Дело № 2-495/2019

№ 2-4614/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

04 июня 2019 года 

Свердловский районный суд г. Костромы в составе:

председательствующего судьи Ивковой А.В.

при секретаре Мироновой Ю.В. 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Коробовой ФИО18 к Колосовой ФИО19, Колосовой ФИО20 о возмещении материального ущерба, нечинении препятствий в пользовании общим имуществом жилого дома, взыскании морального вреда, судебных расходов

установил:

ФИО1 обратилась в суд с указанным исковым заявлением. В обоснование иска указала, что в период с 08 по 10 апреля 2018 года произошло подтопление ее частидома вследствие поднятия грунтовых вод из подвала, был нанесен ущербпринадлежащему ей имуществу. Виновником происшествия она считает соседей ФИО2, ФИО3, в частности, ФИО2, которая намеренно отключила насос в общем подвале. Вход в данный подвал расположен на территории квартиры, в которой проживает семья Колосовых. Когда она 08.04.2018 обнаружила, что в квартиру текут грунтовые воды, она включила насос, который расположен в подвале дома, однако через некоторое время насос перестал качать воду, так как соседиотключили насос. Пройти в подвал и отрегулировать работу насоса без их согласия она не могла. В ходе переговоров по телефону с ФИО2 урегулировать конфликт не удалось, насос не работал, в течение трех дней происходило подтопление ее части дома. Ответчики не позволяли ей откачать воду. В результате подтопления были повреждены помещения кухни, коридора, жилой комнаты. Все помещения требуют ремонта. В соответствии с заключением Союза «Торгово-промышленная палата Костромской области», ущерб составил 74 045 рублей. Просит суд взыскать с ФИО2, ФИО3 причиненный подтоплением принадлежащей ей части жилого дома материальный ущерб в размере 74 045 руб., сумму уплаченной государственной пошлины, расходы по оплате экспертного заключения в размере 4 000 рублей. 

В ходе рассмотрения гражданского дела истец дополнила исковые требования, просила суд взыскать с ФИО2, ФИО3 солидарно в пользу ФИО1 в возмещение материального ущерба денежные средства в сумме 74 045 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в сумме 2 541 рубль, расходы по оплате экспертного заключения № от 23.04.2018, составленного экспертной организацией - Союз «Торгово-промышленная палата Костромской области» в сумме 4 000 рублей; расходы по вызову эксперта ООО «Инженер Строитель» для проведения судебной экспертизы сумме 800 рублей; компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей. Обязать ФИО2 и ФИО3 не чинить ФИО1 препятствия в пользовании общим имуществом - подвалом, расположенным в жилом доме по адресу: 

<

адрес>.

Судом к участию в деле, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования, привлечены ФИО4, ФИО5, ФИО6

В судебном заседании истец ФИО1 не присутствует, о месте и времени рассмотрения дела извещена надлежащим образом.

Представитель истца ФИО7 исковые требования поддержала. Представила письменные пояснения, в которых указала, что жилой дом по адресу: 

<

адрес> находится в общей долевой собственности истца, ответчиков и третьих лиц. Общая долевая собственность предполагает, что если на объекте недвижимости, находящемся в общей долевой собственности, может возникнуть необходимость в проведении ремонтных работ для того, чтобы исправить возникшие неисправности, которые потенциально могут повлечь несохранность объекта, затраты на такой ремонт (в рассматриваемом случае проведение конструктивных мероприятий, направленных на защиту внутреннего объема эксплуатируемого здания от проникновения подземных вод) должны нести все собственники, а не только истец. Единолично решить проблему предупреждения паводка истец не может, поэтому в сложившейся ситуации единственным возможным способом обезопасить общее имущество от повреждения было использование насоса. Этот факт подтвержден заключением эксперта ФИО8 при ответе на вопрос 5 экспертизы. Утверждение, что ответчики физически не имели возможности произвести отключение насоса, не соответствует действительности. Ответчики могли и физически имели возможность отключения насоса, поскольку он находился в подполье основного строения литера А, в котором расположены жилые помещения ответчика. Истец доступа в эту часть подполья лишен, поскольку ответчик препятствовал и продолжает препятствовать этому. Отключение от электросети не единственная возможность технически перекрыть работу насоса. Со слов ФИО2 установлено, что она запретила откачивать воду и убрала шланг. При таких обстоятельствах насос, даже включенный в сеть, выполнять свои функции не может. В ходе проверки УМВД РФ по г. Костроме по заявлениям истца от 08.04.2018, 09.04.2018, 10.04.2018 был установлен факт подтопления, выявлена его причина (действия ответчиков), которая не была опровергнута ответчиками. Из письменных пояснений ФИО2, взятых сотрудником УМВД, явно следует, что она запретила откачивать воду и убрала шланг, так как посчитала, что имеет на это право в связи со сложившимися между ее семьей и семьей истца неприязненными отношениями. Отрицание этого факта в дальнейшем, не имеет правового значения, поскольку данные ей пояснения в ходе проведения проверки зафиксированы в письменном виде, документы представлены в материалы дела. Причиной затопления подвала жилого дома является сезонное повышение уровня грунтовых вод, которое трудно предотвратить, но причиной попадания воды непосредственно в жилое помещение истца (которое предотвратить было возможно) являются виновные действия ответчиков, вытащивших шланг насоса и препятствовавших откачиванию воды через подвал, не допускавших в этот подвал истца. Именно их действия, а не природно-климатические явления стали прямой причиной нанесенного истцу ущерба. Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Полагает, что ответчиками таких доказательств не представлено. Между тем факт умышленного воспрепятствования откачиванию воды доказан материалами постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 16.04.2018. Косвенным подтверждением виновных действий ответчиков является также то обстоятельство, что они полностью ликвидировали доступ в часть подполья, в которой располагалось насосное оборудование, тем самым и в дальнейшем ставя под угрозу как общее имущество собственников жилого дома, так и их личное имущество, находящееся в доме. 

Ответчик ФИО3, представитель ответчика ФИО9 исковые требования не признали. Представили письменные пояснения в которых указали, что экспертом ООО «Проектно-строительное бюро» установлено, что отмостка по периметру строения (жилого дома) местами отсутствует или полностью разрушена, отмечены множественные разрушения и утрата первоначальных технико-эксплуатационных качеств цокольной части строения литера А вследствие природно-климатических и иных факторов, связанных с физическим износом конструктивных элементов. Дренажная система, необходимая для удаления подземных вод на земельном участке, отсутствует, гидроизоляция стен подполья основного строения литера А не выполнена. Таким образом, конструктивные мероприятия, направленные на защиту внутреннего объема эксплуатируемого здания от проникновения подземных вод не выполнены, система защиты здания от подземных вод не реализована. Водяной насос, установленный в подполье основного строения литера А, имеет подключение к внутренней разводке электрической сети квартиру №, принадлежащей истцу, включение насоса производится по требованию. Это подтверждает и сама истец, соответственно, включение и выключение насоса производилось именно ФИО1 Ответчики физически не имели возможности произвести отключение насоса. Установлена причина затопления квартиры истца, она связана с сезонным повышением подземных вод вследствие насыщения водоносного горизонта в массиве грунта поверхностными (дождевыми, ливневыми, талыми) водами до отметки, близкой к планировочной, и поступления данной воды во внутренние объемы домовладения через наружные ограждающие конструкции здания, находящиеся в его подземной части. Причина попадания воды в квартиру № связана, в первую очередь, с отсутствием системы зашиты от подземных вод. Таким образом, первопричина попадания воды в квартиру истца находится в причинно-следственной связи с неудовлетворительным техническим состоянием лит. A, Al, А2 домовладения, обусловлена невыполнением конструктивных мероприятий, направленных для защиты внутреннего объема эксплуатируемого здания от проникновения подземных вод. Также экспертом отмечено, что насосное оборудование не должно являться способом защиты внутреннего объема здания от воды на постоянной основе, и исключать конструктивные мероприятия, направленные на защиту внутреннего объема эксплуатируемого здания от проникновения подземных вод, которые предусмотрены отраслевыми стандартами. Повышение уровня грунтовых вод на земельном участке по указанному адресу является ежегодным сезонным прогнозируемым событием, т.е. затопление 8-10 апреля 2018 года жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес> не относится к аварийному событию, обусловленным условием которого является характер внезапности. Истец, как одна из собственников многоквартирного дома, заинтересованная в состояние общедомового имущества и несущая бремя расходов на его содержание, имела возможность реализовать конструктивные мероприятия, направленные на защиту внутреннего объема эксплуатируемого здания от проникновения подземных вод, таким образом предотвратить дальнейшее поступление грунтовых вод, в том числе и затопление 8-10 апреля 2018 года жилого помещения, расположенного по вышеуказанному адресу без использования помещения подвала, расположенного под квартирой №. В экспертизе так же отмечено, что у истца имелась возможность устранить последствия затопления способом непосредственной откачки воды напрямую из принадлежащих ей помещений. Истец преднамеренно не принимала никаких действий по ликвидации последствий поступления вод в принадлежащую ей квартиру, что привело к порче ее имущества. Ответчица ФИО3 неоднократно говорила о том, что насос может представлять опасность, так как никаких подтверждающих его безопасную эксплуатацию документов истицей не было предоставлено, вызывает шум. В подвале сыро, а прибор подключен к электричеству. Строение, в котором установлен насос, имеет деревянные стены и перекрытия, электропроводка старая и не рассчитана на дополнительную нагрузку. Истица халатно относится к своему имуществу, не устраняет своевременно дефекты, возникшие в результате эксплуатации жилого строения, а возникшие проблемы, касаемо косметического ремонта своей квартиры, пытается решить за счет средств соседей.

Дело рассмотрено в отсутствие остальных лиц, надлежащим образом извещенных о месте и времени рассмотрения дела. 

В силу ст. 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Под убытками понимают расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).

Согласно ч. 1 ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (ч. 2 ст. 1064 ГК РФ).

Из приведенных законоположений следует, что по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

Отсутствие одного из перечисленных условий является основанием для отказа в удовлетворении требования о возмещении ущерба.

При этом, на истца возложено бремя доказывания самого факта причинения вреда и величины его возмещения, причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и наступившими негативными последствиями, а обязанность доказать отсутствие своей вины в причинении вреда лежит на ответчике.

Материалами дела установлено, что домовладение, расположенное по адресу: 

<

адрес> представляет из себя двухэтажный жилой дом, включает в себя основное строение Литера А, основные пристройки литера Al, А2 и пристройки литера а, а3, а4, а5, возведенные в разный период времени с 1949 по 2018 годы.

Жилой дом состоит из трех квартир, оборудованных самостоятельными выходами на единый земельный участок, прилегающий к жилому дому: к квартире № относится основное строение литера А, пристройка литера а; к квартире № относится часть основной пристройки литера А1, пристройка литера а5; к квартире № относится часть основной пристройки литера Al, А2, пристройки литера а3, а4. 

В каждой из трех квартир, состоящей из нескольких комнат, а также помещений вспомогательного использования проживает отдельная семья, установлен сложившийся порядок пользования жилыми помещениями и земельным участком, обеспечены обособленные входы в вышеуказанные квартиры, сообщение между квартирами отсутствует. Истец проживает в квартире №, ответчики и третьи лица – в квартире №. Единый земельный участок разделен ограждениями в виде забора в соответствии со сложившимся порядком пользования проживающих в многоквартирном доме семей. 

По данным ЕГРН жилой дом принадлежит на праве общедолевой собственности ФИО3 (9/155), ФИО2 (9/155), ФИО6 (9/155), ФИО5 (9/155), ФИО4 (9/155), ФИО10 (34/93), ФИО1 (32/93). Доли в натуре не выделены.

В период с 08 по 10 апреля 2018 года произошло подтопление части дома, в котором расположена кв. №, вследствие поднятия грунтовых вод. По данному факту истец обратилась в УМВД России по г. Костроме. 

Как следует из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 16.04.2018 года, вынесенного УУП УМВД России по г. Костроме, в ходе проверки была опрошена ФИО1, которая пояснила, что проживает по адресу: 

<

адрес> совместно с мужем. Дом в котором они проживают разделен на три квартиры и имеет общий подвал, в котором находятся коммуникации. Вход в данный подвал расположен на территории квартиры №, в которой проживает семья Колосовых. 08.04.2018 г. ФИО1 обнаружила, что из под порога в их квартиру текут грунтовые воды. В связи с чем, она включила нанос, который установлен в подвале дома, однако через некоторое время насос перестал качать воду. Считает, что насос перестал качать, так как соседи из 1 квартиры что-то с ним сделали. Также пояснила, что включатель насоса находящегося в подвале, расположен в их квартире и если насос не будет качать, то их квартиру затопит. ФИО1 пояснила, что когда она включила насос, ей на телефон позвонила гражданка ФИО11 и сказала, чтобы ФИО1 выключила насос, так как шум насоса мешает ей, а также добавила, что если ФИО1 нанос не выключат, то она его поднимет из воды и отсоединит. В последствии чего 09.04.2018 г. из-за того, что насос не работал, в квартиру К-вых стали поступать грунтовые воды. ФИО1 считает, что семья Колосовых преднамеренно занимаются вредительством, при этом не допускают ФИО15 на общедомовую собственность, что приводит к порче имущества путем подтопления квартиры.

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 09.04.2018г установлено, что действительно в квартире К-вых на момент осмотра имеется вода на полу примерно высотой в 1 см. при этом стены, выполненные из гипсокартона, начинают сыреть.

В ходе проверки была опрошена ФИО2, которая пояснила, что проживает по адресу: 

<

адрес> совместно с семьей. Дом в котором они проживают разделен на три квартиры, в квартире № проживает семья К-вых, с которыми у них сложились неприязненные отношения на фоне использования территории дома. ФИО2 пояснила, что подвал дома, в котором имеется яма, является её собственностью. Весной в указанной яме скапливаются грунтовые воды, которые, если не откачивать, то вода будет подтапливать соседей, так как в квартире соседей пол расположен очень низко к земле. Ранее ФИО2 разрешала соседям откачивать воду из её части подвала, чтобы их не так сильно подтапливало, однако в последнее время соседи стали вести себя неприлично по отношению к семье Колосовых, то ФИО2 запретила откачивать воду и убрала шланг, так как имеет на это право и своей собственностью она распоряжается по своему усмотрению. 

В возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 отказано за отсутствием в ее действиях состава преступления.

Как следует из акта экспертизы № от 23.04.2018 года, выполненного по заявлению ФИО1 Союзом «Торгово-промышленная палата Костромской области», экспертом торгово-промышленной палаты Костромской области ФИО12 11 и 19 апреля 2018 года в присутствии собственника квартиры ФИО1, произведен осмотр жилого помещения, при этом установлено следующее: в результате противоправных действий жителей соседней квартиры, было допущено протопление грунтовыми водами всех помещений квартиры №, при этом уровень воды на полах в коридоре, в кухне, в комнате, в туалете составил 4-5см, при этом произошло намыкание обивки стен из ГКЛ, низа обоев и фотообоев, а засыпные шлаковые стены увлажнились до вымывания частиц шлака, что потребует усиления стен путём их инъекцирования цементным раствором.

Согласно проведенному осмотру установлено, что причиной указанных дефектов послужило протопление грунтовыми водами из-за противоправных действий соседей, не включившей дренажный насос, что привело к порче обоев и фотообоев на стенах, обивки стен из гипсокартона (т.1 л.д. 18-20). В соответствии со сметой № затраты на проведение ремонтных работ составят 74045 руб. (т.1 л.д. 15-17).

В подтверждение расходов на составление заключения и сметы в материалы дела представлена копия квитанции к приходному кассовому ордеру № от 23.04.2018 г. в соответствии с которой за составление сметы № уплачено 4000 рублей (т.1 л.д. 21), копия кассового чека от 23.04.2018 

Частью 1 статьи 12 ГПК РФ предусмотрено, что правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ч. ч. 2 и 3 ст. 67 ГПК РФ никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В ст. 61 ГПК РФ дан перечень судебных постановлений, имеющих обязательную силу для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены. Перечень обстоятельств, которые не требуют доказывания, также изложены в ст. 61 Гражданского процессуального Кодекса РФ. Указанный перечень является закрытым и расширенному толкованию не подлежит. В силу указанной правовой нормы, постановления органов полиции не входят в данный перечень.

С учетом указанных обстоятельств наличие или отсутствие противоправности в действиях лица и его вины в причинении вреда подлежит установлению на основании совокупности имеющихся доказательств в ходе рассмотрения настоящего гражданского дела.

Суд не усматривает оснований для признания обоснованными выводов экспертизы № от 23.04.2018 года, выполненной по заявлению ФИО1 Союзом «Торгово-промышленная палата Костромской области», в той части, в которой причиной ущерба имуществу истца определены противоправные действия соседей, не включившие дренажный насос. В тексте представленного заключения помимо ссылок на осмотр помещения каких-либо описаний собственных исследований, на результатах которого основываются выводы заключения, не приводится. Обоснование вывода о противоправности действий соседей не представлено. 

В ходе рассмотрения дела по ходатайству истца судом была назначена судебная строительно-техническая экспертиза, производство которой было поручено ООО «Проектно-строительное бюро».

В ходе проведения судебной экспертизы экспертом установлено, что жилой дом содержит в себе элементы общего имущества собственников помещений, квартиры имеют общие инженерные системы и конструктивные элементы: ввод электрокабеля осуществляется от централизованной сети двумя ответвлениями от воздушной ЛЭП: общее на квартиры № и №, отдельное на квартиру №; ввод ХВС в жилой дом общий с дальнейшей поквартирной разводкой; ввод сетевого газопровода в жилой дом общий с дальнейшей поквартирной разводкой; бытовая канализация реализована устройством индивидуальных выгребов в количестве 3 шт., принадлежащих каждой квартире и расположенных на едином земельном участке; отопление каждой квартиры автономное.

Часть домовладения, обозначенная под литером А имеет в своем составе полноценный первый надземный этаж и мансардный этаж (находится на стадии возведения в рамках реконструкции МКД), имеет два независимых друг от друга технических подполья: доступ в подполье под основной частью строения (с северо-восточной стороны) сохранен и осуществляется изнутри жилых помещений квартиры № посредством проема в полу; доступ в часть подполья, в которой располагалось насосное оборудование ликвидирован собственниками квартиры № (ответчиками) в процессе проводимого ремонта (устроен ровный пол без проемов). Часть домовладения, обозначенная под литером А1 состоит из цокольных помещений и полноценного второго надземного этажа, техническое подполье отсутствует. Часть домовладения под литером А2 в цокольном одноэтажном исполнении, техническое подполье отсутствует. Высота цокольных помещений основных пристроек литера Al, А2 составляет 2045-2280 мм, уровень чистого пола цокольных помещений находится на 460 мм ниже планировочной отметки земли.

При осмотре домовладения с внешней стороны по фасадным стенам установлено, что отмостка по периметру строения местами отсутствует или полностью разрушена, отмечены множественные разрушения и утрата первоначальных технико-эксплуатационных качеств цокольной части строения литера А вследствие природно-климатических и иных факторов, связанных с физическим износом конструктивных элементов. Дренажная система, необходимая для сбора и удаления подземных вод, на земельном участке отсутствует, гидроизоляция стен подполья основного строения литера А не выполнена. Таким образом, конструктивные мероприятия, направленные на защиту внутреннего объема эксплуатируемого здания от проникновения подземных вод, предусмотренные требованиями отраслевых стандартов, не выполнены, система защиты здания от подземных вод не реализована. Водяной насос, установленный в подполье основного строения литера А имеет подключение к внутренней разводке электрической сети квартиры №, принадлежащей истцу, с применением в электроцепи устройства защитного отключения (УЗО); включение насоса производится принудительно по требованию. Насосная станция оборудована системой шлангов для забора воды, поступаемой во внутренний объем (подполье) строения литера А в период сезонного подъема уровня грунтовых вод и последующей откачки ее за периметр домовладения. Насосное оборудование использовалась собственником квартиры № (истцом) ежесезонно на постоянной основе в качестве инструмента для планового устранения событий, связанных с прогнозируемым повышением УГВ, и предотвращения затопления принадлежащих ему помещений.

Согласно выводам судебной экспертизы причина затопления 8-10 апреля 2018 года жилого помещения, принадлежащего ФИО1, расположенного в жилом доме по адресу: 

<

адрес> связана с сезонным повышением уровня подземных вод вследствие насыщения водоносного горизонта в массиве грунта поверхностными (дождевыми, ливневыми, талыми) сточными водами до отметки, близкой к планировочной, и поступления данной воды во внутренние объемы домовладения через наружные ограждающие конструкции здания, находящиеся в его подземной части.

Причина попадания воды в квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> связана, в первую очередь, с отсутствием системы защиты домовладения от подземных вод, предусмотренной требованиями отраслевых стандартов, а именно: отсутствием гидроизоляции ограждающих конструкций (стен подполья) строения литера А; отсутствием дренажной системы, необходимой для сбора и удаления подземных вод; отсутствием отмостки по периметру домовладения, которая необходима для защиты подземной части строения от поверхностных вод, насыщающих и увеличивающих общий объем грунтовых вод. Таким образом, первопричина попадания воды в квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> находится в причинно-следственной связи с неудовлетворительным техническим состоянием лит. A, Al, А2 домовладения по адресу: 

<

адрес>, обусловлена невыполнением конструктивных мероприятий, направленных для защиты внутреннего объема эксплуатируемого здания от проникновения подземных вод.

Водяной насос, установленный в подполье основного строения литера А использовался собственником квартиры № (истцом) на постоянной основе в качестве инструмента для устранения плановых событий, связанных с прогнозируемым сезонным повышением УГВ и предотвращения затопления принадлежащих ему помещений. При отсутствии системы защиты домовладения от подземных вод данное техническое средство являлось единственно возможным вариантом для недопущения затопления жилых помещения истца, и при его отключении в подвале домовладения произошло затопление 8-10 апреля 2018 года жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>. Однако, насосное оборудование не должно являться способом защиты внутреннего объема здания от воды на постоянной основе, и исключать конструктивные мероприятия, направленные на защиту внутреннего объема эксплуатируемого здания от проникновения подземных вод, которые предусмотрены отраслевыми стандартами. Т.е. использование насосной станции в качестве способа системной защиты здания от воды отраслевыми стандартами не предусмотрено, и должно применяться как техническое средство для аварийного разрешения ситуации с целью дальнейшего проведения ремонта, связанного с реализацией мероприятий по защите здания от воды в соответствии с требованиями нормативов.

Объем повреждений и ремонтно-восстановительных работ, установленных актом экспертизы № от 23.04.2018 года, выполненным «Торгово-промышленной палатой Костромской области» обусловлен последствиями затопления 8-10 апреля 2018 года жилого помещения по адресу: 

<

адрес>, причинно-следственная связь устанавливается.

Повышение уровня грунтовых вод на земельном участке в кадастровом квартале № по адресу: 

<

адрес> является ежегодным сезонным прогнозируемым событием, т.е. затопление 8-10 апреля 2018 года жилого помещения, расположенного в жилом доме по адресу: 

<

адрес> не относится к аварийному событию, обязательным условием которого является характер внезапности. Истец, как один из собственников многоквартирного дома, заинтересованный за состояние общедомового имущества и несущий бремя расходов на его содержание имел возможность реализовать конструктивные мероприятия, направленные на защиту внутреннего объема эксплуатируемого здания от проникновения подземных вод, которые предусмотрены отраслевыми стандартами и таким образом предотвратить дальнейшее поступление грунтовых вод, в том числе и затопление 8-10 апреля 2018 года жилого помещения, расположенного в жилом доме по адресу: 

<

адрес> без использования помещения подвала, расположенного под квартирой 

<

адрес>

Поскольку уровень пола подполья, расположенного под квартирой 

<

адрес> ниже уровня пола цокольных помещений истца, то логичнее и целесообразнее производить откачку уже поступившей во внутренний объем здания воды из подполья, как из более низкой точки. Однако этот факт не исключает возможности у истца устранить последствия затопления 8-10 апреля 2018 года жилого помещения, расположенного в жилом доме по адресу: 

<

адрес> без использования помещения подвала, расположенного под квартирой №, способом непосредственной откачки напрямую из принадлежащих ему помещений. Недостаток данного варианта заключается в большем количестве требуемого времени и трудозатрат для ликвидации последствий проникновения воды. Данный способ устранения последствия затопления и был напрямую реализован истцом после указанного события - насосное оборудование, расположенное в подполье литера А уже не работало.

Водяной насос, установленный в подполье основного строения литера А имеет подключение к внутренней разводке электрической сети 

<

адрес>, принадлежащей истцу, с применением в электроцепи устройства защитного отключения. Включение насоса производится принудительно по требованию, т.е. вручную со стороны 

<

адрес>. Насосная станция оборудована системой шлангов для забора воды, поступаемой во внутренний объем (подполье) строения литера А в период сезонного подъема уровня грунтовых вод и последующей откачки ее за периметр домовладения. Насосное оборудование использовалась собственником 

<

адрес> (истцом) ежесезонно на постоянной основе в качестве инструмента для планового устранения событий, связанных с прогнозируемым повышением УГВ, и предотвращения затопления принадлежащих ему помещений.

В ходе судебного заседания эксперт ФИО8 поддержал выводы судебной экспертизы. Дополнительно пояснил, что в данном случае в доме не выполнены конструктивные мероприятия по защите дома от подтопления. Защита техническими средствами, такими, как насос, не предусмотрена, это средство для аварийного реагирования в случае подтопления квартиры. Всем собственникам необходимо изолировать контур здания от поступления воды. У истца автономно имеется возможность гидроизолировать стену, которая примыкает к 

<

адрес>, проложить изолирующий материал. Имеется также возможность сделать приямок со своей стороны, там расположить насос для проведения аварийных мер. 

Суд не находит оснований не доверять экспертному заключению, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Данное заключение, дополнительно разъясненное экспертом в судебном заседании, является достаточно полным, последовательным и обоснованным, соответствует обстоятельствам дела, подтверждается иными доказательствами. Лицами, участвующими в деле в установленном порядке выводы эксперта не оспорены. В связи с чем, суд считает возможным положить экспертное заключение в основу судебного решения. 

В силу статей 210, 211 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором, риск случайной гибели или случайного повреждения имущества несет его собственник, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно положениям статей 290, 247 Гражданского кодекса РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляется соглашением всех ее участников, а при не достижении согласия - в порядке, установленном судом.

Как следует из материалов дела, какого-либо соглашения между участниками долевой собственности о порядке пользования общим имуществом не заключалось, не было достигнуто и соглашение об использовании насосной установки в приямке под квартирой № во время поднятия грунтовых вод.

Сводом правил 104.13330 «Строительные нормы и правила 2.06.15-85 «Инженерная защита территории от затопления и подтопления» подтопление определено, как комплексный гидрогеологический и инженерно-геологический процесс, при котором в результате изменения водного режима и баланса территории происходит повышение уровня подземных вод и/или влажности грунтов, приводящих к нарушению хозяйственной деятельности на данной территории, изменению физических и физико-химических свойств подземных вод и грунтов, видового состава, структуры и продуктивности растительного покрова, трансформации мест обитания животных. Этим же документом инженерная защита территорий, зданий и сооружений определена, как комплекс сооружений и мероприятий, направленных на предупреждение отрицательного воздействия опасных геологических, экологических и других процессов на территорию, здания и сооружения, а также защиту от их последствий.

Требования, предъявляемые к жилым помещениям, указаны в ст. 15 ЖК РФ и Положении о признании помещения жилым помещением, жилого помещения непригодным для проживания и многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции (утв. Постановлением Правительства РФ от 28 января 2006 г. № 47).

В силу п. 16 Положения о признании помещения жилым помещением, жилого помещения непригодным для проживания и многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции жилые помещения, а также помещения, входящие в состав общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме, должны быть защищены от проникновения дождевой, талой и грунтовой воды и возможных бытовых утечек воды из инженерных систем при помощи конструктивных средств и технических устройств.

Из материалов дела однозначно следует, что в домовладении по адресу: 

<

адрес> не проведены конструктивные мероприятия по защите домовладения от проникновения грунтовых вод. 

Доводы стороны истца о том, что в отсутствие проведенных работ по гидроизоляции дома, откачка воды насосом из подполья, расположенного под квартирой истца, являлась единственно возможным способом предотвратить затопление 

<

адрес>, не может служить основанием к удовлетворению иска, поскольку соглашение на использование насосной установки в приямке под квартирой истца, как на этом настаивает сторона истца, в порядке ст. 247 Гражданского кодекса РФ сторонами достигнуто не было.

Граждане по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права (пункт 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Как установлено судом подтопление домовладения грунтовыми водами происходит ежегодно на протяжении всего периода, что стороны владеют домом. Таким образом, не проводя конструктивные мероприятия по защите домовладения от грунтовых вод, предусмотренные нормативными документами, собственники, в соответствии со ст. 211 ГК РФ, сами несут риск повреждения имущества. 

Учитывая, что для возложения обязанности по возмещению ущерба, кроме установления факта причинения вреда и его размера необходимо установление противоправности поведения причинителя вреда, а также наличия причинной связи между противоправным поведением и наступлением вреда, а таких обстоятельства по делу не установлены, суд приходит к выводу об отказе в исковых требованиях.

Статьей 151 ГК РФ предусмотрено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

По смыслу закона, которому корреспондируют и разъяснения, данные в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», компенсация морального вреда допустима лишь для случаев причинения гражданину морального вреда действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие ему от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности). В иных случаях компенсация морального вреда может иметь место при наличии указания об этом в законе.

Обосновывая требования о компенсации морального вреда, истец ссылается на причинение ущерба имуществу истца, что вызвало у истца нравственные страдания. Вместе с тем, действующим законодательством не предусмотрено взыскание компенсации морального вреда в связи с причинением имущественного ущерба, факт причинения ущерба действиями ответчиков не доказан, в связи с чем, указанное требование подлежит оставлению без удовлетворения. 

Пунктом 1 ст. 253 ГК РФ установлено, что участники совместной собственности, если иное не предусмотрено соглашением между ними, сообща владеют и пользуются общим имуществом.

В силу ст. 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

В ходе рассмотрения дела установлено, что в домовладении по адресу: 

<

адрес> части домовладения, обозначенной под литером А имелись два независимых друг от друга подполья.

Как пояснил в судебном заседании судебный эксперт часть подполья, в которой располагалось насосное оборудование, фактически являлось приямком, поскольку в помещении располагалась ванная. 

В техническом паспорте на домовладение наличие технического подполья не отражено. Какой-либо технической документации, из которой можно было бы установить наличие технического подполья, его конфигурацию и размеры, в дело не представлено. 

На момент рассмотрения дела судом, в 

<

адрес> проведен ремонт, в процессе проводимого ремонта устроен ровный пол без проемов, доступа к приямку из 

<

адрес> не имеется. 

Из материалов дела также следует, что в техническом подполье под основной частью строения (расположенное под кухней 

<

адрес>) расположены общедомовые коммуникации холодного водоснабжения, а также запорная арматура и участки поквартирного ответвления водопровода на все три квартиры, требующие общего доступа и обслуживания. 

Доступ в техническое подполье под основной частью строения (расположенное под кухней 

<

адрес>) осуществляется изнутри жилых помещений 

<

адрес> посредством проема в полу, а не через места общего пользования. 

Как указал эксперт в заключении судебной экспертизы, с целью организации доступа собственников к общедомовым коммуникациям, запорной арматуре, участкам поквартирного ответвления водопровода целесообразно предусмотреть доступ в указанную подземную часть строения со стороны единого земельного участка. 

На момент рассмотрения дела указанный доступ собственниками не организован, в связи с чем, на ответчиков должна быть возложена обязанность не чинить Коробовой ФИО21 препятствий в пользовании общим имуществом жилого дома, расположенном в техническом подполье под квартирой № жилого дома по адресу: 

<

адрес>.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В связи с тем, что в удовлетворении исковых требований о взыскании ущерба отказано, судебные расходы о взыскании 4000 рублей на составление заключения № от 23.04.2018 года, выполненного Союзом «Торгово-промышленная палата Костромской области», представленного в обоснование требования о взыскании ущерба, удовлетворению не подлежит. 

Истцом заявлено требование о взыскании расходов, понесенных в связи с вызовом специалиста ООО «Инженер Строитель» в размере 800 рублей. Как следует из акта № от 27.01.2019 года специалист ООО «Инженер Строитель» был вызван ФИО1 для осмотра системы водоотведения дома, но в связи с отсутствием доступа к насосу, не смог определить причину затопления 

<

адрес>. Как пояснила в судебном заседании истец, специалист ею был вызван самостоятельно в связи с непониманием порядка проведения судебной экспертизы. Учитывая обстоятельства, при которых понесены расходы, а также то, что специалист вызывался с целью установления причины затопления квартиры, в исковых требованиях о взыскании ущерба, судом отказано, суд не находит оснований для возложения на ответчиков обязанности по оплате указанных расходов. 

Поскольку судом отказано в удовлетворении имущественных требований истца и удовлетворено неимущественное требование, с ответчиков в пользу истца подлежит взысканию госпошлина в размере 300 рублей в равных долях по 150 рублей с каждой. 

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

Удовлетворить исковые требования Коробовой ФИО22 частично.

Обязать ФИО11 ФИО23, ФИО11 ФИО24 не чинить Коробовой ФИО25 препятствий в пользовании общим имуществом жилого дома, расположенном в техническом подполье под квартирой № жилого дома по адресу: 

<

адрес>.

Взыскать с Колосовой ФИО26 в пользу Коробовой ФИО28 судебные расходы по оплате госпошлины в размере 150 рублей.

Взыскать с Колосовой ФИО27 в пользу Коробовой ФИО29 судебные расходы по оплате госпошлины в размере 150 рублей.

В удовлетворении остальных требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Костромской областной суд через Свердловский районный суд города Костромы в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме.

Судья А.В. Ивкова