Дело №3а-83/2021 

УИД 33ОS0000-01-2021-000076-24

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.В. **** года 

Владимирский областной суд в составе:

председательствующего судьи Емельяновой О.И.

при секретаре Кротковой Ю.В.

с участием прокурора прокуратуры **** Денисова А.А. 

административного истца ФИО1, 

представителя административных ответчиков Совета народных депутатов ****, администрации **** ФИО2, 

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО1, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, Шишка А.А., ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26 ФИО27, ФИО28, ФИО29, ФИО30, ФИО31, ФИО32, ФИО33, ФИО34, ФИО35, ФИО36, ФИО37, ФИО38, ФИО39, ФИО40, ФИО41, ФИО42, ФИО43, ФИО44, ФИО45, ФИО46, ФИО47, ФИО48, ФИО49, ФИО50, ФИО51, ФИО52, ФИО53, ФИО54, ФИО55, ФИО56, ФИО57, ФИО58, ФИО59, ФИО60, ФИО61, ФИО62, ФИО63, ФИО64, ФИО65, ФИО66, ФИО67 о признании недействующим Генерального плана муниципального образования ****, утвержденного решением Совета народных депутатов **** от **** ****, в части размещения к западу от **** кладбища площадью 20 га, 

УСТАНОВИЛ:

Решением Совета народных депутатов **** от **** **** утвержден Генеральный план муниципального образования **** (далее – Генеральный план ****, Генеральный план) (л.д.164, т.2, л.д.7-78 т.3).

Названный нормативный правовой акт опубликован в печатном издании газете ****» от **** **** и размещен на официальном сайте администрации **** в сети «Интернет» ****

В текстовой части Генерального плана МО **** в Пояснительной записке (Том 2. Обоснование проекта Генерального плана) на страницах 157, 163,243 (л.д.15,55,58 т.3); Пояснительной записке (Том 1. Положение о территориальном планировании) на странице 9 (л.д.73 т.5), а также его графической части – на Карте границ населенных пунктов, Карте размещения объектов культурного наследия, Карте планируемого размещения объектов местного значения, Карте функциональных зон, Карте зон с особыми условиями использования территории (л.д.129-133 т.3) предусмотрено размещение к западу от **** кладбища площадью 20 га.

Административные истцы ФИО1, ФИО3, КО.в О.В. и другие (всего 67 истцов), которые ведение административного дела в интересах группы лиц поручили ФИО1, (члену группы) и адвокатам Жевлакову А.А. и Соколовой В.В., обратились во Владимирский областной суд с коллективным иском, уточненным в ходе рассмотрения дела, о признании недействующим со дня вступления в силу решения суда Генерального плана муниципального образования ****, утвержденного решением Совета народных депутатов **** от **** ****, в части размещения к западу от **** кладбища площадью 20 га.

В обоснование указано, что нормативный правовой акт в оспариваемой части противоречит положениям ч.13 ст. 35 ГрК РФ, ч.4 ст.78 ЗК РФ, ст. 7 Федерального закона от **** № 172-ФЗ «О переводе земель или земельных участков из одной категории в другую» с учетом того, что земельный участок, на котором планируется размещение кладбища площадью 20 га, относится к категории земель сельскохозяйственного назначения, между тем размещение кладбищ возможно только на землях специального назначения. Отмечают, что в нарушение ч.ч.2,3 ст.16 Федерального закона от **** № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» размещение кладбища запланировано в зоне источника питьевого водоснабжения; при принятии решения о размещении кладбища экологическая и санитарно-гигиеническая экспертизы не проводились. Указывают, что санитарно-защитная зона, подлежащая в обязательном порядке установлению вокруг кладбища, пересекает земли лесного фонда, что не согласуется с предписаниями ст.ст. 50.7, 60.2, 60.12 Лесного кодекса РФ. Кроме того, нормативный правовой акт в оспариваемой части противоречит ст.ст.5, 5.1 Федерального закона «Об объектах культурного наследия народов Российской Федерации» с учетом того, что приказом Инспекции по охране объектов культурного наследия по **** от **** **** «Об утверждении списка выявленных объектов культурного наследия ****» **** является выявленным объектом археологического наследия и отнесено к памятнику истории и культуры. Указывают, что оспариваемым нормативным правовым актом нарушены права административных истцов как жителей ****, **** на благоприятную окружающую среду, размещение кладбища противоречит санитарным нормам, повлечет существенное ухудшение эстетического облика местности, а также психологический дискомфорт для жителей.

В судебном заседании административный истец и одновременно представитель административных истцов ФИО1 настаивала на удовлетворении требований. В представленных письменных объяснениях, поддержанных в судебном заседании, в обоснование нарушения порядка принятия Генерального плана **** указала, что публичные обсуждения по проекту Генерального плана путем выставления экспозиции **** с **** до **** часов в **** по **** около дома № **** не проводились, что подтверждено объяснениями свидетелей ФИО68, ФИО69. О запланированном размещении кладбища к западу от **** жители узнали в **** года в ходе проведения публичных слушаний по проекту изменений в Правила землепользования и застройки ****. Обратила внимание суда, что в нарушение ч.2.1 ст. 25 ГрК РФ проект Генерального плана не согласован органом, уполномоченным в области охраны объектов культурного наследия в порядке, установленном Правительством РФ, с учетом выявленного объекта культурного наследия **** Относительно противоречия оспариваемого Генерального плана нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, указала, что Генеральным планом запланирован перевод земельного участка площадью 20 га под кладбище из категории земель сельскохозяйственного назначения в категорию земель особо охраняемых территорий и объектов, что противоречит ч. 1 ст. 7 Федерального закона «О переводе земель или земельных участков из одной категории в другую», которая допускает возможность перевода земель сельскохозяйственного назначения в исключительных случаях с созданием особо охраняемых природных территорий, к которым кладбища не относятся. Указала, что границы населенных пунктов, входящих в состав поселения, в нарушение ч.5.1 ст.23 ГрК РФ не определены, что не позволяет установить точку отсчета для санитарно-защитной зоны, которая применительно к кладбищу 20 га в силу п.**** СанПиН 2.2.1/2.****-03 должна составлять 500 метров, между тем, рассмотрение до **** 390 м. Обратила внимание суда на то, что на момент утверждения Генерального плана земельный участок, запланированный под размещение кладбища, на кадастровом учете не состоял, границы участка определены не были. Указала, что в нарушение предписаний ч.ч.1,3 Федерального закона «О погребении и похоронном деле» участок под кладбище выбран без учета гидрогеологических характеристик, особенностей рельефа местности, составов грунтов, предельно допустимых экологических нагрузок, а также без получения положительного заключения экологической экспертизы. В нарушение 2.4 СанПиН ****-11 место под кладбище, предусмотренное Генеральным планом, имеет уклон в сторону **** и водоема, используемого населением для хозяйственно-бытовых нужд; в нарушение пунктов 1.5, 1.9, 1.13 СанПин 2.****-02 Генеральным планом не предусмотрена зона санитарной охраны источников водоснабжения. Также не учтено, что на территории земельного участка, отведенного под кладбище, проходит действующий объект системы газоснабжения, расположена газораспределительная станция, что противоречит предписаниям п.3 ст.87, п.6 ст.90 ЗК РФ, в соответствии с которыми в границах охранных зон объектов системы газоснабжения строительство не допускается. Указала, что согласно данным публичной кадастровой карты земельный участок с кадастровым номером ****, сформированный в целях размещения кладбища, вплотную примыкает к землям лесного фонда, в связи с чем, санитарно-защитная зона будет заходить на земли лесного фонда. Кроме того, в непосредственной близости расположено зверохозяйство, что исключает размещение мест захоронений. Сославшись на ч.2 ст.13 Федерального закона от **** № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды», указала, что решение о создании кладбища, относящегося к объектам, деятельность которого может причинить вред окружающей среде, принято без учета мнения населения и без проведения референдума (л.д.79-85,173-177 т.3, л.д. 37-38 т.5).

Представитель административных ответчиков Совета народных депутатов **** и администрации **** - ФИО2, действующая на основании доверенностей, в письменных возражениях, поддержанных в судебном заседании, просила отказать в удовлетворении требований, указав, что Генеральный план **** принят в пределах компетенции представительного органа, с соблюдением установленной ст.ст.9,23-25 ГрК РФ процедуры, не противоречит законодательству, имеющему большую юридическую силу, и не нарушает прав и законных интересов административных истцов. Пояснила, что необходимость разработки нового Генерального плана была обусловлена тем, что прежний Генеральный план **** признан недействующим решением Владимирского областного суда от **** по делу ****. Указала, что на проект Генерального плана в порядке, предусмотренном с ч.2 ст. 25 ГрК РФ, постановлением администрации **** от **** **** «О порядке рассмотрения проектов документов территориального планирования муниципальных образований области и подготовки заключений на них», получено положительное сводное заключение администрации **** от ****. Отметила, что по проекту Генерального плана проведены общественные обсуждения в соответствии ст.5.1, ч.11 ст.24, ст. 28 ГрК РФ, п.3.1 ст.3 Положения об организации и проведении общественных обсуждений или публичных слушаний по вопросам градостроительной деятельности на территории ****, утвержденного решением Совета народных депутатов **** от **** ****. Проект Генерального плана и информационные материалы к нему в период с **** по **** были размещены на официальном сайте администрации **** в сети «Интернет». В указанный период согласно графику в каждом из 57 населенных пунктов, входящих в состав ****, проведены экспозиции проекта Генерального плана. В соответствии с графиком в **** экспозиция была проведена **** с **** до **** около дома **** по **** с участием начальника управления строительства и архитектуры администрации **** ФИО70 (заместитель председателя комиссии), начальника отдела градостроительной деятельности данного управления ФИО71 (секретарь комиссии). Указала, что решение Совета народных депутатов от **** **** опубликовано без приложения в газете «****» от **** ****, Генеральный план **** в полном объеме с приложением **** размещен в сетевом издании «****» в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и на официальном сайте администрации **** в порядке, предусмотренном ч.6 ст.****. 

Указала, что проектирование кладбища с западной стороны **** на землях сельскохозяйственного назначения обусловлено отсутствием иных земель неразграниченной государственной собственности для размещения места захоронения жителей **** и близлежащих населенных пунктов. Полагала, что из взаимосвязанных положений ч.1 ст.7, ч.2 ст.10 Федерального закона «О переводе земель или земельных участков из одной категории в другую», ч.2 ст.94, ч.1 ст. 99 ЗК РФ следует возможность перевода земель сельскохозяйственного назначения в земли особо охраняемых территорий с учетом того, что размещение военных и гражданских захоронений возможно на землях историко-культурного назначения, которые в свою очередь относятся к землям особо охраняемых территорий.

Относительно отсутствия на стадии принятия Генерального плана заключения санитарно-эпидемиологической экспертизы, предусмотренной ч.3 ст.16 Федерального закона «О погребении и похоронном деле», отметила, что Генеральный план имеет перспективное значение, проведение экологической и санитарно-эпидемиологической экспертизы для создания нового места погребения, не предусмотренного Генеральным планом поселения, будет являться нецелевым использованием бюджетных средств. Указала, что границы **** установлены в соответствии с требованиями действующего законодательства. Генеральным планом **** предусмотрено создание кладбища площадью до 20 га, санитарно-защитная зона для которого составляет 300 м. Пояснила, что в процессе реализации Генерального плана сформирован и **** поставлен на кадастровый учет земельный участок с кадастровым номером ****, площадью 199 984 кв.м., относящийся к категории - земли особо охраняемых территорий и объектов, имеющий разрешенное использование – ритуальная деятельность. Данный земельный участок находится на расстоянии 390 м до **** и 524 м до ****»; не попадает в водоохранную зону водных объектов, расстояние до реки **** –1145 м, до муниципального шахтного питьевого колодца – 512 м, что подтверждается выкопировками из публичной кадастровой карты. Проектируемое кладбище не попадает в защитную зону ****, не затрагивает земли лесного фонда **** лесничества, не нарушает имущественные интересы Российской Федерации в отношении земель лесного фонда, а также не попадает в охранную зону газораспределительной сети межпоселкового газопровода ****, что подтверждается выкопировкой из публичной кадастровой карты. Генеральный план права и законные интересы административных истцов не нарушает, не создает препятствий в пользовании принадлежащими им объектами недвижимости и земельными участками по назначению (л.л.79-80, 202-206 т.2, л.д.125-126,198-199 т.3, л.д.229-231 т.4).

Административный ответчик администрация муниципального образования ****, будучи извещенным надлежащим образом, представителя для участия в судебное заседание не направил, представил письменную позицию по делу, просив отказать в удовлетворении требований (л.д.169 т.3, л.д.58 т.5).

Заинтересованное лицо ГКУ ВО «****» изложило письменную позицию по делу, указав, что земельный участок с западной стороны ****, на котором планируется размещение кладбища площадью 20 га, наложений и пересечений на земли государственного лесного фонда ГКУ ВО «****» не имеет. Дело просили рассмотреть в отсутствие представителя (л.д.120 т.3, л.д.59 т.5).

Заинтересованное лицо Государственная инспекция по охране объектов культурного наследия **** представителей для участия в судебное заседание не направила, извещена надлежащим образом, возражения по существу требований не представила.

Заинтересованное лицо Управление Роспотребнадзора по ****, будучи надлежащим образом извещенным о времени и месте судебного разбирательства, представило письменные пояснения, в которых указало, что решение о размещении нового кладбища принимается органами местного самоуправления, которые обязаны учесть санитарные, экологические иные требования, предусмотренные СанПин 2.2.1/2.****-03 «Санитарно-защитные зоны и санитарная классификация предприятий, сооружений и иных объектов», п.п.50-65 СанПиН ****-21 «Санитарно-эпидемиологические требования к содержанию территории городских и сельских поселений, к водным объектам, питьевой воде и питьевому водоснабжению, атмосферному воздуху, почвам, жилым помещениям, эксплуатации производственных, общественных помещений, организации и проведению санитарно- противоэпидемиологических (профилактических) мероприятий". Дело просили рассмотреть в отсутствие представителя Управления (л.д.170-171 т.3, л.д.35 т.5). 

Представитель заинтересованного лица Департамента имущественных и земельных отношений **** в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, направил ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие. В судебном заседании **** представитель по доверенности ФИО72 разрешение требований оставила на усмотрение суда (л.д.63 т.5).

Заинтересованное лицо Департамент сельского хозяйства **** в представленном письменном отзыве указал, что в соответствии с постановлением **** от **** **** «Об утверждении Положения о Департаменте сельского хозяйства ****» Департамент осуществляет согласование проектов генеральных планов поселений в части включения (исключения) земель сельскохозяйственного назначения. Департамент письмом от **** согласовал проект Генерального плана ****. Дело просил рассмотреть в отсутствие представителя (л.д.59 т.4, л.д.33 т.5).

Руководствуясь положениями ч.2 ст. 150, части 5 статьи 213 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суд находит возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся административных истцов, представителей администрации МО ****, ГКУ ВО «****», Государственной инспекции по охране объектов культурного наследия ****, Управления Роспотребнадзора по ****, Департамента сельского хозяйства ****, явка которых не признана судом обязательной.

Изучив материалы дела, заслушав объяснения административного истца ФИО1, представителей лиц, участвующих в деле, объяснения свидетелей ФИО68, ФИО69, ФИО70, исследовав видеоматериалы, заслушав заключение прокурора Денисова А.А., полагавшего административное исковое заявление подлежащим удовлетворению, суд приходит к выводу о том, что заявленные требования подлежат удовлетворению по следующим основаниям. 

Статьей 3 Градостроительного кодекса Российской Федерации (ГрК РФ) предусмотрено, что законодательство о градостроительной деятельности состоит из данного кодекса, других федеральных законов и иных нормативных правовых актов Российской Федерации, а также законов и иных нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации. По вопросам градостроительной деятельности принимаются муниципальные правовые акты, которые не должны противоречить ГрК РФ.

Судом установлено, что **** Советом народных депутатов **** принято решение **** «Об утверждении Генерального плана муниципального образования ****» (л.д.164 т.2).

Указанный нормативный правовой акт опубликован в печатном издании газете «****» от **** **** (л.д.166 т.2).

В соответствии с частью 6 статьи **** Генеральный план в полном объеме, как текстовая, так и графическая части размещены в сетевом издании «****», доменное имя сайта в информационно-коммуникационной сети «Интернет» ****, в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и на официальном сайте органов местного самоуправления в сети Интернет для всеобщего ознакомления (л.д.108, 165, 167 т.2).

**** утвержденный Генеральный план муниципального образования **** размещен в ФГИС ТП (УИН ****) (л.д.168-171 т.2).

Генеральный план поселения является документом территориального планирования муниципального образования, который утверждается представительным органом местного самоуправления муниципального образования (пункт 1 части 1 статьи 8, пункт 2 части 1 статьи 18, часть 1 статьи 24 ГрК РФ).

Согласно части 1 статьи 7, пункту 20 части 1 и частям 3, 4 статьи 14 Федерального закона от **** № 131-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" (далее также – Федеральный закон № 131-ФЗ) утверждение генерального плана сельского поселения относится к вопросам местного значения муниципального района.

Муниципальное образование **** является сельским поселением в составе ****. 

****, утвержденным решением Совета народных депутатов **** от **** ****, утверждение генерального плана отнесено к вопросам местного значения муниципального района (пункт 11 части 1.1 статьи 6 Устава) и является полномочием Совета народных депутатов **** (л.д.86 на обороте т.2). 

В соответствии с частью 1.1 статьи 35 Федерального закона от **** № 131-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации", пунктом 10 статьи 24 Устава, статьей 21 Регламента Совета народных депутатов ****, утвержденного решением Совета народных депутатов **** от **** ****, заседание Совета является правомочным, если на нем присутствует не менее 10 депутатов. В соответствии со статьей 27 Регламента решения принимаются простым большинством голосов от присутствующих на заседании депутатов (л.д.93,115,119,121 т.2).

Совет народных депутатов **** состоит из 20 депутатов (ст.3 Устава л.д.115 т.2).

