№ 1-115/2018

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Новотроицк 2 июля 2018 года

Новотроицкий городской суд Оренбургской области в составе судьи Родыгиной Е.Г.,

при секретарях Барановой Е.И., Макамбетовой Ж.К., Бреусе А.В.,

с участием: государственных обвинителей – помощников прокурора г. Новотроицка Оренбургской области Мельникова А.О., ФИО1, старшего помощника прокурора г. Новотроицка Пимахина М.А.,

защитника – адвоката Богдановой Н.В.,

подсудимого ФИО2,

потерпевшего Р.В.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении ФИО2, родившегося 

<

адрес> ранее не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, при следующих обстоятельствах:

ФИО2, в период времени с 23 часов 00 минут 6 июля 2017 года до 03 часов 20 минут 7 июля 2017 года, находясь в 

<

адрес>, в ходе ссоры с Р.С.А., возникшей на почве личных неприязненных отношений, действуя умышленно, с целью причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, не имея умысла на убийство, нанес Р.С.А. не мене двух ударов кулаком по голове. Через какое-то время ФИО2 покинул данную квартиру.

З.С.С. в период с 11 часов 00 минут до 12 часов 00 минут 7 июля 2017 года, находясь по вышеуказанному адресу, в ходе новой ссоры с Р.С.А. умышленно с целью причинения тяжкого вреда здоровью, нанес Р.С.А. не менее 5 ударов руками в область головы и ногами в область туловища, в том числе и после того, как Р.С.А. от первых нанесенных ему З.С.С. ударов упал, и остался лежать на полу.

В результате совместного и последовательно примененного сначала ФИО2, а затем З.С.С. умышленного насилия потерпевшему Р.С.А. были причинены телесные повреждения в виде: кровоподтеков левого плеча (3), правого плечевого сустава, на передней поверхности грудной клетки справа, которые вреда здоровью не причинили; закрытой непроникающей черепно-мозговой травмы, кровоподтеков на веках левого глаза с переходом на левую скуловую область с ушибом мягких тканей, на верхнем веке правого глаза с переходом на область бровной дуги, на переносице и спинке носа, на правой ушной раковине, в левой височной области и ссадины в этой же области, кровоизлияний в мягкие ткани лица, в мягкие ткани головы: в правой височной области и в правую височную мышцу, в левой височной области и в левую височную мышцу, в теменной области справа и слева, кровоизлияния под твердую мозговую оболочку в правой теменно-височной области объемом около 100 мл со сдавлением головного мозга, ограниченно-диффузных кровоизлияний под мягкую мозговую оболочку в правой и левой височных долях, в правой и левой теменных долях, ушиба головного мозга в проекции субарахноидальных кровоизлияний, которые в своей совокупности повлекли за собой умышленное причинение тяжкого вреда здоровью человека, опасного для жизни, создали непосредственную угрозу жизни и повлекли за собой по неосторожности смерть потерпевшего Р.С.А.

Смерть Р.С.А. наступила 7 июля 2017 года в 15 часов 20 минут в автомобиле ССМП г. Новотроицка в результате закрытой непроникающей черепно-мозговой травмы, сопровождавшейся кровоподтеками лица и кровоизлияниями в мягкие ткани головы, ушибом вещества головного мозга, кровоизлияниями под мягкую мозговую оболочку и под твердую мозговую оболочку со сдавлением головного мозга, с последующим развитием отека, дислокации головного мозга и вклинения ствола мозга в большое затылочное отверстие. 

Приговором Новотроицкого городского суда Оренбургской области от 26 декабря 2017 года З.С.С. осужден за вышеуказанные действия по ч. 4 ст. 111 УК РФ, к наказанию в виде лишения свободы на срок 7 лет 6 месяцев с отбыванием в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на срок 6 месяцев.

В судебном заседании подсудимый ФИО2, признав нанесение двух ударов по лицу потерпевшего Р.С.А. с небольшой силой, вину в причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего, отрицал.

От дачи показаний отказался в соответствии со ст. 51 Конституции РФ, полностью подтвердил показания, данные в ходе предварительного расследования, оглашенные в судебном заседании в порядке ст. 276 УПК РФ, согласно которым 6 июля 2017 года около 23 часов 00 минут в пос. Новорудный он встретил С.О.Ю. и Р.С.А., которые пригласили его к себе, чтобы употребить спиртное. Он вместе с Р.С.А., С.О.Ю. и Р.В.А. стал употреблять спиртное в квартире Р.В.А. по адресу: 

<

адрес>. В ночное время 7 июля 2017 года между С.О.Ю. и Р.В.А. возник конфликт, в процессе которого он нанес Р.В.А. удары по лицу. Затем все успокоились и продолжили употреблять спиртное. Примерно через 30 минут, возник конфликт между С.О.Ю. и Р.С.А. Он решил заступиться за С.О.Ю. и ударил Р.С.А. 2 раза в лицо. Он бил кулаком правой руки, первым ударом попал в район левого глаза, вторым ударом – в район носа. Из носа Р.С.А. выступила кровь, тот ее вытер рукой, а позже смыл в ванной. После этого все успокоились, конфликт был исчерпан, они продолжили употреблять спиртное. Примерно в 03 часа 00 минут или в 04 часа 00 минут он покинул квартиру Р. Р.С.А. находился в сознании, ни на что не жаловался, разговаривал, продолжил употреблять спиртное вместе с С.О.Ю. и своим братом Р.В.А. На следующий день со слов сотрудников полиции ему стало известно о том, что Р.С.А. скончался. Он считает, что от нанесенных лично им ударов Р.С.А., последний скончаться не мог. В его присутствии кроме него, в вышеописанный промежуток времени, никто Р.С.А. ударов не наносил (т. 1, л.д. 92-94; т. 3, л.д. 22-27).

После оглашения показаний ФИО2 дополнил, что Р.С.А. находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, он (ФИО2) нет. Он нанес Р.С.А. несильные удары в область глаза и носа, от его ударов тот не падал, о медицинской помощи не просил.

Несмотря на непризнание подсудимым ФИО2 своей вины в инкриминируемом преступлении, его вина полностью установлена и подтверждается совокупностью доказательств, исследованных в ходе судебного разбирательства. 

Так, согласно показаниям потерпевшего Р.В.А., данным в судебном заседании, а также в ходе предварительного следствия, оглашенным и подтвержденным в судебном заседании следует, что 6 июля 2017 года его брат Р.С.А. получил пенсию, поэтому они с братом и С.О.Ю. выпивали дома по адресу: 

<

адрес>. Вечером Р.С.А. и С.О.Ю. сходили еще за спиртным и около 23 часов 00 минут домой вернулись с ФИО2, стали все вместе выпивать спиртное. При этом никаких телесных повреждений на лице брата не было. Через некоторое время у него возник конфликт с С.О.Ю. и ФИО2 нанес ему два удара по лицу. После чего все продолжили выпивать. Спустя некоторое время Р.С.А. стал ревновать С.О.Ю. к ФИО2 и высказываться нецензурной бранью и прогонял ее. В ходе словесного конфликта ФИО2 нанес два удара кулаками по лицу Р.С.А. После чего С.О.Ю. ушла спать, а они продолжили выпивать. Брат от удара ФИО2 не падал, после на самочувствие не жаловался. Около 03 часов 00 минут ФИО2 ушел, а они легли спать. Около 10 часов 00 минут проснулись, продолжили выпивать. Он видел у Р.С.А. синяк под левым глазом. Затем брат поругался с С.О.Ю. и выгнал ее из квартиры на улицу. Вскоре С.О.Ю. домой вернулась с З.С.С. Он подрался в подъезде с ФИО3. Сам остался в подъезде, а З.С.С. и С.О.Ю. зашли в квартиру, где оставался Р.С.А. Посидев немного в подъезде, зашел в квартиру, прошел в спальню и лег спать. Видел, что З.С.С. и С.О.Ю. сидят на диване. Когда он проснулся, со слов С.О.Ю., что З.С.С. избивал брата руками и ногами по различным частям тела, после чего его увезли в больницу и по дороге в больницу Р.С.А. скончался (т. 1, л.д. 74-76; т. 2, л.д. 230-232).

Свидетель У.Г.М. в судебном заседании показала, что 7 июля 2017 года в 10 часов 00 минут она зашла в квартиру Р, чтобы попросить их помочь с переездом. Дома находились Сергей и В. Р.С.А. сидел на диване и держался за живот. Под левым глазом у него был синяк. Перед Р.С.А. стояла табуретка с закуской и бутылкой водки. Р.С.А. стал ругаться на С.О.Ю. из-за того, что та привела к ним ФИО2, который его побил. Она ушла от Р, но видела, что С.О.Ю. осталась сидеть на лавочке у подъезда. Вечером узнала, что Р.С.А. увезли в больницу, и он по дороге умер. С.О.Ю. ей рассказала, что после ее ухода в 11 часов 00 минут в квартиру Р пришел З.С.С., который избил Р.С.А.

ФИО2 охарактеризовала как агрессивного человека, но у нее с ним конфликтов не было.

Из показаний свидетеля Б.Т.В.. следует, что она является фельдшером в БСМП п. Новорудный г. Новотроицка. 7 июля 2017 года около 14 часов 00 минут она выезжала по вызову С.О.Ю. в квартиру к Р по адресу: 

<

адрес>. В квартире находились С.О.Ю. и Р.В.А., который спал в другой комнате. Видела, что Р.С.А. лежал на полу без сознания с голым торсом на левом боку в зале у дивана напротив входа в комнату. С.О.Ю. была в состоянии сильного алкогольного опьянения, не давала им подойти к Р.С.А., пытаясь поднять его и поставить на ноги. Она несколько раз поднимала его, но потом роняла на пол, так что Р.С.А. ударялся головой об пол. У Р.С.А. на лице были множественные кровоподтеки и гематомы, синяк под глазом, также на теле в области груди и печени были гематомы. Она сразу поняла, что у него черепно-мозговая травма. С.О.Ю. сказала, что Р.С.А. бил ФИО2 Р.С.А. вынесли из квартиры на носилках, поместили в машину «Скорой помощи». С.О.Ю. поехала вместе с ними в больницу и в машине постоянно тревожила голову Р.С.А., пытаясь положить себе на колени. По дороге в больницу Р.С.А. умер.

Также дополнила, что в тот же день около 12 часов 00 минут к ней в кабинет фельдшера обратился З.С.С., который был в состоянии опьянения и просил осмотреть его правую руку. На руке у него была ссадина и отек. З.С.С. пояснил, что ударился.

Осужденный З.С.С. в судебном заседании показал, что утром 7 июля 2017 года пришел в квартиру к Р по адресу: 

<

адрес>, заступиться за С.О.Ю. Он предложил Р.С.А. выпить, тот отказался, что-то бубнил, чтобы он уходил. Потом Р.С.А. стал кидаться на него драться. Он оттолкнул Р.С.А. от себя, хотел его ударить, но промахнулся и попал кулаком в косяк, отчего повредил себе руку. Второй раз нанес Р.С.А. удар и попал кулаком в челюсть справа, Р.С.А. упал на пол, ударившись затылком, и стал храпеть. Больше Р.С.А. не бил. Когда пришел никаких телесных повреждений и синяков у Р.С.А. не заметил, ему не было известно, о конфликте Р.С.А. с ФИО2 

По ходатайству стороны защиты была допрошена в качестве свидетеля Ш.Р.И., являющаяся матерью подсудимого ФИО2, которая своего сына охарактеризовала исключительно положительно, он во всем помогает, занимается воспитанием детей, работал. О смерти Р.С.А. ей стало известно от сотрудников полиции. После, со слов сына она узнала, что 6 июля 2017 года ФИО2 находился в гостях у Р и С.О.Ю., где у него возник конфликт с Р Сергеем, в ходе которого ФИО2 ударил Р.С.А. 2 раза по лицу, но от его ударов тот не упал. От ударов сына потерпевший не мог умереть. Когда ФИО2 утром от них уходил, все были живы и здоровы.

