Дело №2-1704/17

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации 

27 декабря 2017 года г. Барнаул 

Ленинский районный суд г. Барнаула Алтайского края в составе 

председательствующего судьи Жупиковой А.И.,

при секретаре Чеховских Ю.И.,

с участием представителя истца ФИО2 ФИО3, представителя истца ФИО4 ФИО5, ответчика ИП ФИО6, ее представителя ФИО7, третьего лица ФИО8, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2, ФИО4 к индивидуальному предпринимателю ФИО6 о признании увольнения незаконным, изменения основания увольнения,-

у с т а н о в и л :

27.06.2017г. ФИО2 обратилась в суд с иском к ИП ФИО6 о признании увольнения по п.7 ч.1 ст.81 ТК РФ в связи с совершением виновных действий, дающих основание утраты доверия со стороны работодателя, незаконным, изменении основания увольнения на п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ - по собственному желанию, с даты принятия судебного решения.

В обоснование требований указывает, что 01.01.2010г. между ней и ИП ФИО6 заключен бессрочный трудовой договор, на основании которого она принята на работу в магазин «Босс», г.Камень-на-Оби, на должность продавца-консультанта. Свои трудовые обязанности у ответчика исполняла до 20.02.2017г., с 20.02.2017г. по инициативе работодателя не допущена к работе и ей было сообщено об увольнении. Неоднократные требования об ознакомлении с приказом о расторжении трудового договора и увольнении, выдаче его копии, трудовой книжки ответчик в добровольном порядке исполнять не пожелала.

11.04.2017г. она направила в адрес ИП ФИО6 письменное требование о выдаче копии приказа об увольнении и трудовой книжки, которая ею получена по почте 31.05.2017г. Из записи в трудовой книжке узнала, что уволена 31.03.2017г. по п.7 ч.1 ст.81 ТК РФ за совершение виновных действий, дающих основание утраты доверия со стороны работодателя. С приказом об увольнении от 31.03.2017г. №161 она не была ознакомлена, копию приказа не получала. В трудовой книжке работодателем не указано, за совершение каких виновных действий, дающих основание утраты доверия со стороны работодателя, она была уволена, в чем они выразились, имеется ли причинно-следственная связь между ее действиями и наступившими последствиями. Ей неясно, за какой проступок она уволена. Также считает, что при ее увольнении был нарушен порядок увольнения. Полагает, что уволена на основании п.7 ч.1 ст.81 ТК РФ незаконно.

29.06.2017г. ФИО4 обратилась в суд с иском к ИП ФИО6 о признании увольнения по п.7 ч.1 ст.81 ТК РФ в связи с совершением виновных действий, дающих основание утраты доверия со стороны работодателя, незаконным, изменении основания увольнения на п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ по собственному желанию, с даты принятия судебного решения.

В обоснование требований указывает, что 11.05.2010г. между ней и ИП ФИО6 заключен бессрочный трудовой договор, на основании которого она принята на работу в магазин «Меркурий», г.Камень-на-Оби, на должность продавца-консультанта. Свои трудовые обязанности у ответчика исполняла до 20.02.2017г., с 20.02.2017г. по инициативе работодателя не допущена к работе. Неоднократные требования об ознакомлении с приказом о расторжении трудового договора и увольнении, выдаче его копии, трудовой книжки ответчик в добровольном порядке исполнять не пожелала.

Она направила в адрес ИП ФИО6 письменное требование о выдаче копии приказа об увольнении и трудовой книжки. Из уведомления узнала, что уволена 31.03.2017г. по п.7 ч.1 ст.81 ТК РФ за совершение виновных действий, дающих основание утраты доверия со стороны работодателя. С приказом об увольнении от 31.03.2017г. она не была ознакомлена, копию приказа не получала. В уведомлении работодателем не указано, за совершение каких виновных действий, дающих основание утраты доверия со стороны работодателя, она была уволена, в чем они выразились, имеется ли причинно-следственная связь между ее действиями и наступившими последствиями. Ей неясно, за какой проступок она уволена. Также считает, что при ее увольнении был нарушен порядок увольнения. Полагает, что уволена на основании п.7 ч.1 ст.81 ТК РФ незаконно.

Определением суда от 25.07.2017г. вышеуказанные дела объединены в одно производство, делу присвоен №2-1704/17.

В судебном заседании представитель истца ФИО2 ФИО3 требования своего доверителя поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в письменных пояснениях (т.3 л.д.148-149) и дополнительных письменных пояснениях, представленных в судебном заседании. Считает, что ответчик не представил достоверные и допустимые доказательства, подтверждающие совершение истцами виновных действий, повлекшие реальное уменьшение товарно-материальных ценностей (далее – ТМЦ), денежных средств в торговой точке ответчика, размера причиненного ущерба. Представленные документы в форме «Учет на 20.02.2017 года Мегафон 2» и «Расхождение материальных ценностей по учету 20.02.2017 года» не являются допустимыми и достоверными доказательствами совершения истцами виновных действий, которые могли бы повлечь утрату доверия. Ответчик нарушил установленный действующим законодательством и нормативными актами порядок проведения проверки и инвентаризации для установления виновных действий, совершенных работниками и процедуру документального оформления. Ответчик инвентаризацию с целью установления совершения истцами ФИО2 и ФИО4 виновных действий и дисциплинарного проступка не провел, не установил, какие виновные действия совершила ФИО2, а какие ФИО4, в чем они выражаются и степень вины каждой, соответствующие акты, предусмотренные нормативными актами, ответчик не составил. Кроме этого, работодателем ИП ФИО6 нарушен порядок применения дисциплинарных взысканий, закрепленный ст.193 ТК РФ, а именно: ответчик не истребовал с работников письменные объяснения, увольнение, как дисциплинарное взыскание, применено по истечении одного месяца со дня обнаружения проступка, приказ был издан только 31.03.2017г. и не объявлен им под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, в приказе об увольнении не конкретизированы основания ее увольнения. На основании изложенного, полагает, что исковые требования ФИО2 подлежат удовлетворению.

