Председательствующий Кармацкий М.Ю. № 

<

...>

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ 

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Омск 20 октября 2021 года

Судебная коллегия по уголовным делам Омского областного суда в составе председательствующего судьи Мазо М.А.,

судей Фенглера И.В., Ушакова А.В.,

при секретаре Телетаевой А.С.,

с участием прокурора Опаленко А.С.,

осужденного ФИО1,

адвоката Фитина В.Н., 

потерпевшей потерпевшая .,

представителя потерпевшей - адвоката Степуры В.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционной жалобе представителя потерпевшей потерпевшая . – адвоката Степуры В.С., апелляционному представлению государственного обвинителя Колесниковой О.Б. на приговор Кировского районного суда г. Омска от 13 июля 2021 года, которым

ФИО1, 

<

...> 

осужден ч. 1 ст. 111 УК РФ к 1 году лишения свободы.

Постановлено меру пресечения в виде домашнего ареста изменить на заключение под стражу, ФИО1 взят под стражу в зале суда с содержанием в ФКУ 

<

...> России по Омской области до вступления приговора в законную силу.

Постановлено срок отбывания наказания исчислять со дня вступления приговора суда в законную силу с зачетом в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ в срок отбывания наказания период содержания под стражей с 

<

...> до дня вступления приговора суда в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня. В срок наказания зачтено время содержания ФИО1 под стражей с 

<

...> по 

<

...>, включительно, из расчета один день за полтора дня, а также в порядке ч. 3.4 ст. 72 УК РФ время его содержания под домашним арестом с 

<

...> до 

<

...>, включительно, из расчета два дня домашнего ареста за один день лишения свободы. 

Постановлено взыскать с ФИО1 в пользу потерпевшая и К.. в счет компенсации морального вреда по 400 000 рублей.

Приговором решен вопрос о процессуальных издержках, связанных с оплатой потерпевшая услуг представителя, а также решена судьба вещественных доказательствах. 

Заслушав доклад судьи Фенглера И.В., выступления потерпевшей потерпевшая ., ее представителя адвоката Степуры В.С., поддержавших доводы апелляционной жалобы, осужденного ФИО1, адвоката Фитина В.Н., мнение прокурора Опаленко А.С., судебная коллегия 

У С Т А Н О В И Л А:

Органом предварительного следствия ФИО1 обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ. 

Судом деяния ФИО1 квалифицированы по ч. 1 ст. 111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека. 

Преступление совершено в г. Омске при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре. 

В судебном заседании ФИО1 вину в предъявленном обвинении по ч. 4 ст. 111 УК РФ признал частично, не оспаривая свои действия по нанесению ударов К. 

Приговором суда ФИО1 признан виновным и осужден за то, что 

<

...> в период времени с 04 часов 20 минут до 04 часов 48 минут ФИО1, находясь на участке местности у 

<

...>, в ходе взаимного конфликта с К., нанес ему не менее одиннадцати ударов руками в область головы, туловища, верхних и нижних конечностей. Затем ФИО1, в продолжение конфликта, руками толкнул от себя К., от которого тот упал на землю. В последующем, в продолжении своих умышленных действий, нанес ногой не менее двух ударов в область лица и головы К.., причинив ему телесные повреждения в виде закрытой черепно-мозговой травмы (ограниченно-диффузное субарахноидальное кровоизлияние в левой височной доле (на боковой поверхности с переходом на нижнюю поверхность); перелома правой и левой носовых костей; кровоизлияния в мягкие ткани затылочной области справа, левой височной области, мягких тканях лица (в проекции костей и хрящей носа, в левой скуловой кости, в мягкие ткани левой параорбитальной области, в тела верхней челюсти слева); рвано-ушибленные раны спинки носа, лобной области слева, верхнего века левого глаза, носогубного треугольника слева; кровоизлияния в склеры левого и правого глаза; кровоподтек лобной области слева; носовое кровотечение), которые квалифицируются как причинившие тяжкий вред по признаку опасности в момент причинения; кровоподтеков правого предплечья, правой кисти, левой стопы; кровоподтека и ссадин правой кисти; линейных ссадин спины; ссадины правого предплечья, которые в совокупности вреда здоровью не причинили. 

