Дело № 2-4/2017 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

4 мая 2017 года с.Еткуль Челябинской области

Еткульский районный суд Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Черепановой С.Г.

при секретаре Киселевой А.Н. 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4 о признании сделки недействительной 

У С Т А Н О В И Л :

ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО4 о признании недействительным договора дарения жилого дома площадью 

<

данные изъяты> и земельного участка площадью 

<

данные изъяты> расположенных по адресу: 

<

адрес>, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 (дарителем) и ФИО4 (одаряемым), применении последствий недействительности указанной сделки в виде отмены записи о регистрации перехода права собственности к ФИО4 на вышеуказанное имущество.

В обоснование указав, что у него в собственности имелись жилой дом с приусадебным земельным участком по адресу: 

<

адрес>. В ДД.ММ.ГГГГ он заключил договор дарения принадлежащих ему жилого дома и земельного участка, расположенных по вышеуказанному адресу, с родственником его бывшего соседа ФИО4, который обещал за ним ухаживать и достойно похоронить после его смерти. В момент заключения договора он полагал, что составляет завещание, и дом перейдет в собственность ФИО4 после его (истца) смерти. После того, как ФИО4 перестал выполнять свое обещание помогать ему (истцу), он решил отменить завещание. Однако ему разъяснили, что он в действительности заключил договор дарения, и что дом ему в настоящее время не принадлежит. В момент совершения сделки он страдал слепотой; практически ничего не видел; никаких текстов прочесть не мог; мог только проставить свою подпись на бумаге в том месте, которое ему будет указано. Ответчик воспользовался его состоянием (престарелым возрастом, юридической неграмотностью, слепотой) и обманным путем убедил подписать договор дарения. Данная сделка не соответствует его действительной воле, поскольку он (истец) не имел намерения лишить себя единственного жилья.

В ходе судебного разбирательства стороной истца дополнены заявленные исковые требования новыми основаниями. Указав, что в момент совершения рассматриваемой сделки истец не мог понимать значение своих действий и руководить ими, поскольку в силу возрастных изменений в психике (85 лет) его поведение к моменту совершения сделки стало неадекватным. Кроме того, обещание одаряемого осуществлять уход за дарителем и после его смерти похоронить рядом с супругой, свидетельствует о совершении дарения под условием, что запрещено пунктом 1 ст.572 ГК РФ.

В судебное заседание ФИО3 не явился, извещен. На стадии подготовки дела к слушанию заявленные исковые требования поддержал. Указал, что в момент совершения сделки он был одиноким больным человеком. Со своими родственниками он находился в конфликтных отношениях и связи не поддерживал. Ему по хозяйству и бытовых делах помогали разные люди: почтовый работник, социальный работник, затем стал помогать сосед Борис, в пользу которого он (Заиченко) оформил завещание, а когда Борис переехал на другое место жительства, он отменил ранее составленное завещание. Заключая с ФИО4 сделку, он полагал, что оформляет на него завещание, и при жизни дом будет находиться в его (Заиченко) собственности. Как оказалось позже, его дом в настоящее время принадлежит ответчику. В настоящее время отношения с родственниками у него наладились. За ним ухаживает внук ФИО8. 

В судебном заседании представитель истца ФИО5 заявленные исковые требования поддержала.

