РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

25 февраля 2026 года город Москва

Мотивированное решение составлено 10 июля 2026 г.

Щербинский районный суд города Москвы в составе председательствующего судьи Хохловой О.В., при секретаре У., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1

к ФГАУ «НМИЦ ЛРЦ» Минздрава России о признании приказов о наложении дисциплинарных взысканий незаконными и их отмене, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФГАУ «НМИЦ ЛРЦ» Минздрава России, в котором с учетом уточнений требований просит признать незаконными

и отменить приказы ответчика от 20.08.2025 г. № 455-к, от 30.10.2025 г. № 573-к, от 26.01.2026 г. № 23-к о применении дисциплинарных взысканий, а также взыскать компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

В обоснование требований истец указала, что состоит в трудовых отношениях с ответчиком с 03.09.2021 г., работает в должности врача-рентгенолога кабинета магнитно-резонансной томографии № 4 отделения томографии центра лучевой диагностики. Полагает, что оспариваемые приказы являются незаконными, поскольку дисциплинарные взыскания наложены с грубыми нарушениями установленной процедуры, без надлежащего истребования объяснений, неправомочным органом, а также в отсутствие доказательств совершения проступков. Кроме того, обращает внимание на системный характер психологического давления со стороны работодателя и публичные оскорбления

в судебных документах, что причинило ей нравственные страдания.

В судебное заседание истец ФИО1 не явилась, обеспечила явку своих представителей З. и адвоката А., которые исковые требования поддержали в полном объеме.

Представитель ответчика по доверенности Д. в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований по доводам, изложенным в письменных возражениях на иск и дополнениях к ним.

Суд, выслушав представителей сторон, исследовав письменные материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам ст. 67 ГПК РФ, приходит к следующему.

В соответствии со статьей 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном

и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В соответствии со статьёй 192 ТК РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарные взыскания, в том числе замечание и выговор.

При наложении взыскания должны учитываться тяжесть проступка

и обстоятельства, при которых он был совершён.

Статья 193 ТК РФ устанавливает процедуру привлечения к дисциплинарной ответственности: до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Обязанность доказать наличие законного основания для привлечения работника

к дисциплинарной ответственности и соблюдение установленного порядка возлагается на работодателя (пункт 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»).

Судом установлено, что 22.02.2025 г. и 06.06.2025 г. истец проводила МРТ-исследования органов малого таза пациентки Р., страдающей раком желудка. В своих заключениях истец указала на отсутствие данных

о метастатическом поражении яичников, рекомендовав динамическое наблюдение.

Заведующим отделением томографии П. в порядке внутреннего контроля качества был проведён анализ изображений и заключений истца, после чего у истца было истребовано письменное объяснение. Истец представила объяснительную записку от 23.07.2025 г., в которой настаивала на правильности своих выводов.

Для объективной оценки по инициативе работодателя была получена консультация заведующей отделом лучевой диагностики МНИОИ им. П.А. Герцена, доктора медицинских наук, профессора Р. от 12.08.2025 г.,

в которой указано, что динамика увеличения размеров и структурных изменений яичников у пациентки с онкологическим анамнезом не позволяет исключить метастазы, а применённая категория O-RADS 4 соответствует высокому риску злокачественности (около 50%). Профессор Р. подтвердила, что

в сложившейся ситуации требовалось указать на вероятность вторичного поражения и рекомендовать морфологическую верификацию.

Врачебная комиссия ответчика (протокол № 29 от 20.08.2025 г.) с участием руководителя Центра гинекологии и репродуктивных технологий И., изучив амбулаторную карту пациентки, в том числе протокол онкологического консилиума от 23.12.2024 г., которым было зафиксировано метастатическое поражение придатков, пришла к выводу о нарушении истцом пункта 3.1 должностной инструкции врача-рентгенолога (оформление протокола исследования с заключением о сути выявленных изменений с учётом всех клинических данных).

Доводы истца о том, что случай был неоднозначным и что профессор Р. сама указала на неоднозначность картины, судом проверены и отклонены. Сама по себе неоднозначность медицинской интерпретации не снимает с врача обязанности отразить в заключении выявленную динамику и указать

на необходимость дополнительного обследования. Истец же в обоих заключениях категорично исключила метастатическое поражение, что при наличии у пациентки верифицированного рака желудка и двустороннего увеличения яичников

в динамике является диагностической ошибкой.

Довод о том, что проверку должна была проводить не врачебная,

а дисциплинарная комиссия, основан на неверном толковании локальных актов ответчика.

Согласно пункту 1.4.1 Положения о порядке применения дисциплинарных взысканий, утверждённого приказом ответчика от 27.11.2023 № 710, проверки по фактам нарушений дисциплины труда медицинским работником при оказании медицинской помощи проводятся врачебной комиссией. Спорный проступок непосредственно связан с оказанием медицинской помощи (диагностика пациентки), следовательно, врачебная комиссия действовала в пределах своей компетенции.

Факт ознакомления истца с должностной инструкцией подтверждается подписью в трудовом договоре, а также листами ознакомления от 17.01.2023 г.

и 28.12.2024 г. Каких-либо допустимых доказательств того, что истец не была ознакомлена

с инструкцией, суду не представлено.

При таких обстоятельствах у ответчика имелись законные основания для привлечения истца к дисциплинарной ответственности в виде выговора

за ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей, повлёкшее дефект диагностики, создающий угрозу жизни и здоровью пациентки. Процедура привлечения (истребование объяснения, проведение проверки, издание приказа

в пределах месячного срока со дня обнаружения проступка) ответчиком соблюдена. Оснований для признания приказа № 455-к незаконным не имеется.

09.09.2025 г. истец проводила МРТ-исследование пациенту С. Согласно жалобе пациента от 24.09.2025 г. истец отказалась проводить сравнение

с предыдущим исследованием от 23.06.2022 г., пояснив, что архивные данные отсутствуют. При этом протокол исследования был подготовлен истцом

с нарушением установленного срока.

Из материалов дела следует, что согласно пункту 16 Приказа Минздрава России от 09.06.2020 № 560н «Об утверждении Правил проведения рентгенологических исследований», протокол рентгенологического исследования оформляется врачом-рентгенологом в срок не более 24 часов с момента проведения исследования. Фактически протокол по исследованию С. был сохранён истцом

в информационной системе 10.09.2025 г. в 16:23, то есть с задержкой 4 часа 53 минуты по сравнению с установленным сроком.

Ответчиком представлены доказательства, опровергающие версию истца

о техническом сбое доступа к архивным изображениям: ответ ООО «СТП «МЕДИУМ» от 17.10.2025 г. об отсутствии сбоев в работе сервера диагностических изображений в период с 00:00 09.09.2025 г. по 23:59 10.09.2025 г.; ответ ООО «ЛИНС» от 21.10.2025 г., подтверждающий, что заключение было сохранено 10.09.2025 в 16:23, при этом заявок о неполадках от истца не поступало.

Кроме того, в ходе разбирательства было установлено, что 10.09.2025 г. другой врач (И.) уже провёл сравнительное исследование, используя архивные данные, что опровергает утверждение истца о невозможности доступа

к архиву.

Суд отклоняет довод истца об отсутствии утверждённых «норм приёма», поскольку обязанность врача-рентгенолога проводить сравнительный анализ при наличии предыдущих исследований вытекает из профессионального стандарта (Приказ Минтруда России от 19.03.2019 № 160н, трудовая функция «Интерпретировать и анализировать информацию о выявленном заболевании

и динамике его течения»), а также из пункта 3.1 должностной инструкции истца, предписывающего оформлять протокол с заключением о сути выявленных изменений, что невозможно без учёта динамики.

Представление пациенту недостоверной информации об отсутствии архивных данных обоснованно расценено работодателем как нарушение профессиональной этики и статьи 22 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», гарантирующей право пациента на получение достоверной информации о состоянии здоровья.

Таким образом, факт совершения истцом дисциплинарного проступка подтверждён материалами дела. Процедура привлечения соблюдена. С учётом наличия у истца на момент совершения проступка двух неснятых взысканий применение выговора по приказу № 573-к является правомерным и соразмерным.

19.12.2025 г. около 9 часов утра в кабинете МРТ № 4 между истцом

и подчинённым ей рентгенлаборантом Б. произошёл инцидент. Фактические обстоятельства подтверждены совокупностью доказательств: обращением Б. от 19.12.2025 г., из которого следует, что истец

на повышенных тонах, с криками, удерживала дверь, не выпуская его из кабинета; докладной запиской старшей медицинской сестры Р., подтвердившей, что она слышала крики истца из коридора, а войдя в кабинет, видела, как истец кричит

и удерживает дверь; письменными объяснениями уборщиц Р.

и С., которые, проходя мимо кабинета, слышали продолжительные крики истца и видели, как кто-то пытался открыть дверь изнутри, а затем вышел расстроенный Б.; объяснительной истца от 14.01.2026 г., в которой она не отрицала факт конфликта, но сосредоточилась на критике работы Б. и поведения заведующего отделением.

Такое поведение истца обоснованно квалифицировано работодателем

как нарушение пункта 4.1 Правил внутреннего трудового распорядка (обязанность соблюдать служебную дисциплину и профессиональную этику) и пунктов 2.1.5, 2.1.7 Кодекса этики и служебного поведения работников, утверждённого приказом ответчика от 30.11.2023 № 729 (исключить грубое, нетактичное отношение

к коллегам; практиковать внимательное, уважительное отношение).

Довод истца о том, что рассмотрение данного проступка отнесено

к компетенции дисциплинарной, а не врачебной комиссии, является обоснованным, поскольку конфликт с коллегой не связан с оказанием медицинской помощи. Однако данное процедурное нарушение, допущенное работодателем, не является безусловным основанием для отмены приказа о взыскании: факт дисциплинарного проступка доказан иными, не связанными с протоколом врачебной комиссии, доказательствами; истец участвовала в заседании комиссии 21.01.2026 г., ей было предложено дать объяснения; письменное объяснение было истребовано

и получено (объяснительная от 14.01.2026 г.); решение о наложении взыскания принималось непосредственно директором учреждения, который в силу статьи 192 ТК РФ обладает самостоятельным правом на применение взыскания при наличии доказательств проступка, независимо от рекомендаций какой-либо комиссии.

С учётом изложенного, приказ № 23-к от 26.01.2026 также является законным. Применённое взыскание в виде замечания является минимально возможным

и соответствует тяжести проступка.

Истцом заявлено требование о компенсации морального вреда в размере 100 000 руб. в связи с неправомерными действиями работодателя.

В соответствии со статьёй 237 ТК РФ моральный вред, причинённый работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме.

Поскольку судом не установлено неправомерных действий работодателя

при привлечении истца к дисциплинарной ответственности, основания

для удовлетворения требования о компенсации морального вреда отсутствуют.

Поскольку в удовлетворении исковых требований отказано в полном объёме, судебные расходы истца на оплату услуг представителя в соответствии со статьями 98, 100 ГПК РФ возмещению не подлежат.

Руководствуясь статьями 193-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФГАУ «НМИЦ ЛРЦ» Минздрава России – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский городской суд через Щербинский районный суд города Москвы в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья 	О.В. Хохлова