Дело № 2 – 2238/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Первомайский районный суд города Омска

в составе председательствующего судьи И.С. Кириенко

с участием старшего помощника прокурора САО г. Омска О.А. Шеиной

при секретаре Л.Р. Топоровой,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Омске

«17» октября 2018 года

гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании утратившей право пользования жилым помещением, выселении из жилого помещения, по иску ФИО3 к ФИО1 о признании недействительным договора дарения жилого помещения, применении последствий недействительности сделки 

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с названным иском к ФИО2. 

В обоснование заявленного требования истец указал, что он является собственником квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес> на основании договора дарения квартиры от 04.05.2017 года. Бывший жилец ФИО2 из квартиры съехала, а с регистрационного учёта не снялась. ФИО2 является его матерью, после дарения ему квартиры бабушкой у них сложились неприязненные отношения, мать постоянно скандалит, угрожает физической расправой, какими-то неопределенными разбирательствами. После смерти мужа ФИО2 имеет долю в частном доме. На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 30, 31, 35 ЖК РФ, ст. 209 ГК РФ просил признать ФИО2 утратившей право пользования квартирой № в 

<

адрес> и выселить из принадлежащей ему квартиры.

ФИО3 привлеченная к участию в деле в качестве лица, заявляющего самостоятельные требования на предмет спора, обратилась с иском к ФИО1 о признании недействительным договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ней и ФИО1, применении последствий недействительности сделки, признании недействительной произведенную госудасртвенную регистрацию права собственности за ФИО1 и восстановить право собственности на указанную квартиру за ней. В обоснование заявленных исковых требований указала, что заключенный между ней и ФИО1 договор дарения в отношении жилого помещения по адресу: 

<

адрес>, был заключен не с целью фактической передачи в собственность ФИО1 жилого помещения по адресу: 

<

адрес>. Данную сделку она заключила, так как боялась, что её квартира может достаться супругу её дочери ФИО4, который умер ДД.ММ.ГГГГ. До момента смерти ФИО4 находился в конфликтных отношениях с её дочерью ФИО2, часто выгонял ее из дома, избивал ее. Заключая договор дарения, она считала, что она будет сохранять свое право собственности на квартиру до момента смерти и сможет в ней проживать вместе с дочерью и внуком. После сделки она продолжала нести расходы на оплату коммунальный платежей, передавая деньги для фактической оплаты ФИО1 Вместе с дочерью в 2016 и 2017 сделали дорогостоящий ремонт в квартире, чтобы проживать в ней. Она не договаривалась с ФИО1, что он будет продавать её квартиру и выселять её дочь ФИО2 вместе с ее сыном Григорием, на улицу. Она знает, что дочери ФИО2 больше негде жить, частный дом по адресу: 

<

адрес>, находиться в непригодном для проживания состоянии. С учетом изложенного, со ссылкой на положения ст.ст. 1, 10, 170 ГК РФ полагала договор дарения мнимой сделкой, поскольку при его заключении она не преследовала цели перехода права собственности на квартиру ФИО1, а всего лишь хотела обезопасить квартиру от возможных притязаний со стороны зятя ФИО4 После договора дарения она продолжила проживать в квартире и нести все расходы по ее содержанию, а ФИО1 наоборот добровольно выселился из квартиры и стал проживать отдельно. Она не общается с супругой ФИО1, она не ухаживает за ней и не приезжает к ней в гости. Она не желает выселяться из данной квартиры, иного альтернативного жилья она не имеет. 

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме, исковые требования ФИО3 не признал, так же указал, что является собственников спорной квартиры на основании договора дарения, ответчик проживает в данной квартире, там хранятся его личные вещи. В спорной квартире так же проживает его бабушка и младший брат. Он ухаживает за бабушкой, приезжает к ней 1 раз в неделю. В настоящее время он намерен продать спорную квартиру, так как ему и его семье негде жить, а у него родился ребенок, вырученные денежные средства разделить на три доли – ему, бабушке и ответчику, бабушку он планирует забрать к себе и ухаживать за ней, оформив опекунство. Полагал, что оснований для признания сделки мнимой не имеется, поскольку оформляя договор дарения бабушка боялась, что его мать может выгнать его из дома. 

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования ФИО1 не признала, поскольку третьим лицом ФИО3 подан самостоятельный иск о признании сделки недействительной, требования заявленного ею встречного иска не поддержала, так же пояснила, что она и ее младший сын не являются собственниками квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, однако они были вселены в спорную квартиру с согласия прежнего собственника - ФИО3, которая является ее матерью. В настоящее время она и ее сын проживают в спорной квартире, там находятся их вещи, ее сын посещает в школу, расположенную в районе проживания, там же посещает спортивные секции и кружки. После смерти мужа ею унаследована доля в праве собственности на частный дом, расположенный по адресу: 

<

адрес>, однако, в том доме проживают другие люди, другие наследники. ФИО3 так же проживает в спорной квартире, она ухаживает за ней, содержит ее. О том, что квартира по адресу: 

<

адрес> была подарена ее мамой ФИО3 ее сыну на основании договора дарения она узнала только после обращения ФИО1 в суд с настоящим иском. С исковыми требованиями заявленными ФИО3 она согласна, указанную сделку она также полагает мнимой, поскольку она была заключена не с целью фактического отчуждения единственного жилья, а с целью уберечь жилье от посягательств ее бывшего мужа. У ее мамы действительно были неприязненные отношения с бывшим зятем, она опасалась за свое жилье, что скорее всего и явилось основанием для заключения оспариваемой сделки. Однако, с момента заключения сделки и до настоящего времени они проживали с бабушкой в спорной квартире, бабушка несла бремя содержания жилья, кроме того, они совместно сделали в квартире ремонт. 

Представители ответчика по устному ходатайству ФИО5, ФИО6 в судебном заседании поддержали позицию и пояснения своего доверителя, так же пояснили, что с момента приобретения спорной квартиры ответчик была вселена в спорную квартиру с согласия бывшего собственника, проживала там, там находились ее личные вещи. Из пояснений сторон следует, что при совершении сделки речь о выселении ФИО7 и Родионцевой не велась. ФИО3 пояснила, что сделка была заключена, чтобы ФИО7 не претендовал на квартиру. ФИО3 выселяться из спорного жилья не желает, не желает выселять ответчика и ее сына. Вопрос о продаже спорной квартиры сторонами не разрешался.

Третье лицо ФИО3 в судебное заседание не явилась, ходатайствовала о рассмотрении дела в ее отсутствие, в судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ возражала против удовлетворения исковых требований ФИО1, так же пояснила, что 2009 году по настоящее время ее дочь ФИО2 и ее сын ФИО8 с её согласия постоянно проживают со ней в квартире по адресу: 

<

адрес>. Все вещи дочери и внука Григория находятся в квартире по 

<

адрес> приобретает ей лекарства и стирает её одежду. В летний период дочь иногда ночует в частном доме по адресу: 

<

адрес>, который она использует как приусадебный земельный участок, однако указанный дом не пригоден для проживания, в нем холодно, протекает кровля. Лишать дочь и внука жилья, а так же лишаться жилья и проживать с внуком она намерения не имела, после смерти зятя она обращалась к внуку с намерением все вернуть назад по сделке. Просила признать спорный договор недействительным. 

Представитель третьего лица – Управления Росреестра по омской области надлежаще извещенный о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явился.

Учитывая мнение явившихся сторон, в соответствии со ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело по существу при данной явке.

В своем заключении старший помощник прокурора САО 

<

адрес> Шеина О.А. полагала необходимым удовлетворить требования ФИО3 удовлетворить, признать договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ заключенную между ФИО3 и ФИО1 недействительным в силу его мнимости, поскольку целью заключения договора было не переход права собственности на жилое помещение внуку, а отсутствие посягательств на жилое помещение постороннего лица. В удовлетворении заявленных исковых требований ФИО1 о признании ФИО2 утратившей права пользования жилым и ее выселении полагала необходимым отказать.

Выслушав стороны, их представителей, свидетелей, заключение старшего помощника прокурора САО 

<

адрес> Шеиной О.А., исследовав и оценив представленные доказательства, изучив материалы дела, суд пришел к следующему.

В соответствии со ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают, в том числе, из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

Сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (ст. 153 ГК РФ). Сделки могут быть двух- или многосторонними (договоры) и односторонними (ст. 154 ГК РФ). Сделки совершаются устно или в письменной форме (простой или нотариальной) (ст. 158 ГК РФ).

В соответствии со ст. 131 ГК РФ право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней. 

Из представленных суду документов усматривается, что ФИО1 является собственником квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного с ФИО3. Право собственности ФИО1 на данную квартиру зарегистрировано в установленном законом порядке.

В соответствии со ст. 30 ЖК РФ собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены ЖК РФ.

Собственник жилого помещения вправе предоставить во владение и (или) в пользование принадлежащее ему на праве собственности жилое помещение гражданину на основании договора найма, договора безвозмездного пользования или на ином законном основании, а также юридическому лицу на основании договора аренды или на ином законном основании с учетом требований, установленных гражданским законодательством

Аналогичные правомочия собственника закреплены в статьях 209, 288 ГК РФ, согласно которой собственник жилого помещения может использовать его для личного проживания и проживания членов его семьи.

Статей 31 ЖК РФ установлено, что к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника. В случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи.

В судебном заседании установлено, что в принадлежащей ФИО1 квартире в настоящее время проживают: бабушка истца ФИО3 (бывший собственник данной квартиры), мать истца ФИО2 (ответчик по делу), несовершеннолетний сын ответчика ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. При этом ФИО3 и ФИО2 имеют постоянную регистрацию в постоянном помещении. 

Обращаясь с обозначенным иском ФИО1, мотивирует свои требования тем, что ответчик не являются членом его семьи, в собственности имеет долю в праве собственности на частный жилой дом, однако продолжает пользоваться спорной квартирой, препятствует ее продаже. Данная квартира необходима ему для личных целей, а именно, для продажи и приобретения иного жилья для членов его семьи. 

Возражая против удовлетворения заявленных ФИО1 требований, ФИО3 обратилась с иском о признании сделки по отчуждению спорного объекта недвижимости недействительными вследствие ее мнимости.

Оценивая правомерность заявленных сторонами требований, суд приходит к следующему. 

В соответствии со ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях.

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения, согласно п. 1 ст. 167 ГК РФ.

В силу положений ст. 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Свои требования ФИО3 мотивирует тем, что договор дарения был заключен не с целью фактической передачи в собственность ФИО1 жилого помещения, а с целью исключить возможные притязания на спорную квартиру иного лица - супруга её дочери ФИО4.

Согласно ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. 

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи делового оборота, последующее поведение сторон.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3, дарителем, и ФИО1, одаряемым, был заключен договору дарения, по условиям которого даритель подарил, а одаряемый принял в дар квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>. Право собственности на недвижимое имущество возникает у одаряемого с момента внесения записи о государственной регистрации права собственности в ЕГРП органами государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним. При подписании договора стороны договорились о том, что одаряемый осуществляет за свой счет ремонт и эксплуатацию приобретаемого жилого помещения в соответствии с правилами и нормами, действующими в РФ, а также участвует соразмерно с занимаемой площадью в расходах, связанных с техническим обслуживанием и ремонтом, в том числе капитального, всего дома. 

В силу п.1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемой) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. 

Дарение, сопровождаемое передачей дара одаряемому, может быть совершено устно, за исключением случаев, предусмотренных пунктами 2 и 3 настоящей статьи. Передача дара осуществляется посредством его вручения, символической передачи (вручение ключей и т.п.) либо вручения правоустанавливающих документов (п. 1 ст. 574 ГК РФ)

В ходе судебного разбирательства установлено, и, следует из пояснений сторон, данных в судебном заседании, фактической передачи в дар спорного недвижимого имущества не было, ФИО3 с момента заключения сделки и до последнего времени проживает в спорной квартире, несет бремя его содержания, осуществляла совместно с дочерью в квартире ремонт, при этом, ФИО1 в 2017 году выехал из спорного жилого помещения, и до последнего времени требований о вселении либо о выселении к ФИО3 не предъявлял, акт передачи отдариваемого имущества не составлялся, ключи от квартиры одаряемому не передавались, что свидетельствует о том, что указанная сделка дарения фактиечски исполнена не была по передаче ФИО1 в дар спорного жилого помещения..

В соответствии со ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Признание мнимой сделки ничтожной основывается на том, что у такой сделки отсутствует основание, поскольку стороны вовсе не стремятся к достижению того правового результата, который должен возникнуть из данной сделки. 

Мнимые сделки заключаются лишь для того, чтобы создать у третьих лиц ложное представление о намерениях участников сделки. 

Соответственно, порок воли должен иметь место со стороны обоих участников сделки.

ФИО3 в судебном заседании пояснила, что данную сделку она заключила, так как боялась, что её квартира может достаться супругу её дочери ФИО4, который умер ДД.ММ.ГГГГ. До момента смерти ФИО4 находился в конфликтных отношениях с её дочерью ФИО2, часто выгонял ее из дома, избивал ее. Заключая договор дарения, она считала, что она будет сохранять свое право собственности на квартиру до момента смерти и сможет в ней проживать вместе с дочерью и внуком.

Указанные обстоятельства так же подтверждаются показаниями допрошенного в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО9, который пояснил, что летом 2017 года он делал в квартире ФИО3 ремонт, и стал свидетелем разговора ФИО3 и ФИО1 о предстоящей сделке, из разговора ему стало понятно, что ФИО3 хочет оформить договор дарения, чтобы муж ответчика не мог претендовать на спорную квартиру по завещанию, тогда он был жив, после его смерти Р. и бабушка были согласны расторгуть договор дарения. ФИО1 так же обещал, что не обидит мать. Когда муж ответчика умер, ФИО3 сказала ему, что Р. добровольно отказался расторгать договора. Разговоров о возможной продаже спорной квартиры между ФИО1 и ФИО3 не было. 

Оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что отсутствие правовых последствий договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ (передача имущества одариваемом, осуществление одариваемым полномочий собственника, фактическое владение дарителя спорным имуществом) свидетельствует о том, что сделка была совершена без намерения породить последствия, связанные с ее заключением, а именно: истица не имела истинного намерения передать квартиру в пользование, владение и распоряжение ФИО1, а последний не имел намерения имущество принимать, пользоваться им, владеть и распоряжаться, т.е. не имела намерения осуществлять правомочия собственника недвижимого имущества. Действия сторон по заключению сделки были направлены лишь на юридическое ее оформление с целью исключить возможные притязания на спорную квартиру иного лица - супруга её дочери ФИО4

Учитывая изложенное, суд пришел к выводу о недействительности совершенной между ФИО3 и ФИО1 сделки по дарению жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес> по мотиву ее мнимости, полагая, что данная сделка была совершена без намерения сторон породить юридические последствия, вытекающие из нее. Кроме того, о том, что спорное жилое помещение будет продаваться и ФИО3 будет проживать по другому адресу с ФИО1 ФИО3 известно при заключении данной сделки не было, что свидетельствует о том, что указанная сделка была заключена ФИО3 под заблуждением.

Поскольку недействительная сделка не порождает юридических последствий и недействительна с момента ее совершения, к правоотношениям подлежат применению предусмотренные ч.2 ст.167 ГК РФ последствия ее недействительности. В связи с недействительностью указанной сделки спорная квартира подлежит передаче в собственность ФИО10, а внесенные в ЕГРП записи о переходе к ФИО1 права собственности на квартиру подлежат погашению.

С учетом изложенного суд не находит законных оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании утратившей право пользования жилым помещением, выселении из жилого помещения, поскольку в результате признания судом недействительности сделки дарения жилого помещения ФИО1 утратил статус собственника указанного жилого помещения, в связи с чем у него отсутствует право требовать выселения ФИО2 из спорного жилого помещения и признание её утратившей право пользования данным жилым помещением. 

Руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

Признать недействительным заключенный между ФИО3 и ФИО1 договор от ДД.ММ.ГГГГ дарения жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>.

Передать в собственность ФИО3 жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>.

Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Омской области погасить в Едином государственном реестре недвижимости запись № от ДД.ММ.ГГГГ о государственной регистрации права собственности ФИО1 на жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании утратившей право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: 

<

адрес>, выселении из жилого помещения отказать.

Решение может быть обжаловано в Омский областной суд через Первомайский районный суд города Омска в течение месяца со дня изготовления судом решения в окончательной форме. 

Мотивированное решение в окончательной форме изготовлено 22.10.2018.