Дело №12-153/2020

Р Е Ш Е Н И Е

город Иваново 15 октября 2020 года

Судья Октябрьского районного суда города Иваново Вьюгин И.В.,

с участием защитника привлекаемого лица 

<

данные изъяты> Л.

рассмотрев в судебном заседании жалобу генерального директора 

<

данные изъяты> Б. на постановление по делу об административном правонарушении по ч.1 ст.5.27. КоАП РФ,

У С Т А Н О В И Л:

Постановлением врио главного государственного инспектора труда отдела 

<

данные изъяты>. № от 12.08.2020 г. 

<

данные изъяты> по ч.1 ст.5.27 КоАП РФ привлечено к административной ответственности – штрафу в размере 30000 рублей, по факту нарушения государственных нормативных требований охраны труда, в частности положений ст.22, 76, 100,103,108, 189 ТК РФ.

Генеральный директор 

<

данные изъяты> Б. обратился в суд с жалобой об отмене указанного постановления, мотивируя тем что:

- 

<

данные изъяты> были предприняты все меры, направленные на удаление лиц, обнаруженных в состоянии алкогольного опьянения, с территории 

<

данные изъяты> а именно: лица, обнаруженные в конце перерыва для отдыха и приема пищи в состоянии алкогольного опьянения были отстранены от работы (о чем был составлен акт и доведен до их сведения), им было приказано покинуть рабочее место и идти домой. В связи с тем, что они не подчинились приказу мастера 

<

данные изъяты> и не покинули рабочее место, была проинформирована Службу Безопасности 

<

данные изъяты> и ее попросили выдворить указанных работников с подведомственной им территории. Законодательством не регламентирован промежуток времени, в течение которого работник, отстраненный от работы, должен покинуть свое рабочее место. Когда сторож Службы Безопасности смог покинуть пост, он направился к месту нахождения работников, которых требовалось удалить с территории;

- 

<

данные изъяты> не обращалось за помощью к полиции, по причине того, что в соответствии с Федеральным Законом №3-ФЗ «О полиции» полиция не имеет обязанности (ст. 12) по оказанию помощи предприятиям по удалению пьяных работников с рабочих мест; организации и предприятия, как «территории», откуда нетрезвые граждане, находящиеся в состоянии самостоятельно передвигаться, могут быть доставлены(в соответствие с п.14 ст.13 с Федерального Закона №3-ФЗ «О полиции») в медицинские учреждения, не предусмотрены. Не подпадают они и под понятие «общественных мест», перечисление которых идет в ст.20.21 КоАП РФ;

- причинно-следственная связь между не удалением работников с территории и несчастным случаем со смертельным исходом отсутствует, в связи с чем в действиях 

<

данные изъяты> отсутствует состав административного правонарушения;

- по мнению заявителя, 

<

данные изъяты> созданы все условия для соблюдения работниками дисциплины труда и недопущению распития спиртных напитков па рабочем месте, поэтому в действиях 

<

данные изъяты> отсутствует состав административного правонарушения, поскольку в соответствии с Правилами внутреннего трудового распорядка ООО 

<

данные изъяты> (п. 3.2.) работник обязан соблюдать трудовую дисциплину (... не допускать распития спиртных напитков на рабочем месте). С данными Правилами ознакомлен каждый работник предприятия. На свои рабочие места работники проходят через КПП Службы Безопасности 

<

данные изъяты> работники которой не обладают полномочиями по досмотру личных вещей работников 

<

данные изъяты> но они визуально оценивают состояние работников на предмет наличия/отсутствия алкогольного/токсического/наркотического опьянения, с тем, чтобы не допустить таких людей на территорию 

<

данные изъяты>». Перед началом работы работники получают задания и инструктаж от мастера смены, который также визуально оценивает состояние работников на предмет наличия/отсутствия алкогольного/токсического наркотического опьянения. Работники, заподозренные в наличии опьянения, к работе не допускаются;

- трудовым договором с работником установлено время начала перерыва для отдыха и приема пищи. В связи с тем, что на предприятии установлен суммированный учет рабочего времени (учетный период 3 месяца), работодатель в Правилах внутреннего трудового распорядка (раздел 5 и Приложения № 1 к Правилам), руководствуясь ст. 100, 103 и 108 ТК РФ установил продолжительность рабочей смены и точное время начала и окончания перерыва для отдыха и приема пищи, и отразил это в графиках сменности, с которыми все работники предприятия были ознакомлены. Разночтения между трудовым договором и Правилами/графиком сменности выявилось только у дробильщиков камня 4 разряда. При этом, данным расхождением права работников ущемлены не были, поскольку согласно приложению № 1 к Правилам и графику сменности на 2020 год перерыв для отдыха и питания начался у этих работников на 12 минут раньше, чем это установлено в трудовом договоре. Выявленное расхождение было устранено путем заключения с работниками данной профессии дополнительных соглашений к трудовому договору, о чем было сообщено в ГИТ в рамках ответа на предписание об устранении выявленных нарушений; данное правонарушение можно считать малозначительным, поскольку вред и тяжесть наступивших последствий не представляют существенного нарушения охраняемых общественных правоотношений.

В судебном заседании защитнику привлекаемого юрлица Л. права по ст. 25.1 КоАП РФ, состав суда, разъяснены, отводов не заявлено. 

Защитник Л. (по доверенности) в судебном заседании жалобу поддержала по изложенным в ней основаниям, просила обратить внимание на выводы комиссии которая не признала случай как несчастный на производстве; охрану территории согласно договору аренды осуществляет собственник 

<

данные изъяты>»; оспаривают вывод в п.1, что возможные нарушения привели к несчастному случаю со смертельным исходом.

Представитель ГИТ в Ивановской области, будучи извещенным судебное заседание не явился, суд рассмотрел дело в его отсутствие. 

Проверив доводы жалобы, заслушав объяснения, исследовав материалы дела об административном правонарушении, суд приходит к следующим выводам.

Срок обжалования постановления был восстановлен определением суда от 06.10.2020 г. при подготовке дела и решении вопроса о назначении к рассмотрению. 

В соответствии с ч. 3 ст. 30.6 Кодекса РФ об административных правонарушениях судья не связан доводами жалобы и проверяет дело в полном объеме.

Частью 1 ст. 5.27 КоАП РФ установлена административная ответственность за нарушение трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, если иное не предусмотрено, ч.3,4 и 6 ст. 5.27, а также ст. 5.27.1 КоАП РФ.

Обжалуемым постановлением 

<

данные изъяты> привлечено по ч. 1 ст. 5.27 КоАП РФ, за то, что в нарушение ст.76 ТК РФ в 

<

данные изъяты> не было обеспечено своевременное удаление работников, находящихся на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения, с территории ООО, что привело к несчастному случаю со смертельным исходом; в нарушение ст.22,189 ТК РФ в 

<

данные изъяты> не были созданы условия, необходимые для соблюдения работниками дисциплины труда, что привело к распитию спиртных напитков работниками на рабочем месте; в нарушение ст.22,100,103,108 ТК РФ в 

<

данные изъяты> ни Правилами внутреннего трудового распорядка, ни трудовым договором, ни графиком сменности не установлено конкретное время для предоставления работникам перерыва для отдыха и приема пищи. 

В соответствии со ст. 76 Трудового кодекса РФ, работодатель обязан отстранить от работы (не допускать к работе) работника, появившегося на работе в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения.

Из акта о расследовании несчастного случая со смертельным исходом от 28 июля 2020 г. следует, что факт нахождения дробильщиков камня К. и Е. в состоянии опьянения был установлен мастером смены К. в 00.50 час. 25.04.2020 г., и зафиксирован в соответствующих актах, от подписания которых работники отказались, К. сказал им, чтобы они уходили домой, а сам, вместе с другими сотрудниками, участвовавшими в составлении акта ушел из здания дробильно-сортировочного отделения. Повторно К. пришел в дробильно-сортировочное отделение около 01.30 час., где по-прежнему сидели К. и Е. после неудачной попытки вывести указанных сотрудников К. позвонил охраннику, чтобы он помог ему вывести К. и Е. с территории, и пошел ему (охраннику) навстречу, однако в 02.00 час. Е. сообщил о произошедшем с К., в 02.15 час. бригадой «скорой медицинской помощи» была констатирована смерть К. 

Таким образом, надлежащие меры к отстранению от работы работников К. и Е. находящихся в состоянии алкогольного опьянения, и к их удалению из помещений, занимаемых ООО фактически приняты не были, более часа после выявления факта опьянения и составления акта об отстранении указанные работники находились в дробильно-сортировочном отделении 

<

данные изъяты> в состоянии алкогольного опьянения. При этом в большей части времени, когда К. уходил, данные лица находились на рабочем месте без наблюдения иными сотрудниками ООО. Из дела не следует, что К. приняты достаточные меры по отстранению работников от работы, что предполагает исключение их нахождения на рабочем месте, и тем более вне контроля иными сотрудниками.

Согласно п.20 должностной инструкции мастера ИМЗЦ (которым являлся К. ему предписано в такой ситуации осуществить вывод работников с территории завода. Данную обязанность К. не выполнил.

Документальное составление акта отстранения, объявление работникам об этом, вызов охранника, не привели к исключению нахождения Е. и К. в состоянии опьянения на рабочем месте.

Тем самым вменяемое ООО нарушение законодательных предписаний по п.1 постановления по фактическим обстоятельствам доказано и сомнений не вызывает. 

В то же время вывод инспектора в постановлении, что эти обстоятельства привели «к несчастному случаю со смертельным исходом», не согласуются с материалами, т.к. смерть К. не была вызвана несчастным случаем (усматривались признаки его убийства иным лицом), и поэтому прямая причинная связь допущенного работодателем нарушения с вмененным последствием отсутствует. Такое указание подлежит исключению из постановления.

В соответствии со ст. 22 ТК РФ работодатель обязан в т.ч. соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда.

В силу ст. 189 ТК РФ соблюдение трудовой дисциплиныявляется обязанностью работника, а работодатель обязан в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором создавать условия, необходимые для соблюдения работниками дисциплины труда.

В соответствии п. 3.2 Правил внутреннего трудового распорядка 

<

данные изъяты> работник обязан соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, существующие у работодателя; соблюдать трудовую дисциплину (в т.ч. не допускать распитие спиртных напитков на рабочем месте).

Из дела следует, что распитие Е. и К. спиртных напитков на рабочем месте, т.е. нарушение ими трудовой дисциплины, было уполномоченным работодателем сотрудником (мастером смены) фактически допущено. То, что такие действия работников (по распитию) были допущены (как видно из дела) во время обеденного перерыва, не опровергают указанных обстоятельств, т.к. произведены на рабочем месте.

Указанное говорит о неосуществлении работодателем надлежащего контроляза соблюдением данными работниками трудовой дисциплины внарушение трудовогозаконодательства. Поэтому вывод в п.2 постановления, что не были созданы условия, необходимые для соблюдения работниками дисциплины труда, что привело к распитию ими спиртного на рабочем месте представляются суду правильными. В этой связи доводы заявителя жалобы об обратном не могут быть признаны состоятельными.

Вместе с тем, выводы должностного лица ГИТ в Ивановской области о наличии в действиях 

<

данные изъяты> нарушений ст.22, 100, 103, 108 в части отсутствия в Правилах внутреннего трудового распорядка, а также в Трудовом договоре и в Графиках сменности указания на конкретное время предоставления работникам перерыва для отдыха и приема пищи, не согласуются с материалам дела.

В частности, в соответствии с п.5 Правил внутреннего трудового распорядка «время начала и окончания работы, время обеденного перерыва по структурным подразделениям, графики работы, графики сменности приведены в Приложении №1». Согласно Приложению №1 установлена конкретная продолжительность времени перерыва для приема пищи – обед при дневной смене – 12.48-14.00, при ночной смене – 23.48-01.00, что составляет 1 час. 12 минут. 

Вывод должностного лица ГИТ в Ивановской области в обжалуемом постановлении о том, что в нарушение положений ст.22,100,103,108 ТК РФ, не установлено конкретное время для предоставления работникам перерыва для отдыха и приема пищи, - из материалов достаточно не следует 

Несмотря на то, в трудовом договоре с К. от 11.03.2020 г., в п.5.1.1. предусмотрено время начала перерыва на обед: при дневной смене с 13.00 час., при ночной - с 00.00 час., но имеется ссылка «в соответствии с утвержденным графиком»). Согласно приложению № 1 к Правилам и графику сменности на 2020 год) такое время начало установлено с 23.48 час. (на 12 минут раньше), продолжительностью. 1 ч.12 мин., что фактически соблюдалось. Указанная ситуация права работников не ущемляет, и нарушением закона признано быть не может. Конкретное время перерыва по сути было установлено.

Поэтому указание на нарушение в п.3 Постановления подлежит исключению. 

Кроме того в постановлении приведена дата правонарушения 5.08.20г., что не может быть признано обоснованным, т.к. в этот день составлен протокол, однако фактические события, связанные с вмененными нарушениями законодательства, имели место 25.04.20г. (что также указано в постановлении). Поэтому ссылку на «5.08.20г.», как на дату правонарушения, следует исключитьиз постановления. 

Тем самым постановление подлежит соответствующему изменению.

В остальной части выводы должностного лица ГИТ о наличии в действиях 

<

данные изъяты> состава административного правонарушения по ч.1 ст.5.27 КоАП РФ по существу являются правильными, основаны на совокупности доказательств. 

Суд соглашается с тем, что у 

<

данные изъяты> как работодателя при должной заботливости и осмотрительности имелась возможность для соблюдения трудового законодательства, но юрлицом не были приняты все зависящие от него меры, для предотвращения нарушений.

Таким образом, оснований для отмены обжалуемого постановления в целом, о чем содержится просьба в жалобе суд не усматривает.

При назначении наказания 

<

данные изъяты> должностным лицом ГИТ учтены характер правонарушения, отсутствие отягчающих обстоятельств и смягчающих административную ответственность обстоятельств. Наказание назначено в пределах санкции ч.1 ст. 5.27 КоАП РФ, в минимальном размере. Поэтому несмотря на изменение постановления оснований для снижения наказания не усматривается. 

Жалобу следует удовлетворитьчастично. 

На основании изложенного, руководствуясь п.2 ч.1 ст. 30.7 Кодекса РФ об административных правонарушениях, суд 

Р Е Ш И Л :

Постановление врио главного государственного инспектора труда 

<

данные изъяты> №№ от 12.08.2020 г. о привлечении 

<

данные изъяты> к административной ответственности по ч.1 ст.5.27 КоАП РФизменить:

- исключить из п.1 установочной части постановления фразу «что привело к несчастному случаю со смертельным исходом», 

- исключить из установочной части постановления пункт 3 - ссылку на то, что «в нарушение ст.22,100,103,108 ТК РФ в 

<

данные изъяты> ни Правилами внутреннего трудового распорядка, ни трудовым договором, ни графиком сменности не установлено конкретное время для предоставления работникам перерыва для отдыха и приема пищи»,

- исключить из постановления ссылку на дату правонарушения «5.08.20г.»; 

в остальной части обжалуемое постановление оставить без изменения.

Жалобу генерального директора 

<

данные изъяты> Б. удовлетворить частично.

Решение может быть обжаловано в Ивановский областной суд через Октябрьский районный суд г Иваново в течение десяти суток со дня вручения или получения копии решения. 

Судья Вьюгин И.В.