Судья Рудова Т.А.

Дело № 22-2498/2024

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Томск

09 сентября 2024 года

Томский областной суд в составе:

председательствующего судьи Батуниной Т.А.,

при секретаре – помощнике судьи В.,

с участием прокурора отдела прокуратуры Томской области Буэль И.В.,

обвиняемой К. и ее защитника – адвоката Воднева С.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы дела по апелляционной жалобе защитника обвиняемой К. – адвоката Воднева С.А. на постановление Октябрьского районного суда г. Томска от 23 августа 2024 года, которым 

К., /__/, не судимой, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ,

продлен срок содержания под стражей на 30 суток, а всего до 10 месяцев 22 суток, то есть до 23 сентября 2024 года.

Заслушав выступление обвиняемой К. и в защиту ее интересов адвоката Воднева С.А., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Буэль И.В., полагавшей необходимым апелляционную жалобу оставить без удовлетворения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

24 августа 2023 года в отношении неустановленных лиц возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ, по факту мошенничества, то есть хищения чужого имущества путем обмана, совершенного лицом с использованием своего должностного положения, в крупном размере.

В ходе предварительного расследования уголовное дело соединено с рядом других уголовных дел, возбужденных по признакам преступлений, предусмотренных ч. 3, 4 ст. 159, ч. 1 ст. 187 УК РФ, с присвоением единого регистрационного номера.

03 ноября 2023 года по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ по основаниям, предусмотренным ст. 91 УПК РФ, и в порядке, установленном ст. 92 УПК РФ, была задержана и допрошена в качестве подозреваемой К., которой в этот же день предъявлено обвинение в совершении указанного преступления.

04 ноября 2023 года постановлением Кировского районного суда г. Томска К. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, срок которой неоднократно продлевался в установленном законом порядке, последний раз 21 июня 2024 года Октябрьским районным судом г. Томска до 9 месяцев 23 суток, то есть до 24 августа 2024 года.

23 августа 2024 года срок предварительного следствия по уголовному делу продлен на 01 месяца, то есть до 23 сентября 2024 года.

Следователь по ОВД первого следственного отделения (по расследованию преступлений прошлых лет) второго отдела по расследованию ОВД СУ СК РФ по Томской области Н. с согласия руководителя соответствующего следственного органа обратился в суд с ходатайством о продлении срока содержания под стражей обвиняемой К. на 30 суток, а всего до 10 месяцев 22 суток, т.е. до 23 сентября 2024 года, указав, что срок содержания под стражей обвиняемой К. истекает 24 августа 2024 года, однако окончить предварительное следствие не представляется возможным, поскольку необходимо выполнить требования ст. 215-220 УПК РФ, а также иные следственные и процессуальные действия, направленные на окончание предварительного расследования, на что потребуется дополнительный срок, кроме того, в соответствии со ст.221 УПК РФ и постановлением Конституционного суда РФ №4-п от 22.03.2005 уголовное дело необходимо направить прокурору не менее чем за 24 суток до окончания срока содержания обвиняемой под стражей. Расследование уголовного дела представляет особую сложность, обусловленную необходимостью выполнения большого объема следственных и процессуальных действий, большим объемом материалов уголовного дела, длительностью производства судебной экспертизы. По мнению следствия, обстоятельства, послужившие основанием для избрания К. меры пресечения в виде заключения под стражу, не отпали и не изменились, поскольку она обвиняется в совершении умышленного имущественного преступления, которое относится к категории тяжких, за совершение которого может быть назначено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет, регистрации и постоянного места жительства на территории /__/ не имеет, кроме того, К. на протяжении длительного времени работала в сфере /__/, сотрудничала с различными государственными, муниципальными органами, где приобрела широкий круг контактов среди высокопоставленных представителей власти Томской области, правоохранительных органов, что позволяет сделать вывод о возможности совершения ею противодействия следствию, в условиях ее нахождения вне изоляции от общества. Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что, находясь на свободе, К. может скрыться от органов предварительного следствия и суда, оказать давление на свидетелей совершенного ею преступления, данные о личностях которых ей известны и тем самым воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Постановлением Октябрьского районного суда г. Томска от 23 августа 2024 года ходатайство следователя удовлетворено, срок содержания обвиняемой К. под стражей продлен на 30 суток, а всего до 10 месяцев 22 суток, то есть до 23 сентября 2024 года.

В апелляционной жалобе защитник обвиняемой – адвокат Воднев С.А. выражает несогласие с постановлением в связи с допущенными существенными нарушениями уголовно-процессуального закона.

Указывает, что суд устранился от проверки обоснованности подозрения в причастности К. к преступлению. Представленные суду материалы каких-либо объективных доказательств, указывающих на обоснованность подозрения его подзащитной в совершении преступления, не содержат. Вывод суда о причастности К. сделан исключительно на основании постановления об избрании ей меры пресечения в виде заключения под стражу от 04.11.2023 и протокола допроса самой К. Полагает, что постановление об избрании К. меры пресечения не может носить преюдициального значения, протокол допроса самой обвиняемой не может свидетельствовать о причастности последней к совершенному преступлению, признательных показаний К. не давала, а кроме того, до момента настоящего продления, следователем могли быть добыты иные доказательства, указывающие на невиновность К.

Полагает, что вывод суда о том, что К. может скрыться от органов следствия и суда, оказать давление на свидетелей, иным образом воспрепятствовать производству по делу, является надуманным и ошибочным.

Отмечает, что этап расследования уголовного дела в отношении К. не может являться первоначальным, в связи с указанным тяжесть инкриминируемого деяния не является безусловным основанием, указывающим на намерение обвиняемой скрыться от органов следствия и суда либо воспрепятствовать производству по делу. Делая вывод о наличии этих оснований, суд тем самым проигнорировал п. 5 постановления Пленума Верховного суда РФ от 19.12.2013, что свидетельствует о необъективном и обвинительном уклоне при решении вопроса о продлении содержания К. под стражей.

Указывает, что судом неверно оценена характеристика личности К., которая имеет на иждивении несовершеннолетнего ребенка, проживает совместно с семьей, официально трудоустроена, не судима, имеет постоянное место жительства и регистрации на территории Российской Федерации, имеет прочные социальные связи, которые не позволят ей скрыться от уголовного преследования. 

Отмечает, что судом также проигнорировано то, что фактически предварительное расследование по уголовному делу завершено, все доказательства по делу следствием собраны, в связи с чем К. лишена возможности оказать давление на свидетелей, иным образом воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Полагает, что вывод суда об отсутствии в действиях, инкриминируемых К., признаков преступления в сфере экономической (предпринимательской) деятельности, неверен. 

Просит постановление суда отменить, избрать в отношении К. более мягкую меру пресечения.

В возражениях на апелляционную жалобу прокурор отдела по надзору за производством дознания и оперативно-розыскной деятельностью управления по надзору за уголовно-процессуальной и оперативной-розыскной деятельностью прокуратуры области ФИО1 выражает несогласие с изложенными в ней доводами, просит постановление суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Проверив представленные материалы, выслушав мнения участников процесса, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражения на нее, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 108 УПК РФ, заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении лица, обвиняемого или подозреваемого в совершении преступления, за которое Уголовным кодексом Российской Федерации предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

В соответствии с ч. 1 ст. 97 УПК РФ, суд вправе избрать подозреваемому, обвиняемому меру пресечения в виде заключения под стражу, если имеются достаточные основания полагать, что тот может скрыться от следствия и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью, угрожать участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным образом воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Согласно ч. 2 ст. 109 УПК РФ в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок может быть продлен судьей районного суда до 6 месяцев, а в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, в случаях особой сложности уголовного дела и при наличии оснований для избрания этой меры пресечения, - до 12 месяцев.

Как следует из положений ч. 1 ст. 110 УПК РФ, мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные ст. 97 и 99 УК РФ.

Данные требования уголовно-процессуального закона, регламентирующие условия и порядок продления срока содержания под стражей, по настоящему делу не нарушены. Из представленных материалов следует, что ходатайство следователя о продлении срока содержания под стражей в отношении обвиняемой К. возбуждено перед судом в рамках уголовного дела, срок предварительного следствия по которому продлен в установленном порядке, с соблюдением требований ст. 162 УПК РФ, ходатайство внесено в суд следователем с согласия полномочного руководителя следственного органа и отвечает положениям, предусмотренным ст. 109 УПК РФ. Нарушений уголовно-процессуального закона при задержании К. и предъявлении ей обвинения допущено не было.

Как видно из представленных материалов, при решении вопроса о продлении срока содержания обвиняемой под стражей суд первой инстанции тщательно исследовал имеющиеся в его распоряжении документы, выслушал участников процесса, учел все данные о личности обвиняемой, имеющие значение при решении вопроса о мере пресечения, проверил утверждение органа предварительного следствия о невозможности окончания расследования по объективным причинам в ранее установленные сроки и признал испрашиваемый срок для продления содержания обвиняемой под стражей разумным и обоснованным.

Необходимость выполнения указанных в ходатайстве следственных и процессуальных действий, направленных на окончание предварительного расследования, обоснована. 

Нашли свое подтверждение доводы следователя об особой сложности уголовного дела, мотивированные выполнением значительного объема следственных и процессуальных действий, большим объемом материалов дела, длительностью производства судебной экспертизы. Объективных данных, свидетельствующих о неэффективной организации предварительного расследования либо волоките по делу, не установлено. Срок уголовного судопроизводства не выходит за рамки разумной длительности, предусмотренной ст. 6.1 УПК РФ.

Представленными суду материалами подтверждена обоснованность подозрения в причастности К. к преступлению, в совершении которого она обвиняется, что усматривается из исследованных судом доказательств, в частности из протоколов допросов свидетелей, протоколов допросов самой обвиняемой К.

При этом суд при решении вопроса о мере пресечения обоснованно не входил в обсуждение вопросов о доказанности вины К. и правильности квалификаций ее действий, поскольку они не являются предметом судебной проверки на досудебной стадии производства по уголовному делу. 

При разрешении ходатайства следователя суд учел состояние здоровья обвиняемой К., ее возраст, сведения о личности, согласно которым она социально адаптирована, замужем, имеет на иждивении несовершеннолетнего ребенка, трудоустроена, имеет регистрацию и постоянное место жительства в /__/.

Вместе с тем, суд обоснованно учел, что К. обвиняется в совершении преступления против собственности, относящегося к категории тяжких, за которое уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет, на территории /__/ регистрации и места жительства не имеет. Кроме того, принял во внимание то, что в материалах дела имеются сведения о том, что К. в силу ранее занимаемой должности приобрела обширные связи во властных структурах и правоохранительных органах Томской области, в качестве свидетелей по делу проходят лица, данные о которых известны обвиняемой.

Установленные судом первой инстанции обстоятельства подтверждены представленными материалами и свидетельствуют о наличии достаточных оснований полагать, что К., не находясь под стражей, может скрыться от органов следствия и суда, оказать давление на свидетелей, иным образом воспрепятствовать объективному и всестороннему расследованию уголовного дела.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, согласно положениям закона, для продления срока содержания под стражей необязательно, чтобы были установлены неопровержимые доказательства о намерении обвиняемого скрыться от органов следствия и суда, оказать давление на свидетелей, иным образом воспрепятствовать объективному и всестороннему расследованию уголовного дела, достаточно наличия обстоятельств, свидетельствующих о такой возможности, что и было установлено судом первой инстанции в отношении К.

Тяжесть предъявленного К. обвинения учитывалась судом наряду с иными обстоятельствами по делу. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы, обстоятельства, послужившие основанием для избрания К. меры пресечения в виде заключения под стражу, не отпали. Новых обстоятельств, не ставших предметом судебного разбирательства при решении вопроса о мере пресечения, которые могли бы послужить основанием для отмены или изменения ранее избранной меры пресечения, не установлено.

Выводы суда о необходимости продления срока нахождения обвиняемой под стражей и невозможности применения в отношении нее иной, более мягкой, меры пресечения, в постановлении суда надлежаще мотивированы и основаны на исследованных в судебном заседании материалах, подтверждающих законность и обоснованность принятого решения, не согласиться с которым у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.

Наличие у К. постоянного места жительства и регистрации на территории Российской Федерации, наличие на иждивении у последней несовершеннолетнего ребенка, официальное трудоустройство, отсутствие судимостей, само по себе, без учета иных обстоятельств по делу, не гарантируют дальнейшего правопослушного поведения обвиняемой и соблюдения ею ограничений, призванных обеспечить беспрепятственное осуществление уголовного судопроизводства. 

При установленных судом обстоятельствах лишь действующая в отношении К. мера пресечения может обеспечить достижение целей уголовного судопроизводства, поскольку иная мера пресечения не будет являться гарантией надлежащего поведения обвиняемой. При этом установленные по делу обстоятельства свидетельствуют о наличии реального требования публичного интереса, связанного с применением в отношении К. меры пресечения в виде заключения под стражу, который, несмотря на презумпцию невиновности, преобладает над принципом уважения личной свободы.

Все имеющие значение данные о личности К., в том числе, на которые ссылается сторона защиты, были в полной мере учтены судом при принятии решения о продлении ей срока содержания под стражей.

Дальнейшее содержание К. под стражей соответствует действующему законодательству, предусматривающему ограничение федеральным законом прав и свобод человека и гражданина в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других граждан. При этом ограничение прав и свобод К. на период производства по делу отвечает требованиям справедливости.

Довод адвоката Воднева С.А. о том, что обжалованное постановление суда не содержит выводов об обоснованности подозрения, по мнению суда апелляционной инстанции, нельзя отнести к недостаткам постановления суда. Согласно положениям п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий» только после проверки судом обоснованности подозрения в причастности лица к совершенному преступлению возможно избрание заключения под стражу в качестве меры пресечения. Указывая на необходимость проверки конкретных сведений, касающихся причастности к совершенному преступлению именно этого лица, с оценкой сведений в решении суда, Верховный Суд РФ в то же время отмечает, что, проверяя обоснованность подозрения в причастности лица к совершенному преступлению при рассмотрении вопроса о продлении срока меры пресечения, суд не вправе входить в обсуждение вопроса о виновности лица (п. 2 в редакции Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.05.2016 № 23). 

Вопреки доводам адвоката, исходя из обвинения, инкриминируемое К. деяние не связано с осуществлением последней экономической (предпринимательской) деятельности, поскольку оно не было направлено на получение систематической прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг. В соответствии с предъявленным обвинением, данное деяние было направлено на хищение денежных средств путем обмана, что противоречит существу предпринимательской деятельности. Кроме того, согласно материалов дела, К. индивидуальным предпринимателем не является, а организация, в которой она выполняла управленческие функции, является некоммерческой. А потому, предусмотренных ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ обстоятельств, исключающих возможность применения в отношении обвиняемой меры пресечения в виде заключения под стражу, не имеется.

Данных о наличии у обвиняемой К. заболеваний, входящих в Перечень тяжелых заболеваний, препятствующих содержанию под стражей подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений, утвержденный Постановлением Правительства РФ от 14 января 2011 года № 3, в материалах дела не имеется, документального подтверждения невозможности ее содержания в следственном изоляторе по состоянию здоровья суду не представлено.

Кроме того, оказание квалифицированной медицинской помощи обвиняемым (подсудимым), содержащимся в следственном изоляторе, возможно в больницах учреждений уголовно-исполнительной системы, а в необходимых случаях возможна госпитализация лиц, заключенных под стражу, в иные лечебно-профилактические учреждения здравоохранения. 

Постановление суда первой инстанции соответствует требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ и основано на объективных данных, содержащихся в материалах дела.

Нарушений уголовно-процессуального законодательства РФ, влекущих отмену или изменение обжалуемого постановления, суд апелляционной инстанции не находит.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Октябрьского районного суда г. Томска от 23 августа 2024 года о продлении К. срока содержания под стражей оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Воднева С.А. – без удовлетворения.

Настоящее постановление может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в кассационном порядке.

Председательствующий Т.А. Батунина