№ 1-81/2019 г.

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Семикаракорск Ростовской области 16 августа 2019 г.

Семикаракорский районный суд Ростовской области в составе: председательствующего судьи Панова И.И., 

с участием государственного обвинителя – помощника прокурора Семикаракорского района Ростовской области Оленева В.С., 

подсудимого ФИО1, 

защитника подсудимого - адвоката Пестовской Е.В. представившей удостоверение и ордер № 58036 от 30 апреля 2019 г., 

при секретаре судебного заседания Сахаровой Л.Б., рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении 

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в х

<

данные изъяты> не судимого, 

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 2281, п. «б» ч. 3 ст.2281 УК РФ 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 24 декабря 2018 г., примерно в 02 часа 00 минут, реализуя умысел на незаконный сбыт наркотического средства в значительном размере, путем произведенной закладки под дорожным знаком, установленным на участке местности в 300 метрах севернее домовладения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, за ранее полученные денежные средства в сумме 5 600 рублей незаконно сбыл Ч.О. порошкообразное вещество массой 0,56 грамма, являющееся производным наркотического средства N-метилэфедрон, оборот которого запрещен на территории Российской Федерации, что в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 1 октября 2012 г. № 1002 «Об утверждении значительного, крупного и особо крупного размеров наркотических средств и психотропных веществ, а также значительного, крупного и особо крупного размеров для растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, для целей статей 228, 2281, 229 и 2291 УК РФ» образует значительный размер данного наркотического средства. 

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании по эпизоду сбыта наркотических средств 24 декабря 2018 г. вину признал частично. Показал, что действительно 23 декабря 2018 г. он за переданные ему Ч.О. денежные средства в сумме 5 600 рублей приобрел наркотическое средство «соль» в г. Шахты и затем передал его Ч.О. путем закладки в п. Вершинном, оставив часть наркотического средства себе. Однако умысла на сбыт наркотического средства у него не было, приобрести наркотическое средство он договорился по телефону с Ч.О., с которым ранее лично не встречался и разговаривал только по телефону. При этом он (ФИО1) приобретал наркотические средства через интернет, а Ч.О. просто предложил ему скинуться и вместе купить наркотическое средство. Он согласился, но у него не было денег и Ч.О. перевел ему 5 600 рублей, пояснив, что за то, что он приобретет наркотическое средство, он его угостит. Он (ФИО1) предложил своему знакомому Я.П. также приобрести наркотическое средство. Я.П. также перевел ему деньги, из которых 300 рублей он положил на счет своего мобильного телефона, и осталось всего, вместе с денежными средствами Ч.О., 6 500 рублей. При этом он (ФИО1) принадлежащую ему 1000 рублей потратил на бензин, для того, чтобы заправить машину Я.П. для поездки в Шахты и обратно. За 6 500 рублей он приобрел около 2-3 граммов наркотического средства «соль», которое он разделил на 3 части, при этом себе и Я.П. оставил меньшие части, а основную часть путем закладки передал Ч.О. 

Вина подсудимого ФИО1 по эпизоду незаконного сбыта наркотических средств 24 декабря 2018 г., не смотря на его указанные показания, подтверждается совокупностью следующих исследованных в судебном заседании доказательств. 

-показаниями свидетеля Ч.О. в судебном заседании, согласно которым в течении двух лет он знаком с ФИО1, который также употребляет данное наркотическое средство. 22 декабря 2018 г. ему позвонил ФИО1 и в ходе разговора он спросил у последнего, есть ли у него что-нибудь, подразумевая наркотическое средство «соль», на что ФИО1 ответил, что есть, и это будет стоить 5 600 рублей. Он пояснил ФИО1, что у него есть только 5000 рублей и что он подумает. В течении часа он нашел недостающую сумму 600 рублей и позвонил ФИО1, спросив, как передать денежные средства, на что ФИО1 ответил, перевести их киви –кошелек на номер его мобильного телефона. Так как по месту его жительства в 

<

адрес> нет терминала, по согласованию с ФИО1 денежные средства он перевел последнему 23 декабря 2018 г. в утреннее время через банкомат в г. Семикаракорске. Примерно в 10 часов он позвонил ФИО1 и тот подтвердил, что денежные средства поступили. Примерно в два часа ночи, то есть уже 24 декабря 2018 г., ему позвонил Александр и сказал, что оставил закладку с наркотическим средством под дорожным знаком «112» на въезде в 

<

адрес>. Он на велосипеде доехал до указанного места, обнаружил под знаком темную пачку из-под сигарет, в которой находился тетрадный лист бумаги с наркотическое вещество белого цвета массой около 1-1,5 грамма. Затем он вернулся к себе домой и употребил часть наркотического средства путем курения, при этом ему стало плохо, поднялось давление и ближе к вечеру того же дня он решил добровольно сдать наркотическое средство сотрудникам полиции. 24 декабря 2018 г. в вечернее время, около 18 часов, он прибыл в ОМВД по Семикаракорскому району, сообщил на входе, что хочет добровольно выдать наркотическое средство. После этого его провели в кабинет, в который затем зашел сотрудник полиции ФИО2, которому он рассказал обстоятельства приобретения наркотического средства и сообщил, что хочет его выдать. Сотрудник составил какие-то документы, при этом он (Ч.О.) в течении нескольких часов оставался в кабинете. Затем в кабинет зашли двое понятых, в присутствии которых он выдал ФИО2 оставшееся у него наркотическое средство и был осмотрен принадлежащий ему мобильный телефон с перепиской с ФИО1, о чем был составлен соответствующий протокол, в котором расписались участвующие лица; 

-показаниями свидетеля Я.П. в судебном заседании, согласно которым с ФИО1 они ранее вместе работали в службе такси и иногда употребляли наркотические средства. 23 декабря 2018 г. к нему обратился ФИО1 и предложил съездить в г. Шахты, на что он согласился. В тот же день в дневное время на его (Я.П.) автомобиле, они вдвоем поехали в г. Шахты, при этом он (Я.П.), управляя автомобилем, ориентировался по навигатору по указанному Башкатовым адресу. Когда они доехали до указанного Башкатовым адреса, последний вышел из автомобиля, а когда через некоторое время вернулся, сообщил, что они могут ехать обратно в г. Семикаракорск. Где-то на середине пути они сделали остановку, ФИО1 расфасовал имеющегося у него наркотического средства «соль» по бумажным листам и передал ему часть, угостив его, при этом ФИО1 также оплатил бензин, таким образом, рассчитавшись за поездку. При этом на обратной дороге, уже после полуночи, ФИО1 с кем-то созванивался и попросил его остановиться на въезде в п. Вершинный возле дорожного знака «112». В указанном месте ФИО1 вышел из машины, прошел к данному дорожному знаку, после чего вернулся обратно в автомобиль. Как он понял, ФИО1 оставил часть данного наркотического средства в указанном месте для кого-то. Затем он отвез ФИО1 домой; 

-показаниями свидетеля Л.А. в судебном заседании, согласно которым 25 декабря 2018 г. в вечернее время он находился в центре г. Семикаракорска, когда сотрудники полиции предложили ему принять участие в проводимых мероприятиях в качестве понятого. Он согласился, после чего они прошли в здание отдела полиции на второй этаж, где в его присутствии и присутствии еще одного понятого, ранее не известный ему мужчина выдал сотруднику полиции бумажный сверток. При этом, пояснив, что это наркотическое средство, которое он купил, часть употребил, но ему стало плохо и он решил его добровольно выдать. Изъятое наркотическое средство было упаковано в пакет и скреплено биркой, на которой расписались участвующие лица. При этом сотрудником полиции составлялся протоколом, в котором также расписались участвующие лица; 

-показаниями свидетеля Н.Д. в судебном заседании, согласно которым он работает в должности оперуполномоченного ОКОН ОМВД России по Семикаракорскому району. 24 декабря 2018 г. в вечернее время в отдел полиции обратился Ч.О., который сообщил на КПП, что хочет добровольно выдать наркотические средства. Его коллеги проводили Ч.О. в служебный кабинет ОКОН, расположенный на втором этаже отдела полиции. Там Ч.О. рассказал ему обстоятельства приобретения наркотического средства, в связи с чем он составил рапорт об обнаружении признаков преступления, в котором изложил данные обстоятельства, ошибочно указав, что наркотическое средство уже выдано, после чего рапорт был зарегистрирован, а проведение проверки поручено ему. При этом другие сотрудники в это время искали понятых, а Ч.О. оставался в указанном служебном кабинете. Затем, когда сотрудники нашли понятых, Ч.О. выдал ему в присутствии двух понятых наркотическое вещество, которое было в рамках протокола осмотра места происшествия упаковано и изъято, о чем расписались участвующие лица. При этом он ошибочно указал в протоколе об участии иных лиц, в момент выдачи в кабинете они находились вчетвером, то есть он, Ч.О. и понятые; 

- протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ и фототаблицей к нему, согласно которому предметом осмотра явился служебный кабинет № ОМВД России по Семикаракорскому району Ростовской области, по адресу: 

<

...>. В ходе осмотра, проведенного оперуполномоченным ОКОН ОМВД России по Семикаракорскому району РО Н.Д., в присутствии понятых Л.С. и М.С. в указанном служебном кабинете гражданин Ч.О. выдал пакет с веществом белого цвета, пояснив, что данное вещество является наркотическим, которое вместе с упаковочным материалом, было помещено в полиэтиленовый пакет и упаковано (т. 1, л.д. 6-12); 

-заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которого выданное Ч.О. порошкообразное вещество массой 0,56 грамма, является производным наркотического средства N-метилэфедрон, оборот которого запрещен на территории Российской Федерации, что в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 1 октября 2012 г. № 1002 «Об утверждении значительного, крупного и особо крупного размеров наркотических средств и психотропных веществ, а также значительного, крупного и особо крупного размеров для растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, для целей статей 228, 2281, 229 и 2291 УК РФ» образует значительный размер данного наркотического средства; 

-осмотренными и приобщенными к уголовному делу вещественными доказательствами: прозрачным полимерным пакетом, с находящимся в нем остатком после проведения экспертизы порошкообразного вещество массой 0,51 грамма, являющегося производным наркотического средства N-метилэфедрон (т. 1 л.д. 43-44, 45). 

Анализируя совокупность вышеприведенных доказательств на предмет их относимости, допустимости, достоверности и достаточности суд приходит к выводу о виновности подсудимого ФИО1 в совершении преступления, изложенного в описательно-мотивировочной части приговора.

Оценивая приведенные выше показания свидетелей обвинения, в том числе, Ч.О., Л.А. и Н.Д., суд находит, что они в последовательны, логичны, и в совокупности с иными приведенными доказательствами, устанавливают одни и те же факты. По этим основаниям суд приходит к выводу, что у свидетелей обвинения, предупрежденных об уголовной ответствености за заведомо ложный донос и дачу заведомо ложных показаний, нет объективных причин оговаривать подсудимого. 

Имеющиеся незначительные расхождения в показаниях свидетелей по в части времени выдачи Ч.О. наркотического средства, по убеждению суда обусловлены давностью произошедших событий и были устранены в ходе судебного следствия. При таком положении суд признает показания указанных свидетелей обвинения достоверными и правдивыми, основывая на них свои выводы, а доводы стороны защиты об обратном – несостоятельными. 

Показания свидетеля обвинения Я.П. в судебном заседании в части того, что о цели поездки в г. Шахты – приобретения наркотических средств, ему стало известно только на обратном пути в г. Семикаракорск, суд оценивает критически и в этой части отклоняет. Суд, исходя из установленных обстоятельств дела, признает, что свидетель Я.П., изначально знал о цели поездке, умолчав в суде об этом, не желая сообщать суду о своем неправомерном поведении. 

Вместе с тем, в остальной части, приведенные в описательно-мотивировочной части приговора показания данного свидетеля суд признает достоверными и правдивыми, в связи с чем его приведенные в приговоре показания суд также кладет в основу приговора. 

Утверждения подсудимого ФИО1 о том, что 04 января 2019 г. он участвовал в осмотре места происшествия в связи с примененным к нему насилием сотрудниками полиции, суд признает необоснованными, поскольку данные доводы опровергаются как показаниями допрошенных в качестве свидетелей оперативных сотрудников Н.Д., М.А. и Е.Р., так и принятым Семикаракорским межрайонным СО СУ СК РФ по Ростовской области процессуальным решением об отказе в возбуждении уголовного дела по указанному заявлению подсудимого (т. 2, л.д. 23-26). 

Между тем, суд исходит из того, что по смыслу закона, обеспечение права на защиту является одним из принципов уголовного судопроизводства, действующих во всех его стадиях. В силу этого правом на защиту обладает, в том числе, лицо, в отношении которого осуществляются затрагивающие его права и свободы процессуальные действия по проверке сообщения о преступлении в порядке, предусмотренном статьей 144 УПК РФ. Суду надлежит проверять, в частности, разъяснялись ли лицу права не свидетельствовать против самого себя, пользоваться услугами адвоката, приносить жалобы на действия (бездействие) и решения органов предварительного расследования в порядке, установленном главой 16 УПК РФ; была ли обеспечена возможность осуществления этих прав.

Как следует из оспариваемого протокола осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, (т. 1 л.д. 28-32), подсудимому ФИО1 его указанные права не разъяснялись, адвокат в ходе осмотра места происшествия не участвовал, что, по изложенным основаниям влечет признание судом данного протокола в силу ст.75 УПК РФ недопустимым доказательством и исключение его из числа доказательств.

Доводы стороны защиты о том, что недопустимым доказательством является также протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ – участка местности на вьезде в п. Вершинный Семикаракорского района в с участием Ч.О., суд оставляет без рассмотрения, поскольку государственный обвинитель на данный протокол как доказательство вины подсудимого не ссылался. 

Многочисленные доводы стороны защиты о нарушении требований закона при выдаче Ч.О. наркотических средств в ходе осмотра места происшествия ДД.ММ.ГГГГ (т. 1, л.д. 6-12), и соответственно, о том, что данный протокол является недопустимым доказательством, проверены судом. 

Доводы о том, что данный протокол осмотра места происшествия составлялся и, соответственно, изымались наркотические средства оперуполномоченным Н.Д. до регистрации сообщения о преступлении в книге регистрации сообщения о преступлении, своего подтверждения в судебном заседании не нашли. 

Как следует из показаний свидетелей обвинения Ч.О., Л.А., Н.Д., М.А., Е.Р. и исследованной в судебном заседании книге регистрации сообщений о преступлениях ОМВД по Семикаракорскому району Ростовской области (т. 1, л.д. 235-237), рапорт Н.Д. об обнаружении признаков преступления – факте прибытия в ФИО3 для выдачи наркотических средств, был в соответствии с законом зарегистрирован в указанной книге 25 декабря 2018 г. в 18 часов 00 минут. Как следует из указанного рапорта (т. 1, л.д. 4) и данной книги, проверка указанного сообщения о преступлении в порядке ст. 144-145 УПК РФ начальником ОМВД по Семикаракорскому району была поручена начальнику ОКОН ОМВД по Семикаракорскому району М.А., который поручил ее проведение оперуполномоченному Н.Д. и в рамках проведения данной проверки в период времени с 21 часа 45 минут до 22 часов 20 минут последним был проведен осмотр места происшествия. 

При этом факт отражения Н.Д. в указанном рапорте ошибочных сведений о том, что наркотическое средство уже выдано, на что сослалась стороны защиты, с учетом установленных обстоятельств, не может свидетельствовать о нарушении закона при регистрации сообщения о преступлении и проведении осмотра в рамках проверки в порядке ст. 144-145 УПК РФ. 

Не является основанием для признания данного протокола осмотра места происшествия недопустимым доказательством и факт ошибочного указания оперуполномоченным Н.Д. в протоколе в качестве участвующих лиц дополнительно сотрудников ОКОН ОМВД по Семикаракорскому району Ростовской области М.А., Е.Р. и К.В. Как установлено судом, данные лица в осмотре места происшествия участия не принимали, Н.Д. указал их ошибочно, а участники осмотра места происшествия в судебном заседании подтвердили достоверность содержащихся в нем сведений, свое участие в осмотре места происшествия и подлинность своих подписей.

Иные доводы стороны защиты, в числе которых о том, что осмотр места происшествия не мог проводиться до возбуждения уголовного дела, о том, что его мог проводить только следователь, о том, что недопустимым является изъятие наркотических средств в ходе осмотра места происшествия, на требованиях уголовно-процессуального закона не основаны. 

Таким образом, суд приходит к выводу, что осмотр места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого Ч.О. выдал купленные у ФИО1 наркотические средства, требованиям статей 176, 177, 180 УПК РФ соответствует, в связи с чем признает его допустимым и достоверным доказательством, основывая на нем свои выводы и отклоняя все доводы стороны защиты об обратном. 

Утверждения адвоката о недостоверности заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ и необходимости признания его недопустимым доказательством, суд также признает несостоятельными. 

Вопреки доводам стороны защиты, суд по результатам исследования данного заключения (т. 1, л.д. 22-25) признает, что оно является обоснованным, эксперт ЭКО МУ МВД России «Волгодонское» обладает соответствующими знаниями и был предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, заключение соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, выводы эксперта не противоречивы, мотивированы и научно обоснованы. 

Тот факт, что с постановлением о назначении экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, имеющий на тот период времени процессуальный статус подозреваемого, был ознакомлен 22 марта 2019 г. (т. 1 л.д. 65), вопреки утверждения адвоката, также не влечет признания заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ недопустимым доказательством, поскольку ФИО1 и его защитник не были лишены возможности реализовать свои процессуальные права, как при ознакомлении с данным заключением, так и в ходе дальнейшего производства по делу, в том числе, при выполнении требований ст. 217 УПК РФ. 

По этим основаниям суд признает данное заключение допустимым и достоверным доказательством, основывая на нем свои выводы. 

Утверждения стороны защиты о том, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело находилось на изучении в прокуратуре Семикаракорского района Роствоской области, в связи с чем в этот период времени следователь не мог производить следственные действия, со ссылками на сопроводительные письма (т. 1, л.д. 2, 36), обоснованными не являются. Как следует из исследованного в судебном заседании надзорного производства (т. 2, л.д. 3-5), указанных сопроводительных писем и установлено судом, данное уголовное дело было передано для проверки законности и обоснованности принятого решения о его возбуждении в прокуратуру Семикаракорского района Ростовской области 18 января 2019 г. и в тот же день возвращено в следственный орган. 

Ссылки стороны защиты на отсутствие доказательств передачи наркотических средств вместе с материалом проверки следователю Л.Д. опровергаются как показаниями последнего в судебном заседании, так и материалами уголовного дела.

Судом не установлено данных о том, что у сотрудников правоохранительных органов имелась необходимость для искусственного создания доказательств обвинения, в связи с чем доводы стороны защиты о том, что Ч.О. действовал под руководством сотрудников правоохранительных органов и о фальсификации материалов уголовного дела, суд признает голословными и отклоняет. 

Интерпретация стороной защиты содержания представленных стороной обвинения доказательств в пользу подсудимого является правом стороны защиты, но не влечет за собой оснований для признания этих доказательств недостаточными для вывода о виновности подсудимого в совершении данного преступления. 

При этом факт частичного признания подсудимым своей вины в совершении данного преступления и его вышеизложенные показания суд расценивает, как избранный подсудимым способ защиты и желание ввести суд в заблуждение относительно истинных обстоятельств дела, с целью избежать ответственности за содеянное. 

Таким образом, оценив последовательно собранные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к убеждению, что виновность подсудимого ФИО1 в деянии, изложенном в описательно-мотивировочной части приговора, доказана. 

Решая вопрос о квалификации действий подсудимого, суд исходит из того, что по смыслу закона, под незаконным сбытом наркотических средств, следует понимать незаконную деятельность лица, направленную на их возмездную либо безвозмездную реализацию (продажа, дарение, обмен, уплата долга, дача взаймы и т.д.) другому лицу (далее - приобретателю). При этом сама передача лицом реализуемых средств, приобретателю может быть осуществлена любыми способами, в том числе, проведения закладки в обусловленном с ним месте. 

Как установлено судом по настоящему делу, ФИО1, реализуя преступный умысел, за ранее полученные денежные средства в сумме 5 600 рублей незаконно сбыл Ч.О. наркотическое средство. При этом ФИО1 действовал в своих личных интересах, в связи с чем доводы стороны защиты о необходимости квалификации действий подсудимого как пособничества в приобретении наркотических средств, надлежит признать необоснованными. 

По данному эпизоду от 24 декабря 2019 г. суд, исходя из установленных судом обстоятельств, квалифицирует действия подсудимого по п. «б» ч. 3 ст. ст.2281 УК РФ, как незаконный сбыт наркотических средств, совершенный в значительном размере. 

Уголовное преследование в отношении ФИО1 по ч. 1 ст. 2281 УК РФ прекращено отдельным постановлением от 16 августа 2019 г. в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в действиях ФИО1 состава преступления. 

При назначении ФИО1 наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, данные о личности подсудимого, влияние назначенного наказания на условия жизни его семьи. 

В качестве обстоятельства, смягчающего ФИО1 наказание в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ, суд признает наличие на иждивении малолетнего ребенка. Также в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ суд признает смягчающими ему наказание обстоятельствами частичное признание им своей вины, раскаяние в содеянном, наличие на иждивении матери. 

Обстоятельств, отягчающих подсудимому наказание в соответствии ст. 63 УК РФ, не установлено. 

В качестве данных о личности суд учитывает, что ФИО1 на учете у врача-нарколога и врача-психиатра не состоит, по месту жительства и характеризуется положительно. 

С учетом фактических обстоятельств преступления, совершенного ФИО1 и степени его общественной опасности, оснований для применения положения ч. 6 ст. 15 УК РФ суд не находит.

Исходя из общих начал назначения уголовного наказания, предусмотренных ст. 60 УК РФ, суд приходит к выводу о том, что исправлению подсудимого и достижению целей уголовного наказания, закрепленных в ч. 2 ст. 43 УК РФ, будет соответствовать назначение ФИО1 наказания в виде реального лишения свободы. 

Оснований для применения в соответствие со ст. 73 УК РФ условной меры наказания, положений ст. 64 УК РФ и ст. 821 УК РФ, судом не установлено. 

С учетом данных о личности подсудимого суд считает возможным не назначать ему дополнительные виды наказания в виде штрафа и ограничения свободы, предусмотренные санкцией ч.3 ст.2281 УК РФ. 

В соответствие с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ видом исправительного учреждения для отбывания наказания суд определяет подсудимому исправительную колонию строгого режима. 

Судьба вещественных доказательств по делу подлежит разрешению в соответствии со ст. 81 УПК РФ. 

На основании изложенного и руководствуясь ст. 296-299, 302-304, 307-310 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч.3 ст.2281 УК РФ, назначить ему наказание в виде 9 (девяти) лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима. 

До вступления приговора в законную силу избрать в отношении ФИО1 меру пресечения в виде заключения под стражу, взять его под стражу в зале суда. Срок наказания исчислять с 16 августа 2019 г. 

На основании п. «а» ч. 3.1, ч. 3.2 ст. 72 УК РФ, зачесть в срок отбытия наказания в виде лишения свободы время нахождения ФИО1 под стражей в период с 16 августа 2019 г. по день вступления приговора в законную силу включительно, исходя из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима. 

По вступлению приговора в законную силу, вещественные доказательства: прозрачным полимерным пакетом, с находящимся в нем остатком после проведения экспертизы порошкообразного вещества массой 0,51 грамма; полимерным пакет, с находящимися в нем остатком фольги и остатком картона, хранящиеся, согласно квитанции № от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.48), в камере хранения вещественных доказательств ОМВД России по Семикаракорскому району Ростовской области - уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Ростовский областной суд через Семикаракорский районный суд Ростовской области в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции лично либо изложить свою позицию путем использования систем видеоконференц-связи. Вопрос о форме участия осужденного в судебном заседании решается судом.

Председательствующий –