Представитель истца ФИО4 ФИО5 поддержали требования своего доверителя в полном объеме по основаниям, изложенным в письменных пояснениях (т.3 л.д.145-147). Считает, что увольнение ФИО4 является незаконным по следующим основаниям. В приказе об увольнении №162 от 31 марта 2017г. и уведомлении об увольнении от 31.03.2017г. указаны разные основания для увольнения, что недопустимо. Кроме того, в соответствии со ст.192 ТК РФ увольнение работника по основанию п.7 ч.1 ст.81 ТК РФ относится к дисциплинарным взысканиям. Статьей 193 ТК РФ установлен порядок применения дисциплинарных взысканий и срок привлечения работника к дисциплинарной ответственности. Из смысла данных статей следует, что необходимо сначала документально зафиксировать тот проступок (действие или бездействие), который является нарушением трудовых обязанностей или дисциплины и за который предусмотрено применение взыскания. Ответчик в судебном заседании не смогла пояснить, каков итоговый размер недостачи по инвентаризации 20.02.2017г. Следовательно, дисциплинарный проступок не был выявлен. Считает, что необходимо было установить обстоятельства виновных действий, чтобы говорить об утрате доверия сотрудником. Перечисление денежных средств через платежную систему Киберплат на банковские карты и сотовые телефоны ни о чем не свидетельствует, необходимо оценивать и проверять весь бухгалтерский учет ИП ФИО9. Работодатель в акте ревизии должна была указать, имелись ли основания для перечисления денежных средств у продавцов, или не имелись. Ответчик поясняла, что документа, регламентирующего порядок сдачи денежных средств, у нее нет, сотрудники с ним не знакомы. Также считает, что участие в получение товара – это не обязанность сотрудников, поскольку склад на предприятии отсутствовал, товар продавцы не принимали, а договор о коллективной материальной ответственности выходит за рамки трудовых обязанностей работника. Более того, действия, производимые ответчиком, принципиально противоречат порядку ведения бухгалтерского учета и отчетности, который регламентируется законом «О бухгалтерском учете» №402-ФЗ от 06.12.2011г., подзаконными актами, утвержденными Министерством Финансов РФ, в том числе «Методическими указаниями по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденных приказом Министерства Финансов РФ №49 от 13 июня 1995г. Проступок можно совершить, только не выполняя надлежащим образом возложенные на работника обязанности. У истцов нет таких должностных обязанностей, как хранение ТМЦ и денежных средств, нет обязанностей по приему ТМЦ от каких-либо лиц. Ответчик пояснила, что истцы на склад не выезжали, ТМЦ на складе не получали, следовательно, прием ТМЦ не осуществляли. Полагает, что истцы не могли быть привлечены к ответственности за недостачу ТМЦ по п.7 ч.1 ст.81 ТК РФ, доказательства совершения истцами дисциплинарного проступка отсутствуют. Кроме того, ответчиком нарушен порядок и срок увольнения ФИО4, что влечет за собой незаконность увольнения. На основании изложенного, полагает, что исковые требования ФИО4 подлежат удовлетворению.

Ответчик ИП ФИО6 требования истцов не признала в полном объеме, считает, что инвентаризация товарно-материальных ценностей, проверка движения денежных средств проведены в присутствии истцов, с актом «Расхождение материальных ценностей по учету от 20.02.2017г., Мегафон 2» истцы были согласны, 22.02.2017г. подписи свои поставили лично, без какого-либо принуждения. Факт перевода денежных средств через платежную систему Киберплат на банковские карты и мобильные телефоны подтвердили. Несмотря на имеющиеся нарушения при проведении инвентаризации, имелись основания для увольнения истцов по п.7 ч.1 ст.81 ТК РФ. Полагает, что были установлены все обстоятельства привлечения истцов к дисциплинарной ответственности. В одном из рапортов сотрудника полиции указано, что денежные средства истцы переводили на счета родственников и подконтрольные им счета, что и привело к утрате доверия. Срок и порядок увольнения истцов ею не нарушен.

Представитель ответчика ФИО7 поддержал доводы своего доверителя. Считает, что, поскольку ведомость учета товарно-материальных ценностей от 20.02.2017г. истцы подписали, тем самым они признали факт недостачи денежных сумм, в том числе по сигаретам. Факт снятия и передачи истцами ответчику либо ее доверенному лицу ФИО8 переведенных ими на карты денежных средств ничем не подтвержден, что свидетельствует о виновных действиях истцов и о наличии оснований для увольнения их по п.7 ч.1 ст.81 ТК РФ. Рапорт сотрудника полиции – это документ, который послужил основанием для возбуждения уголовного дела по факту хищения денежных средств неустановленными лицами. Истцы фигурируют в рамках уголовного дела как свидетели, но они не оспаривали факт совершения ими переводов на подконтрольные им счета и номера сотовых телефонов. Факт возбуждения уголовного дела подтверждает наличие у работодателя оснований для увольнения сотрудников. Кроме того, работодатель провел проверку, целью которой было не установление ущерба, а выявление оснований возможного увольнения работников. Когда работодателю стало известно, что денежные средства были переведены и ему не возвращены, появились основания для увольнения истцов. Работодатель обнаружил дисциплинарный проступок истцов 31 марта 2017 года, что послужило основанием для увольнения. На основании акта «Расхождение ТМЦ по учету 20.02.2017г» работодатель не мог уволить сотрудников, поэтому понадобились дополнительные сведения. По состоянию на 05.03.2017 года факт проступка установлен не был и был вынесен приказ о проведении проверки, в связи с чем работодатель не нарушил сроки привлечения работников к дисциплинарной ответственности. У работодателя ранее отсутствовала возможность получить сведения о подконтрольных истцам счетах и картах, он не мог заметить хищение потому, что в рабочих тетрадях истцы делали исправление и суммы совпадали. Как только работодателю стало известно о том, что истцы завладели денежными средствами и не вернули их работодателю, то имело место утрата доверия работодателем, на основании чего истцы были уволены. Виновные действия истцов выразились в совершении переводов денежных средств на подконтрольные им счета, в тайне от работодателя Незначительные нарушения при проведении инвентаризации не могут служить основаниями для удовлетворения исков. Порядок увольнения был соблюден работодателем, сроки увольнения не пропущены. 

Третье лицо ФИО8 пояснил, что работает у ИП ФИО9 с 2007 года в должности торгового агента на основании трудового договора, который заключен на неопределенный срок. В его обязанности входит обеспечение торговых точек товаром, инкассация выручки и передача денежных средств ФИО6 Все денежные средства, инкассируемые им, имели наличный характер, ни в одном магазине ответчика нет платежных терминалов. Он доставлял товар в торговую точку и получал инкассацию один раз в неделю. В рабочих тетрадях имеются его подписи, он расписывался за деньги и ставил печать ИП ФИО9. Все полученные деньги передавал ИП ФИО9 лично, без документального подтверждения, иногда ответчик лично получала выручку и расписывалась за нее. Он участвовал при проведении инвентаризации ТМЦ, которая проводилась за 3 месяца, предшествующих дате проведения инвентаризации. Инвентаризация по платежам и движению денежных средств производилась за весь период работы истцов. Проверку платежной системы проводил он, это была единственная проверка за весь период работы магазина. Он не просил работников переводить денежные средства на банковские карты и номера сотовых телефонов, снимать деньги и передавать их ему. Бухгалтерский учет у ИП ФИО9 ведется, отслеживается приход и продажа товаров, у ИП ФИО9 все выдается под роспись, забирается под роспись. ФИО4 и ФИО2 участвовали при проведении инвентаризации 20.02.2017г., изначально истцы полностью сознались в хищении. Они вносили исправления в тетради, по которым сдавалась выручка, объяснения об этом они дать отказались. В отделе полиции, сразу после обнаружения хищения, истцы добровольно соглашались вернуть работодателю 400 000 руб. и сознались в том, что совместно их похитили, разделили поровну, но затем они отказались от своих показаний. 20.02.2017 года сведения о платежах и переводах невозможно было выгрузить в полном объеме. С этого момента начался учет, который продолжался 21 и только 22 был вынесен итоговый акт по проведению инвентаризации. Всего истцы похитили совместно 1 300 000 руб., что установлено актом «Расхождение материальных ценностей по учету 20.02.2017 года». Приказа об окончании инвентаризации не было. 05.03.2017 года поведена проверка в отношении еще одного бывшего сотрудника ФИО работавшей в составе коллектива ФИО2 и ФИО4. Считает, что в хищении денежных средств имеется вина истцов, поскольку рабочие пароли для перевода денежных средств имелись только у продавцов, а отсутствие вины в совершении дисциплинарного проступка должны доказывать работники – истцы по делу. 