Допрошенный в судебном заседании эксперт Б.С.В., имеющий высшее медицинское образование и стаж работы более 26 лет, пояснил, что он проводил судебно-медицинскую экспертизу трупа Р.С.А. и, исходя из результатов гистологического исследования, установил, что телесные повреждения, имевшиеся в области кровоизлияний в мягкие ткани лица, в мягкие ткани головы в правой височной области, кровоизлияний под твердую мозговую оболочку в правой теменно-височной области объемом около 100 мл со сдавлением головного мозга, ограниченно-диффузных кровоизлияний под мягкую мозговую оболочку в правой височных доли, ушиба головного мозга в проекции субарахноидальных кровоизлияний, которые и повлекли за собой причинение тяжкого вреда здоровью человека и смерть потерпевшего Р.С.А., были получены в результате травм, причиненных в разное время. В этом месте имели место два вида изменения тканей, разные по времени нанесения ударов, которые и выявила гистология. Первая травма была причинена в период около полусуток и более до момента наступления смерти, а вторая в период от 1 до 6 часов до наступления смерти. Всего в область головы Р.С.А. было нанесено 7-8 травматических воздействий. Основное развитие гематома получила в результате повторных ударных воздействия, имевших место в период от 1 до 6 часов до наступления смерти. Острое повторное кровоизлияние в твердую оболочку справа можно понимать так, что от первого воздействия начала образовываться гематома, то есть лопнул сосуд в голове, и она потихоньку начала образовываться. Второе травматическое воздействие в ту же самую область вызвало усиление этой гематомы. То есть гематома начала сформировываться уже после первого воздействия. 

Первый удар, нанесенный около полусуток до момента наступления смерти, был достаточно сильным, поскольку начала образовываться субдуральная гематома, повлек за собой тяжкий вред здоровью. Учитывая силу удара, что образовалась указанная гематома и кровоизлияние под мозговую оболочку, данное повреждение могло повлечь указанную в заключении черепно-мозговую травму и привести к смерти потерпевшего, поскольку все последующие удары усугубляли предыдущие. Гематома начала образоваться после первого воздействия, последующими ударами она была усилена, обо всех ударных воздействиях можно говорить только в совокупности, в данном случае их нельзя разграничить.

После полученных первых повреждений, согласно гистологическому исследованию трупа Р.С.А., у последнего был «светлый промежуток времени», в течение которого он мог совершать активные действия, разговаривать, передвигаться. «Светлый промежуток времени» наступает от момента нанесения телесного повреждения, то есть от начала развития мозговой травмы и до того времени, как произойдет сдавление головного мозга субдуральной гематомы, то есть до того времени, как он потеряет сознание. У Р.С.А. была субдуральная гематома, объемом 100 мл, она натекает не сразу. Постепенно кровь стекает, образуя гематому. В данном случае, после первых ударных воздействий Р.С.А. мог совершать активные действия примерно до полусуток. Кроме того, у Р.С.А. в крови было большое количество алкоголя, а алкоголь это противошоковый фактор, он мог удлинить жизнь потерпевшего. Через некоторое время все равно бы произошло сдавление головного мозга из-за объема субдуральной гематомы, и потерпевший потерял бы сознание. В случае своевременного оказания медицинской помощи после первого удара, проведение операции, смерть потерпевшего могла не наступить, в противном случае указанная травма привела бы к смерти.

В соответствии со ст. 281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя, были оглашены показания неявившихся свидетелей.

Из показаний свидетеля С.О.Ю., данных в ходе предварительного расследования, а также в судебном заседании в отношении З.С.С. следует, что 7 июля 2017 года ее сожитель Р.С.А. получил пенсию, поэтому она, Р.С.А. и его брат Р.В.А. в квартире распивали спиртные напитки. Вечером вместе с Р.С.А. они пошли в магазин за спиртным, встретили ФИО2 и пригласили его к ним домой. В квартире по адресу: 

<

адрес> стали выпивать вчетвером. Р.С.А. приревновал ее к ФИО2, хотел ее ударить, но ФИО2 перехватил удар и ударил Р.С.А., она сразу ушла в спальню, уснула. Когда около 03 часов 00 минут проснулась, видела, что братья Р и ФИО25 выпивали. Утром ФИО2 уже не было, а Р.С.А. показал ей синяк под глазом, который образовался от удара ФИО25, и стал выгонять ее из квартиры. В квартиру около 10 часов 00 минут зашла У.Г.М., потом она вместе с У.Г.М. вышла из квартиры и села на лавку. Когда мимо проходил З.С.С., сообщила ему, что Р.С.А. выгнал ее из квартиры. З.С.С. обещал его успокоить, зашел в подъезд, откуда вскоре вышел с Р.В.А. Она сказала ему, что это не тот Р. Они втроем пошли в подъезд, где З.С.С. и Р.В.А. подрались. Р.В.А. остался сидеть на ступеньках, а З.С.С. вошел в квартиру. Когда она зашла в квартиру, видела, что Р.С.А. сидел на диване перед табуреткой со спиртным. Р.С.А. с З.С.С. стали ссориться, а потом драться: оба стоя на ногах и стали наносить друг другу удары. Она прошла на балкон и драку не видела, но минут через 5 вернулась в комнату и увидела, что Р.С.А. лежит в зале на спине, а З.С.С. его бьет руками и ногами. Видела, что ФИО3, наклонившись над Р.С.А. нанес ему 4-5 ударов кулаками в голову в область висков с двух сторон, а затем 3-4 удара ногой по телу, наступая на грудь. Р.С.А. от полученных ударов стал хрипеть. У Р.С.А. были открыты глаза, но зрачки были неподвижны. Так как он дышал, она успокоилась и думала, что тот придет в себя. Выпила с З.С.С. спиртного, после чего ФИО3 ушел, а Р.С.А. остался лежать на полу. Изо рта у него шла сукровица, он продолжал хрипеть. Подложила ему под голову подушку, а когда заметила, что он стал чернеть, вызвала врачей скорой помощи (т. 1, л.д. 105-108, 109-112).

Свои показания о том, что З.С.С. во время драки нанес 5-7 ударов руками в область головы, лежащему на полу Р.С.С., а затем наносил удары ногами по телу, отчего Р.С.А. стал хрипеть, С.О.Ю. подтвердила во время очной ставки с З.С.С. (т. 2, л. д. 69-71).

Согласно показаниям эксперта С.А.Д., все обнаруженные телесные повреждения в области головы Р.С.А. расцениваются в совокупности как тяжкий вред здоровью. Определить последовательность образования телесных повреждений, обнаруженных в области головы Р.С.А., не представляется возможным. В данном случае черепно-мозговая травма могла образоваться в результате совокупности воздействий в область головы Р.С.А. от ударов, нанесенных З.С.С. и ФИО2 (т. 1, л.д. 125-127).

Согласно показаниям эксперта К.А.М., от ударных воздействий кулаком правой руки ФИО2 в область головы потерпевшего Р.С.А. могли образоваться какие-то изменения в головном мозге, в виде сотрясения головного мозга или иных травматических явлений, но какие именно изменения могли образоваться в рамках ситуационной судебно-медицинской экспертизы установить не представляется возможным. Возникшие от ударов ФИО2 изменения в головном мозге Р.С.А. при повторных ударных воздействиях в область головы в своей совокупности могли привести к черепно-мозговой травме тяжелой степени, которая повлекла за собой смерть потерпевшего Р.С.А. (т. 2, л.д. 239-241).

Помимо изложенных показаний, вина ФИО2 в совершенном преступлении также подтверждается другими исследованными в судебном заседании доказательствами, а именно:

- протокол осмотра места происшествия от 7 июля 2017 года, согласно которому осмотрен автомобиль скорой медицинской помощи, в котором находится труп Р.С.А. с множественными телесными повреждениями (т. 1, л.д. 29-35);

- протоколом осмотра места происшествия от 7 июля 2017 года, согласно которому осмотрена квартира по адресу: 

<

адрес>. В ходе осмотра с поверхности пола в коридоре изъяты следы вещества бурого цвета, в помещение ванной изъято полотенце со следами вещества бурого цвета, с поверхности холодильника в кухне изъята зажигалка белого цвета со следами вещества бурого цвета, брюки и рубашка Р.В.А., с поверхности пола при входе в зал изъяты следы вещества бурого цвета (т. 1, л.д. 36-47);

- заключением эксперта № 390А от 4 августа 2017 года, согласно которому на трупе Р.С.А. обнаружены телесные повреждения в виде: кровоподтеков левого плеча (3), правого плечевого сустава, на передней поверхности грудной клетки справа, которые вреда здоровью не причинили; закрытой непроникающей черепно–мозговой травмы, кровоподтеков на веках левого глаза с переходом на левую скуловую область с ушибом мягких тканей, на верхнем веке правого глаза с переходом на область бровной дуги, на переносице и спинке носа, на правой ушной раковине, в левой височной области и ссадины в этой же области, кровоизлияний в мягкие ткани лица, в мягкие ткани головы: в правой височной области и в правую височную мышцу, в левой височной области и в левую височную мышцу, в теменной области справа и слева, кровоизлияния под твердую мозговую оболочку в правой теменно-височной области объемом около 100 мл со сдавлением головного мозга, ограниченно-диффузных кровоизлияний под мягкую мозговую оболочку в правой и левой височных долях, в правой и левой теменных долях, ушиба головного мозга в проекции субарахноидальных кровоизлияний, которые в своей совокупности повлекли за собой причинение тяжкого вреда здоровью человека, опасного для жизни, создали непосредственную угрозу жизни и повлекли за собой смерть потерпевшего Р.С.А.

Смерть Р.С.А. наступила 7 июля 2017 года в 15 часов 20 минут в автомобиле ССМП г. Новотроицка в результате закрытой непроникающей черепно-мозговой травмы, сопровождавшейся кровоподтеками лица и кровоизлияниями в мягкие ткани головы, ушибом вещества головного мозга, кровоизлияниями под мягкую мозговую оболочку и под твердую мозговую оболочку со сдавлением головного мозга, с последующим развитием отека, дислокации головного мозга и вклинения ствола мозга в большое затылочное отверстие. 

Телесные повреждения в области головы Р.С.А. образовались в результате 7-8-ми травматических воздействий тупыми твердыми предметами в срок около 1 часа и более до момента наступления смерти. В этой же теменно-височной области справа имеется еще одно травматическое воздействие давностью от полусуток и более до момента наступления смерти. Субдуральная гематома справа образовалась в результате повторного травматического воздействия в правую теменно-височную область. 

Получение Р.С.А. телесных повреждений в виде черепно-мозговой травмы при падении с высоты собственного роста исключено, о чем свидетельствует их характер и локализация. В процессе причинения телесных повреждений нападавший и потерпевший могли находиться в любом положении, доступном для причинения. 

После получения телесных повреждений потерпевший мог совершать активные самостоятельные действия, пока не наступило сдавление головного мозга субдуральной гематомой и потеря сознания. С момента получения телесных повреждений и до момента наступления смерти прошло около полусуток и более, что подтверждается результатом судебно-гистологического исследования. 

При судебно-химическом исследовании крови от трупа Р.С.А. обнаружен этанол в крови в концентрации 1,5%, которая обычно у живых лиц соответствует средней степени алкогольного опьянения (т.1, 221-232);

- заключением эксперта № 229 от 31 августа 2017 года, согласно которому смерть Р.С.А. наступила от отека, набухания и дислокации головного мозга в большое затылочное отверстие, которые явились закономерным осложнением закрытой черепно-мозговой травмы, сопровождающейся кровоизлияниями под мягкую и твердую мозговые оболочки. Между телесными повреждениями в области головы и наступлением смерти Р.С.А. имеется прямая причинно-следственная связь. Определить конкретно каким именно предметом (предметами) причинены вышеописанные телесные повреждения, не представляется возможным в виду того, что в них не отобразились какие-либо индивидуальные признаки (форма, размеры, рельеф) травматирующего предмета (предметов). 

Учитывая характер и локализацию телесных повреждений на голове, расположение потерпевшего, по отношению к нападавшему в момент нанесения телесных повреждений изменялось, и могло быть любым при условии доступности областей с повреждениями для воздействий. 

Для имевшейся у Р.С.А. закрытой черепно-мозговой травмы, а именно: субдуральной гематомы, характерен так называемый «светлый промежуток» - время, в течение которого у потерпевшего сохраняется сознание и, следовательно, способность совершать активные действия. Продолжительность «светлого промежутка» может составлять от нескольких минут до нескольких суток и зависит от скорости нарастания объема субдуральной гематомы и клиники отека головного мозга. После причинения закрытой черепно-мозговой травмы потерпевший мог совершать активные действия, ограниченные в объеме, передвигаться, говорить, способность к совершениям которых угасала с нарастанием кровоизлияний под оболочки головного мозга. 

Согласно данным судебно-гистологического исследования № 3459, в описании препаратов отмечено: «… По поверхности на протяжении препаратов разрастания рыхлых фиброзных волокон с пролиферацией фибробластов и лимфоидных клеточных элементов, с признаками организации небольшого количества фибрина, с наличием отдельных тонкостенных полнокровных сосудов… На этой же и среди волокон диффузные тонкие кровоизлияния из четко очерченных эритроцитов, среди которых видны единичные нейтрофилы…», данные изменения свидетельствуют об остром повторном кровоизлиянии под твердую мозговую оболочку справа, при этом давность его образования около одних суток до наступления смерти с повторными свежими кровоизлияниями в нее давностью около 5-6 часов до наступления смерти. 

Все обнаруженные телесные повреждения в области головы Р.С.А. расцениваются в совокупности как тяжкий вред здоровью. По данным медицинской литературы (ФИО4 «Черепно-мозговая травма»): «… При возникновении черепно-мозговой травмы после нескольких травматических воздействий по голове целесообразно говорить о влиянии на формирование окончательного объема повреждений совокупности ударов. Допуская в таких случаях возможность возникновения ЧМТ от каждого отдельного удара, следует подчеркивать, что каждый последующий удар усугублял действие предыдущего. Оценке степени тяжести в подобной ситуации подлежит черепно-мозговая травма в целом, имея в виду и внутричерепные повреждения, и все наружные повреждения головы…» (т. 1, л.д. 241-258);

- протоколом проверки показаний на месте от 9 августа 2017 года, согласно которому ФИО2 в квартире по адресу: 

<

адрес> на манекене продемонстрировал, как он 6 июля 2017 года около 23 часов 00 минут нанес удар кулаком правой руки в область правого глаза Р.С.А., а также удар по лицу Р.С.А. в область носа (т. 2, л.д. 39-47);

- протоколом проверки показаний на месте от 9 августа 2017 года, согласно которому З.С.С. в квартире по адресу: 

<

адрес> на манекене показал, как он 7 июля 2017 года ударил Р.С.А. кулаком правой руки в правую скуловую область, от чего Р.С.А. упал на спину и ударился затылочной частью головы о деревянный пол (т. 2, л.д. 48-58);

- протоколом проверки показаний на месте от 9 августа 2017 года, согласно которому С.О.Ю. в квартире по адресу: 

<

адрес> на манекене показала, как З.С.С. 7 июля 2017 года в ходе конфликта нанес Р.С.А. по одному удару кулаками правой и левой рук в область лица с правой и с левой сторон, после чего, находясь в полусидящем положении над лежавшим Р.С.А., нанес ему еще не менее 7-8 ударов руками в область головы и лица, а затем выпрямился и нанес Р.С.А. удар ногой в область грудной клетки (т. 2, л.д. 59-68);

- заключением ситуационной судебно-медицинской экспертизы № 516 от 23 августа 2017 года, согласно которому повреждения у потерпевшего Р.С.А. в виде ушиба, кровоизлияний в мягкие ткани лица, за исключением черепно-мозговой травмы тяжелой степени, могли образоваться при обстоятельствах, указанных ФИО2 Образование повреждений у потерпевшего Р.С.А., в том числе и черепно-мозговая травма, при условии воздействия с достаточной силой, не исключается при обстоятельствах, указанных С.О.Ю., и при обстоятельствах, указанных З.С.С. (т. 1, л.д. 207-213);

- протоколами выемки от 2 августа 2017 года и осмотра предметов от 1 сентября 2017 года, согласно которым в Новотроицком отделении бюро судебно-медицинской экспертизы изъята одежда с трупа Р.С.А., а также образцы крови на бинт и другие биологические образцы, которые осмотрены и признаны вещественными доказательствами (т. 1, л.д. 144-148; т. 2, л.д. 29-37, 38);

- протоколами получения образцов для сравнительного исследования от 8 июля 2017 года и осмотра предметов, заключением эксперта № 644 от 18 августа 2017 года, согласно которым в смывах подногтевого содержимого с рук потерпевшего Р.С.А. обнаружены клетки ороговевшего эпителия кожи человека и кровь человека, происхождение которых не исключается как от самого потерпевшего Р.С.А., так и от ФИО2, Р.В.А., С.О.Ю. и З.С.С., но только от одного З.С.С. они произойти не могли. В смывах подногтевого содержимого с рук ФИО2 найдены клетки ороговевшего эпителия кожи человека, происхождение которых не исключается от самого ФИО2 и/или от потерпевшего Р.С.А., свидетеля Р.В.А., свидетеля С.О.Ю. (т.1, л.д. 131-132, 134-135, 137-138, 140-141; т. 2, л.д. 7-13, 29-37);

- протоколами получения образцов для сравнительного исследования от 8 июля 2017 года и осмотра предметов, заключением эксперта № 643 от 18 августа 2017 года, согласно которым обнаруженная при осмотре места происшествия в квартире по адресу: 

<

адрес> кровь с пола у дивана, с площадки между первым и вторым этажами, с пола в коридоре, на джинсовых брюках трупа Р.С.А. своим происхождением не исключается от трупа Р.С.А. От подозреваемого З.С.С. возможна лишь примесь крови, при наличии у него повреждений с наружным кровотечением (т.1, л.д. 131-132, 134-135, 137-138, 140-141; т. 2, л.д. 22-26, 29-37);

- заключением эксперта № 2314 от 11 июля 2017 года, согласно которому у Р.В.А. 8 июля 2017 года обнаружены телесные повреждения: кровоподтек и ссадины на веках левого глаза с переходом в лобную область слева; субконъюктивальное кровоизлияние в левый глаз ближе к наружному углу глазницы,; кровоподтек в проекции рукоятки грудины, которые образовались от не менее чем двух воздействий твердых тупых предметов и (или) при ударах о таковые, в срок около 1-3 суток до осмотра врачом, не повлекли за собой кратковременного расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности и расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека (т. 1, л.д. 164-166);

- заключением эксперта № 2311 от 11 июля 2017 года, согласно которому у З.С.С. 8 июля 2017 года обнаружены телесные повреждения: ушиб мягких тканей и кровоподтек тыльной поверхности правой кисти в проекции 5 пястной кости с переходом на 5-ый пястно-фаланговый сустав, которые образовались от действия тупого твердого предмета или при ударе о таковой, в срок – около 1-3 суток до осмотра врачом, не повлекли за собой кратковременного расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности и расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека (т. 1, л.д. 174-176);

- заключением эксперта № 2312 от 11 июля 2017 года, согласно которому у ФИО2 8 июля 2017 года обнаружены телесные повреждения: кровоподтеки: на тыльной поверхности в проекции пястно-фалангового сустава 5-го пальца правой кисти, на тыльной поверхности левой кисти в проекции 2-го пястно-фалангового сустава; ссадины: в правой подмышечной области, на задней поверхности левого плечевого сустава; кровоизлияние под ногтевую пластину 3-го пальца левой кисти, которые образовались от воздействия твердых тупых предметов или при ударах о таковые в срок около 1-3 суток до осмотра врачом – судебно – медицинским экспертом, не повлекли за собой кратковременного расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности и расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека (т. 1, л.д. 184-186).

Судом исследовалось психическое состояние подсудимого.

Согласно заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов № 202 от 6 марта 2018 года, ФИО2 каким-либо психическим расстройством или слабоумием, лишающим его возможности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий, либо руководить ими, не страдает. Во время совершения инкриминируемого ему деяния находился в состоянии простого алкогольного опьянения, вне какого-либо временного психического расстройства, при этом был в непомраченном сознании, правильно ориентирован в окружающем, не обнаруживал ни бреда, ни галлюцинаций, его действия носили целенаправленный и последовательный характер, помнит о своем поведении, поэтому мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий, либо руководить ими. После совершения инкриминируемого ему деяния какого-либо психического расстройства не развилось и в настоящее время ФИО2 может в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий, либо руководить ими. По психическому состоянию в применении к нему принудительных мер медицинского характера не нуждается. ФИО2 в момент совершения инкриминируемого ему деяния в состоянии физиологического аффекта не находился, о чем свидетельствует отсутствие квалификационных признаков, характерных для данного состояния (т. 2, л.д. 250-254).

Все доказательства, исследованные в ходе судебного заседания, суд, в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ, проверил, сопоставив их между собой, и оценивая каждое из них с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, пришел к убеждению, что вышеуказанные доказательства получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ, из достоверных источников, облечены в надлежащую процессуальную форму, в необходимых случаях с участием понятых и объективно фиксируют фактические данные, поэтому являются допустимыми и достоверными. Доказательств, подтверждающих виновность ФИО2 по делу необходимое и достаточное количество.

У суда не имеется оснований не доверять заключениям вышеуказанных судебных экспертиз и показаниям экспертов Б.С.В., С.А.Д., К.А.М., поскольку все судебные экспертизы по делу проведены экспертами, имеющими специальное образование, необходимый опыт работы, стаж и квалификацию. Обстоятельств, свидетельствующих о том, что эксперты, в том числе эксперт Б.С.В., были прямо или косвенно заинтересованы в исходе дела, не имеется. Экспертами даны ответы на поставленные вопросы, они предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Оснований сомневаться в достоверности выводов экспертиз, не имеется. 

