Дело № ***

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

05 июня 2018 года г. Железногорск

Железногорский городской суд Курской области в составе:

председательствующего судьи Сосновской К.Н.,

с участием государственных обвинителей - помощника 

Железногорского межрайонного прокурора Хмелевской Т.Ю.,

старших помощников Железногорского межраойнного 

прокурора Федоренковой Ю.П.,

ФИО1,

подсудимого ФИО2,

его защитника - адвоката Мазурова С.А.,

представившего удостоверение № *** от 12.10.2012 г. и ордер № *** от 31.10.2017 года,

с участием потерпевших М.Н.Н.,

М.В.Р.,

представителя потерпевшей - адвоката Гаврилова Н.Г.,

представившего удостоверение № *** от 07.04.2016 г. и ордер № *** от

31.10.2017 года,

при секретаре Кочетовой Ю.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовного дела по обвинению 

ФИО2, **.**.** года рождения, уроженца ***, зарегистрированного и проживающего по адресу: Курская область, ***, гражданина Российской Федерации, имеющего высшее образование, холостого, работающего врачом-хирургом ОБУЗ «Железногорская городская больница № ***» КЗКО, военнообязанного, ранее не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ,

у с т а н о в и л:

ФИО2 совершил причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей при следующих обстоятельствах.

12 декабря 2016 года в период времени с 12 часов 10 минут до 12 часов 15 минут оперирующий врач-хирург хирургического отделения ОБУЗ «Железногорская городская больница № 2» КЗ КО ФИО2, являясь медицинским работником, при проведении оперативного вмешательства «Лапараскопическая холицистэктомия» пациентке Ф.Л.Н., не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, причинил последней смерть по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей.

ФИО2 прошел обучение по специальности «лечебное дело» и 17.06.2000 года решением Государственной экзаменационной комиссии ему была присуждена квалификация врача, и выдан диплом о высшем медицинском образовании. ФИО2 прошел интернатуру по специальности хирургия и решением выпускной экзаменационной комиссии от 31.07.2001 года ему была присвоена квалификация хирурга. После завершения обучения и получения специальных знаний ФИО2 продолжил работать в г. Курске в должности врача-хирурга до июля 2014 года.

В период с 10 мая 2010 года по 05 июня 2010 года ФИО2 прошел курсы повышения квалификации по программе дополнительного профессионального образования «Эндоскопия и эндовидеохирургия», о чем последнему было выдано свидетельство о повышении квалификации.

На основании трудового договора № *** от 08.08.2014 года и приказа № ***-л от 08.08.2014 года главного врача ОБУЗ «Железногорская городская больница № ***» Ф.А.А., ФИО2 был принят на работу в должности врача-хирурга в хирургическое отделение ОБУЗ «Железногорская городская больница № ***». 01 декабря 2014 года на основании приказа № ***-л ОБУЗ «Железногорская городская больница № ***» ФИО2 был переведен на должность заведующего операционным отделением для противошоковых мероприятий, по совместительству врача-хирурга. 

ФИО2 в соответствии с должностной инструкцией врача хирурга, с которой он был надлежащим образом ознакомлен 08 августа 2014 года, обязан знать, в том числе, законы и иные нормативные правовые акты Российской Федерации, действующие в сфере здравоохранения, общие вопросы организации хирургической помощи в Российской Федерации, топографическую анатомию основных областей тела, основные вопросы нормальной и патологической физиологии при хирургической патологии, принципы подготовки больных к операции и ведение послеоперационного периода, хирургический инструмент, применяемый при различных хирургических операциях, а также обязан был выполнять перечень работ и услуг для диагностики заболевания, оценки состояния больного и клинической ситуации в соответствии со стандартом медицинской помощи; выполнять перечень работ и услуг для лечения заболевания, состояния, клинической ситуации в соответствии со стандартом медицинской помощи, осмотр больных госпитализированных из приемного отделения в хирургическое или переведенных из других отделений; проводить оперативные вмешательства больным нуждающимся в хирургическом лечении; оказывать квалифицированную медицинскую помощь по своей специальности, используя современные методы профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, разрешенные для применения в медицинской практики; определять тактику ведения больного в соответствии с установленными правилами и стандартами; на основании клинических наблюдений и обследования, сбора анамнеза, данных клинико-лабораторных и инструментальных исследований устанавливать или подтверждать диагноз; обеспечивать своевременное и качественное оформление медицинской и иной документации в соответствии с установленными правилами; систематически повышать свою квалификацию. 

Таким образом, ФИО2 имел высокий и необходимый уровень образования и квалификации, и в силу этого, а также в силу своих должностных и профессиональных обязанностей обладал возможностью, должен был и мог обеспечить качественный и своевременный уровень обследования, операционного вмешательства и лечения больных в соответствии с диагнозом и степенью тяжести пациента и с учетом требований ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» при оказании медицинской помощи Ф.Л.Н. в период наблюдения и лечения 12 декабря 2016 года в ОБУЗ «Железногорская городская больница № ***» КЗ КО, он, являясь лечащим врачом и оперирующим хирургом последней, был обязан в соответствии со своей квалификацией, должностными инструкциями, служебными и должностными обязанностями организовать своевременное квалифицированное обследование и лечение пациента на основе порядков оказания медицинской помощи и стандартов медицинской помощи.

Ф.Л.Н. 12 декабря 2016 года в 10 часов 20 минут в плановом порядке была госпитализирована в удовлетворительном состоянии в хирургическое отделение ОБУЗ «Железногорская городская больница № ***» с диагнозом «Желчекаменная болезнь, хронический холецистит». После чего, в тот же день, в 10 часов 30 минут пациентку Ф.Л.Н. осмотрел лечащий врач-хирург ФИО2, которым установлен диагноз: «ЖКБ «Желчекаменная болезнь». Хронический калькулезный холецистит», назначен план лечения: операция лапороскопическая холецистэкомия в плановом порядке, которое Ф.Л.Н. было показано.

Методика операции - лапороскопическая холецистэкомия подразумевает проведение оперативного вмешательства под видеолапароскопическим контролем с использованием пневмоперитонеума, в ходе которого первое введение троакара с остроконечным стилетом осуществляется «вслепую» при оттягивании оперирующим хирургом передней брюшной стенки и вводом с физическим усилием инструмента в свободную брюшную полость. 

Оперирующий врач-хирург ФИО2 при проведении 12 декабря 2016 года в 10 часов 30 минут осмотра Ф.Л.Н. перед оперативным вмешательством, в ходе дооперационного планирования, имея соответствующую профессиональную квалификацию обязан был оценивать все необходимые критерии для определения рабочей длины инструмента (троакара) и точки его ввода. ФИО2 в нарушении своей должностной инструкции в ходе дооперационного планирования проявляя преступную небрежность, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий в виде причинения смерти пациентки Ф.Л.Н. хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть указанные последствия и предпринять меры для их предотвращения, исполняя свои профессиональные обязанности ненадлежащим образом, в нарушение своей должностной инструкции, не организовал своевременное и квалифицированное обследование и осмотр пациента, не оценил все необходимые критерии и индивидуальные свойства организма – положение и тонус мышц передней брюшной стенки, наличия спаечного процесса в брюшной полости, не определил рабочую длину инструмента и точку его ввода, позволяющую не повредить забрюшинные сосуды при проведении пациентке Ф.Л.Н. операции лапароскопическая холецистэктомия. 

При этом, добровольное согласие после информирования пациента о целях, задачах и осложнениях видеолапароскопической холецистэктомии, пациентка Ф.Л.Н. дала, будучи неосведомленной, в нарушение ч. 2 ст. 70 ФЗ № 323 от 21.11.2011 «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», лечащим врачом и оперирующим хирургом ФИО2 о состоянии ее здоровья и ее индивидуальных свойств организма - положение и тонус мышц передней брюшной стенки, наличия спаечного процесса в брюшной полости, определяющих рабочую длину инструмента и точку его ввода позволяющую не повредить забрюшинные сосуды при проведении операции.

12 декабря 2016 года в период времени с 12 часов 10 минут до 12 часов 15 минут оперирующий врач-хирург ФИО2, при проведении оперативного вмешательства пациентке Ф.Л.Н. под эндотрахеальным наркозом, после обработки операционного поля выполнил разрез в стандартной точки в параумбиликальной области, после чего иглой Вереша, выполнил типичный вход в брюшную полость Ф.Л.Н. с созданием карбоксиперитонеума, отделяющего брюшную стенку и забрюшинные сосуды, и, исполняя свои профессиональные обязанности ненадлежащим образом, в нарушение своей должностной инструкции, обязывающей оказывать квалифицированную медицинскую помощь по своей специальности, допустив преступную небрежность, ввел 10-мм троакар с остроконечным стилетом в свободную брюшную полость Ф.Л.Н. на расстояние, превышающее расстояние, созданное карбоксиперитонеумом, которым причинил Ф.Л.Н. повреждение левой подвздошной артерии, допустив дефект оказания медицинской помощи, который, согласно заключению экспертизы № ***/вр/компл/доп-О от 28.04.2018 года, причинил тяжкий вред здоровью Ф.Л.Н. и состоит в прямой причинно-следственной связи со смертью Ф.Л.Н., которая наступила 22 января 2017 года в ФГБУ ГНЦ ФМБЦ им. А.И. Бурназяна.

