ДЕЛО № 2-760/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 сентября 2019 года г. Рославль

Рославльский городской суд Смоленской области в составе судьи Лакеенковой Е.В., 

с участием прокурора Новиковой О.А., 

при секретаре Давыденковой О.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2, ФИО3 и ФИО4 к ОАО « РЖД» о взыскании компенсации морального и материального вреда,

установил:

ФИО2, ФИО3 и ФИО4 обратились с иском в суд к ОАО « РЖД» о взыскании компенсации морального и материального вреда, мотивируя тем, что ФИО2 и ФИО4 являются родителями ФИО1, ФИО3 является её сестрой.

22 ноября 2017 года в 

<

адрес> Курского направления Московской железной дороги электропоездом № № сообщением 

<

данные изъяты>, под управлением машинистов ФИО8 и ФИО9, состоящих в трудовых отношениях с ОАО « РЖД» был совершен наезд на ФИО1, в результате которого она скончалась.

В возбуждение уголовного дела по данному факту было отказано в связи с отсутствием состава преступления.

Истцы, ссылаясь на ст.ст. 1064 ГК РФ, 1079 ГК РФ, ст. 151 ГК РФ, а также ФЗ «О погребении и похоронном деле», просят взыскать с ОАО «РЖД» моральный вред в размере 

<

данные изъяты> рублей каждому и материальный вред в размере 

<

данные изъяты> рублей в пользу ФИО2 

Определением суда к участию в деле в качестве соответчика привлечено СПАО «Ингосстрах», где застрахована ответственность ОАО «РЖД» по договору добровольного страхования гражданской ответственности ( л.д. 104).

В судебном заседании представитель истца ФИО2 исковые требования поддержал, пояснив, что погибшая является близким родственником. Жила отдельно, в 

<

адрес>, с мужем и ребенком, но поддерживала со всеми теплые отношения. Родители погибшей проживают в деревне, сестра в 

<

адрес>. ФИО1 переходила дорогу не по переезду, так как спешила на работу, железная дорога расположена по пути следования погибшей на работу, а переезд расположен в двух км от места происшествия. 

РЖД не приняло никаких мер для предотвращения подобных случаев в жилом микрорайоне, в результате чего был совершен наезд. Со слов его доверителя участок местности, где это произошло, имеет изгиб. Просит иск удовлетворить.

Представитель ответчика ОАО «РЖД» иск не признала по основаниям, изложенным в письменных возражениях.

Представитель соответчика СПАО «Ингосстрах» в суд не явился, направив письменные возражения с ходатайством об отложении дела в связи с нахождением представителя в очередном отпуске.

Истцы ФИО4 и ФИО2, ФИО3 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Суд в силу ст. 167 ГПК РФ считает возможными рассмотреть иск при данной явке, неявку соответчика СПАО «Ингосстрах» признать неуважительной, в ходатайстве об отложении дела отказать. Нахождение представителя юридического лица в отпуске не может быть признана уважительной причиной неявки в судебное заседание, поскольку юридическое лицо не лишено возможности поручить участие в судебном заседании иному представителю.

Изучив материалы дела, заслушав явившихся лиц, суд приходит к следующему.

В силу ч. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда; при определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В силу ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (п. 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п. 2).

Согласно статье 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В суде установлено, что 22 ноября 2017 года в 

<

адрес> Курского направления Московской железной дороги электропоездом № № сообщением 

<

данные изъяты>», под управлением машинистов ФИО8 и ФИО9, состоящих в трудовых отношениях с ОАО «РЖД», был совершен наезд на ФИО1, в результате которого она скончалась.

В возбуждении уголовного дела было отказано в связи с отсутствием состава преступления. Из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела следует, что погибшая ФИО1 находилась на путях в нарушение Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути, утвержденных приказом Министра транспорта РФ от 08.02.2007 № 18. В её действиях наличествует грубая неосторожность. 

Также в суде установлено, что погибшая переходила железнодорожные пути по стихийному пешеходному переходу, который ведет от 

<

адрес> в 

<

адрес>. Данный участок путей прямой, поэтому доводы представителя истцов о том, что имеется изгиб железнодорожных путей, судом не принимаются. 

ФИО2 и ФИО4 являются родителями погибшей, ФИО3 её сестрой. Родители и сестра проживали отдельно от ФИО1, которая имела свою семью - мужа и ребенка.

Владельцем электропоезда является ОАО «РЖД», что ответчиком в процессе рассмотрения дела не оспаривалось.

Согласно п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

По мнению суда не имеется оснований для освобождения ответчика от ответственности по компенсации морального и материального вреда ввиду наличия в действиях потерпевшей грубой неосторожности, поскольку в силу п. 2, 3 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. 

В соответствии с п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» при разрешении спора о возмещении вреда жизни или здоровью, причиненного вследствие умысла потерпевшего, судам следует учитывать, что согласно пункту 1 статьи 1083 ГК РФ такой вред возмещению не подлежит.

Виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (пункт 2 статьи 1083 ГК РФ). Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.). Неосторожность выражается в отсутствии требуемой при определенных обстоятельствах внимательности, предусмотрительности, заботливости. При грубой неосторожности нарушаются обычные, очевидные для всех требования, предъявляемые к лицу, осуществляющему определенную деятельность. Грубая неосторожность предполагает предвидение потерпевшим большой вероятности наступления вредоносных последствий своего поведения и наличие легкомысленного расчета, что они не наступят.

Таким образом, названные нормы закона предусматривают два случая уменьшения размера возмещения вреда, возникновению или увеличению которого способствовала грубая неосторожность потерпевшего.

В первом случае учитывается грубая неосторожность потерпевшего и вина причинителя вреда. Для этих случаев федеральный законодатель формулирует императивное требование уменьшить размер возмещения, поскольку при грубой неосторожности потерпевшего удовлетворение соответствующего иска в полном объеме недопустимо и применение смешанной ответственности является не правом, а обязанностью суда. Во втором случае учитывается грубая неосторожность потерпевшего и одновременно - отсутствие вины причинителя вреда. При этом суд по своему усмотрению может применить одно из следующих негативных для потерпевшего последствий: 1) уменьшение размера возмещения, 2) полный отказ в возмещении, если законом не установлено иное.

Разъясняя данные законоположения, Конституционный Суд РФ в Определении от 19.05.2009 № 816-О-О указал, что правовой подход, в силу которого может иметь место освобождение от ответственности за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, по усмотрению суда, соответствует закрепленному в статье 10 Конституции Российской Федерации принципу самостоятельности судебной власти, нормативное содержание которого предусматривает имманентно присущую судебной власти дискреционность при осуществлении правосудия.

Вместе с тем, Конституционный Суд отметил, что закрепленное в абзаце втором пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса РФ исключение из общего порядка определения размера возмещения вреда, возникновению которого способствовала грубая неосторожность потерпевшего, предусматривающее, что при причинении вреда жизни и здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается, а также содержащееся в абзаце втором статьи 1100 Гражданского кодекса РФ положение о недопустимости отказа в компенсации морального вреда в случае, если вред причинен источником повышенной опасности жизни и здоровью гражданина, в том числе при отсутствии вины причинителя вреда, является мерой защиты признаваемых в Российской Федерации прав и свобод человека, в частности, права на жизнь, (статья 20, часть 1 Конституции РФ), права на охрану здоровья (статья 41, часть 1 Конституции РФ), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

Таким образом, указал Конституционный Суд РФ, положения абзаца второго пункта 2 статьи 1083 и абзаца второго статьи 1100 Гражданского кодекса РФ - в рамках проводимой в Российской Федерации как правовом и социальном государстве (статья 1, часть 1; статья 7, часть 1, Конституции Российской Федерации) правовой политики, - воплощают основанный на вытекающем из статьи 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации принцип пропорциональности баланса субъективных прав причинителя вреда, осуществляющего деятельность, связанную с повышенной опасностью для окружающих, с одной стороны, и потерпевшего, проявившего грубую неосторожность, - с другой.

По факту гибели ФИО1 проводилось служебное расследование.

Из акта служебного расследования транспортного происшествия, произошедшего 22 ноября 2017 года в 

<

данные изъяты>, видно, что в момент несчастного случая прожектор и буферные фонари поезда № были освещены, подвижной состав исправен, машинистом подавались оповестительные сигналы большой громкости, применено экстренное торможение. На 57 км 1 пк расположен пешеходный переход, оснащенный звуковой и световой сигнализацией в исправном состоянии для безопасного перехода граждан через пути. У машинистов признаков алкогольного, наркотического и токсического опьянения не обнаружено. Причиной транспортного происшествия стало грубое нарушение пострадавшим правил личной безопасности на железнодорожных путях (л.д.97-98).

Как следует из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела по факту смерти ФИО1, в результате проведенной проверки следствие пришло к выводу об отсутствии в действиях машинистов ФИО8 и ФИО10 признаков преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 263 Уголовного кодекса РФ, поскольку с их стороны не допущено нарушений правил движения и эксплуатации железнодорожного транспорта. 

Наоборот установлено, что машинисты, заметив человека, стоящего возле железнодорожного пути, подали сигнал большой громкости и включили яркий прожектор, но человек не реагировал, далее ими незамедлительно было применено экстренное торможение, но ввиду малого расстояния не удалось избежать наезда. Видимость локомотива на момент происшествия составляет около 150-200 метров ( л.д. 14-16).

Согласно данному постановлению, дорожно-транспортное происшествие стало возможным из-за действий самой потерпевшей ФИО1, находившейся на железнодорожных путях в нарушение Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути. Следствие пришло к выводу, что причиной транспортного происшествия явились невнимательные и неосторожные действия самой потерпевшей. 

Суд согласен с выводами следствия, поскольку, по мнению суда, погибшая, переходя железнодорожные пути не по переходу, проявила тем самым грубую неосторожность, она не могла не предвидеть большой вероятности наступления вредоносных последствий своего поведения, но легкомысленно рассчитывала, что они не наступят. Она не могла не знать, что по этому пути идет электричка, рассчитывала, что успеет перейти железнодорожные пути, в то же время в суде не установлено, что она действовала с прямым умыслом. Доводы истцов о том, что переход находится далеко от места происшествия, не означает, что погибшая действовала разумно, и в её действиях нет грубой неосторожности. Рассуждения представителя истца о том, что должен быть огорожен участок железнодорожных путей, где произошло столкновение, не принимаются судом, поскольку от этого не уменьшается грубая неосторожность в действиях погибшей.

Учитывая вышеизложенное, оценивая представленные по делу доказательства, принимая во внимание обстоятельства, при которых наступила смерть потерпевшей, наличие в её действиях грубой неосторожности, а также исходя из требований разумности и справедливости, суд считает, что размер заявленный истцами к взысканию компенсации морального вреда подлежит снижению.

Так, в пользу родителей суд считает возможным взыскать с ОАО «РЖД» по 

<

данные изъяты> рублей, а в пользу сестры – 

<

данные изъяты> рублей, при этом суд также учел то обстоятельство, что погибшая имела свою семью и проживала отдельно от истцов в другом городе.

Суд признает, что родители и сестра испытывают нравственные страдания, связанные с потерей дочери и сестры, и суд полагает, что никакой размер компенсации морального вреда не может восполнить потерю близкого человека, а является лишь некой компенсацией нравственных страданий и переживаний родственников.

Безусловно, самим фактом гибели ФИО1 её родителям и сестре причинены глубокие нравственные и моральные страдания, однако ответчик - ОАО «РЖД» не является виновником произошедшего и его ответственность в данном случае наступает независимо от вины.

И суд не может игнорировать данное обстоятельство.

Факт смерти ФИО1 на объекте железнодорожного транспорта и несения истцом ФИО2 расходов на погребение дочери подтверждается представленными документами.

Согласно ст. 1094 Гражданского кодекса Российской Федерации лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона № 8-ФЗ от 12.01.1996 «О погребении и похоронном деле», погребение понимается как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям, которое может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронению в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

В силу статьи 5 данного закона вопрос о размере необходимых расходов на погребение должен решаться с учетом необходимости обеспечения достойного отношения к телу умершего и его памяти.

В соответствии с п. 4 ст. 9 Федерального закона от 12 января 1996 г. № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» оплата стоимости услуг, предоставляемых сверх гарантированного перечня услуг по погребению, производится за счет средств супруга, близких родственников, иных родственников, законного представителя умершего или иного лица, взявшего на себя обязанность осуществить погребение умершего.

Произведенные истцом ФИО2 расходы на поминальный обед в размере 39700,00 рублей и 84000,00 рублей - на памятник (всего 123700,00 рублей), являются необходимыми, отвечающими требованиями разумности и справедливости, подлежат возмещению за счет причинителя вреда - ОАО «РЖД».

Доводы ответчика, приведенные в письменных возражениях о том, что возмещение вреда подлежит взысканию со страховой компании не могут быть удовлетворены по следующим основаниям:

В соответствии с пунктом 4 статьи 931 ГК РФ в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

В суде установлено, что между ОАО «РЖД» (страхователем) и СПАО «Ингосстрах» (страховщиком) был заключен договор добровольного страхования гражданской ответственности №.

Из данного договора не следует, что вред возмещается непосредственно страховщиком, при этом ни потерпевший, ни страхователь к страховой компании с заявлением о выплате страхового возмещения не обращались. Согласно указанному договору страховым случаем является наступление гражданской ответственности страхователя по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда в течение действия данного договора. В соответствии с договором обязанность страховщика по выплате страхового возмещения может возникнуть: на основании предъявленной страхователю претензии, признанной им добровольно, на основании решения суда, установившего обязанность страхователя возместить ущерб, причиненный им выгодоприобретателям, на основании иных документов, подтверждающих факт причинения ущерба выгодоприобретателям в результате наступления страхового случая, предусмотренного настоящим договором. Согласно буквальному толкованию положений вышеуказанного договора, лицом, в пользу которого считается заключенным договор страхования, является непосредственно ОАО «РЖД».

Таким образом, из системного толкования вышеназванных условий договора страхования следует, что компенсация морального вреда осуществляется Страховщиком только в случае, если суд возложил на Страхователя обязанность денежной компенсации морального вреда Выгодоприобретателям.

При таких обстоятельствах, оснований для возложения обязанности по возмещению убытков на данного ответчика в силу указанных норм договора добровольного страхования не имеется, поскольку прав и законных интересов истца ответчик не нарушал и до вступления решения суда по данному делу в законную силу у данного ответчика не возникает обязанности по выплате страхового возмещения истцу. Тем более, что истцы предъявили иск к ОАО « РЖД», поэтому с учетом установленных по делу обстоятельств, суд считает, что ответственность по возмещению вреда лежит на ОАО «РЖД», как на лице, деятельность которого связана с повышенной опасностью для окружающих.

Учитывая вышеизложенное, на основании ст. 333.19 Налогового кодекса РФ и ст. ст. 98, 103 ГПК РФ, с учетом удовлетворенных требований с ответчика подлежит взысканию госпошлина в доход местного бюджета в размере 300 (триста) рублей - за компенсацию морального вреда и 3674, 00 рублей – от цены иска за взыскание материального ущерба. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с ОАО «Российские железные дороги» в пользу ФИО2 и ФИО4 денежную компенсацию морального вреда в размере по 

<

данные изъяты> руб., в пользу ФИО3 - 

<

данные изъяты> рублей.

Взыскать с ОАО «Российские железные дороги» в пользу ФИО2 расходы на погребение в размере 123700,00 рублей.

Взыскать с ОАО «Российские железные дороги» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3 974,00 рублей.

В иске к СПАО « Ингосстрах» отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок в Смоленский областной суд через Рославльский городской суд.

Судья: 

Мотивированное решение изготовлено 16 сентября 2019 года.