В апелляционной жалобе представитель потерпевшей потерпевшая . - адвокат Степура В.С., выражает несогласие с приговором в части квалификации деяния ФИО1 по ч. 1 ст. 111 УК РФ и назначением чрезмерно мягкого наказания. В обоснованием своей жалобы указывает на то, что судом первой инстанции неосновательно отвергнуты показания свидетелей Свидетель №2 и Свидетель №8, которые не были знакомы ни с подсудимым, ни с потерпевшем, являлись непосредственными очевидцами произошедших событий, при этом положив в основу приговора, не дав критической оценки, показания свидетелей Свидетель №1, являющейся женой подсудимого и показания которой не согласуются с показаниями других свидетелей и материалами дела. Как и к показаниям свидетелей Свидетель №5 и Свидетель №6, являющихся друзьями погибшего, в части того, что потерпевший находился на животе, необходимо было суду отнесись критически. 

Адвокат указывает, что предъявленное следствием обвинение подтверждается видеозаписью, а также заключением эксперта № 

<

...> от 

<

...>, из которого следует, что на принадлежащем ФИО1 кроссовке на правую ногу, обнаружены следы крови потерпевшего. Кроме того, ФИО1 приняты меры по сокрытию следов преступления, выразившееся в том, что он застирал кофту, на которой имелась кровь К. 

Полагает, что суду первой инстанции надлежало критически отнестись к заключению, данному специалистом М. и его показаниям, данным в судебном заседании, поскольку таковые направлены лишь на переоценку имеющихся заключений эксперта о причинах наступления смерти К. 

Выводы суда о том, что обнаруженные на одежде следы грунта свидетельствуют о нахождении потерпевшего лицом вниз, не содержат сведений о том, в какой момент К. мог находиться в таком положении, поскольку проводившие осмотр места происшествия сотрудники полиции, переворачивают труп, могут снимать одежду, менять место его положение. 

Указанные обстоятельства по мнению адвоката свидетельствуют о наличии в деянии ФИО1 преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ.

Обращает внимание на то, что судом первой инстанции в качестве обстоятельств, смягчающих наказание, учтено раскаяние в содеянном, признание вины в части нанесения ударов, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, противоправное и аморальное поведение потерпевшего, однако Оргучинский не раскаялся, а просил об оправдании, признал не вину, а сам факт нанесения ударов и в чем выразилось активное способствование ФИО1, судом не указано, при этом первым удар нанес именно ФИО1 потерпевшему, версия того, что подсудимый заступился за каких-то людей, пострадавших от действий К. не нашла своего подтверждения. 

Кроме того, указывает, что лишь 40 000 рублей из 100 000 рублей переданных ФИО1 потерпевшая являются возмещением морального вреда на двоих потерпевших, поскольку 60 000 рублей переданы в счет возмещения материальных расходов, связанных с погребением. В связи с изложенным просит приговор изменить, переквалифицировать деяния ФИО1 на ч. 4 ст. 111 УК РФ и назначить максимальное наказание в виде лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима. Взыскать с ФИО1 в пользу потерпевших потерпешвая К.. компенсацию морального вреда по 1 000 000 рублей. 

В апелляционном представлении государственный обвинитель Колесникова О.Б. выражает несогласие с приговором ввиду несоответствия вывод суда фактическим обстоятельствам дела, существенным нарушением уголовно-процессуального закона и неправильного применения уголовного закона, несправедливостью назначенного наказания вследствие его чрезмерной мягкости, ввиду неверной квалификации деяния.

Приводя обстоятельства, установленные в ходе предварительного следствия, а также установленные судом, указывает на то, что суд первой инстанции, квалифицировав деяние ФИО1 по ч. 1 ст. 111 УК РФ, поскольку изменение позы потерпевшего после причинения Оргучинским ему телесных повреждений, приведшее к попаданию крови в дыхательные пути, происходило независимо от ФИО1, а безусловных доказательств того, что без аспирации кровью, травмы, полученные К. привели бы к летальному исходу, не представлено. Однако судом первой инстанции неверно установлена последовательность событий, приведших к смерти потерпевшего, поскольку оценка дана без учета причинно-следственной связи между действиями ФИО1 и наступившими последствиями. 

