П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Братск 26 декабря 2017 года

Братский районный суд Иркутской области в составе:

председательствующего судьи Иващенко О.А., единолично,

при секретаре Король Т.В.,

с участием: государственного обвинителя - старшего помощника прокурора Братского района Иркутской области Уткина Д.В., 

защитника - адвоката Адвокатского кабинета Адвокатской палаты Иркутской области Гурского П.И., предоставившего удостоверение № 3195 и ордер № 206 от 11.10.2017, 

подсудимого ФИО1,

потерпевшей ФИО4 №1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело № 1-175/2017 в отношении: 

ФИО1, родившегося **.**.**** в ..., гражданина РФ, зарегистрированного по адресу: ... проживающего по адресу: ..., с образованием 9 классов, холостого, несовершеннолетних детей и других иждивенцев не имеющего, официально не работающего, ранее судимого:

- 06 апреля 2015 года Чунским районным судом Иркутской области по ст. 111 ч. 1 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 3 года,

мера пресечения – домашний арест, избрана 24.08.2017, содержался под стражей в период с 17.09.2016 по 23.08.2017;

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст. 111 ч. 4 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 совершил умышленное особо тяжкое преступление против личности при следующих обстоятельствах.

В период времени с 16 часов до 18 часов 29 июля 2016 года между ранее знакомыми ФИО1 и ФИО4 № 2, находившимися в летней кухне, расположенной на территории домовладения по адресу: ..., произошла ссора, в ходе которой у ФИО1 на почве внезапно возникшей личной неприязни к ФИО4 № 2 возник преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО4 № 2 Реализуя возникший преступный умысел, ФИО1, осознавая общественную опасность и противоправность своих действий, находясь в вышеуказанное время в вышеуказанном месте, умышленно, с целью причинения тяжкого вреда здоровью ФИО4 № 2, не имея умысла на причинение ему смерти, нанес ФИО4 № 2 множественные, не менее пяти, удары своими руками в жизненно - важную часть тела человека – голову ФИО4 № 2 Своими умышленными преступными действиями ФИО1 причинил ФИО4 № 2 телесные повреждения в виде: черепно-мозговой травмы в форме ушиба головного мозга с субарахноидальными кровоизлияниями лобной и теменной долей справа и слева, с ликвором, окрашенным кровью в желудочках мозга, кровоизлияниями в мягкие покровные ткани головы в левой и правой теменных областях, лобной области справа и слева, ушибленной раной правой брови, кровоподтеками лобной области с переходом на область верхней и нижней челюстей слева, левую параорбитальную область, область носа и область подбородка слева, кровоподтеками верхней и нижней губы с кровоизлияниями в слизистую, кровоподтеком правой параорбитальной области, которая причинила тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. 

В результате умышленных преступных действий ФИО1 смерть ФИО4 № 2 наступила 03 августа 2016 года в 18 часов 40 минут в ОГБУЗ «Братская районная больница» Покоснинская участковая больница в результате черепно-мозговой травмы в форме ушиба головного мозга с субарахноидальными кровоизлияниями лобной и теменной долей справа и слева, с ликвором, окрашенным кровью в желудочках мозга, кровоизлияниями в мягкие покровные ткани головы в левой и правой теменных областях, лобной области справа и слева, ушибленной раной правой брови, кровоподтеками лобной области с переходом на область верхней и нижней челюстей слева, левую параорбитальную область, область носа и область подбородка слева, кровоподтеками верхней и нижней губы с кровоизлияниями в слизистую, кровоподтеком правой параорбитальной области, сопровождавшейся развитием отека и дислокации головного мозга в большое затылочное отверстие. 

При вышеуказанных обстоятельствах ФИО1, нанося удары ФИО4 № 2, с целью причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, не предвидел наступления общественно-опасных последствий своих действий в виде смерти ФИО4 № 2, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, наступление которых состоит в прямой причинно-следственной связи с его умышленными преступными действиями.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 свою вину в инкриминируемом ему деянии не признал и показал, что потерпевшего ФИО4 № 2 он не бил, к его смерти не имеет никакого отношения. В последнюю пятницу или субботу июля 2016 года, точно не помнит, он с другом ФИО2 №1 приезжал отцу на .... На момент приезда там находились его отец ФИО2 №10, ФИО4 № 2, ФИО18, и ФИО25, которые распивали спиртное в летней кухне. Ему не понравилось, что отец приводит домой посторонних, что они вместе пропивают дорогие вещи и запчасти, он дал им полчаса, чтобы друзья отца покинули дом. Через некоторое время в тот же день он с ФИО2 №1 снова приехал к отцу, но отец, ФИО4 № 2, ФИО18 и ФИО25 продолжали распивать спиртное. Ему стало обидно, он разозлился, что из дома пропадают вещи, что там распивают спиртное. Он сначала подошел к ФИО18, разбудил его, ФИО18 собрался и ушел. Потом он подошел к ФИО4 № 2. ФИО4 № 2 в этот момент лежал на полу, он приподнял его, пару раз похлопал его по щекам, нанес 2-3 пощечины по лицу, чтобы в чувство привести, он немного очнулся и пополз в сторону выхода из кухни. Он решил ему помочь, и вместе с ФИО2 №1 они взяли его за руки и ноги и вынесли за ограду на дорогу, где оставили. За всем происходящим на дороге наблюдала ФИО2 №2 После этого он и ФИО2 №1 уехали, и больше к отцу он не возвращался. ФИО4 № 2 он больше не видел. Другие показания на предварительном следствии давал под физическим и психическим принуждением.

В связи с существенными противоречиями, в порядке ст. 276 УПК РФ, исследованы путем оглашения показания, данные ФИО1 на предварительном следствии.

Допрошенный в качестве подозреваемого 17.09.2016 ФИО1 показал, что примерно в 15 часов 31.07.2016 ко нему домой приехал друг ФИО2 №1, вместе с ФИО2 №1 они поехали домой к отцу за зап.частью. Приехали они туда примерно в 15 час. 30 мин. 31.07.2016. В летней кухне на полу лежал ФИО4 № 2, рядом с ним находились ФИО18, ФИО25, фамилию не знает, и его отец. Они были в состоянии сильного алкогольного опьянения. Телесных повреждений у них не было. В летней кухне было грязно. Он сказал отцу прибраться в летней кухне, что он вернётся через 30 минут и проверит. Примерно в 16 час. 31.07.2016 он и ФИО2 №1 снова поехали к дому отца. В летней кухне было по-прежнему грязно. На стуле сидел ФИО18, отец и ФИО25 лежали на диване, ФИО4 № 2 сидел на полу. Он разозлился, что собутыльники отца не ушли, и решил выгнать их. Сначала он подошел к ФИО18, и волоком утащил на улицу, оставив на дороге. После этого подошел к ФИО4 № 2, который сидел на полу. Предположив, что ФИО4 № 2 нагрязнил в летней кухне, он сильно разозлился на него. Ладонью правой руки он стал бить ФИО4 № 2 по лицу слева и справа, нанес около 3 ударов, в виде пощечин. Он хотел, чтобы ФИО4 № 2 сам встал и ушел. Но ФИО4 № 2 не вставал. Тогда он разозлился на него и решил избить ФИО4 № 2. С этой целью он стал умышленно бить кулаком правой руки по лицу ФИО4 № 2, нанес не менее 5-6 ударов, удары попадали по лицу в область обоих глаз, носа, губ, подбородка, лба. ФИО4 № 2 сидел на полу, прислонившись спиной к кровати. От ударов у ФИО4 № 2 появилась кровь в области губ, а также кровь в области правой брови. Далее ФИО4 № 2 встал и неуверенной походкой пошел в сторону выхода. Когда ФИО4 № 2 подходил к выходу из летней кухни, он с силой ударил его ладонью в область затылка, и ФИО4 № 2 упал на пол, при этом правым боком упал на порог дверного проема летней кухни. Он перешагнул через лежавшего ФИО4 № 2, взял его за обе руки и волоком вытащил на улицу на проезжую часть улицы ..., где оставил на земле. ФИО4 № 2 остался лежать на земле, не вставал. Там он еще примерно 2 раза ударил ладонью по обеим щекам ФИО4 № 2, сказал, чтобы тот больше не приходил. На улице в тот момент стояла соседка - ФИО2 №2. После этого он с ФИО2 №1 поехал домой, и больше к отцу не приезжал (т. 1 л.д. 37-43).

К протоколу допроса приобщена схема (л.д. 44 том 1), на которой ФИО1 собственноручно изобразил расположение мужчин в летней кухне отца, как он тащил ФИО4 № 2 на улицу, и место, где его оставил на проезжей части. 

В дальнейшем свои показания ФИО1 воспроизвел в ходе проверки показаний на месте 17.09.2016, продемонстрировав при этом на манекене человека, какие конкретно действия он совершал в отношении ФИО4 № 2, каким образом наносил ему удары по лицу и голове своими руками, каким образом волоком вытащил за ограду дома (т. 1 л.д. 46-55).

В судебном заседании просмотрена видеозапись данного следственного действия. Суд убедился, что ФИО1 показания давал самостоятельно, добровольно, не путаясь в событиях и в обстановке на месте происшествия. При проведении проверки показаний на месте рядом с подозреваемым все время находились адвокат и понятые, применялись специальные средства видеофиксации. ФИО1 не только указал, где располагался ФИО4 № 2 на момент его прихода в летнюю кухню, но и несколько раз последовательно показал, как он своей правой и левой рукой нанес удары по голове ФИО4 № 2, как он его толкнул и тот упал, как он вытащил его волоком по тротуару за калитку и где оставил на проезжей части. Согласно просмотренной видеозаписи, подозреваемый ФИО1 показал, что он пришел на «разборки» к отцу 31 июля 2016 года, было 4 часа дня. ФИО1 продемонстрировал, что когда ФИО4 № 2 лежал на полу, он ударил его одной рукой в правую скулу лица, потом другой рукой – в левую скулу, затем кулаком нанес удар в лоб посередине. Когда ФИО4 № 2 поднялся, он ладонью ударил его по затылку, отчего ФИО4 № 2 упал на порог летней кухни. После просьбы следователя конкретизировать действия и еще раз показать локализацию ударов, ФИО1 показал, что когда ФИО4 № 2 лежал на полу, он два раза его ударил ладонями по обеим щекам, когда ФИО4 № 2 приподнялся и облокотился на кровать, он ему нанес удары по лицу кулаком, а именно: по правой щеке, по левой щеке и в лоб посередине. ФИО4 № 2 поднялся, он ударил его по затылку, и тот упал на живот и ударился грудью, правым боком, о порог. Потом ФИО1 показал, как перешагнул ФИО4 № 2, взял за руки и вытащил из летней кухни, при этом ФИО4 № 2 перевернулся на спину, потом он взял за его ноги и стал волочить его за ограду дома, при этом ФИО4 № 2 уже животом лежал на земле. Когда он дотащил его до дороги, перевернул на спину и нанес ему еще два удара ладонями по обеим щекам. 

При допросе в качестве обвиняемого 18.09.2016 (т. 1 л.д. 85-88) ФИО1 вину в совершении преступления, предусмотренного ст. 111 ч. 4 УК РФ, признал полностью и показал, что 31 июля 2016 года, находясь в летней кухне по адресу: ..., он умышленно нанес множественные удары кулаками обеих рук, а также ладонями обеих рук по лицу, голове ФИО4 № 2, волоком утащил его из летней кухни на улицу, где оставил на проезжей части рядом с домом. Удары по голове ФИО4 № 2 он наносил умышленно, но не думал, что ФИО4 № 2 умрет, полагал, что он выспится, протрезвеет. Своими ударами он хотел наказать ФИО4 № 2, причинить ему физическую боль, поскольку он злоупотреблял спиртное с его отцом ФИО2 №10, пропивал имущество его отца. Перед тем, как он избил ФИО4 № 2 31.07.2016, телесных повреждений у ФИО4 № 2 не было. Он ударил ФИО4 № 2 кулаками обеих рук не меньше 7 раз по лицу и голове, а также ладонями обеих рук ударил по голове ФИО4 № 2 не меньше 5 раз. 

В дальнейшем при допросах в качестве обвиняемого (т. 2 л.д. 58-61, 85-88, 157-160) ФИО1 показания давать отказался на основании ст. 51 Конституции РФ. 

После оглашения вышеназванных показаний и после просмотра видеозаписи проверки показаний на месте подсудимый ФИО1 пояснил, что их дача обусловлена физическим воздействием на него со стороны сотрудников уголовного розыска и психическим воздействием в виде принуждения подписывать протоколы следственных действий со стороны следователя. Тексты протоколов допроса уже были набраны на компьютере, он их только подписал. Настаивал, что ФИО4 № 2 он не избивал, дал признательные показания под давлением, и в отсутствие адвоката Ветошникова Е.В. На проверке показаний на месте он рассказал все, как было на самом деле, поскольку он действительно приезжал к отцу и выгонял его друзей. Но следователь сказал рассказывать, как все было, но к показаниям добавить, что он якобы избивал ФИО4 № 2, чего на самом деле не было. Он не отрицает, что приезжал к отцу, видел пьяную компанию, разозлился, выгнал ФИО18, похлопал по щекам ФИО4 № 2, чтобы привести его в чувство, потом вместе с ФИО2 №1 вытащил ФИО4 № 2 за ограду дома, оставив его на дороге. Но он не подтверждает те обстоятельства, в которых говорится, что он избивал ФИО4 № 2, такие показания он давал под давлением сотрудников правоохранительных органов. 

Вместе с тем, несмотря на позицию подсудимого в судебном заседании, суд пришел к выводу о виновности подсудимого ФИО1 в совершении преступления при обстоятельствах, изложенных выше в описательной части приговора, как на основании его показаний, данных на предварительном следствии, в той части, в которой они согласуются между собой и с другими доказательствами по делу, так и следующей совокупности исследованных в судебном заседании доказательств. 

Потерпевшая ФИО4 №1 суду показала, что ФИО4 № 2 был ее братом. 01.08.2016 ей позвонила сестра и рассказала, что ей звонил ФИО2 №4 - двоюродный брат, и сообщил, что ФИО4 № 2 избили. Вечером она сама позвонила ФИО2 №4, и ФИО2 №4 рассказал, что ранним утром в воскресенье он забрал избитого ФИО4 № 2 от дома ФИО2 №2, и на его вопрос, кто тебя побил, ФИО4 № 2 сказал, что его избил ФИО1. Она уточнила у ФИО2 №4, какой именно ФИО1 – старший или младший, брат сказал, что «малой ФИО1». ФИО2 №4 отвез ФИО4 № 2 домой, проведал его на следующий день, но ФИО4 № 2 стало хуже. Она знает, что 02.08.2016 ФИО4 № 2 осматривала фельдшер, а 03.08.2016 ФИО4 № 2 привезли в Братскую районную больницу, осмотрели, но не приняли, и по дороге в Покоснинскую участковую больницу ее брат умер. На похоронах ФИО4 № 2 она лично разговаривала с ФИО18, и тот ей сообщил, что ФИО1 избивал их, вытащил волоком за ограду на дорогу, он ушел домой, а ФИО4 № 2 остался лежать на дороге. Также со слов жителей села Тэмь, ФИО4 № 2 видели в четверг или пятницу лежащим на проезжей части возле дома отца ФИО2 №10 Она думает, что ФИО4 № 2 вернулся к ФИО2 №10, так как сам не смог бы дойти до дома по состоянию здоровья. На момент случившегося ФИО4 № 2 жил на пенсию, которую пропивал.

Несогласия с показаниями потерпевшей ФИО4 №1 подсудимый ФИО1 в судебном заседании не высказал.

ФИО2 ФИО2 №4 суду показал, что ФИО4 № 2 приходился ему двоюродным братом. В последнее воскресенье в конце июля 2016 года ему позвонила жительница села Тэмь ФИО2 №2 и попросила приехать, забрать ФИО4 № 2, который избитый сидел на лавке возле ее дома. Он приехал, ФИО4 № 2 сидел на лавочке, весь избитый - щека сильно была опухшая, бровь рассечена, на плече ссадины, еще были кровоподтеки и синяки, выступила сукровица. Он спросил у ФИО4 № 2, что с ним произошло, тот сказал, что его избил ФИО1 «малой». Больше ничего не сказал, так как у него была смазанная речь. Он отвез его домой, где и оставил. Приехав к себе домой, он рассказал обо всем супруге, та вызвала фельдшера ФИО2 №5 Супруга с фельдшером ходили к ФИО4 № 2, снимали побои, потом позвонили участковому полиции. Подробностей ему неизвестно. Позже, когда ФИО4 № 2 хоронили, ФИО18 показывал, какие у него телесные повреждения остались от того, как его и ФИО4 № 2 избил М. ФИО1, ФИО18 говорил, что все это произошло в доме ФИО2 №10 за 8-9 дней до похорон ФИО4 № 2 

ФИО2 ФИО2 №15 суду показала, что число она точно не помнит, но летом 2016 года примерно в 8 часов утра мужу позвонила ФИО2 №2 и сообщила, что возле ее дома на лавочке лежит избитый ФИО4 № 2, попросила увезти его домой. ФИО2 №4 поехал, забрал ФИО4 № 2 и отвез его домой. Вернувшись, муж пояснил, что ФИО4 № 2 сильно избит. На следующий день она и фельдшер ФИО2 №5 пошли до ФИО4 № 2 проверить самочувствие и снять побои. Зайдя в дом, ФИО4 № 2 сидел на полу, руки все были в синяках, левый глаз был сильно затекший, даже не открывался. Она стала его расспрашивать, что произошло, но ничего внятного он не мог пояснить, речь была несвязная, только мычал. ФИО2 №5 его осмотрела, и они ушли. На следующий день они с мужем опять приехали к ФИО4 № 2, ему стало хуже. На третий день ФИО2 №5 вызвала скорую помощь, и ФИО4 № 2 увезли в больницу. Муж ей не рассказывал, кто избил ФИО4 № 2 Но ФИО3 на похоронах ФИО4 № 2 рассказывал, что ФИО1 молодой» выгнал их обоих из дома отца и побил, при этом ФИО18 демонстрировал свою спину, где у него были ссадины. 

ФИО2 ФИО2 №2 суду показала, что она проживает напротив дома отца ФИО1 29 июля 2016 года, в пятницу, примерно в 16-17 часов, она вышла за калитку и увидела, что возле палисадника на дороге лежит один человек, а второй человек лежит на проезжей части, на дороге. Также на дороге стоял ФИО1, а рядом с ним еще один молодой человек, и трактор. Она подошла к палисаднику, увидела, что там лежал ФИО18, а смотреть, кто лежал на проезжей части, она не пошла, но по внешности - это был ФИО4 № 2 ФИО1 стал ругаться на нее, что она не сообщила ему о пьянке у отца, и она зашла к себе. В этот же день, примерно в 20 часов, она выходила на дорогу, но там уже никого не было. 31 июля 2016 года, около 8 часов утра, она вышла за ограду и увидела, что на лавочке возле ее дома сидит ФИО4 № 2, в трусах, майке, лицо у него было побитое и опухшее, была очень большая гематома на щеке, потеки на лице, синяки. Она позвонила его брату ФИО2 №4, и тот забрал ФИО4 № 2 

Подсудимый ФИО1 подтвердил суду правильность показаний свидетеля, подтвердил, что действительно ФИО2 №2 видела именно его 29 июля 2016 года около 16-17 часов около дома отца, был он с другом ФИО2 №1

ФИО2 ФИО2 №3 суду показал, что последний раз он видел ФИО4 № 2 в выходной день, в конце июля 2016 года. Рано утром супруга выгоняла корову, а ФИО4 № 2 сидел возле их дома на лавке. У ФИО4 № 2 было лицо побитое, опухшее, на руке короста, синяки были, и одет он был в майку. Также за два дня до этого он видел ФИО4 № 2, как тот лежал на проезжей части возле их дома, он ехал с работы домой, времени было около 18 часов, и возле ворот дома ФИО2 №10, прямо на дороге, лежал ФИО4 № 2 Были ли на нем телесные повреждения, он не разглядывал, все внимание было только на дорогу, чтобы не задавить его.

ФИО2 ФИО2 №5 суду показала, что она работает в Тэмьском фельдшерско-акушерском пункте. В субботу 30 июля 2016 года сестра ФИО18 – ФИО2 №16 рассказала ей, что в пятницу М. ФИО1 «молодой» избил ее брата и ФИО4 № 2, что ФИО4 № 2 остался на дороге возле дома Т-ных в одних трусах, а побитый ФИО18 прибежал домой. В понедельник 01.08.2016 ей позвонила ФИО2 №15 и попросила сходить домой к ФИО4 № 2 и зафиксировать у него побои. Она сказала, что его избил подсудимый М. ФИО1. После обеда 01.08.2016 они вместе пришли домой к ФИО4 № 2, тот лежал на кровати, находился в алкогольном опьянении. ФИО4 № 2 стал их выгонять, говорить, что его никто не бил, никаких жалоб у него нет. Она осмотрела ФИО4 № 2 внешне, порекомендовала отвезти его в больницу на более полный осмотр к хирургу. На момент осмотра у ФИО4 № 2 были гематома под глазом, бровь рассечена, ссадины на руках, на плече, ребра болели, думает, что там были переломы. Поскольку гематома на лице была выраженная, было видно, что телесные повреждения уже трехдневные, не свежие, она сделала вывод, что телесные повреждения были давностью примерно с пятницы. На следующий день 02.08.2016 она снова пришла к ФИО4 № 2, состояние его здоровья ухудшилось. Если в первый день он вел себя активно, разговаривал со ней, отвечал на вопросы четко, то во второй день он стал заторможенным. Все свои действия она отражала в карте амбулаторного больного, которую потом изъял участковый полиции. Утром 03 августа 2016 года она повезла ФИО4 № 2 в больницу, но травматолог его осмотрел и отправил его домой. По договоренности его повезли для госпитализации в Покоснинскую участковую больницу, где он умер. 

В целях объективности, с судебном заседании с участием свидетеля ФИО2 №5 в порядке ст. 284 УПК РФ исследованы вещественные доказательства: карта травматика *** на имя ФИО4 № 2, медицинская карта амбулаторного больного ФИО4 № 2, **.**.**** года рождения.

После исследования вещественных доказательств свидетель ФИО2 №5 показала, что медицинскую карту амбулаторного больного составляла она, а карту травматика *** составляли в Братской районной больнице. В медицинской карте амбулаторного больного имеются ее записи, в частности фраза, что избил ФИО1 29 или 31 июля 2016 года. При осмотре ФИО4 № 2 она неоднократно задавала ему вопросы, били ли его, кто его побил, и бил ли его ФИО1, на что ФИО4 № 2 отвечал «да», но тут же говорил, что «нет». Фразу об избиении ФИО4 № 2 ФИО1 она записала со слов ФИО2 №16 и ФИО2 №15 

ФИО2 ФИО2 №16 суду показала, что ФИО18 был ее родным братом, на сегодняшний день он умер. Летом 2016 года после обеда к ней подбежали двое мальчишек и сказали, что ее брат лежит избитым на дороге около дома ФИО1 по .... Она прибежала туда, увидела, что у брата с уха шла кровь, были гематомы на лице и на спине, как от волочения по земле. Он лежал возле дома ФИО2 №10 на обочине, там же остался лежать ФИО4 № 2, прямо на проезжей части, но к нему она не подходила, его не разглядывала. Она разговаривала с братом по поводу случившегося, тот рассказал, что они сидели у ФИО2 №10, выпивали, затем вместе с ФИО4 № 2 уснули. Брат проснулся от того, что его кто-то пинает, потом его вытащили на улицу, а что происходило дальше, он не помнит, так как потерял сознание. Он сказал, что его бил «молодой» ФИО1 и двое неизвестных ему парней. 

ФИО2 ФИО2 №1 суду показал, что подсудимый ФИО1 – его друг с детства. В конце июля 2016 года по просьбе ФИО1 он приехал к нему домой, чтобы разобрать крышу старого навеса. В процессе разборки понадобилась зап.часть для трактора, и они поехали к его отцу за зап.частью. Приехав к отцу, там было четверо человек в сильном алкогольном опьянении, которых М. попросил уйти. Примерно через час они снова вернулись в дом к отцу, но никто никуда не ушел. М. это рассердило, он решил помочь всем удалиться из дома отца. ФИО1 сделал ФИО4 № 2 пару хлопков по щекам, чтобы привести его в чувство, так как ФИО4 № 2 находился в сильном опьянении, но не бил его. Потом помог ему выйти за ограду, и тот остался лежать на проезжей части, а они уехали.

Будучи допрошенным на стадии предварительного следствия, свидетель ФИО2 №1 давал другие показания, которые были оглашены судом в порядке ст. 281 УПК РФ в связи с существенными противоречиями.

Согласно протоколу допроса свидетеля ФИО2 №1 (том 1 л.д. 115-120), примерно в 15 часов дня в конце июля 2016 года он приехал с. Тэмь к ФИО1 домой. У ФИО1 дома не оказалось шланга от гидравлики трактора, и они поехали на тракторе к его отцу - ФИО2 №10 на ...2, время было примерно 15 час. 30 мин. Они прошли к летней кухне, где были дядя ФИО2 №10, ФИО18, ФИО4 № 2 и еще один мужчина, все в состоянии сильного алкогольного опьянения. ФИО1 стал ругаться, сказал присутствующим, чтобы они прибрались, что он вернется через полчаса и проверит, после чего они уехали домой к ФИО1. Примерно в 16 часов они снова поехали к дяде М., прошли к летней кухне. Он остался возле дверей, а ФИО1 вошел. Там ФИО1 стал громко возмущаться, его состояние было очень возбужденное и агрессивное, было видно, что он очень разозлен. ФИО18 на четвереньках медленно выполз из летней кухни, и ФИО1 за руку потащил ФИО18 волоком на улицу. После этого ФИО1 вернулся в летнюю кухню и подошел к лежавшему на полу ФИО4 № 2. Он склонился к ФИО4 № 2, и послышались громкие хлопки, как от ударов ладонью по щекам, также он увидел, что ФИО1 замахивается рукой, как для удара. Затем ФИО1 привел в чувство ФИО4 № 2, тот встал на четвереньки, медленно пополз к выходу из летней кухни, и тогда он увидел, что у ФИО4 № 2 идет кровь из носа и с области губ, а до этого крови на лице ФИО4 № 2 не было. ФИО1 разозлило, что ФИО4 № 2 ползет медленно, он ногой с силой толкнул ФИО4 № 2 по ягодицам, и ФИО4 № 2 стал падать вниз грудью, ударился грудью и правым боком о дверной порог летней кухни. После этого ФИО1 вышел из летней кухни, обеими руками взял за руки ФИО4 № 2 и вытащил его из летней кухни волоком на улицу, где оставил на проезжей части. В этот момент на улице стояла соседка ФИО2 №2. Затем ФИО1 еще пару раз ударил ладонью по щекам ФИО4 № 2, и они уехали. 

Кроме того, в судебном заседании в связи с имеющимися противоречиями в показаниях свидетеля ФИО2 №1 оглашен протокол проверки показаний на месте с его участием (том № 1 л.д. 144-152), и просмотрена видеозапись проверки показаний на месте с участием свидетеля ФИО2 №1

Согласно протоколу проверки показаний на месте, свидетель ФИО2 №1 непосредственно около летней кухни во дворе дома по ..., рассказал, что когда ФИО1 начал будить ФИО4 № 2, тот лежал на полу. ФИО1 приподнял ФИО4 № 2 спиной к кровати, потом начал наносить удары пощечинами по лицу ФИО4 № 2. Он ударов не видел, но видел замахи и слышал щелчки от пощечин. Когда ФИО4 № 2 пополз к выходу, ФИО1 толкнул его. Тот упал грудью на порог, и ФИО1 волоком вытащил его за руки за калитку, где дал еще пару пощечин по лицу. 

После оглашения показаний на предварительном следствии свидетель ФИО2 №1 не подтвердил их в той части, что ФИО1 наносил ФИО4 № 2 удары, замахивался на ФИО4 № 2 для нанесения удара, а также в части того, что ФИО1 волоком вытащил ФИО4 № 2 за ограду дома, что он видел кровь на его лице. ФИО2 ФИО2 №1 объяснил противоречия тем, что следователь убедил его, что такие показания будут лучше для М., и это смягчит его положение. Он настаивает, что в тот день, когда у ФИО1 и ФИО4 № 2 был инцидент, никакого криминала не произошло, никто никого волоком по земле не волочил, никто никого не бил. 

Несмотря на изменение свидетелем ФИО2 №1 своих первоначальных показаний, просмотрев видеозапись проверки показаний на месте с участием данного гражданина, суд убедился, что свидетель ФИО2 №1 давал показания на предварительном следствии свободным рассказом, в присутствии понятых, после разъяснения процессуальной обязанности давать правдивые показания, после предупреждения об уголовной ответственности за дачу ложных показаний. На видео видно, что ФИО2 №1 ориентируется в пространстве и времени, при помощи манекена человека демонстрирует, как лежал ФИО4 № 2, когда к нему подошел ФИО1 – головой к дивану и ногами к выходу. Потом свидетель повествует, что он слышал достаточно громкие пощечины и видел взмахи руками, видел, как ФИО1, крича, швырнул ФИО4 № 2 к выходу, а потом волоком протащил за ограду, где оставил, дав еще пару пощечин. Он видел у ФИО4 № 2 кровь со щеки или носа. При этом какого-либо вмешательства следователя в ход рассказа ФИО2 №1 на видео не зафиксировано.

Кроме того, согласно протоколу очной ставки между свидетелем ФИО2 №1 и обвиняемым ФИО1 от 11.10.2016 (л.д. 197-203 том 1), свидетель ФИО2 №1 еще раз показал, что примерно в 16 часов он и ФИО1 второй раз поехали к отцу ФИО1 На момент приезда ФИО4 № 2 лежал на полу, головой к кровати, ногами к выходу. ФИО1 стал громко возмущаться, потом волоком вытащил за руку ФИО18 на улицу, и вернулся в летнюю кухню. Он склонился к лежавшему на полу ФИО4 № 2, и послышались громкие хлопки, как от ударов ладонью по щекам, и он увидел, что ФИО1 замахивается рукой, как для удара. Когда ФИО4 № 2 медленно пополз к выходу из летней кухни, он увидел, что у ФИО4 № 2 кровь, которая шла из носа и из области губ. Показания свидетеля ФИО2 №1 на очной ставке обвиняемый ФИО1 полностью подтвердил (л.д. 201 том 1). При этом на уточняющие вопроса защитника адвоката Гурского П.И. свидетель ФИО2 №1 показал, что он видел замахи рукой со стороны ФИО1, а именно замах ладонью руки, и он слышал 5-6 звуков ударов в летней кухне и два удара на улице. На эти показания свидетеля ФИО2 №1 обвиняемый ФИО1 замечаний не высказал.

Учитывая стабильные показания свидетеля ФИО2 №1 на предварительном следствии, которые он подтвердил на очной ставке с обвиняемым ФИО1 в присутствии избранного им адвоката Гурского П.И., подтвердил на проверке показаний на месте, суд критически расценивает показания свидетеля ФИО2 №1 в судебном заседании как недостоверные, данные из ложного чувства товарищества, с целью помочь другу детства ФИО1 избежать уголовной ответственности за содеянное. Суд не принимает их как доказательство, основывая приговор именно на показаниях ФИО2 №1 на предварительном следствии, как подтверждённых другой совокупностью доказательств. 

Суд приходит к выводу, что оснований для оговора подсудимого свидетелем ФИО2 №1 в период предварительного следствия не имелось, так как ФИО2 №1 неоднократно разъяснялись права, предусмотренные ст.56 УПК РФ, ст.51 Конституции РФ, в том числе разъяснялось, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и в случае последующего отказа от этих показаний. Достоверность сведений, внесенных в протоколы со слов свидетеля ФИО2 №1 в период предварительного следствия, подтверждены соответствующими записями в протоколах, выполненными собственноручно и заверены личными подписями свидетеля. Показания свидетеля ФИО2 №1, данные при производстве предварительного расследования, полностью подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, в том числе признательными показаниями подозреваемого ФИО1

ФИО2 ФИО2 №6 суду показал, что ему как участковому полиции 01.08.2016 от фельдшера села Тэмь ФИО2 №5 стало известно, что в селе избили ФИО4 № 2, что родственники забрали ФИО4 № 2 избитого с улицы и привезли домой. Фельдшер сказала, что осмотрела его, ФИО4 № 2 отказался от какой-либо помощи, не говорит, что с ним произошло. 03.08.2016 он сам приехал рано утром к ФИО4 № 2, тот находился в спальне, лежал на кровати, но на вопрос, что с ним произошло, ФИО4 № 2 отказался отвечать, отказался писать заявление и ехать в больницу, повторял, что ничего говорить не будет. На момент приезда у ФИО4 № 2 была опухшая голова, были ссадины на теле и лице, при разговоре несвязная, неадекватная речь. Когда ему стало известно, что ФИО4 № 2 умер, он забрал все медицинские документы ФИО4 № 2 у фельдшера. Он лично разговаривал с родственником ФИО4 № 2 - ФИО2 №4, тот рассказал, что «малой» ФИО1 пришел домой к отцу и разогнал всех, выгнал их всех на улицу, и что со слов ФИО4 № 2, его избил «молодой» ФИО1 и бросил на дороге. Кроме того, он разговаривал с ФИО1 перед проверкой показаний на месте, когда того привезли в деревню, последний сам факт избиения ФИО4 № 2 не отрицал, но говорил, что он бил несильно.

Согласно оглашенных по согласию сторон показаний свидетеля ФИО2 №7 (том 2 л.д. 126-128), в конце июля 2016 года она была вместе с ФИО1 в с. Тэмь Братского района Иркутской области. В один из дней к ФИО1 приехал его друг ФИО2 №1, с которым они ездили до дома отца ФИО1 – ФИО2 №10 После их приезда ФИО1 рассказывал, что он кого-то выгнал из дома своего отца. 

По оглашенным показаниям свидетеля ФИО2 №7 подсудимый ФИО1 замечаний не имел.

Кроме свидетелей со стороны обвинения в судебном заседании допрошены дополнительные свидетели со стороны защиты – все они родственники и друзья подсудимого ФИО1

ФИО2 ФИО2 №10, 

<

данные изъяты>, суду показал, что в период с 29 по 31 июля 2016 года 

<

данные изъяты> М. приходил к нему со своим другом ФИО2 №1. В тот момент у него в летней кухне были ФИО18, ФИО4 № 2 и друг из села Илир, они распивали спиртное. ФИО4 № 2 попросил Мишу отвезти его домой, они вышли из дому, и больше он их не видел. В его присутствии никто никого не бил.

ФИО2 ФИО2 №8, 

<

данные изъяты>, суду показала, что 

<

данные изъяты> к смерти ФИО4 № 2 не причастен. В июле 2016 года М. приехал с вахты домой обожжённый, принялся разбирать старую крышу, и на помощь позвал друга ФИО2 №1. Разбирая крушу, им понадобился трактор, но у М. не хватало какой-то запчасти, и тогда они вместе поехал до отца ФИО2 №10 Вернувшись, сын рассказал, что в доме у отца ФИО4 № 2, ФИО18 и мужчина с села Илир выпивают, что они пропили запчасти от трактора. М. разозлило, что у отца постоянно пьянки, и пропадают вещи, и тогда он вывел из дома ФИО4 № 2 и ФИО18 За этим всем наблюдала соседка ФИО2 №2, которая ей лично рассказывала потом, что М. никого не бил.

ФИО2 ФИО2 №13, сестра подсудимого, суду показала, что 29 июля 2016 года, в последнюю пятницу, она с мужем приехала в село Тэмь. По дороге они заехали к отцу, в ограде сидели ФИО4 № 2 и ФИО18, пьяные, отца не было. Приехав домой, время было примерно 3-4 часа, она рассказала об этом матери и брату М., тот удивился, почему они до сих пор не ушли. После обеда М. с ФИО2 №1 разбирали крышу, они с мамой красили забор. Ближе к вечеру, примерно в 7 часов, когда она красила забор, по улице шел отец с ФИО4 № 2, просили у ней деньги на алкоголь, но она не дала. В тот день М. ездил к отцу один раз с ФИО2 №1 на тракторе, и было это до ее приезда.

ФИО2 ФИО2 №14, родственник ФИО1, суду показал, что в конце июля 2016 года он со своей семьей приехал в село Тэмь Братского района к тете ФИО2 №8. Они приехали до обеда, дома собрались, пообедали и поехали на берег, где находились до обеда следующего дня. ФИО1 все время находился с ними, никуда не отлучался.

ФИО2 ФИО2 №9, сестра подсудимого, суду показала, что в конце июля 2016 года, в субботу, она приезжала в село Тэмь Братского района к маме вместе с двоюродной сестрой, ее мужем ФИО2 №14 и двумя детьми. Приехали они ближе к обеду, пообедали и собрались ехать на берег отдыхать. Накануне в пятницу к маме приехала сестра ФИО2 №13 со своим мужем. ФИО1 все время был с ними, никуда с берега не уходил, в ее присутствии к отцу не ездил. Брат рассказывал, что ездил к отцу в пятницу или четверг, папа ушел в загул, дома грязь, пьянство, М. выгнал из дома ФИО4 № 2, ФИО18, и мужчину из пос. Прибрежного. 

ФИО2 ФИО2 №12, друг подсудимого, суду показал, что в конце июля 2016 года он видел ФИО1, тот приезжал брать пилу. Более точную дату он не помнит. В момент приезда ФИО1 рассказывал, что пришел к отцу, а там сидит пьяная компания, среди которой был ФИО4 № 2 М. разогнал всех по домам. В этот же день или на следующий день он видел ФИО4 № 2 и ФИО18, которые приходили к нему и просили дать в долг. 

ФИО2 ФИО17, 

<

данные изъяты>, суду показал, что в последнюю пятницу июля 2016 года он с супругой приехал в село Тэмь к теще. По пути заехали к тестю ФИО2 №10, но его не было, были в ограде какие-то мужчины. ФИО1 был дома, о конфликтах с ФИО4 № 2 ничего не рассказывал. В ФИО2 №16 все вместе поехали на берег отдыхать, и ФИО1 никуда не отлучался.

Давая оценку показаниям свидетелей защиты, суд обращает внимание, что часть из них (показания свидетелей ФИО2 №14, ФИО17) не несут в себе информации, относимой к рассматриваемому уголовному делу. То обстоятельство, что подсудимый ФИО1 уехал вместе с родственниками в субботу 30 июля 2016 года на берег, и оттуда не отлучался, не опровергает доводов обвинения, что 29.07.2016 он ездил в дом к отцу, где причинил телесные повреждения ФИО4 № 2

Показания свидетелей ФИО2 №8, ФИО2 №10, ФИО2 №9, ФИО2 №13 наоборот подтверждают предъявленное обвинение в той части, что действительно в пятницу 29.07.2016 ФИО1 ездил вместе с ФИО2 №1 в дом к отцу, откуда выгнал ФИО4 № 2 и ФИО19 обстоятельство, что указанные свидетели не повествуют подробности, каким образом ФИО1 выгонял ФИО4 № 2, суд объясняет тем, что сами они не были свидетелями этого, с одной стороны, с другой стороны, в случае со свидетелем ФИО2 №10, - он как отец подсудимого, находясь на месте преступления, умалчивая о фактах, тем самым пытается смягчить степень ответственности сына, говоря такие обстоятельства, что ФИО4 № 2 сам попросил ФИО1 отвести его домой, о которых не говорит даже подсудимый. А наличие противоречий между показаниями свидетеля ФИО2 №10, который говорил суду, что после ухода с ФИО1 он ФИО4 № 2 не видел, и свидетеля ФИО2 №13, которая повествовала, что она видела в семь часов вечера в пятницу, то есть 29.07.2016, около дома матери вместе отца ФИО2 №10 и ФИО4 № 2, свидетельствует в пользу недостоверности их показаний.

Не опровергает предъявленного обвинения и показания свидетеля ФИО2 №12, у которого подсудимый ФИО1 в конце июля 2016 года брал пилу и рассказывал, что выгнал из дома отца пьющих друзей, и после этого разговора он видел у магазина ФИО4 № 2 и ФИО18, поскольку этот свидетель не смог назвать точную дату описываемых событий, не смог с уверенностью сказать, а были ли на лице ФИО4 № 2 телесные повреждения. Из показаний свидетеля ФИО2 №16 следует, что она забрала брата ФИО18 с дороги домой, следовательно, вечером того же дня он не мог ходить с ФИО4 № 2 по деревне. 

Таким образом, анализируя показания свидетелей защиты, суд не находит их опровергающими доводы стороны обвинения. Показания свидетелей защиты не поставили под сомнение виновность подсудимого ФИО1 в совершении преступления.

Помимо исследованных показаний свидетелей обвинения и частично показаний свидетелей защиты, виновность подсудимого ФИО1 подтверждается письменными доказательствами, представленными стороной обвинения.

Согласно сообщению о преступлении (л.д. 6 том 1), заведующая Покоснинской участковой больницы ФИО20 04.08.2016 в 09-10 сделала сообщение, что 03.08.2016 около 18 час. скончался ФИО4 № 2. 

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 04.08.2016 – палаты № 4 Покоснинской участковой больницы по ул. Южной в с. Покосное Братского района, там находится труп ФИО4 № 2. На трупе имеются телесные повреждения на голове, множественные ушибы мягких тканей лица, синяки и ссадины в области глаз, под правым глазом имеется рвано-ушибленная рана (том 1 л.д. 9).

Согласно протоколу задержания ФИО1 в качестве подозреваемого от 17.09.2016 (том 1 л.д. 28-30), он был задержан по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ст. 111 ч. 4 УК РФ в отношении ФИО4 № 2, с задержанием был согласен, о чем сделал собственноручно запись.

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 17.09.2016 – помещения летней кухни и огорода по адресу: ..., вход во двор осуществляется через деревянную калитку, от которой вглубь двора ведет деревянный тротуар из досок. Пройдя по тротуару, слева находится деревянная одноэтажная летняя кухня размером 3 на 3 метра, где расположены: печь кирпичной кладки, кровать односпальная, стол, 2 стула. Входная дверь летней кухни имеет высокий дверной порог. Следов крови, борьбы на момент осмотра не обнаружено (том 1 л.д. 56-63).

На основании постановления следователя протоколом выемки от 19.09.2016 в Братском отделении СМЭ изъят образец крови от трупа ФИО4 № 2, который осмотрен и признан вещественным доказательством по делу (л.д. 100-101, 102-104, 164-165, 166 том 1).

На основании постановления следователя протоколом выемки от 14.12.2016 в ОГБУЗ «Братская районная больница» изъяты медицинские документы на имя ФИО4 № 2, а именно: медицинская карта амбулаторного больного *** (л.д. 243-244, 245-247 том 1). При ее осмотре установлено, что она состоит из двух карт под одним номером ***: 1) формата А5 из 30 листов, 2) формата А5 из 5 листов, в том числе в ней вклеена Форма протокола установления смерти личности, из которой следует, что смерть ФИО4 № 2 наступила в 18 часов 40 минут 03.08.2016 после реанимационных мероприятий. Медицинские карты приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств (л.д. 248-250, 251 том 1).

Кроме того, в рамках судебного следствия, до возвращения настоящего уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ судом осмотрены и признаны вещественными доказательствами еще две медицинские карты на имя ФИО4 № 2 Согласно протоколу судебного заседания от 12.05.2017, государственным обвинителем для исследования и приобщения представлены: Медицинская карта амбулаторного больного на имя ФИО4 № 2, данная карта заведена ФАП с. Тэмь Братского района, первая запись в карте сделана 23.03.2016 года, последняя запись 03.08.2016; Карта травматика *** на имя ФИО4 № 2, **.**.**** года рождения, данная карта заведена Братской районной больницей, записи в карте составлены 03.08.2016. Медицинские карты исследованы и признаны вещественными доказательствами (том 4 л.д. 31-31 оборот). 