Подсудимый ФИО2 виновным себя в совершении указанного преступления признал полностью и в судебном заседании пояснил, что действительно является врачом хирургом ОБУЗ «Железногорская городская больница № ***» КЗ КО, куда 12 декабря 2016 года для проведения плановой операции лапороскопическая холецистэкомия поступила пациентка Ф.Л.Н.. Она была госпитализирована в палату, которую вел он, поскольку по ранее достигнутой с пациенткой договоренности он же должен был ее прооперировать. Действительно первоначально ее операция была назначена на вторник – 13 декабря 2016 года, однако, по согласованию с заведующим хирургическим отделение горбольницы № *** Л.И.И., было решено прооперировать Ф.Л.Н. в первой половине дня 12 декабря 2016 года поскольку ее операция не вызывала особой сложности. Ф.Л.Н. была госпитализирована в стационар по направлению из поликлиники, где ей были проведены ультразвуковая диагностика и общеклинический анализ крови, которые он решил при дооперационном планировании Ф.Л.Н.. не проводить. Виду того, что он ультразвуковое обследование Ф.Л.Н. не проводил, не смог в полной мере оценить индивидуальные свойства организма Ф.Л.Н., а именно положение и тонус мышц передней брюшной стенки, наличия спаечного процесса в брюшной полости, которые и определяли рабочую длину инструмента, вводимого в ходе операции в брюшную полость пациентки, а также не проинформировал в установленном законом порядке Ф.Л.Н. о тех осложнениях, которые могут наступить при наличии таких особенностей ее организма в ходе оперативного вмешательства. В ходе проведения операции по выбранной им методике он действительно сначала ввел в брюшную полость Ф.Л.Н. иглу Вешера, а затем троакар, которым, скорее всего, и причинил ранение левой подвздошной артерии, поскольку он не учел расстояние, созданное карбоксиперитонеумом. В результате ранения у Ф.Л.Н. началось внутреннее кровотечение, причину которого смогли установить только после того, как перешли к полосной операции, однако, в 12 часов 20 минут на операционном столе у Ф.Л.Н. наступила остановка сердца, а восстановить сердечную деятельность они смогли только спустя 20 минут. В указанный промежуток времени, в виду острой массивной кровопотери у Ф.Л.Н. развились постреанимационная болезнь и полиорганная недостаточность, в результате которых 22 января 2017 года наступила ее смерть.

В настоящий момент он понимает, что если бы не его рука, молодая мать Ф.Л.Н. была бы жива, он искренне сожалеет о случившемся и сочувствует родным погибшей, приносит потерпевшей М.В.Р. свои искренние извинения. 

Помимо признания ФИО2 своей вины в совершении инкриминируемого ему преступления, его виновность доказана и подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств.

Так, потерпевшая М.В.Р. в судебном заседании показала, что ее дочь – Ф.Л.Н. 11 сентября 2016 года родила дочь С.. Роды проводились путем кесарева сечения. 23 сентября 2016 года дочь ей сообщила, что она с острыми болями и подозрением на желчекаменную болезнь доставлена в приемный покой ОБУЗ «Железногорская городская больница № ***» КЗ КО. Выяснив, что несколько дней назад дочь перенесла роды путем кесарева сечения, медиками ей было назначено медикаментозное лечение стационарного типа. Сразу после выписки дочь стала собирать необходимый пакет документов для проведения операции по удалению камней желчного пузыря. Она отговаривала дочь от преждевременного проведения операции, поскольку её организм по всем рекомендациям должен был восстанавливаться продолжительное время после родов, тем более после перенесенного кесарева сечения. Однако дочь все равно решила оперироваться. В ноябре 2016 года дочь обращалась к хирургу для получения необходимых направлений на сдачу анализов, а в конце ноября 2016 года получила направление на операцию. В это время дочь, находясь с ней в хирургическом отделении горбольницы № ***, показала ей хирурга ФИО2, сообщив, что его ей рекомендовали как специалиста и он будет проводить ей операцию. Дочь передала ФИО2 пакет собранных ею документов, а он назначил ей дату госпитализации на 12 декабря 2016 года. При этом, ФИО2 пояснил, что 12 декабря 2016 года дочь будет госпитализирована, а сама операция будет проводиться во вторник, то есть 13 декабря 2016 года. Рано утром 12 декабря 2016 года она приехала домой к дочери, чтобы остаться с внучкой на период госпитализации дочери. Она приготовила дочери завтрак из паровых котлет, которые дочь съела, запив чаем. Она знала, что принимать еду перед проведением операции нельзя, но она с дочерью были уверены, что плановая операция будет проводиться только на следующий день и поэтому не волновались. В 10-м часу дочь ушла в больницу, а затем перезвонила и сообщила, что её готовят к операции. Она попросила дочь сообщить доктору о том, что она уже покушала и не может оперироваться, но дочь ей сказала, что доктор ей сказал, что еда уже переварилась и ее забирают в операционную. Больше она свою дочь не слышала. Поскольку ей было очень тревожна, она оставила внучку на другую бабушку и побежала вместе с мужем в больницу. В палате ей сообщили, что дочь увезли на операцию 15 минут назад. Она осталась ждать под дверями операционного блока итога операции. Через несколько минут она обратила внимание на то, что в коридоре операционного блока началась суматоха медицинского персонала и в операционный блок начали носить какие-то оранжевые контейнеры, как она потом узнала, с донорской кровью, она заволновалась. Затем из операционного зала вышел анестезиолог-реаниматолог М.П.П., который сообщил, что во время операции произошло что-то серьезное, а что именно, она может узнать у лечащего врача – ФИО2. Затем из операционного блока вышел С.С.Н. который пояснил, что в связи с перенесенными родами у дочери якобы расположение органов изменено и что у дочери произошла остановка сердца, так как в брюшину вытекла вся кровь, и в настоящее время они ожидают прибытия ангиохирурга из г. Курска. Около 17 часов в операционную прошел врач из Курска с ассистентом, а когда вышел, сообщил ей, что он сшил поврежденную левую подвздошную артерию, а об остальном она может спросить у лечащего врача. О том, что в ходе операции имело место ранение левой подвздошной артерии она узнала только из сопроводительного листа на платный анализ крови, который в больнице не могли сделать из-за поломки прибора. В 23-м часу 12 декабря 2016 года дочь из операционного блока перевезли в отделение интенсивной терапии. Лечащий врач ФИО2 ни разу не вышел из операционного блока. В последующие дни она с мужем занимались вопросами оказания содействия медицинским работникам в стабилизации и поддержания состояния дочери. 13 декабря 2016 года она обращалась к главному врачу ОБУЗ «Городская больница № ***» КЗ КО Ф.А.А., который сообщил, что в настоящее время ее дочь не транспортабельна и у них нет соответствующего транспорта для ее перевозки в г. Курск. 14 декабря 2016 года она обратилась с просьбой о переводе дочери в больницу г. Курска к главе города Железногорска, который после беседы с С.С.Н. сообщил, что в городе для указанных целей нет специализированного транспорта. На протяжении следующих дней из Курска приезжали какие-то врачи, которые оценивали состояние ее дочери и рассматривали вопрос о необходимости ее транспортировки в другие лечебные учреждения. 16 декабря 2016 года по итогам одного из таких заседаний, комиссия врачей сообщила о том, что с учетом анализов дочери, имеется возможность её транспортировки в г. Курск, но при этом пояснив, что в дороге состояния здоровья дочери они не гарантируют. В тоже время из Москвы приехал ее сын и они стали решать вопрос о ее транспортировке в г. Москву. В ФГБУ ГНЦ ФМБЦ им. А.И. Бурназяна ФМБА России выразили готовность принять ее дочь и 19 декабря 2016 года из г. Москвы для транспортировки дочери приехал реанимационный автомобиль с бригадой врачей. Дочь разрешили вывезти для дальнейшего лечение в ФГБУ ГНЦ ФМБЦ им. А.И. Бурназяна ФМБА России. Однако, не смотря на все манипуляции, проводимые с ее дочерью в ФГБУ ГНЦ ФМБЦ им. А.И. Бурназяна ФМБА России, в том числе и за счет ее денежных средств, а также материальной помощи оказанной ПАО «МГОК», вечером 22 января 2017 года сердце ее дочери остановилось и была констатирована её смерть. Она полагает, что преступные действия врача-хирурга ФИО2, выразившиеся в оказании ее дочери неквалифицированной и не профессиональной помощи при производстве операции - лапароскопической холецистэктомии, привели к последствиям в виде послеоперационных осложнений и смерти ее единственной дочери.

Потерпевший М.Н.Н. в судебном заседании вышеизложенные показания М.В.Р. поддержал в полном объеме, заявив о том, что ему к этому дополнить ничего. 

