Дело №2-1069/2017 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

24 октября 2017 года г. Северобайкальск

Северобайкальский городской суд Республики Бурятия в составе председательствующей судьи Казаковой Е.Н., при секретаре Стрельниковой С.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «ЕРЦ» о признании незаконными приказ от 20.04.2017 г. об отмене приказа № от 20 апреля 2017 г., приказ № от 24.07.2017 г. об аннулировании трудового договора, взыскании денежной компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, обращаясь в суд с иском, просила признать незаконными приказ от 20.04.2017 г. об отмене приказа № от 20 апреля 2017 г., приказ № от 24.07.2017 г. об аннулировании трудового договора, взыскать денежную компенсацию морального вреда в размере 50000 руб., указывая о нарушении трудовых прав. 

В судебном заседании представитель истца ФИО1 по доверенности ФИО2 иск поддержала, суду пояснила, что она- ФИО2, являлась единственным учредителем и директором ООО «ЕРЦ». Как учредитель в 2016 г. она приняла решение об открытии в г. Саяногорске обособленного подразделения общества. В обособленное подразделение были приняты на работу ФИО1 Планировалось, что ООО «ЕРЦ» будет также работать агентом по сбору платежей от населения. С июля 2016 г. ФИО3 временно на две недели приступила к работе, а с 01.08.2016 г. уже была принята на постоянную работу. В штатное расписание были внесены соответствующие изменения. В г. Саяногорск был арендован офис, была приобретена техника. Ежемесячно ООО «ЕРЦ» вносило арендную плату, оплачивала услуги связи, электроэнергию. С июля 2016 г. ФИО3 принимала меры для того, чтобы заключить договоры с различными организациями на прием платежей: направлялись письма в различные организации, велась переписка с руководителями. В декабре 2016 г. были заключены договоры с «Киви» на прием платежей. Поскольку в г. Саяногорск они не смогли найти клиентуру, ею было принято решение о сокращении обособленного подразделения и о сокращении работников. В феврале 2017 г. она уведомила ФИО3 о сокращении. В апреле 2017 г. она, как учредитель приняла решение о том, что будет продавать свое предприятие, поэтому 13 апреля 2017 г. она назначила, как учредитель, нового директора Б.. Однако 13 апреля 2017 г. Б. на работу не вышел, поэтому она, являясь учредителем, 20 апреля 2017 г. приняла решение о сокращении ФИО3, о чем издала приказ. Уже в мае 2017 г. она продала ООО «ЕРЦ». Поскольку ФИО3 не было выплачено пособие в связи с сокращением, она обратилась в суд с иском о взыскании данных средств. После чего Б. издал два приказа, один от 24 июля 2017 г. об аннулировании трудового договора со ФИО3, второй от 20 апреля 2017 г. об отмене приказа об увольнении ФИО3. Считает, что указанные приказы нарушили требования закона, в связи с чем, просила их отменить. 

Представитель ответчика ООО «ЕРЦ» по доверенности ФИО4 иск не признал, суду пояснил, что отказ о приеме на работу ФИО3 был аннулирован приказом от 24.07.2017 г., поскольку ФИО3 не вышла на работу в качестве главного бухгалтера. То, что ФИО3 периодически перечисляла денежные средства на счет ООО «ЕРЦ» не означает, что она выполняла свои должностные обязанности, т.к. имело место оплата платежей по сотовой связи по своим личным номерам. Доказательств выполнения работ истцом не предоставлено. Нет доказательств подтверждения нахождения истца на рабочем месте. Считает, что направление писем с почтового электронного ящика не доказывает факт нахождения на рабочем месте. Кроме того, просит учесть, что табель учета рабочего времени составлялся без проверки фактического нахождения на рабочем месте. 

Приказ об увольнении ФИО3 от 20.04.2017 г. был издан не уполномоченным лицом, т.к. на 20 апреля 2017 г. директором ООО «ЕРЦ» был Б.. Приказ об увольнении принят учредителем ФИО3, что незаконно. Данный приказ был отменен 20 апреля 2017 г. Никаких мероприятий по сокращению численности штата в апреле 2017 г. проведено не было. Обособленное подразделение до настоящего времени не снято с налогового учета, штатные расписания, утвержденные на 1 и 2 кварталы 2017 г., не содержат сведений о проведении процедуры сокращения численности или штата работников. 

Истица ФИО1 в судебное заседание не явилась. О слушании дела уведомлена надлежаще. Просила суд о рассмотрении дела в ее отсутствие. Суд определил о рассмотрении дела в отсутствие истца. 

Суд, выслушав стороны, свидетелей, приходит к следующему. 

В силу ст. 56 ТК РФ трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Согласно п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случаях сокращения численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя. 

В соответствии со ст. 84.1 ТК РФ прекращение трудового договора оформляется приказом (распоряжением) работодателя.

С приказом (распоряжением) работодателя о прекращении трудового договора работник должен быть ознакомлен под роспись. По требованию работника работодатель обязан выдать ему надлежащим образом заверенную копию указанного приказа (распоряжения). В случае, когда приказ (распоряжение) о прекращении трудового договора невозможно довести до сведения работника или работник отказывается ознакомиться с ним под роспись, на приказе (распоряжении) производится соответствующая запись.

Днем прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы работника, за исключением случаев, когда работник фактически не работал, но за ним, в соответствии с настоящим Кодексом или иным федеральным законом, сохранялось место работы (должность).

Как следует материалам дела, приказом от 15 июля 2016 г. ФИО1 принята на работу с 15.07.2016 г. по 31.12.2016 г. на должность заместителем главного бухгалтера. Со ФИО1 заключен трудовой договор от 18.07.2016 г., согласно которому установлен срок трудового договора с 18.07.2016 г. по 31.07.2016 г. 01.08.2016 г. со ФИО3 заключен трудовой договор по 31.12.2016 г. Дополнительным соглашением от 25.12.2016 г. срок трудового договора продлен до 31.12.2017 г. 

Согласно приказу № от 20.02.2017 г. об изменении в штатное расписание и сокращении численности работников, исключены из штатного расписания должности заместителя главного бухгалтера, специалиста абонентского отдела, принято решение о сокращении численности работников, в том числе заместителя главного бухгалтера. 

ФИО1 была уведомлена о сокращении должности 20.02.2017 г. с 20.04.2017 г. 

На основании решения единственного участника ООО «ЕРЦ» ФИО2 от 12.04.2017 г. досрочно прекращен трудовой договор со ФИО2, с 13.04.2017 г. назначен директором Б. 

На основании приказа № от 13.04.2017 г. Б. вступил в должность директора с 13.04.2017 г. 

Приказом от 20.04.2017 г. действие трудового договора от 01.08.2016 г., заключенного со ФИО1, прекращено. ФИО1 уволена с 20.04.2017 г. в связи с сокращением численности и штата организации.

Данный приказ вынесен ФИО2, как учредителем общества. 

Приказом от 20.04.2017 г. за № приказ от 20.04.2017 г. о расторжении трудового договора со ФИО1 отмен. Приказ вынесен директором Б.

Анализируя вышеизложенное, суд приходит к выводу о том, что ФИО2, как учредитель, не имела прав на принятие решения об увольнении работников ООО «ЕРЦ». 

Вместе с тем, суд также считает, что оснований для отмены приказа об увольнении ФИО3 не имелось, по следующим основаниям. 

В соответствии с трудовым законодательством Российской Федерации, такая форма восстановления в трудовых отношениях работника на предприятие, учреждение или в организацию, коим по отношению к ФИО5 являлось ООО «ЕРЦ», как отмена приказа об увольнении, не предусмотрена. 

При этом суд считает, что в данном случае имеет место восстановление ФИО3 на работе, что по смыслу действующего законодательства без личного согласия работника невозможно. 

Материалами дела установлено, что ФИО5 была уведомлена о предстоящем сокращении работников 20.02.2017 г. 

После увольнения ФИО3 встала на учет в Центр занятости населения по месту жительства, получает пособие по безработице. Решением ГКУ РХ ЦЗН отдела по городу Саяногорску от 21 июля 2017 г. установлено, что ФИО1 в течение двух недель обратилась в Центр занятости населения со дня увольнения, не была трудоустроена, в связи с чем принято решение о сохранении средней заработной платы на период трудоустройства в течение 3 месяца со дня увольнения. Из указанного следует, что ФИО1 поставлена на учет в ЦЗН как безработная и уволенная в связи с сокращением численности или штата работников по п. 2 ст. 81 ТК РФ. 

Следовательно, согласия ФИО3 на восстановление на работе в связи с отменой приказа об увольнении не имелось. 

Кроме того, судом установлено, что с приказом об отмене приказа об увольнении ФИО3 надлежащим образом не была уведомлена. Доводы представителя ответчика о том, что он направил ФИО3 приказ заказным письмом, что, по его мнению, является надлежащим ознакомлением с данным приказом, не состоятельны. 

В силу ст. 84.1 ТК РФ днем прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы работника, соответственно. Последним днем работы ФИО3 являлся 20.04.2017 г., после чего работодатель уже не был вправе принимать какие-либо решения в отношении прежнего работника. 

В связи с чем, суд считает обоснованным и подлежащими удовлетворению требования истца о признании незаконными и отмене приказа от 20.04.2017 г. № об отмене приказа № от 20.04.2017 г. 

По требованиям истца об аннулировании трудового договора. 

Судом установлено, что приказом № от 24.07.2017 г. директор ООО «ЕРЦ» Б. аннулировал трудовые договоры со ФИО1, приказ о приеме на работу от 15.07.2016 г. № отменен. Запись в трудовой книжке было принято считать недействительной. 

Вместе с тем, данный приказ вынесен с нарушением действующего законодательства на основании следующего. 

В соответствии со ст. 61 ТК РФ трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено настоящим Кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя.

Работник обязан приступить к исполнению трудовых обязанностей со дня, определенного трудовым договором.

Если в трудовом договоре не определен день начала работы, то работник должен приступить к работе на следующий рабочий день после вступления договора в силу.

Если работник не приступил к работе в день начала работы, установленный в соответствии с частью второй или третьей настоящей статьи, то работодатель имеет право аннулировать трудовой договор. Аннулированный трудовой договор считается незаключенным. Аннулирование трудового договора не лишает работника права на получение обеспечения по обязательному социальному страхованию при наступлении страхового случая в период со дня заключения трудового договора до дня его аннулирования.

Анализируя имеющиеся в деле доказательства суд считает, что у работодателя отсутствовали основания для аннулирования трудового договора, заключенного со ФИО3, т.к. судом установлено, что ФИО3 фактически приступила к выполнению своих трудовых обязанностей. 

Так, из показаний свидетеля Л. следует, что она работала в ООО «ЕРЦ» заместителем директора. При ней в ООО «ЕРЦ» в подразделении г. Саяногорск работала ФИО1 Она лично была командирована в г. Саяногорск, помогала в организации работы обособленного подразделения. Знает, что в г. Саяногорск имелся офис, для работы офиса приобретали оргтехнику. ФИО3 принимала меры для заключения различных агентских договоров. Также ФИО3 в течение всего периода работы по ее поручению как заместителя руководителя принимала меры по выявлению должников и работала по данным должникам, направляя им уведомления. 

Свидетель Ф. показала, что в обособленном подразделении г. Саяногорске был открыт офис, арендовано помещение, был закуплен кассовый аппарат, принтер. В результате никакие агентские договоры для сбора денежных средств с населения г. Саяногорск не были заключены, однако были заключены в конце ноября 2016 г. договоры по приему платежей с «Киви». ФИО3 вела переписку с обществом. От ФИО3 поступали редкие платежи по оказанным услугам. Она же - Ф. вела табель учета рабочего времени, в которых указывала о том, что ФИО3 находилась на рабочем месте. Деятельность обособленного подразделения велась, но результатов не было. Показания свидетеля Ф. подтверждаются справкой финансово-хозяйственной деятельности обособленного подразделения, составленной Ф.. Из которой следует о работе данного подразделения, выплате заработной платы, оплаты аренды, услуг связи и интернета, за потребленную электроэнергию и другое. 

У суда нет оснований не доверять показаниям указанных свидетелей, т.к. они стабильные, не противоречат друг другу и материалам дела. 

Из данных показаний следует, что фактически ФИО1 приступила к работе в подразделение ООО «ЕРЦ» г. Саяногорск. 

Судом исследовались документы, из которых следует о заключении договоров аренды помещения в г. Саяногорск, сведения о том, что ФИО1 вносила денежные средства на счет общества путем их перечисления через банки, сведения о приобретении оргтехники для работы в подразделении г. Саяногорск. 

Кроме того, истцом предоставлены скрин-шоты, распечатки переписки, из которых следует, что между ФИО3, как сотрудником ООО «ЕРЦ», а также с Ф., как главным бухгалтером, велась переписка о деятельности общества. Судом также исследовались документы, из которых следует, что ФИО3 направляла в различные организации проекты договоров, письма о сотрудничестве. Кроме того, ответчиком не отрицается, что ФИО3 весь период работы получала заработную плату в соответствии с договором.

Из указанного в совокупности следует, что ФИО3 работала в ООО «ЕРЦ». Следовательно, оснований для аннулирования приказа о приеме у работодателя, вынесенного к тому же после увольнения ФИО3, не имелось. Данный приказ незаконный и подлежит отмене. 

Доводы представителя ответчика ФИО4 о том, что ФИО3 не исполняла обязанности заместителя главного бухгалтера, следовательно, не приступила к выполнению своих обязательств, в следствие чего, трудовой договор был с ней аннулирован, не обоснованные, т.к. в силу ст. 61 ТК РФ трудовой договор может быть аннулирован только, если работник не приступил к работу. В данном случае ФИО3 приступила к работе. 

То, что ФИО3 фактически не выполняла обязанности заместителя главного бухгалтера, не предоставляло работодателю аннулировать с ней трудовой договор. Работодатель фактически должен был обеспечить ФИО3 работой, в случае неисполнения обязанностей в соответствии с трудовым договором или должностной инструкцией, мог применить к ней меры дисциплинарного воздействия. 

Не состоятельны доводы представителя ответчика ФИО4 о том, что принятие на работу ФИО1, как дочери ФИО2, являющейся единственным учредителем и директором общества, было формальным, ФИО3 не работала, а только значилась на работе, получая заработную пату. Так, судом установлено, что фактически ФИО1 была принята на работу, исполняла обязанности, в том числе поручения руководители и его заместителя, что нашло свое подтверждение в судебном заседании. Факт выхода на работу ФИО3 нашло свое отражение также в табелях учета рабочего времени. Тот факт, что ФИО3 является близкой родственницей ФИО3, являющейся на тот момент учредителем и директором общества, не нарушало действующего законодательства, т.к. каких – либо ограничений в приеме на работу в Общество с ограниченной ответственностью действующее трудовое законодательство не содержит. 

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Учитывая, что судом установлено нарушение прав ФИО3 в результате неправомерных действий работодателя, суд считает обоснованным требования истца о взыскании с ответчика морального вреда. При определении размера взыскания судом принимается во внимание, что фактически нарушение прав имело место после увольнения ФИО3. В связи с чем, считает необходимым снизить размер денежной компенсации до 5000 рублей. 

Учитывая, что истец был освобожден от уплаты госпошлины, в силу ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию госпошлина в доход МО «город Северобайкальск» в размере 6000 руб. 

Руководствуясь. 194-199 ГПК РФ, судья 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить в части. 

Признать незаконными приказ от 20.04.2017 г. об отмене приказа № от 20 апреля 2017 г., приказ № от 24.07.2017 г. об аннулировании трудовых договоров. 

Взыскать с ООО «ЕРЦ» в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда в размере 5000 руб. 

Взыскать с ООО «ЕРЦ» государственную пошлину в доход МО «город Северобайкальск» в размере 6000 руб. 

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Бурятия в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Северобайкальский городской суд РБ. 

Окончательная форма решения принята 30.10.2017 г. 

Председательствующий судья: Казакова Е.Н.