В судебном заседании ответчик ФИО4 и его представитель ФИО6 иск ФИО3 не признали. Пояснили, что истец, хотя и страдал слабым зрением и не видел текстов документов, не мог прочесть написанное, но прекрасно понимал значение своих действий и руководил ими. Он осознавал все происходящее с ним. Истец имеет тяжелый неуживчивый характер. Со своими родственниками он находился в конфликтных отношениях и говорил окружающим, что не намерен оставлять им (родственникам) свое имущество, так как те его «бросили». За истцом осуществляли уход различные люди, но никто долго возле него не задерживался из-за его сложного характера. Вместе с тем, у истца сложились хорошие отношения с отчимом ответчика - ФИО7, которому истец завещал свое имущество, а после переезда ФИО7 отменил завещание и продолжил общение с его пасынком (ответчиком). Истец самостоятельно и добровольно принял решение подарить свой дом ответчику, поскольку ответчик ухаживал за ним, помогал ему в быту. Между ними сложились хорошие взаимоотношения. Перед заключением договора дарения ФИО3 оформил у нотариуса наследство на долю своей умершей супруги, в браке с которой был куплен спорный дом. А затем они заключили договор дарения и сдали совместно все документы на государственную регистрацию в Управление Росреестра. После заключения сделки ФИО4 вкладывал силы и средства в благоустройство спорного домовладения: установил новый забор, вывез с территории мусор, произвел замену газового счетчика. Поскольку истец из-за своего характера не может долго терпеть около себя посторонних людей, то наступил момент, когда присутствие ФИО4 его стало тяготить. Отношения между ними постепенно ухудшались, и однажды ФИО3 выгнал ответчика из дома. Но ответчик продолжал оказывать ему возможную помощь, справляться о нем у соседей, привозить продукты. Вскоре истец помирился с родственниками. В заблуждение истца относительно существа сделки никто не вводил, никто его не обманывал. Психическими заболеваниями и расстройствами истец в момент заключения сделки не страдал и ясно осознавал характер сделки и ее последствия. Ранее истец оформлял завещания и знал процедуру его оформления и его отличие от договора дарения. В данной ситуации не имеется оснований для применения ч.2 ст.572 ГК РФ, поскольку рассматриваемый договор нельзя считать совершенным под конкретным условием. Никакого конкретного встречного обязательства не имелось. Обещание ответчика похоронить истца после его смерти рядом с его супругой таковым условием не является. Помощь истцу ответчик оказывал добровольно, и до заключения договора дарения, и после - до тех пор, пока истец не отказался от данной помощи. 

В ходе судебного разбирательства сторона ответчика заявила о пропуске истцом срока исковой давности, установленного для требований такой категории в 1 год.

Представитель третьего лица - Управления Росреестра по Челябинской области в судебное заседание не явился, извещен.

Выслушав лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, исследовав материалы дела, суд считает иск не подлежащим удовлетворению.

Суд считает неосновательным заявление стороны ответчика о пропуске истицей срока исковой давности, предусмотренного ч.2 ст.181 ГК РФ - один год по оспоримым сделкам.

Договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ оспаривается ФИО3 в том числе по основаниям, предусмотренным абз.2 п.1 ст.572 ГК РФ, к которым применяются правила, предусмотренные пунктом 2 ст.170 ГК РФ о нействительности притворной сделки. Притворная сделка является ничтожной в силу прямого указания об этом в законе. Согласно ч.1 ст.181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. 

В этой связи заявленные ФИО3 исковые требования подлежат рассмотрению по существу.

В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 и ФИО4 заключен договор дарения жилого дома и земельного участка, по условиям которого ФИО1 подарил, а ФИО2 принял в дар жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес>. В этот же день договор сдан участниками сделки лично на государственную регистрацию права собственности и перехода права собственности в Еткульский отдел Управления Росреестра по Челябинской области со всем необходимым пакетом документов. Одновременно ФИО3 сдан на государственную регистрацию права собственности пакет документов, подтверждающих его право собственности на указанное имущество на основании свидетельства о праве на наследство на 

<

данные изъяты>, выданного ДД.ММ.ГГГГ нотариусом нотариального округа Еткульского района и свидетельства о праве собственности пережившего супруга на 

<

данные изъяты>, выданного ДД.ММ.ГГГГ нотариусом нотариального округа Еткульского района. ДД.ММ.ГГГГ право собственности ФИО4 на имущество, явившееся объектом сделки, зарегистрировано в ЕГРП. ДД.ММ.ГГГГ после проведения государственной регистрации права собственности и перехода права собственности соответствующие документы выданы одному из участников сделки - ФИО3 лично.

Заявляя требование о признании указанной сделки дарения недействительной, сторона истца ссылается на совершение сделки под влиянием обмана, заблуждения, не способность понимать значение своих действий и руководить ими в момент заключения сделки, а также на наличие встречного обязательства, при котором безвозмездная сделка не признается договором дарения.

Обманом применительно к признанию сделки недействительной является умышленное введение стороны в заблуждение. Заинтересованная сторона преднамеренно создает у потерпевшего не соответствующее действительности представление о характере сделки, ее условиях, личности участников, предмете, других обстоятельствах, влияющих на его решение. Обман может заключаться в утверждениях об определенных фактах, в умолчании, намеренном сокрытии фактов и обстоятельств, знание которых отвратило бы потерпевшего от совершения сделки. 