Так в ходе рассмотрения дела установлено, что именно ФИО1 нанес удары потерпевшему кулаком и ногами по лицу и голове, что следует из записи с камер наблюдения и показаний свидетелей Свидетель №8 и Свидетель №2, а также то, что тяжкий вред здоровью К. причинен умышленно. При этом степень тяжести причиненных повреждений и причина смерти указаны в заключении эксперта от 

<

...> № 

<

...>, от 

<

...> № 

<

...>, согласно выводам которой причиной смерти явилась закрытая черепно-мозговая травма, перелом правой и левой носовых костей, кровоизлияния в мягкие ткани лица и головы, которая привела к попаданию крови в дыхательные пути с аспирацией кровью, непосредственно обусловившей наступление смерти. Все повреждения объединены единым понятием закрытая черепно-мозговая травма, поэтому квалифицируются в совокупности, являются тяжким вредом здоровью, по признаку опасности в момент причинения, состоит в прямой причинно-следственной связью с наступлением смерти. 

Обращает внимание на то, что отвергая причастность ФИО1 к смерти К.., принимает решение о взыскании с него компенсации морального вреда, мотивировав смертью близкого человека.

Считает, что деяния ФИО1 подлежат квалификации по ч. 4 ст. 111 УК РФ с усилением наказания. в связи с чем просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе суда со стадии подготовки к судебному разбирательству. 

На апелляционную жалобу представителя потерпевшей адвоката Степуры В.С. и апелляционное представление государственного обвинителя Колесниковой О.Б. адвокатом Фитиным В.Н. принесены возражения, в которых приводятся доводы об обоснованности приговора, который просит оставить без изменения. 

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, апелляционного представления, а также возражений, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Однако признать выполненными судом первой инстанции указанные требования закона судебная коллегия не может, в связи чем обвинительный приговор подлежит отмене с вынесением обвинительного приговора. 

Так, в соответствии с п. 1 ст. 389.15 УПК РФ основанием отмены судебного решения является несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, поскольку согласно п. 1 ст. 389.16 УПК РФ выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, и суд не учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда.

На основании п. 3 ч. 1 ст. 389.20 УПК РФ в результате рассмотрения уголовного дела в апелляционном порядке суд вправе принять решение об отмене обвинительного приговора и о вынесении обвинительного приговора.

В силу ст. 389.23 УПК РФ в случае, если допущенное судом нарушение может быть устранено при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке, суд апелляционной инстанции устраняет данное нарушение, отменяет приговор, определение, постановление суда первой инстанции и выносит новое судебное решение.

Судебная коллегия считает, что допущенные судом первой инстанции нарушения закона могут быть устранены при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке.

Судом апелляционной инстанции, на основании доказательств, исследованных в суде первой инстанции и изложенных в приговоре, установлены следующие обстоятельства уголовного дела.

<

...> около 05.00 час ФИО1 находясь у 

<

...>, на почве личных неприязненных отношений, в ходе внезапно возникшего конфликта с К., действуя умышленно желая причинить тяжкий вред здоровью последнего, не предвидя возможности наступления смерти К.., хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, нанес 11 ударов кулаком в область головы, туловища, верхних и нижних конечностей К. оттолкнул его от себя. А когда К.. упал, умышленно, с целью причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшего, нанес тому один удар ногой, обутой в обувь в область головы. После этого, разбежавшись, вновь нанес один удар ногой, обутой в обувь в область головы К.

В результате умышленных действий ФИО1 потерпевшему К. были причинены телесные повреждения в виде: закрытой черепно-мозговой травмы (ограниченно-диффузное субарахноидальное кровоизлияние в левой височной доле (на боковой поверхности с переходом на нижнюю поверхность); перелома правой и левой носовых костей; кровоизлияния в мягкие ткани затылочной области справа, левой височной области, мягких тканях лица (в проекции костей и хрящей носа, в левой скуловой кости, в мягкие ткани левой пароорбитальной области, в проекции тела верхней челюсти слева); рвано-ушибленной раны спинки носа, лобной области слева, верхнего века левого глаза, носогубного треугольника слева; кровоизлияния в склеры левого и правого глаза; кровоподтека лобной области слева; носовое кровотечение, которые образовались прижизненно, незадолго до наступления смерти в короткий промежуток времени, от не менее чем 6-кратного воздействия тупыми твердыми предметами, квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни в момент причинения, и состоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти К. 

В судебном заседании ФИО1 вину признал в части, пояснив, что полностью подтверждает свои действия, не согласен с квалификацией, считает, что действовал в пределах самообороны.

Несмотря на отрицание умышленного причинения тяжкого вреда здоровью К. повлекшему смерть потерпевшего, судебная коллегия считает, что вина ФИО1 в совершении данного преступления подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Согласно протоколу осмотра места происшествия, на участке местности, расположенном на расстоянии 16 метров от входной двери кафе «

<

...>», 20 метров от стены здания торгового комплекса «

<

...>», у 

<

...> обнаружен труп К.., лежащий на спине, и имеющий видимые следы телесных повреждений (т.

<

...>).

Согласно, данным в суде первой инстанции, показаниям потерпевшей потерпевшая о смерти мужа она узнала утром 

<

...> от Л. и Д.. В настоящее время у нее находится на иждивении малолетний ребенок, и она оплачивает ипотеку. При рассмотрении дела в суде, она получила от ФИО1 100 000 руб. Свои исковые требования о взыскании с ФИО1 в счет компенсации морального вреда в пользу ее потеревшая и сына К. по 1 000 000 руб, поддерживает. 

Свидетель Свидетель №2 пояснил суду, что в указанное время находился в салоне автомобиля напротив кафе «

<

...>» и видел, как мужчина, в последствии погибший (К..), подошел к подсудимому (ФИО1) выяснять отношения. Мужчины отошли в сторону где у них произошла драка, в ходе которой они обменялись ударами. Каждый нанес по 2-3 удара. В ходе драки ФИО1 нанес К. удар кулаком в голову, от которого тот упал, и ФИО1 нанес К. удар ногой в голову. После этого удара К.. облокотился на одно колено, упал вперед и попытался встать, но ФИО1 нанес ему удар ногой в область лица с левой стороны. К. упал назад на спину, и больше не двигался. Во время драки, он находился на расстоянии пяти метров. После того, как К. упал, к нему подошли друзья и начали приводить его в чувство. Отмечает, что К.. первым напал на ФИО1, который хотел избежать драки. 

В судебном заседании, с согласия сторон, изучены показания свидетеля Свидетель №8 (

<

...>), согласно которым он в указанное время находился у кафе «

<

...>». Увидел, как из кафе вышли несколько парней и начали толкаться. Затем, из этой группы выделилось два человека. Он находился на расстоянии около 20 метров, и видел, как мужчина плотного телосложения К. кидался на высокого мужчину (ФИО1). Все происходило очень быстро, поэтому он не может сказать кто, кому и сколько ударов нанес. Затем он увидел, как К. оказался значительно ниже ФИО1, возможно лежал, возможно был на корточках, на коленях. ФИО1 нанес К.. не менее двух ударов ногой по голове, от которых тот больше не поднимался. К ФИО1 подбежала женщина и увела его, а к К.. подбежали двое парней, которые пытались привести того в чувство.

Из показаний свидетелей Свидетель №4, Свидетель №3, являющихся знакомыми потерпевшего К. а также показаний свидетелей Свидетель №5, Свидетель №6, ФИО2, являющихся знакомыми подсудимого ФИО1, следует, что конфликт между К. и ФИО1 был динамичным, в течении нескольких минут, после которого, сразу была вызвана скорая помощь, а Свидетель №3 попытался делать лежащему на земле К.. массаж сердца.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № 

<

...> от 

<

...> (т.