Свидетель Х.А.И. в судебном заседании показал, что является врачом ангиохирургом в МБУ «Курская областная клиническая больница». 12 декабря 2016 года он находился на дежурстве и примерно в период времени с 13 часов до 14 часов этого дня ему из отделения экстренной плановой консультативной помощи МБУ «КОКБ» сообщили, что в ОБУЗ «Железногорская городская больница № ***» требуется помощь сосудистого хирурга, так как при операции у пациента была повреждена аорты и имеется обильное кровотечение в брюшную полость. Он сразу же собрался и на автомобиле скорой медицинской помощи незамедлительно выехал в г. Железногорск Курской области, прибыв в горбольницу № *** в районе 16 часов, он сразу же включился в операцию. По прибытию медперсонал хирургического отделения, но кто именно он уже не помнит, сообщили ему, что при проведении лапароскопической холицестэктомии пациентке Ф.Л.Н. была повреждена левая подвздошная артерия и имела место массивная кровопотеря, больная потеряла около 4 литров крови, произошла остановка сердца на протяжении 20 минут, но проведенными реанимационными мероприятиями сердечная деятельность была восстановлена. Когда он включился в операцию у пациентки была нормальная сердечная деятельность. При ревизии брюшной полости им был обнаружен дефект левой подвздошной артерии размером примерно 0,7 см., который был ушит, но артерия не пульсировала Он снял ранее наложенные швы с артерии и наложил сосудистый шов, после чего пульсация этой артерии восстановилась. После этого было проведено дренирование забрюшинного пространства. Дальнейшие действия по ревизии брюшной полости и ушиванию лапаратомной раны были переданы местным хирургам, оперировавшим Ф.Л.Н. - хирургу ФИО2 и ассистенту С.С.Н.. Операция им была закончена в 20 часов 00 минут. Через 40 минут после проведенной им операции пульсация определялась на подколенной артерии слева, но состояние Ф.Л.Н. в этот момент было крайне тяжелое. При каких обстоятельствах могла быть повреждена подвздошная артерия пациентки Ф.Л.Н. он точно затрудняется ответить, поскольку не присутствовал при начале операции, но может предположить, что разрыв стенки подвздошной артерии произошел при операционном вмешательстве. Помимо этого свидетель Х.А.И. показал, что при таких повреждениях артерии, как у Ф.Л.Н. не во всех случаях наступает смерть, возможен и благоприятный исходы при своевременном оказании помощи. При этом у пациентки ФИО3 была особенность строения передней брюшной стенки, которое свидетельствовало о том, что у пациентки недавно были роды, из-за которых тонус мышц не пришел в норму. По его мнение эта особенность пациентки должна была быть установлена оперирующим врачом до операции при помощи ультразвукового исследования. 

Свидетель П.О.С. в судебном заседании показал, что является врачом хирургом хирургического отделения БМОУ «КОКБ», участвовал в проведении проверки, организованной Комитетом здравоохранения администрации Курской области и при проведении по настоящему делу судебно-медицинской экспертизы № *** от 28.04.2017 года. Как специалист в области хирургии может пояснить, что медицинская помощь в Российской Федерации оказывается пациентам на основании стандартов медицинской помощи и для больных с холециститом включает в себя перечень медицинских услуг, начиная от сбора анамнеза и жалоб, последующего проведения операции «лапароскопическая холецистектомия» и заканчивая послеоперационным восстановлением больного. Интраоперационное троакарное повреждение левой подвздошной артерии, выявленное у пациентки Ф.Л.Н. относится к дефектам оказания медицинской помощи. Пациентке Ф.Л.Н., у которой был установлен диагноз - желчнокаменная болезнь, хронический холецистит, оказывалась медицинская услуга - операции «лапароскопическая холецистектомия», предусмотренная стандартом медицинской помощи больным с холециститом, однако при выполнении данной услуги был допущен дефект оказания медицинской помощи в виде интраоперационного троакарного повреждения левой подвздошной артерии, повлекший возникновение осложнений, которые через цепь развившихся неблагоприятных патологических изменений в организме привели к наступлению смерти Ф.Л.Н., и состоящих в прямой причинно-следственной связи. При этом, сама методика проведения операции «лапароскопическая холицистектомия» не утверждена никакими нормативными актами, а оперировавшие Ф.Л.Н. хирурги пользовались стандартной, описанной в медицинских руководствах, общепринятой методикой видеолапароскопии. Примененная методика подразумевает проведение оперативного вмешательства под видеолаппароскопическим контролем с использованием пневмоперитонеума. При лапароскопии необходимо создание определенного пространства в брюшной полости для осмотра внутренних органов и выполнения операции. С этой целью в брюшную полость вводится газ, который упрощает визуализацию органов брюшной полости и проведение операции вводимым в полость инструментарием. Пневмоперитонеум создает воздушную подушку, которая защищает органы и ткани брюшной полости от повреждения при введении первого и последующих троакаров и позволяет визуализировать органы и свободно манипулировать в брюшной полости. Создание пневмоперитонеума у пациентки Ф.Л.Н. производилось путем пункция передней брюшной стенки иглой Вереша – введением углекислого газа через полулунный разрез длиной 10-15 мм на 0,5 см выше пупка в брюшную полость. Как следует из представленной ему медицинской документации, хирургом ФИО2 для первого входа в брюшную полость Ф.Л.Н. при операции была применена игла Вереша, которой им был осуществлен прокол передней брюшной стенки пациентки в типичной точке. В дальнейшем через иглу Вереша накладывается пневмоперитонеум и вводится рабочий 10-мм троакара для лапароскопа. Введение производится вслепую, однако с целью уменьшения вероятности ранения внутренних органов брюшной полости и кровеносных сосудов рекомендуется поместить пациента в положение с наклоном стола на 15-20°. Кроме того, как и при введении иглы Вереша, оперирующий хирург оттягивая переднюю брюшную стенку на себя с физическим усилием вводит инструмент в свободную брюшную полость. При выполнении данной манипуляции повреждение забрюшинных сосудов – явление, встречающееся в медицине и описанное в медицинских источниках. Это происходит в тех случаях, когда троакар проходит расстояние большее, чем он должен пройти. При выполнении операции оперирующий хирург ФИО2 знал о положении внутренних органов и забрюшинных сосудов, а также знал и обязан был предвидеть возможность повреждения забрюшинных сосудов в случае прохождения троакара под действием физических усилий на расстояние большее чем расстояние созданное пневмоперитонеумом, поскольку при введении троакара в брюшную полость, хирург самостоятельно определяет силу применяемую к хирургическим инструментам с указанной целью. При этом, ФИО2 обязан был и мог предвидеть последствия введения троакара на большее расстояние, так как в ходе дооперационного планирования и обследования пациента, он оценивает все необходимые критерии для определения рабочей длины инструмента и точки его ввода с учетом индивидуальных особенностей пациента, в том числе расположения пупка, подкожного жирового слоя, наличия спаечного процесса в брюшной полости, выраженности забрюшинного пространства, однако ФИО2 не учел данных особенностей и не рассчитал необходимые критерии определяющие рабочую длину инструмента - троакара, которые имел возможность и обязан был рассчитать, и ввел троакар на расстояние больше, чем он должен был пройти, в результате чего, была повреждена левая подвздошная артерия у пациентки Ф.Л.Н.. На его взгляд хирург ФИО2 халатно отнёсся к предооперационному осмотру пациентки, поскольку посредством ультразвукового исследования, компьютерной томографии можно определить конкретную длину ввода троакара. 

Помимо этого, свидетель П.О.С. в судебном заседании не оспаривал того факта, что он принимал участие в проведении внеплановой документарной целевой проверки в рамках ведомственного контроля качества и безопасности медицинской деятельности Комитетом здравоохранения Курской области от 28.12.2016 года по результатам которой с его участием был составлен акт, не выявивший дефектов оказания медицинской помощи Ф.Л.Н. при проведении ей операции 12 декабря 2016 года и дальнейшего лечения в ОБУЗ «Железногорска городская больница № ***» КЗ КО, а также в проведении в рамках настоящего уголовного дела судебно-медицинской экспертизы № *** от 28.04.2017, по заключению которой при проведении операции 12 декабря 2016 года и оказании медицинской помощи Ф.Л.Н. в ОБУЗ «Железногорская городская больница № ***» был выявлен дефект оказания медицинской помощи в виде интраоперационногор троакарного повреждение левой подвздошной артерии. 

Свидетель Г.С.В. в судебном заседании показал, что принимал участие по настоящему делу при производстве судебно-медицинской экспертизы № *** от 28.04.2017 года и пояснить причину смерти пациентки Ф.Л.Н. более подробно, чем это изложено в заключении проведенной с его участием экспертизы не может, но может пояснить, что у пациентки Ф.Л.Н. во время операции была повреждена подвздошная артерия. Чем конкретно могла быть повреждена артерия, он сказать не может, но может сказать, что данное повреждение является дефектом оказания медицинской помощи, между которым и смертью Ф.Л.Н. имеется прямая причинно-следственная связь. 

Свидетель Л.И.И. в судебном заседании показал, что является заведующим хирургическим отделением ОБУЗ «Железногорская городская больница № ***», в которое 12 декабря 2016 года в плановом порядке по направлению из поликлиники поступила пациентка Ф.Л.Н. с диагнозом желчнокаменная болезнь. Эта пациентка уже госпитализировалась в его отделении ранее, в период раннего послеродового периода. Он провел ее осмотр в отделении и пришел к выводу, что Ф.Л.Н. готова к операции. Ей как плановой больной никакие обследования в стационаре не проводили, поскольку она поступила со всеми необходимыми исследованиями. Ф.Л.Н. определили в палату, которую вел ФИО2, поскольку в ней были свободные места и в связи с этим, оперировал ее именно он. Операцию Ф.Л.Н. было решено провести в день поступления в лечебное учреждение, она дала согласие на операцию. В операционную Ф.Л.Н. отвезли в районе 12 часов, а спустя непродолжительное время ему санитарка из соседней операционной сообщила, что у пациентки ФИО2 отмечается наличие крови в брюшной полости. Он помылся и пошел в операционную к ФИО2, помогать с остановкой кровотечения. Он с ФИО2 остановили кровотечение у Ф.Л.Н., перевязав концы выделенной ими артерии. На этом этапе, по мнению свидетеля, медицинская помощь была оказана в полном объеме. Затем из г. Курска приехал ангохирург Х.А.И., который наложил сосудистый шов на поврежденную артерию. По мнению свидетеля Ф.Л.Н. потеряла не менее 2,5 литров крови, но на момент приезда Х.А.И. сердечная деятельность пациентки была восстановлена. Ежедневно Ф.Л.Н. вызывались специалисты из Курска, но в первые дни после операции ее нельзя было транспортировать в виду тяжести ее состояния, вызванного остановкой сердца во время операции. На четвертые сутки Ф.Л.Н. стала транспортабельна и затем направлена для дальнейшего лечения в г. Москва.

Свидетель Ф.А.А. в судебном заседании показал, что является главным врачом ОБУЗ «Железногорска городская больница № ***» КЗ КО. 12 декабря 2016 года в 12 часов 45 минут ему было доложено о том, что у пациентки Ф.Л.Н. произошло кровотечение. Об этом ему доложил заместитель главного врача С.. Уже в операционной он узнал, что во время операции произошло ранение артерии. Им была организована вся необходимая помощь указанной пациентке, а также доложено о произошедшем в Комитет здравоохранения администрации Курской области. В комитете ему рекомендовали согласовывать с ними все свои действия и держать связь с сосудистым хирургом, которого направили в его больницу для оказания помощи. Родственники Ф.Л.Н. неоднократно поднимали вопрос о ее транспортировке сначала в г. Курск, а затем в г. Москву для оказания ей высокотехнологической помощи, однако трижды приезжавшие из г. Курска специалисты реаниматологи разрешили транспортировку Ф.Л.Н. только 16 декабря 2016 года. На тот момент в больнице был реанемобиль, оснащенный всем необходимым для транспортировки оборудованием, но с просьбой о предоставлении этого автомобиля для транспортировки Ф.Л.Н. к нему никто не обращался. По своему состоянию Ф.Л.Н. нуждалась в госпитализации в клиническую больницу, которая в силу своего оснащения и наличия специалистов могла лечить развивающиеся у пациентки состояния. При этом, свидетель настаивал на том, что для транспортировки Ф.Л.Н. не столько было важно оснащение реанемобиля, сколько сопровождающая ее бригада врачей, которых в его больнице не было. Состояние, в котором после операции находилась Ф.Л.Н., было экстренным, при котором она могла быть транспортирована в другое лечебное учреждение по экстренным показаниям без согласия родственников, однако врачи Курской областной клинической больницы просили его получить согласие родственников на транспортировку и госпитализацию Ф.Л.Н. в их больницу и заместитель председателя Комитета здравоохранения рекомендовал ему без согласия родственников пациентку не транспортировать. В его больнице было все необходимое для стабилизации состояния Ф.Л.Н. и врачи его больницы добились этого, 19 декабря 2016 года показатели Ф.Л.Н. были лучше, чем 16 декабря 2016 года, наблюдалась положительная динамика и он рассчитывал на положительных исход в случае ее транспортировки в клиническое медицинское учреждение.

Свидетель М.П.П. в судебном заседании показал, что является заведующим реанимационным отделением ОБУЗ «Железногоркая городская больница № ***». 12 декабря 2016 года Л.И.И. прислал к нему на осмотр пациентку Ф.Л.Н., которую готовили к операции. Он побеседовал с Ф.Л.Н. перед введением общего наркоза, собрав общий анамнез о ней, измерил давление, выслушивал сердце и легкие. В 11 часов 30 минут Ф.Л.Н. ввели седативный и антигистаминный препараты и для проведения операции выбрали трахеальный наркоз. Каких-либо противопоказаний для такого наркоза выявлено не было, она сообщила ему о том, что позавтракала в 7 часов утра, что не явилось противопоказанием для проведения операции под общим наркозом, поскольку после приема пищи прошло более 5 часов. В 11 часов 50 минут Ф.Л.Н. взяли в операционную и в 12 часов ввели наркоз, подключив ее к аппарату искусственной вентиляции легких. В 12 часов 10 минут была дана команда хирургам для начала операции. В операционной в этот момент находились: ФИО2 – он оперировал, С.С.Н., операционная сестра, анестезиологическая сестра и он. Через 3-4 минуты после начала операции он заметил изменения в состоянии Ф.Л.Н., у нее начало снижаться давление, участился пульс, а затем на мониторе, воспроизводившим изображение с видеолапароскопа, увидели кровь в брюшной полости пациентки. Сначала решили, что это внематочная беременность и взывали гинеколога К.Б.М., но его помощь не понадобилась. Все это время оперирующие хирурги искали место кровотечения лапароскопом. Он просил ФИО2 и С.С.Н. перейти на лапоротомию, то есть полосную операцию, поскольку Ф.Л.Н. все это время теряла кровь, и только когда пришел Л.И.И., у Ф.Л.Н. вскрыли брюшную полость, из которой ударил фонтан крови, после чего, у пациентки была зафиксирована остановка сердца. В этот момент он начал реанимационные мероприятия, были заказаны компоненты крови и в четыре вены Ф.Л.Н. начали вливать компоненты крови, и вводить все необходимые лекарственные препараты для восстановления сердечной деятельности. На тот момент она потеряла, по его подсчетам, не менее 5 литров крови. Только через 20 минут, ему удалось восстановить сердечную деятельность пациентки. Активное кровотечение они останавливали примерно до 13 часов 30 минут. После открытия брюшной полости смогли обнаружить источник кровотечения – ранение левой подвздошной артерии, которое, по его мнению, было причинено троакаром в который ввели лапароскоп. Обнаружив ранение, решили вызвать сосудистого хирурга из г. Курска. На протяжении 8 часов, он не выходил из операционной, поддерживая стабильное состояние пациентки. После ушивания поврежденного сосуда Ф.Л.Н. перевели в реанимацию больницы, где он продолжал контролировать ее состояние. К 16 декабря 2016 года у Ф.Л.Н., несмотря на крайне тяжелое состояние, была зафиксирована положительная динамика, в связи с чем, 19 декабря 2016 года Ф.Л.Н. была транспортирована в другое лечебное учреждение.

Свидетель С.С.Н. в судебном заседании показал, что является заместителем главного врача ОБУЗ «Железногорской городской больницы № ***» КЗ КО. 12 декабря 2016 года на плановое оперативное лечение в больницу поступила Ф.Л.Н. и на тот же день ей была назначена операция - лапараскопическая холицистэктомия, которую в ходе операции, в связи с массивным кровотечение, пришлось перевести лапаротомию. Ранее Ф.Л.Н. поступала на лечение желчнокаменной болезни в горбольницу № ***, но в проведении ей оперативного лечения ей было отказано в виду недавнего родоразрешения. Он по совместительству работает врачом хирургом, поэтому ассистировал ФИО2 при проведении операции Ф.Л.Н.. в 12 часов он уже был в операционной, а в 12 часов 10 минут была выявлена кровь в брюшной полости. Он находился с левой стороны от больной. ФИО2 начал операцию с того, что сделал разрез в раоне пупка Ф.Л.Н., после чего ввел иглу Вешера в брюшную полость, через которую ввел газ, а затем ввел троакар с камерой и увидел в брюшной полости кровь. Троакар ФИО2 ввел в брюшную полость Ф.Л.Н. полностью. Обнаружив кровь, стали искать место кровотечения и нашли дефект левой подвздошной артерии размером 7 мм, который был причинен троакаром. В операционную был приглашен Л.И.И., с которым завязали концы поврежденной артерии и вызвали сосудистого хирурга из г. Курска, который наложил швы на поврежденный сосуд и восстановил кровообращение в этой артерии. После этого, Ф.Л.Н. перевели в реанимацию, где у нее был выявили и устранили пневмоторакс легкого, стабилизировали ее состояние, после чего стали решать вопрос о ее переводе в Курскую клиническую больницу, поскольку опасались гибели головного мозга, Ф.Л.Н. нуждалась в помощи нейрореанимации. Однако, родственники пациентки не согласились на перевод больной в г. Курск, так как планировали перевести ее в г. Москву. Каких-либо особенностей строения брюшная стенка Ф.Л.Н. не имела, при проведении операции ФИО2 методику ее проведения не нарушал. До 16 декабря 2016 года возможности транспортировать Ф.Л.Н. в виду крайне тяжелого и не стабильного ее состояния не было. Он ежедневно докладывал председателю Комитета здравоохранения Курской области ФИО4 о состоянии Ф.Л.Н., именно она назначала бригаду для транспортировки Ф.Л.Н. в г. Курск.