На основании постановления УУП ОП № 5 МУ МВД России «Братское» ФИО26 от 04.08.2016 (л.д. 164 том 2) в рамках проведения доследственной проверки по факту смерти ФИО4 № 2 проводилась судебно-медицинская экспертиза трупа.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № 1658 от 15.09.2016 смерть гр. ФИО4 № 2 наступила в результате закрытой черепно-мозговой травмы: кровоподтек в лобной области, верхней и нижней челюсти слева, левой параорбитальной области, спинки носа и подбородочной области слева, в правой параорбитальной области, кровоподтеки в области нижней губы и верхней губы посередине, кровоизлияния со стороны слизистой верхней и нижней губы, ушибленная рана в области правой бровной дуги, кровоизлияния в кожно-мышечный лоскут головы в лобно-теменных областях, диффузные бледно-красные кровоизлияния под мягкую мозговую оболочку и вещество головного мозга (акт судебно-гистологического исследования № 4785 от 30.08.2016). При исследовании трупа обнаружены следующие повреждения: А) Закрытая черепно-мозговая травма: кровоподтек в лобной области, верхней и нижней челюсти слева, левой параорбитальной области, спинки носа и подбородочной области слева, в правой параорбитальной области, кровоподтеки в области нижней губы и верхней губы посередине, кровоизлияния со стороны слизистой верхней и нижней губы, ушибленная рана в области правой бровной дуги, кровоизлияния в кожно-мышечный лоскут головы в лобно-теменных областях, диффузные бледно-красные кровоизлияния под мягкую мозговую оболочку и вещество головного мозга, осложнившаяся отеком-набуханием головного мозга. Указанное повреждение оценивается как причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, состоит в причинной связи со смертью потерпевшего и могло образоваться в результате многократных ударов тупым твердым предметом (предметами). Срок давности причинения данного повреждения может соответствовать свыше 4 суток назад к моменту наступления смерти потерпевшего. Учитывая степень выраженности трупных изменений, смерть гр. ФИО4 № 2 наступила около 2-х суток назад ко времени исследования трупа в морге (л.д. 169-174 том 2).

Выводы эксперта основаны на наружном и внутреннем исследовании трупа ФИО4 № 2 и на акте судебно-гистологического исследования № 4785 от 30.08.2016. Достоверность данных вскрытия трупа ФИО4 № 2, правильность отражения в исследовательской части экспертизы описания обнаруженных внешних и внутренних повреждений, никем из участников процесса не оспаривалось. У суда также нет оснований сомневаться в объективности описания наружного и внутреннего исследования трупа ФИО4 № 2 

Акт судебно-гистологического исследования кусочков головного мозга, сердца, легких, печени, почки, мягких тканей головы от трупа ФИО4 № 2 № 4785 от 29.08.2016 также был предметом непосредственного исследования в судебном заседании (том 5 л.д. 7), в подлинном виде приобщен в материалы уголовного дела. Суд установил, что выводы врача-гистолога правильно отражены в заключении судебно-медицинской экспертизы № 1658 от 15.09.2016. 

В связи с процессуальными нарушениями при назначении судебно-медицинской экспертизы постановлением следователя от 03.11.2016 по делу назначена повторная судебно-медицинская экспертиза по трупу ФИО4 № 2 (л.д. 180-181 том 2).

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № 1658 (повторная экспертиза) от 05.12.2016, смерть гр. ФИО4 № 2 наступила в результате закрытой черепно-мозговой травмы: кровоподтек в лобной области, верхней и нижней челюсти слева, левой параорбитальной области, спинки носа и подбородочной области слева, в правой параорбитальной области, кровоподтеки в области нижней губы и верхней губы посередине, кровоизлияния со стороны слизистой верхней и нижней губы, ушибленная рана в области правой бровной дуги, кровоизлияния в кожно-мышечный лоскут головы в лобно-теменных областях, диффузные бледно-красные кровоизлияния под мягкую мозговую оболочку и вещество головного мозга (акт судебно-гистологического исследования № 4785 от 30.08.2016г.) При исследовании трупа обнаружены следующие повреждения: А. Закрытая черепно-мозговая травма: кровоподтек в лобной области, верхней и нижней челюсти слева, левой параорбитальной области, спинки носа и подбородочной области слева, в правой параорбитальной области, кровоподтеки в области нижней губы и верхней губы посередине, кровоизлияния со стороны слизистой верхней и нижней губы, ушибленная рана в области правой бровной дуги, кровоизлияния в кожно-мышечный лоскут головы в лобно-теменных областях, диффузные бледно-красные кровоизлияния под мягкую мозговую оболочку и вещество головного мозга, осложнившаяся отеком-набуханием головного мозга. Указанное повреждение оценивается как причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, состоит в причинной связи со смертью потерпевшего и могло образоваться в результате многократных ударов тупым твердым предметом (предметами). Срок давности причинения данного повреждения может соответствовать свыше 4-5 суток назад к моменту наступления смерти потерпевшего. После причинения повреждения: закрытая черепно-мозговая травма: кровоподтек в лобной области, верхней и нижней челюсти слева, левой параорбитальной области, спинки носа и подбородочной области слева, в правой параорбитальной области, кровоподтеки в области нижней губы и верхней губы посередине, кровоизлияния со стороны слизистой верхней и нижней губы, ушибленная рана в области правой бровной дуги, кровоизлияния в кожно-мышечный лоскут головы в лобно-теменных областях, диффузные бледно-красные кровоизлияния под мягкую мозговую оболочку и вещество головного мозга, осложнившаяся отеком-набуханием головного мозга, потерпевший мог самостоятельно передвигаться, совершать активные действия в течении промежутка времени, который может исчисляться десятками минут, часами до одних суток, разговаривать более длительное время, до наступления смерти. Причинение повреждения: Закрытая черепно-мозговая травма: кровоподтек в лобной области, верхней и нижней челюсти слева, левой параорбитальной области, спинки носа и подбородочной области слева, в правой параорбитальной области, кровоподтеки в области нижней губы и верхней губы посередине, кровоизлияния со стороны слизистой верхней и нижней губы, ушибленная рана в области правой бровной дуги, кровоизлияния в кожно-мышечный лоскут головы в лобно-теменных областях, диффузные бледно-красные кровоизлияния под мягкую мозговую оболочку и вещество головного мозга в результате ударов о твердую поверхность, выступающие тупые твердые предметы при падении (падениях) из вертикального положения исключается. При судебном химическом исследовании (Акт № 9967 от 19.08.2016) обнаружен этиловый алкоголь в крови в количестве 0,3‰, что при жизни соответствует физиологической норме. Учитывая степень выраженности трупных изменений, смерть гр. ФИО4 № 2 наступила около 2-х суток назад ко времени исследования трупа в морге (том 2 л.д. 211-218).

При производстве повторной экспертизы принималось во внимание наружное и внутреннее исследование трупа ФИО4 № 2 из экспертизы № 1658 от 15.09.2016, акт судебно-гистологического исследования № 4785 от 30.08.2016, акт судебно-химического исследования № 9967 от 19.08.2016. При этом судом обращается внимание, что выводы в части причины смерти ФИО4 № 2, давности причинения ему телесного повреждения в виде закрытой черепно-мозговой травмы, механизма ее образования от многократных ударов тупым твердым предметом (предметами) идентичны в обоих судебно-медицинских экспертизах № 1658.

На основании постановления следователя от 19.12.2016, в связи с изъятием по делу медицинских документов на имя ФИО4 № 2, проведением следственных действий с участием подозреваемого ФИО1, назначено проведение дополнительной судебно-медицинской экспертизы (л.д. 221-224 том 2).

Согласно заключению дополнительной судебно-медицинской экспертизы № 1658 А от 22.12.2016, смерть гр. ФИО4 № 2 наступила в результате закрытой черепно-мозговой травмы: кровоподтек в лобной области, верхней и нижней челюсти слева, левой параорбитальной области, спинки носа и подбородочной области слева, в правой параорбитальной области, кровоподтеки в области нижней губы и верхней губы посередине, кровоизлияния со стороны слизистой верхней и нижней губы, ушибленная рана в области правой бровной дуги, кровоизлияния в кожно-мышечный лоскут головы в лобно-теменных областях, диффузные бледно-красные кровоизлияния под мягкую мозговую оболочку и вещество головного мозга (акт судебно-гистологического исследования № 4785 от 30.08.2016) При исследовании трупа обнаружены следующие повреждения: А) Закрытая черепно-мозговая травма: кровоподтек в лобной области, верхней и нижней челюсти слева, левой параорбитальной области, спинки носа и подбородочной области слева, в правой параорбитальной области, кровоподтеки в области нижней губы и верхней губы посередине, кровоизлияния со стороны слизистой верхней и нижней губы, ушибленная рана в области правой бровной дуги, кровоизлияния в кожно-мышечный лоскут головы в лобно-теменных областях, диффузные бледно-красные кровоизлияния под мягкую мозговую оболочку и вещество головного мозга, осложнившаяся отеком-набуханием головного мозга. Указанное повреждение могло образоваться в результате многократных ударов (не менее 5-7) тупым твердым предметом (предметами). Учитывая результаты судебно-гистологического исследования № 4785 от 30.08.2016, повреждение: Закрытая черепно-мозговая травма: кровоподтек в лобной области, верхней и нижней челюсти слева, левой параорбитальной области, спинки носа и подбородочной области слева, в правой параорбитальной области, кровоподтеки в области нижней губы и верхней губы посередине, кровоизлияния со стороны слизистой верхней и нижней губы, ушибленная рана в области правой бровной дуги, кровоизлияния в кожно-мышечный лоскут головы в лобно-теменных областях, диффузные бледно-красные кровоизлияния под мягкую мозговую оболочку и вещество головного мозга, осложнившаяся отеком-набуханием головного мозга, могло быть причинено в период времени, установленный в ходе предварительного следствия, т.е. с 29 июля по 31 июля 2016 года. Более достоверно высказаться о давности причинения данных повреждений не представляется возможным. Причинение повреждения: Закрытая черепно-мозговая травма: кровоподтек в лобной области, верхней и нижней челюсти слева, левой параорбитальной области, спинки носа и подбородочной области слева, в правой параорбитальной области, кровоподтеки в области нижней губы и верхней губы посередине, кровоизлияния со стороны слизистой верхней и нижней губы, ушибленная рана в области правой бровной дуги, кровоизлияния в кожно-мышечный лоскут головы в лобно-теменных областях, диффузные бледно-красные кровоизлияния под мягкую мозговую оболочку и вещество головного мозга не исключается при обстоятельствах, указанных обвиняемым ФИО1 в ходе его допроса в качестве подозреваемого от 17.09.2016, при проверке его показаний на месте от 17.09.2016, а также при обстоятельствах, изложенных им при допросе в качестве обвиняемого от 18.09.2016. Причинение повреждения: Закрытая черепно-мозговая травма: кровоподтек в лобной области, верхней и нижней челюсти слева, левой параорбитальной области, спинки носа и подбородочной области слева, в правой параорбитальной области, кровоподтеки в области нижней губы и верхней губы посередине, кровоизлияния со стороны слизистой верхней и нижней губы, ушибленная рана в области правой бровной дуги, кровоизлияния в кожно-мышечный лоскут головы в лобно-теменных областях, диффузные бледно-красные кровоизлияния под мягкую мозговую оболочку и вещество головного мозга, в результате однократного падения и ударе о тупой твердый предмет исключается, так как каких-либо повреждений (кровоподтеков, ссадин, ушибленных ран, кровоизлияний в кожно-мышечный лоскут головы) в затылочной области при исследовании трупа гр. ФИО4 № 2 не обнаружено. По той же причине образование указанного повреждения при данных обстоятельствах и в том числе при падении и ударе головой о железную гирю исключается. Причинение всех указанных в заключении эксперта № 1658 от 05.12.2016 повреждений в результате двукратного падения из вертикального положения и ударов о твердую поверхность, выступающие тупые твердые предметы, исключается. Смерть гр. ФИО4 № 2 констатирована заведующим Покоснинской участковой больницы 03.08.2016 в 18 час. 40 мин (том 2 л.д. 227-242).

Указанная дополнительная судебно-медицинская экспертиза в выводах не противоречит повторной судебно-медицинской экспертизе № 1658 от 05.12.2016, дополняя ее более точным установлением количества травмирующих воздействий для образования закрытой черепно-мозговой травмы, а также более точно устанавливая временной период давности причинения закрытой черепно-мозговой травмы, исходя из заданного следователем вопроса и обстоятельств по уголовному делу.

В рамках судебного следствия по делу, до возвращения его прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, в связи с выявленными процессуальными нарушениями, а именно тем, что экспертам на исследование были представлены не все медицинские документы на имя ФИО4 № 2, не исследовался диск с видеозаписью проверки показаний на месте с участием подозреваемого ФИО1, а эксперт ФИО21 в силу ст. 207 ч. 2 УПК РФ не мог принимать участие при проведении дополнительной судебно-медицинской экспертизы, постановлением суда от 12 мая 2017 года назначено проведение повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы (л.д. 24-25, 34-36 том 4).

По заключению повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы от 13.06.2017 № 3 (том 4 л.д. 61-73), причиной смерти ФИО4 № 2 явилась закрытая черепно-мозговая травма в форме ушиба головного мозга с кровоизлияниями под мягкую мозговую оболочку лобной и теменной долей справа, лобной и теменной долей слева, наличие ликвора с примесью крови в желудочках мозга, наличие кровоизлияний в кожно-мышечный лоскут головы в левой лобной и теменной областях, в правой лобной и теменной областях, ушибленной раны в области правой брови, кровоподтеков в лобной области с переходом на область верхней и нижней челюстей слева, левую параорбитальную область, области носа, подбородочной области слева, кровоподтека в области верхней губы с кровоизлиянием в слизистую губы, кровоподтека в области нижней губы с кровоизлиянием в слизистую губы, кровоподтека правой параорбитальной области с развитием отека и дислокацией головного мозга большое затылочное отверстие. Вывод о причине смерти подтверждается результатами секции трупа. 

В ходе секции трупа у ФИО4 № 2 выявлены следующие повреждения: А. Черепно-мозговая травма в форме ушиба головного мозга с кровоизлияниями под мягкую мозговую оболочку лобной и теменной долей справа, лобной и теменной долей слева, наличие ликвора с примесью крови в желудочках мозга, кровоизлияния в кожно-мышечный лоскут головы в лобной и теменной областях справа, в лобной и теменной долях слева, ушибленной раной в области правой брови, кровоподтеком в лобной области с переходом на область верхней и нижней челюстей слева, левую параорбитальную область, область носа, подбородочную область слева, кровоподтеком в области верхней губы с кровоизлиянием в слизистую губы, кровоподтеком в области нижней губы с кровоизлиянием в слизистую губы, кровоподтеком правой параорбитальной области. Данное повреждение причинено не менее чем пятикратным ударным воздействием тупым твердым предметом в область лица головы потерпевшего. Эта травма (ЧМТ) состоит в прямой причинной связи с наступлением смерти потерпевшего, и причинила тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Согласно литературным данным наличие у потерпевшего иммунодефицитного состояния, хронической алкогольной интоксикации значительно замедляет клеточные реакции и снижает их интенсивность. В связи с чем, с учетом макроскопической картины, описанной в заключении эксперта № 1658 15.09.2016, данных судебно-гистологического исследования № 4785 от 29.08.2016, наличие у потерпевшего иммунодефицитного состояния, вызванного туберкулезом легких, хроническую алкогольную интоксикацию, судебно-медицинская комиссия приходит к выводу о возможности образования черепно-мозговой травмы в срок около 3-5 суток от времени наступления смерти (03.08.2016 в 18:40), т.е. в период времени с 29 по 31 июля 2016 года.

Учитывая характер и локализацию обнаруженных на голове трупа повреждений (п. 2 пп. А выводов), давность их образования, не исключается возможность причинения черепно-мозговой травмы, обнаруженной у ФИО5, при обстоятельствах и в период времени указанные подозреваемым ФИО1 допросе от 17.09.2016 года, а именно от нанесения З-х ударов ладонью в виде пощечин, 5-6 ударов кулаком по лицу. 

В представленной проверке показаний на месте от 17.09.2016 года, отраженной на видеозаписи, хранящийся на ДВД-диске, подозреваемый дважды показывает на манекене, как наносил удары. Учитывая характер и локализацию обнаруженных на голове трупа повреждений (повреждения п. 2 пп. А выводов), давность их образования, не исключается возможность причинения черепно-мозговой травмы, обнаруженной у ФИО4 № 2, при обстоятельствах и в период времени указанные ФИО1 при проверке показаний на месте от 17.09.2016 года, как в первом, так и во втором случае.

Данная комиссионная экспертиза более мотивированно, со ссылками на методическую литературу, обосновала выводы о причине смерти ФИО4 № 2 от закрытой черепно-мозговой травмы, о механизме и давности причинения телесных повреждений, что не противоречит выводам предыдущих судебных экспертиз. 

Кроме того, в рамках дополнительного предварительного расследования постановлением следователя от 26 июля 2017 года назначена повторная комиссионная медицинская экспертиза (л.д. 95-100 том 5).

Согласно заключению № 192 от 08 августа 2017 года повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы, выполненной на базе отдела комиссионных и комплексных экспертиз ГБУЗ «Иркутское областное бюро судебно-медицинской экспертизы», смерть ФИО4 № 2 наступила в результате черепно-мозговой травмы в форме ушиба головного мозга с субарахноидальными кровоизлияниями лобной и теменной долей справа и слева, с ликвором, окрашенным кровью в желудочках мозга, кровоизлияниями в мягкие покровные ткани головы в левой и правых теменных областях, лобной области справа и слева, ушибленной раной правой брови, кровоподтеками лобной области с переходом на область верхней и нижней челюстей слева, левую параорбитальную область, область носа и область подбородка слева, кровоподтеками верхней и нижней губы с кровоизлияниями в слизистую, кровоподтеком правой параорбитальной области, сопровождавшейся развитием отека и дислокацией головного мозга в большое затылочное отверстие. 

Согласно протокола установления смерти человека, имеющемуся в медицинской карте амбулаторного больного № 7953, смерть ФИО4 № 2 констатирована заведующим Покоснинской участковой больницы 03.08.2016 в 18-40.

При судебно-медицинском исследовании трупа у ФИО4 № 2 были выявлены следующие повреждения:

А) Черепно-мозговая травма в форме ушиба головного мозга с субарахноидальными кровоизлияниями лобной и теменной долей справа и слева, с ликвором, окрашенным кровью в желудочках мозга, кровоизлияниями в мягкие покровные ткани головы в левой и правой теменных областях, лобной области справа и слева, ушибленной раной правой брови, кровоподтеками лобной области с переходом на область верхней и нижней челюстей слева, левую параорбитальную область, область носа и область подбородка слева, кровоподтеками верхней и нижней губы с кровоизлияниями в слизистую, кровоподтеком правой параорбитальной области. Эта травма головы причинена не менее, чем шестикратным воздействием (по одному в лобную область слева и справа, правую и левую теменные области, левую щечную область, подбородок) тупым твердым предметом (предметами). Учитывая морфологические характеристики (сине-багровая с желтоватым оттенком по краям окраска кровоподтеков, бледно-красная окраска субарахноидальных кровоизлияний, в дне ушибленной раны желтоватое гнойное отделяемое; микроскопически – в мягкой мозговой оболочке структуры фибрина, ядерный детрит, густые скопления лейкоцитов, наличие эритроцитов раной степени контурированности), повреждения, входящие в комплекс черепно-мозговой травмы, причинены не менее 3-х суток назад на момент наступления смерти ФИО4 № 2 Отсутствие признаков начала образования новообразованных сосудов, позволяет высказаться о том, что эта травма причинена не более 5 суток назад на момент наступления смерти пострадавшего. Таким образом, черепно-мозговая травма ФИО4 № 2 могла быть причинена в период с 00 часов 29 июля 2016 года по 08 часов 31 июля 2016 года. Все повреждения, входящие в комплекс черепно-мозговой травмы, оцениваются в совокупности, поскольку каждое из воздействий в область головы формировало комплекс травмы и усугубляло друг друга. Эта травма головы, согласно п. 6.13 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, прилагаемых к Приказу МЗиСР РФ от 24.04.2008 № 194н, причинила тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. 

Б) Тупая травма грудной клетки в виде переломов 4, 5 ребер справа по среднеключичной линии. Это повреждение причинено не менее чем одним ударным воздействием твердым тупым предметом. Темно-красная окраска кровоизлияний в зоне переломов, отсутствие костной мозоли свидетельствует о давности причинения тупой травмы груди в срок от нескольких минут до 21 дня ко времени наступления смерти ФИО4 № 2 03.08.2016 в 18-40. Более точно высказаться о давности причинения повреждения по имеющемуся описанию, а также в связи с отсутствием гистологического исследования, не представляется возможным. Эта травма грудной клетки, применительно к живым лицам, согласно п.7.1 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, прилагаемых к Приказу МЗиСР РФ от 24.04.2008 №194н, причинила средней тяжести вред здоровью по признаку длительного расстройства здоровья, сроком более 21 дня. 

В) Ссадины на передних поверхностях коленных суставов (4); ссадины в области обеих плеч и предплечий (точное количество и локализация не указаны), кровоподтеки передней поверхности груди слева и посередине (6) Учитывая бледно-фиолетовую окраску кровоподтеков и состояние корочек ссадин (буро-красные, выше уровня окружающей кожи), эти повреждения причинены не менее 1-х и не более 7-ми суток назад на момент наступления смерти ФИО4 № 2 03.08.2016 в 18-40. Повреждения в виде ссадин и кровоподтеков, согласно п.9 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, прилагаемых к Приказу МЗиСР РФ от 24.04.2008 г. №194н, не причинили вреда здоровью. 

Г) Инфицированные раны задне-наружной поверхности нижней трети правого плеча и тыльной поверхности 5-го пальца правой кисти. Достоверно высказаться о механизме причинения этих ран по имеющемуся описанию не представляется возможным. Учитывая признаки нагноения (в дне – гнойное желтоватое содержимое), эти повреждения причинены не менее 3-х суток ко времени наступления смерти ФИО4 № 2 03.08.2016 в 18-40. В связи с отсутствием гистологического исследования, более конкретно высказаться о давности причинения этих повреждений не представляется возможным. Эти повреждения, применительно к живым лицам, согласно п. 8.1 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, прилагаемых к Приказу МЗиСР РФ от 24.04.2008 № 194н, причинили легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья, сроком менее 21 дня. 

Учитывая давность причинения черепно-мозговой травмы, ФИО4 № 2 мог совершать активные самостоятельные действия (в том числе ходить, разговаривать) в течение 3-5 суток. Затем, по мере нарастания отека и дислокации головного мозга, способность к активному передвижению утрачивается, наступает утрата сознания и летальный исход. Кроме того, изложенный вывод подтверждается данными карты травматика № 4108, согласно которой ФИО4 № 2 совершал активные действия (самостоятельно ходил, разговаривал) до 12-20 03.08.2016. 

Повреждения, входящие в комплекс черепно-мозговой травмы (п. 2,3,4,7,8 «А» - ВЫВОДОВ), причинены 3-5 суток назад на момент наступления смерти ФИО4 № 2, в связи с чем достоверно высказаться о последовательности причинения не представляется возможным. 

Причинение всего комплекса черепно-мозговой травмы при падении ФИО4 № 2 из положения стоя с последующим соударением о твердую поверхность (деревянный тротуар), либо о выступающие предметы (деревянный порог высотой 30 см.) следует исключить, поскольку указанная выше черепно-мозговая травма причинена не менее, чем шестикратным воздействием. 

Не исключается возможность причинения части из повреждений, входящих в комплекс черепно-мозговой травмы, за исключением повреждений в теменной области справа и слева, при обстоятельствах, изложенных ФИО1 в протоколе допроса подозреваемого от 17.09.2016 («…я стал умышленно бить кулаком правой руки по лицу ФИО4 № 2, нанес не менее 5 ударов, удары наносил с замахом, с большой силой… Удары кулаком ФИО4 № 2 попадали по лицу в область обоих глаз, носа, губ, подбородка, лба… От моих ударов у ФИО4 № 2 появилась кровь в области губ, а также кровь в области правой брови…»).

При обстоятельствах, зафиксированных на представленном DVD-диске, могла быть причинена часть из повреждений, входящих в комплекс черепно-мозговой травмы, а именно – кровоподтеков лобной области с переходом на область верхней и нижней челюстей слева, левую параорбитальную область, область носа и область подбородка слева, кровоподтек правой параорбитальной области, субарахноидальные кровоизлияния лобных областей, а также переломов 4, 5 ребер справа по среднеключичной линии. 

При обстоятельствах, изложенных ФИО2 №10 в протоколе проверки показаний на месте от 23.09.2016, причинение какого-либо из повреждений, входящих в комплекс черепно-мозговой травмы, следует исключить, поскольку при секции трупа каких-либо повреждений в правой височно-затылочной области и области правого уха у ФИО4 № 2 не установлено. 

При обстоятельствах, изложенных ФИО1 в протоколе допроса подозреваемого от 17.09.2016, могла быть причинена часть из повреждений, входящих в комплекс черепно-мозговой травмы, за исключением повреждений в теменной области справа и слева, и тупой травмы грудной клетки (п. 11 ВЫВОДОВ). При обстоятельствах, указанных ФИО1 и зафиксированных на DVD-диске, могла быть причинена часть из повреждений, входящих в комплекс черепно-мозговой травмы, а именно – кровоподтеков лобной области с переходом на область верхней и нижней челюстей слева, левую параорбитальную область, область носа и область подбородка слева, кровоподтек правой параорбитальной области, субарахноидальные кровоизлияния лобных областей, а также переломов 4, 5 ребер справа по среднеключичной линии (см. п.п. 11,13 ВЫВОДОВ).

Таким образом, с учетом вышеуказанного, возможность причинения повреждений ФИО4 № 2, входящих в комплекс черепно-мозговой травмы, от совокупности травмирующих воздействий, произошедших в один день: при двукратном падении из вертикального положения и ударах головой при обстоятельствах, описанных свидетелем ФИО2 №10, и при последующих обстоятельствах нанесения ударов по голове, описанных подозреваемым ФИО1 при проверке показаний на месте, следует исключить.

В связи с не предоставлением необходимой информации о том, каким именно образом происходило многократное падение пострадавшего, на какую поверхность, какими именно анатомическими областями происходило соударение и т.п., ответить на указанный вопрос постановления не представляется возможным (том 5 л.д. 108-138).

Оценивая все вышеперечисленные судебно-медицинские экспертизы, суд установил, что каждая из них не противоречит друг другу в части выводов о причине смерти ФИО4 № 2 именно в результате закрытой черепно-мозговой травмы, которая образовалась от многократных ударов. Все проведенные по делу экспертизы установили, что образование черепно-мозговой травмы исключено при падении, а давность причинения телесных повреждений, входящих в комплекс черепно-мозговой травмы, - в период от 3 до 5 суток назад на момент наступления смерти ФИО4 № 2 Обстоятельства, которые послужили основанием для назначения по делу повторных судебно-медицинских экспертиз, не были связаны с неправильностью и противоречивостью выводов экспертов, носили исключительно процессуальный характер.

Вместе с тем, суд в большей части доверяет заключению повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы, выполненной на базе отдела комиссионных и комплексных экспертиз Иркутского бюро СМЭ, от 08.08.2017 № 192, поскольку она выполнена строго в соответствии с требованиями УПК РФ, с соблюдением процессуальных прав обвиняемого, и экспертному исследованию при ее проведении подверглись все медицинские документы на имя ФИО4 № 2, показания подозреваемого (обвиняемого) ФИО1, в том числе на видеозаписи, построена она на результатах секции трупа ФИО4 № 2, акте судебно-гистологического исследования кусочков внутренних органов от трупа ФИО4 № 2 Данная экспертиза в полной мере научно обоснована, соответствует материалам дела и проведена в соответствии с установленными правилами проведения таковых экспертиз. На разрешение экспертов были поставлены вопросы, о которых ходатайствовала сторона защиты. 

Кроме того, выводы, положенные в основу экспертизы № 192 от 08.08.2017 дополнительно разъяснены суду и участникам процесса судебно-медицинским экспертом ФИО2 №11, допрошенной в судебном заседании посредством видеоконференц-связи. 

Эксперт ФИО2 №11 суду показала, что на основании исследовательской части первичной экспертизы, а именно на основании результатов исследования трупа ФИО4 № 2, а также по проведенному гистологическому исследованию, по изученным представленным медицинским картам на имя ФИО4 № 2 комиссия экспертов установила давность причинения телесных повреждений ФИО4 № 2 относительно времени наступления смерти. Давность получения черепно-мозговой травмы – 3-5 суток назад ко времени наступления смерти. Основывался данный вывод на том, как были описаны кровоподтеки, например, указано, что они багрово-синюшные с зеленоватой каймой, сине-багровая окраска кровоподтека с желтоватым оттенком именно по краям, в дне раны имеется желтоватое гнойное отделяемое, это говорит о том, что начался воспалительный процесс, который не может быть свежим и большим, глобальным, это отделяемое, а не гноетечение – все это уже указывает на давность не меньше 3 суток. Учитывались данные гистологического исследования, где указано об отсутствии новообразованных сосудов, что в мягкой мозговой оболочке имеются структуры фибрина, который отвечает за свертываемость - что свидетельствует о сроке не более 5 суток, поскольку на 5-6 сутки новообразующие сосуды уже появляются, и гистологи бы их увидели. Этот временной интервал позволил высказаться о датах, когда именно была причинена черепно-мозговая травма - от времени причинения телесных повреждений прошло не меньше 3 суток, но не больше 5 суток. При этом 5 суток - это максимальное время для причинения черепно-мозговой травмы, и поскольку эксперты не конкретизируют давность часами, 29.07.2016 – это пятые сутки, а расхождение во времени 5-6 часов от времени наступления смерти, - это допустимо. 

Стороной защиты в судебном заседании приобщено заключение специалиста ООО «Сибирский экспертно-правовой центр» ФИО22 от 27.11.2017 (л.д. 118-158 том 6), которое адвокат Гурский П.И. просил принять как доказательство невиновности подсудимого ФИО1 Стороной защиты обращено внимание, что по указанному заключению давность образования телесных повреждений у ФИО4 № 2 на момент наступления смерти в пределах 6-7 суток, что находится за рамками предъявленного ФИО1 обвинения. Кроме того, по выводам специалиста, вероятно, что смерть ФИО4 № 2 наступила от острой сердечной недостаточности.

Суд не может принять данное заключение специалиста ФИО22 как доказательство по делу, поскольку оно получено не в установленном уголовно-процессуальном законом порядке. 

Порядок назначения и проведения судебной экспертизы в уголовном процессе, закрепленный Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации (статьи 195 - 207 и 283) и Федеральным законом "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" (статьи 19 - 25), предполагает, что основанием для производства судебной экспертизы является не заявление обвиняемого или его защитника, а постановление органа дознания, предварительного следствия, прокурора или суда.

В нарушение ст. 195 УПК РФ постановление о назначении указанной экспертизы следователем (судом не выносилось), участникам процесса не была предоставлена возможность поставить перед специалистом свои вопросы. Данное заключение выполнено не государственным судебным экспертом, и гр. ФИО22 в установленном порядке не предупреждался об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения. Ему не разъяснялись процессуальные права и обязанности, предусмотренные ст. ст. 57, 58 УПК РФ. 

Само заключение не отвечает требованиям статьи 25 Федерального закона от 31 мая 2001 года N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации": оно недостаточно мотивировано, содержит ответы не на все вопросы, не содержит ссылок на источник происхождения объектов исследований – копий судебно-медицинских экспертиз и других медицинских документов.

Оценив совокупность всех исследованных доказательств, как показаний свидетелей, так и письменные доказательства, заключения экспертиз, суд приходит к убеждению, что вина подсудимого ФИО1 в совершении преступления при установленных судом обстоятельствах доказана. Анализ приведенных выше доказательств обвинения показывает, что они добыты с соблюдением установленного уголовно-процессуальным законом порядка и являются допустимыми. Представленные обвинением доказательства согласуются между собой, дополняют друг друга, в своей совокупности образуют единую и целостную картину преступного события, что позволяет суду достоверно и полно установить фактические обстоятельства дела.

При этом, судом за основу приговора принимаются показания подсудимого ФИО1, данные им на предварительном следствии (протокол допроса подозреваемого от 17.09.2016, протокол проверки показаний на месте с участием подозреваемого от 17.09.2016, протокол допроса в качестве обвиняемого от 18.09.2016), в той части, в какой они подтверждены другой совокупностью доказательств, поскольку именно они подробны, последовательны, согласуются между собой и с другими доказательствами по делу, как с субъективными (показаниями потерпевшей, свидетелей), так и объективными (протоколами осмотров, экспертными заключениями). Убедительных аргументов, ставящих достоверность показаний ФИО1 на первоначальном этапе предварительного следствия под сомнение, стороной защиты не приведено, тогда как обвинением доводы стороны защиты, что показания подсудимого получены с нарушением требований закона, опровергнуты. Признание подсудимым вины на стадии предварительного следствия подтверждено совокупностью других собранных и исследованных по делу доказательств.

Суд, исследовав те доказательства по делу, которые представлены стороной обвинения, не нашел оснований к исключению каких-либо из числа допустимых, поскольку не обнаружил никаких нарушений уголовно-процессуального закона при осуществлении их сбора. Показания потерпевшей ФИО4 №1 и свидетелей ФИО2 №4, ФИО2 №2, ФИО2 №5, ФИО2 №3, ФИО2 №15, ФИО2 №16, ФИО2 №6 суд считает достоверными, ибо они объективно подтверждаются протоколами: осмотра места происшествия, осмотра предметов, проверки показаний на месте с участием ФИО1, проверки показаний на месте с участием свидетеля ФИО2 №1, заключениями проведенных по делу судебно-медицинских экспертиз. Причин для оговора подсудимого указанными лицами судом не установлено, все свидетели и потерпвшая предупреждались об уголовной ответственности за дачу суду заведомо ложных показаний.

Судом принимается во внимание, что по показаниям свидетелей ФИО2 №5, ФИО2 №15, ФИО2 №6 при общении с ними ФИО4 № 2 не называл конкретно лицо, которое причинило ему телесные повреждения. С одной стороны, такое поведение ФИО4 № 2 объяснимо, - он не желал привлекать к уголовной ответственности сына своего близкого друга ФИО2 №10, с другой стороны, - он к тому моменту плохо говорил, речь его была несвязанная, наблюдались признаки спутанного сознания. Однако, оснований не доверять показаниям свидетеля ФИО2 №4, что утром 31.07.2016 ФИО4 № 2 сказал ему, что его побил ФИО1 «малой», у суда не имеется. Такие же обстоятельства избиения ФИО4 № 2 Талининым младшим рассказывал на похоронах ФИО18 

В то же время, позиция по делу самого ФИО1 не стабильна: если на первоначальном этапе расследования, когда следствие только приступило собирать доказательства и устанавливать юридически значимые обстоятельства, он полностью признавал свою вину, давая развернутые показания, после получения заключения судебно-медицинской экспертизы, допроса потерпевшей и предъявления первоначального обвинения, он заявил о невиновности и принуждении к даче признательных показаний. Этой же позиции он придерживается в настоящее время. К показаниям о невиновности суд относится критически, поскольку они противоречат другим доказательствам по делу.

Как следует из фактических обстоятельств по делу, правоохранительным органам стало известно о лице, совершившем преступление в отношении ФИО4 № 2, именно из признательных показаний в качестве подозреваемого самого ФИО1, который был задержан и допрошен сразу после возбуждения уголовного дела. На тот момент, когда с момента смерти ФИО4 № 2 прошло более месяца, следователю не были известны подробности произошедшего. Именно из показаний ФИО1 на предварительном следствии, которые в дальнейшем объективно и полностью подтвердились показаниями потерпевшей и свидетелей по делу, проведенными судебно-медицинскими экспертизами, орган расследования установил фактические обстоятельства по делу.

В частности, показания ФИО1 о месте нанесения ФИО4 № 2 телесных повреждений как о месте совершения преступления – в помещении летней кухни в ограде дома по ... - подтверждаются протоколом осмотра места происшествия, где зафиксировано расположение предметов мебели, как описывал ФИО1, а также показаниями свидетеля ФИО2 №1, который указывал на предварительном следствии, что ФИО4 № 2 лежал на полу летней кухни, головой к кровати, когда ФИО1 замахивался для удара. 

При этом продемонстрированное ФИО1 при проверке показаний на месте расположение ФИО4 № 2 на полу к моменту его прихода в летнюю кухню полностью совпадает с аналогичными показаниями при выходе на место свидетеля ФИО2 №1 Они оба, в разные даты, с разными понятыми демонстрировали на видеозаписи одни и те же действия относительно расположения и перемещения ФИО4 № 2 из летней кухни за ограду дома.

Показания ФИО1 на следствии, что было это примерно в 16 часов, что в тот день он дважды приезжал к отцу, подтверждаются показаниями свидетелей ФИО2 №1, ФИО2 №2, которые лично наблюдали ФИО1 в момент юридически значимых событий на проезжей части, где также лежал ФИО4 № 2 и ФИО18 Более того, свидетель защиты ФИО2 №8 также суду повествовала, что ФИО1 ездил к отцу дважды.

Не отрицал ФИО1 никогда, что в момент приезда к отцу у него случился инцидент с ФИО4 № 2 и ФИО18, что он выгнал их из помещения летней кухни, что подтвердили незаинтересованные в исходе дела свидетели ФИО2 №6, которому это стало известно со слов самого ФИО1, и ФИО2 №16, которой это стало известно со слов брата ФИО18 ФИО2 ФИО2 №4 стабильно утверждал, что со слов ФИО4 № 2 в тот день, когда он забирал его побитого от дома ФИО2 №2, ему стало известно, что его побил именно ФИО1 «малой», то есть подсудимый ФИО1. Именно на подсудимого ФИО1, как на лицо, избившее ФИО4 № 2, указал своей сестре ФИО2 №16, а также потерпевшей ФИО4 №1, свидетелям ФИО2 №4 на похоронах ФИО4 № 2 присутствующий при описываемых событиях в летней кухне ФИО3. 

Признательные показания ФИО1, что он наносил ФИО4 № 2 удары по голове руками, подтверждаются заключением повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 192 от 08.08.2017, установившей, что не исключается возможность причинения части из повреждений, входящих в комплекс черепно-мозговой травмы, за исключением повреждений в теменной области справа и слева, при обстоятельствах, изложенных ФИО1 в протоколе допроса подозреваемого от 17.09.2016, и при обстоятельствах, зафиксированных на представленном DVD-диске с проверкой показаний на месте. Локализация обнаруженных у ФИО4 № 2 на голове телесных повреждений совпадает с теми местами, куда, как повествовал ФИО1 на проверке показаний на месте, он наносил удары по голове лежачему ФИО4 № 2 При этом довод защиты, что экспертизой подтверждена возможность получения только части телесных повреждений при обстоятельствах, указанных ФИО1, также не свидетельствует о ложности показаний, а о неполном изложении ФИО1 всех обстоятельств избиения ФИО4 № 2

Учитывая изложенное, в суде не установлено, что повреждение в виде закрытой черепно-мозговой травмы у ФИО4 № 2 образовалось при иных обстоятельствах, нежели при тех, о которых повествовали на предварительном следствии подозреваемый ФИО1, свидетель ФИО2 №1, а в суде свидетели ФИО2 №4, ФИО2 №16, ФИО2 №2, потерпевшая ФИО4 №1, как и не установлено, что черепно-мозговая травма образовалась не от действий ФИО1 в момент реализации им умысла на причинение ФИО4 № 2 тяжких телесных повреждений. 

Согласованность в деталях показаний ФИО1 на предварительном следствии с другой совокупностью доказательств позволяет суду использовать признательные показания ФИО1 в качестве подозреваемого от 17.09.2016, при проверке показаний на месте от 17.09.2016 и в качестве обвиняемого 18.09.2016 как доказательства по настоящему уголовному делу. При каждом допросе присутствовал адвокат, выступающий гарантом соблюдения прав лица, в отношении которого ведется уголовное судопроизводство, что исключает какие-либо незаконные воздействия. После составления протоколов, подсудимый и его защитник были ознакомлены с их содержанием, подписали каждую страницу протокола, им было предоставлено право сделать замечания. Данных, что адвокат Ветошников Е.В. осуществлял свои профессиональные обязанности вопреки интересов подзащитного, суду не представлено. Показания ФИО1 давал после разъяснения процессуальных прав и положений ст. 46, 47 УПК РФ и ст. 51 Конституции РФ, после разъяснения возможности не свидетельствовать против самого себя; он был предупрежден, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу даже в случае последующего отказа от них. В связи с чем оснований для признания этих показаний недопустимыми у суда не имеется. 

То обстоятельство, что в признательных показаниях на предварительном следствии ФИО1 указывал дату совершения преступления – 31 июля 2016 года около 16 часов, чего на самом деле быть не могло, так как примерно в 8 часов утра 31.07.2016 ФИО4 № 2 уже подобрал ФИО2 №4, не ставит под сомнение в целом правдивость его признательных показаний. Любое доказательство оценивается судом в совокупности с другими доказательствами, и может быть принято как полностью, так и в какой-либо части. В суде ФИО1 также не смог точно назвать дату, когда он приезжал с ФИО2 №1 к отцу за зап.частью, не смог с уверенностью сказать, какой это был день недели – рабочий или выходной, но при этом он подтвердил, что это было в тот день, когда он на дороге общался с ФИО2 №2 ФИО2 ФИО2 №2 уверенно показала суду, что это было 29 июля 2016 года, в последнюю пятницу июля, примерно в 16-17 часов, так как она пришла домой с работы. Про пятницу говорил и свидетель ФИО2 №3, который около 18 часов видел ФИО4 № 2 лежащего на проезжей части напротив дома ФИО2 №10 О пятнице 29 июля 2016 года говорила свидетель ФИО2 №16, когда 30.08.2016 рассказала фельдшеру ФИО2 №5, что накануне подобрала побитого брата ФИО18 с дороги, а ФИО4 № 2 остался лежать там же. Указание ФИО1 даты совершения преступления как 31.07.2016 суд связывает с его неправильным субъективным восприятием, что не свидетельствует о ложности его показаний.

Вопреки мнению защитника Гурского П.И., то обстоятельство, что при допросе в качестве обвиняемого 18.09.2016 ФИО1 указывает о 7 ударах по голове ФИО4 № 2, а по заключению комиссионной повторной судебно-медицинской экспертизы от 08.08.2017 таких ударов было «не менее пяти», также не свидетельствует об его оговоре себя. В экспертизах указано о минимальном количестве травмирующих воздействий, от которых могла образоваться черепно-мозговая травма. 

В судебном заседании, оспаривая доказательственное значение своих показаний на предварительном следствии, подсудимый ФИО1 заявил, что оговорил себя под физическим и психологическим воздействием сотрудников полиции, то есть заявил о недозволенных методах ведения расследования и принуждении. Суд проверил доводы подсудимого и признает их надуманными по следующим основаниям.

Согласно заключению эксперта (экспертиза свидетельствуемого) № 2457 от 21 сентября 2016 года, при объективном осмотре у гр. ФИО1 обнаружены телесные повреждения: в виде ссадины в области спинки носа, которое могло образоваться в срок давности, который может соответствовать времени около 7 суток назад на момент освидетельствования; в виде кровоподтека в области левого бедра в верхней трети, которое могло образоваться в срок давности, который может соответствовать времени свыше 4 суток назад на момент освидетельствования - вышеуказанные повреждения могли образоваться в результате воздействия твердого тупого предмета (предметов); в виде ссадины в области левого лучезапястного сустава по внутренней поверхности, которое расценивается как не причинившее вред здоровью и могло образоваться в результате воздействия твердого тупого предмета с четкими гранями, в срок давности, который может соответствовать около 1-2 суток назад на момент освидетельствования (том 2 л.д. 190-191).

При этом судом принимается во внимание, что на момент освидетельствования ФИО1 заявляет эксперту, что ударов никто не наносил, повреждения получил в результате падения около 2-х недель назад, жалоб не предъявляет. Срок давности получения ссадины в области спинки носа не соответствует времени задержания ФИО1 в порядке ст. 91 УПК РФ (17.09.2016).

Согласно сообщению из ИВС МУ МВД России «Братское» от 11.05.2017 (л.д. 6-7 том 4) ФИО1 содержался в изоляторе с 21:45 15.09.2016 по 10:25 17.09.2016 на основании протокола об административном задержании в связи с совершением административного правонарушения, предусмотренного ст. 20.1.1 КоАП РФ. При поступлении зафиксированы телесные повреждения в виде ссадин на переносице, опухшей правой стопы ноги, ссадин на левом запястье руки.

Таким образом, судом установлено, что телесные повреждения, которые зафиксированы у ФИО1 заключением судебно-медицинской экспертизы № 2457 от 21 сентября 2016 года, имели место до возбуждения настоящего уголовного дела и до задержания ФИО1 в качестве подозреваемого 17.09.2016.

Согласно ответа из ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Иркутской области от 11.05.2017 (л.д. 37 том 4), ФИО1 содержался в СИЗО-2 с 21.09.2016, и с жалобами на состояние здоровья не обращался, по журналам учета травм какие-либо записи в отношении ФИО1 отсутствуют. 

Доводы ФИО1, что по настоящему уголовному делу он задержан не 17.09.2016, а 15.09.2016 опровергаются материалами дела об административном правонарушении № 597394, согласно которого 15.09.2016 в 19 час.10 мин. ФИО1 задержан на ... в связи с совершением административного правонарушения, предусмотренного ст. 20.1 ч. 1 КоАП РФ, при задержании у ФИО1 зафиксирована ссадина на переносице, и при ходьбе он хромал. Постановлением начальника отдела полиции № 2 МУ МВД России «Братское» от 17.09.2016 ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст. 20.1 ч. 1 КоАП РФ, подвергнут штрафу в размере 500 рублей. Во всех процессуальных документах по делу об административном правонарушении имеются подписи ФИО1, замечаний он не высказывал (л.д. 81-95 том 4). Данных, что ФИО1 в установленном порядке обжаловал постановление о привлечении его к административной ответственности, суду не представлено.

Кроме того, по заявлению ФИО1 о неправомерных действиях сотрудников ОУР МУ МВД России «Братское» и следователей следственного отдела по Братскому району СУ СК России по Иркутской области в порядке ст. 144 УПК РФ проводилась проверка. Материал проверки был предметом исследования в судебном заседании (л.д. 96-246 том 4).

Согласно постановлению следователя СО по г. Братск СУ СК России по Иркутской области ФИО23 об отказе в возбуждении уголовного дела от 29.12.2016, в возбуждении уголовного дела в отношении сотрудников полиции и следователя следственного отдела ФИО24 по ст. ст. 286 ч.3, 302 ч. 1, 2, 303 ч.3, 286 ч.1 УК РФ отказано за отсутствием составов преступлений (том 4 л.д. 225-243). При этом данное постановление до настоящего времени ни ФИО1, ни его защитником не обжаловалось, никем не отменено (л.д.65-84 том 6). Выводы постановления мотивированы и основаны на полно проведенной доследственной проверке, и оснований не доверять данному постановлению у суда не имеется. В связи с чем суд расценивает довод ФИО1 о недозволенных методах ведения расследования надуманным, выдвинутым с целью опорочить собранные доказательства, тем самым избежать уголовной ответственности, то есть как способ защиты. Суд приходит к выводу об отсутствии обстоятельств, свидетельствующих о нарушении прав подсудимого на досудебных стадиях производства по делу.

Суд обращает внимание, что в данном материале КРСП 399-2016 имеется копия карты травматика № 14267 из ОГАУЗ «Братская городская больница № 1», согласно которой ФИО1 доставлялся сотрудниками полиции 15.09.2016 в 19 час. 20 мин., и у него имелся перелом костей носа и ушиб голеностопного сустава, отмечено, что характер травмы «бытовая» (л.д. 123-127 том 4). Указанный документ также подтверждает, что выявленные у ФИО1 телесные повреждения не были связаны с неправомерными действиями сотрудников правоохранительных органов, имели место до получения ФИО1 статуса подозреваемого по настоящему уголовному делу.

В пользу этого вывода свидетельствует и заключение экспертизы свидетельствуемого № 3361 от 27.12.2016, которая проводилась в рамках проверки доводов ФИО1 о неправомерных действиях сотрудников полиции (л.д. 129-130 том 4, л.д. 176-178 том 6). Согласно выводов этой экспертизы, закрытый перелом костей носа мог образоваться в срок как перед обращением за медицинской помощью, так и до 10-12 суток на момент обращения за медицинской помощью, как в результате воздействия, так и при падении. Телесных повреждений от воздействия электрошокера не описано. 

Таким образом, на момент получения ФИО1 процессуального статуса по делу, он уже имел телесные повреждения, указывал обстоятельства их получения, не связанные с незаконными действиями сотрудников полиции.

Просмотр видеозаписи проверки показаний на месте с участием ФИО1 также свидетельствует, что он свободно и непринужденно дает пояснения об обстоятельствах и мотиве совершенного преступления, на понуждение его к даче показаний не ссылается. О применении физической силы и об избиениях ФИО1 также не заявлял.

Защитой в прениях указано о невозможности использования как доказательства виновности ФИО1 протокола его проверки показаний на месте от 17.09.2016 на том основании, что текст, изложенный на бумажном носителе в самом протоколе следственного действия, не совпадает с текстом, который произносит ФИО1 на видео. Суд этот довод отвергает. 

Проверка показаний на месте преступления с участием подозреваемого ФИО1 проведена с соблюдением требований ст. 194 УПК РФ. В протоколе данного следственного действия указано об участии защитника и двух понятых, что зафиксировано на видеозаписи, подозреваемому разъяснены его процессуальные права, в том числе положения ст. 51 Конституции РФ, право не свидетельствовать против себя, какие-либо заявления, замечания участников следственного действия в протоколе следственного действия не зафиксированы. В протоколе следственного действия отражено, что другим участвующим лицам перед началом проверки показаний на месте также были разъяснены их права, ответственность, а также порядок производства проверки показаний на месте, о чем свидетельствуют их подписи. Следственное действие проведено следователем, в производстве которого находилось уголовное дело, в рамках сроков предварительного следствия.

Как следует из текста проверки показаний на месте (л.д. 51-53 том 1), речь ФИО1 изложена от третьего лица, и следователь словами отражал то, что показывал руками ФИО1 на манекене. Суд установил, что ФИО1 на видео не говорит о количестве ударов и локализации, но он их демонстрирует, и то количество, которое продемонстрировал ФИО1, совпадает с тем количеством ударных воздействий, которое записал следователь. Оснований исключать протокол проверки показаний на месте с участием ФИО1 из числа доказательств не имеется.

Как еще одно косвенное свидетельство того, что ФИО1 вводит суд в заблуждение, суд обращает внимание на постановление Братского районного суда от 19.09.2016, которым к ФИО1 применена мера пресечения в виде заключения под стражу, - в судебном заседании ФИО1 не отрицал свою причастность к преступлению (л.д. 99 том 1).

Также суд критически оценивает показания подсудимого об его непричастности к избиению ФИО4 № 2, отвергает их как противоречащие совокупностью доказательств и расценивает эти показания как направленные на уклонение от личной ответственности за содеянное им. Суд находит, что ФИО1, давая показания в суде, что ФИО4 № 2 он не бил, только сделал пару пощечин по лицу, чтобы привести ФИО4 № 2 в чувства, тем самым пытается уменьшить свою ответственность. Само содержание первоначально сообщенных подсудимым сведений, которые не были известны правоохранительным органам, свидетельствует об его преступной осведомленности. Информацией о количестве травматических воздействий, о последовательности причинения телесных повреждений, о локализации травм сотрудники правоохранительных органов до дачи ФИО1 показаний, не располагали. Очевидно, что, будучи задержанным спустя значительное время после совершения преступления, которое, в свою очередь, было спонтанным (не спланированным заранее), ФИО1, не зная достоверно, какие доказательства против него уже собраны, в ходе первых допросов рассказывает максимально объективно картину происшедшего, кроме того, показывает свои действия в ходе проверки показаний на месте. 

Доводы защиты о неэффективности и неполноте проведения доследственной проверки по факту смерти ФИО4 № 2, о возбуждении уголовного дела только 17.09.2016, тогда как сообщение о смерти поступило в следственный отдел 13.09.2016, не опровергают предъявленное ФИО1 обвинение, не свидетельствуют об отсутствии состава преступления. Доводы защитника Гурского П.И., что показания потерпевшей и свидетелей не предварительном следствии дублируют друг друга, суд также не принимает, так как все свидетели обвинения были допрошены непосредственно в судебном заседании, и именно показания в судебном заседании положены в основу приговора. Доводы о том, что заявление ФИО1 на адвоката Ветошникова Е.В. напечатано, а не написано от руки, не ставит под сомнение сам факт участие в следственных действиях защитника, так как уголовно-процессуальным законом требований к оформлению подобного рода заявлений не предъявлено. Иные доводы защитника Гурского П.И. в прениях – о применении к ФИО1 недозволенных методов ведения следствия, о фабрикации материалов уголовного дела следователем ФИО24 - уже получили оценку суда при анализе признательных показаний ФИО1 на предварительном следствии, и отвергнуты. Вопреки доводам стороны защиты задержан ФИО1 был с соблюдением положений ст. 91 и 92 УПК РФ, каких-либо нарушений Уголовно-процессуального закона при проведении его допросов в качестве подозреваемого и обвиняемого, а так же проверке показаний на месте допущено не было. 

Переходя к вопросу о квалификации действий подсудимого, суд, проверив и оценив все изложенные доказательства в соответствии с положениями ст.ст. 17, 88 УПК РФ, то есть как каждое в отдельности, так и в их совокупности, приходит к выводу о полной и всесторонней доказанности вины подсудимого ФИО1 в совершении преступления, указанного в описательной части настоящего приговора, предусмотренного ч.4 ст. 111 УК РФ. 

В судебном заседании установлено, что прямого умысла на убийство потерпевшего ФИО4 № 2 у подсудимого ФИО1 не было, и в судебном заседании не установлено, что подсудимый желал наступления смерти потерпевшего. Суд считает доказанным в ходе судебного следствия, что подсудимый ФИО1, не предвидел возможность или неизбежность наступления смерти ФИО4 № 2, и не желал ее наступления, хотя в силу жизненного опыта и возраста, должен был и мог предвидеть наступление смерти потерпевшего от неоднократных ударов руками в область головы. Поведение подсудимого до и после совершения преступления также свидетельствует об отсутствии прямого умысла на причинение смерти потерпевшего. Нанеся удары потерпевшему, он уехал, оставив ФИО4 № 2 на проезжей части, видя, что тот подает признаки жизни, дышит, думая, что тот оклемается и встанет. Однако, учитывая, что телесные повреждения причинялись руками в область головы лежащего человека, фактически инвалида, преклонного возраста, учитывая, что ФИО1 видел, как потерпевший упал через порог, сам не мог передвигаться, принимая во внимание количество нанесенных ударов (не менее пяти), ФИО1 понимал и осознавал, что своими действиями причиняет ФИО4 № 2 тяжкий вред здоровью, что свидетельствует о наличии умысла на это, тогда как по отношению к смерти потерпевшего его действия характеризуются неосторожностью.

По изложенным основаниям, суд квалифицирует действия ФИО1 по ст. 111 ч.4 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Именно такое обвинение поддержал в прениях сторон государственный обвинитель.

Вместе с тем, суд, основываясь на позиции государственного обвинителя (ч. 8 ст. 246 УПК РФ), уточняет дату и время совершения преступления, исходя из анализа собранных следствием и исследованных в судебном заседании доказательств. Согласно показаний свидетеля ФИО2 №2, она видела инцидент между ФИО1 и ФИО4 № 2 29 июля 2016 года, примерно в 16-17 часов. Сам ФИО1 повествовал на предварительном следствии, что было это около 16 часов, что подтвердил и свидетель ФИО2 №1 ФИО2 ФИО2 №3 суду показал, что 29.07.2016 около 18 часов он видел ФИО4 № 2 одного лежащего на дороге напротив дома ФИО1 Тем самым в суде установлено более точно временной период, когда совершено преступление, - в период времени с 16 до 18 часов 29 июля 2016 года. Такое уточнение времени совершения преступления не выходит за рамки предъявленного обвинения, согласуется с заключением комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 192 от 08.08.2017, что давность причинения закрытой черепно-мозговой травмы составляет не менее 3-х и не более 5-ти суток назад ко времени наступления смерти, а также с показаниями эксперта ФИО2 №11, что давность причинения телесных повреждений определяется сутками, и крайний день получения черепно-мозговой травмы ФИО4 № 2 – 29.07.2016. 

Кроме того, принимая во внимание заключение повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 192 от 08.08.2017, ее выводы, что тупая травма грудной клетки в виде переломов 4, 5 ребер справа по среднеключичной линии причинено в срок от нескольких минут до 21 дня ко времени наступления смерти ФИО4 № 2, а ссадины на передних поверхностях коленных суставов, ссадины в области обеих плеч и предплечий, кровоподтеки передней поверхности груди слева и посередине причинены не менее 1-х и не более 7-ми суток назад на момент наступления смерти ФИО4 № 2, суд считает недоказанным, что эти повреждения образовались 29.07.2016 именно от умышленных действий ФИО1 В связи с чем суд исключает из обвинения, что ФИО1 умышленно причинил ФИО4 № 2 телесные повреждения в виде: тупой травмы грудной клетки в виде переломов 4, 5 ребер справа по среднеключичной линии; ссадин на передних поверхностях коленных суставов, ссадин в области обеих плеч и предплечий, кровоподтеков передней поверхности груди слева и посередине. Кроме того, из показаний свидетелей ФИО2 №5 и ФИО2 №15 суд установил, что после того, как ФИО4 № 2 был доставлен домой, они обнаруживали его упавшим с кровати.

Признавая подсудимого ФИО1 виновным, суд установил, что его действия в момент совершения преступления не совершены в состоянии аффекта, что следует из заключения судебной психолого-психиатрической экспертизы № 907 от 23 октября 2016 года, согласно которому ФИО1 в момент совершения инкриминируемого ему деяния не находился в состоянии аффекта или ином эмоциональном состоянии, которое могло существенно повлиять на его сознание и поведение. Эмоциональное состояние ФИО1 в момент совершения правонарушения следует квалифицировать как эмоциональное возбуждение, вызванное психотравмирующей ситуацией, которое, однако, не достигло степени выраженности аффекта и не ограничило его в способности к осознанной регуляции своих действий (том 2 л.д. 199-204). 

Не находился ФИО1 и в состоянии необходимой обороны, так как со стороны ФИО4 № 2 отсутствовало общественно-опасное посягательство на подсудимого: потерпевший был пьян, угроз не высказывал, насилия не применял, в конфликте занял молчаливо-пассивную позицию. В момент нанесения ему ФИО1 ударов ФИО4 № 2 находился на полу, в лежачем положении. 

Таким образом, оснований для переквалификации действий ФИО1 на менее тяжкие привилегированные составы преступлений, у суда не имеется.

Исследуя поведение ФИО1, суд отмечает, что мотивом совершения преступления явились личные неприязненные отношения, возникшие у него к ФИО4 № 2 вследствие того, что тот совместно с его отцом распивал спиртное на деньги, вырученные от продажи зап.частей от трактора, не отреагировал на его просьбы покинуть помещение летней кухни. Именно раздражение, злость со стороны ФИО1 наблюдал свидетель ФИО2 №1, и эти обстоятельства свидетельствуют о личной неприязни, то есть мотивации умышленных действий ФИО1 по отношению к ФИО4 № 2

Суд считает, что ФИО1 может нести уголовную ответственность как вменяемое лицо, что следует из его поведения во время совершения преступления, в судебном заседании, избранного им способа защиты, а так же заключений судебной комплексной психолого-психиатрической экспертизы № 907 от 23 октября 2016 года (том 2 л.д. 199-204), комиссии повторной амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы № 626 от 14 августа 2017 года, согласно которому ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в период инкриминируемого ему деяния, в настоящее время обнаруживал и обнаруживает «Расстройство личности в связи с травмой головного мозга (органическая псевдопсихопатизация личности) не достигающее уровня декомпенсации». У подэкспертного появились эмоционально-волевые нарушения в виде повышенной раздражительности, эмоциональной неустойчивости, склонности к эксплозивным реакциям, что отразилось на его поведении. В совершении правонарушения в ответ на психотравмирующую ситуацию (собутыльники пропивали вещи отца), изменилось эмоциональное поведение подэкспертного, а именно возник кратковременный приступ злобности, агрессивности, который ограничил ФИО1 в выборе адекватных способов поведения в сложившейся ситуации, а также привел к снижению произвольной волевой регуляции поведения со снижением самоконтроля и прогноза последствий своих действий. Поэтому, не исключая вменяемости, к ФИО1 рекомендовано применение ст.22 УК РФ, т.е. в период совершения преступления ФИО1 не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В случае осуждения ФИО1, как представляющий потенциальную опасность для себя и окружающих, нуждается в принудительном амбулаторном наблюдении и лечении у психиатра в соответствии со ст.ст.22 ч.2, 99 ч.2 УК РФ. В настоящее время ФИО1 может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими (том 5 л.д. 148-152).

То обстоятельство, что перед экспертами не ставился вопрос о наличии или отсутствии у ФИО1 наркотической зависимости, как о том указал адвокат Гурский П.И., не имеет значение для выводов суда о вменяемости ФИО1 Статья 111 ч.4 УК РФ не входит в перечень тех статей, по которым возможно применение отсрочки отбывания наказания на основании ст. 82.1 УК РФ. 

Оценив заключение экспертов в совокупности с фактическими обстоятельствами настоящего уголовного дела, данными о личности подсудимого и его поведением в ходе судебного разбирательства, суд признает ФИО1 вменяемым и подлежащим уголовной ответственности.

Согласно ст. 22 УК РФ вменяемое лицо, которое во время совершения преступления в силу психического расстройства не могло в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими, подлежит уголовной ответственности. В соответствии с ч. 2 ст. 97 УК РФ таким лицам принудительные меры медицинского характера назначаются только в случаях, когда психические расстройства связаны с возможностью причинения этими лицами иного существенного вреда либо с опасностью для себя или других лиц.

Поскольку в заключении амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы № 626 от 14.08.2017 содержится вывод, что ФИО1 представляет потенциальную опасность для себя и окружающих, наряду с наказанием, руководствуясь ч. 2 ст. 97 УК РФ, суд назначает ему принудительную меру медицинского характера в виде принудительного наблюдения и лечения у психиатра в амбулаторных условиях.

Переходя к вопросу о виде и размере наказания, суд принял во внимание в соответствии со ст. 60 УК РФ, характер и степень общественной опасности содеянного, личность подсудимого, обстоятельства, смягчающие его наказание, отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, влияние назначаемого наказания на исправление виновного и условия жизни его семьи. Назначая наказание подсудимому, помимо изложенного, суд учитывает обстоятельства, в силу которых исправительное воздействие предыдущего наказания оказалось недостаточным, а также характер и степень общественной опасности вновь совершенного преступления. В соответствии с ч. 2 ст. 22 УК РФ суд учитывает наличие у ФИО1 признаков расстройства личности, не исключающего вменяемости.

ФИО1 совершено умышленное преступление, относящееся согласно ч. 5 ст. 15 УК РФ к категории особо тяжкого. Данное преступление представляет повышенную общественную опасность, поскольку направлено против жизни человека.

ФИО1 имеет регистрацию и постоянное место жительства в Братском районе в Иркутской области. По месту проживания характеризуется противоречиво: родственники и соседи охарактеризовали его положительно, как работящего и заботливого человека. Участковым полиции ФИО1 охарактеризован отрицательно, как лицо, на которое поступали жалобы со стороны жителей села, замеченный в драках. Он привлекался в 2015, 2016 года к административной ответственности. На момент своего задержания ФИО1 официально не работал, подрабатывал без оформления трудовых отношений на вахте в лесу, он на учете у врача-нарколога и врача-психиатра не состоит, состоит на воинском учете, годен к военной службе с незначительными ограничениями, ранее судим, холост, детей и других иждивенцев не имеет, состоит на учете в уголовно-исполнительной инспекции как условно осужденный. 

К смягчающим наказание подсудимого ФИО1 обстоятельствам суд относит, согласно ст.61 УК РФ, полное признание подсудимым своей вины на стадии предварительного следствия; активное способствование раскрытию и расследованию преступления путем дачи самоизобличающих показаний, о чем указал государственный обвинитель; фактическую явку с повинной (п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ), поскольку судом установлено, что только из признательных показаний ФИО1 правоохранительным органам стали известны все обстоятельства совершенного преступления, и его признательные показания использованы стороной обвинения при доказывании виновности, положены в основу обвинительного приговора; а также в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ суд учитывает как смягчающие наказание обстоятельства - наличие заболеваний, молодой возраст; его психическое расстройство, не исключающее вменяемости.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого ФИО1, в соответствии со ст.63 УК РФ, судом не установлено, преступление ФИО1 совершено в трезвом состоянии, а имеющаяся у него судимость, наказание по которой признавалось условным, рецидива преступлений не образует.

Учитывая отсутствие отягчающих наказание обстоятельств и наличие смягчающих обстоятельств, указанных в п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, суд при назначении наказания ФИО1 применяет ч. 1 ст. 62 УК РФ, то есть назначает наказание не более двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей.

Определяя размер и вид наказания, суд принимает во внимание положения ст. 43 УК Российской Федерации, согласно которой наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, а также положения ст. 60 УК Российской Федерации, в соответствии с которой лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание в пределах, предусмотренных соответствующей статьей Особенной части УК Российской Федерации, и с учетом положений Общей части УК Российской Федерации.

ФИО1 совершил рассматриваемое преступление, имея непогашенную судимость, отбывая условную меру наказания за аналогичное преступление против личности, что свидетельствует о ненадлежащем исправительном воздействии условного осуждения, которое не способствовало предупреждению совершения им нового преступления. Принимая во внимание характер и степень общественной опасности особо тяжкого преступления против личности, обстоятельства его совершения - когда погибший, даже словами, в данный конкретный момент не совершал никаких физических действий, которые бы могли спровоцировать агрессию; то, что предыдущее наказание оказалось для ФИО1 недостаточным и не достигло цели его исправления; личность подсудимого, совершившего преступление в отношении знакомого человека, значительно старше его по возрасту, имеющего физические недостатки, суд приходит к выводу, что только наказание в виде реального лишения свободы будет максимально способствовать восстановлению социальной справедливости, исправлению осужденного и предупреждению совершения им новых преступлений. 

По этим же основаниям суд не находит возможным применить ст. 73 УК РФ, то есть постановить об условном осуждении. Тот факт, что ФИО1 имеет место жительства, признал вину на стадии предварительного следствия, молод, не являются безусловными основаниями для назначения наказания условно. Суд пришел к убеждению, что исправительное воздействие наказания в отношении ФИО1, который склонен к совершению противоправных деяний, о чем свидетельствует сам факт совершения преступления в период испытательного срока, в отношении которого было недостаточно воспитательно-исправительное воздействие по предыдущему приговору, не может быть обеспечено без изоляции его от общества. Именно такое наказание в виде реального лишения свободы будет способствовать выработке у него правопослушного поведения, отвечать целям, для которых служит уголовное наказание. Данных, что такое наказание в виде реального лишения свободы негативно отразиться на условиях жизни подсудимого, суду не представлено, детей и других лиц, находящихся от ФИО1 в материально зависимом положении, у него по материалам дела не имеется.

Судом не установлено оснований для применения ст.64 УК РФ, поскольку в ходе судебного разбирательства каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением виновного во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, установлено не было, в связи с чем суд назначает подсудимому наказание в виде лишения свободы в пределах санкции статьи, инкриминирующей его деяние.

Приговором Чунского районного суда Иркутской области от 06 апреля 2015 года ФИО1 осужден по ст. 111 ч.1 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно с испытательным сроком в 3 года. ФИО1 рассматриваемое особо тяжкое преступление совершил в период испытательного срока. Следовательно, на основании ч. 5 ст. 74 УК РФ условное осуждение по этому приговору подлежит безусловной отмене, а окончательное наказание подлежит назначению по правилам ст. 70 УК РФ, по совокупности приговоров.

Учитывая установленные по делу смягчающие обстоятельства, считая достаточным исправительного воздействия основного наказания, суд не усматривает оснований для назначения ФИО1 дополнительного вида наказания – ограничение свободы.

Оснований для изменения категории тяжести преступления, в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК Российской Федерации, в отношении подсудимого на менее тяжкую, суд не усматривает, с учетом фактических обстоятельств совершенного, степени его общественной опасности.

В силу ст. 58 ч. 1 п. «в» УК РФ отбывание наказания осужденному следует назначить в исправительной колонии строгого режима, так как он осуждается за совершение особо тяжкого преступления, и ранее в местах лишения свободы наказание не отбывал.

Срок отбывания наказания ФИО1 в виде лишения свободы суд исчисляет с момента вынесения приговора, при этом в целях исполнения приговора, учитывая личность подсудимого, изменяет ФИО1 меру пресечения в виде домашнего ареста на заключение под стражу, со взятием его под стражу в зале суда. На основании ч. 3 ст. 72 УК РФ суд засчитывает ФИО1 срок его содержания под стражей и срок нахождения под домашнем арестом в качестве меры пресечения в срок отбытого наказания. 

При решении вопроса о вещественных доказательствах суд руководствуется ст.81 УПК Российской Федерации.

Гражданские иски по делу не заявлены, меры по обеспечению конфискации имущества и обеспечению возмещения вреда в ходе досудебного производства не применялись.

На момент удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора ходатайств о возмещении процессуальных издержек по уголовному делу не поступало.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 296, 299, 302-304, 307-310 УПК Российской Федерации, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 111 ч.4 УК РФ, и назначить ему наказание в соответствии с санкцией закона в виде 06 лет 06 месяцев лишения свободы, без ограничения свободы.

В соответствии со ст. 74 ч.5 УК РФ отменить условное осуждение по приговору Чунского районного суда Иркутской области от 06 апреля 2015 года. 

В соответствии со ст. 70 ч. 1 УК РФ к наказанию, назначенному по настоящему приговору, частично, в 6 месяцев лишения свободы, присоединить неотбытую часть наказания по приговору Чунского районного суда Иркутской области от 06 апреля 2015 года, и окончательно назначить ФИО1 7 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания исчислять с момента провозглашения приговора, с 26 декабря 2017 года.

До вступления приговора суда в законную силу меру пресечения в отношении ФИО1 – домашний арест – изменить на заключение под стражу, взяв под стражу в зале суда, после чего отменить. Этапировать ФИО1 в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Иркутской области. 

В соответствии с ч. 3 ст. 72 УК РФ, п. 2 ч. 10 ст. 109 УПК РФ в срок отбытого наказания зачесть время, проведённое ФИО1 под стражей в качестве меры пресечения: с 17 сентября 2016 года по 23 августа 2017 года, а также срок нахождения под домашним арестом в качестве меры пресечения: с 24 августа 2017 года по 25 декабря 2017 года.

В соответствии с п. "в" ч. 1 ст. 97, ч. 2 ст. 99 УК РФ назначить ФИО1 принудительную меру медицинского характера в виде принудительного наблюдения и лечения у врача-психиатра в амбулаторных условиях по месту отбывания наказания.

После вступления приговора суда в законную силу вещественные доказательства по уголовному делу: 

- железную гирю, образец крови от трупа ФИО4 № 2, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по Братскому району СУ СК России по Иркутской области – уничтожить;

- медицинскую карту амбулаторного больного *** ФИО4 № 2(заведена в Покоснинской участковой больнице); медицинскую карту амбулаторного больного *** ФИО4 № 2 (заведена в ...ной больнице); медицинскую карту амбулаторного больного ФИО4 № 2 (заведена ФАП с. Тэмь Братского района); карту травматика *** на имя ФИО4 № 2, хранящиеся в Братском районном суде Иркутской области – возвратить в распоряжение ОГБУЗ «Братская районная больница».

Приговор может быть обжалован в Иркутский областной суд через Братский районный суд Иркутской области в апелляционном порядке в течение 10 суток со дня вынесения, а осужденным, находящимся под стражей,- в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. Приговор в части изменения меры пресечения может быть обжалован в том же порядке, в течение 3 суток. 

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции в течение 10 суток со дня вручения копии приговора, а также об участии избранного им защитника или защитника по назначению суда в суде апелляционной инстанции.

Осужденный имеет право на дополнительное ознакомление с материалами уголовного дела для написания апелляционной жалобы.

Судья: О.А. Иващенко