Давая оценку показаниям подсудимого ФИО2, в части того, что он нанес Р.С.А. два несильных удара в область глаза и носа, которые не могли причинить тяжкий вред потерпевшему, и привести к его смерти, что умысла на причинение тяжкого вреда здоровью у него не было, суд считает их несостоятельными, направленными на введение суда в заблуждение относительно истинных событий происшедшего, поскольку они не соответствуют фактическим обстоятельствам, опровергаются исследованными в судебном заседании доказательствами, в том числе заключениями экспертов о характере и локализации имеющихся у потерпевшего Р.С.А. телесных повреждений и показаниями эксперта Б.С.В., согласно которым ФИО2 были нанесены удары с достаточной силой, привели к образованию субдуральной гематомы, повлекли тяжкий вред здоровью человека, опасный для жизни и в совокупности с последующими ударами, явились причиной наступления смерти потерпевшего. Факт нанесения ФИО2 ударов Р.С.А. подтверждается показаниями потерпевшего Р.В.А., С.О.Ю., явившихся очевидцами произошедших событий; показаниями свидетеля У.Г.М., которой со слов погибшего Р.С.А. известно, что ночью его избил ФИО2, при этом Р.С.А. показывал ей синяк под глазом. О наличии утром у Р.С.А. синяка под глазом, образовавшегося именно от действий ФИО2, показали также потерпевший Р.В.А. и свидетель С.О.Ю., указав при этом, что до конфликта с ФИО2 у погибшего никаких телесных повреждений не было. Сам подсудимый ФИО2 не отрицал нанесение Р.С.А. двух ударов в область головы, уменьшив лишь силу нанесенных ударов, что суд расценивает, как способ смягчить свою вину и уйти от ответственности за содеянное. 

Доводы стороны защиты о том, что от действий подсудимого ФИО2 не могла наступить смерть потерпевшего, опровергаются заключениями судебно-медицинских, ситуационной экспертиз, показаниями эксперта Б.С.В., согласно которым телесные повреждения у Р.С.А. образовались в результате 7-8-ми травматических воздействий тупыми твердыми предметами в срок около 1 часа и более до момента наступления смерти. В этой же теменно-височной области справа имеется еще одно травматическое воздействие давностью от полусуток и более до момента наступления смерти. Субдуральная гематома справа образовалась в результате повторного травматического воздействия в правую теменно-височную область. Согласно показаниям эксперта субдуральная гематома теменно-височной области справа начала образовываться от первого травматического воздействия давностью от полусуток и более до момента наступления смерти, при этом удар был сильным, что повлекло за собой причинение тяжкого вреда здоровью. Данное телесное повреждение в области головы, учитывая силу удара, и без последующих воздействий со стороны другого лица, могло повлечь указанную в заключении черепно-мозговую травму и привести к смерти потерпевшего. 

Доводы ФИО2 о том, что он не наносил удары Р.С.А. в теменно-височную область головы справа, опровергаются заключением судебно-медицинской экспертизы, согласно которой телесное повреждение в указанной области головы получено в срок от полусуток и более до момента наступления смерти, то есть соответствует времени нанесения ФИО2 ударов Р.С.А. в ходе конфликта. Как следует из показаний потерпевшего Р.В.А., свидетеля С.О.Ю. и самого подсудимого, более в тот период Р.С.А. ударов никто не наносил, телесных повреждений у него не было.

При этом факт нанесения после ФИО2 ударов потерпевшему З.С.С., никак не влияет на квалификацию действий самого ФИО2, так как тяжкий вред здоровью Р.С.А. и последующая его смерть явились результатом совокупности ударов, в том числе и нанесенных ФИО2 Каждое последующее телесное повреждение, причиненное в область височно-теменной области головы Р.С.С., усугубляло последствия воздействия предыдущих ударных воздействий и в итоге привело к смерти потерпевшего от совокупности нанесенных в разное время ударов.

То, что по показаниям свидетеля Б.Т.В., когда С.О.Ю. пыталась оказать помощь потерпевшему Р.С.А., тот неоднократно падал, ударяясь затылочной частью головы об пол, не свидетельствует о невиновности ФИО2, поскольку заключениями экспертиз и показаниями эксперта Б.С.В. установлено, что получение Р.С.А. телесных повреждений в виде черепно-мозговой травмы при падении исключено, о чем свидетельствует характер и локализация этих телесных повреждений. 

Заявление подсудимого, что он в момент применения насилия к Р.С.А. не желал причинения тяжкого вреда его здоровью и смерти, является несостоятельным, так как удары потерпевшему ФИО2 наносил умышленно с достаточной силой для причинения телесных повреждений, которые и повлекли тяжкий вред здоровью, а впоследствии его смерть. Сам потерпевший в момент конфликта находился в состоянии опьянения, что соответственно сокращало его возможность к сопротивлению и облегчало возможность применения к нему насилия.

Телесные повреждения Р.С.А. и его смерть произошли, в том числе и из-за умышленного физического воздействия на него со стороны подсудимого, наносившего неоднократные целенаправленные удары в область лица и головы, что свидетельствует о том, что ФИО2 предвидел и сознательно допускал получение Р.С.А. от его ударов тяжкого вреда здоровью. При таких условиях действия ФИО2, несмотря на насилие, примененное к потерпевшему после него, должны быть расценены как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшего причинение смерти по неосторожности. 

Суд принимает во внимание заключение судебно-психиатрической комиссии экспертов, согласно которому ФИО2 совершил инкриминируемое ему деяние вне какого-либо временного расстройства, не был лишен способности осознавать фактический характер, общественную опасность своих действий и руководить ими. Данные выводы в совокупности с фактическими обстоятельствами дела, установленными судом, свидетельствуют о том, что ФИО2 осознавал возможность причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшего.