Сторона истца не представила доказательств, свидетельствующих о том, что оспариваемая сделка совершена под влиянием обмана. В судебном заседании не установлено, что ответчик сообщал истцу какие-либо ложные сведения в момент заключения сделки, либо перед ее заключением, создавал у ФИО3 ложное представление относительно характера сделки, ее условий, последствиях ее заключения. Договор подписан сторонами, что бесспорно установлено в судебном заседании, сдан сторонами лично на государственную регистрацию сделки и перехода права по сделке; после государственной регистрации получен дарителем лично в Управлении Росреестра.

В соответствии со ст.178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной. Сделка не может быть признана недействительной по основаниям, предусмотренным настоящей статьей, если другая сторона выразит согласие на сохранение силы сделки на тех условиях, из представления о которых исходила сторона, действовавшая под влиянием заблуждения. В таком случае суд, отказывая в признании сделки недействительной, указывает в своем решении эти условия сделки. Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон. Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные статьей 167 настоящего Кодекса.

В соответствии с ч.1 ст.177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

При этом неспособность гражданина понимать значение своих действий и руководить ими является юридическим критерием недействительности сделки. В отличие от признания гражданина недееспособным (ст.29 Гражданского кодекса Российской Федерации) наличие психического расстройства (медицинский критерий) в качестве обязательного условия для признания сделки недействительной приведенной выше нормой закона не предусмотрено.

Таким образом, юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у наследодателя в момент составления завещания, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

В ходе рассмотрения дела истец ФИО3 и его представитель неоднократно поясняли, что заблуждение при заключении оспариваемого договора выражается в том, что текст оспариваемого договора истец не читал и не мог его прочесть в силу своей слепоты, а кроме того, заблуждался относительно природы сделки, что выразилось в том, что он совершил не ту сделку, которую в действительности намеревался совершить - оформить на ФИО4 завещание. Заблуждение при совершении сделки выразилось в непонимании того, что отчуждаемое имущество перейдет в собственность ответчику ФИО4

Позиция стороны истца о недействительности сделки по причине слепоты дарителя не соответствует самому понятию заблуждения. Заблуждение - это ошибочное, неправильное мнение, формирование которого применительно к рассматриваемой ситуации может привести не к тому правовому результату, который сторона, вступающая в договорные правоотношения, имела в виду. 

Случаи заблуждения, указаны в ст.178 ГК РФ. Более широкая трактовка существенного заблуждения поставила бы под угрозу устойчивость имущественного оборота и надежность заключаемых сделок. В действующем законодательстве отсутствует такое основание признания сделок недействительными, как невозможность прочесть текст договора вследствие каких-либо физических недостатков, включая слепоту. 

В ходе судебного разбирательства сторона истца не доказала, что при совершении рассматриваемой сделки его воля была направлена на составление завещания в пользу ФИО4 и сохранение за собой права собственности на данное имущество. 

Бесспорно установлено и указано выше, что договор дарения истец заключал добровольно, лично подписал договор и подал заявление в Еткульский филиал Управление Росреестра по Челябинской области о государственной регистрации перехода права собственности по сделке.

Таким образом, существо и предмет сделки, субъектный состав, условия сделки в договоре подробно отражены.

Общеизвестно, что вступать в договорные правоотношения без четкого представления о наступающих последствиях явно неразумно, а п.3 ст.10 ГК РФ устанавливает принцип разумности действий участников гражданских правоотношений.

В ходе судебного разбирательства судом стороне истца оказана помощь в предоставлении доказательств о способности либо неспособности дарителя ФИО3 свободно и осознанно принимать решения и руководить своими действиями по их реализации в период, относящийся к совершению сделки, а также о способности либо неспособности дарителя иметь адекватное (правильное) представление о существе совершенной сделки с учетом особенностей познавательной сферы, психического состояния дарителя в момент совершения сделки, внешних условий, в которых происходило принятие решения, состояния здоровья и индивидуальной значимости последствий сделки, для чего судом по ходатайству стороны истца назначена психолого-психиатрическая экспертиза.