На заседании Совета ****, на котором было принято решение **** «Об утверждении Генерального плана муниципального образования ****», присутствовало 12 депутатов, проголосовавших «за» единогласно (л.д.126-127 т.2).

Таким образом, оспариваемое решение принято Советом народных депутатов **** в пределах полномочий, предоставленных представительному органу местного самоуправления, с соблюдением требований, предъявляемых к его форме и порядку опубликования. 

Содержание генерального плана поселения, порядок его подготовки, принятия, утверждения и опубликования, а также особенности согласования проекта генерального плана поселения регулируются положениями статей 23 - 25 ГрК РФ.

Так, положениями статьи 24 ГрК РФ установлено, что решение о подготовке проекта генерального плана принимается главой местной администрации поселения (часть 2); проект генерального плана поселения до его утверждения подлежит в соответствии со статьей 25 данного кодекса обязательному согласованию в порядке, установленном уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти (часть 8); проект генерального плана подлежит опубликованию в порядке, установленном для официального опубликования муниципальных правовых актов (часть 9) и обязательному рассмотрению на общественных обсуждениях или публичных слушаниях, проводимых в соответствии со статьями 5.1 и 28 названного Кодекса (часть 11).

Частью 3 статьи 28 ГрК РФ предусмотрено, что общественные обсуждения или публичные слушания по проектам генеральных планов проводятся в каждом населенном пункте муниципального образования.

В соответствии с частью 24 статьи 5.1 ГрК РФ порядок организации и проведения общественных обсуждений или публичных слушаний по проектам, организатор и срок проведения общественных обсуждений или публичных слушаний определяется уставом муниципального образования и (или) нормативным правовым актом представительного органа муниципального образования.

На территории **** порядок проведения общественных обсуждений или публичных слушаний установлен Положением об организации и проведении общественных обсуждений или публичных слушаний по вопросам градостроительной деятельности, утвержденным решением Совета народных депутатов **** от **** **** (далее – Положение о проведении общественных обсуждений).

Постановлением администрации **** от **** **** (с изменениями от ****, от ****) утверждено Положение о комиссии по подготовке проектов в сфере градостроительной деятельности на территории муниципального образования **** и ее персональный состав (л.д.238-248 т.2).

В соответствии с ч. 4 ст. 5.1 ГрК РФ и п.3.1 ст.3 Положения о проведении общественных обсуждений процедура проведения общественных обсуждений по вопросам градостроительной деятельности на территории ****, состоит из следующих этапов: оповещение о начале общественных обсуждений; размещение проекта, подлежащего рассмотрению на общественных обсуждениях, и информационных материалов к нему на официальном сайте администрации **** в сети «Интернет» и открытие экспозиции или экспозиций такого проекта; проведение экспозиции или экспозиций проекта, подлежащего рассмотрению на общественных обсуждениях; подготовка и оформление протокола общественных обсуждений; подготовка и опубликование заключения о результатах общественных обсуждений.

Исследуя вопрос о соблюдение порядка принятия оспариваемого нормативного правового акта с учетом доводов стороны административного истца, судом установлено следующее.

**** главой администрации **** принято постановление **** «О подготовке проекта внесения изменений в Генеральный план муниципального образования **** сельское поселение», которое опубликовано в газете «****» от **** **** (л.д.136,137 т.2).

**** главой администрации **** принято постановление **** «О внесении изменений в некоторые постановления администрации ****», пунктом 2 которого предусмотрено внести изменение в постановление администрации **** от **** **** «О подготовке проекта внесения изменений в Генеральный план муниципального образования ****», заменив в названии и по тексту постановления слова «проект внесения изменений в Генеральный план муниципального образования ****» словами «проект Генерального плана муниципального образования ****» (л.д.138 т.2).

Вышеуказанное постановление от **** **** опубликовано в газете «****» от **** **** (л.д.139 т.2).

**** главой **** принято постановление **** «О назначении общественных обсуждений по проекту Генерального плана муниципального образования ****», которым постановлено: назначить общественные обсуждения по проекту Генерального плана **** (п.1); срок проведения общественных обсуждений с **** по **** (п.2); организатором общественных обсуждений является комиссия по подготовке проектов в сфере градостроительной деятельности, состав которой утвержден постановлением администрации **** от **** **** (п.3); разместить проект Генерального плана и информационные материалы к нему на официальном сайте администрации **** в сети «Интернет» на период с **** по **** (п.4); провести экспозиции проекта с **** по **** в соответствии с графиком согласно приложению к настоящему постановлению (п.5).

Приложением к данному постановлению от **** **** является график проведения экспозиций проекта Генерального плана муниципального образования **** (далее – график), пунктом 1 которого предусмотрено проведение постоянно действующей экспозиции по проекту Генерального плана **** в период с **** по **** по адресу: **** (здание МБУ МФЦ ****).

В соответствии с пунктом 32 графика предусмотрено проведение экспозиции **** по адресу: ****, около д.****, в период с **** до **** (л.д.142-145 т.2).

Вышеуказанное постановление от **** **** о назначении общественных обсуждений по проекту Генерального плана **** в полном объеме, включая график проведения экспозиций, а также оповещение о начале общественных обсуждений, отвечающее требованиям ч.ч.6,7 ст.5.1 ГрК РФ, опубликовано в газете «****» **** **** и размещено на официальном сайте администрации **** в сети «Интернет» **** (л.д.146 т.2, л.д. 215 – 222 т.2).

Проект Генерального плана и информационные материалы к нему в полном объеме в период с **** по **** были размещены на официальном сайте администрации **** в сети «Интернет» в разделе сферы деятельности/Архитектура и строительство/Общественные обсуждения (л.д. 223 т.2).

В состав МО **** в соответствии с **** от **** ****-ОЗ «О наделении **** и вновь образованных муниципальных образований, входящих в его состав, соответствующим статусом муниципальных образований и установлении их границ» входит 57 населенных пунктов.

В период размещения проекта Генерального плана на официальном сайте администрации **** с **** по **** в соответствии с графиком в каждом населенном пункте муниципального образования **** проведены экспозиции проекта Генерального плана и информационных материалов к нему. 

В соответствии с данным графиком экспозиция по проекту Генерального плана в **** была проведена **** в период с **** до **** около дома **** по ****

Фактическое проведение указанной экспозиции в **** объективно подтверждается путевым листом от **** **** (л.д.127 т.3), объяснениями свидетеля ФИО70 (заместителя председателя комиссии), не доверять которой у суда оснований не имеется.

В обоснование довода о том, что публичные обсуждения **** в д**** в период с **** до **** не проводились административный истец ФИО1 ссылается на объяснения свидетелей ФИО68 (собственника дома № **** в ****), ФИО69 (собственника дома № **** в ****), пояснивших, что во второй половине **** года они проживали в ****, готовились к зиме, никакого собрания либо машины с экспозицией не видели.

Поскольку объяснения данных свидетелей носят поверхностный характер, свидетели не смогли конкретизировать особенности юридически значимой даты – ****, суд полагает, что объяснения данных свидетелей факт проведения экспозиции по проекту Генерального плана в **** **** в период с **** до **** не опровергают.

**** организатором общественных обсуждений в соответствии с пунктами 5.1, 5.2 статьи 5 Положения о проведении общественных обсуждений подготовлен соответствующий протокол, включающий сведения о проведении экспозиций во всех 57 населенных пунктах муниципального образования ****, содержании поступивших замечаний и предложений от граждан, постоянно проживающих на территории, в пределах которой проводились общественные обсуждения, с указанием их фамилий. 

Вышеуказанный протокол общественных обсуждений от **** подписан председателем и секретарем комиссии по подготовке проектов в сфере градостроительной деятельности на территории муниципального образования ****, что согласуется с требованиями п. 5.2 Положения о проведении общественных обсуждений (л.д.148-153 т.2).

По результатам общественных обсуждений в соответствии с пунктами 6.1,6.2 статьи 6 Положения о проведении общественных обсуждений подготовлено заключение от ****, которое **** в полном объеме опубликовано в газете «****» (****) (л.д.159 т.2) и размещено на сайте администрации в сети «Интернет» (л.д. 235 т.2).

Нормой части 8 статьи 28 ГрК РФ предусмотрено, что срок проведения общественных обсуждений или публичных слушаний с момента оповещения жителей муниципального образования об их проведении до дня опубликования заключения о результатах общественных обсуждений или публичных слушаний определяется уставом муниципального образования и (или) нормативным правовым актом представительного органа муниципального образования и не может быть менее одного месяца и более трех месяцев.

Поскольку период времени со дня оповещения жителей о проведении общественных обсуждений по проекту Генерального плана **** (****) до дня опубликования заключения об их результатах (****) составил 1 месяц 11 дней, предусмотренный ч.8 ст. 28 ГрК РФ срок не нарушен.

**** главой администрации **** с учетом замечаний и предложений, указанных в заключении о результатах общественных обсуждений, принято постановление **** «Об отклонении проекта Генерального плана муниципального образования **** и направлении его на доработку».

Указанное постановление опубликовано в газете «****» от **** **** и размещено на официальном сайте администрации **** (л.д. 161 т.2).

**** главой администрации **** принято постановление **** «О согласии с проектом Генерального плана муниципального образования **** и направлении его в Совет народных депутатов ****», которое опубликовано в газете «****» от **** **** и размещено на официальном сайте администрации **** (л.д.162,163 т.2). 

Давая оценку доводам стороны административного истца о ненадлежащем извещении и ненадлежащем проведении общественных обсуждений по проекту Генерального плана, суд принимает во внимание, что уведомление о проведении экспозиций по проекту Генерального плана, включая график ее проведения с указанием даты и времени экспозиции в каждом из 57 населенных пунктов, были опубликованы в печатном органе (газете «****).

Материалами дела подтверждается, что информация о содержании проекта Генерального плана **** и информационных материалов к нему была доведена до населения данного муниципального образования путем их надлежащего опубликования, а также организации экспозиций.

Ознакомление жителей с информацией, размещенной в печатном издании, носит общедоступный характер и зависит от личного усмотрения каждого гражданина.

Исходя из изложенного, суд полагает, что порядок проведения общественных обсуждений по проекту Генерального плана **** отвечает требованиям норм статей 5.1, 24, 28 ГрК РФ.

Поскольку администрацией **** соблюдена процедура проведения общественных обсуждений по проекту Генерального плана ****, предусмотренная ст.ст.5.1, 28 ГрК РФ, жителям муниципального образования и всем заинтересованным лицам предоставлена возможность открытого обсуждения и свободного изложения своей позиции в отношении принимаемого решения в сфере градостроительной деятельности, судом отклоняется довод стороны административного истца о принятии обжалуемого решения без учета мнения населения, мотивированный ссылкой на ч.2 ст. 13 Федерального закона от **** № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды»,

Проверяя соблюдение порядка согласования проекта Генерального плана ****, предусмотренного ст. 25 ГрК РФ, суд исходит из следующего.

Нормой подпункта 2 части 2 статьи 25 ГрК РФ предусмотрено, что проект генерального плана подлежит согласованию с высшим исполнительным органом государственной власти субъекта Российской Федерации, в случае, когда в соответствии с проектом предусматривается включение в границы населенных пунктов земельных участков из земель сельскохозяйственного назначения.

В соответствии с постановлением администрации **** от **** **** «О порядке рассмотрения проектов документов территориального планирования муниципальных образований области и подготовки заключений на них» (далее – Порядок) уполномоченным органом по подготовке сводных заключений администрации области о согласовании (отказе в согласовании) проектов документов территориального планирования муниципальных образований области определен Департамент архитектуры и строительства ****.

Поскольку проект Генерального плана **** предусматривал включение в границы населенных пунктов земельных участков из земель сельскохозяйственного назначения, глава администрации **** письмом от **** № **** обратился в Департамент строительства и архитектуры **** по вопросу согласования проекта Генерального плана (л.д.29 т.4).

В соответствии с пунктами 5-9 вышеуказанного Порядка Департамент строительства и архитектуры **** письмом от **** проект Генерального плана **** направил в органы исполнительной власти и структурные подразделения администрации области, к компетенции которых относится рассмотрение содержащихся в проекте вопросов, являющихся предметом согласования. 

По проекту Генерального плана подготовлены заключения о возможности его согласования Департаментом имущественных и земельных отношений **** (письмо от **** № ****), Департаментом сельского хозяйства **** (письмо от **** № ****), Департаментом природопользования и охраны окружающей среды **** (письмо от **** № ****), Департаментом транспорта и дорожного хозяйства **** (письмо от **** № ****), Департаментом лесного хозяйства **** (письмо от **** № ****), Государственной инспекцией по охране и использованию животного мира от **** № ****) (л.д.19-27 т.4). 

По результатам рассмотрения проекта Генерального плана **** администрацией **** подготовлено сводное заключение от **** ****, отвечающее требованиям п.12 Порядка, подписанное заместителем губернатора области, курирующим вопросы развития инфраструктуры, ЖКХ и энергетики (л.д.17-18 т.4).

В дальнейшем Департамент архитектуры и строительства **** письмом от **** за № **** проинформировал органы, согласовавшие проект, о наличии технической ошибки в письме от **** № ****, в котором слова «Внесение изменений в Генеральный план муниципального образования **** сельское поселение ****» считать словами «Генеральный план муниципального образования **** сельское поселение ****».

Поскольку органы, согласовавшие проект Генерального плана ****, направленными в адрес Департамента строительства и архитектуры **** письмами подтвердили ранее направленные заключения о согласовании проекта, у суда не имеется оснований полагать нарушенной процедуру согласования проекта Генерального плана, предусмотренную ст. 25 ГрК РФ (л.д.28-37 т.4).

Давая оценку доводу административного истца ФИО1 о том, что проект Генерального плана в нарушение предписаний ч.2.1 ст. 25 ГрК РФ не согласован с Министерством культуры Российской Федерации, Государственной инспекцией по охране объектов культурного наследия ****, суд исходит из следующего.

Нормой части 2.1 статьи 25 ГрК РФ предусмотрено, что если на территориях поселения, городского округа находятся исторические поселения федерального значения, исторические поселения регионального значения, проект генерального плана подлежит согласованию соответственно с федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным Правительством Российской Федерации в области сохранения, использования, популяризации и государственной охраны объектов культурного наследия, органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации, уполномоченным в области охраны объектов культурного наследия.

В силу п.5 Порядка, утвержденного постановлением администрации **** от **** ****, проект генерального плана подлежит согласованию с органом исполнительной власти области, уполномоченным в области охраны объектов культурного наследия, если на территориях поселения, городского округа находятся исторические поселения регионального значения. 

В соответствии с ч.1 ст. 59 Федерального закона от **** № 73-ФЗ «Об объектах культурного наследия (памятники истории и культуры) народов Российской Федерации» историческим поселением являются включенные в перечень исторических поселений федерального значения или в перечень исторических поселений регионального значения населенный пункт или его часть, в границах которых расположены объекты культурного наследия, включенные в реестр, выявленные объекты культурного наследия и объекты, составляющие предмет охраны исторического поселения.

Приказом Министерства культуры РФ ****, Министерства регионального развития РФ **** от **** утвержден перечень исторический поселений федерального значения, в котором **** сельское поселение не поименовано.

Согласно информации, изложенной в письме Государственной инспекции по охране объектов культурного наследия администрации **** от **** № ****, на соответствующий запрос суда, исторические поселения регионального значения на территории муниципального образования **** сельское поселение **** отсутствуют (л.д.41-42 т.5).

Таким образом, поскольку не территории **** не имеется исторических поселений федерального и регионального значения проект Генерального плана **** не подлежал согласованию с Министерством культуры Российской Федерации и Государственной инспекцией по охране объектов культурного наследия ****.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о соблюдении процедуры согласования проекта Генерального плана ****, предусмотренной ст. 25 ГрК РФ.

Проверяя соответствие Генерального плана нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, суд исходит из следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 18 ГрК РФ генеральный план является документом территориального планирования муниципального образования, который утверждается представительным органом местного самоуправления.

Территориальное планирование направлено на определение в документах территориального планирования назначения территорий исходя из совокупности социальных, экономических, экологических и иных факторов в целях обеспечения устойчивого развития территорий, развития инженерной, транспортной и социальной инфраструктур, обеспечения учета интересов граждан и их объединений, Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований (часть 1 статьи 9 ГрК РФ).

Из материалов дела следует, что административные истцы являются собственниками земельных участков и жилых домов, расположенных в д. **** и ****

Генеральным планом **** запроектировано перспективное кладбище, площадью 20 га, с западной стороны **** на землях сельскохозяйственного назначения (страницы 157,163, 243 Генерального плана) (л.д.15,55,58 т.3), а также перевод земельного участка с западной стороны **** площадью 20,0 га из категории земель сельскохозяйственного назначения в земли особо охраняемых территории и объектов для проектируемого кладбища (таблица 3.5.3, страница 223) (л.д.25 на обороте т.3).

В соответствии с Картой функциональных зон, территория, на которой подлежит размещению кладбище, относится к землям специального назначения, функциональной зоне – «зона кладбищ» (л.д.75 т.5).

Исследуя довод стороны административного истца о противоречии Генерального плана **** статье 7 Федерального закона от **** № 172-ФЗ «О переводе земель и земельных участков из одной категории в другую» (далее также Федеральный закон № 172-ФЗ), суд, исходя из того, что Генеральным планом **** лишь запланирован перспективный перевод земель сельскохозяйственного назначения в земли особо охраняемых территорий и объектов, в рамках абстрактного нормоконтроля проверяет, насколько возможность такого перевода земель из одной категории в другую согласуется с нормами земельного и градостроительного законодательства.

Статьей 7 Федерального закона № 172-ФЗ установлены исключительные случаи перевода земель сельскохозяйственных угодий или земельных участков в составе таких земель из земель сельскохозяйственного назначения в другую категорию, в том числе, связанных с созданием особо охраняемых природных территорий или с отнесением земель к землям природоохранного, историко-культурного, рекреационного и иного особо ценного назначения (п.2).

На основании пункта 2 статьи ст.10 приведенного Федерального закона № 172-ФЗ перевод земель другой категории или земельных участков в составе таких земель в земли особо охраняемых территорий и объектов (за исключением земель населенных пунктов) допускается в случае создания особо охраняемых территорий.

Из содержания ч.1 ст. 94 Земельного кодекса Российской Федерации (ЗК РФ) следует, что к землям особо охраняемых территорий относятся земли, которые имеют, в том числе, историко-культурное, значение и, которые изъяты в соответствии с решениями органов местного самоуправления полностью или частично из хозяйственного использования и оборота и для которых установлен особый правовой режим.

В силу п.4 ч.2 ст. 94 ЗК РФ к землям особо охраняемых территорий относятся земли историко-культурного назначения.

В соответствии с п.3 ч.1 ст. 99 ЗК РФ к землям историко-культурного назначения относятся земли военных и гражданских захоронений.

Из системного толкования вышеприведенных правовых норм следует, что размещение военных и гражданских захоронений возможно на землях историко-культурного назначения, которые в свою очередь относятся к землям особо охраняемых территорий. 

Данное обстоятельство обусловило получение на проект Генерального плана **** положительного заключения Департамента имущественных и земельных отношений **** (письмо от **** №****), к полномочиям которого в соответствии п.3.63 Положения о Департаменте, утвержденным постановлением Губернатора **** от **** ****, относится, в том числе, рассмотрение ходатайства о переводе земель или земельных участков в составе таких земель из одной категории в другую (л.д.19-21, 35-38,71 т. 4).

Таким образом, запланированный Генеральным планом **** перевод земель сельскохозяйственного назначения в земли особо охраняемых территорий и объектов в целях размещения кладбища, а также установление на предполагаемой территории размещения кладбища функциональной зоны – «зона кладбищ» в целом действующему правовому регулированию не противоречит.

При этом следует отметить, что в силу части 12 статьи 9 ГрК РФ, утверждение в документах территориального планирования границ функциональных зон не влечет за собой изменение правового режима земель, находящихся в границах указанных зон (часть 12 статьи 9 ГрК РФ).

По вышеизложенным основаниям, а также учитывая, что генеральный план определяет стратегию развития территории и подлежит реализации в течение 20 лет, доводы стороны административного истца о том, что не момент принятия Генерального плана **** земельный участок для размещения перспективного кладбища не сформирован, на кадастровый учет не поставлен, о неопределенности нормативного правового акта в оспариваемой части не свидетельствуют.

Относительно довода административного истца ФИО1 о несоблюдении администрацией **** фактически порядка перевода земель сельскохозяйственного назначения в земли особо охраняемых территорий и объектов в целях размещения кладбища, о чем свидетельствует представленная в материалы административного дела выписка из ЕГРН от **** № ****, из которой усматривается, что земельный участок под размещение кладбища с кадастровым номером ****, площадью 199 984+/-3913 кв.м., сформирован, поставлен на кадастровый учет ****, имеет категорию земель – земли особо охраняемых территорий и объектов, вид разрешенного использования - ритуальная деятельность (л.д.154-157 т.3), суд отмечает, что действия по фактическому переводу земель в иную категорию предметом настоящего административного дела не охватываются и судебной оценке в рамках абстрактного нормоконтроля не подлежат.

Соблюдение администрацией **** порядка фактического перевода земель сельскохозяйственного значения в земли особо охраняемых территорий и объектов в целях размещения кладбища составляет предмет самостоятельной судебной проверки.

В обоснование несоответствия Генерального плана требованиям ч.5.1 ст.23 ГрК РФ сторона административного истца ссылается на то, что границы населенных пунктов ****, включая, ****, не определены, сведения о границах населенных пунктов в ЕГРН отсутствуют, представляя в подтверждение уведомление Управления Росреестра по **** об отсутствии в ЕГРН запрашиваемых сведений от **** № **** (л.д. 39-40 т.5).

По мнению стороны административного истца, отсутствие сведений о границах населенных пунктов в ЕГРН свидетельствует о неопределенности оспариваемого нормативного правового акта, а также не позволяет проверить соблюдение установленных санитарными нормами и правилами расстояний от кладбища до границы населенного пункта д.Березницы, объектов питьевого водоснаждения, газопровода и т.п.

Проверяя данный довод, суд принимает во внимание, что в Пояснительной записке к Генеральном плану приведен перечень координат характерных точек населенных пунктов муниципального образования ****, включая координаты характерных точек границ **** в системе координат (л.д.207 т.3).

Исследовав Карту границ населенных пунктов муниципального образования **** (л.д.200-201 т.3), кадастровый план территории применительно к кадастровому кварталу **** (л.д.1-20 т.5), а также данные Публичной кадастровой карты, которые позволяют установить расстояние от проектируемого кладбища до юридически значимых объектов (****», источников водоснабжения, газопровода и т.п.) суд не может согласиться с доводами административного истца о неопределенности оспариваемого нормативного правового акта.

Кроме того, нормой ч.3 ст. 7 Федерального закона от **** № 507-ФЗ «О внесении изменений в Градостроительный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации» предусмотрено, что органы государственной власти, органы местного самоуправления, утвердившие документы территориального планирования, которыми устанавливаются или изменяются границы населенных пунктов (в том числе вновь образованных), правила землепользования и застройки, обязаны направить в федеральный орган исполнительной власти, уполномоченный на осуществление государственного кадастрового учета, государственной регистрации прав, ведение Единого государственного реестра недвижимости и предоставление сведений, содержащихся в Едином государственном реестре недвижимости, документы, необходимые для внесения сведений соответственно о границах населенных пунктов, территориальных зон в Единый государственный реестр недвижимости, в целях обеспечения внесения таких сведений в Единый государственный реестр недвижимости в срок не позднее ****.

Исходя из вышеизложенного, суд не усматривает несоответствия оспариваемого Генерального плана взаимосвязанным нормам ч.5.1 ст. 23 ГрК РФ, ч.3 ст. 7 Федерального закона от **** № 507-ФЗ.

Стороной административного истца приводятся доводы о противоречии Генерального плана **** в оспариваемой части требованиям лесного, водного законодательства, законодательства о культурном наследии народов Российской Федерации, законодательства о промышленной безопасности. 

Статьей 3 ГрК РФ предусмотрено, что законодательство о градостроительной деятельности включает данный кодекс, другие федеральные законы и иные нормативные правовые акты Российской Федерации, а также законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации. 

В части, не урегулированной законодательством о градостроительной деятельности, к этим отношениям применяется земельное, лесное, водное законодательство, законодательство об особо охраняемых природных территориях, об охране окружающей среды, об охране объектов культурного наследия народов Российской Федерации и иное законодательство Российской Федерации (часть 3 статьи 4 ГрК РФ).

В обоснование довода о нарушении предписаний ст.ст. 50.7, 60.2, 60.12 Лесного кодекса РФ, административные истцы указывают, что земельный участок с кадастровым номером ****, сформированный в целях размещения кладбища, вплотную примыкает к землям лесного фонда, соответственно, санитарно-защитная зона кладбища будет заходить на земли лесного фонда. 

Давая оценку данному доводу, суд исходит из того, что пунктом 5 Правил установления санитарно-защитных зон и использования земельных участков, расположенных в границах санитарно-защитных зон, утвержденных постановлением Правительства РФ от **** **** (далее – Постановление Правительства РФ от **** ****), определен закрытый перечень запрещенных видов использования земельных участков, расположенных в границах санитарно-защитной зоны.

Запрет на нахождение земель лесного фонда в санитарно-защитной зоне действующим законодательством не предусмотрен.

Порядок согласования проекта генерального плана урегулирован нормой ст.25 ГрК РФ, постановлением администрации **** от **** **** «О порядке рассмотрения проектов документов территориального планирования муниципальных образований области и подготовки заключений на них».

Приведенными нормативными правовыми актами не предусмотрен при рассмотрении проекта генерального плана учет наличия санитарно-защитной зоны кладбища.

Департамент лесного хозяйства **** письмом от **** № **** согласовал проект Генерального плана **** в порядке, предусмотренном ст.25 ГрК РФ и постановлением администрации **** от **** ****, подготовив положительное заключение в части касающейся земель лесного фонда (л.д.26 т.4).

С учетом изложенного, суд полагает, что Генеральный план **** в оспариваемой части земли лесного фонда **** лесничества не затрагивает и не нарушает имущественные интересы Российской Федерации в отношении земель лесного фонда.

Проверяя довод административных истцов о нарушении Генеральным планом **** в оспариваемой части требований водного и корреспондирующих норм законодательства о санитарно-эпидемиологическом благополучии населения, суд исходит из следующего.

Нормой пункта 1 части 2 статьи 16 Федерального закона «О погребении и похоронном деле» предусмотрен запрет на устройство кладбищ на территориях первого и второго поясов зоны санитарной охраны источника водоснабжения.

В силу абзаца второго пункта 4 и абзаца второго пункта 5 статьи 18 Федерального закона от **** № 52-ФЗ "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения" проекты округов и зон санитарной охраны водных объектов, используемых для питьевого, хозяйственно-бытового водоснабжения и в лечебных целях, а также границы и режим зон санитарной охраны источников питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения устанавливаются органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации при наличии санитарно-эпидемиологического заключения о соответствии их санитарным правилам.

Санитарно-эпидемиологические требования к организации и эксплуатации зон санитарной охраны источников водоснабжения и водопроводов питьевого назначения определены СанПиН 2.****-02 "Зоны санитарной охраны источников водоснабжения и водопроводов питьевого назначения", утвержденными постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от **** **** (далее - Санитарные правила, СанПиН 2.****-02).

Согласно абзацу первому пункта 1.5 СанПиН 2.****-02 зоны санитарной охраны организуются в составе трех поясов: первый пояс (строгого режима) включает территорию расположения водозаборов, площадок всех водопроводных сооружений и водопроводящего канала. Второй и третий пояса (пояса ограничений) включают территорию, предназначенную для предупреждения загрязнения воды источников водоснабжения. В каждом из трех поясов, а также в пределах санитарно-защитной полосы, соответственно их назначению, устанавливается специальный режим и определяется комплекс мероприятий, направленных на предупреждение ухудшения качества воды.

Согласно пункту 1.6 СанПиН 2.****-02 принципиальное решение о возможности организации зоны санитарной охраны принимается на стадии проекта районной планировки или генерального плана, когда выбирается источник водоснабжения. В генеральных планах застройки населенных мест зоны санитарной охраны источников водоснабжения указываются на схеме планировочных ограничений (пункт 1.9 СанПиН 2.****-02).

В результате исследования Схемы водоснабжения и водоотведения муниципальных образований **** на период до **** года по состоянию на **** год, утвержденной постановлением администрации **** от **** ****, установлено, что центральное водоснабжение, а также артезианские скважины в **** отсутствуют (л.д.238-245 т.4)

В целях организации водоснабжения жителей **** около **** имеется муниципальный шахтный питьевой колодец, что подтверждается выпиской из реестра муниципального имущества (л.д.246 т.4).

Зона санитарной охраны муниципального колодца, расположенного около дома № **** ****, не установлена. Данных, свидетельствующих об обратном, в ходе рассмотрения дела не установлено.

Расстояние от земельного участка, запланированного под размещение кладбища, до муниципального колодца, согласно данным Публичной кадастровой карты составляет 512 м (л.д. 24 т.5).

Водоохранная зона реки **** на территории **** составляет 200 м, что подтверждается данными публичной кадастровой карты, содержащей сведения о Зоне с особыми условиями использования территории (****), в пределах которой запрещено размещение, в том числе, кладбищ (л.д.25 т.5).

Расстояние от запланированного кладбища до водоохранной зоны реки **** составляет 1 145 м., что подтверждается выкопировкой из публичной кадастровой карты (л.д.166 т.3).

Иных территорий, которые примыкают к береговой линии (границам водного объекта) рек, ручьев, каналов, озер, водохранилищ, на которых устанавливаются водоохранные зоны, **** не имеет.

Между **** и **** находится водоем – пруд, данный водоем к источникам водоснабжения, в отношении которых организуются зоны санитарной охраны, не относится. Расстояние от проектируемого кладбища до указанного пруда составляет 591 м (л.д.165 т.3).

Исходя из изложенного Генеральный план **** в оспариваемой части взаимосвязанным нормам водного и санитарно-эпидемиологического законодательства, регулирующего порядок установления зон санитарной охраны водных объектов, не противоречит.

В обоснование нарушения положений ст.ст. 5, 5.1 Федерального закона от **** № 73-ФЗ «Об объектах культурного наследия народов Российской Федерации» сторона административного истца ссылается на приказ Государственной инспекции по охране объектов культурного наследия по **** от **** **** «Об утверждении списка выявленных объектов культурного наследия ****» (Приложение 3 пункт 2 таблицы 2.2.2, страница 78 Генерального плана), в соответствии с которым **** включено в перечень выявленных объектов культурного наследия **** (л.д.45 на обороте т.3). 

Норма подпункта 1 пункта 1 статьи 5.1 Федерального закона от **** № 73-ФЗ "Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации" предусматривает запрет на строительство в границах территории объекта культурного наследия на территории памятника или ансамбля объектов капитального строительства и увеличение объемно-пространственных характеристик существующих на территории памятника или ансамбля объектов капитального строительства; проведение земляных, строительных, мелиоративных и иных работ, за исключением работ по сохранению объекта культурного наследия или его отдельных элементов, сохранению историко-градостроительной или природной среды объекта культурного наследия.

Из представленных по запросу суда документов, а именно, Паспорта **** следует, что общая площадь памятника составляет 0,46 га, рекомендовано установить охранную зону в пределах 50 м от предполагаемых границ памятника (л.д.45-49 т.5).

Защитная зона объекта культурного наследия не установлена, сведения о границах территории в ЕГРН отсутствуют (л.д.41-42 т.5).

Отсутствие в Едином государственном реестре недвижимости сведений о границах территории объекта культурного наследия, об ограничениях использования объекта недвижимого имущества в силу п.7 ст.3.1 приведенного Федерального закона № 73-ФЗ не является основанием для несоблюдения требований к осуществлению деятельности в границах территории объекта культурного наследия, установленных земельным законодательством Российской Федерации и статьей 5.1 настоящего Федерального закона.

Частью 4 статьи 34.1 Федерального закона «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации» предусмотрено, что границы защитной зоны объекта культурного наследия, расположенного в границах населенного пункта, устанавливаются на расстоянии 200 метров от линии внешней стены памятника.

Как следует из данных публичной кадастровой карты **** от границы проектируемого кладбища находится на расстоянии 580 м (л.д.74 т.5).

С учетом изложенного Генеральным планом **** в оспариваемой части законодательство об объектах культурного наследия не нарушено.

Исследуя довод стороны административного истца о том, что на территории, отведенной под кладбище, проходит действующий объект газоснабжения, а также расположена газораспределеительная станция, что противоречит нормам чч.3 ст.87, ч.6 ст.90 ЗК РФ, Правилам охраны магистральных трубопроводов, утвержденным Министерством топлива и энергетики РФ от **** и нормам постановления Федерального горного и промышленного надзора России от ****, в соответствии с которыми в границах охранных зон объектов системы газоснабжения не допускается строительство каких бы то ни было зданий, строений, сооружений в пределах установленных минимальных расстояний до объектов системы газоснабжения, суд исходит из следующего. 

На публичной кадастровой карте, действительно, отображена зона с особыми условиями использования территории – охранная зона газорапределительной сети межпоселкового газопровода **** протяженностью 4 м. Относительно имеющихся ограничений, указано, что режим использования установлен постановлением Правительства РФ от **** **** (л.д.23 т.5).

В соответствии с подпунктом "а" пункта 7 Правил охраны газораспределительных сетей, утвержденных постановлением Правительства РФ от **** ****, для газораспределительных сетей устанавливаются охранные зоны: вдоль трасс наружных газопроводов - в виде территории, ограниченной условными линиями, проходящими на расстоянии 2 метров с каждой стороны газопровода.

Земельный участок, предусмотренный для размещения кладбища, не попадает в охранную зону газораспределительной сети межпоселкового газопровода ****, что подтверждается выкопировкой из Публичной кадастровой карты и письмом АО «Газпром газораспределение ****» от **** № ****.

Согласно полученной информации от АО «Газпром газораспределение ****» (письмо от **** № ****) в границах земельного участка с кадастровым номером **** газопроводы высокого и низкого давления отсутствуют.

Газораспределительная сеть межпоселкового газопровода **** находится на расстоянии 360 м от земельного участка с кадастровым номером **** (л.д.22 т.5).

При таком положении оснований для вывода о нарушении Генеральным планом **** в оспариваемой части законодательства о промышленной безопасности опасных производственных объектов не имеется.

Отклоняя довод стороны административного истца о недопустимости расположения проектируемого кладбища ввиду нахождения в непосредственной близости зверохозяйства, суд не усматривает противоречия действующему правовому регулированию, а также принимает во внимание наличие положительного заключения на проект Генерального плана **** Государственной инспекции по охране и использованию животного мира администрации **** от **** № **** (л.д.25 т.4).

Таким образом, судом не установлено противоречия Генерального плана **** в оспариваемой части нормам градостроительного, земельного, водного, лесного законодательства, а также законодательства об объектах культурного наследия, промышленной безопасности.

Давая оценку доводам административных истцов о противоречии Генерального плана **** положениям частей 1 и 3 статьи 16 Федерального закона от **** № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле», которыми предусмотрено, что выбор земельного участка для размещения места погребения осуществляется в соответствии с правилами застройки города или иного поселения с учетом гидрогеологических характеристик, особенностей рельефа местности, состава грунтов, предельно допустимых экологических нагрузок на окружающую среду; создание новых мест погребения, реконструкция действующих мест погребения возможны при наличии положительного заключения экологической и санитарно-гигиенической экспертизы, суд исходит из следующего.

В соответствии с частью 11 статьи 9 ГрК РФ генеральные планы поселений утверждаются на срок не менее чем двадцать лет. 

В этой связи Генеральным планом муниципального образования определяется стратегия градостроительного развития, планирование территории направлено на развитие территории, то есть на ее возможное изменение в будущем. 

Реализация документов территориального планирования осуществляется, в том числе, путем подготовки и утверждения документации по планировке территории в соответствии с документами территориального планирования (пункт 1 части 1 статьи 26 ГрК РФ), создания объектов в местного значения на основании документации по планировке территории (пункт 3 части 1 статьи 26 ГрК РФ).

Нормами частей 5 и 6 статьи 26 ГрК РФ предусмотрена необходимость отображения в документах территориального планирования подлежащих созданию объектов местного значения. 

В соответствии с п.10 ч.3 ст. 10.**** от **** ****-ОЗ "О регулировании градостроительной деятельности на территории ****" к объектам местного значения поселения, подлежащим отображению на генеральном плане поселения, относятся места погребения умерших.

В силу части 6 ст.45 ГрК РФ не допускается осуществлять подготовку документации по планировке территории, предусматривающей размещение объектов местного значения поселения, если размещение таких объектов не предусмотрено документами территориального планирования.

Из содержания вышеприведенных правовых норм в их совокупности и взаимосвязи следует, что созданию объекта местного значения предшествует принятие последовательных градостроительных решений в виде генерального плана поселения, правил землепользования и застройки поселения, проекта планировки территории, подготовки проектно-сметной документации создаваемого объекта. 

В данном случае отображение на картах генерального плана **** местоположения проектируемого кладбища как объекта местного значения носит общий, планируемый (перспективный) характер.

Буквальное толкование норм ч.ч.1,3 ст.16 Федерального закона «О погребении и похоронном деле» не позволяет прийти к выводу о необходимости проведения гидрогеологических изысканий и получения положительного заключения экологической и санитарно-гигиенической экспертизы на этапе разработки и принятия генерального плана. 

По смыслу взаимосвязанных норм ч.ч.5,6 ст.26, ч.6 ст.45 ГрК РФ, ч.ч.1,3 Федерального закона «О погребении и похоронном деле» данная обязанность возникает при подготовке проектно-сметной документации и получении разрешения на строительство.

Исходя из изложенного, суд не усматривает противоречия Генерального плана **** предписаниям ч.ч.1 и 3 ст. 16 Федерального закона «О погребении и похоронном деле».

Проверяя доводы стороны административных истцов о противоречии Генерального плана **** законодательству о санитарно-эпидемиологическом благополучии населения, суд исходит из следующего.

Статьей 12 Федерального закона от **** № 52-ФЗ "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения" предусмотрено, что при планировке и застройке городских и сельских поселений должно предусматриваться создание благоприятных условий для жизни и здоровья населения путем комплексного благоустройства городских и сельских поселений и реализации иных мер по предупреждению и устранению вредного воздействия на человека факторов среды обитания. При разработке нормативов градостроительного проектирования, схем территориального планирования, генеральных планов городских и сельских поселений, решении вопросов размещения объектов гражданского, промышленного и сельскохозяйственного назначения и установления их санитарно-защитных зон, должны соблюдаться санитарные правила.

Согласно части 6 и пункту 7 части 8 статьи 23 ГрК РФ к генеральному плану прилагаются материалы по его обоснованию в виде карт, которые отображают зоны с особыми условиями использования территорий.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1 ГрК РФ санитарно-защитные зоны, устанавливаемые в соответствии с законодательством Российской Федерации, относятся к зонам с особыми условиями использования территорий.

В соответствии с СанПиН 2.2.1/2.****-03 «Санитарно-защитные зоны и санитарная классификация предприятий, сооружений и иных объектов» (далее -СанПиН 2.2.1/2.****-03), размеры и границы санитарно-защитной зоны определяются в проекте санитарно-защитной зоны. Разработка проекта санитарно-защитной зоны для объектов I - III класса опасности является обязательной (пункты 3.1, 3.10 СанПиН). Установление, изменение размеров санитарно-защитных зон для промышленных объектов и производств I и II класса опасности осуществляется постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации (пункт 4.2 СанПиН).

Из содержания вышеприведенных норм следует, что генеральным планом не устанавливаются санитарно-защитные зоны, а на картографическом материале отображаются границы таких зон, определенных в соответствии с требованиями законодательства в сфере санитарно-эпидемиологического благополучия населения. 

На Карте границ зон с особыми условиями использования территории Генерального плана **** отображена санитарно-защитная зона вокруг проектируемого кладбища (л.д. 133 т.3).

Между тем, санитарно-защитная зона в порядке, предусмотренном п.п.2,3 Постановления Правительства РФ от **** **** «Об утверждении Правил установления санитарно-защитных зон и использования земельных участков, расположенных в границах санитарно-защитных зон», не устанавливалась, главным государственным санитарным врачом соответствующего уровня постановление об утверждении санитарно-защитной не принималось, проект санитарно-защитной зоны кладбища с обоснованием их размеров не разрабатывался.

При отсутствии акта об утверждении границ санитарно-защитной зоны проектируемого кладбища оснований для ее отображения в Генеральном плане **** не имелось.

Пунктами 1.3 и 2.1 СанПиН 2.1.2882-11"Гигиенические требования к размещению, устройству и содержанию кладбищ, зданий и сооружений похоронного назначения", утвержденных Постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от **** **** (далее также - СанПиН ****-11), действующих в период принятия оспариваемого нормативного правового акта, предусмотрено, что требования по размещению, устройству и содержанию кладбищ, зданий, сооружений и помещений похоронного назначения, включаемые в нормативные правовые акты, принимаемые органами исполнительной власти и местного самоуправления, должны соответствовать положениям настоящих санитарных правил. Размещение, расширение и реконструкция кладбищ, зданий, сооружений, помещений похоронного назначения осуществляются в соответствии с законодательством в области градостроительной деятельности и санитарными правилами и нормативами.

В соответствии с пунктами 2.1, 2.5 СанПиН 2.2.1/2.****-03 в целях обеспечения безопасности населения и в соответствии с Федеральным законом "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения" от **** № 52-ФЗ вокруг объектов и производств, являющихся источниками воздействия на среду обитания и здоровье человека, устанавливается специальная территория с особым режимом использования. По своему функциональному назначению санитарно-защитная зона является защитным барьером, обеспечивающим уровень безопасности населения при эксплуатации объекта в штатном режиме.

Пунктом 2.5 СанПиН ****-11 предусмотрено, что кладбища с погребением путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп) размещают на расстоянии от жилых, общественных зданий, спортивно-оздоровительных и санаторно-курортных зон в соответствии с санитарными правилами по санитарно-защитным зонам и санитарной классификации предприятий, сооружений и иных объектов.

Часть 2 статьи 16 Федерального закона «О погребении и похоронном деле» содержит императивное требование о том, что вновь создаваемые места погребения должны размещаться на расстоянии не менее 300 метров от границ селитебной территории. 

Из содержания вышеприведенных норм, а также п.52 СанПиН ****-21, утвержденного постановлением Главного государственного санитарного врача РФ от **** ****, действующего в настоящее время, следует, что между кладбищем и жилой застройкой в обязательном порядке подлежит установлению санитарно-защитная зона.

Соответственно, принципиальное решение о возможности организации санитарно-защитной зоны подлежит принятию на стадии подготовки и утверждения проекта генерального плана в соответствии с требованиями санитарных норм. 

Генеральным планом должна определяться территория, на которой подлежит установлению санитарно-защитная зона, и на которой будет действовать особый режим, предусмотренный для санитарно-защитной зоны.

В противном случае создание опасного объекта, вокруг которого в обязательном порядке подлежит установлению санитарно-защитная зона, будет либо противоречить закону, либо существенно нарушать права граждан.

Протяженность санитарно-защитной зоны зависит от класса опасности объекта, который в свою очередь, применительно к кладбищам, определяется площадью кладбища.

Так, пункт **** СанПиН 2.2.1/2.****-03 относит кладбища смешанного и традиционного захоронения площадью от 20 до 40 га - к II классу санитарной классификации предприятий, сооружений и иных объектов с санитарно-защитной зоной 500 м;

кладбища смешанного и традиционного захоронения площадью от 10 до 20 га к III классу санитарной классификации предприятий, сооружений и иных объектов с санитарно-защитной зоной 300 м; 

закрытые кладбища и мемориальные комплексы, кладбища с погребением после кремации, колумбарии, сельские кладбища – к V классу санитарной классификации предприятий, сооружений и иных объектов с санитарно-защитной зоной 50 м.

Исследование Генерального плана **** позволяет установить противоречие, заключающееся в том, что на страницах 157 и 163 предусмотрено создание сельского кладбища площадью 20,0 га (л.д.55,58 на обороте т.3); на странице 243 Генерального плана предусмотрено выделение территории под новое кладбище площадью 20,0 га, без указания отнесения к категории сельских (л.д.15 на обороте т.3); на странице 165 Генерального плана имеется ссылка на то, что площадь проектируемого участка определена с учетом перспективных захоронений на ближайшие 50 лет жителей города **** и близлежащих сельский населенных пунктов (л.д.54 на обороте т.3).

Исходя из вышеуказанных целей создания кладбища с западной стороны ****, заинтересованности администрации города **** в скорейшем использовании кладбища, выраженной в письме главы администрации **** от **** **** (л.д.160 т.3), площади кладбища 20 га, суд считает, что указание в Генеральном плане **** на статус кладбища как сельское кладбище не дает оснований для отнесения его к V классу санитарной классификации предприятий, сооружений и иных объектов с санитарно-защитной зоной 50 м.

Утверждение представителя административного ответчика, что Генеральным планом **** предусмотрено кладбище площадью до 20 га, опровергается содержанием текстовой части данного Генерального плана, в котором на страницах 157, 223, 243, (л.д. 15,25,58 т.3) прямо предусмотрено создание кладбища площадью именно 20 га.

Указание на странице 164 Генерального плана **** площади кладбища 199 984 кв.м. (л.д.55 т.3) лишь свидетельствует о наличии в текстовой части нормативного правового акта противоречия относительно площади проектируемого кладбища.

Довод представителя административного ответчика о формировании в целях размещения кладбища земельного участка с кадастровым номером **** площадью 199 984 кв.м., правового значения не имеет, поскольку предметом судебной оценки в рамках главы 21 КАС РФ является соответствие нормативного правового акта закону, а не порядок его реализации.

Вместе с тем, имеющаяся в материалах дела выписка из ЕГРН от **** № **** подтверждает, что в целях размещения кладбища сформирован и поставлен на кадастровый учет **** земельный участок с кадастровым номером ****, площадью 199 984 +/-3913 кв.м, с видом разрешенного использования – ритуальная деятельность (л.д.154-156 т.3). 

Погрешность при формировании земельного участка под кладбище составила 3913 кв.м. В случае принятия данной погрешности в сторону увеличения, площадь земельного участка под кладбище составит 203 897 кв.м. (199 984 + 3913), что значительно превышает 20 га.

Учитывая, что кладбища площадью от 20 га в силу буквального применения пункта **** СанПиН 2.2.1/2.****-03 отнесены к II классу санитарной классификации предприятий, Генеральным планом **** предусмотрено создание кладбища с западной стороны **** площадью именно 20 га, суд приходит к выводу, что расстояние от планируемого Генеральным планом **** кладбища площадью 20 га до границы **** в целях установления санитарно-защитной зоны должно составлять 500 м.

Как усматривается из материалов дела, в том числе, из выкопировки из публичной кадастровой карты (л.д.168 т.3), чертежа границ земельного участка с кадастровым номером ****, выполненного кадастровым инженерном ФИО73 (л.д.258 т.3), жилая застройка **** (ближайший учтенный земельный участок) расположена на расстоянии 390 м от земельного участка, предназначенного Генеральным планом **** для размещения кладбища (л.д.258 т.3).

В соответствии с подп. "а" п. 5 Правил установления санитарно-защитных зон и использования земельных участков, расположенных в границах санитарно-защитных зон, утвержденных постановлением Правительства РФ от **** ****, в границах санитарно - защитной зоны не допускается размещение жилой застройки, зон рекреационного назначения и для ведения садоводства.

Норма пункта 5.1 СанПиН 2.2.1/2.****-03 также содержит запрет на размещение в санитарно - защитной зоне жилой застройки, включая отдельные жилые дома, ландшафтно-рекреационные зоны, зоны отдыха, территории садоводческих товариществ и коттеджной застройки, коллективных или индивидуальных дачных и садово-огородных участков, а также другие территории с нормируемыми показателями качества среды обитания.

Из изложенного следует, что Генеральный план **** в оспариваемой части противоречит требованиям пунктов 5.1, **** СанПиН 2.2.1/2.****-03.

Кроме того, из Карты функциональных зон Генерального плана **** с очевидностью следует, что земельный участок, на котором планируется размещение кладбища, граничит с функциональной зоной сельскохозяйственного назначения (л.д. 75 т.5).

В соответствии с подп. «б» п.5, п.5.2 Правил установления санитарно-защитных зон и использования земельных участков, расположенных в границах санитарно-защитных зон, утвержденных постановлением Правительства РФ от **** ****, в границах санитарно-защитной зоны не допускается использования земельных участков в целях производства, хранения и переработки сельскохозяйственной продукции, предназначенной для дальнейшего использования в качестве пищевой продукции, если химическое, физическое и (или) биологическое воздействие объекта, в отношении которого установлена санитарно-защитная зона, приведет к нарушению качества и безопасности таких средств, сырья, воды и продукции в соответствии с установленными к ним требованиями, а также не допускается размещение объектов пищевых отраслей промышленности.

Вместе с тем, вопрос о возможности установления санитарно-защитной зоны вокруг планируемого кладбища, на землях сельскохозяйственного назначения в соответствии с нормами санитарно-эпидемиологического законодательства не рассматривался, принципиальное решение о возможности установления санитарно-защитной зоны кладбища на землях сельскохозяйственного назначения не принималось, что позволяет суду прийти к выводу о том, что нормативный правовой акт в оспариваемой части не отвечает требованиям определенности.

Кроме того, пунктом 2.4 СанПиН ****-11, действующих в период принятия оспариваемого нормативного правового акта, а также п.52 СанПиН ****-21, утвержденных постановлением Главного государственного санитарного врача РФ от **** ****, предусмотрено, что участок, отводимый под кладбище, должен иметь уклон в сторону, противоположную населенному пункту, открытых водоемов, а также при использовании населением грунтовых вод для хозяйственно-питьевых и бытовых целей.

В подтверждение доводов, изложенных в коллективном административном исковом заявлении, о том, что земельный участок, на котором предусмотрено размещение кладбища, находится на возвышенности, с которой потоки воды стекают в сторону **** и **** а также в пруд, используемый жителями для купания и отдыха, размещение кладбища приведет к невозможности использования населением принадлежащих им земельных участков, административные истцы ссылаются на объяснения свидетелей ФИО68, ФИО69, а также исследованный судом видеоматериал – сюжет, снятый ТК «Вести ****», и показанный **** по **** телевидению в телепередаче «Вести ****». 

Изложенные доказательства, не опровергнутые в ходе рассмотрения дела, свидетельствуют о нарушении прав и законных интересов административных истцов, являющихся правообладателями земельных участков, в том числе, в ****, расстояние от планируемого кладбища до которой, менее установленного санитарными нормами и правилами.

Согласно пункту 1 части 2 статьи 215 КАС РФ по результатам рассмотрения административного дела об оспаривании нормативного правового акта судом принимается, в том числе, решение об удовлетворении заявленных требований полностью или в части, если оспариваемый нормативный правовой акт полностью или в части признается не соответствующим иному нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу, и не действующим полностью или в части со дня его принятия или с иной определенной судом даты.

Таким образом, судом в ходе рассмотрения настоящего административного дела установлено, что Генеральный план ****, утвержденный решением Совета народных депутатов **** от **** **** в части размещения к западу от **** кладбища площадью 20 га, не соответствует положениям пунктов 5.1, **** СанПиН 2.2.1/2.****-03, п. 2.4 Сан ПиН СанПиН ****-11, подпунктам "а,б" п. 5 Правил установления санитарно-защитных зон и использования земельных участков, расположенных в границах санитарно-защитных зон, утвержденных постановлением Правительства РФ от **** ****, имеющим большую юридическую силу, в связи с чем, требования административных истцов о признании нормативного правового акта в оспариваемой части недействующим подлежат удовлетворению.

Руководствуясь положениями пункта 1 части 2, пункта 1 части 4 статьи 215 КАС РФ, разъяснениями, содержащимися в пункте 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от **** ****, принимая во внимание, что оспариваемый нормативный акт до вынесения решения суда применялся и на его основании были реализованы права граждан и организаций, суд полагает, что оспариваемый в части нормативный правовой акт подлежит признанию недействующим со дня вступления настоящего решения в законную силу.

В соответствии с пунктом 2 части 4 статьи 215 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации сообщение о принятии настоящего решения суда подлежит опубликованию в течение одного месяца со дня вступления решения суда в законную силу в официальном печатном издании Совета народных депутатов **** и размещению на официальном сайте органов местного самоуправления ****.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 175-180, 215 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд 

РЕШИЛ:

Коллективное административное исковое заявление ФИО1, ФИО3, ФИО4 и других административных истцов о признании недействующим Генерального плана муниципального образования ****, утвержденного решением Совета народных депутатов **** от **** ****, в части размещения к западу от **** кладбища площадью 20 га, удовлетворить.

Признать недействующим Генеральный план муниципального образования ****, утвержденный решением Совета народных депутатов **** от **** ****, в части размещения к западу от **** кладбища площадью 20 га, со дня вступления решения в законную силу.

Сообщение о принятии настоящего решения подлежит опубликованию в течение одного месяца со дня вступления решения суда в законную силу в официальном печатном издании Совета народных депутатов **** (газете) «****» и размещению на официальном сайте органов местного самоуправления **** в сети «Интернет».

На решение могут быть поданы апелляционные жалоба, представление в Первый апелляционный суд общей юрисдикции через Владимирский областной суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий судья

Владимирского областного суда О.И.Емельянова

Мотивированное решение изготовлено ****.