№ 2-1057/2023

56RS0019-01-2023-001168-23

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

26 декабря 2023 года г. Орск

Ленинский районный суд г. Орска Оренбургской области в составе председательствующего судьи Клейн Е.В.,

при секретаре Путинцевой А.С.,

с участием ответчика ФИО1 и его представителя – ФИО2, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1057/2023 по исковому заявлению ФИО3 к ФИО1, ФИО4 о признании отказа от наследства недействительным, признании права на обязательную долю в наследственном имуществе,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО1, нотариусу ФИО4, в котором просит:

- признать нотариальный отказ ФИО3 от принятия наследства после смерти Е.П.В., поданный нотариусу г. Орска Оренбургской области ФИО4 от 27 апреля 2023 года (запись в реестре № недействительным),

- признать за ФИО3 право на обязательную долю в наследственном имуществе, оставшемся после смерти Е.П.В.

В обоснование иска указано, что истец является матерью Е.П.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения. ДД.ММ.ГГГГ сын скоропостижно умер. При жизни, 26 августа 2014 года Е.П.В. написал завещание, согласно которому все его имущество переходит к сыну ФИО1 Завещание было удостоверено нотариусом ФИО4 и зарегистрировано в реестре за №.

Е.П.В. скончался скоропостижно. Еще ДД.ММ.ГГГГ истец с ним разговаривала, обсуждали банальные вещи, ничто не предвещало трагедии. С сыном у нее были теплые родственные отношения, он звонил каждый день, всегда интересовался ее здоровьем. Несмотря на то, что сын постоянно жил в 

<

адрес>, он часть приезжал к ней, помогал физически и материально.

Истец очень ранимый человек, потеря близкого родственника, внезапность этого события, далекое расстояние привели к ее психическому и эмоциональному расстройству.

После похорон сын к ней в г. Орск приехал внук ФИО1, он повел ее к нотариусу ФИО4, где она подписала отказ от своей обязательной доли в наследстве. Отказ был подписан ею 27 апреля 2023 года, то есть спустя всего 2 недели после смерти сына.

Истцу 

<

данные изъяты>. Трагическая утрата сына вовлекла ее в постоянное стрессовое состояние, в силу чего 

<

данные изъяты>. В тот момент она проживала одна, все дни смешались, она путала день и ночь.

Приехавший внук, которого она не видела почти 10 лет, обещал ее не бросать, обещал заботу и внимание. Она ему поверила, поскольку нуждалась в поддержке, понимании и участии. Доверившись ему, она поехала с ним к нотариусу, что-то подписала. Внук довольный уехал и больше не звонит и не пишет, ею не интересуется, помощь не оказывает. Какой именно документ она подписала, не знает. Нотариус что-то говорила, но ее слов она не поняла. Она говорила слишком быстро, умно и недоступно для нее. 

<

данные изъяты>. Когда стала расписываться, нотариус предложила свои очки, но в них она тоже ничего не видела. Она расписалась в указанном ей месте, даже не прочитав бумагу, и они вышли из кабинета. Общее время ее визита у нотариуса составило не более 5 минут.

Считает, что нотариус ненадлежащим образом выполнила свои обязанности, предусмотренные ст. 54 «Основ законодательства РФ о нотариате», п. 10.2 Методических рекомендаций по оформлению наследственных прав (утв. решением Правления Федеральной нотариальной палаты от 25 марта 2019 года, протокол № 03/19). 

При разъяснении ей каких-либо норм права нотариус должна была учесть возраст истца, состояние здоровья, психо-эмоциональное состояние, отсутствие очков, выделить на ее визит больше времени и доступным языком предупредить ее о последствиях ее действий.

Только спустя месяц от родственников она узнала, что, оказывается, написала отказ от ее доли в наследстве, оставшемся после смерти умершего сына. Вместе с тем, она не планировала отказываться от своей доли, поскольку сын ей всегда помогал, в том числе, материально. Она уверена, что сын не оставил бы ее без наследства. Полагает, что при оформлении завещания он не предполагал, что умрет раньше ее, и что она останется без средств к существованию.

В настоящее время ее единственным источником дохода является 

<

данные изъяты>.

Доверяя ответчику, будучи введенной в заблуждение, а также столкнувшись с непрофессионализмом нотариуса, она подписала документы об отказе от наследства.

Наследственное дело № после смерти сына отрыто нотариусом Московской городской палаты ФИО5.

В иске ссылается на положения ст. 178 ГК РФ, согласно которой сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, а также на положения ст. 179 ГК РФ, согласно которой сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Определением суда от 10 августа 2023 года, вынесенным в протокольной форме, принято уточнение основания иска ФИО3, согласно которым она просит признать нотариальный отказ ФИО3 от принятия наследства после смерти Е.П.В., поданный нотариусу г. Орска Оренбургской области ФИО4 от 27 апреля 2023 года (запись в реестре № недействительным; признать за ФИО3 право на обязательную долю в наследственном имуществе, оставшемся после смерти Е.П.В., ссылаясь при этом на положения ст. 177 ГК РФ, мотивируя тем, что исходя из психологического состояния, возрастных изменений и имеющихся заболеваний, учитывая психоэмоциональное состояние ФИО3, последняя в момент подписания отказа от наследства была в таком состоянии, когда не была способна понимать значение своих действий.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ, вынесенным в протокольной форме, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО6

Истец ФИО3 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом.

Ранее в судебном заседании истец ФИО3 и ее представитель ФИО7 исковые требования поддержали, просили удовлетворить. Истец ФИО3 в судебном заседании поясняла, что когда пришла к нотариусу, ей тут же дали бумажку, они расписались и ушли. Зачем она ходила к нотариусу - она не знает и до сих пор. Ей дали документ, она и расписалась. Сейчас она живет у дочери с зятем, в суд обратилась, чтобы что-то вернуть. Внук не звонит и не пишет. Знала, что сын составил завещание в пользу внука. Понимала ли, что свою долю наследства отдает внуку, не помнит. Ничего не понимала. Ей ничего не нужно из имущества сына. Хочет 

<

данные изъяты> часть наследства после смерти сына. Для чего обратилась в суд - не знает. Подпись в иске ее. У нотариуса была недолго, подписала, не читая. Последствия нотариус не разъяснил, документ ей не дали. Зачем пошла к нотариусу не знает и не помнит. Откуда нотариусу стала известна цель ее визита не знает. Помнит, что была у нотариуса на 

<

адрес>. Нотариус не беседовала с ней, просто бумажки отдала и все. Не поняла, что отказывается от наследства. Обещал ли внук заботиться, не помнит. 

<

данные изъяты>, выписывает врач, ходит в поликлинику на ОЗТП. Одевается самостоятельно, ест самостоятельно, не готовит, живет с дочерью. Пенсию получает сама наличными, приносит почтальон. Денежными средствами распоряжается дочь. Живет с дочерью с апреля, как умер сын. До апреля дочь приезжала к ней, обслуживала, помогала убираться. Бывало, дочь готовила, бывало - она сама. До смерти сына проживала на 

<

адрес>, в своем доме, когда-то был огород, сейчас хозяйства нет. Пенсия ДД.ММ.ГГГГ. Зять ее с дочерью отвозят домой и оставляет, туда пенсию приносят. Почтальон при ней считает деньги, дает расписываться. Деньги отдает дочери. Переехала к дочери, потому что ей плохо из-за эмоционального состояния, готовить не может. Адрес дочери знала, но забыла. Это дом. Остановка 

<

адрес> К врачу не ходит. 

<

данные изъяты>. На похоронах сына не присутствовала. Кто занимался похоронами не знает. С внуком после похорон общалась. Он проживал у ее дочери. Визит к нотариусу не обсуждали. Зять отвез ее к нотариусу, зашли к нотариусу с внуком. Где находится нотариус забыла. Спрашивала ли нотариус у нее что-нибудь – не помнит. 

Представитель истца ФИО3 – ФИО7 ранее в судебном заседании дополнила, что к ней лично обратилась ФИО3, она говорила о том, что не понимала значения процессуального действия, которое совершила. Что-то подписала, не разобравшись, а впоследствии, когда стала разговаривать с родственниками, поняла, что после смерти сына осталась без какой-либо материальной поддержки. Истцу необходима помощь, которую никто не оказывает. У нее была уверенность, что материальную и моральную поддержку ей будет оказывать внук, потому что он ей это обещал. Внук ФИО1 ввел ее в заблуждение, предложив пойти к нотариусу подписать бумаги. Что именно подписать – не сказал. Однако ей никто не звонит и не пишет. Полагает, что ФИО3 ввели в заблуждение. После смерти сына психо-эмоциональное состояние ФИО3 было расшатанным. Подписывая документ, она находилась в прострации. На встречу с нотариусом даже не взяла очки. У нее 

<

данные изъяты>. Сейчас истец хочет все вернуть обратно. Она полагает, что умерший сын хотел бы этого, а завещание написал исходя из того, что мать его не переживет. Полагает, что сын хотел бы, чтобы у нее осталась доля. 

Ответчик ФИО1 в судебном заседании исковые требования не признал. Ранее пояснял, что истцу было известно о наличии завещания, которое составил ее сын. ФИО3 неоднократно высказывалась о том, что ей ничего не надо, в связи с чем она сама приняла решение написать отказ от обязательной доли. Дата и время посещения нотариуса согласовывались с дочерью и зятем истца. Именно зять отвозил истца к нотариусу. Заявление об отказе от наследства удостоверено нотариусом, отказ от наследства не противоречит закону, не содержит ни условий, ни оговорок, совершен в установленном порядке, в присутствии и после беседы с нотариусом. Решение об отказе от наследства ФИО3 приняла свободно, независимо и без принуждения. Истцом не представлено доказательств, подтверждающих, что при подписании заявления она заблуждалась относительно природы оспариваемой односторонней сделки – отказа от наследства, равно, как и доказательств, подтверждающих, что сделка совершена под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой. 

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании возражала против удовлетворения иска аналогично доводам ФИО1 

Ответчик нотариус ФИО4 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, в письменном отзыве на иск возражала против его удовлетворения, указала, что 27 апреля 2023 года в нотариальную контору обратилась ФИО3 по вопросу подготовки для нее заявления об отказе от обязательной доли к наследственному имуществу, оставшемуся после смерти ее сына Е.П.В. и удостоверения подлинности подписи на указанном заявлении. При этом она пояснила, что ее сын при жизни оставил завещание на все свое имущество в пользу своего сына и ее внука ФИО1. Сказала, что завещание она видела, с текстом его ознакомлена, что завещание хранится у внука и он давал его читать. Далее поясняла, что она по возрасту 

<

данные изъяты>, у нее для жизни все есть. Живет в собственном доме, самостоятельно ведет хозяйство и ей не нужно имущество сына ни в какой его доле, пользоваться им она не собирается, и что все имущество сына пусть достается внуку, как и хотел при жизни ее сын. Поясняла, что внук рано остался без матери, воспитывался отцом и внука своего она любит. Ей были разъяснены положения законодательства о том, что она имеет право на обязательную долю, которая составляет 

<

данные изъяты> долю от имущества сына, так как она является пенсионеркой и относится к числу обязательных наследников согласно статьи 1149 ГК РФ. Было разъяснено, что она может подать заявление о принятии обязательной доли, и впоследствии, если передумает, в течение шести месяцев отказаться от доли в наследстве. Разъяснено, что отказ не может быть изменен или взят обратно. Было предложено не торопиться с отказом, на что она ответила, что все решила, передумывать не собирается, что имущество сына ей лично не нужно. Также поясняла, что умерший сын помогал всем, и ей, и своей сестре (ее дочери), для которой при жизни купил квартиру в 

<

адрес>. Также, по ее просьбе были включены в заявление сведения о том, что она ставит нотариуса в известность, что отказывается от наследства по всем основаниям.

Истец пришла в контору сама, ей было зачитано заявление нотариусом вслух, были предложены очки для зрения, чтобы подписать документ, она ими воспользовалась, т.к. свои забыла взять. Сказала, что очки ей подошли. Заявление подписывала лично, без рукоприкладчика, и собственноручно поставила подпись в реестре нотариальных действий. При совершении нотариального действия вела себя адекватно, рассказывая о произошедшем несчастье, была последовательна в своих действиях, пояснениях, хорошо ориентировалась во времени и событиях, когда описывала события прошлого и настоящего времени, понимала, где находится и убедительно обосновала причины своего отказа. У нотариуса не возникло сомнений в адекватности поведения истицы и осознания происходящего.

Вполне допустимо и реально, что с 27 апреля по настоящее время ФИО3 могла передумать, в том числе, поддавшись на уговоры или убеждения своих родственников, но это не значит, что данное нотариальное действие является недействительным. То факт, что ФИО3 передумала - напрямую следует из текста искового заявления, а именно, она поехала к нотариусу для составления заявления в надежде на поддержку внука, в пользу которого составлено завещание, т.е., отказываясь от обязательной доли в наследстве, она в обмен рассчитывала на материальное содержание от внука. Вполне допустимо, что уже после подписания заявления об отказе от наследства, могли измениться и обстоятельства, и взаимоотношения с родственниками. Но все эти обстоятельства связаны с событиями более поздними, чем совершение нотариального действия.

В соответствии со ст. 80 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате (утв. ВС РФ 11.02.1993 N 4462-1), в данном случае нотариусом было совершено нотариальное действие по свидетельствованию подлинности подписи заявителя. При совершении данного нотариального действия, с учетом того, что наследственное дело открыто у нотариуса в другом городе, нотариус удостоверяет, что подпись на документе сделана определенным лицом, но не удостоверяет фактов, изложенных в документе.

Таким образом, содержание заявления определяется только заявителем, по его просьбе в данное заявление могут быть включены любые заверения и описание прочих обстоятельств, которые, по мнению заявителя, являются существенными. Конкретно в данном случае, ФИО3 могла ограничиться в своем заявлении только отказом от обязательной доли, но она настаивала на том, что ей вообще ничего не нужно от имущества умершего сына. Поэтому, после разъяснений положений о том, что она еще является наследником по закону, в текст заявление были включены положения о том, что она отказывается по всем основаниям.

Совершив нотариальное действие, нотариус ФИО4 удостоверила лишь факт того, что за совершением нотариального действия обратилась именно ФИО3, и в присутствии нотариуса поставила подпись под текстом, содержание которого лично согласовала. Данный факт самой ФИО3 не оспаривается, в тексте искового заявления она описывает, что приходила в нотариальную контору лично и лично подписывала заявление.

В уточнении к исковому заявлению указано, что ФИО3 в момент подписания заявления об отказе от обязательной доли в наследстве, оставшейся после смерти ее сына Е.П.В., была в таком состоянии, при котором она не понимала значение своих действий.

Однако, с данным фактом категорически не согласна по следующим причинам. Нотариальное действие состоит из нескольких этапов - беседа с заявителем, после чего заявитель выходит из кабинета нотариуса и ожидает подготовки проекта документа в приемной. Подготовка проекта документа, личное ознакомление заявителя с проектом документа. После ознакомления и одобрения проекта в присутствии заявителя распечатывается чистовой вариант заявления, который передается на подпись заявителю, в присутствии нотариуса заявитель подписывает заявление собственноручно, передает его нотариусу, нотариус в присутствии заявителя подписывает заявление и проставляет печать на нем, заявителем оплачивается пошлина за совершение нотариального действия. Все эти этапы занимают по времени продолжительный период. Все это время ФИО3, вела себя очень адекватно, спокойно, не плакала, несмотря на скорбь утраты сына. Все ее разговоры и действия были последовательны, па вопросы нотариуса отвечала с полным пониманием происходящего. По словам самой ФИО3, в нотариальную контору её привезли на машине ее дочь (самое заинтересованное в настоящем судебном процессе лицо) и муж дочери, также их сопровождал внук ФИО1 Ни один из родственников не поставил в известность нотариуса, что ФИО3 в момент посещения нотариальной конторы ничего не понимает. У нотариуса на протяжении длительного периода общения с ФИО3 не возникло сомнений относительно её психического состояния.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО6, ФИО5 в судебное заседание не явились, извещались надлежащим образом.

Суд, руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, счел возможным рассмотреть дело при указанной явке.

Заслушав участников процесса, допросив свидетелей и исследовав письменные материалы дела, пришел к следующему выводу. 

В силу ст. 1113 ГК РФ наследство открывается со смертью гражданина. 

Как установлено судом, ДД.ММ.ГГГГ умер Е.П.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения. 

Наследниками Е.П.В. по закону первой очереди являлись: сын ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, дочь ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и мать ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ Е.П.В. составлено завещание, удостоверенное нотариусом ФИО4, согласно которому все свое имущество он завещает своему сыну ФИО1.

24 апреля 2023 года по заявлению ФИО1 нотариусом г. Москвы ФИО5 заведено наследственное дело № к имуществу Е.П.В.

27 апреля 2023 года ФИО3 в адрес нотариуса по месту открытия наследства подано заявление, согласно которому она отказывается от обязательной доли в наследстве, а также ставит нотариуса в известность, что отказывается по всем основаниям наследования от причитающегося ей наследства после умершего ДД.ММ.ГГГГ сына Е.П.В. Подлинность подписи засвидетельствована нотариусом г. Орска ФИО4, заявление зарегистрировано в реестре №.

ДД.ММ.ГГГГ нотариусом г. Москвы ФИО5 в адрес ФИО3 направлено извещение об открытии наследства Е.П.В.

Согласно материалам наследственного дела №, после смерти Е.П.В. открылось наследство в виде помещения с кадастровым номером №, расположенного по адресу: 

<

адрес>, помещения с кадастровым номером №, расположенного по адресу: 

<

адрес>, помещения с кадастровым номером №, расположенного по адресу: 

<

адрес>, пер. Перекупной, 

<

адрес> литера А, 

<

адрес>, земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: 

<

адрес>, земельного участка с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>, помещение с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>, помещение с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>, помещение с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>, 

<

данные изъяты> доли в праве общей долевой собственности на помещение с кадастровым номером № по адресу: 

<

данные изъяты> доли в праве общей долевой собственности на помещение с кадастровым номером №, денежных средств на счетах ПАО «Сбербанк» № в сумме 0,04 руб., № в сумме 0,05 руб., № в сумме 41,46 руб., № в сумме 1,56 руб., № в сумме 0,11 руб., 250 облигаций ПАО «Сбербанк», собственных средств на кредитной карте № в сумме 1 руб., денежных средств на счетах АО «Газпромбанк» № в размере 55758,04 руб., № в размере 0,33 руб., денежных средств на счетах в ПАО «Банк ФК «Открытие» № в размере 2,13 руб., № в сумме 890 946,10 руб., № в сумме 0,05 долларов США, № в сумме 0,15 евро, № в сумме 0,13 руб., № в сумме 6,92 евро., денежных средств на счетах в ПАО «Банк ВТБ» № в размере 466562,06 руб., № в сумме 0,67 руб., № в сумме 1786,98 евро, № в сумме 0,01 руб., № в размере 0,01 евро, денежных средств на счетах в АО «ЮниКредитБанк» № в сумме 5047,80 руб., № в размере 50731,39 долларов США, транспортных средств: Мерседес Бенц 1991 года выпуска с государственным регистрационным знаком №, Мерседес Бенц 1735S 1990 года выпуска с государственным регистрационным знаком №, Мерседес Бенц 2435, 1991 года выпуска с государственным регистрационным знаком №, Фольксваген Пассат 2007 года выпуска с государственным регистрационным знаком №, Мерседес Бенц 1735S 1990 года выпуска государственным регистрационным знаком №, Мерседес Бенц грузовой тягач,1990 года выпуска государственным регистрационным знаком №, Мерседес Бенц 1735LS 1991 года выпуска государственным регистрационным знаком №, Мерседес Бенц грузовой тягач,1991 года выпуска государственным регистрационным знаком №, прицепа Когель 1978 года выпуска с государственным регистрационным знаком №, прицепа Когель с государственным регистрационным знаком №, прицепа Грей с государственным регистрационным знаком №, полуприцепа Шмитц 1994 года выпуска с государственным регистрационным знаком №. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 1149 ГК РФ несовершеннолетние или нетрудоспособные дети наследодателя, его нетрудоспособные супруг и родители, а также нетрудоспособные иждивенцы наследодателя, подлежащие призванию к наследованию на основании пунктов 1 и 2 статьи 1148 настоящего Кодекса, наследуют независимо от содержания завещания не менее половины доли, которая причиталась бы каждому из них при наследовании по закону (обязательная доля), если иное не предусмотрено настоящей статьей.

В пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года N 9 «О судебной практике по делам о наследовании» разъяснено, что сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 ГК РФ) и специальными правилами раздела V ГК РФ.

В соответствии со ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Отказ от наследства - одно из правомочий по осуществлению права наследования. Таким образом, отказ от наследства - это односторонняя сделка наследника, в связи с чем, к отказу от наследства могут применяться нормы Гражданского кодекса РФ, регулирующие признание сделок недействительными.

Согласно п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

На основании п.1 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной, а также сделка, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне не выгодных для себя условиях, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

С учётом изложенного неспособность истца в момент составления заявления об отказе от доли наследства понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания такого отказа недействительным, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом отсутствует. Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у истца в момент составления заявления, степень ее тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня. 

Из материалов дела следует, что по состоянию на 11 июля 2023 года ФИО3 в диспансерном отделении ГБУЗ «ОПБ№3» у врача-

<

данные изъяты> не наблюдалась.

Из выписки из амбулаторной карты ФИО3 (ГАУЗ ГБ №1 г. Орска) следует, что 12 января 2021 года ей был поставлен диагноз «

<

данные изъяты>», 15 марта 2022 года – 

<

данные изъяты>,

По сведениям поликлиники «ГБ г. Орска», 2 июня 2023 года ФИО3 установлен диагноз «

<

данные изъяты>», 8 июня 2023 года – «

<

данные изъяты>», 15 июня 2023 года – «

<

данные изъяты>». 

Согласно выписке из популяционного канцер-регистра ГБУЗ «ООД», 28 сентября 2015 года ФИО3 поставлен диагноз «

<

данные изъяты>».

7 июня 2023 года ФИО3 обращалась к врачу-

<

данные изъяты> в ООО «Современная МРТ-диагностика», поставлены диагнозы: 

<

данные изъяты>.

4 июля 2023 года ФИО3 врачом-

<

данные изъяты> ООО «МРТ-диагностика» установлен клинический диагноз 

<

данные изъяты>

По сведениям ЧУЗ «больница РЖД-Медицина» ФИО3 в учреждении не наблюдалась.

Истец просит признать заявления об отказе от принятия наследства недействительным, поскольку оно совершено под влиянием обмана со стороны ответчика, обещавшего заботу о ней после оформления на себя наследства, вследствие существенного заблуждения, а также, что в силу ряда заболеваний она была лишена способности понимать значение своих действий и руководить ими, осознавать юридическую суть и правовые последствия совершаемых ею действий.Судом были опрошены свидетели, как со стороны истца, так и со стороны ответчика, которые дали следующие пояснения.

Свидетель Б.О.В. в судебном заседании показала, что ФИО3 является ее мамой, ответчик ФИО1 – племянником. В феврале 2023 года у ФИО3 

<

данные изъяты>. С ней общались она и ее муж (зять ФИО3). ФИО3 проживала одна несколько лет в собственном доме. Сын – Е.П.В., звонил ей каждое утро. Также звонили внучки - одна из 

<

данные изъяты>, другая из 

<

адрес>. В начале 2023 года ФИО3 

<

данные изъяты>. Каждый день он звонил, докладывал о своих делах маме. У Е.П.В. умерла подруга - приехала к нему в гости и умерла на его глазах. После этого ФИО3 почувствовала 

<

данные изъяты>, говорила, что жалко Е.П.В., стала 

<

данные изъяты>. К ней приезжали каждый день. В феврале стала говорить, что боится оставаться одна, просила оставаться с ней, когда приносят пенсию. Внучка (дочь свидетеля) корректировала лечение, советовала обратиться к 

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ умер Е.П.В. Когда сообщили ФИО3, она была в панике, говорила, что Е.П.В. должен позвонить. Каждый день говорила, что может быть, он не умер. ФИО3 

<

данные изъяты>.

ФИО1 приехал к ним домой, хотел повидать бабушку. Он не видел ее 8-9 лет. ФИО3 

<

данные изъяты>, что он говорил – та не слышала. При ней (Б.О.В.) отказ от наследства с ФИО3 не обсуждался, не знала, что ФИО3 причитается 

<

данные изъяты>. Е.П.В. сказал, что нужно съездить к нотариусу, оформить кое-какие документы. ФИО3 на машине с зятем съездили к нотариусу, очень быстро вернулись, все подписали. Узнала, что именно подписала, когда ФИО1 принес и показал отказ от наследства. 

После того, как ФИО1 уехал, ФИО3 стала спрашивать, за что она расписалась. Ей сказали, что от своей доли, что ей причиталась доля. Дом ФИО3 требует ремонта, течет крыша. ФИО3 предложила продать машину Е.П.В., так как у него их много. Ей объяснили, что нельзя продать машину, так как она отказалась от наследства. 27 апреля 2023 года подписала, а сын умер ДД.ММ.ГГГГ. Она не знала, что подписывала. ФИО3 понимает, что нужен ремонт и знает, что у сына были грузовые машины, осознает, что дом плохой. После того, как подписала отказ, спрашивала, как вернуть назад. Ей объяснили, что для этого нужен представитель, они поехали, оформили доверенность. 

Е.П.В. оказывал ФИО3 материальную помощь, приезжал раз в год, продукты оставлял. Деньги, которые причитались ФИО1 от аренды помещений отца в 

<

адрес>, вернули ему за минусом расходов. 

До смерти сына ФИО3 более-менее могла оставаться одна. В апреле 2023 года ФИО3 они привозили продукты каждый день, готовили для нее еду, ФИО3 сама могла только чайник поставить, кофе попить, не выходила из дома, ждала ее или зятя. Бытовые вопросы самостоятельно не решала. Для нее покупали одежду, привозили домой, она мерила, сдавали, если не подходила.

До апреля 2023 года наблюдалась только у 

<

данные изъяты> с жалобами на 

<

данные изъяты>. Если 

<

данные изъяты>, звонили внучке, она корректировала лечение. Принимала 

<

данные изъяты>.

После смерти сына ФИО3 

<

данные изъяты>. С 15 апреля 2023 года ФИО3 

<

данные изъяты>. 

До апреля 2023 года, когда ФИО3 жила в своем доме, она смотрела телевизор, передвигалась по дому, а после смерти сына 

<

данные изъяты>.

ФИО3 слышит, когда 

<

данные изъяты>. С февраля 2023 года боится одна получать пенсию, она стала присутствовать рядом с ФИО3 во время ее получения. На квиточке сама расписывалась. Пересчитывать деньги сама не могла. В судебном заседании ФИО3 узнала ФИО1, обняла, поцеловала. 

Свидетель У.Ю.С. суду показала, что приходится внучкой ФИО3 Является врачом-

<

данные изъяты>, курирует ФИО3 как врач. Общается с ней постоянно, утром и вечером, в том числе, по видеосвязи, 2-3 раза в неделю, летом и зимой приезжает на каникулы. Последний раз бабушка самостоятельно звонила ей в декабре 2022 года с городского телефона. До переезда к своей дочери (матери свидетеля), когда с ней созванивалась вечером на городской телефон, у себя дома бабушка была одна. Днем была мама, приезжала к бабушке каждый день. С весны 2023 года у ФИО3 начиналось снижение фона настроения, она стала нервничать. С февраля-марта стали замечать, что утром и вечером обсуждает одну и ту же информацию, стала 

<

данные изъяты>. В ходе разговора обсуждают, 

<

данные изъяты>. После апреля, после психотравмирующей ситуации, как врач-

<

данные изъяты> стала отмечать, что при общении с ней ответы стали односложными: «да, нет, не знаю», она либо молчала, либо смотрела в одну точку, жаловалась на 

<

данные изъяты>. Ей было рекомендовано обратиться к специалисту по месту жительства. Она была проконсультирована 

<

данные изъяты>. Не понятно было – она либо не слышит, либо не понимает. Оценить по видео сложно. Ее осмотрел 

<

данные изъяты>, определил 

<

данные изъяты>. Проконсультирована 

<

данные изъяты>. С бабушкой не было контакта, который был раньше. Она говорила: почему так произошло? Когда будем хоронить? Встречались в конце июня - начале июля 2023 года. Был момент, когда она не помнит текущие события, что было днем, в обед. Были моменты, когда бабушка путала ее имя. В конце июня - начале июля она сама стала отмечать, что 

<

данные изъяты>. В полной мере оценить когнитивную функцию по телефону сложно. Бабушка не помнила текущие события на фоне депрессивного состояния, связанного со смертью сына. Когда разговаривала с ней по видеосвязи, у нее были сомнения, что бабушка ее узнает, с апреля 2023 года бабушка не обращалась к ней по имени, с ней не было продуктивного контакта. Понять, идентифицирует ли бабушка ее или нет сложно. Состояние здоровья обсуждала лично с бабушкой, но техническую сторону консультации осуществляла мама. До февраля-марта препараты бабушка принимала сама, на протяжении многих лет они и те же, сама могла выдавливать таблетки, считали вместе. Когда переехала к маме, таблетки ей давали люди, которые с ней живут. Бабушку одну дома не оставляют, берут с собой туда, куда едут сами. 

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля врач-

<

данные изъяты> М.Т.Ю. показала, что 7 июня 2023 года ФИО3 была у нее на приеме, однократно, поэтому, больше того, что написано в медицинской карте, сказать не может. 

<

данные изъяты> оценивает 

<

данные изъяты>. В данной ситуации речь была нормальная, ничего особенного не отметила. На приеме была с дочерью. Со слов дочери, у ФИО3 бывает 

<

данные изъяты>. Если бы были какие-то нарушения, либо она вела себя странно на приеме, об этом была бы отметка в записи о необходимости консультации у 

<

данные изъяты>. В данном случае записи такой нет, ей были назначены препараты, которые 

<

данные изъяты>. Принимала ли она препараты - не может сказать. 

<

данные изъяты>. На повторный прием ФИО3 не приглашали. 

<

данные изъяты> ФИО3 не проводилось, вопрос о 

<

данные изъяты> не стоял. Никакой симптоматики, кроме 

<

данные изъяты>, не было.

Допрошенный в качестве свидетеля врач-

<

данные изъяты> Ш.Н.П. показала, что пациента ФИО3 не помнит, так как в день она принимает большое количество пациентов. Если бы на приеме у нее были бы какие-то подозрения относительно психического состояния ФИО3, ей была бы предложена консультация 

<

данные изъяты>, написано было бы, что пациентка теряется в окружающей обстановке. В представленных записях за май, июнь, август 2023 года такой отметки нет. Судя по записям в карте, ФИО3 не нуждалась в помощи 

<

данные изъяты>. Судя по протоколу, ФИО3 на приеме была одна. Если бы о состоянии е здоровья давал пояснение ее родственник, об этом также была бы запись.

Из показаний свидетеля врача-

<

данные изъяты> Ш.О.А. следует, что ФИО3 с дочерью обратилась к ней 12 июля 2023 года с жалобами 

<

данные изъяты> у ФИО3, на 

<

данные изъяты>. ФИО3 было назначено лечение, потому что у нее было 

<

данные изъяты>. Был выставлен диагноз - 

<

данные изъяты>. Но этот диагноз часто стоит 

<

данные изъяты>. Больше ФИО3 к ней не обращалась, поэтому не может сказать, какая она сейчас. В то время 

<

данные изъяты> у нее были. На приеме она была спокойной, но по анамнезу, со слов дочери, у неё 

<

данные изъяты>. В основном, жалобы были на нарушение 

<

данные изъяты>. На момент приема она понимала, что она обратилась к врачу, но не понимала специальность и в связи с чем. 

<

данные изъяты>. В теории, такое состояние в апреле у ФИО3 могло быть, но было ли реально – сказать не может, так как она ее не обследовала ее в тот период. Ранее с какими-либо жалобами ФИО3 к ней не обращалась. Повторный прием назначен не был, наблюдается по необходимости. Со слов дочери, они собирались уехать в 

<

адрес>. Если бы она знала, что ФИО3 останется в г. Орске, скорее всего, назначила бы повторный прием. 

В соответствии с частью 1 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. 

По ходатайству представителя истца судом была назначена комплексная психолого-психиатрическая экспертиза в отношении ФИО3, проведение которой было поручено экспертам ГБУЗ «Областная психиатрическая больница №3».

Перед экспертами были поставлены вопросы об определении психофизического состояния истца на момент подписания заявления об отказе от доли наследства, а также о способности истца по состоянию психического здоровья понимать значение своих действий и руководить ими в момент подписания заявления, то есть 27 апреля 2023 года.

Из заключения судебно – психиатрической комиссии экспертов от 15 ноября 2023 года № следует, что 

<

данные изъяты>.

Оснований сомневаться в выводах экспертов у суда не имеется. При проведении экспертизы эксперты использовали специальные познания в области психиатрии, использовали методы клинико-психопатологического исследования (анамнез, катамнез, медицинское наблюдение, клиническую беседу, описание психического состояния, анализ имеющихся симптомов психических расстройств), изучили весь объём имеющихся в деле доказательств: историю заболевания, научно обосновали наличие тех или иных признаков, изучили показания свидетелей, а также медицинскую документацию. В заключении можно выделить исследовательскую часть, в которой эксперты приводят исследованные доказательства, описывают клиническую картину заболевания ФИО3 в динамике. Эксперты пришли к категоричному выводу о том, что в момент оформления заявления об отказе от наследства 27 апреля 2023 года ФИО3 по своему психическому состоянию не могла отдавать отчёт своим действиям и руководить ими.

Заключение судебно – психиатрической комиссии экспертов от 15 ноября 2023 года № достаточно ясное и полное, противоречий не содержит, сомнений в правильности и обоснованности не вызывает. 

Представленная стороной ответчика рецензия № от 22 декабря 2023 года на заключение судебно – психиатрической комиссии экспертов от 15 ноября 2023 года, согласно которой последнее не соответствует законодательным и научным требованиям, является субъективным мнением другого эксперта, сама по себе не может стать причиной для отклонения заключения судебной экспертизы. Представленная истцом рецензия изготовлена во внесудебной процедуре и без участия сторон, представляет собой частное мнение иных лиц, не привлеченных к участию в деле в качестве экспертов или специалистов, в этой связи не имелось оснований для назначения дополнительной и повторной экспертизы, предусмотренных ст. 86 ГПК РФ.

На этом основании довод стороны истца о необъективности заключения судебно – психиатрической комиссии экспертов от 15 ноября 2023 года № отклоняется как несостоятельный, поскольку основан на предположении и субъективной оценке указанного документа.

Не соглашаясь с заключением экспертизы, представитель ответчика, в том числе, сослался на показания свидетелей, по мнению которых истец ФИО3 в период, относящийся к составлению заявления об отказе от наследства, была вменяемой, адекватной, не давала повода для подозрений о наличии у нее психического заболевания. 

Между тем в соответствии с частью 1 статьи 69 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации свидетелем является лицо, которому могут быть известны какие-либо сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела. Не являются доказательствами сведения, сообщенные свидетелем, если он не может указать источник своей осведомленности. 

Таким образом, свидетельскими показаниями могут быть установлены факты, свидетельствующие об особенностях поведения истца, совершаемых ею поступках, действиях и отношении к ним. 

Установление же на основании этих и других имеющихся в деле данных факта наличия или отсутствия психического расстройства и его степени требует именно специальных познаний. 

В судебном заседании представитель ответчика ФИО2 также высказала мнение о недопустимости в качестве доказательства заключения судебно-психиатрической комиссии экспертов, поскольку считает, что врачи, проводившие экспертизу, не соответствуют требованиям, предъявляемым к экспертам, поскольку не имеют сертификатов специалистов по соответствующей специальности «судебно-медицинская экспертиза».

Между тем, как следует из представленных ГБУЗ «Областная психиатрическая больница №3» по запросу суда документов, ГБУЗ «Областная психиатрическая больница №3» имеет лицензию на осуществление медицинской деятельности № от 1 октября 2020 года, в том числе, на проведение комплексной амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы.

Судебная психолого-психиатрическая экспертиза по настоящему делу проведена врачами-психиатрами, психологом, имеющими стаж работы по соответствующим специальностям, в соответствии с профессиональными и квалификационными требованиями к экспертам, установленными ст. 13 Федерального закона от 31.05.2001 №?73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». Требований к обязательной сертификации компетентности лиц, обладающих специальными знаниями и являющихся работниками государственных судебно-экспертных организаций (должностными лицами) положениями закона не предусмотрено.

В соответствии с частью 2 статьи 100 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» сертификаты специалиста выдавались до 1 января 2021 года и действовали до истечения указанного в них срока.

В силу ч. 1.1 ст. 100 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» с 1 января 2016 года по 31 декабря 2025 года включительно осуществляется переход к процедуре аккредитации специалистов. 

Врач-психиатр В.Л.П. имеет высшее медицинское образование (ГОУ ВПО Оренбургская государственная медицинская академия Федерального агентства по здравоохранению и социальному развитию») по специальности «лечебное дело» (диплом №), в 2021 году прошел профессиональную переподготовку в ФГАОУ ВО «Первый государственный медицинский университет им. И.М. Сеченова», по результатам которой ему присвоена специальность «врач – судебно-психиатрический эксперт» (диплом №, рег. №), имеет действующие аккредитации (уникальный номер реестровой записи №) по специальности «психиатрия» (ФГБОУ ДПО «Российская медицинская академия непрерывного профессионального образования» Министерства здравоохранения Российской Федерации), «судебно-психиатрическая экспертиза» (ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии им. В.П. Сербского» Министерства здравоохранения Российской Федерации); врач-психиатр Б.Н.А. имеет высшее медицинское образование (ФГБОУ ВО Оренбургский государственный медицинский университет» Министерства здравоохранения Российской Федерации) по специальности «лечебное дело» (диплом 105631 №, рег. № от 23 июня 2018 года), «психиатрия» (диплом №, рег. № от 11 июля 2020 года), в 2021 году прошел профессиональную подготовку в Казанской государственной медицинской академии – филиале ФГБОУ ДПО РМАНПО Минздрава России по программе «Судебно-психиатрическая экспертиза», предоставляющую право на ведение соответствующей профессиональной деятельности (диплом №, рег. № от 27 декабря 2021 года); психолог-эксперт А.В.А. имеет высшее образование по специальности «Клиническая психология» (ГОУ ВПО «Оренбургская государственная медицинская академия» Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации, диплом №, рег. № от 27 июня 2011 года), в 2022 году прошел обучение по программе повышении квалификации «Клиническая психология» (удостоверение рег. № от 08 августа 2022 года), в октябре 2023 года прошел обучение по дополнительной профессиональной программе «Медицинская и судебная психология» (удостоверение №, рег.№ от 25 октября 2023 года); врач-психиатр Б.Е.В. имеет высшее медицинское образование (Оренбургский государственный медицинский институт) по специальности «лечебное дело» (диплом №, рег. № от 24 июня 1994 года), прошла повышение квалификации «Судебно-медицинская экспертиза» в ФГБОУ ВО «Ростовский государственный медицинский университет» Министерства здравоохранения Российской Федерации (удостоверение №, рег. № от 12 апреля 2023 года), имеет действующую аккредитацию (уникальный номер реестровой записи №) по специальности «судебно-психиатрическая экспертиза» (ФГБОУ ДПО «Российская медицинская академия непрерывного профессионального образования» Министерства здравоохранения Российской Федерации). 

Кроме этого, представитель ответчика полагает, что эксперты ненадлежащим образом предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, заключение не соответствует установленной форме. Оценивая данные доводы, суд находит их несостоятельными. 

Представленное заключение экспертов № от 15 ноября 2023 года соответствует требованиям, предъявляемым к заключению эксперта или комиссии экспертов и его содержанию, установленным ст. 25 Федерального закона от 31.05.2001 №?73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». В нем отражены время и место производства судебной экспертизы; основания производства судебной экспертизы; сведения об органе или о лице, назначивших судебную экспертизу; сведения о государственном судебно-экспертном учреждении, об экспертах, которым поручено производство судебной экспертизы; предупреждение экспертов об ответственности за дачу заведомо ложного заключения; вопросы, поставленные перед экспертом или комиссией экспертов; объекты исследований и материалы дела, представленные эксперту для производства судебной экспертизы; содержание и результаты исследований с указанием примененных методов; оценка результатов исследований, обоснование и формулировка выводов по поставленным вопросам.

Исходя из содержания статьи 80 ГПК РФ, об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения эксперт предупреждается непосредственно судом или руководителем судебно-экспертного учреждения, если экспертиза проводится специалистом этого учреждения. 

Согласно абзацу 7 статьи 25 Федерального закона от 31.05.2001 №?73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» предупреждение эксперта в соответствии с законодательством Российской Федерации об ответственности за дачу заведомо ложного заключения должно быть отражено в заключении эксперта или комиссии экспертов.

Предупреждение экспертов Б.Е.В., В.Л.П., А.В.А., Б.Н.А. об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ подтверждается соответствующей подпиской, имеющейся в заключении. 

Не состоятельны и доводы стороны ответчика в части того, что экспертным учреждением был нарушен порядок проведения экспертизы в отношении ФИО3, без соблюдения части 1 ст. 84 ГПК РФ.

В соответствии части 1 ст. 84 ГПК РФ экспертиза проводится экспертами судебно-экспертных учреждений по поручению руководителей этих учреждений или иными экспертами, которым она поручается судом.

Приведенная норма закона не определяет, в какой форме оформляется поручение руководителя экспертных учреждений для производства экспертизы экспертами.

Проведение экспертизы в отношении ФИО3 поручено судом экспертам областной психиатрической больницы, что также соответствует требованиям части 1 ст. 84 ГПК РФ.

Таким образом, суд в силу ст. 67 ГПК РФ, признает заключение судебно-психиатрической комиссии экспертов от 15 ноября 2023 года № допустимым доказательством и принимает его за основу, поскольку оно в силу ч. 1 ст. 55 ГПК РФ является одним из видов доказательств. При этом суд оценивал заключение эксперта наравне с иными доказательствами по делу по правилам ст. 67 ГПК РФ. Суд полностью доверяет заключению экспертов, являющихся квалифицированными специалистами в области психиатрии и психологии, имеющими значительный стаж работы по специальности, находит его выводы обоснованными и убедительными, поскольку в судебном заседании не установлены какие-либо сведения, порочащие указанное заключение. 

Оценивая представленные доказательства в совокупности, суд полагает, что исковые требования ФИО3 обоснованы, и по основаниям пункта 1 ст. 177 Гражданского Кодекса Российской Федерации, подлежат удовлетворению.

В исковом заявлении истцом указывается, что отказ от обязательной доли наследства был ею совершен под влиянием обмана со стороны ответчика, обещавшего после оформления на себя наследства, заботиться о ней, а также вследствие заблуждения. Однако в судебном заседании стороной истца не предоставлены доказательства того, что отказ от наследства истцами был совершен под влиянием обмана ответчика либо существенного заблуждения истца. При таких обстоятельствах, отказ ФИО3 от обязательной доли наследства не может быть признан недействительным на основании ст.ст. 178, 179 Гражданского Кодекса Российской Федерации.

Разрешая требования ФИО3 к нотариусу ФИО4, суд учитывает, что в силу разъяснений положений законодательства, содержащихся в п. 95 Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 N 9 (ред. от 24.12.2020) «О судебной практике по делам о наследовании» при рассмотрении спора о праве, основанном на совершенном нотариальном действии, нотариус (уполномоченное должностное лицо), совершивший соответствующее нотариальное действие, привлекается к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельного требования относительно предмета спора. В связи с изложенным, в удовлетворении исковых требований ФИО3 к нотариусу ФИО4 следует отказать.

Руководствуясь ст. ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

исковые требования ФИО3 к ФИО1 удовлетворить.

Признать нотариальный отказ ФИО3 от принятия наследства после смерти Е.П.В., поданный нотариусу г. Орска Оренбургской области ФИО4 от 27 апреля 2023 года (запись в реестре №) недействительным.

Признать за ФИО3 право на обязательную долю в наследственном имуществе, оставшемся после смерти Е.П.В..

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к нотариусу ФИО4 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Оренбургский областной суд через Ленинский районный суд г. Орска Оренбургской области в течение одного месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме – 10 января 2024 года.

Судья Е.В. Клейн