Согласно заключению амбулаторной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы ФИО3 в настоящее время обнаруживает признаки лакунарной деменции, о чем свидетельствуют данные психолого-психиатрического обследования, выявившего снижение интеллектуально-мнестических функций до уровня умственного дефекта, вязкость, ригидность, обстоятельность мышления, склонность к сверхценным идеям, грубое снижение всех видов памяти, низкий темп психомоторных реакций, истощаемость и труднопереключаемость внимания, нарушения эмоциональных реакций с проявлением слабодушия, плаксивости, раздражительности, личностные изменения (конфликтность, подозрительность, настороженность), нарушение критических способностей, что привело к снижению социальной адаптации испытуемого, ограничению коммуникативных функций и беспомощности в быту. Однако оценить глубину психических расстройств в юридически значимый период (ДД.ММ.ГГГГ) и дать однозначные ответы на поставленные перед экспертами вопросы не представляется возможным в связи с отсутствием медицинской документации с описанием психического состояния ФИО3 и неоднозначностью свидетельских показаний на указанный период. 

На учете у психиатра ФИО3 не состоял и не состоит; в представленной суду медицинской документации из ГБУЗ «Районная больница с.Еткуль» имеются только записи об обращении пациента к врачу-офтальмологу после заключения рассматриваемого договора дарения: ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ с жалобами на снижение остроты зрения. Другой медицинской документации по месту жительства (ни в районной больнице с.Еткуль, ни в фельдшерско-акушерском пункте пос.Бектыш) в отношении ФИО3 не имеется. 

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля помощник нотариуса ФИО28 не смог вспомнить обстоятельств оформления наследства ФИО3 после смерти своей супруги и какие-либо особенности, связанные с личностью ФИО3, его поведением. 

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля специалист-эксперт Еткульского отдела Управления Росреестра по Челябинской области ФИО27 принимавшая документы на государственную регистрацию оспариваемой сделки также не смогла вспомнить участников сделки, особенности их личности, поведения. Вместе с тем, свидетель показала, что престарелым и плохо видящим гражданам она всегда зачитывает текст представленного на регистрацию договора, разъясняет правовые последствия заключаемой сделки, выясняет, понятно ли существо сделки, показывает, где необходимо поставить подпись в документах. 

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля врач-офтальмолог Еткульской районной больницы ФИО9 показала, что до ДД.ММ.ГГГГ пациент ФИО3 в их лечебное учреждение к офтальмологу на прием не обращался. При обращении ДД.ММ.ГГГГ выставлен диагноз «почти зрелая катаракта обоих глаз». Процесс развития данного заболевания у каждого пациента индивидуален. Не представляется возможным определить остроту зрения данного пациента по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ. На приеме пациент ФИО3 хорошо ориентировался во времени, пространстве, собственной личности, психических и неврологических отклонений не выявлено. Речь его логически выстроена.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля социальный работник Администрации Бектышского сельского поселения Свидетель №2 отметила адекватное поведение ФИО3, его хорошую память, но вместе с тем тяжелый, неуживчивый, конфликтный характер, из-за которого он некоторое время не общался с родственниками, отказывался от помощи соцработников, других жителей села, предлагавших ему свою помощь (соседка, почтальон). Ей ФИО3 говорил о своем намерении «отписать дом ФИО4». 

Допрошенный в судебном заседании внук истца ФИО8 показал, что с дедом он и другие родственники некоторые время не общались из-за конфликтных отношений. В ДД.ММ.ГГГГ дед сам приехал для примирения, сообщил, что «переписал дом на ФИО4», но к нему никто не приезжает, никто ему не помогает, ему тяжело одному. Попросил, если есть возможность, «переделать документы на дом». Ранее, несколько лет назад, дед оформлял завещание на своего соседа, но впоследствии отменил его. Дед ориентируется во времени и окружающей обстановке, слушает радио. В последнее время его психическое состояние ухудшилось. Еще несколько месяцев назад он все понимал.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля почтальон пос.Бектыш ФИО10 показала, что ФИО3 говорил ей, что подарил ФИО4 свой дом, а тот не хочет за ним ухаживать. ФИО3 намеревался отменить «дарственную», но потом отказался от своих намерений, так как помирился с ФИО4 Ранее ФИО3 принимал помощь от своей соседки ФИО14, но впоследствии с нею поругался. Родственники истца отказывались с ним общаться и оказывать ему какую-либо помощь. Она (ФИО11), принося ему пенсию, видела, что старик всеми брошен, голоден, не способен за собою ухаживать из-за слепоты и старости, и из жалости помогала ему готовить еду, мыть посуду. Звонила по его просьбе несколько раз ФИО4, чтобы тот приехал, и ФИО4 приезжал, помогал. Примерно в ДД.ММ.ГГГГ родственники ФИО3 помирились с ним и объявили, что в посторонней помощи не нуждаются, что сами будут ухаживать за дедом, после чего стали закрывать его в доме на замок. ФИО3, не смотря на нуждаемость в постороннем уходе, хорошо все понимал. Характер он имеет тяжелый, конфликтный. Его все не устраивают.

Ни одного факта неправильного, некритичного, неадекватного поведения истца, совершения им необычных, лишенных логики и здравого смысла высказываний, совершения немотивированных, бессмысленных поступков, иных отклонений в поведении в юридически значимый период в ходе судебного разбирательства не выявлено.

Отсутствуют такие факты и в медицинской документации в отношении истца. 

Таким образом, исследованные в суде доказательства в их совокупности не подтверждают доводы истца о том, что в момент заключения оспариваемой сделки он находился в состоянии, не способном понимать значения своих действий и руководить ими и (или) имел неправильное представление о существе оспариваемой им сделки.

Сами по себе возраст и состояние здоровья ФИО3, его нуждаемость в постороннем уходе, не исключают наличие у истца сформировавшейся воли на совершение сделки по безвозмездному отчуждению принадлежащего ему имущества и возможность совершения им договора дарения. Это не опровергает и факт оказания истцу после заключения договора дарения помощи в быту со стороны ответчика ФИО4, учитывая, что истец проживал один, родственники его не навещали и помощь ему в рассматриваемый период не оказывали. 

В соответствии с абзацем 2 п.1 ст.572 ГК РФ при наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 ст.170 настоящего Кодекса.

Согласно пункту 1 ст.170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

Таким образом, в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях.

В данном случае действия сторон после заключения договора не свидетельствуют о том, что их воля была направлена на достижение иных правовых последствий, возникающих из другой сделки. Из буквального толкования положений рассматриваемого договора дарения с учетом требований ст.431 ГК РФ следует, что каких-либо требований дарителя, от выполнения которых зависит передача жилого дома с земельным участком в собственность одаряемого, данный договор не содержит. 

Одно только оказание помощи истцу со стороны ответчика и его устное обещание похоронить дарителя после его смерти в определенном месте не влечет недействительности договора дарения, а условие пункта 5 договора, предусматривающего сохранение за дарителем права пользования жилым домом, является реализацией его правомочий собственника в отношении недвижимого имущества, гарантированного статьей 35 Конституции РФ и пунктом 2 ст.209 ГК РФ.

В силу ч.1 ст.421 и ч.2 ст.209 ГК РФ, граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ заключен в письменной форме, соответствует требованиям ст.ст.572,574 ГК РФ, предъявляемым к форме и содержанию договора, подписан сторонами, что подтверждает достижение между ними соглашения по всем существенным условиям сделки в предусмотренной законом письменной форме. При этом истец не представил доказательств, подтверждающих возмездный характер договора дарения либо наличие обстоятельств, свидетельствующих о мнимости либо притворности данной сделки. 

Поскольку сторона истца в нарушение требований ст.56 ГПК РФ не представила доказательств в обоснование своих доводов, то суд считает заявленные исковые требования не подлежащими удовлетворению. 

В связи с тем, что исковое требование о признании сделки недействительной является необоснованным, то остальные требования, являющиеся по существу правовыми последствиями оспариваемой сделки, также удовлетворению не подлежат.

В соответствии с ч.3 ст.144 ГПК РФ в случае отказа в иске принятые меры по обеспечению иска сохраняются до вступления в законную силу решения суда. Однако суд одновременно с принятием решения может вынести определение об отмене мер по обеспечению иска.

В этой связи примененная судом обеспечительная мера в виде наложения ареста на спорное недвижимое имущества должна быть отменена.

Руководствуясь ст. ст. 194 - 198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО3 о признании недействительным договора дарения жилого дома площадью 

<

данные изъяты>. и земельного участка площадью 

<

данные изъяты>., расположенных по адресу: 

<

адрес>, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 (дарителем) и ФИО4 (одаряемым), применении последствий недействительности указанной сделки, отказать.

Отменить обеспечительную меру в виде ареста жилого дома площадью 

<

данные изъяты> и земельного участка площадью 

<

данные изъяты> расположенных по адресу: 

<

адрес>, наложенную определением судьи Еткульского районного суда Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ.

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд через Еткульский районный суд в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательной форме. 

Председательствующий: