Судья Алексеев Е.С.

Дело 22-292

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Улан-Удэ 27 февраля 2020 года

Верховный Суд Республики Бурятия в составе

председательствующего судьи Ринчиновой В.В., единолично,

при секретаре Гармаевой Н.В.,

с участием прокурора Телешева А.А., 

осужденного ФИО1, защитника-адвоката Ильюнова Б.Н., 

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и адвоката Ильюнова Б.Н. в интересах осужденного ФИО1, апелляционное представление государственного обвинителя старшего помощника прокурора Заиграевского района РБ Аксеновой Л.Е. на приговор Заиграевского районного суда Республики Бурятия от 19 декабря 2019 года, которым 

ФИО1, родившийся ... года в 

<

...>, не судимый, 

- осужден по ч. 1 ст. 286 УК РФ к лишению свободы на срок 3 года, в соответствии с положениями ч. 3 ст. 47 УК РФ с дополнительным наказанием в виде лишения права занимать должности в правоохранительных органах, связанные с осуществлением функций представителя власти, сроком на 2 года 6 месяцев;

- по ч. 2 ст. 292 УК РФ к лишению свободы на срок 3 года с дополнительным наказанием в виде лишения права занимать должности в правоохранительных органах, связанные с осуществлением функций представителя власти, сроком на 2 года 6 месяцев.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний, окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 4 года с дополнительным наказанием в виде лишения права занимать должности в правоохранительных органах, связанные с осуществлением функций представителя власти, сроком на 3 года.

На основании ст. 73 УК РФ наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным, с испытательным сроком 3 года. 

Постановлено возложить на ФИО1 исполнять обязанности не менять постоянное место жительства без уведомления уголовно-исполнительной инспекции, в период испытательного срока ежеквартально являться в уголовно-исполнительную инспекцию для регистрации и отчета о своем поведении.

Приговором суда разрешена судьба вещественных доказательств. 

Доложив материалы дела, выслушав мнение осужденного ФИО1, защитника-адвоката Ильюнова Б.Н., поддержавших доводы апелляционных жалоб, полагавшихся на усмотрение суда по доводам апелляционного представления, мнение прокурора Телешева А.А., поддержавшего доводы апелляционного представления, возражавшего против удовлетворения апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Приговором суда ФИО1 признан виновным в совершении действий, явно выходящих за пределы его должностных полномочий, путем отобрания у З. и С.. с применением уговоров и угроз объяснений о совершении последним незаконной рубки деревьев, и изготовления официальных актов с заведомо ложными сведениями, по своему содержанию удостоверяющими наличие признаков состава преступления, предусмотренного ч.1 ст. 260 УК РФ в действиях С.., что повлекло существенное нарушение прав и законных интересов последнего.

Также приговором суда ФИО1 признан виновным в предоставлении подложных документов доследственной проверки в отношении С.., что повлекло незаконное возбуждение уголовного дела в отношении С.. по ч. 1 ст. 260 УК РФ, которое впоследствии было прекращено в связи с отсутствием события преступления, что повлекло существенное нарушение прав и свобод С. а также охраняемых законом интересов общества и государства. 

Преступления совершены при обстоятельствах подробно изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.

Осужденный ФИО1 в судебном заседании вину не признал. 

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговором суда, считая его незаконным и необоснованным.

Указывает, что у него мотивов для незаконного привлечения к уголовной ответственности ранее незнакомого ему С. не было. 

Он не говорил З. предоставить невиновное лицо, а говорил лишь привезти человека, который совершил рубку. Пояснения З. о наличии договора на заготовку древесины не соответствуют действительности, т.к. по договору загруженная в машину древесина должна была быть валежной, сухостойной, ветровальной, буреломной, однако, находившаяся в автомашине древесина объективно была сырой. Свидетель лесничий Л. показал, что на деляне, выделенной З., не произрастали деревья такого диаметра, задержанная древесина не относилась к верхушечным частям, на ней не было следов нагара. О том, что древесина являлась сырой, показали свидетели Н., Ц., Р., З., П., а также по цветным фотографиям древесину, как сырую, определили Л., Ю..

Отказ суда в следственном эксперименте с выездом на место –деляну В лишил сторону защиты в предоставлении доказательств его невиновности. 

Для решения вопроса о законности привлечения его к уголовной ответственности необходимо установить законность или незаконность действий С. и З..

