Дело № 2-3099/2020 24 ноября 2020 года

49RS0001-01-2020-004602-17 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

МАГАДАНСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД МАГАДАНСКОЙ ОБЛАСТИ

в составе председательствующего судьи Пановой Н.А., 

при секретаре Кузиной А.Ю., 

с участием истца ФИО1, 

представителя истца ФИО2,

представителя ответчика ФИО3, 

прокурора Гуть Л.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Магадане в помещении Магаданского городского суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Муниципальному бюджетному учреждению города Магадана «Спортивная школа № 4» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Магаданский городской суд с вышеназванным иском. 

В обоснование требований истцом указано, что он работал у ответчика с 14 октября 2003 года в должности тренера по футболу. При заключении трудового договора его место работы было определено на футбольном поле МОГАУ «ФСК «Колымский» (далее - футбольное поле), а также в других местах проведения занятий, которые определялись распоряжением работодателя.

В августе 2020 года в связи с запретом на проведение тренировок, заместителем директора по спортивной подготовке был издан ряд распоряжений, согласно которым в определенные дни ему предписывалось исполнять свои трудовые обязанности в тренерской, расположенной па четвертом этаже в здании МАУ «СК «Металлист» (далее - тренерская). В указанных распоряжениях было дано поручение, для выполнения которых необходимы компьютер, оргтехника и письменные принадлежности, однако всем необходимым для выполнения данной работы работодатель его не обеспечил, в связи с чем, вынужден был их приобретать за свой счет. 

3 сентября 2020 года с 09-00 он находился в МОГАУ «ФСК «Колымский» и занимался подготовкой спортивного инвентаря к тренировке, которая должна была быть по расписанию в этот день в 15-50. Около 11-00 ему позвонила замдиректора по спортивной подготовке и сказала ему подойти к ней в МАУ «СК «Металлист», что сразу же он и сделал. 

4 сентября 2020 года истцу было вручено требование о предоставлении письменных объяснений об отсутствии на рабочем месте 3 сентября 2020 года с 09-00 до 11-00. В этом же требовании указывалось, что он должен был явиться к заместителю директора по спортивной подготовке к 09-00, однако какого-либо устного или письменного распоряжения о том, где ему надлежит находиться 3 сентября 2020 года с 09-00 до 12-00 ни от директора, ни от замдиректора по спортивной подготовке ему не поступало.

7 октября 2020 года ответчик издал приказ № 42-лс «О применении дисциплинарного взыскания», которым истец был уволен за совершение дисциплинарного проступка, выразившегося в неоднократном неисполнении без уважительных причин своих трудовых обязанностей, как лицо, ранее привлекавшееся к дисциплинарной ответственности (п. 5 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ)). 

С данным приказом истец не согласен, так как считает, что его рабочими местами являются: футбольное поле, тренерская или иные помещения. В каком конкретно рабочем месте он должен находиться в рабочее время, когда не проводит тренировки, определяется распоряжением директора либо его заместителем по спортивной подготовке. В то же время в число должностных обязанностей входит подготовка и организация тренировочного процесса. 

Истец считает, что, занимаясь 3 сентября 2020 года подготовкой инвентаря к предстоящей тренировке, он выполнял свои должностные обязанности, установленные п. 1.1 трудового договора, п. 1 должностной инструкции, п. 3.3.8, 6.5 Правил внутреннего трудового распорядка. Поскольку накануне каких-либо распоряжений от руководства о том, где ему надлежит находиться в первой половине дня 3 сентября 2020 года, и какие работы следует выполнять, не поступало, он посчитал необходимым провести подготовку спортивного инвентаря. Таким образом, он фактически был привлечен к дисциплинарной ответственности за то, что добросовестно выполнял свои должностные обязанности, предусмотренные трудовым договором и локальными нормативными актами. 

Отмечает, что об изменениях условий договора, а также об их причинах работодатель обязан письменно уведомить работника не позднее, чем за два месяца, между тем работодатель не уведомлял его в установленном законом порядке о предстоящих изменениях условий трудового договора в части места проведения занятий, чем нарушил положения ст. 72, 74 ТК РФ.

Указывает, что в результате незаконного увольнения он перенес нравственные переживания, поскольку ему нравится работать с детьми, обучать их игре в футбол и содействовать их физическому развитию, переживания связаны и с тем, что его увольнение может негативно отразиться на спортивных результатах его воспитанников. За время его тренерской деятельности каких-либо нареканий к нему со стороны родителей его воспитанников никогда не поступало. Он неоднократно поощрялся различными видами благодарностей от руководства города и области. Кроме того, у него на иждивении находятся трое несовершеннолетних детей, одному из которых установлена инвалидность. Это обстоятельство накладывает на него дополнительную финансовую нагрузку, связанную с необходимостью лечения ребенка. Увольнение по вышеназванной статье может в дальнейшем осложнить его трудоустройство. Таким образом, незаконным увольнением ему причинен моральный вред в размере 50 000 рублей.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, положения статей 57, 72, 74, 209, 237, 382, 394 ТК РФ, просит суд признать увольнение на основании приказа № 42-лс «О применении дисциплинарного взыскания» от 7 октября 2020 года незаконным; восстановить его в Муниципальном бюджетном учреждении города Магадана «Спортивная школа № 4» (далее - Спортивная школа) в должности тренера; обязать ответчика выплатить ему средний заработок за время вынужденного прогула со дня увольнения до момента восстановления; взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 50000 рублей. 

В судебном заседании истец требования поддержал в полном объеме по основаниям, указанным в иске, указав, что его рабочим местом является МОГАУ «ФСК «Колымский», где он и находился 3 сентября с 09-00 до 11-00, осуществляя подготовку к тренировочному процессу, то есть накачивал мячи. Считает, что он надлежащим образом выполняет свои трудовые обязанности, со стороны родителей его воспитанников к нему никогда не было претензий, он работает у ответчика длительное время и только со сменой руководства к нему начались претензии. В августе 2020 года он периодически отсутствовал на рабочем месте, поскольку вынужден был искать литературу для выполнения порученной ему обязанности, связанной с предоставлением письменных предложений по корректировке методической части программы спортивной подготовки, так как его рабочее место не было оснащено необходимым для этого оборудованием. Отмечает, что у него на иждивении находятся трое несовершеннолетних детей и супруга, которая не работает, однако ответчиком указанные обстоятельства не были приняты во внимание. 

Представитель истца требования поддержал, просил иск удовлетворить, поскольку изменение условий трудового договора допускается по согласованию сторон, однако ответчик самостоятельно изменил истцу рабочее место путем составления Правил внутреннего трудового распорядка. Кроме того, считает, что в круг должностных обязанностей истца не входит составление программ по спортивной подготовке. Полагает, что ответчик нарушил порядок увольнения истца, издав два приказа об увольнении, при этом не учел степень тяжести дисциплинарного проступка. 

Представитель ответчика исковые требования не признал, указав, что в период с 26 марта 2020 года по 2 сентября 2020 года в связи с введением ограничительных мер проведение тренировочного процесса было приостановлено, поэтому в августе 2020 года на основании распоряжений заместителя директора по спортивной подготовке рабочее место истца было определено в тренерской, однако в период с 13 по 26 августа истец систематически отсутствовал на своем рабочем месте. 1 сентября 2020 года истца ознакомили с Правилами внутреннего трудового распорядка, которыми установлено рабочее место тренеров, в том числе истца, а именно: местом проведения непосредственно тренерской работы является футбольное поле, а рабочим местом для выполнения иной работы - тренерская, либо иное помещение (на основании распоряжения директора, либо заместителя директора по спортивной подготовке). Рабочее время истца 3 сентября 2020 года составляло с 09-00 до 12-00 - работа в тренерской и с 15-00 до 19-00 - проведение тренировочных занятий на футбольном поле, однако в указанный день с 09-00 до 11-00 истец на рабочем месте в тренерской не находился. Также указывает, что истец не считает, что он обязан выполнять иную работу, кроме тренировочного процесса, составляющего только 26 часов в неделю, хотя Правилами внутреннего трудового распорядка ему определена 40-часовая рабочая неделя, исходя из которой ему выплачивалась заработная плата, при этом 16 часов - это методическая работа, местом выполнения которой является тренерская. Отмечает, что в МАУ «СК «Металлист» есть методический кабинет и методисты оказывают всю необходимую тренерам помощь, поэтому для выполнения своих должностных обязанностей необходимости покидать здание МАУ «СК «Металлист» у истца не было. Отмечает, что на дату привлечения к дисциплинарной ответственности истец в период с 24 августа по 3 сентября четыре раза без уважительных причин отсутствовал на рабочем месте в общей сложности более 11 часов, при этом имел четыре дисциплинарных взыскания. При этом приказом от 18 декабря 2019 года к истцу уже было применено дисциплинарное взыскание в виде выговора по факту отсутствия его на рабочем месте во время, свободное от непосредственной тренерской работы, при этом он был предупрежден о недопустимости нарушений трудовой дисциплины и ему сделано напоминание, что тренерская комната в здании футбольного спортивного комплекса МОГАУ «ФСК «Колымский» его рабочим местом не является и его нахождение в рабочее время в указанном помещении является нарушением трудовой дисциплины. Между тем, несмотря на указанное разъяснение, истец 3 сентября 2020 года вновь совершил аналогичный дисциплинарный проступок. Отмечает, что работодателем при применении дисциплинарного взыскания была учтена тяжесть проступка, поведение истца, его систематические нарушения правил внутреннего трудового распорядка, действующие дисциплинарные взыскания, а также соблюден обязательный в данном случае порядок увольнения работника, являющегося 

Выслушав пояснения участников процесса, заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования удовлетворению не подлежат, исследовав письменные доказательства по делу в их совокупности, суд приходит к следующему.

Основные права и обязанности работника и работодателя закреплены соответственно в ст. 21 и 22 ТК РФ, в том числе обязанность работника добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором и соблюдать правила внутреннего трудового распорядка; и право работодателя требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка, а также право привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном указанным Кодексом, иными федеральными законами.

Согласно ч. 1 ст. 16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим кодексом.

В силу ч. 1 ст. 56 ТК РФ трудовой договор - это соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В соответствии со ст. 91 ТК РФ рабочее время - время, в течение которого работник в соответствии с правилами внутреннего трудового распорядка организации и условиями трудового договора должен исполнять трудовые обязанности, а также иные периоды времени, которые в соответствии с законами и иными нормативными правовыми актами относятся к рабочему времени.

В силу ст. 209 ТК РФ рабочее место - место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой и которое прямо или косвенно находится под контролем работодателя.

Положениями ст. 192 ТК РФ определено, что за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание; выговор; увольнение по соответствующим основаниям.

Дисциплинарным проступком является виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей, в том числе нарушение должностных инструкций, положений, приказов работодателя.

Неисполнение или ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей признается виновным, если работник действовал умышленно или по неосторожности.

Противоправность действий или бездействия работников означает, что они не соответствуют законам, иным нормативным правовым актам, в том числе положениям и уставам о дисциплине, должностным инструкциям.

Дисциплинарным проступком могут быть признаны только такие противоправные действия (бездействие) работника, которые непосредственно связаны с исполнением им трудовых обязанностей.

Порядок применения дисциплинарных взысканий установлен ст. 193 ТК РФ, в силу которой до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

Как установлено судом и подтверждается представленными доказательствами, ФИО1 на основании заключенного трудового договора и приказа от 14 октября 2003 года принят на работу в должности тренера-преподавателя по футболу в Магаданское учреждение дополнительного образования детей «Детско-юношеская спортивная школа № 4» Горспорттуркомитета мэрии города Магадана (в настоящее время - Спортивная школа).

Трудовой договор с ФИО1 перезаключен 2 сентября 2019 года.

Из данного договора следует, что работодатель предоставляет истцу работу по должности «тренера» (п. 1.1). 

Местом работы ФИО1 является футбольное поле, а также места проведения занятий (на основании распоряжения работодателя) (п. 1.2).

7 октября 2020 года ФИО1 привлечен к дисциплинарной ответственности в виде увольнения за совершение дисциплинарного проступка, выразившегося в неоднократном неисполнении без уважительных причин своих трудовых обязанностей, имеющий дисциплинарное взыскание, в связи с чем принято решение об его увольнении по основанию, предусмотренному п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ. 

Проверяя законность применения к истцу дисциплинарного взыскания в виде увольнения, судом установлено следующее.

В соответствии с п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае неоднократного неисполнения работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание. 

В п. 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 2 от 17 марта 2004 года разъяснено, если при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, или об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

К таким нарушениям, в частности, относится, в том числе отсутствие работника без уважительных причин на работе либо рабочем месте.

При этом необходимо иметь в виду, что если в трудовом договоре, заключенном с работником, либо локальном нормативном акте работодателя (приказе, графике и т.п.) не оговорено конкретное рабочее место этого работника, то в случае возникновения спора по вопросу о том, где работник обязан находиться при исполнении своих трудовых обязанностей, следует исходить из того, что в силу ч. 6 ст. 209 ТК РФ рабочим местом является место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой и которое прямо или косвенно находится под контролем работодателя. 

При рассмотрении дел о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя (п. 23). 

Согласно распоряжениям заместителя директора по спортивной подготовке Спортивной школы от 10, 17 и 24 августа 2020 года тренеру ФИО1, в связи с запретом проведения тренировочных занятий, определено исполнять свои трудовые обязанности в тренерской. 

Режим работы установлен: с 10 по 28 августа 2020 года с 9-00 до 13-00, с 14-00 до 18-00, за исключением четвергов, когда режим работы был установлен с 9-00 до 13-00, с 14-00 до 17-00. 

С данными распоряжениями истец был ознакомлен в дни их вынесения. 

При этом из приказа от 7 октября 2020 года № 42-лс следует, что ФИО1 неоднократно в период с 13 августа по 26 августа 2020 года в разные промежутки рабочих дней отсутствовал на рабочем месте - в тренерской. 

В подтверждение факта отсутствия в указанный период времени истца на рабочем месте, в частности 24, 25, 26 августа 2020 года, ответчиком представлены акты от 24, 25, 26 августа 2020 года. 

Согласно указанным актам истец отсутствовал на рабочем месте, в том числе:

24 августа 2020 года - с 14-00 до 14-11 и с 15-37 до 18-00. Всего: 2 час. 34 мин.;

25 августа 2020 года - с 14-00 до 15-15 и с 16-42 до 18-00. Всего: 2 час. 33 мин.;

26 августа 2020 года - с 12-47 до 13-00 и с 14-00 до 18-00. Всего: 4 час. 13 мин. 

31 августа 2020 года ФИО1 вручено требование от 28 августа 2020 года о необходимости предоставления письменного объяснения по фактам систематического отсутствия его на своем рабочем месте.

В своем заявлении (объяснении) истец указал, что в дни, указанные в требовании, он выполнял распоряжения работодателя и свои непосредственные обязанности, прописанные в трудовом договоре. 

Правилами внутреннего трудового распорядка Спортивной школы, утвержденными 25 августа 2020 года, определена общая продолжительность рабочего времени для мужчин 40 часов в неделю (п. 6.2).

Работникам, занимающим должности, в частности тренера, устанавливается шестидневная рабочая неделя с предоставлением выходных дней по скользящему графику в соответствии с утвержденным расписанием проведения тренировочных занятий (п. 6.3).

Рабочее время работников учреждения, занимающих должности, в том числе тренера, состоит из фактически отработанного времени со спортсменами (непосредственно тренерской работы) - определенного расписанием проведения тренировочных занятий, а также из иной работы, требующей затрат рабочего времени, вытекающей из должностных обязанностей, в том числе: научная и следовательская, методическая, аналитическая, подготовительная, организационная и диагностическая работа; работа, предусмотренная планами спортивных и иных мероприятий, проводимая со спортсменами; участие в работе коллегиальных органов управления (иная работа тренера) (п. 6.5). 

Для работников, занимающих должности, в том числе тренера, перерывом для отдыха и питания является период времени, не входящий в рабочее время, предусмотренные Приложениями 1-8 к указанным Правилам (п. 7.3). 

С указанными Правилами внутреннего трудового распорядка истец ознакомился 1 сентября 2020 года, о чем свидетельствует лист ознакомления. 

Приложением № 7 к Правилам внутреннего трудового распорядка определено конкретное количество часов рабочего времени каждого из тренеров Спортивной школы по футболу, в том числе ФИО1, рабочее время которого в четверг определено с 09-00 час. до 12-00, с 15-00 до 19-00. 

При этом указанным локальным нормативным актом предусмотрено, что рабочим местом для непосредственной тренерской работы является футбольное поле, а рабочим местом для выполнения иной работы, предусмотренной п. 6.5 Правил, во время, свободное от непосредственно тренерской работы, является тренерская, либо иное помещение (на основании распоряжения директора, либо заместителя директора по спортивной подготовке). 

Как пояснил в ходе судебного заседания истец, время начала тренировки по четвергам - с 15-50. 

Однако 3 сентября 2020 года ФИО1 вновь явился на свое рабочее место - в тренерскую только к 11-00, что было зафиксировано в акте от 3 сентября 2020 года.

Факт отсутствия на рабочем месте - в тренерской 3 сентября с 09-00 до 11-00 не оспаривался и самим истцом в ходе судебного разбирательства. 

В докладной записке от 3 сентября 2020 года заместитель директора по спортивной подготовке довела до сведения директора Спортивной школы о том, что 3 сентября 2020 года тренер ФИО1 отсутствовал на своем рабочем месте в период с 09-00 до 11-00, уважительных причин отсутствия на рабочем месте не представил. 

Периодическое отсутствие истца на рабочем месте в период с 24 августа 2020 года по 3 сентября 2020 года работодателем расценено как неоднократное неисполнение без уважительных причин своих трудовых обязанностей (отсутствовал на рабочем месте в общей сложности более 11 часов). 

По факту отсутствия на рабочем месте 3 сентября 2020 года в период с 09-00 до 11-00 у ФИО1 4 сентября 2020 года затребовано письменное объяснение. 

В своем заявлении (объяснении) от 7 сентября 2020 года ФИО1 указал, что 3 сентября 2020 года он выполнял обязанности, связанные с его деятельностью, вверенной ему по Правилам внутреннего трудового распорядка. В нее входили научная, исследовательская, аналитическая, организационная, диагностическая, психологическая, подготовительная деятельность, то есть деятельность, направленная на подготовку к тренировочному году. Эта деятельность была вверена ему устным распоряжением заместителем директора по спортивной подготовке ФИО4 Место для выполнения иной работы, свободное от непосредственно тренерской работы, ему не было определено распоряжением директора, либо заместителем по спортивной подготовке. 

Таким образом, истец не отрицает факт своего отсутствия на рабочем месте 3 сентября 2020 года - в тренерской, указывая, что 3 сентября 2020 года (четверг) он находился в МОГАУ «ФСК «Колымский» и занимался подготовкой спортивного инвентаря к тренировке, которая должна была начаться по расписанию в этот день только в 15-50.

Между тем рабочее место истца, в частности в период с 24 по 28 августа 2020 года на основании распоряжений заместителя директора по спортивной подготовке было определено в тренерской, а с 1 сентября 2020 года на основании Правил внутреннего трудового распорядка для непосредственной тренерской работы - футбольное поле, а для выполнения иной, свободной от непосредственно тренерской работы, - тренерская. 

При этом довод истца о том, что каких-либо распоряжений от руководства о том, где ему нужно было находиться в первой половине дня 3 сентября 2020 года, не поступало, в связи с чем он посчитал необходимым провести подготовку спортивного инвентаря на футбольном поле, суд находит необоснованным, поскольку Правилами внутреннего трудового распорядка предусмотрено, что местом выполнения работы может быть и иное помещение только при наличии соответствующего распоряжения директора, либо заместителя директора по спортивной подготовке, тогда как таковых на первую половину дня 3 сентября 2020 года не было, а, следовательно, рабочим местом истца в первую половину дня являлась тренерская.

При указанных обстоятельствах у истца отсутствовали основания полагать, что он вправе был сам на свое усмотрение определить себе место работы на все рабочее время в МОГАУ «ФСК «Колымский». 

Таким образом, в ходе судебного заседания достоверно установлено, что истцом неоднократно (систематически) допускались нарушения Правил внутреннего трудового распорядка, что свидетельствует о нарушении им трудовой дисциплины, которую в силу положений ст. 21, 189 ТК РФ обязан соблюдать работник. 

В подтверждение наличия у истца дисциплинарных взысканий ответчиком представлены приказы от 3 декабря 2019 года № 151-лс, от 18 декабря 2019 года № 157-лс, от 18 декабря 20019 года № 158-лс и от 21 сентября 2020 года № 41-лс.

С данными приказами истец был ознакомлен, при этом в установленном порядке они оспорены истцом не были и на день вынесения обжалуемого приказа являлись действующими, а потому обоснованно положены ответчиком в основание увольнения истца по п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ.

При этом суд принимает во внимание, что приказом от 18 декабря 2019 года истец привлекался к дисциплинарной ответственности в виде выговора по факту отсутствия его на рабочем месте во время, свободное от непосредственной тренерской работы. 

Названным приказом он был предупрежден о недопустимости нарушений трудовой дисциплины и ему сделано напоминание, что тренерская комната в здании футбольного спортивного комплекса МОГАУ «ФСК «Колымский» его рабочим местом не является и его нахождение в рабочее время в указанном помещении является нарушением трудовой дисциплины.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что факты, послужившие основанием к изданию приказа от 7 октября 2020 года № 42-лс о применении дисциплинарного взыскания в виде увольнения, нашли свое подтверждение в ходе судебного разбирательства по делу.

Приказом от 7 октября 2020 года № 43-лс с ФИО1 был расторгнут трудовой договор за неоднократное неисполнение без уважительных причин своих трудовых обязанностей, имея дисциплинарное взыскание на основании п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ. 

Суд считает установленным, что порядок применения дисциплинарного взыскания, предусмотренный положениями ст. 193 ТК РФ, работодателем соблюден.

При наложении дисциплинарного взыскания ответчиком приняты во внимание обстоятельства, при которых был совершен дисциплинарный проступок, неоднократность неисполнения трудовых обязанностей, предшествующее поведение истца, его отношение к работе, наличие четырех действующих дисциплинарных взысканий. 

Какие-либо обстоятельства, которые бы свидетельствовали о незаконности или явной несоразмерности принятого руководителем ответчика решения о виде дисциплинарного взыскания при привлечении истца к дисциплинарной ответственности, судом в ходе рассмотрения дела не установлены.

Принимая во внимание установленные по делу фактические обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что мера дисциплинарного воздействия, примененная в отношении истца, в виде увольнения соответствует тяжести совершенного проступка, является справедливой и обоснованной.

Суд также учитывает, что работодателем соблюден обязательный в данном случае порядок увольнения работника только с учетом мотивированного мнения соответствующего выборного профсоюзного органа, предусмотренный ст. 374 ТК РФ, поскольку факт обращения работодателя в Магаданскую областную организацию Общероссийского профсоюзного союза работников государственных учреждений и общественного обслуживания Российской Федерации, дачи указанным выборным профсоюзным органом мотивированного мнения относительно увольнения истца, подтверждается представленными ответчиком доказательствами. 

Довод представителя истца о том, что в должностные обязанности истца необоснованно вменялось составление программ по спортивной подготовке, так как это его должностной инструкцией не предусмотрено, суд находит несостоятельным, поскольку распоряжениями заместителя директора по спортивной подготовке истцу вменялось не составление таких программ, а их изучение и предоставление письменных предложений по их корректировке, так как (как пояснил в ходе судебного заседания представитель ответчика) истец неоднократно выражал с ними несогласие. 

При этом довод представителя истца о недопустимости изменения работодателем условий трудового договора без согласования с работником, суд находит необоснованным, поскольку в силу положений ст. 72.1 ТК РФ перемещение работника у того же работодателя на другое рабочее место, если это не влечет за собой изменения определенных сторонами условий трудового договора, не требует его согласия. 

Оценивая довод представителя истца о нарушении ответчиком порядка увольнения, выразившегося в том, что к работнику дважды было применено дисциплинарное взыскание в виде увольнения, суд находит его основанным на ошибочном толковании норм трудового права, поскольку положениями ст. 192 ТК РФ определены виды дисциплинарных взысканий, включая увольнение по соответствующим основаниям, в то время как положениями ст. 81 ТК РФ предусмотрены основания расторжения трудового договора по инициативе работодателя, включая случай неоднократного неисполнения работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание. 

Поскольку дисциплинарное взыскание в виде увольнения к истцу было применено только приказом от 7 октября 2020 года № 42-лс, который явился основанием для расторжения с истцом трудового договора, то оснований полагать, что к истцу на основании приказа от 7 октября 2020 года № 43-лс было применено повторное дисциплинарное взыскание у суда не имеется. 

Из положений ст. 394 ТК РФ, а также п. 60 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» следует, что работник может быть восстановлен на работе только в случае, если увольнение его было произведено без законного основания и (или) с нарушением установленного порядка.

В ходе рассмотрения дела ответчиком представлены доказательства наличия законного основания увольнения истца и соблюдения процедуры увольнения, доказательств в их опровержение, стороной истца представлено не было.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об обоснованности привлечения истца к дисциплинарной ответственности в виде увольнения, а потому оснований для признания оспариваемого приказа незаконным не имеется. 

Поскольку в ходе судебного разбирательства оснований для признания незаконным приказа о применении дисциплинарного взыскания в виде увольнения, равно как и иных нарушений прав истца неправомерными действиями ответчика не установлено, то оснований для восстановления истца на работе, взыскания заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда не имеется.

При таких обстоятельствах в удовлетворении иска надлежит отказать в полном объеме. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Муниципальному бюджетному учреждению города Магадана «Спортивная школа № 4» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда отказать. 

Решение может быть обжаловано в Магаданский областной суд через Магаданский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Установить день составления мотивированного решения суда - 30 ноября 2020 года. 

Судья Н.А. Панова