САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 44г-312/2019 6 ноября 2019 года

Президиум Санкт-Петербургского городского суда в составе:

Председательствующего Лакова А.В. 

и членов президиума Черкасовой Г.А., Миргородской И.В., Кутыева О.О., Савельева Д.В., 

при секретаре Малинкиной М.А., 

рассмотрел в судебном заседании 06.11.2019 гражданское дело № 2-693/2018 по иску Д.В. к М.Е. о признании утратившей право пользования жилым помещением со снятием с регистрационного учета, по встречному иску М.Е. к Д.В. о признании брачного договора недействительным, разделе общего имущества супругов, по встречному иску Д.В. к М.Е. о разделе общего долга супругов,

по кассационной жалобе представителя М.Е. на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 13.03.2019, 

заслушав доклад судьи Сопраньковой Т.Г., выслушав объяснения М.Е. и ее представителя Т.Ю. по доверенности, Д.В. и его представителя адвоката Н.П., 

У С Т А Н О В И Л :

Истец Д.В. обратился в Московский районный суд Санкт-Петербурга с иском, в котором просил признать М.Е. утратившей право пользования жилым помещением – квартирой, расположенной по адресу: 

<

адрес>, со снятием с регистрационного учета. 

В обоснование своих требований Д.В. указал, что состоял с М.Е. в браке, решением мирового судьи судебного участка № 127 Санкт-Петербурга от 28.04.2015 брак между сторонами по делу расторгнут. До расторжения брака, 27.09.2014, между сторонами по делу был заключен брачный договор, в соответствии с которым спорная квартира перешла в личную собственность Д.В. В настоящее время М.Е. в квартире не проживает, членом семьи истца не является. 

В порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дополнил иск требованиями о признании общим долгом - долг по кредитному договору, заключенному 15.08.2014 с АО «ЮниКредитБанк» на сумму 1 391 260,33 рубля, разделе между сторонами по делу в равных долях долговых обязательств по указанному кредитному договору по 695 630 рублей на каждого, и взыскании с М.Е. в пользу Д.В. 695 630,16 рубля. 

В обоснование этих требований Д.В. указал, что по вышеназванному кредитному договору были получены денежные средства на приобретение автомобиля CHEVROLET TAHOE. После прекращения семейных отношений с М.Е. Д.В. погасил часть задолженности по вышеназванному договору в размере 1 391 260,33 рублей.

Не согласившись с заявленными требованиями, М.Е. предъявила встречный иск к Д.В., в котором, с учетом уточнений просила признать брачный договор от 27.09.2014, заключенный между М.Е. и Д.В., - недействительным; 

признать право общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 53,8 кв. м; выделить Д.В. в собственность 1/2 долю вышеназванной квартиры стоимостью 3 094 000 рублей;

земельный участок, расположенный по адресу: 

<

адрес>, стоимостью 179 000 рублей;

земельный участок, расположенный по адресу: 

<

адрес>, кадастровый номер №..., стоимостью 179 000 рублей, всего на сумму 3 273 000 рулей (том I л.д. 51-55, том II л.д. 31-32). 

В обоснование своих требований М.Е. указала, что оспариваемый брачный договор был заключен ею под давлением Д.В., которому она полностью доверяла решение всех финансовых вопросов их семьи. При этом данный брачный договор значительно ущемляет права М.Е., поскольку по условиям этого договора часть имущества, которое переходит в ее собственность, по цене значительно меньше части имущества, которое поступает в собственность Д.В., кроме того, она лишается прав на жилое помещение. В то же время, вышеперечисленное имущество было приобретено сторонами в период брака, и в связи с недействительностью оспариваемого брачного договора подлежит разделу между сторонами по делу в равных долях. 

Решением Московского районного суда Санкт-Петербурга от 28.09.2018 в удовлетворении исковых требований Д.В. к М.Е. отказано в полном объеме.

Встречный иск М.Е. удовлетворен.

Суд признал брачный договор от 27.09.2014, заключенный между Д.В. и М.Е., удостоверенный С.Ю., временно исполняющей обязанности нотариуса нотариального округа Санкт-Петербурга Т.В., зарегистрированный в реестре за №..., недействительным. 

Признал за М.Е. право собственности на:

- 1/2 (одну вторую) долю двухкомнатной квартиры, общей площадью 53,8 кв. м, жилой площадью 25,10 кв. м, расположенной на восьмом этаже многоквартирного двадцатипятиэтажного кирпично-монолитного дома, по адресу: 

<

адрес>, кадастровый (или условный) номер: №...;

- земельный участок площадью 800 кв. м, с кадастровым номером №..., расположенный по адресу: 

<

адрес>. 

Признал за Д.В. право собственности на:

- на 1/2 (одну вторую) долю двухкомнатной квартиры, общей площадью 53,8 кв. м, жилой площадью 25,10 кв. м, расположенной на восьмом этаже многоквартирного двадцатипятиэтажного кирпично-монолитного дома, по адресу: 

<

адрес>, кадастровый (или условный) номер: №...;

- на земельный участок площадью 800 кв. м, с кадастровым номером №..., расположенный по адресу: 

<

адрес>. 

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 13.03.2019 решение суда первой инстанции отменено. 

М.Е. признана утратившей право пользования жилым помещением по адресу: 

<

адрес>, с последующим снятием с регистрационного учета по указанному адресу.

М.Е. в удовлетворении исковых требований о признании брачного договора недействительным и разделе имущества отказано.

В остальной части решение районного суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе, поданной представителем М.Е. 28.08.2019, содержится просьба об отмене апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам по основаниям несоответствия его требованиям норм материального и процессуального права. 

Определением судьи Санкт-Петербургского городского суда от 11.09.2019 гражданское дело № 2-693/2018 истребовано из Московского районного суда Санкт-Петербурга, откуда поступило 20.09.2019.

Определением судьи Санкт-Петербургского городского суда от 28.10.2019 настоящее дело с кассационной жалобой передано для рассмотрения в суд кассационной инстанции – президиум Санкт-Петербургского городского суда. 

Отдел по Московскому району УВМ ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Леонобласти о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещен надлежаще, в судебное заседание не явился, в связи с чем президиум считает возможным рассмотреть дело в его отсутствие на основании части 2 статьи 385 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. 

Президиум, проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, находит оспариваемый судебный акт подлежащим оставлению без изменения, кассационную жалобу оставлению без удовлетворения по следующим основаниям. 

В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции до 01.10.2019) основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Согласно части 2 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции до 01.10.2019) при рассмотрении дела в кассационном порядке суд проверяет правильность применения и толкования норм материального права и норм процессуального права судами, рассматривавшими дело, в пределах доводов кассационных жалобы, представления.

Таких нарушений судом апелляционной инстанции не допущено. 

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, Д.В. и М.Е. с 12.07.2007 состояли в браке. Вступившим в законную силу решением мирового судьи судебного участка № 127 Санкт-Петербурга от 28.04.2015 по делу № 2-702/2015-127 брак между ними расторгнут. 

У сторон от брака имеется общая дочь – Д.Д., 

<

дата> года рождения. 

В период брака сторонами на основании возмездных сделок было приобретено следующее имущество на имя Д.В.: квартира общей площадью 53,8 кв. м, расположенная по адресу: 

<

адрес>, земельный участок, расположенный по адресу: 

<

адрес>, автомобиль CHEVROLET TAHOE, 2013 года выпуска, государственный регистрационный номерной знак №....

На имя М.Е. приобретен земельный участок, расположенный по адресу: 

<

адрес>, автомобиль марки, модели NISSAN JUKE, 2013 года выпуска, государственный регистрационный номерной знак №....

27.09.2014 между Д.В. и ответчиком М.Е. заключен брачный договор, удостоверенный С.Ю., временно исполняющим обязанности нотариуса нотариального округа Санкт-Петербурга Т.В., зарегистрированный в реестре за №..., по условиям которого в раздельной собственности супругов будет находиться все имущество индивидуального пользования, драгоценности, банковские вклады, денежные средства, находящиеся на банковских счетах, проценты по ним, доли в уставном капитале, акции, дивиденды, полученные по ним, автомобили, недвижимое имущество, приобретенное после вступления в брак, которое зарегистрировано или будет зарегистрировано в дальнейшем на имя одного из супругов, такое имущество, как в период брака, так и в случае его расторжения, является раздельной собственностью этого супруга. На распоряжение таким имуществом согласие другого супруга не требуется. 

Недвижимое имущество, приобретаемое и создаваемое по договорам о долевом участии в строительстве или по любым другим договорам, заключенным как до вступления в брак, так и во время брака, являются во время брака и в случае его расторжения раздельной собственностью того из супругов, на имя которого оформлены договоры и зарегистрировано право собственности.

Брачные отношения между сторонами спора фактически прекращены с ноября 2014 года. 

Разрешая спор по существу, суд первой инстанции применил положения статей 2, 5, 4, 9 (п.1), 44 (п.2), 34, 39 (ч.1,3), 45 (п.1,2) Семейного кодекса Российской Федерации, статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, принимая во внимание разъяснения, содержащиеся в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05.11.1998 № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака», пришел к выводу о наличии оснований для признания спорного брачного договора недействительным по тем основаниям, что его условия ставят в крайне невыгодное положение М.Е., доля которой в общем имуществе супругов составляет в 8 раз меньше доли Д.В., она лишается жилья, являющегося единственным местом жительства не только ее, но и совместной несовершеннолетней дочери сторон спора. 

Суд первой инстанции, отказывая в применении последствий пропуска срока исковой давности, исходил из того, что М.Е. стало известно о нарушении ее права 26.07.2017 – с момента предъявления к ней иска о признании утратившей право пользования спорным жилым помещением, то есть когда в результате реализации брачного договора она попала в крайне неблагоприятное имущественное положение.

Отменяя решение суда первой инстанции и отказывая М.Е. в удовлетворении иска о признании брачного договора недействительным, судебная коллегия исходила из того, что ею пропущен срок исковой давности, поскольку его следует исчислять с момента расторжения брака, а именно с 28.04.2015, когда очевидно стало ясно, что иного имущества, которое могло бы быть оформлено в ее собственность, сторонами приобретено в период брака не будет. С 28.04.2015 на момент подачи иска в суд 10.04.2018 годичный срок исковой данности М.Е. пропущен. 

Податель жалобы – М.Е. с выводами суда апелляционной инстанции в части, касающейся применения срока исковой давности, не согласна. Полагает, что о нарушенном праве ей стало известно с момента предъявления Д.В. к ней требований о признании утратившей право пользования жилым помещением, приобретенным в период брака. Полагает, что судебной коллегией в указанной части неверно определены юридически значимые обстоятельства и неверно применен закон, подлежащий применению. Поскольку иск о признании ее утратившей право пользования жилым помещением подан Д.В. 26.07.2017, то встречное требование о признании брачного договора недействительным, заявленное 17.04.2018, подано в пределах годичного срока обращения в суд. 

Указанные доводы не могут быть приняты во внимание и не влекут отмену оспариваемого апелляционного определения. 

Законом (статья 44 Семейного кодекса Российской Федерации) установлены общие и специальные основания для признания брачного договора недействительным.

Согласно пункту 1 статьи 44 Семейного кодекса Российской Федерации брачный договор может быть признан судом недействительным полностью или частично по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации для недействительности сделок.

В соответствии с пунктом 2 статьи 44 Семейного кодекса Российской Федерации суд может признать брачный договор недействительным полностью или частично по требованию одного из супругов, если условия договора ставят этого супруга в крайне неблагоприятное положение. То есть данной нормой установлены специальные семейно-правовые основания для признания брачного договора недействительным.

Правовым основанием предъявления М.Е. требования о признании брачного договора недействительным являлись положения пункта 2 статьи 44 Семейного кодекса Российской Федерации. Оспаривая брачный договор, М.Е. указывала на оспоримость данной сделки (пункт 3 статьи 42, пункт 2 статьи 44 Семейного кодекса Российской Федерации), поскольку условия брачного контракта ставят ее в заведомо неблагоприятное имущественное положение по сравнению со вторым супругом, указывала на вынужденный характер совершения сделки с ее стороны, поскольку она надеялась при наличии такого соглашения сохранить семью. 

Статьей 2 Семейного кодекса Российской Федерации определено, что семейное законодательство устанавливает условия и порядок вступления в брак, прекращение брака и признания его недействительным, регулирует неимущественные и имущественные отношения между членами семьи: супругами, родителями и детьми (усыновителями и усыновленными), а в случаях и в пределах, предусмотренных семейным законодательством, между другими родственниками и иными лицами, а также определяет формы и порядок устройства в семью детей, оставшихся без попечения родителей.

В силу статьи 4 Семейного кодекса Российской Федерации к названным в статье 2 данного Кодекса имущественным и личным неимущественным отношениям между членами семьи, не урегулированным семейным законодательством применяется гражданское законодательство.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Семейного кодекса Российской Федерации на требования, вытекающие из семейных отношений, исковая давность не распространяется, за исключением случаев, если срок для защиты нарушенного права установлен названным Кодексом.

Семейным кодексом Российской Федерации срок исковой давности для требований об оспаривании брачного договора не установлен.

Однако по своей правовой природе брачный договор является разновидностью двусторонней сделки, но имеющей свою специфику, обусловленную основными началами (принципами) семейного законодательства. Поскольку для требования супруга по пункту 2 статьи 44 Семейного кодекса Российской Федерации о признании брачного договора недействительным этим Кодексом срок исковой давности не установлен, то к такому требованию супруга исходя из положений статьи 4 Семейного кодекса Российской Федерации в целях стабильности и правовой определенности гражданского оборота применяется срок исковой давности, предусмотренный статьей 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, по требованиям о признании сделки недействительной.

Согласно пункту 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации иск о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности может быть предъявлен в течение года со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В соответствии с абзацем вторым пункта 15 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 05.11.1998 № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака», если брачным договором изменен установленный законом режим совместной собственности, то суду при разрешении спора о разделе имущества супругов необходимо руководствоваться условиями такого договора. При этом следует иметь в виду, что в силу пункта 3 статьи 42 Семейного кодекса Российской Федерации условия брачного договора о режиме совместного имущества, которые ставят одного из супругов в крайне неблагоприятное положение (например, один из супругов полностью лишается права собственности на имущество, нажитое супругами в период брака), могут быть признаны судом недействительными по требованию этого супруга.

Из изложенного следует, что при оспаривании супругом действительности брачного договора или его условий по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 44 Семейного кодекса Российской Федерации, срок исковой давности следует исчислять с момента, когда этот супруг узнал или должен был узнать о том, что в результате реализации условий брачного договора он попал в крайне неблагоприятное имущественное положение. 

Определяя начало течения срока исковой давности, суд апелляционной инстанции исходил из того, что М.Е. узнала о нарушении своих прав после расторжения брака, когда очевидно стало известно, что никакого иного имущества, которое могло бы быть приобретено в ее собственность в браке не будет, в связи с чем на момент подачи ею иска в суд о признании брачного договора недействительным 10.04.2018 годичный срок исковой давности пропущен. 

Президиум Санкт-Петербургского городского суда находит возможным согласиться с указанными выводами судебной коллегии, поскольку М.Е. добровольно выехала из спорной квартиры в октябре 2014 года, с 01.07.2017 на основании договора аренды занимает жилое помещение – 

<

адрес> (т. 1 л.д. 70-72), следовательно, не позднее даты расторжения брака с ответчиком ей стало известно об объеме имущества, оставшегося в собственности каждого из бывших супругов и об утрате прав в отношении жилого помещения, правовой режим которого был урегулирован сторонами условиями брачного договора, и, следовательно, на момент обращения в суд срок исковой давности ею был пропущен. 

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" разъяснено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Такое правовое регулирование направлено на создание определенности и устойчивости правовых связей между участниками правоотношений, их дисциплинирование, обеспечение своевременной защиты прав и интересов субъектов правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов. Применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников правоотношений от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав.

С учетом изложенного, президиум Санкт-Петербургского городского суда соглашается с применением судебной коллегией по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда последствий пропуска срока исковой давности по иску М.Е. к Д.В. о признании брачного договора недействительным, отказом в разделе брачного имущества, в связи с чем кассационная жалоба М.Е. должна быть отклонена. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 387-390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, президиум

П О С Т А Н О В И Л:

Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 13.03.2019 оставить без изменения, кассационную жалобу представителя М.Е. без удовлетворения. 

Председательствующий А.В. Лаков