Свидетель ФИО5 в судебном заседании показала, что работает в должности операционной медсестры ОБУЗ «Железногорская городская больница № ***» КЗ КО. 12 декабря 2016 года во второй операционной хирург ФИО2 планировал проведение плановой лапароскопической операции по удалению желчного пузыря. Поскольку в ее должностные обязанности входит подготовка операционного зала, она направилась в указанный зал, где стала его готовить к указанному виду операции. Затем в операционный зал пришла медсестра –анестезист – Р.Е.А., которая также стала готовиться по своей специализации к назначенной операции. Затем в зал пришел заведующий реанимацией и по совместительству анестезиолог М.П.П. и на каталке в зал привезли пациентку Ф.Л.Н.. Затем Ф.Л.Н. ввели в состояние медикаментозного сна, после чего в зал пришли ФИО2 и С.С.Н. которым она помогла одеться. По порядку проведения операций она может пояснить, что все операционные манипуляции проводит руководитель бригады – оперирующий хирург, в обязанности его ассистента входит оказание помощи в удержании приборов, регулировка и направление видеокамеры лапароскопа. Анестезиолог и медсестры непосредственного участия в проведении операции не принимают. На момент начала операции, она находилась с инструментальным столом в районе ног пациентки, врач анестезиолог с медсестрой находились у изголовья пациентки, за ширмой. ФИО2 стоял слева от пациентки, а С.С.Н. справа. По указанию ФИО2 она передала ему скальпель, которым он осуществил надрез в околопупочной области пациентки, и, вернув ей скальпель, попросил подать иглу Вереша. До этого он вместе с С.С.Н., цапками приподнял брюшную стенку пациентки для ввода иглы. Введя иглу Вереша, ФИО2 подсоединил к ней воздушную трубку и осуществил подачу газа в брюшную полость. Затем ФИО2 извлек иглу и попросил у нее троакар, который она ему подала в руки. После этого по указанию ФИО2 она стала готовить горячий раствор для лапороскопа отойдя на пару шагов к большому столу с инструментами, в связи с чем не видела момент ввода троакара в брюшную полость пациентки. Вернувшись к своему к операционному столу, она увидела, что ФИО2 уже, удерживая в руках лапороскоп, вводил его в гильзу троакара. В этот же момент изображении на экране изображения с лапароскопа в брюшной полости пациентки они увидели кровь, в связи с чем, ФИО2 было принято решение о переходе на лапаротомию. Он осуществил крупный надрез в области нижней части живота, после чего им совместно с С.С.Н. стали предприниматься меры по локализации и остановке кровотечения. В этот же момент у Ф.Л.Н. остановилась сердечная деятельность, в связи с чем, М.П.П. и его медсестра стали осуществлять мероприятия, направленные на поддержание работы сердечно-сосудистой системы оперируемой пациентки. Кроме того, в операционный зал прибыли анестезиологи К.А.Н., Б.М.П., старшая медсестра реанимации К.Л.М., медсестра-анестезист С.В.Г., которые стали оказывать содействие в восстановлении сердечной деятельности. В виду того, что у Ф.Л.Н. имелось обильное кровотечение, ей начали осуществлять переливание донорской крови. Все указанные мероприятия проводились параллельно, и после восстановления сердечной деятельности и купирования врачами кровотечения, сообщили о том, что для завершения операции из г. Курска вызван ангиохирург. В 16-м часу ее в операционном зале сменила медсестра П. О.М. и врача из г. Курска она не застала. В дальнейшем ей стало известно, что после проведенной операции Ф.Л.Н. перевели в реанимацию, а 19 декабря 2016 года она была транспортирована на дальнейшее лечение в г. Москву, где в январе 2017 года скончалась. 

Свидетель Р.Е.А. в судебном заседании показала, что она работает в должности медсестры - анестезиста в ОБУЗ «Железногорская городская больница № ***» КЗ КО. 12 декабря 2016 года утром от заведующий отделением анестезиологии, реанимации и интенсивной терапии М.П.П. ей стало известно о том, что на 12 часов запланировано проведение операции Ф.Л.Н.. Она как медсестра-анестезист непосредственного участия в проведении операции не принимала, а осуществляют наблюдение за жизнедеятельностью пациента и проведением наркоза. Примерно в 11 часов 45 минут 12 декабря 2016 года она вместе с М.П.П. направились в операционный блок, для подготовки рабочего места, проверки наркозно-дыхательной аппаратуры. В 11 часов 50 минут в операционный зал доставили Ф.Л.Н., которую они ввели в состояние медикаментозного сна, во время чего в блок зашел хирург ФИО2 и его ассистент С.С.Н., которые начали готовиться к операции. В операции также принимала участие медсестра операционного блока ФИО5. В 12 часов, убедившись в адекватной глубине наркоза пациентки, М.Н.Н. сообщил о возможности начала операции. По ходу операции она заполняла наркозную карту и находилась в операционном зале у наркозно-дыхательных приборов, которые располагаются у изголовья пациентки, за ширмой, в связи с чем, кто именно из указанных врачей выполнял оперативное вмешательство, она не видела. Через несколько минут с момента начала операции, М.П.П. указал ей на необходимость ввода Ф.Л.Н. медицинских препаратов для восстановления кровяного давления, а еще через несколько минут у Ф.Л.Н. остановилась сердечная деятельность. Тогда она вместе с М.П.П. стала осуществлять мероприятия направленные на поддержание работы сердечно-сосудистой системы оперируемой пациентки. Какие именно действия выполняли ФИО2 с С.С.А. в указанное время она внимания не обращала, потому что возникшая экстренная ситуация требовала ее постоянного внимания. В операционный зал дополнительно прибыли анестезиологи и медсестры. Затем кто-то сообщил о том, что у Ф.Л.Н. имеется обильное кровотечение, в связи с чем, ей начали осуществлять переливание донорской крови. Все указанные мероприятия проводились параллельно и после восстановления сердечной деятельности и купирования врачами кровотечения, сообщили о том, что для завершения операции из г. Курска вызван ангиохерург, который приехал через пару часов и вместе со своим ассистентом произвел какие-то медицинские манипуляции. Все указанное время нахождения Ф.Л.Н. в операционном зале после восстановления её сердечной деятельности, она вместе с М.П.П. продолжала наблюдать за состоянием пациентки. В районе 20 часов Ф.Л.Н. перевели в отделение реанимации, а 19 декабря транспортировали ее для дальнейшее лечение в г.Москву, где она в январе 2017 года скончалась. 

Кроме показаний вышеуказанных потерпевших и свидетелей, вина подсудимого ФИО2 подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании следующих доказательств, содержащихся в материалах уголовного дела:

- заявлением М.Н.Н. от 30.12.2016 года, поступившим в Железногорский МСО СУ СК РФ по Курской области 10 января 2017 года, согласно которому он просит провести проверку по факту ненадлежащего оказания медицинских услуг его дочери Ф.Л.Н., которой 12.12.2016 года врачами ОБУЗ «Железногорская городская больница № ***» КЗ КО ФИО2 и С.С.Н. была проведена операция по удалению камней из желчного пузыря, в ходе которой, была повреждена подвздошная аорта, произошла остановка сердца более 20 минут. Просил привлечь виновных лиц к уголовной ответственности в соответствии с действующим законодательством (т. 1 л.д. 5);

- заявлением М.Н.Н. от 01.02.2017года, поступившим в Железногорский МСО СУ СК РФ по Курской области 02 февраля 2017 года, согласно которому он просит провести проверку и привлечь к уголовной ответственности по ч. 2 ст. 109 УК РФ врачей ОБУЗ «Железногорская городская больница № ***» КЗ КО, которые 12.12.2016 года при проведении операции по удалению камней из желчного пузыря его дочери Ф.Л.Н., повредили левую подвздошную артерию, в результате чего 22.01.2017 года дочь скончалась в ФГБУ ГНЦ ФМБЦ им. А.И. Бурназяна, где находилась на лечении (т. 1 л.д. 7); 

- заявлением М.Н.Н. от 02.02.2017 года, поступившим в Хорошеевский МСО ГСУ СК РФ по г. Москве 07 февраля 2017 года, согласно которому он просит провести проверку по факту смерти его дочери Ф.Л.Н., которая скончалась 22.01.2017 года в ФГБУ ГНЦ ФМБЦ им. Бурназяна, Причиной смерти послужило повреждение левой подвздошной артерии медицинскими работниками ОБУЗ «Железногорская городская больница № ***» КЗ КО при проведении операции (т. 1 л.д. 19); 

- копией приказа Министерства здравоохранения РФ от 15.11.2012 № 922н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «хирургия», которым регламентирован порядок оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «хирургия», согласно которому, на должность врача-хирурга назначается специалист, соответствующий Квалификационным требованиям к специалистам с высшим и послевузовским медицинским и фармацевтическим образованием в сфере здравоохранения. При этом, оказание специализированной медицинской помощи, путем выполнения операций с применением хирургических методов, выполняется на основе стандартов медицинской помощи (т. 1 л.д. 29-73);

- копией приказа Минздравсоцразвития № 461 от 02.07.20017 « Об утверждении стандарта медицинской помощи больным с желчнокаменной болезнью (при оказании специализированной помощи), которым регламентированы стандарты оказания медицинской помощи больным с желчнокаменной болезнью, согласно которым, диагностика заболевания предусматривает проведение общеклинического анализа крови и компьютерной томографии забрюшинного пространства (т. 1 л.д. 77-93);

- копией приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ о 14.05.2007 № 332 «Об утверждении стандарта медицинской помощи больным с холециститом (при оказании специализированной помощи), которым регламентированы стандарты оказания медицинской помощи больным с холециститом, в том числе проведение в ходе диагностики общеклинического анализа крови, ультразвукового исследования как желчного пузыря, так и забрюшинного пространства, а также томографии брюшной полости (т. 1 л.д. 95-112);

- копией диплома ДВС 0060091 № *** от 17.06.2000 года, выданного Курским государственным медицинским университетом, согласно которому решением Государственной аттестационной комиссии от 17.06.2000 года ФИО2 присуждена квалификация врач по специальности «лечебное дело» (т. 1 л.д. 217); 

-копией удостоверения № *** от 31.07.2001 года Курского госмедуниверситета КЗ КО, согласно которому врач ФИО2 прошел интернатуру на кафедре хирургии Деканата факультета последипломного образования Курского государственного медицинского университета с 01.09.2000 годка по 31.07.2001 года по специальности хирургия (т. 1 л.д. 218); 