<

...>), а также дополнительному заключению эксперта № 

<

...> от 

<

...> (т

<

...>) причиной смерти К. явилась закрытая черепно-мозговая травма (ограниченно-диффузное субарахноидальное кровоизлияние в левой височной доле (на боковой поверхности с переходом на нижнюю поверхность); перелома правой и левой носовых костей; кровоизлияния в мягкие ткани затылочной области справа, левой височной области, мягких тканях лица (в проекции костей и хрящей носа, в левой скуловой кости, в мягкие ткани левой пароорбитальной области, в проекции тела верхней челюсти слева); рвано-ушибленной раны спинки носа, лобной области слева, верхнего века левого глаза, носогубного треугольника слева; кровоизлияния в склеры левого и правого глаза; кровоподтека лобной области слева; носовое кровотечение, которое привело к попаданию крови в дыхательные пути с аспирацией кровью, которые образовались прижизненно, незадолго до наступления смерти в короткий промежуток времени, от не менее чем 6-кратного воздействия тупыми твердыми предметами, квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни в момент причинения, и состоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти К.

Все повреждения объединены единым понятием закрытая черепно-мозговая травма, поэтому квалифицируются в совокупности, являются тяжким вредом здоровью по признаку опасности для жизни в момент причинения, состоит в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти. 

Допрошенная в судебном заседании апелляционной инстанции эксперт Б.. пояснила, что непосредственной причиной смерти К.. явилась черепно-мозговая травма, а аспирация крови в дыхательные пути является лишь следствием, осложнением причиненных К.. телесных повреждений.

Согласно протоколу выемки, у ФИО1 были изъяты олимпийка и кроссовки, которые были осмотрены и приобщены в качестве вещественных доказательств (т.

<

...>).

Согласно заключению эксперта № 

<

...> от 

<

...> на правом спортивном туфле (кроссовке) обвиняемого ФИО1 обнаружены крайне незначительные, слабо насыщенные, подвергшиеся гнилостному воздействию следы крови человека, установить групповую принадлежность, которых не представляется возможным (т.

<

...>). 

Согласно протоколу выемки, был изъят диск с видеозаписями с камер видеонаблюдения здания 

<

...>, который осмотрен и приобщен в качестве вещественного доказательства (т.

<

...>, 

<

...>).

Согласно видеофайлу «2_03_Н_18092020050000.avi» (т. 

<

...>), исследованному в судебном заседании ФИО1 в ходе конфликта и обмена ударами с К. толкнул последнего, а когда тот упал дважды нанес удары ногой К. лежащему на земле.

В судебном заседании судом первой инстанции изучено заключение эксперта № 

<

...> от 

<

...>, данное специалистом М.., согласно которому непосредственной причиной смерти К. является острая дыхательная недостаточность в следствии аспирации кровью. Однако, для подтверждения диагноза аспирация крови необходимо наличие или отсутствие крови в бронхиолах и альвеолах, процент заполнения кровью просвета гортани, трахеи и главных бронхов, а также ряда признаков, которые в заключении судебно-медицинской экспертизы не указаны.

В судебном заседании специалист М. подтвердил свое заключение, пояснив, что установленные на голове К. телесные повреждения могли вызвать от легкого до средней тяжести вреда здоровью, не больше.

Оценивая в совокупности, исследованные судом первой инстанции и проверенные судом апелляционной инстанции, доказательства, судебная коллегия считает вину ФИО3 в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью опасного для жизни К.., повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, то есть в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, доказанной

Доводы ФИО1 о действиях в пределах самообороны опровергаются, как показаниями свидетелей Свидетель №2, Свидетель №8, видеозаписью происходивших событий с камеры видеонаблюдения (видеофайлу «2_03_Н_18092020050000.avi»), так и динамикой нанесения ударов, которые с очевидностью свидетельствует о том, что два удара ногой в том числе с разбега, ФИО1 наносил К.., когда тот упал, и находился в горизонтальном положении, не представляя никакой угрозы.

Доводы защиты ставящие под сомнение показания свидетелей Свидетель №2, Свидетель №4, по мнению судебной коллегии, являются необоснованными, так как указанные свидетели, как на предварительном так и в судебном следствии, были допрошены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, и их показания подлежат оценке в совокупности с иными доказательствами, исследованными в судебном заседании. 

Доводы защиты о единственной причине наступления смерти К.. лишь в следствии аспирации крови в дыхательные пути, не могут быть признаны состоятельными, так носят голословный характер, и опровергаются заключениями судебно-медицинских экспертиз, показаниями судебно-медицинского эксперта Б. изложившей свои выводы на основании непосредственного исследования трупа К.., из которых следует, что аспирация крови в дыхательные пути входит, как следствие составной частью, полученных К. телесных повреждений, объединенные одним понятием закрытая черепно-мозговая травма, которые квалифицируются в совокупности, как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни в момент причинения, состоит в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти.

По существу подготовки заключения специалист использовал лишь ограниченную часть документов из уголовного дела. Кроме того, специалист М. вышел за рамки предоставленных ему прав, в частности давая оценку законности проведенной в рамках расследования уголовного дела экспертизы, поскольку оценка соблюдения требования уголовно-процессуального законодательства при назначении и проведении экспертизы, допустимости данного доказательства, относится к исключительной компетенции суда. Более того, из ответов на иные вопросы, не усматривается каких-либо данных, безусловно опровергающих выводы, проведенной судебно-медицинской экспертизы, которые могли бы повлиять, как на правильность установления фактических обстоятельств по делу, так и правильность квалификации действий ФИО1 

Заключение специалиста М. непосредственно не принимавшего участия в исследовании трупа К. высказывающего свое мнение на основании возможных последствий, при возможном развитии событий, при возможных признаках, изменениях в тканях, не может являться достаточным доказательством, позволяющим сделать вывод о причине смерти потерпевшего К.

В свою очередь, заключения, как основное, так и дополнительное, судебно-медицинского эксперта Б. обладающей достаточной квалификацией и опытом, являющейся полномочным лицом, непосредственно проводившей исследование трупа К. отвечают требованиям, как относимости, допустимости, так и достаточности, позволяющие обоснованно оценивать указанные заключения, как одного из доказательств, при определении локализации телесных повреждений, механизма их образования, их давности, и причины повлекшей смерть потерпевшего К.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона при сборе доказательств не установлено. Все представленные суду первой инстанции доказательства были исследованы в ходе судебного разбирательства всесторонне, полно и объективно, и судебная коллегия признает их достаточными для разрешения настоящего уголовного дела по существу.

Согласно исковому заявлению потерпевшей потерпевшая., она просит взыскать с ФИО1 в виде компенсации морального вреда в ее пользу 1 000 000 руб, в пользу сына К.. – 1 000 000 руб.

В судебном заседании потерпевшая. признана гражданским истцом с разъяснением прав, ФИО1 гражданским ответчиком с разъяснением ему прав. Исковые требования ФИО1 не признал.

При назначении ФИО1 наказания, судебная коллегия в соответствии с положениями ст.6, ст.60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности, совершенного им преступления, данные о его личности, влияния назначенного наказания на его исправление и условия жизни его семьи.

В соответствии с ч.5 ст.15 УК РФ, совершенное ФИО1 общественно опасное деяние относится к категории особо тяжких преступлений, и оснований для ее изменения, судебная коллегия не усматривает.

ФИО1 совершил преступление впервые, характеризуется удовлетворительно, на учете у нарколога, психиатра не состоит.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств, судебная коллегия признает заявленное в суде раскаяние, признание вины в части нанесения ударов потерпевшему, наличие малолетних детей, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, неудовлетворительное состояние здоровья ФИО1, его родственников, противоправное, аморальное поведение потерпевшего, явившегося поводом для преступления, частичное возмещение, причиненного вреда.

Предусмотренных ст.63 УК РФ обстоятельств, отягчающих наказание, судебная коллегия не усматривает, как не усматривает оснований для признания в качестве отягчающего наказание обстоятельства совершение преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, так как в судебном заседании не было достоверно установлено, что данное опьянение повлияло на совершение преступления и способствовало ему. 

Учитывая характер и степень общественной опасности совершенного преступления, судебная коллегия не находит оснований для применения к ФИО1 положений ст.ст.64, 73 УК РФ, и считает, что цели наказания могут быть достигнуты лишь при реальном отбывании им наказания в виде лишения свободы.

С учетом личности ФИО1, наличие смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п «и» ч.1 ст.61 УК РФ, при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств, судебная коллегия считает, что при назначении наказания подлежат применению правила, предусмотренные ч.1 ст.62 УК РФ. При этом, судебная коллегия считает возможным не назначать дополнительное наказание в виде ограничения свободы.

В соответствии с п «в» ч.1 ст.58 УК РФ, отбывание наказания ФИО1 надлежит в исправительной колонии строгого режима.

В соответствии с правилами ст.151, 1100 ГК РФ, исковые требования потерпевшей потерпевшая. подлежат удовлетворению в части, с учетом моральных и нравственных страданий, связанных с потерей близкого человека, а также с учетом имущественного положения ФИО1 в размере 700 000 руб в пользу потерпевшая., в размере 700 000 руб в пользу К.

На основании п.1.1 ч.2 ст.131 УПК РФ суммы, выплачиваемые потерпевшему на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего, являются процессуальными издержками и возмещаются за счет средств федерального бюджета.

В связи с указанным процессуальные издержки, связанные с выплатой потерпевшей потерпевшая. вознаграждения представителю в сумме 50 000 рублей подлежат возмещению за счет средств федерального бюджета.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.15, 389.16, 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

П Р И Г О В О Р И Л А:

Приговор Кировского районного суда г. Омска от 13 июля 2021 года в отношении ФИО1 отменить.

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, и назначить наказание в виде семи лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. 

Меру пресечения в виде домашнего ареста изменить на заключение под стражу. 

Срок отбывания наказания ФИО1 исчислять с даты вступления апелляционного приговора в законную силу. Зачесть в соответствии с п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ в срок наказания время содержания ФИО1 под стражей с 

<

...> до вступления апелляционного приговора в законную силу, т.е. до 

<

...>, а также период содержания под стражей с 

<

...> по 

<

...>, включительно, из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы в исправительной колонии строгого режима. Кроме того, на основании ч.3.4 ст.72 УК РФ зачесть время содержания ФИО1 под домашним арестом с 

<

...> до 

<

...>, включительно, из расчета два дня домашнего ареста за один день лишения свободы.

Исковые требования потерпевшая о взыскании с ФИО1 в ее пользу и пользу несовершеннолетнего ребенка К.. компенсации морального вреда удовлетворить частично. 

Взыскать с ФИО1 в пользу потерпевшая в счет компенсации морального вреда 700 000 рублей.

Взыскать с ФИО1 в пользу К. в счет компенсации морального вреда 700 000 рублей.

Процессуальные издержки, связанные с оплатой вознаграждения представителю потерпевшей потерпевшая. в размере 50 000 руб, возместить потерпевшая за счет средств федерального бюджета.

Вещественные доказательства по делу:

- марлевые тампоны с пятнами бурого цвета, 5 фрагментов образцов волос, тампоны со следами вещества бурого цвета, тампон со смывами с рук, тампон с образцами слюны, тампон контрольного образца, два тампона с образцами крови К.., тампон с образом крови Я.., тампон с образцом крови ФИО1, пустую бутылку «Вундервелле» - уничтожить по вступлению приговора суда в законную силу; 

- гардеробный номерок – вернуть представителю кафе «

<

...>», а при не востребованности – уничтожить;

- цепочку, крест, часы наручные, портмоне, бейсболку, футболку сине-зеленого цвета, спортивные брюки, пару носков, пару кроссовок, медицинскую маску, мобильный телефон «IML» – вернуть потерпевшая. или ее представителю, а при не востребованности – уничтожить;

- фрагмент трикотажной ткани с рисунком белого цвета неопределенной формы, представляющей собой разорванную рубашку Свидетель №3 – вернуть Свидетель №3 или его представителю, при не востребованности – уничтожить;

- олимпийку черного цвета Свидетель №4 – вернуть Свидетель №4 или его представителю, а при не востребованности – уничтожить; 

- куртку-ветровку черного цвета «Adidas», спортивные брюки черного цвета «Porshedesign», пару спортивных туфель черного цвета «Porshe», телефон «Самсунг» – вернуть ФИО1 или его представителю, а при не востребованности – уничтожить; 

- спортивную кофту белого цвета - вернуть Я. или его представителю, а при не востребованности – уничтожить; 

- диск с видеозаписями от 

<

...> – хранить в материалах уголовного дела. 

Апелляционный приговор может быть обжалован через суд постановивший отмененный приговор в порядке Главы 47.1 УПК РФ в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в г.Кемерово в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу.

Осужденный ФИО1 вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции 

Председательствующий: 

Судьи: