ПОСТАНОВЛЕНИЕ

14 февраля 2024 г. г. Новомосковск Тульской области

Новомосковский районный суд Тульской области в составе председательствующего - судьи Меркулова А.В., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания Поповой А.Б.,

с участием 

и.о. Новомосковского городского прокурора Бушиной Е.А.,

обвиняемого ФИО1,

защитника - адвоката Зайцевой О.В., 

рассмотрев в закрытом судебном заседании на стадии предварительного слушания в помещении суда уголовное дело в отношении 

ФИО1, 

<

данные изъяты>, не судимого,

обвиняемого в совершении сорока четырех преступлений, предусмотренных ч. 3 ст.30 п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, и преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 п. «г» ч. 4 ст.228.1 УК РФ,

установил:

данное уголовное дело 31 января 2024 г. поступило в Новомосковский районный суд Тульской области с обвинительным заключением, утвержденным и.о. Новомосковского городского прокурора 31 января 2024 г.

Копия обвинительного заключения обвиняемому ФИО1 вручена 31 января 2024 г.

Согласно обвинительному заключению и постановлению о привлечении в качестве обвиняемого, органами предварительного расследования ФИО1 обвиняется в совершении сорока четырех покушений на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием электронных или информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), группой лиц по предварительному сговору, в значительном размере, то есть преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30 п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ; а также в покушении на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием электронных или информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, то есть преступлении, предусмотренном ч. 3 ст. 30 п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ.

В предварительном слушании прокурором Бушиной Е.А. в порядке ч. 8 ст. 246 УПК РФ, со ссылкой на постановление Пленума Верховного Суда РФ от 12.12.2023 № 43 «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о длящихся и продолжаемых преступлениях», заявлено ходатайство об изменении, предъявленного ФИО1, обвинения, а именно о том, что, поскольку ФИО1 преступление совершено с единым умыслом, с незначительным разрывами во времени, закладки наркотических средств делались в одном населенном пункте, его действия образуют единое продолжаемое преступление, исходя из всего объема наркотических средств, которые он пытался сбыть, то действия ФИО1, по рассматриваемому уголовному делу, подлежат квалификации по ч. 3 ст. 30 п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием электронных или информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере. 

Прокурором Бушиной Е.А. указанное ходатайство представлено в письменном виде, с изложением формулировки измененного обвинения.

Обвиняемый ФИО1 и защитник Зайцева О.В. полагали, что ходатайство прокурора об изменении обвинения подлежит удовлетворению.

Судом на обсуждение сторон поставлен вопрос о возвращении уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом по основаниям, предусмотренным п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, в связи с составлением обвинительного заключения с нарушением требований УПК РФ, исключающим возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, поскольку в нарушение п. 4 ч. 1 ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении не указан пункт статьи УК РФ, предусматривающий ответственность за данное преступление.

А именно, в постановлении о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого и обвинительном заключении при формулировке преступных деяний как «покушения на незаконный сбыт наркотического средства в значительном размере» (44 преступления) с квалифицирующими признаками не указан п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ - квалифицирующий признак «группа лиц по предварительному сговору», тогда как в тексте обвинения признак «группа лиц по предварительному сговору» вменяется ФИО1 Указанный пункт «а» ч. 3 ст. 228.1 УПК РФ отсутствует по 44 преступлениям в обвинительном заключении, не указан данный пункт и в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого. Данное обстоятельство не может признаваться опиской.

Прокурор Бушина Е.А. высказала мнение об отсутствии оснований для возвращения уголовного дела прокурору и возможности рассмотрения судом дела, по имеющимся в деле материалам, поскольку в обвинительном заключении указан квалифицирующий признак – группой лиц по предварительному сговору, а также с учетом того, что прокурором в предварительном слушании изменено обвинение, предъявленное ФИО1

Обвиняемый ФИО1 и его защитник Зайцева О.В. возражали против возвращения уголовного дела прокурору, полагая, что в связи с изменением прокурором обвинения, предъявленного ФИО1, нет оснований для возврата уголовного дела прокурору. 

Суд, заслушав мнения участников процесса, исследовав необходимые материалы уголовного дела, приходит к следующему. 

В соответствии с ч. 1 и 2 ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению.

Изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

Согласно ч. 8 ст. 246 УПК РФ государственный обвинитель до удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора может изменить обвинение в сторону смягчения.

Согласно п. 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2017г. N 51 «О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)» в соответствии с частями 7 и 8 ст. 246 УПК РФ полный или частичный отказ государственного обвинителя от обвинения в ходе судебного разбирательства, а также изменение им обвинения в сторону смягчения предопределяют принятие судом решения в соответствии с позицией государственного обвинителя. Вместе с тем государственный обвинитель согласно требованиям закона должен изложить суду мотивы полного или частичного отказа от обвинения, равно как и изменения обвинения в сторону смягчения со ссылкой на предусмотренные законом основания, а суд принять решение только после завершения исследования в процедуре, отвечающей требованиям состязательности, значимых для этого материалов дела и заслушивания мнений участников судебного заседания со стороны обвинения и стороны защиты об обоснованности позиции государственного обвинителя.

Суд, изучив ходатайство прокурора об изменении обвинения, считает, что прокурором не приведено убедительных мотивов изменения обвинения в отношении ФИО1, поскольку общий вес наркотических средств, умысел на сбыт которых вменяется ФИО1 прокурором при изменении обвинения, ранее органом предварительного расследования обвиняемому не был вменен при предъявлении обвинения, что, по мнению суда, нарушает право обвиняемого на защиту.

Кроме того из смысла ч. 5 ст. 265 УПК РФ следует, что если прокурор после направления уголовного дела в суд придет к выводу о необходимости изменения обвинения, то указанный документ оформляется в виде постановления прокурора об изменении обвинения.

Однако прокурор Бушина Е.А. в предварительном слушании, заявив ходатайство об изменении обвинения в отношении ФИО1, не представила его в форме постановления прокурора об изменении обвинения.

В связи с чем суд приходит к выводу, что изменение прокурором обвинения в отношении ФИО1 на стадии предварительного слушания является не мотивированным и не надлежаще оформленным, в связи с чем не подлежит удовлетворению.

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству сторон или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору, если обвинительное заключение, обвинительный акт или обвинительное постановление составлены с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, акта или постановления. 

Как указал Конституционный Суд РФ в Постановлении от 8 декабря 2003 г. N18-П и Определении от 22 апреля 2005 г. N 197-О, основанием для возвращения уголовного дела прокурору являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, совершенные дознавателем, следователем или прокурором, в силу которых исключается возможность постановления судом приговора или иного решения; подобные нарушения требований Уголовно-процессуального кодекса РФ в досудебном производстве, которые не могут быть устранены в судебном заседании и исключают принятие по делу судебного решения, отвечающего требованиям справедливости, всегда свидетельствуют, в том числе о несоответствии обвинительного заключения требованиям данного Кодекса. 

Согласно ч. 1 ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении следователь указывает, в том числе, существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела; формулировку предъявленного обвинения с указанием пункта, части, статьи УК РФ, предусматривающих ответственность за данное преступление.

Поскольку в формулировке обвинения по 44 неоконченным составам преступлений не указан п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, а в диспозиции обвинения, предъявленного ФИО1, указан квалифицирующий признак «группа лиц по предварительному сговору», по мнению суда, данное обстоятельство является препятствием для рассмотрения уголовного дела по предъявленному обвинению.

Суд приходит к выводу о том, что обвинительное заключение по делу составлено с нарушениями п. 4 ч. 1 ст. 220 УПК РФ, и с учетом вышеприведенных обстоятельств, изложенная в обвинительном заключении и постановлении о привлечении в качестве обвиняемого формулировка предъявленного ФИО1 обвинения с наличием указанных противоречий, нарушает гарантированные Конституцией Российской Федерации его право на защиту, что является существенным нарушением закона, допущенным в досудебной стадии, и лишает суд возможности вынесения законного и обоснованного приговора или иного решения по данному делу на основе данного обвинительного заключения, что влечет возвращение дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения, возникающих в ходе судебного разбирательства.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что уголовное дело подлежит возвращению прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в связи не указанием в обвинительном заключении пункта статьи УК РФ, предусматривающей ответственность за данное преступление, что лишает суд возможности вынесения законного и обоснованного приговора или иного решения на основе данного обвинительного заключения. 

В соответствии с ч. 3 ст. 237 УПК РФ при возвращении уголовного дела прокурору судья решает вопрос о мере пресечения в отношении обвиняемого. При необходимости судья продлевает срок содержания обвиняемого под стражей для производства следственных и иных процессуальных действий с учетом сроков, предусмотренных статьей 109 настоящего Кодекса.

Согласно ч. 2 ст. 109 УПК РФ в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок может быть продлен судьей районного суда в порядке, установленном частью третьей статьи 108 настоящего Кодекса, на срок до 6 месяцев. Дальнейшее продление срока может быть осуществлено в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, только в случаях особой сложности уголовного дела и при наличии оснований для избрания этой меры пресечения судьей того же суда до 12 месяцев. 

Частью 1 статьи 110 УПК РФ установлено, что мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные статьями 97 и 99 настоящего Кодекса. 

18 сентября 2023 г. ФИО1 задержан в качестве подозреваемого в порядке ст. 91, 92 УПК РФ.

Постановлением судьи Новомосковского районного суда Тульской области от 20 сентября 2023 г. в отношении обвиняемого ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 2 месяца, то есть до 18 ноября 2023 г. 

Основаниями к избранию данной меры пресечения послужило обвинение ФИО1 в совершении особо тяжкого преступления, за совершение которого санкция статьи УК РФ предусматривает наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет, сведения о его личности – не работает, не имеет легального источника дохода, то есть наличие обстоятельств, из которых следует, что, находясь на свободе, он может продолжить заниматься преступной деятельностью и скрыться от органов предварительного следствия.

Постановлениями Новомосковского районного суда Тульской области срок содержания под стражей обвиняемому ФИО1 неоднократно продлевался, в последний раз 14 декабря 2023 г. до 5 месяцев, то есть до 18 февраля 2024 г.

Прокурор Бушина Е.А. в случае возврата уголовного дела прокурору просила оставить ФИО1 меру пресечения без изменения, поскольку основания, по которым она была избрана, в настоящий момент не отпали и не изменились, продлить срок содержания ФИО1 под стражей на шесть месяцев. 

Обвиняемый ФИО1 и его защитник Зайцева О.В. в судебном заседании не возражали против продления обвиняемому срока содержания под стражей.

Заслушав мнения участников процесса, исследовав необходимые материалы уголовного дела, принимая во внимание положения ст. ст. 97, 99 УПК РФ, суд приходит к следующим выводам. 

Согласно представленным материалам, ФИО1 обвиняется в совершении в составе группы лиц по предварительному сговору сорока четырех тяжких преступлений, за которые предусмотрено наказание в виде лишения свободы до пятнадцати лет, и особо тяжкого преступления, за которое законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до 20 лет. 

Проанализировав вышеприведенные сведения о личности обвиняемого, суд приходит к выводу, что они ни в отдельности, ни в своей совокупности, не являются основанием для отмены или изменения избранной ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу. 

Более того, вышеуказанные обстоятельства дают суду достаточные основания полагать, что, находясь на свободе, ФИО1 может продолжить заниматься преступной деятельностью и скрыться от органов предварительного расследования и суда. 

Таким образом, суд приходит к выводу о необходимости сохранения обвиняемому ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражей, и, соответственно, продления срока содержания под стражей. Препятствий для его дальнейшего содержания в условиях следственного изолятора судом не установлено. 

С учетом существа обстоятельств, препятствующих рассмотрению уголовного дела судом, и времени, необходимого для их устранения и обеспечения права обвиняемого на ознакомление с материалами уголовного дела, суд считает необходимым продлить срок содержания обвиняемого под стражей на три месяца. 

Руководствуясь ст. 237, 108, 109 УПК РФ, суд

постановил:

уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении сорока четырех преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30 п. «б» ч. 3 ст.228.1 УК РФ, и преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 п. «г» ч. 4 ст.228.1 УК РФ, возвратить Новомосковскому городскому прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Меру пресечения обвиняемому ФИО1 оставить без изменения в виде заключения под стражу.

Продлить срок содержания под стражей ФИО1 на три месяца, то есть до 14 мая 2024 г. 

Постановление может быть обжаловано в судебную коллегию по уголовным делам Тульского областного суда в течение 15 суток, а обвиняемым, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии постановления, путем подачи апелляционной жалобы или представления через Новомосковский районный суд Тульской области. 

В случае подачи апелляционной жалобы, обвиняемый вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции. 

Председательствующий постановление вступило в законную силу 04.04.2024г.