- копией свидетельства о повышении квалификации регистрационный номер № ***, согласно которому ФИО2 с 10.05.2010 года по 05.06.2010 года повысил квалификацию в Государственном бюджетном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Санкт-петербургский государственный медицинский университете имени академика И.П. Павлова» по программе дополнительного профессионального образования «Эндоскопия и эндовидеохирургия» (т. 1 л.д. 219);

- копией трудового договора № *** от 08.08.2014 года, согласно которому ФИО2 был принят на работу в хирургическое отделение в должности врача-хирурга в ОБУЗ «Железногорская городская больница № ***» КЗ КО с 08.08.2014 года (т. 1 л.д. 213);

- копией приказа № ***-л главного врача ОБУЗ «Железногорская городская больница № ***» КЗ КО от 08.08.2014 года, согласно которому ФИО2 принят с 08.08.2014 года на работу в хирургическое отделение в должности врача-хирурга (т. 1 л.д. 214);

- копией должностной инструкции врача-хирурга хирургического отделения ОБУЗ «Железногорская городская больница № ***» КЗ КО от 01.01.2014 года утвержденная главным врачом, согласно которой ФИО2 при осуществлении им своей профессиональной деятельности, в том числе должен был, знать законы и иные нормативные правовые акты Российской Федерации, действующие в сфере здравоохранения, общие вопросы организации хирургической помощи в Российской Федерации, топографическую анатомию основных областей тела, основные вопросы нормальной и патологической физиологии при хирургической патологии, принципы подготовки больных к операции, хирургический инструмент, применяемый при различных хирургических операциях, а также обязан был выполнять перечень работ и услуг для диагностики заболевания, оценки состояния больного и клинической ситуации в соответствии со стандартом медицинской помощи; выполнять перечень работ и услуг для лечения заболевания, состояния, клинической ситуации в соответствии со стандартом медицинской помощи, принцы; осмотр больных госпитализированных из приемного отделения в хирургическое или переведенных из других отделений; проводить оперативные вмешательства больным нуждающимся в хирургическом лечении; оказывать квалифицированную медицинскую помощь по своей специальности, используя современные методы профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, разрешенные для применения в медицинской практики; определять тактику ведения больного в соответствии с установленными правилами и стандартами; на основании клинических наблюдений и обследования, сбора анамнеза, данных клинико-лабораторных и инструментальных исследований устанавливает или подтверждает диагноз; обеспечивать своевременное и качественное оформление медицинской и иной документации в соответствии с установленными правилами. С данной должностной инструкцией ФИО2 был надлежащим образом ознакомлен (т. 1 л.д. 220-222);

- протоколом осмотра места происшествия с фототаблица от 18 февраля 2017 года, согласно которому были осмотрены: приемный покой, палата № *** и операционный зал № *** в ОБУЗ «Железногорская городская больница № ***» КЗ КО, где в период с 12.12.2016 года по 19.12.2016 года находилась на лечении Ф.Л.Н. и где ей 12.12.2016 года была проведена операция лапароскопическая холецистэктомия, в ходе которой произошло итраоперационное ранение левой подвздошной артерии. В ходе осмотра ничего не изымалось (т. 1 л.д. 125-138); 

- протоколом выемки от 25 марта 2017 года, согласно которому в служебном кабинете Железногорского МСО СУ СК России по Курской области у потерпевшей М.В.Р. изъята детализация телефонных соединений за период с 01.12.2016 с 00 часов 00 минут 00 секунд по 31.12.2016 до 23 часов 50 минут 59 секунд, на которой отражены телефонные переговоры М.В.Р. с дочерью Ф.Л.Н. 12 декабря 2016 года (т. 1 л.д. 260-261);

- протоколом выемки от 29 августа 2017 года, согласно которому в служебном кабинете Железногорского МСО СУ СК России по Курской области у потерпевшей М.В.Р. изъят оптический диск DVD-R Premium с имеющимся на нем видеофайлом проведения операции «лапароскопическая холецистэктомия» (т. 1 л.д. 270-273);

- протоколом выемки с фототаблицей от 08 августа 2017 года, согласно которому в служебном кабинете главного врача ОБУЗ «Железногорская городская больница № ***» КЗ КО изъяты медицинские инструменты, используемые при проведении оперативного вмешательства Ф.Л.Н., а именно игла Вереша и троакар (т. 2 л.д. 71-76);

- протоколом осмотра предметов с фототаблицей от 08 августа 2017 года, согласно которому были осмотрены с применением цифрового фотоаппарата медицинские инструменты, использованные при проведении операции Ф.Л.Н. - игла Вереша и троакар (т. 2 л.д. 77-83);

- постановлением о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от 08 августа 2017 года, согласно которому к уголовному делу приобщены в качестве вещественных доказательств: медицинские инструменты используемые при проведении операции Ф.Л.Н., а именно игла Вереша и троакар (т. 2 л.д. 84);

- протоколом осмотра документов от 19 августа 2017 года, согласно которому, в присутствии понятых была осмотрена детализация телефонных соединений, принадлежащая М.В.Р. (т. 2 л.д. 107-109);

-постановлением о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от 19 августа 2017 года, согласно которому к уголовному делу приобщена в качестве вещественного доказательства детализация телефонных соединений, принадлежащая М.В.Р. (т. 2 л.д. 110-111);

- протоколом осмотра предметов (документов) от 20-22.08.2017 года, согласно которому в присутствии понятых были осмотрены: история родов № *** из ОБУЗ «Железногорский городской родильный дом» КЗ КО на имя Ф.Л.Н., **.**.** г.р.; амбулаторная медицинская карта больной Ф.Л.Н. **.**.** г.р. из ОБУЗ «Железногорская городская больница № ***» КЗ КО; медицинская карта стационарной больной Ф.Л.Н. **.**.** г.р. № *** от 12.12.2016, заведенная в хирургическом отделении ОБУЗ ««Железногорская городская больница № ***» КЗ КО; медицинская карта стационарной больной Ф.Л.Н. **.**.** г.р. № ***, заведенная в хирургическом отделении ОБУЗ ««Железногорская городская больница № ***» КЗ КО (продолжение карты); медицинская карта стационарной больной Ф.Л.Н. **.**.** г.р. № ***, заведенная в неврологическом отделении ФГБУ ГНЦ ФМБЦ им. А.И. Бурназяна ФМБА России в 3 томах; 7 рентгеновских снимков на имя Ф.Л.Н. **.**.** г.р. из ОБУЗ ««Железногорская городская больница № ***» КЗ КО; 14 рентгеновских снимков на имя Ф.Л.Н. **.**.** г.р. из ФГБУ ГНЦ ФМБЦ им. А.И. Бурназяна ФМБА России; карты наблюдения и интенсивной терапии отделения нейрореанимации ФМБЦ им. А.И. Бурназяна ФМБА России выполненные на широкоформатных листах в период с 19.12.2016 по 22.01.2017 в виде таблиц с указанием проводимого лечения и медицинских манипуляций (т. 2 л.д. 112-169);

- постановлением о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от 22 августа 2017 года, согласно которому к уголовному делу приобщены в качестве вещественных доказательств: история родов № *** из ОБУЗ «Железногорский городской родильный дом» КЗ КО на имя Ф.Л.Н., **.**.** г.р.; амбулаторная медицинская карта больной Ф.Л.Н. **.**.** г.р. из ОБУЗ «Железногорская городская больница № ***» КЗ КО; медицинская карта стационарной больной Ф.Л.Н. **.**.** г.р. № *** от **.**.**, заведенная в хирургическом отделении ОБУЗ ««Железногорская городская больница № ***» КЗ КО; медицинская карта стационарной больной Ф.Л.Н. **.**.** г.р. № ***, заведенная в хирургическом отделении ОБУЗ ««Железногорская городская больница № ***» КЗ КО (продолжение карты); медицинская карта стационарной больной Ф.Л.Н. **.**.** г.р. № ***, заведенной в неврологическом отделении ФГБУ ГНЦ ФМБЦ им. А.И. Бурназяна ФМБА России в 3 томах; 7 рентгеновских снимков на имя Ф.Л.Н. **.**.** г.р. из ОБУЗ ««Железногорская городская больница № ***» КЗ КО; 14 рентгеновских снимков на имя Ф.Л.Н. **.**.** г.р. из ФГБУ ГНЦ ФМБЦ им. А.И. Бурназяна ФМБА России; карты наблюдения и интенсивной терапии отделения нейрореанимации ФМБЦ им. А.И. Бурназяна ФМБА России выполненные на широкоформатных листах в период с 19.12.2016 по 22.01.2017 в виде таблиц с указанием проводимого лечения и медицинских манипуляций (т. 2 л.д. 170-171);

- протоколом осмотра предметов от 30 августа 2017 года с приложением скриншотов, согласно которому, в присутствии понятых был осмотрен оптический диск DVD-R Premium с имеющимся на нем видеофайлом проведения операции «лапароскопическая холецистэктомия» (т. 2 л.д. 172-185);

- постановлением о признании и приобщении к уголовному делу вещественного доказательства от 30 августа 2017 года, согласно которому к уголовному делу приобщен в качестве вещественных доказательств оптический диск DVD-R Premium с имеющимся на нем видеофайлом проведения операции «лапароскопическая холецистэктомия» (т. 2 л.д. 186).

Помимо этого, обвинительное заключение в отношении ФИО2 по настоящему делу содержит указание на такие доказательства как заключение экспертов судебно-медицинской экспертизы по материалам дела № *** от 28 апреля 2017 года, в проведении которой участвовал врач-хирург П.О.С., а также акт по результатам проведенной внеплановой документарной целевой проверки в рамках ведомственного контроля качества и безопасности медицинской деятельности Комитетом здравоохранения Курской области от 28.12.2016 года, в составлении которого, как член комиссии, также принимал участие врач-хирург П.О.С..

При этом как следует из акта внеплановой проверки, подписанного П.О.С., в ходе проверки не выявлены нарушения соблюдения порядков оказания помощи и стандартов медицинской помощи Ф.Л.Н. 12 декабря 2016 года, тогда как, согласно выводам экспертов, составленных с участием П.О.С., интраоперационное повреждение левой подвздошной артерии в ОБУЗ «Железногорская городская больница № ***» КЗ КО, допущенное в ходе операции проводимой Ф.Л.Н. 12 декабря 2016 года, признано дефектом оказания медицинской помощи.

Указанные противоречия не были устранены в ходе предварительного следствия, в связи с чем, ни заключение экспертов судебно-медицинской экспертизы по материалам дела № *** от 28 апреля 2017 года, ни акт по результатам проведенной внеплановой документарной целевой проверки в рамках ведомственного контроля качества и безопасности медицинской деятельности Комитетом здравоохранения Курской области от 28.12.2016 года не могут быть положены в основу обвинительного приговора в отношении ФИО2.

В связи с указанными обстоятельствами по делу судом была назначена дополнительная комиссионная судебно-медицинская экспертиза, из заключения которой № ***/вр/компл/доп-О от 28 апреля 2018 года следует, что причиной смерти Ф.Л.Н. явилось механическое повреждение левой общей подвздошной артерии при проведении операции «Лапароскопическая холецистэктомия» 12 декабря 2016 года, которое имело место 12 декабря 2016 года в 12 часов 10 минут, осложнившееся острой массивной кровопотерей, геморрагическим шоком 3 степени и состоянием клинической смерти, в результате чего в организме Ф.Л.Н. был запущен каскад патологических процессов (в том числе необратимых), инициированный вышеуказанными осложнениями и завершившийся наступлением биологической смерти.

При этом, экспертами были выявлены следующие дефекты оказания медицинской помощи Ф.Л.Н. в ОБУЗ «Железногорская городская больница № ***» с 12 декабря 2016 года по 20 декабря 2016 года: неполное проведение дооперационного обследования (было показано сделать ультразвуковое исследование или компьютерную томографию органов брюшной полости в стационаре для выявления возможных затруднений при определении длины вводимого троакара); отсутствие общеклинического анализа крови до оперативного вмешательства; не указание в оформленном информированном добровольном согласии на проведение операции от 12.12.2016 года на наличие объективных трудностей проведения оперативного вмешательства, повышающих риск развития внутриоперационных осложнений (в виде состояния после беременности, состояния после операции кесарево сечение), что было показано согласно п. 1 ст. 20 Федерального закона от 21.11.2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» и п. 5 «Порядка дачи информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство и отказа от медицинского вмешательства в отношении определенных видов медицинских вмешательств, форм информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство и форм отказа от медицинского вмешательства», утвержденному приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 20.12.2012 г. № ***н; механическое повреждение левой общей подвздошной артерии (в области бифуркация брюшного отдела аорты) при проведении операции «Лапароскопическая холецистэктомия» 12 декабря 2016 года, что могло быть произведено как иглой Вереша, так и троакаром (что более вероятно) вследствие неверной оценки рабочей длины троакара, введенного в брюшную полость пациентки, которое явился причиной резкого ухудшения ее состояния, развития каскада патологических процессов, инициированных развившимися осложнениями в виде острой массивной кровопотери, геморрагическим шоком 3 степени, состоянием клинической смерти и развитием постреанимационной болезни, что привело впоследствии к наступлению биологической смерти, и состоит в причинно-следственной связи с наступлением смерти Ф.Л.Н., которая носит прямой характер.

Выявленные дефекты в виде неполного проведения дооперационного обследования, непроведения общеклинического анализа крови до оперативного вмешательства 12.12.2016 года, ультразвуового исследования компьютерной томографии брюшной полости, неэффективное проведение реанимационных мероприятий при оказании медицинской помощи Ф.Л.Н. в ОБУЗ Железногорская городская больница № ***» не явились причиной механического повреждении левой обшей подвздошной артерии и не повлияли на закономерное течение последовавших за этим патологических процессов в организме, явившихся впоследствии причиной ее смерти, однако, не позволили снизить риски оперативного вмешательства, следовательно, в своей совокупности состоят причинно-следственной связи с наступлением ее смерти, которая носит непрямой характер.

Данное заключение экспертов никто из участников процесса не оспаривал, оно составлено экспертами, предупрежденными об ответственности за дачу ложного заключения, с большим стажем работы по специальности, имеющими первую и высшую квалификационные категории по своим специальностям.

При таких обстоятельствах, оснований не доверять указанному заключению дополнительной комплексной судебно-медицинской экспертизы у суда не имеется, в связи с чем, суд считает правильным положить в основу принимаемого по делу решения заключение дополнительной комиссионной судебно-медицинской экспертизы № ***/вр/компл/доп-О от 28 апреля 2018 года.

Суд, оценив каждое доказательство с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а все исследованные доказательства в их совокупности и достаточности для разрешения настоящего уголовного дела, проверив все доводы, пришел к выводу о доказанности события преступления и виновности ФИО2 в его совершении.

Совокупность доказательств по делу дает основания суду сделать вывод о том, что ФИО2, являясь врачом-хирургом ОБУЗ «Железногорская городская больница№ ***» КЗ КО, в соответствии со своей квалификацией, а также должностными обязанностями, мог и должен был организовать своевременное квалифицированное обследование и лечение пациента Ф.Л.Н. на основе порядков оказания медицинской помощи и стандартов медицинской помощи, а также должен был предоставить ей информацию о состоянии здоровья и возможным осложнениях, вызванных индивидуальными особенностями ее организма. Однако, пренебрегая требованиями ФЗ № 323 от 21.11.2011 «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», а также приказами: Министерства здравоохранения РФ от 15.11.2012 № 922н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «хирургия», Министерства здравоохранения и социального развития РФ о 14.05.2007 № 332 «Об утверждении стандарта медицинской помощи больным с холециститом», не провел в ходе дооперационного планирования показанные Ф.Л.Н. ультразвуковое исследование, компьютерную томографию брюшной полости, в связи с чем, имея соответствующую профессиональную квалификацию не оценил, хотя должен был и мог, все необходимые критерии для определения рабочей длины троакара и точки его ввода, и в связи с чем, при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть неблагоприятные последствия, исполняя свои профессиональные обязанности ненадлежащим образом, не оценил состояние пациентки после беременности, что подразумевает изменение положения и тонуса мышц передней ее брюшной стенки, наличие спаечного процесса в ее брюшной полости, в связи с чем, правильно не определил рабочую длину инструмента и точку его ввода, позволяющую не повредить забрюшинные сосуды при проведении пациентке операции лапароскопическая холецистэктомия, в результате чего причинил Ф.Л.Н. 12 декабря 2016 года интраоперационное повреждение левой подвздошной артерии, причинившее тяжкий вред здоровью пациентки, от которого она скончалась 22 января 2017 года. 

При таких обстоятельствах, действия ФИО2 суд квалифицирует по ч. 2 ст. 109 УК РФ, как причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей. 

При назначении наказания подсудимому суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления, конкретные обстоятельства дела, личность виновного, обстоятельства, смягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия его жизни и другие обстоятельства по делу.

ФИО2 ранее не судим, вину свою признал полностью, раскаивается в содеянном, принес свои извинения потерпевшей М.В.Р., которые ею были приняты, что суд признает обстоятельствами, смягчающие наказание. Кроме того, в порядке ч. 2 ст. 61 УК РФ, в качестве смягчающего ФИО2 наказание обстоятельства суд признает его желает оказать потерпевшей М.В.Р. материальную помощь, от принятия которой М.В.Р. отказалась.

При наличии такого смягчающего обстоятельства, как совершение ФИО2 иных действий, направленных на заглаживание вреда, причиненного потерпевшей, в виде принесения ей своих извинений, которые приняты, предусмотренного п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, наказание ФИО2 должно быть назначено с учетом положений ч. 1 ст. 62 УК РФ. 

По месту жительства и работы ФИО2 характеризуется положительно, к административной ответственности не привлекался, на учете у врачей психиатра и нарколога он не состоит.

ФИО2 впервые совершил неосторожное преступление небольшой тяжести. Обстоятельств, отягчающих наказание по настоящему делу судом не установлено, в связи с чем, исходя из положений ч. 1 ст. 56 УК РФ, согласно которым, наказание в виде лишения свободы может быть назначено осужденному, совершившему впервые преступление небольшой тяжести, только при наличии отягчающих обстоятельств, или только если соответствующей статьей Особенной части настоящего Кодекса лишение свободы предусмотрено как единственный вид наказания, учитывая обстоятельства совершения преступления и личность виновного, суд полагает правильным назначить подсудимому наказание в виде ограничения свободы.

Оснований для применения ст. 64 УК РФ в отношении ФИО2 не усматривается.

Поскольку совершенное ФИО2 преступление связано с осуществлением им профессиональной деятельности, то учитывая рекомендации содержащие в п.п. 8,9 Постановления Пленума ВС РФ № *** от 22.12.2015 года «О ПРАКТИКЕ НАЗНАЧЕНИЯ СУДАМИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ УГОЛОВНОГО НАКАЗАНИЯ» согласно которым, запрещение занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью должно быть обусловлено обстоятельствами совершенного преступления и может выражаться в запрещении заниматься профессиональной деятельностью, вид которой следует конкретизировать в приговоре, а также то обстоятельство, что ФИО2 совершено преступление вследствие ненадлежащего осуществлении им своей профессиональной врачебной деятельности врача-хирурга, суд, на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ, считает справедливым назначить ему дополнительное наказание в виде лишения права заниматься врачебной деятельностью.

Суд полагает необходимым, до вступления приговора в законную силу, оставить в отношении ФИО2 ранее избранную меру пресечения – подписку о невыезде и надлежащем поведении, исходя из того, что он имеет постоянное место жительства в г. Железногорске, оснований полагать, что он может скрыться от правосудия не имеется.

Гражданский иск по делу не заявлен.

Рассматривая заявление потерпевшей М.В.Р. о возмещении ей судебных расходов, понесенных на оплату услуг представителя, суд приходит к следующему.

В силу ч. 3 ст. 42 УПК РФ, потерпевшему обеспечивается возмещение расходов, понесенных в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя, согласно требованиям статьи 131 настоящего Кодекса.

Согласно положениям ч. 2 ст. 131 УПК РФ, к процессуальным издержкам относятся суммы, выплачиваемые потерпевшему на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего.

На основании ч. 1 ст. 132 УПК РФ, процессуальные издержки взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета. При этом, в силу ч. 6 ст. 132 УПК РФ процессуальные издержки возмещаются за счет средств федерального бюджета только в случае имущественной несостоятельности лица, с которого они должны быть взысканы, а суд вправе освободить осужденного полностью или частично от уплаты процессуальных издержек, только если это может существенно отразиться на материальном положении лиц, которые находятся на иждивении осужденного.

Как следует из рекомендаций, содержащихся в п. 34 Постановления Пленума ВС РФ № 17 от 29.06.2010 года «О ПРАКТИКЕ ПРИМЕНЕНИЯ СУДАМИ НОРМ, РЕГЛАМЕНТИРУЮЩИХ УЧАСТИЕ ПОТЕРПЕВШЕГО В УГОЛОВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ», потерпевшему подлежат возмещению необходимые и оправданные расходы, связанные с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего, которые должны быть подтверждены соответствующими документами.

Согласно рекомендациям содержащимся в п. 12 Постановления Пленума ВС РФ № № 42 от 19.12.2013 года «О ПРАКТИКЕ ПРИМЕНЕНИЯ СУДАМИ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА О ПРОЦЕССУАЛЬНЫХ ИЗДЕРЖКАХ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ», в соответствии с пунктом 13 части 1 статьи 299 УПК РФ вопрос о процессуальных издержках подлежит разрешению в приговоре, где указывается, на кого и в каком размере они должны быть возложены.

Исходя из указанных положений закона, суд полагает правильным признал право потерпевшей М.В.Р. на возмещение расходов, понесенных ею на оплату услуг участвующего в уголовном деле представителя - адвоката Гаврилова Н.Г., поскольку из материалов уголовного дела следует, что адвокат Гаврилов Н.Г. участвовал в качестве представителя М.В.Р. как на доследственной проверки по данному делу, а также в период предварительного расследования и в судебных заседаниях по делу в период с февраля 2017 года по июнь 2018 года.

Определяя сумму, подлежащую взысканию с подсудимого ФИО2, имущественная несостоятельность которого не установлена и на иждивении которого каких-либо лиц не имеется, суд исходит из того, что согласно соглашению об оказании юридической помощи от 01 февраля 2017 года, заключенного между потерпевшей М.В.Р. и адвокатом Гавриловым Н.Г., последний принял на себя поручение по представлению интересов М.В.Р. при проведении доследственной проверки по факту смерти ее дочери Ф.Л.Н., а также на стадии предварительного следствия и в суде, за что ему было выплачено, согласно квитанции к приходному кассовому ордеру от 01 февраля 2017 года 150 000 рублей, в связи с чем, полагает правильным взыскать с ФИО2 необходимые для потерпевшей М.В.Р. и оправданные расходы на оплату услуг представителя – адвоката Гаврилова Н.Г. в размере 100 000 рублей. 

В порядке ст. 81 УПК РФ, с учетом мнения участников процесса, суд решает вопрос о вещественных доказательствах.

Вещественные доказательства по делу: медицинские инструменты используемые при проведении операции Ф.Л.Н. - игла Вереша и троакар, подлежат оставлению по принадлежности ОБУЗ «Железногорская городская больница № ***» КЗ КО; детализация телефонных соединений абонента 89513198307 за период с 01.12.2016 с 00 часов 00 минут 00 секунд по 31.12.2016 до 23 часов 59 минут 59 секунд включительно; история родов № *** из ОБУЗ «Железногорский городской родильный дом» КЗ КО на имя Ф.Л.Н., **.**.** г.р.; амбулаторную медицинская карта больной Ф.Л.Н. **.**.** г.р. из ОБУЗ «Железногорская городская больница № ***» КЗ КО; медицинская карта стационарной больной Ф.Л.Н. **.**.** г.р. № *** от **.**.** заведенная в хирургическом отделении ОБУЗ ««Железногорская городская больница № ***» КЗ КО; медицинская карта стационарной больной Ф.Л.Н. **.**.** г.р. № *** от заведенная в хирургическом отделении ОБУЗ ««Железногорская городская больница № ***» КЗ КО (продолжение карты); медицинская карта стационарной больной Ф.Л.Н. **.**.** г.р. № *** заведенной в неврологическом отделении ФГБУ ГНЦ ФМБЦ им. А.И. Бурназяна ФМБА России в 3 томах; 7 рентгеновских снимков на имя Ф.Л.Н. **.**.** г.р. из ОБУЗ ««Железногорская городская больница № ***» КЗ КО; 14 регеновских снимков на имя Ф.Л.Н. **.**.** г.р. из ФГБУ ГНЦ ФМБЦ им. А.И. Бурназяна ФМБА России; карты наблюдения и интенсивной терапии отделения нейрореанимации ФМБЦ им. А.И. Бурназяна ФМБА России выполненные на широкоформатных листах в период с 19.12.2016 по 22.01.2017 в виде таблиц с указанием проводимого лечения и медицинских манипуляций; оптический диск DVD-R Premium с имеющимся на нем видеофайлом проведения операции «лапароскопическая холецистэктомия» подлежат хранению при материалах уголовного дела.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 307-309 УПК РФ, суд,

п р и г о в о р и л:

признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ и назначить ему наказание в виде ограничения свободы сроком 2 (два) года, на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ, с лишением права заниматься врачебной деятельностью 1 (один) год.

Установить осужденному ФИО2 следующие ограничения: не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования г. Железногорск и муниципального образования Железногорский район, не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы. Возложить на осужденного ФИО2 обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц для регистрации. 

Меру пресечения в отношении ФИО2, до вступления приговора в законную силу, оставить без изменения – подписку о невыезде и надлежащем поведении.

Вещественные доказательства по делу: медицинские инструменты используемые при проведении операции Ф.Л.Н. - игла Вереша и троакар – оставить по принадлежности ОБУЗ «Железногорская городская больница № ***» КЗ КО; детализацию телефонных соединений абонента 89513198307 за период с 01.12.2016 с 00 часов 00 минут 00 секунд по 31.12.2016 до 23 часов 59 минут 59 секунд включительно; историю родов № *** из ОБУЗ «Железногорский городской родильный дом» КЗ КО на имя Ф.Л.Н., **.**.** г.р.; амбулаторную медицинскую карту больной Ф.Л.Н. **.**.** г.р. из ОБУЗ «Железногорская городская больница № ***» КЗ КО; медицинскую карту стационарной больной Ф.Л.Н. **.**.** г.р. № *** от **.**.** заведенная в хирургическом отделении ОБУЗ ««Железногорская городская больница № ***» КЗ КО; медицинскую карту стационарной больной Ф.Л.Н. **.**.** г.р. № *** от заведенная в хирургическом отделении ОБУЗ ««Железногорская городская больница № ***» КЗ КО (продолжение карты); медицинскую карту стационарной больной Ф.Л.Н. **.**.** г.р. № *** заведенной в неврологическом отделении ФГБУ ГНЦ ФМБЦ им. А.И. Бурназяна ФМБА России в 3 томах; 7 рентгеновских снимков на имя Ф.Л.Н. **.**.** г.р. из ОБУЗ ««Железногорская городская больница № ***» КЗ КО; 14 рентгеновских снимков на имя Ф.Л.Н. **.**.** г.р. из ФГБУ ГНЦ ФМБЦ им. А.И. Бурназяна ФМБА России; карты наблюдения и интенсивной терапии отделения нейрореанимации ФМБЦ им. А.И. Бурназяна ФМБА России выполненные на широкоформатных листах в период с 19.12.2016 по 22.01.2017 в виде таблиц с указанием проводимого лечения и медицинских манипуляций; оптический диск DVD-R Premium с имеющимся на нем видеофайлом проведения операции «лапароскопическая холецистэктомия» - хранить при материалах уголовного дела.

Взыскать с ФИО2 в пользу М.В.Р. Р. кызы в возмещение расходов на представителя сумму в размере 100 000 рублей.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Курский областной суд через Железногорский городской суд в течение 10 суток со дня провозглашения.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий: