деле доказательствам, учитывая, что заключения экспертов выполнены в полном соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, их выводы являются полными и понятными. При таких обстоятельствах оснований сомневаться в имеющихся в деле заключениях экспертов не имеется.

Также отсутствуют какие-либо основания не доверять и акту комиссии МАК. Вопреки доводам стороны защиты, место проведения расследования комиссии никак не может повлиять на её выводы и заключение. 

Доводы защиты о том, что в основу обвинения и иных доказательств положен сфальсифицированный акт проверки технического состояния от 

<

данные изъяты> суд находит несостоятельным, поскольку тот факт, что почерковедческая экспертиза не установила принадлежность подписей лицам, указанным в данном акте, не является основанием для признания акта недопустимым доказательством. В то время как согласно показаниям ФИО без оригинала данного акта 

<

данные изъяты> не дает разрешение на облет воздушного судна, а согласно показаниям свидетеля ФИО инженер ООО «

<

данные изъяты>» и ФИО осматривали самолет перед облетом, кроме того, инженером проводились замеры о готовности.

При этом показания свидетеля ФИО в части того, что он подписывал вышеуказанного акта на поле в связи с отсутствием техники, суд расценивает как несостоятельные, поскольку они опровергаются показаниями свидетеля ФИО, который указал, что на территории аэродрома имеется компьютерная техника для заполнения и распечатывания документов. Кроме того показания свидетеля ФИО в этой части опровергаются разрешением Росавиации на проведение полета, из которого прямо следует, что на момент выдачи разрешения 

<

данные изъяты> в распоряжении Росавиации имелся акт проверки технического состояния от 

<

данные изъяты>.

Ссылка стороны защиты на то, что причиной крушения самолета является неисправность воздушного судна несостоятельна. Данный аргумент опровергается заключением летно-технической экспертизы, результатами расследования МАК, принятыми судом как относимые и допустимые доказательства, а также актом проверки технического состояния от 

<

данные изъяты>, показаниями свидетеля ФИО, данными на стадии предварительного расследования, в соответствии с которым перед полетом он производил осмотр самолета и каких-либо неисправностей не выявил. 

При этом отсутствие сертификата летной годности на момент облета не свидетельствует о неисправности самолета, поскольку на облет имелось разрешение 

<

данные изъяты> при представлении в их адрес соответствующих документов на воздушное судно.

Доводы защиты о том, что не понятно, кем и как именно разрабатывалось руководство по эксплуатации самолета, не имеет правового значения, поскольку согласно показаниям свидетеля ФИО он обращался в сертификационный центр «Лайнер», где было разработано данное руководство, что также подтверждено и копией данного документа, имеющегося в материалах дела.

Разрешая доводы защитника о возможном ухудшении состояния здоровья ФИО на момент катастрофы, в связи с чем управление на себя мог взять ФИО, у которого также могло резко ухудшиться состояние здоровья, либо он мог уронить из рук фотоаппаратуру, которая могло упасть на рычаги управления, суд приходит к их несостоятельности и находит данные доводы надуманными, предположительными и голословными. В то время как ФИО не имел права управлять данным воздушным судном и находился на нем в качестве представителя собственника. Имеющиеся в деле заключения экспертиз в отношении погибших не содержат каких-либо выводов и иных данных в подтверждение данной позиции стороны защиты.

При этом ссылка защитника об отсутствии предполетного медосмотра ФИО доводы защиты в этой части не подтверждает, но и не опровергает обвинение, тем более не является основанием для освобождения ФИО от уголовной ответственности. В соответствии с п. 8.10.1 ФАП-128 при выполнении полетов с аэродромов, где отсутствует медицинский работник, который имеет право проводить медицинский осмотр, предполетный медицинский осмотр не проводится, решение о допуске членов экипажа воздушного судна к полетам принимает командир воздушного судна. 

Тот факт, что техническое обслуживание воздушного судна проводилось ненадлежащим лицом, также не свидетельствует о его неисправности на момент осуществления полета.

Позицию стороны защиты, позицию близкого родственника ФИО следует расценить как способ защиты прав погибшего ФИО, её доводы о непричастности супруга к совершению указанного преступления, опровергаются совокупностью собранных по уголовному делу доказательств.

Таким образом, совокупность собранных и исследованных в ходе судебного следствия доказательств, позволяет считать доказанной полностью вину подсудимого ФИО в совершении преступления. В связи чем суд апелляционной инстанции квалифицирует действия ФИО по ч. 2 ст. 263 УК РФ как нарушение правил безопасности движения и эксплуатации воздушного транспорта лицом, в силу выполняемой работы обязанным соблюдать эти правила, повлекшем по неосторожности смерть человека. 

Судом достоверно установлено, что ФИО, являясь командиром воздушного судна, заняв место в передней кабине 

<

данные изъяты>, находящегося в технически исправном состоянии и допущенного к контрольному полету для проверки соответствия сертификационным требованиям, приступил к его управлению, запустив двигатель и начав руление в сторону исполнительного старта, после чего осуществил взлет с аэродрома государственной авиации 

<

данные изъяты> и проявляя преступное легкомыслие, предвидя возможность наступления общественно-опасных последствий своих действий, но без достаточных к тому оснований самонадеянно, рассчитывая на предотвращение этих последствий, в результате чего самолет потерпел крушение, а находившемуся на борту самолета ФИО, был причинен комплекс телесных повреждений (тяжкий вред здоровью), от которого наступила его смерть.

При таких обстоятельствах в удовлетворении апелляционной жалобы адвокат ФИО следует отказать.

Вместе с тем, исходя из установленной и подтвержденной в полном объеме виновности ФИО, в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 263 УК РФ, принимая во внимание позицию близкого родственника погибшего ФИО о несогласии с прекращением уголовного дела по нереабилитирующим обстоятельствам, суд апелляционной инстанции, принимая во внимание наступления на момент производства по уголовному делу, в том числе и судебного разбирательства, смерти ФИО, полагает необходимым в соответствии со ст. 254 УПК РФ уголовное дело и уголовное преследование ФИО прекратить по основанию, предусмотренному п. 4 ч. 1 ст.24 УПК РФ, в связи с его смертью.

С учётом изложенного, руководствуясь ст.ст. 254, 389.13, 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

постановил:

приговор Серпуховского городского суда 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> в отношении ФИО отменить.

Уголовное дело и уголовное преследование ФИО за совершение преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 263 УК РФ, прекратить по основанию, предусмотренному п. 4 ч. 1 ст.24 УПК РФ, в связи с его смертью.

Апелляционную жалобу адвоката ФИО в защиту ФИО оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в соответствии с положениями главы 47.1 УПК РФ в Первый кассационный суд общей юрисдикции (

<

данные изъяты>) путем подачи жалобы через суд, вынесший приговор, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора. 

Судья ФИО