Переходя к правовой оценке содеянного подсудимым, суд основывается на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, позиции государственного обвинителя в судебном заседании.

Суд квалифицирует действия подсудимого ФИО2 по ч. 4 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Обосновывая данную квалификацию, суд учитывает наличие доказательств, свидетельствующих об умышленном причинении подсудимым потерпевшему телесных повреждений, причинивших тяжкий вред здоровью и неосторожной вины по отношению к наступившей смерти. 

Характер действий ФИО2, нанесение им ударов в жизненно важные органы – в область головы, а также сила удара, учитывая наступившие последствия, свидетельствуют о наличии у подсудимого умысла на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО2, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего. 

Таким образом, вина ФИО2 в инкриминируемом преступлении полностью доказана, в связи с чем вопреки доводам стороны защиты не имеется оснований для переквалификации действий подсудимого на ст. 109 УК РФ.

При назначении наказания подсудимому суд, исходя из требований ст. ст. 6, 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности подсудимого и обстоятельства, влияющие на наказание.

ФИО2 совершил одно умышленное оконченное преступление, относящееся в силу ст. 15 УК РФ к категории особо тяжкого, ранее не судим, к административной ответственности не привлекался, служил в армии, имеет постоянное место жительства и регистрации, где участковым уполномоченным и соседями характеризуется в целом положительно, работает, имеет семью и двоих малолетних детей, на учете врачей психиатра, нарколога и в других медицинских учреждениях не состоит.

Обстоятельством, смягчающим наказание, в соответствии с п. п. «г, и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, являются: наличие двоих малолетних детей, активное способствование расследованию преступления, выразившееся в показе на месте обстоятельства нанесения двух ударов потерпевшему в голову.

К обстоятельствам, смягчающим наказание, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ суд также относит: частичное признание вины, раскаяние в содеянном, положительные характеристики с места жительства, совершение преступления впервые, поведение потерпевшего, который после полученных телесных повреждений не обратился за медицинской помощью, продолжил злоупотреблять спиртным.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО2, предусмотренных ст. 63 УК РФ, судом не установлено, поэтому в соответствии с ч. 1 ст. 62 УК РФ ему должно быть назначено наказание менее 2/3 от максимального наказания.

Учитывая все обстоятельства дела, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности подсудимого, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, мнение потерпевшего, не настаивающего на строгом наказании, влияние назначаемого наказания на исправление подсудимого и условия жизни его семьи, восстановление социальной справедливости, суд считает, что исправление ФИО2 возможно только в условиях изоляции от общества, назначив ему наказание в виде лишения свободы, без дополнительного наказания в виде ограничения свободы. 

Оснований для применения в отношении ФИО2 правил ст. 64 и ст. 73 УК РФ с назначением наказания ниже низшего предела, чем предусмотрено законом за данный вид преступления, или условно не имеется, так как совокупность смягчающих его наказание обстоятельств, не может быть расценена как исключительные обстоятельства. 

С учетом фактических обстоятельств совершенного преступления, степени его общественной опасности, оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ, то есть изменения категории тяжести преступления на менее тяжкую, но не более чем на одну категорию, не имеется.

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ, суд приходит к выводу, что отбывание наказания в виде лишения свободы необходимо назначить в исправительной колонии строгого режима.

Поскольку ФИО2 за особо тяжкое преступление назначается наказание в виде лишения свободы, ранее он объявлялся в розыск, работает за пределами Оренбургской области, в связи с чем имеются основания полагать, что он может скрыться от отбывания наказания. Таким образом, суд приходит к выводу об изменении ему меры пресечения до вступления приговора в законную силу с домашнего ареста на заключение под стражу.

ФИО2 фактически был задержан 8 февраля 2018 года сотрудниками полиции в г. Санкт-Петербурге, после чего доставлен в г. Новотроицк Оренбургской области, что подтверждается рапортом старшего оперуполномоченного ОУР ОП № 3 МУ МВД России «Орское» от 9 февраля 2018 года (т. 2, л.д. 215). В связи с чем в срок отбывания наказания ФИО2 необходимо зачесть время его содержания под стражей с момента фактического задержания, то есть с 8 февраля 2018 года.

Гражданский иск по делу не заявлен. 

Судьбу вещественных доказательств по делу необходимо решить с учетом требований ст. 81 УПК РФ.

Руководствуясь ст. ст. 307, 308, 309 УПК РФ, 

ПРИГОВОРИЛ:

признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 6 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО2 до вступления приговора в законную силу изменить с домашнего ареста на заключение под стражу. Под стражу взять в зале суда.

Срок наказания исчислять со 2 июля 2018 года.

Зачесть в срок отбывания наказания время его содержания под стражей с 8 февраля 2018 года по 10 февраля 2018 года включительно и под домашним арестом с 11 февраля 2018 года по 1 июля 2018 года включительно.

Вещественные доказательства по уголовному делу: все марлевые тампоны со смывами ВБЦ и подногтевого содержимого; зажигалку, полотенце; одежду и биологические образцы от трупа Р.С.А., срезы ногтей с пальцев обеих рук С.О.Ю., Р.В.А.; джинсовые брюки синего цвета, изъятые у З.С.С., хранящиеся в комнате хранения вещественных доказательств СО по городу Новотроицк СУ СК России по Оренбургской области – уничтожить. 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Оренбургского областного суда через Новотроицкий городской суд в течение десяти суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. 

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный в тот же срок вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, указав на это в жалобе, также вправе поручать осуществление своей защиты в суде апелляционной инстанции избранному защитнику либо ходатайствовать перед судом апелляционной инстанции о назначении защитника.

Судья Новотроицкого городского суда

Оренбургской области Е.Г. Родыгина