Истцы ФИО2, ФИО4 в судебное заседание не явились, извещены надлежаще, просили о рассмотрении дела в свое отсутствие. Ранее, каждая в отдельности, поддержали заявленные требования по изложенным в исках основаниям, пояснили, что 20.02.2017г. принимали участие в проведении инвентаризации товарно-материальных ценностей. Поскольку при проведении инвентаризации товарно-материальных ценностей претензий к ним у работодателя не имелось, они полагали, что у них имеется право на увольнение по собственному желанию. Считают, что принятием незаконных приказов об увольнении нарушены их трудовые права.

В силу ст.167 Гражданского процессуального кодекса российской Федерации суд полагает возможным рассмотреть дело при имеющейся явке. 

Выслушав пояснения участников процесса, исследовав письменные материалы дела, все доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему. 

Как установлено в судебном заседании и следует из представленного истцом ФИО2 трудового договора, 01 января 2010 года между ФИО2 и ИП ФИО6 был заключен трудовой договор б/н, согласно которому ФИО2 была принята на работу в магазин «Босс» ИП ФИО9 (/// на должность продавца-консультанта. Работнику установлен должностной оклад (тарифная ставка) в размере 1 500 руб. в месяц, а также надбавка (доплаты и другие выплаты): 5% к окладу (тарифной ставке) за проданные аксессуары; по 25 руб. – за каждый проданный телефон; по 100 руб. – за самостоятельно принятый и реализованный телефон; по 25 руб. – за каждое подключение, по 1 руб. - за карту оплаты. Работнику установлена неполная рабочая неделя: три дня в неделю, выходные по соглашению с работодателем. В обязанности ФИО2 входило принимать товар согласно счету-фактуре (накладной), выставлять в продажу и реализовывать товар, вести кассовую книгу, учет реализованного товара, содержать торговое оборудование в надлежащем состоянии, своевременно составлять заказы необходимого товара, нести полную материальную ответственность за полученный и находящийся на реализации товар (т.1 л.д.3-4, 53, т.2 л.д.91-91 об.).

В ходе судебного разбирательства истцом и ответчиком ИП ФИО6 в материалы дела представлен трудовой договор б/н от 01.01.2010г., подписанный ФИО2, имеющий иное содержание в части предмета договора, размера заработной платы, обязанностей, рабочего времени и времени отдыха, а именно: ФИО2 принимается на должность продавца-консультанта непродовольственных товаров, ей установлен должностной оклад в размере 1 500 руб. в месяц плюс районный коэффициент 15%, допускается денежное премирование по результатам работы по усмотрению работодателя, работнику установлен испытательный срок в три месяца. Круг общих должностных обязанностей работника определен разделом 2 Договора и Должностной инструкцией. Работнику устанавливается неполная рабочая неделя неполный рабочий день с предоставлением выходных дней по скользящему графику (т.1 л.д. 24-24об., 53-54, т.2 л.д.6-6 об.,90-90 об.).

Как следует из представленного истцом ФИО4 трудового договора, 11 мая 2010 года между ФИО4 и ИП ФИО6 был заключен трудовой договор б/н, согласно которому ФИО4 была принята на работу в магазин «Меркурий» ИП ФИО9 /// на должность продавца-консультанта. Работнику установлен должностной оклад (тарифная ставка) в размере 1 500 руб. в месяц, а также надбавка (доплаты и другие выплаты): 5% к окладу (тарифной ставке) за проданные аксессуары; по 25 руб. – за каждый проданный телефон; по 30% от прибыли за самостоятельно принятый и реализованный телефон; по 25 руб. – за каждое подключение, по 1 руб. за карту оплаты, по 5% от выручки за проданные духи и сигары. Работнику установлена неполная рабочая неделя: четыре дня в неделю, выходные по соглашению с работодателем. В обязанности ФИО2 входило принимать товар согласно счету-фактуре (накладной), выставлять в продажу и реализовывать товар, вести кассовую книгу, учет полученного и реализованного товара, содержать торговое оборудование в надлежащем состоянии, своевременно и объективно составлять заказы необходимого товара, нести полную материальную ответственность за полученный и находящийся на реализации товар (т.1 л.д.63-63 об., т.2 л.д.92-92 об.).

В ходе судебного разбирательства истцом и ответчиком ИП ФИО6 в материалы дела представлен трудовой договор б/н от 11.05.2010г., подписанный ФИО4, также имеющий иное содержание в части предмета договора, размера заработной платы, обязанностей, рабочего времени и времени отдыха, а именно: ФИО4 принимается на должность продавца-консультанта непродовольственных товаров, ей установлен должностной оклад в размере 1 500 руб. в месяц плюс районный коэффициент 15%, допускается денежное премирование по результатам работы по усмотрению работодателя, работнику установлен испытательный срок в три месяца. Круг общих должностных обязанностей работника определен разделом 2 Договора и Должностной инструкцией. Работнику устанавливается неполная рабочая неделя неполный рабочий день с предоставлением выходных дней по скользящему графику (т.1 л.д. 71-71об.).

Таким образом, представленные истцами и ответчиком трудовые договоры свидетельствуют об изменении существенных условий трудовых договоров, заключенных с истцами. Вместе с тем, они подписаны работниками, истцами заявлены иные требования, имеющие другие основания, в связи с чем суд не входит в суждения о законности изменения существенных условий трудовых договоров. 

Должностной инструкцией продавца - консультанта непродовольственных товаров ФИО2, утвержденной ИП ФИО6 01.06.2014г., ей вменен объем знаний, которыми должен владеть продавец-консультант (п.1.5, 1.6 Общих положений), возложен ряд функций, в том числе участие в проведение инвентаризации (раздел 2), а также на нее возложены обязанности (раздел 3), в том числе готовить товары к инвентаризации; работать при необходимости на кассовой машине, подсчитывать чеки (деньги) и сдавать их в установленном порядке, сверять суммы реализации с показаниями кассовых счетчиков; участвовать в проведении инвентаризации (т.3 л.д.59-59 об).

Должностной инструкцией старшего продавца - консультанта непродовольственных товаров ФИО4, утвержденной ИП ФИО6 01.06.2014г., ей вменен аналогичный объем знаний, которыми должен владеть продавец-консультант (п.1.5, 1.6 Общих положений), возложен ряд аналогичных функций, в том числе участие в проведение инвентаризации (раздел 2), а также на нее возложены аналогичные обязанности (раздел 3), в том числе готовить товары к инвентаризации; работать при необходимости на кассовой машине, подсчитывать чеки (деньги) и сдавать их в установленном порядке, сверять суммы реализации с показаниями кассовых счетчиков; участвовать в проведении инвентаризации (т.3 л.д.59-59 об.).

01 июня 2014 года между коллективом в лице его руководителя ФИО4 и ИП ФИО6 заключен договор о коллективной материальной ответственности, согласно которому коллектив принимает на себя коллективную материальную ответственность за необеспечение сохранности имущества и других ценностей, переданных ему для розничной торговли и платежей. В разделе 2 определены права и обязанности сторон, в разделе 3 – порядок ведения учета и отчетности. В заключительных положениях Договора имеются подписи работников ФИО и ФИО2 При этом состав коллектива никаким локальным документом, регламентирующим трудовую деятельность, не определен (т.1 л.д. 25-25 об., т.2 л.д.85-85 об.).

28 февраля 2016 года между членами коллектива ФИО4 (руководитель), ФИО2, ФИО1 и ИП ФИО6 заключен договор о коллективной материальной ответственности, согласно которому коллектив принимает на себя коллективную материальную ответственность за необеспечение сохранности имущества и других ценностей, переданных ему для хранения и реализации. В разделе 2 определены права и обязанности сторон, в разделе 3 – порядок ведения учета и отчетности. В заключительных положениях Договора имеются подписи названных работников (т.1 л.д.26-26 об., т.2 л.д.86-86 об.). 

Как установлено статьей 245 Трудового кодекса РФ, при совместном выполнении работниками отдельных видов работ, связанных с хранением, продажей (отпуском) переданных им ценностей, когда невозможно разграничить ответственность каждого работника, за причинение ущерба и заключить с ним договор о возмещении ущерба в полном размере, может вводиться коллективная (бригадная) материальная ответственность. Письменный договор о коллективной (бригадной) материальной ответственности за причинение ущерба заключается между работодателем и всеми членами коллектива (бригады). По договору о коллективной материальной ответственности ценности вверяются заранее установленной группе лиц, на которую возлагается полная материальная ответственность за их недостачу. 

Постановлением Министерства труда и социального развития РФ от 31.12.2002 года №85 утверждены Перечни должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности, и Типовые формы договоров о полной материальной ответственности. В Перечнях указано, что могут заключаться договора о полной материальной ответственности: с лицами, замещающими должности директора, заведующего, администратора или другого руководителя организаций и подразделений (в том числе секций, приемных, пунктов, отделов, залов) торговли, или выполняющие работы по приему на хранение, хранению, учету, отпуску (выдаче) материальных ценностей; с руководителями и иными работниками, осуществляющими операции по купле, продаже. Такой договор заключается также с лицами, выполняющими работы: по приему и выплате всех видов платежей; по расчетам при продаже (реализации) товаров (в том числе не через кассу, через кассу, без кассы через продавца или иного лица, ответственного за осуществление расчетов); по купле (приему), продаже (торговле, отпуску, реализации) товаров (продукции), подготовке их к продаже (торговле, отпуску, реализации); по приему на хранение, обработке (изготовлению), хранению, учету, отпуску (выдаче) материальных ценностей на складах. 

Постановлением определено, что решение Работодателя об установлении полной коллективной (бригадной) материальной ответственности оформляется приказом (распоряжением) Работодателя и объявляется Коллективу (бригаде). Приказ (распоряжение) Работодателя об установлении полной коллективной (бригадной) материальной ответственности прилагается к договору о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности. Комплектование вновь создаваемого Коллектива (бригады) осуществляется на основе принципа добровольности. При включении в состав Коллектива (бригады) новых работников принимается во внимание мнение Коллектива (бригады). Руководство Коллективом (бригадой) возлагается на руководителя Коллектива (бригадира). Руководитель Коллектива (бригадир) назначается приказом (распоряжением) Работодателя. При этом принимается во внимание мнение Коллектива (бригады). При временном отсутствии руководителя Коллектива (бригадира) его обязанности возлагаются Работодателем на одного из членов Коллектива (бригады). При смене руководителя Коллектива (бригадира) или при выбытии из Коллектива (бригады) более 50 процентов от его первоначального состава настоящий Договор должен быть перезаключен.

Таким образом, при разрешение настоящего спора ответчику в соответствии с правилами статьи 56 Трудового кодекса РФ о Трудовом договоре, надлежало представить доказательства того, что: ответчиками выполнялась совместная работа, связанная с продажей товаров, находящихся в магазине, и возможности разграничить ответственность каждого из них за недостачу товаров и других ценностей не имелось; что им соблюден порядок установления коллективной (бригадной) ответственности.

Из текста договора о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности от 28.02.2016г., оформленного в связи с принятием нового работника ФИО1, что не соответствует п.5 вышеуказанного Перечня, следует, что он заключен между работодателем ИП ФИО6 и членами коллектива в лице руководителя ФИО4, ФИО2, ФИО1 В качестве основания заключения договора указано - принятие на себя коллективной материальной ответственности за необеспечение сохранности имущества и других ценностей, переданных коллективу для хранения и реализации.

Приказы об установлении полной коллективной (бригадной) материальной ответственности в магазине, в котором работали истцы, об определении коллектива бригады, о назначении руководителя бригады ответчиком ИП ФИО6 суду не представлены.

Как следует из пояснений сторон, мнение работников магазина об установлении коллективной (бригадной) материальной ответственности, о порядке формирования бригады и ее составе, о назначении бригадира работодатель не выяснял.

Доказательств того, что при выполнении ФИО2 и ФИО4 работы по продаже товаров, по расчетам при продаже товаров в магазине, не имелось возможности разграничить ответственность каждого работника, работодатель ИП ФИО6 суду не представила.

Указанные обстоятельства позволяют суду сделать вывод, что в установленном законом порядке коллективная (бригадная) материальная ответственность работодателем ИП ФИО6 не вводилась. В связи с чем, договор о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности не может быть принят судом в качестве доказательства, поскольку не отвечает требованиям допустимости. Из текста документа, в котором указано, что он заключен 28.02.2016г., не представляется возможным установить, давали ли свое согласие работники на комплектование коллектива бригады, который должен создаваться на основе принципа добровольности.

Кроме этого, договором о коллективной материальной ответственности от 28.02.2016г. работникам вменена материальная ответственность за необеспечение сохранности имущества и других ценностей, переданных им для хранения и реализации. Вместе с тем, обязанность по обеспечение хранения товаров и других ценностей истцам не вменялась. 

При наличии таких обстоятельств суд приходит к выводу, что оснований для возложения на истцов коллективной (бригадной) материальной ответственности за переданные им товарно-материальные ценности не имеется. Следовательно, на истцов, как на лиц, выполнявших работу по продаже (реализации) товаров и по расчету при продаже товаров, может быть возложена только индивидуальная материальная ответственность за причинение недостачи работодателю.

При этом, ни данным договором, ни каким-либо другим договором индивидуальная либо коллективная материальная ответственность истцов за перевод денежных средств на банковские карты и номера сотовых телефонов с рабочих компьютеров магазина не предусмотрена. 

Как следует из пояснений истцов, перевод денежных средств через платежную систему Киберплат на банковские карты и сотовые телефоны осуществлялась ими по устному распоряжению ФИО8, который является супругом ответчика и работает у ИП ФИО6 в должности торгового агента. В дальнейшем обналиченные денежные средства передавались ими ФИО8, за что он ежемесячно выплачивал им денежное вознаграждение в размере 3 000 руб. При этом, расписка за переданные ими денежные средства ФИО8 не составлялась. Требовать от него расписку они не могли, поскольку боялись потерять работу, которую в г.Камне-на-Оби найти очень сложно. Присвоение денежных средств они не совершали.

Более подробные объяснения об этом даны работниками ФИО2 и ФИО4 04.04.2017г. в рамках уголовного дела №11701010018693204, возбужденного по признакам состава преступления, предусмотренного ч.4 ст.160 УК РФ (т.1 л.д.111-117, т.2 л.д.111-117). 

Согласно приказу ИП ФИО6 от 01.01.2007г. №3 ФИО8 принят на работу на должность торгового агента. Согласно п.2.1.10 Трудового договора от 01.01.2007г. б/н, заключенного с ним, и п.2.6, п.3.12 Должностной инструкции, на ФИО8 возложены функции и обязанности получения и доставки денежных средств за реализованный товар (т.3 л.д.61-65). 

Вместе с тем, как установлено в судебном заседании и следует из пояснений третьего лица ФИО8, все денежные отношения с продавцами, в том числе с истцами, строились на доверительных отношениях, денежные средства, полученные от реализации товаров, передавались им ИП ФИО6 без составления какого-либо документа (акта приема-передачи денежных средств, приходного кассового ордера, др.), надлежащий бухгалтерский учет ИП ФИО6 не велся, кассовая книга не оформлялась, проверка движения денежных средств по платежной системе Киберплат, как следует из материалов дела, не проводилась с 2015г. по февраль 2017г. (т.1 л.д.106). 

Таким образом, при отсутствии должного бухучета ТМЦ и денежных средств, установить, что именно истцы виновны в недостаче ТМЦ и денежных средств, не представляется возможным. 

Судом установлено, что основании приказа ИП ФИО6 от 20.02.2017г. №1, Отд. Мегафон, ///, проведена инвентаризация товарно-материальных ценностей, основанием которой, как указано в приказе, явилось уже заранее предрешенное увольнение ФИО4 и ФИО2 Данным приказом определен состав инвентаризационной комиссии, срок проведения инвентаризации – 20 февраля 2017 года, срок сдачи материалов по инвентаризации – 20 февраля 2017 года. С приказом ФИО2 и Ольховская ознакомлены (т.2 л.д.79). 

По результатам инвентаризации 20.02.2017г. составлен документ «Учет на 20.02.2017г. Мегафон 2», содержащий опись товаров, в которой указаны отклонения (недостача) от фактической стоимости сигарет на сумму 116 614 руб., флаконов духов – на сумму 4 022 руб., излишки аксессуаров на сумму 2 341 руб., имеются рукописные надписи о возврате отдельных товаров по фактуре торговому агенту ФИО8, передаче товара в другой отдел (планшет Oysters 72), о несписании 22.01.2017г. телефона Jinga F 200). Данный документ подписан всеми членами инвентаризационной комиссии (т.1 л.д.28-30, 73-75, т.2 л.д.82-83).

Вместе с тем, 22 февраля 2017 года, то есть за пределами срока проведения инвентаризации ТМЦ и срока сдачи материалов по инвентаризации, составлен документ под наименованием «Расхождение материальных ценностей по учету 20.02.2017г., Мегафон 2», подписанный членами инвентаризационной комиссии, в том числе, как установлено заключением судебной почерковедческой экспертизы, ФИО2 и ФИО4, содержащий дополнительно иные данные в сравнении с учетом от 20.02.2017г., в которой указано, что установлена недостача товарно-материальных ценностей: телефона Jinga F 200 на сумму 990 руб., излишки по кассе – 13 458 руб., выявлено хищение денежных средств продавцами ФИО2 и ФИО4 методом исправления контрольных значений в тетради учета и переводом денежных средств на подконтрольные им карты Сбербанка и номера телефонов с рабочих компьютеров: Компьютер 1 – похищено 615 691 руб., компьютер 2 – похищено 677 606 руб., не хватает телефона ZTE А-5, стоимостью 2 490 руб. (т.1 л.д.31,76, 248, т.2 л.д.77).

В ст.11 Федерального закона от 06.12.2011г. №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» определено, что активы и обязательства подлежат инвентаризации. При инвентаризации выявляется фактическое наличие соответствующих объектов, которое сопоставляется с данными регистров бухгалтерского учета. Случаи, сроки и порядок проведения инвентаризации, а также перечень объектов, подлежащих инвентаризации, определяются экономическим субъектом, за исключением обязательного проведения инвентаризации. Обязательное проведение инвентаризации устанавливается законодательством Российской Федерации, федеральными и отраслевыми стандартами. Выявленные при инвентаризации расхождения между фактическим наличием объектов и данными регистров бухгалтерского учета подлежат регистрации в бухгалтерском учете в том отчетном периоде, к которому относится дата, по состоянию на которую проводилась инвентаризация.

В п. 12 Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации, утвержденного приказом Минфина РФ от 29.07.1998 года №34н, действующего на момент проведения ИП ФИО6 инвентаризации товарно-материальных ценностей, все хозяйственные операции, проводимые организацией, должны оформляться оправдательными документами. Эти документы служат первичными учетными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет.

Факт недостачи подтверждается результатами проведенной соответствующей инвентаризации. Нормы действующего законодательства Российской Федерации предъявляют строгие требования не только к процедуре (порядку) проведения инвентаризации, но и к точности, ясности, правильности составления инвентаризационной описи и соответствующих документов, а также к подписям лиц, принимавшим участие в инвентаризации, так как эти документы служат допустимым доказательством наличия или отсутствия недостачи товарно-материальных ценностей.

В п.п.26,27 Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации указано, что для обеспечения достоверности данных бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности организации обязаны проводить инвентаризацию имущества и обязательств, в ходе которой проверяются и документально подтверждаются их наличие, состояние и оценка. Проведение инвентаризации обязательно при смене материально-ответственных лиц.

В соответствии с пунктом 1.4. Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденных приказом Минфина РФ от 13.06.1995г. №49 (в ред. от 08.11.2010), основными целями инвентаризации являются: выявление фактического наличия имущества; сопоставление фактического наличия имущества с данными бухгалтерского учета; проверка полноты отражения в учете обязательств.

В Методических указаниях предусмотрено, что для проведения инвентаризации в организации создается постоянно действующая инвентаризационная комиссия (п.2.2).

Согласно пункту 2.3. Методических указаний, в состав инвентаризационной комиссии включаются представители администрации организации, работники бухгалтерской службы, другие специалисты (инженеры, экономисты, техники и т.д.). Персональный состав постоянно действующих и рабочих инвентаризационных комиссий утверждает руководитель организации.

В силу пункта 2.4. Методических указаний до начала проверки фактического наличия имущества инвентаризационной комиссии надлежит получить последние на момент инвентаризации приходные и расходные документы или отчеты о движении материальных ценностей и денежных средств.

Материально ответственные лица дают расписки о том, что к началу инвентаризации все расходные и приходные документы на имущество сданы в бухгалтерию или переданы комиссии и все ценности, поступившие на их ответственность, оприходованы, а выбывшие списаны в расход.

Инвентаризационная комиссия обеспечивает полноту и точность внесения в описи данных о фактических остатках товаров, денежных средств, правильность и своевременность оформления материалов инвентаризации (пункт 2.6.).

Фактическое наличие имущества при инвентаризации определяют путем обязательного подсчета (пункт 2.7.).

Проверка фактического наличия имущества производится при обязательном участии материально ответственных лиц (п. 2.8).

В силу пунктов 2.5, 2.9, 2.10 Методических указаний сведения о фактическом наличии имущества и реальности учтенных финансовых обязательств записываются в инвентаризационные описи не менее чем в двух экземплярах. Описи заполняются четко и ясно, без помарок и подчисток. Исправления должны быть оговорены и подписаны всеми членами инвентаризационной комиссии и материально ответственными лицами. Описи подписывают все члены инвентаризационной комиссии и материально ответственные лица. В конце описи материально ответственные лица дают расписку, подтверждающую проверку комиссией имущества в их присутствии, об отсутствии к членам комиссии каких-либо претензий и принятии перечисленного в описи имущества на ответственное хранение.

Если инвентаризация имущества проводится в течение нескольких дней, то помещения, где хранятся материальные ценности, при уходе инвентаризационной комиссии должны быть опечатаны (п.2.12).

Как установлено судом, и из материалов дела следует то, что инвентаризация товарно-материальных ценностей 20.02.2017г. в магазине Мегафон 2 проведена с нарушением требований закона и указанных нормативных документов. 

В соответствии с должностной инструкцией продавцы-консультанты обязаны, в том числе: готовить товары к инвентаризации; работать при необходимости на кассовой машине, подсчитывать чеки (деньги) и сдавать их в установленном порядке, сверять суммы реализации с показаниями кассовых счетчиков; получать товары со склада, участвовать в проведении инвентаризации, составлять и оформлять товарные отчеты, акты на брак, недостачу, пересортицу товаров и приемо-сдаточных актов при передаче материальных ценностей. 

Из содержания приказа о проведении инвентаризации невозможно сделать вывод, в отношении каких именно лиц она должна быть проведена, учитывая, что в магазине Мегафон 2 наряду с истцами работала в качестве продавца-консультанта ФИО1, а ранее – продавец-консультант ФИО

Из представленных документов не представляется возможным установить, за какой период проводилась инвентаризация, какие товарно-материальные ценности и в какой период времени были переданы на подотчет каждому из работников, у кого из них и на какую сумму образовалась недостача. Иных доказательств в подтверждение размера причиненного каждым из работников ущерба ИП ФИО6 суду не представлено. При этом, как установлено судом, ТМЦ истцы со склада не получали, расписывались только в накладных на товары, которые передавал им ФИО8, составлять отчеты о движении денежных средств через платежную систему Киберплат, передавать работодателю или иному лицу денежные средства, вырученные от продажи товаров и услуг, в неустановленном порядке (без оприходования денег, без акта либо расписок) в должностные обязанности истцов не входило. Предавать все вырученные от реализации товаров и услуг наличные денежные средства ИП ФИО9 входило в обязанности торгового агента ФИО8 

Составленный по итогам проверки документ под наименованием «Учет на 20.02.2017г. Мегафон 2» не может быть расценен как инвентаризационная опись ТМЦ и не может быть признан допустимым доказательством в подтверждение наличия недостачи в указанных суммах, поскольку составлен в нарушение п.2.4, пунктов 2.5, 2.9, 2.10, 2.12 Методических указаний. Акты о наличии денежных средств в магазине, опись фактических остатков товаров, акт результатов проверки ТМЦ за подписью комиссии не составлялись. ФИО2 и ФИО4 не подтвердили своей личной подписью тот факт, что к моменту проведения инвентаризации все товары и тара, поступившие на их ответственность, оприходованы, а выбывшие списаны в расход, а также тот факт, что у них в подотчете имелись денежные средства, не сданные торговому агенту ФИО8

Как следует из пояснений истцов, 19 февраля 2017 года у них были отобраны ключи от магазина, они больше не были допущены в помещение магазина, которое не опечатывалось, в то время как 22.02.2017г. был составлен еще один документ под наименованием «Расхождение материальных ценностей по учету 20.02.2017г., Мегафон 2». 

Факт изъятия у продавцов ключей от магазина и недопуска их в помещение магазина подтверждается и письменными объяснениями продавца-консультанта ФИО1, данными ею в рамках уголовного дела №... возбужденного по признакам состава преступления, предусмотренного ч.4 ст.160 УК РФ (т.1 л.д.79, т.2 л.д.109). 

Заключение служебной проверки по факту недостачи ТМЦ и хищения денежных средств не составлялось, указание в документе «Расхождение материальных ценностей по учету 20.02.2017г., Мегафон 2» на хищение денежных средств по компьютерам 1 и 2 не позволяет в должной мере определить, причинен ли ущерб на указанные суммы именно истцами, размер ущерба, причиненного каждым из истцов. Локальные акты, которыми руководителем организации определено количество инвентаризаций в отчетном периоде, даты их проведения, перечень имущества и финансовых обязательств, проверяемых при каждой из них, суду не представлены.

Наличие таких обстоятельств дает суду основание признать результаты инвентаризации, проведенной ИП ФИО6 20.02.2017г. года на основании приказа от 20.02.2017г. недействительными, поскольку она проведена с нарушением Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденных приказом Министерства финансов РФ от 13.06.1995 года №49. Поэтому, в связи с допущенными нарушениями, ее результаты нельзя признать объективными и достоверными.

Тот факт, что истцы подписали документ - «Расхождение материальных ценностей по учету 20.02.2017г., Мегафон 2» и, по мнению стороны ответчика, тем самым согласились с тем, что они похитили денежные средства на указанные суммы, не свидетельствуют о бесспорном доказательстве результатов инвентаризации и установлении факта хищения истцами денежных средств при переводе их через платежную систему Киберплат учитывая, что проверка движения денежных средств ИП ФИО9 не проводилась с 2015 года, и не свидетельствуют о совершении истцами корыстного правонарушения, влекущего привлечение к дисциплинарной ответственности по п. 7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ - совершение виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, если эти действия дают основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя.

Иных доказательств, достоверно свидетельствующих о том, что у каждого из работников – ФИО2 и ФИО4 образовалась недостача товарно-материальных ценностей и ими совершено хищение денежных средств, суду не представлено. Факт совершения ими какого-либо корыстного правонарушения отсутствует.

Изложенное свидетельствует о том, что ответчиком до увольнения истцов не установлены виновные действия ФИО2 и ФИО4, дающие основание для утраты доверия со стороны работодателя. 

Суд отклоняет доводы представителя ответчика о том, что материалами возбужденного по признакам состава преступления, предусмотренного ч.4 ст.160 УКРФ, уголовного дела, в частности объяснениями ФИО2 и ФИО4, подтверждается факт хищения истцами денежных средств. Согласно материалам уголовного дела №..., возбужденного по признакам состава преступления, предусмотренного ч.4 ст.160 УК РФ - Присвоение или растрата, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, обвинение ФИО2 и ФИО4 до настоящего времени не предъявлено (т.1 л.д.105-246, т.2 л.д.102-250, т.3 л.д.1-54).

В соответствии с п.7 ч.1 ст.81 Трудового кодекса РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае совершения виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, если эти действия дают основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя.

В соответствии с п.23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. №2 «О применении судами РФ Трудового Кодекса РФ» при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

В соответствии с п.3 ч.1 ст.192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарное взыскание в виде увольнения по соответствующим основаниям.

К дисциплинарным взысканиям, в частности, относится увольнение работника по основаниям, предусмотренным п.7 ч.1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации.

Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 17.03.2004 года №2 «О применении судами РФ Трудового Кодекса РФ» разъяснил (пункт 45), что увольнение в связи с утратой доверия возможно только в отношении работников, непосредственно обслуживающих денежные или товарные ценности (прием, хранение, транспортировка, распределение и т.п.), и при условии, что ими совершены такие виновные действия, которые давали работодателю основание для утраты доверия к ним. При установлении в предусмотренном законом порядке факта совершения хищения, взяточничества и иных корыстных правонарушений эти работники могут быть уволены по основанию утраты к ним доверия и в том случае, когда указанные действия не связаны с их работой. Если виновные действия, дающие основания для утраты доверия, совершены работником по месту работы и в связи с исполнением трудовых обязанностей, то такой работник может быть уволен по пункту 7 статьи 81 Трудового кодекса РФ при условии соблюдения порядка применения дисциплинарных взысканий, установленного статьи 193 Трудового кодекса РФ (пункт 47). 

В статье 52 указанного Постановления разъяснено, что увольнение работника за совершение виновных действий, дающих основание для утраты доверия, по другим основаниям (пункты 5 - 10 части первой статьи 81, пункт 1 статьи 336 ТК РФ) является мерой дисциплинарного взыскания (часть третья статьей 192 ТК РФ). Поэтому увольнение по указанным основаниям допускается не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на соблюдение процедуры учета мнения представительного органа работника (часть третья статьи 193 ТК РФ). Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии или проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки - позднее двух лет со дня его совершения. В указанные сроки не включается время производства по уголовному делу (часть четвертая ст.193 ТК РФ).

Согласно ч.ч.1-6 ст.193 Трудового кодекса Российской Федерации до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Не предоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки - позднее двух лет со дня его совершения. В указанные сроки не включается время производства по уголовному делу. За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание. Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Проверяя наличие основания увольнения работников–истцов по настоящему делу, то есть установление работодателем факта совершения истцами корыстного правонарушения или иного виновного действия, которое давало бы работодателю основание для утраты доверия к нему, суд приходит к выводу, что работодателем-ответчиком по делу наличие таких обстоятельств не доказано, поскольку хищение денежных средств истцами ФИО2 и ФИО4 в результате каких-либо виновных противоправных действий истцов либо неисполнения (ненадлежащего исполнения) возложенных на них трудовых обязанностей, ответчик суду не представила в нарушение положений ст.56 Гражданского процессуального кодекса РФ и разъяснений, данных в п.23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 №2. Сам факт недостачи основанием к увольнению по п. 7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ не является.

Как установлено в судебном заседании, приказом от 31.03.2017г. №161 о прекращении трудового договора с работником (увольнении) с ФИО2 был прекращен трудовой договор от 01.01.2010г., трудовой договор расторгнут на основании «акта о расхождении материальных ценностей (результатах проверки) от 22.02.2017г. с инвентаризационным материалом, объяснений работников, приказа от 05.03.2017г. №2 о проверки документооборота, акта об отказе от 05.03.2017г.». При этом, ссылка на норму Трудового кодекса РФ, по которой уволена ФИО2, ее подпись об ознакомлении с приказом, в данном приказе отсутствуют (т.1 л.д.250).

Однако, в полученной ФИО2 31 мая 2017 года трудовой книжке содержится запись за №09 от 31.03.2017г. о том, что она уволена на основании приказа от 31.03.2017г. №161 по п. 7 ч. 1 ст.81 ТК РФ, то есть в связи с совершением виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, если эти действия дают основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя (т.1 л.д.6-12). 

Согласно извещению от 31.03.2017г. №1 ФИО2 уведомлена о том, что трудовой договор с ней расторгнут 31.03.2017г. на основании п.7 ч.1 ст.81 ТК РФ, она уволена за совершение виновных действий, которые способствовали утрате товарно-материальных ценностей, непосредственно участвовала в этом; предложено 10.04.2017г. явиться по указанному в уведомлении адресу для окончательного расчета, а также получения трудовой книжки (т.2 л.д.7).

Приказом от 31.03.2017г. №162 о прекращении трудового договора с работником (увольнении) с ФИО4 был прекращен трудовой договор от 11.05.2010г., трудовой договор расторгнут на основании «акта о расхождении материальных ценностей (результатах проверки) от 22.02.2017г. с инвентаризационным материалом, объяснений работников, приказа от 05.03.2017г. №2 о проверки документооборота, акта об отказе от 05.03.2017г.». При этом, ссылка на норму Трудового кодекса РФ, по которой уволена ФИО4, ее подпись об ознакомлении с приказом, в данном приказе отсутствуют (т.2 л.д.1).

Согласно извещению от 31.03.2017г. №1 ФИО4 уведомлена о том, что трудовой договор с ней расторгнут 31.03.2017г. на основании п.7 ч.1 ст.81 ТК РФ, она уволена за совершение виновных действий, которые способствовали утрате товарно-материальных ценностей, непосредственно участвовала в этом; предложено 10.04.2017г. явиться по указанному в уведомлении адресу для окончательного расчета, а также получения трудовой книжки (т.2 л.д.8). 

Разрешая возникший между сторонами спор, суд приходит к выводу, что в рассматриваемом случае порядок и срок применения дисциплинарного взыскания в виде увольнения истцов по п.7 ч.1 ст.81 ТК РФ не был соблюден.

В материалах дела имеется акт об отказе продавцов–консультантов ФИО2 и ФИО4 от дачи письменных объяснений по факту хищения денежных средств от 22.02.2017г., в котором указано, что 19.02.2017г. во время инкассации за неделю обнаружено хищение денежных средств с платежной системы. 20.02.2017г. в ходе учета за период с 28.02.2016г. по 20.02.2017г. выявлено хищение денежных средств в размере 1 290 297 руб., с чем работники устно согласились, однако от дачи письменных объяснений отказались (т.1 л.д.33, л.д.79). Между тем, данный документ нельзя расценивать как отказ от дачи объяснений работника об обстоятельствах дисциплинарного проступка, поскольку при проведении учета товарно-материальных ценностей 20.02.2017г. никакой недостачи денежных средств, а тем более хищения денежных средств истцами, не было установлено. Следовательно, по факту недостачи ТМЦ по учету от 20.02.2017г. объяснения от работников не были отобраны.

Из ч.1 ст.193 ТК РФ следует, что одной из гарантий прав работников при совершении дисциплинарного проступка является его право на дачу письменного объяснения в течение двух рабочих дней с момента, когда такое объяснение затребовано от них работодателем. 

В данном случае подтверждение тому, что по факту недостачи ТМЦ по учету от 20.02.2017г. ИП ФИО6 были затребованы от истцов объяснения, в материалах дела отсутствует, и, соответственно, увольнение истцов произведено без получения от них объяснений.

Кроме этого, в приказах о расторжении трудовых договоров с истцами моментом выявления дисциплинарного проступка указаны инвентаризационные материалы и акт о расхождении материальных ценностей (результатах проверки) от 22.02.2017г.

В п.п. «б» п.34 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. №2 «О применении судами РФ Трудового Кодекса РФ» разъяснено, что днем обнаружения проступка, с которого начинается течение месячного срока, считается день, когда лицу, которому по работе (службе) подчинен работник, стало известно о совершении проступка, независимо от того, наделено ли оно правом наложения дисциплинарных взысканий.

Учитывая, что последним днем применения дисциплинарного взыскания к работникам являлось 22.03.2017г., а приказы об увольнении истцов изданы 31.03.2017г., суд полагает, что срок увольнения истцов не был соблюден.

Доводы стороны ответчика о проведении дополнительной инвентаризации по приказу №2 от 05.03.2017г., в связи с чем срок привлечения к дисциплинарной ответственности истцов не нарушен, не могут быть приняты судом во внимание, поскольку инвентаризация, по результатам которой, как утверждает ответчик, обнаружена недостача ТМЦ и денежных средств, проведена 20.02.2017г., «Расхождение материальных ценностей по учету 20.02.2017г., Мегафон 2» составлены 22.02.2017г. 

05.03.2017г. в магазине Мегафон проводилась инвентаризация документооборота (т.2 л.д.76), то есть тогда, когда работники уже фактически не работали (фактически были уволены), и проводилась данная инвентаризация по другим основаниям, следовательно, выявленные недостатки могут свидетельствовать о другом проступке и только при установлении вины работников в данном проступке.

Ответчиком также не представлены доказательства того, что истцы были ознакомлены с приказами об увольнении от 31.03.2017г. Трудовая книжка ФИО2 получена только 31.05.2017г. (т.1 л.д.6-12, т.2 л.д.5), ФИО4 трудовую книжку не получила. Доказательств направления и получения истцами копии приказов об увольнении ответчиком не представлено.

К тому же, ответчик ИП ФИО6 в соответствии со ст.84.1 ТК РФ обязана была указать в приказах об увольнении истцов основание и причину увольнения в точном соответствии с формулировками настоящего Трудового кодекса РФ со ссылкой на соответствующие статью, часть статьи, пункт статьи настоящего Кодекса, что ею не было сделано, приказы не содержат сведений о том, какие конкретно виновные действия совершили истцы, по какой статье, части статьи, пункту статьи ТК РФ они уволены.

Исходя из изложенного, при установленных обстоятельствах, суд приходит к выводу, что установленная законом процедура применения дисциплинарного взыскания работодателем ИП ФИО6 в отношении работников ФИО2 и ФИО4 соблюдена не была, чем были существенно нарушены их трудовые права.

При таких обстоятельствах увольнение ФИО2 и ФИО4 произведено ответчиком незаконно, а их исковые требования являются обоснованными.

Исходя из разъяснений, содержащихся в абз.3 п.60 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», по заявлению работника, увольнение которого признано незаконным, суд может ограничиться вынесением решения об изменении формулировки основания увольнения на увольнение по собственному желанию.

Поскольку факт совершения истцами дисциплинарного проступка, дающего работодателю основание для утраты доверия к ним, не нашел своего подтверждения в ходе судебного разбирательства, увольнение их произведено незаконно, то требования истцов о признании увольнения по п.7 ч.1 ст.81 ТК РФ незаконным подлежат удовлетворению. Так как истцы просят изменить основание увольнения на увольнение по собственному желанию, то их требования в данной части также подлежат удовлетворению. Учитывая вышеприведенные положения закона и позицию истцов и их представителей, суд полагает необходимым изменить формулировку увольнения истцов с п.7 ч.1 ст.81 ТК РФ на п. 3 ч.1 ст.77 ТК РФ (по собственному желанию).

При рассмотрении требований истцов об увольнении их с даты принятия судебного решения суд приходит к следующему.

В соответствии с ч.ч.4,7 ст.394 Трудового кодекса Российской Федерации в случае признания увольнения незаконным орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, может по заявлению работника принять решение об изменении формулировки основания увольнения на увольнение по собственному желанию. Если в случаях, предусмотренных настоящей статьей, после признания увольнения незаконным суд выносит решение не о восстановлении работника, а об изменении формулировки основания увольнения, то дата увольнения должна быть изменена на дату вынесения решения судом. В случае, когда к моменту вынесения указанного решения работник после оспариваемого увольнения вступил в трудовые отношения с другим работодателем, дата увольнения должна быть изменена на дату, предшествующую дню начала работы у этого работодателя.

Как следует из пояснений истцов и данных при установлении личности, ФИО4 не работает, ФИО2 работает в Хоум кредит Банк кредитным специалистом. Из письменных пояснений представителя ФИО3 от 27.12.2017г. ФИО2 работает в указанном банке с 24.07.2017г.

Принимая во внимание, что увольнение истцов произведено незаконно, а также то, что в деле отсутствуют сведения о том, что истец ФИО4 после вышеуказанного увольнения трудоустроилась у другого работодателя, то ее требование об увольнении с даты вынесения решения судом подлежит удовлетворению, а дата увольнения подлежит изменению с 31.03.2017г на 27.12.2017г. 

В то же время, в материалах дела имеются сведения о трудоустройстве истца ФИО2 у другого работодателя с 24.07.2017г., следовательно, в связи с указанными обстоятельствами дата ее увольнения подлежит изменению с 31.03.2017г. на 23.07.2017г. 

На основании ст.103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина за удовлетворенные судом исковые требования неимущественного характера в размере 600 руб. (300 руб.*2).

Руководствуясь ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

р е ш и л :

Исковые требования ФИО2 к индивидуальному предпринимателю ФИО6 о признании увольнения незаконным, изменения основания увольнения удовлетворить.

Признать незаконным увольнение ФИО2 по приказу индивидуального предпринимателя ФИО6 от 31.03.2017г. №161 с должности продавца-консультанта в связи с совершением виновных действий работником, непосредственно обслуживающим материальные ценности, дающих основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя, по п.7 ч.1 ст. 81 ТК РФ.

Изменить формулировку увольнения ФИО2 с п.7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ в связи с совершением виновных действий работником, непосредственно обслуживающим материальные ценности, дающих основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя, на увольнение по собственному желанию по п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ, то есть по инициативе работника, и дату увольнения с 31 марта 2017 года на 27 декабря 2017 года, с возложением на индивидуального предпринимателя ФИО6 обязанности внести в трудовую книжку указанные изменения.

Исковые требования ФИО4 к индивидуальному предпринимателю ФИО6 о признании увольнения незаконным, изменения основания увольнения удовлетворить.

Признать незаконным увольнение ФИО4 по приказу индивидуального предпринимателя ФИО6 от 31.03.2017г. №162 с должности продавца-консультанта в связи с совершением виновных действий работником, непосредственно обслуживающим материальные ценности, дающих основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя, по п.7 ч.1 ст.81 ТК РФ.

Изменить формулировку увольнения ФИО4 с п. 7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ в связи с совершением виновных действий работником, непосредственно обслуживающим материальные ценности, дающих основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя, на увольнение по собственному желанию по п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ, то есть по инициативе работника, и дату увольнения с 31 марта 2017 года на 27 декабря 2017 года, с возложением на индивидуального предпринимателя ФИО6 обязанности внести в трудовую книжку указанные изменения.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО6 в доход бюджета муниципального образования г.Барнаул государственную пошлину в размере 600 руб. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Алтайского краевого суда через Ленинский районный суд г.Барнаула Алтайского края в течение одного месяца дней со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Судья А.И.Жупикова

Мотивированное решение составлено 01.01.2018г.