Дело № 2- 51/ 2019 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Ленинск 15 мая 2019 года

Ленинский районный суд Волгоградской области в составе председательствующего судьи Молоканова Д.А.,

при секретаре Горшковой О.А.,

с участием представителя ответчика ФИО1 – ФИО2, действующего на основании доверенности от 04.07.2018 года,

представителя третьего лица ФИО3 – ФИО4, действующего на основании доверенности от 28.03.2018 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Страховая Компания «Согласие» к Селезневой ФИО12 о возврате суммы неосновательного обогащения, 

У С Т А Н О В И Л:

общество с ограниченной ответственностью «Страховая Компания «Согласие» (далее – ООО «СК Согласие» обратилось в суд с исковым заявлением к ФИО1 о возврате суммы неосновательного обогащения, указывая, что Ответчик ФИО1 без каких-либо законных оснований приобрела за счет Истца денежные средства в размере 120 660 рублей.

Неосновательное обогащение Ответчика возникло в результате следующих действий, со стороны Ответчика, а именно необоснованного получения и сбережения денежных средств Истца в размере 120 660 рублей.

В связи с чем, просит взыскать с ФИО1 в пользу ООО «СК Согласие» суммы неосновательного обогащения в размере 120 660 рублей и расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 613 рублей.

В судебное заседание представитель истца ООО «СК Согласие» не явился о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом. В исковом заявлении просил рассмотреть иск в его отсутствие.

Представитель ответчика ФИО1 – ФИО2 в судебном заседании возражал против удовлетворения ходатайства о назначении по делу повторной судебной автотехнической экспертизы. 

Третье лицо ФИО3 в судебное заседание не явился, о дне, времени слушания дела извещён по известному адресу на 14 мая 2019 года, когда был объявлен перерыв, в суд вернулось почтовое отправление с отметкой «истек срок хранения». 

Представитель третьего лица ФИО3 – ФИО4 в судебном заседании настаивал на удовлетворении исковых требований. 

Суд приходит к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствии не явившихся сторон, в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Суд, изучив представленные доказательства, приходит к следующему.

В соответствии со ст. 929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

В соответствии со ст. 927 ГК РФ страхование осуществляется на основании договоров имущественного или личного страхования, заключаемых гражданином или юридическим лицом (страхователем) со страховой организацией (страховщиком).

В соответствии со статьей 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

При этом в силу пункта 2 статьи 1102 ГК РФ правила о неосновательном обогащении применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

В силу статьи 1103 ГК РФ, поскольку иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные настоящей главой.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Правила, предусмотренные главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Согласно статье 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом (часть 1).

Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (часть 2).

Как следует из материалов дела, 07 июня 2018 года произошло дорожно-транспортное происшествие с участием водителя ФИО2, управлявшего автомобилем марки Тойота, государственный регистрационный знак №, принадлежащим на праве собственности ФИО1, водителя ФИО17., управлявшего принадлежащим ему автомобилем марки Рено Логан, государственный регистрационный знак №, и водителя ФИО16., управлявшего автомобилем марки Лада-210740, государственный регистрационный знак №, принадлежащим на праве собственности ФИО15

26 марта 2018 года постановлением инспектора ИАЗ ОБДПС ГИБДД Управления МВД России по г. Волгограду ФИО5 №18810034170002698006 ФИО3 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ, и подвергнут наказанию в виде административного штрафа в размере 1 500 рублей.

Данный случай был признан страховым и представителю ответчика ФИО1 – ФИО2 были выплачены денежные средства в размере 180 990 руб.

Впоследствии решением судьи Дзержинского районного суда г. Волгограда от 9 июля 2018 года постановление инспектора ИАЗ ОБДПС ГИБДД Управления МВД России по городу Волгограду ФИО5 №18810034170002698006 от 26 марта 2018 года отменено, производство по делу прекращено, на основании пункта 3 части 1 статьи 30.7 КоАП РФ, в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых было вынесено постановление.

Решением судьи Волгоградского областного суда от 11 сентября 2018 года решение судьи Дзержинского районного суда г. Волгограда от 9 июля 2018 года оставлено без изменения.

При этом указано, что как следует из решения от 09 июля 2018 года судьи Дзержинского районного суда г. Волгограда, должностным лицом административного органа установлено, что 23 марта 2018 года в 8-10 часов ФИО3 управляя автомобилем «Рено Логан» государственный регистрационный знак № и двигаясь по ул. Ангарской со стороны 3-й Продольной по направлению ул. ш. Авиаторов в г. Волгограде примерно напротив строения 137 не выдержал безопасную дистанцию до впереди движущегося автомобиля «Тойота» государственный регистрационный знак №, после чего который от удара вынесло на встречную полосу, совершил столкновение с автомобилем «ВАЗ-2107» государственный регистрационный знак №, тем самым нарушил п. 9.10 ПДД и совершил административное правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ.

Районный суд при рассмотрении жалобы вынес вышеуказанное решение, которым постановление должностного лица, административного органа в отношении ФИО3 по ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ было отменено, а производство прекращено в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых вынесено постановление.

Вместе с тем, выводы районного суда сделаны преждевременно и не соответствуют фактическим материалам дела, свидетельствующим, что именно ФИО3 нарушен п. 9.10 ПДД и совершено правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ, данные обстоятельства подтверждаются, показаниями ФИО2, местом расположения транспортных средств после ДТП, характером и локализацией повреждений транспортных средств, которые опровергают показания ФИО3 об осуществлении водителем ФИО2 манёвр разворот налево пересекая траекторию движения транспортного средства ФИО3, который при экстренном торможении совершил ДТП.

Доводы жалоб потерпевшей ФИО1, а также инспектора ИАЗ ОБДПС ГИБДД Управления МВД России по городу Волгограду ФИО5 о том, что ФИО3 правомерно был привлечён к административной ответственности заслуживают внимания, поскольку локализация и характер повреждений, зафиксированных в справке о дорожно-транспортном происшествии механических повреждений транспортных средств, образовавшихся на каждом автомобиле, свидетельствуют о том, что водитель ФИО3, управляя автомобилем «Рено Логан» государственный регистрационный знак №, в нарушение требовании п. 9.10 ПДД РФ, неправильно выбрал дистанцию до движущегося впереди транспортного средства «Тойота», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО2, в результате чего произошло ДТП.

Поскольку на момент рассмотрения настоящих жалоб срок давности привлечения к административной ответственности истёк, возможность правовой оценки действий ФИО3 в силу закона отсутствует и в настоящее время утрачена.

Согласно ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Поэтому административный материал, является одним из доказательств по делу, и подлежит оценке наряду с другими доказательствами (ст. 67 ГПК РФ).

С целью проверки доводов сторон судом была назначена судебная экспертиза, производство которой поручено ООО «Лаборатории Судебных Экспертиз по Южному Округу».

Согласно заключению эксперта № 19/0303 от 22 апреля 2019 года в данной дорожно-транспортной ситуации, с учетом механизма развития ДТП, дорожных и метеорологических условий на участке происшествия, водитель автомобиля Renault Logan, № ФИО3 при торможении впереди идущего автомобиля Toyota Land Cruiser, № должен был руководствоваться требованием пунктов: 9.10, 10.1 ПДД РФ.

В данной дорожно-транспортной ситуации, с учетом механизма развития ДТП, дорожных и метеорологических условий на участке происшествия, водитель автомобиля Toyota Land Cruiser, № во время движения должен был руководствоваться требованием: 10.1 ПДД РФ.

В данной дорожно-транспортной ситуации, с учетом механизма развития ДТП, дорожных и метеорологических условий на участке происшествия, водитель автомобиля LADA 210740, № в момент возникновения опасности должен был руководствоваться требованием пункта: 10.1 ПДД РФ.

Согласно изученных материалов дела, административного материала, локализации и масштаба механических повреждений автомобилей Toyota Land Cruiser, р/н № и Renault Logan, № прихожу к выводу, что в данном дорожно-транспортном происшествии с учетом метеорологических условий усматриваются все признаки не соблюдении минимального допустимой дистанции водителем ФИО3, управлявшим автомобилем Renault Logan, № до впереди двигавшегося автомобиля Toyota Land Cruiser, №.

В данной дорожно-транспортной ситуации, с учетом механизма развития ДТП и локализации повреждений на ТС предотвращение происшествия водителями автомобилей Renault Logan, р/н № и Toyota Land Cruiser, № зависело не от технической возможности, а сопряжено с выполнением требований пунктов водителем ФИО3 9.10 и 10.1 Правил дорожного движения РФ, соблюдении соответствующей дистанции между автомобилями.

В данной дорожно-транспортной ситуации, с учетом механизма развития ДТП, в действиях водителя автомобиля Toyota Land Cruiser, р/н № Кумова Л.Л двигавшегося по проезжей части ул. Ангарская притормозившего с небольшим маневром влево в своей полосе движения, каких-либо несоответствий Правил дорожного движения PФ не усматривается.

В данной дорожно-транспортной ситуации, с учетом механизма развития ДТП, в действиях водителя автомобиля Renault Logan, № ФИО3 двигавшейся позади автомобиля Toyota Land Cruiser, № в попутном направлении по той же полосе движения и не соблюдавшего безопасный интервал до впереди идущего автомобиля и двигавшегося со скоростью которая не обеспечила постоянны контроль над движением в сложившихся метеорологических условиях и имевшем возможность предотвратить ДТП, имеются несоответствия требованиям пунктов 9.10 и 10. Правил дорожного движения РФ.

Заключение эксперта ООО «Лаборатории Судебных Экспертиз по Южному Округу» ФИО6 отвечает требованиям ст.ст. 84, 86 ГПК РФ, Федеральному закону от 31.05.2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», содержит подробное описание проведенного исследования, анализ имеющихся данных, результаты исследования, ссылку на использованную литературу, конкретные ответы на поставленные вопросы, является последовательным, эксперт до начала производства исследования был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 УК РФ, выводы эксперта были сделаны с учётом сведений, отраженных, как в административном материале, так и в материалах гражданского дела, а потому указанное заключение принимается судом как допустимое доказательство по делу. Оснований сомневаться в правильности и обоснованности экспертного заключения у суда не имеется. Каких-либо допустимых доказательств, опровергающих выводы эксперта, представителем ФИО3, суду не представлено.

При этом, представленные представителем ФИО3 заключение специалиста и рецензия специалиста ООО «Эксперт система» составлены без учёта всех сведений, отраженных, в административном материале и в материалах гражданского дела, специалист не был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 УК РФ, в связи с чем, указанные заключение специалиста и рецензия специалиста ООО «Эксперт систем» не могут быть приняты судом как допустимые доказательства по делу.

Анализ положений главы 6 ГПК РФ "Доказательства и доказывание", статьи 188 ГПК РФ "Консультация специалиста" позволяет сделать вывод, что консультация специалиста не относится к средствам доказывания. Специалист привлекается судом в необходимых случаях при осмотре письменных или вещественных доказательств, воспроизведении аудио- или видеозаписей, назначении экспертизы, допросе свидетелей для получения консультаций, пояснений и оказания непосредственной технической помощи. При этом статья 188 ГПК РФ не наделяет специалиста правом оценивать те или иные средства доказывания на предмет их полноты и достоверности, как это фактически сделано ООО «Эксперт система». Функция специалиста состоит лишь в разъяснении суду терминов, даче ответов на вопросы, относящиеся к сфере, предметом которой специалист владеет. Рецензия специалиста ООО «Эксперт система» дана не в рамках судебного разбирательства, в порядке статьи 188 ГПК РФ ООО «Эксперт система» к участию в деле не привлекался, права и обязанности в соответствии со статьей 171 ГПК РФ ему не разъяснялись.

Доказательств, свидетельствующих о неправильности и необоснованности экспертного заключения, наличии обстоятельств, ставящих под сомнение правильность выводов данного заключения, и наличии противоречий в заключении экспертизы в материалах гражданского дела не имеется.

Суд, изучив заявление представителя ФИО3 о недопустимости и недостоверности доказательства - заключения эксперта № 19/0303 от 22 апреля 2019 года, в силу статьи 186 ГПК РФ, не находит оснований для его удовлетворения.

Установленное статьей 186 ГПК РФ право суда на проверку заявления о том, что имеющееся в деле доказательство является подложным, назначить экспертизу или предложить сторонам представить иные доказательства вытекает из принципа самостоятельности и независимости судебной власти; при поступлении такого заявления суд оценивает его в совокупности с другими доказательствами и обстоятельствами дела, исходя из возложенной на него обязанности по вынесению законного и обоснованного решения.

Само по себе заявление стороны о недопустимости и недостоверности доказательства, в силу статьи 186 ГПК РФ не влечет автоматического исключения такого доказательства из числа собранных по делу доказательств, ввиду того, что именно на сторонах лежит обязанность доказать наличие фиктивности конкретного доказательства. В нарушение положений статьи 56 ГПК РФ представителем ФИО3 не представлено надлежащих объективных доказательств, отвечающих требованиям относимости и допустимости, подтверждающих факт подложности доказательств.

Разрешая заявленные исковые требования, суд приходит к выводу об отказе в их удовлетворении, поскольку получение ответчиком во исполнение обязательств по договору страхования денежных средств не может расцениваться как неосновательное обогащение. Факт того, что ФИО1 без каких-либо законных оснований приобрела за счет истца денежные средства в размере 120 660 руб., судом не установлен, доказательств этого суду не представлено.

Доводы представителя ФИО3 о том, что права ФИО3 были нарушены, поскольку он был лишен возможности представить суду вопросы, подлежащие разрешению при проведении экспертизы назначенной 26 февраля 2019 года и дополнительные доказательства, нельзя признать состоятельными.

Так, в части 2 статьи 79 ГПК РФ закреплено право сторон и других лиц, участвующих в деле, представить суду вопросы, подлежащие разрешению при проведении экспертизы, указано, что они имеют право просить суд назначить проведение экспертизы в конкретном судебно-экспертном учреждении или поручить ее конкретному эксперту. Вместе с тем законодатель указал, что окончательный круг вопросов, по которым требуется заключение эксперта, определяется судом, суд учитывает мнение относительно экспертного учреждения, но вправе сам определить в какое экспертное учреждение назначить экспертизу. 

При этом, одной из важнейших задач гражданского судопроизводства является правильное разрешение гражданских дел (статья 2 ГПК РФ). Суд в силу части второй статьи 10 указанного Кодекса, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом и создает условия для установления фактических обстоятельств при рассмотрении и разрешении гражданских дел, что является необходимым для достижения задачи гражданского судопроизводства по правильному разрешению гражданских дел.

Следовательно, предусмотренная частями первой и второй статьи 79 ГПК РФ обязанность суда по определению того, в каком конкретно судебно-экспертном учреждении или каким конкретно экспертом должна быть проведена экспертиза, а также круга вопросов, по которым требуется заключение эксперта, будучи следствием принципа судейского руководства процессом, является процессуальной гарантией закрепленного в статье 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации права граждан на судебную защиту.

При таких обстоятельствах, с учетом принципа судейского руководства процессом и для правильного и своевременного рассмотрения и разрешения гражданского дела (статья 2 ГПК РФ), суд при назначении экспертизы 26 февраля 2019 года самостоятельно определил круг вопросов эксперту и экспертное учреждение.

Эксперт ФИО6 в судебном заседании пояснил, что выводы в его заключении были сделаны им с учётом сведений, отраженных, как в административном материале, так и в материалах гражданского дела, и представленные представителем третьего лица дополнительные доказательства не существенные и не могут повлиять на его выводы.

Согласно части 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Поскольку в удовлетворении исковых требований истцу отказано, то не подлежат взысканию и понесённые истцом судебные издержки по оплате государственной пошлины.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

в удовлетворении исковых требований общества с ограниченной ответственностью «Страховая Компания «Согласие» к Селезневой ФИО14 о возврате суммы неосновательного обогащения, отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Волгоградского областного суда через Ленинский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, то есть с 20 мая 2019 года

Судья Молоканов Д.А.

Копия верна. 

Судья Молоканов Д.А.