Из показаний свидетелей Н., А., З. следует, что разрешительных документов ему не предоставляли, никто не пояснял, что не осуществляет незаконную рубку. 

Суд необоснованно признал материалы доследственной проверки (протокол осмотра места происшествия, объяснения, рапорт) официальными документами, влекущими возникновение юридических последствий. 

Кроме того, в ходе предварительного следствия по уголовному делу в отношении него допущены следующие нарушения:

- следователь в ходе предварительного следствия не направляла уведомления о продлении сроков следствия, чем нарушила его права и законные интересы, при продлении сроков следствия в качестве оснований указывала на его активное противодействие, чего не было; 

- исправления в дате рождения С. (т.1 л.д.34) не заверены;

- в объяснении от 19.07.2018г. (т.1 л.д.44-47) неверно указан его (ФИО1) год рождения, ему не разъяснены положения ст. 51 Конституции РФ, не обеспечено участие защитника по его ходатайству, при опросе оказано морально-психологическое воздействие;

- к протоколу осмотра места происшествия не приложены фототаблицы (т.1, л.д. 115-121, 122-126, 147-151, 162-166, 167-171), поэтому все эти протоколы являются незаконными;

- приобщенное по делу доказательство- карта изъята незаконным способом и является недопустимым доказательством;

- следователем не приняты меры по установлению фактического объема изъятой древесины, для этого не привлечены специалисты, не произведены замеры для установления происхождения древесины с места происшествия;

- отказано в проведении дендрохронологической экспертизы для определения срока рубки древесины, и выяснения вопроса являлись ли деревья сухостойными или живыми;

- изъятые у него вещи были фактически возвращены 20.02.2019г., а не 30.01.2019г., как он указал в заявлении по просьбе следователя;

- при ознакомлении с допросом эксперта Б.. (т.2 л.д.117-119) 16.01.2019г. отсутствовала подпись о разъяснении ей положений ст. 51 Конституции РФ, копия допроса прилагается к жалобе. Появившаяся впоследствии подпись имеет следы подделки, поэтому просит признать допрос недопустимым доказательством;

- в постановлении о привлечении его в качестве обвиняемого неверно указан адрес отделения полиции, куда он пригнал автомашину с древесиной;

- обвинительное заключение в томе 4 лист 146 не согласовано с руководителем СО по Заиграевскому району РБ СУ СК России по РБ;

- постановление о выделении материала в отдельное производство от 05.05.2019г. (л.д. 23, том 5), т.к. в ходе осмотра места происшествия им было установлено, что совершена рубка 5-ти деревьев, а не 4-х;

- осмотр помещения кабинета № ... от 03.05.2019г. (т.5 л.д.24-27), фактически проведенный 15.05.2019г., недействителен, т.к. произведен после подписания 08.05.2019г. протокола об окончании следственных действий;

- в обвинительном заключении (т.5 л.д.84) неверно указана его должность, сведения о количестве детей, и то, что он находился в составе следственно- оперативной группы;

- не допрошена В..- родственница З., которая получила в Заиграевском лесничестве договор купли- продажи лесных насаждений;

- не допрошены сотрудники дежурной части по обстоятельствам того, какой лес, какого диаметра находился в автомашине возле отдела полиции 10.04.2018 г.

Свидетели С. и З., будучи предупрежденным по ст. 307 УК РФ, дали заведомо ложные показания, и должны быть привлечены к уголовной ответственности.

Показания потерпевшего С. просит признать недопустимыми, так как на следствии он пояснял, что 7 и 8 апреля он ездил в лес, а в суде показал, что в это время он не был в лесу. Кроме того, из его объяснения следует, что у З. в лесу несколько бригад по заготовке леса, куда входят вальщики, и следует полагать, что они занимаются незаконной добычей леса, а их показания не иначе, как способ уйти от уголовной ответственности.

В приговоре суда неправильно указаны: адрес места его жительства, как 

<

...>, хотя фактически 

<

...>; наименование его должности, как 

<

...>, хотя он с 05.02.2019 г. в должности 

<

...>, в показаниях С. - гос. регистрационный номер автомашины, осмотренной в присутствии С., фамилия дознавателя в протоколе осмотра места происшествия от 01.11.2018 г., как 

<

...> вместо Ц. 

Просит приговор суда в отношении него отменить, по предъявленному обвинению оправдать. 

В апелляционной жалобе (основной и дополнительной) адвокат Ильюнов Б.Н. в интересах осужденного ФИО1 выражает несогласие с приговором суда, считая его незаконным и необоснованным. 

Указывает, что судом не приняты во внимание доводы стороны защиты о невиновности ФИО1, в т.ч. доводы о несоответствии протокола осмотра места происшествия, рапорта и объяснений понятию официального документа, а также необоснованно отклонено ходатайство о проведении следственного эксперимента с выездом на место заготовки древесины. 

Указывает, что суд не принял во внимание факт совершенной потерпевшим С незаконной порубки лесных насаждений, а у ФИО1, с учетом пояснений свидетелей С., А., имелись основания полагать о совершении неустановленными лицами преступления, предусмотренного ст. 260 УК РФ. 

Действуя в рамках своих полномочий, Панов осмотрел место происшествия, автомобиль, груженный древесиной, и сопроводил данный автомобиль в отделение полиции. При этом он обоснованно полагал, что автомобиль загружен свежеспиленной древесиной, О том, что в автомобиле была загружена свежеспиленная древесина, длиной три метра, показали многие свидетели по делу, однако суд не принял это во внимание. 

С целью установления лиц, причастных к рубке древесины, Панов, действуя в рамках своих полномочий, обратился к З..

Из показаний свидетеля З. (л. 13,14 протокола судебного заседания) с учетом оценки показаний свидетелей обвинения невозможно сделать вывод о том, что Панов просил его подыскать непричастное к событию лицо.

Выводы о том, что Панов желал привлечь к уголовной ответственности заведомо невиновное лицо, являются предположением, т.к. Панов не мог знать, кто причастен к совершению преступления. Из показаний З. (л. 21 протокола судебного заседания) и С. (л.3 протокола судебного заседания) не следует, что Панов просил предоставить ему заведомо невиновное лицо. 

В приговоре суда (л. 21) суд необоснованно указал, что доводы ФИО1 о незаконно заготовленной З. и С. древесине не относятся к предъявленному обвинению, поскольку он был обязан установить обстоятельства происхождения изъятой древесины, а вместо этого он совершил действия, направленные на привлечение к уголовной ответственности заведомого невиновного лица. 

При этом в обязанности ФИО1 не входило принятие правового решения о возбуждении уголовного дела либо об отказе в его возбуждении. 

Ни З., ни С. не показали суду о том, что Панов требовал предоставить любое лицо, путь даже невиновное, не дали показаний ФИО1 о непричастности С., а Панов, несмотря на это, составил процессуальные документы.

Показания З. и С. о том, что Панов сказал им какие нужно давать показания, свидетельствуют только о недостоверности полученных объяснений. 

Полученные судом доказательства, на которых основан обвинительный приговор, не исключают вероятности того, что Панов обоснованно предполагал причастность С. к рубке древесины, с учетом показаний свидетеля А., который указал ФИО1 предположительное место заготовки древесины, грузчиков там уже не было (л. 50 протокола судебного заседания).

Суд необоснованно и незаконно признал материалы доследственной проверки документами, удостоверяющими факты, влекущими юридические последствия в виде изменения прав или обязанностей. 

Полагает, что в действиях ФИО1 отсутствует составы преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 286, ч. 2 ст. 292 УК РФ. 

Просит приговор отменить, ФИО1 по предъявленному обвинению оправдать. 

В апелляционном представлении государственный обвинитель помощник прокурора Заиграевского района РБ Аксенова Л.Е., не оспаривая обстоятельств совершенного преступления и доказанности вины ФИО1, считает приговор суда незаконным в той части, что суд признал достаточным и допустимым доказательством объяснение Д.., которое в ходе судебного следствия не исследовалось. Просит приговор суда изменить, исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на данное объяснение. 

В возражении прокурор просит оставить приговор суда по доводам апелляционных жалоб осужденного ФИО1 и защитника- адвоката Ильюнова Б.Н. без изменения. 

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, апелляционного представления, возражения на апелляционные жалобы, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении указанных преступлений при обстоятельствах, изложенных в приговоре, подтверждаются исследованными в судебном заседании и приведёнными в приговоре доказательствами, которым судом дана надлежащая оценка, обоснованно признанными допустимыми, относимыми и в своей совокупности достаточными.

Так, виновность ФИО1 в совершении преступлений подтверждается:

- показаниями потерпевшего С. в суде о том, что 10.04.2018г. после задержания автомашины с древесиной, в отделении полиции под воздействием ФИО1, который знал о наличии у них документов на лес, и по его указанию написал объяснение о совершении им незаконной рубки деревьев, которые якобы ему нужны, как столбы для забора, а также подписал чистый лист, а позже со слов ФИО1 дал пояснения дознавателю об обстоятельствах рубки деревьев. Он опасался ФИО1, исполнял его указания, т.к. тот утверждал, что его к уголовной ответственности не привлекут. Позже ему стало известно, что его незаконно привлекли к уголовной ответственности, и Панов его обманул. Он испытывает чувство несправедливости, т.к. его обвинили в том, чего он не совершал, ранее к уголовной ответственности не привлекался;

- показаниями свидетеля З. в суде о том, что в апреле 2018 г. после задержания его машины Панов, зная о наличии разрешительных документов, предложил его найти человека ранее не судимого, который бы взял на себя вину, что отделается только штрафом, а иначе машину арестуют, а их посадят. В этот же день он нашел С., который согласился взять вину на себя. Панов объяснил С., какие нужно давать показания следователю и суду. Также по просьбе ФИО1 он расписался на чистом листе бумаги. Причин оговаривать ФИО1 у него нет, т.к. они ранее знакомы не были. Панов им угрожал, поэтому он опасается его. После случившегося мнение о работниках полиции у него изменилось в худшую сторону;

- показаниями свидетеля Ц.. в суде об обстоятельствах возбуждения и расследования уголовного дела в отношении С. по ст. 260 УК РФ на основании представленных ФИО1 материалов;

- показаниями свидетеля А.. в суде и его оглашенными показаниями, согласно которым после задержания автомашины с лесом, за рулем которой он был, оформления сотрудниками ДПС документов за езду без водительского удостоверения, вечером они с ФИО1 поехали в лес, и Панов сфотографировал 4 пня на деляне, но не той, на которой они пилили лес. Панов сказал, что нужно кому-нибудь «загрузиться», но он отказался. Позже З. привез С., после их опроса ФИО1 в отделении полиции они сказали, что все штрафом обойдётся и условным сроком З.. Но З. на деляне в этот день не было. С деляны собирались верхушки, сырорастущий лес не пилился. Автомашину с лесом отогнали на штрафстоянку. Оглашенные показания свидетель А. подтвердил, объяснив неточности давностью произошедшего;

- показаниями свидетеля Д. в суде о том, что по просьбе ФИО1 он определил выдел и составил протокол о лесонарушении в отношении С., при этом на место происшествия не выезжал. Позже Панов просил его поменять показания о том, что он выезжал на место незаконной рубки, и если нет пней, то их нужно сделать, напилить деревья; по ходатайству государственного обвинителя оглашен акт о лесонарушении от 12.04.2018г., дату которого свидетель Д. подтвердил;

- показаниями свидетелей Н.., Б.. в суде об обстоятельствах задержания автомашины с лесом, свидетелей Я.. на следствии и в суде, свидетеля П. в суде об обстоятельствах отработки ими сообщения о задержании в лесном массиве автомашины с лесом;

- а также показаниями свидетелей П.., С. Э.., П.., З.., Ю.., Л.., Р.. об известных им обстоятельствах. 

Также вина ФИО1 подтверждается исследованными в суде доказательствами: протоколом осмотра предметов от 26.07.2018 г. - материалов уголовного дела № 

<

...> по обвинению С. в т.ч. постановления от 12.04.2018 г. о возбуждении старшим дознавателем ОД ОМВД России по Заиграевскому району Ц. уголовного дела в отношении С.. по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст.260 УК РФ; рапорта ФИО1 от 12.04.2018 г. о факте незаконной рубки С. 5 деревьев породы сосна, протокола осмотра места происшествия от 12.04.2018 г. – лесного массива и обнаружении незаконной рубки 5 деревьев породы сосна, с фототаблицей, объяснений З. и С. от 11.04. 2018 года о совершении С. 10.04.2018 г. незаконной порубки 5 деревьев породы сосна, протокола осмотра места происшествия от 10.04.2018г., где водителем машины указан З.., составленных 

<

...> ФИО1 ; протокола о лесонарушении от 12.04.2018 г. в квартале 

<

...> выдел 

<

...> Онохойского лесничества в отношении С. и расчете ущерба. 

Кроме этого, виновность ФИО1 подтверждается совокупностью иных доказательств, исследованных в судебном заседании, соответствующих требованиям уголовно-процессуального закона: протоколом осмотра вещественных доказательств от 02.11.2018 г., в том числе постановления от 2.10.2018 о прекращении уголовного дела и уголовного преследования в отношении С. за отсутствием в его действиях состава преступления; протоколами осмотра других вещественных доказательств, протоколами осмотров мест происшествий, заключениями экспертиз, должностным регламентом 

<

...> 

<

...> ФИО1; выпиской из приказа №

<

...> от 

<

...> г. о назначении ФИО1 на должность 

<

...>, и другими доказательствами, тщательно исследованными судом первой инстанции, содержание которых изложено в приговоре.

Положенные судом в основу обвинительного приговора доказательства не содержат существенных противоречий, которые могли бы повлиять на решение вопроса о виновности осужденного. При этом суд указал в приговоре мотивы, по которым он принял одни доказательства и отверг другие.

Оснований у потерпевшего, вышеуказанных свидетелей для оговора осужденного не имеется.

Вопреки доводам жалобы осужденного обвинительное заключение, составленное 05.06.2019 г., согласовано с руководителем СО по Заиграевскому району СУ СК России по РБ О., и 14.06.2019 г. утверждено прокурором Б. (т.5 л.д.84-175). Осужденный ссылается на обвинительное заключение (т.4 л.д.59-146), не имеющее юридической силы.

По смыслу закона под допущенными при составлении обвинительного заключения нарушениями требований УПК РФ следует понимать такие нарушения указанных в ст. 220 УПК РФ положений, которые исключают возможность принятия судом решения по существу рассматриваемого дела на основании данного заключения. 

Действительно, согласно обвинительным документам органы следствия, излагая обстоятельства преступлений, в совершении которого обвиняется Панов, указали, что преступления имели место по 

<

...>, вместо ул. 

<

...>.

Вместе с тем, описательно-мотивировочная часть приговора содержит указание на место совершения преступлений – отделение полиции по адресу: 

<

...>, которое правильно установлено судом из совокупности исследованных доказательств, что соответствует требованиям уголовно-процессуального закона.

В приговоре судом уточнен адрес отделения полиции 

<

...>, расположенный по адресу: 

<

...>, и вместо улицы 

<

...> указана улица 

<

...>. 

При указанных очевидных обстоятельствах неверное указание органами следствия названия улицы в обвинительных документах явилось ничем иным, как технической ошибкой, и ее исправление было возможно в судебном заседании при рассмотрении уголовного дела, что и было сделано судом первой инстанции. Устранение данной технической ошибки не нарушает права ФИО1 на защиту и соответствует требованиям уголовно-процессуального закона.

Также в обвинительном заключении приведены все необходимые данные о ФИО1 с указанием его фамилии, имени и отчества, даты и места рождения, места регистрации, а также приведены иные сведения о личности ФИО1, имеющие значение для данного уголовного дела.

Должность осужденного указана на момент совершения им преступлений, количество детей на момент составления обвинительного заключения, в связи с чем доводы его жалобы в этой части также несостоятельны.

Указание в приговоре адреса места жительства - номера дома, как № ... ул. 

<

...> вместо дома № ... является технической ошибкой, не влияющей на доказанность виновности ФИО1 в совершении преступлений и на назначенное наказание.

Таких нарушений о том, что форма и содержание обвинительного заключения исключает саму возможность постановления судом приговора или принятия иного решения, по делу не установлено.

Указание в приговоре при перечислении доказательств виновности осужденного: протокола осмотра места происшествия от 01.11.2018 г. – адреса отделения полиции, как ул. 

<

...> вместо ул. 

<

...>; в показаниях потерпевшего С. госномера машины 

<

...> вместо 

<

...> является технической ошибкой, как и указание фамилии дознавателя Ц. при повторном перечислении протоколе осмотра места происшествия от 01.11.2018 г., не влияющей на выводы суда.

Доводы жалобы осужденного о допущенных органом следствия нарушениях в ходе предварительного следствия судом апелляционной инстанции не могут быть приняты во внимание.

Поскольку указанные осужденным в жалобе документы, кроме протоколов осмотров мест происшествий на л.д.162-166, 167-171 т.1 и л.д.24-29 т.5, в качестве доказательств виновности по делу не оглашались и судом не исследовались, то вопрос об их оценке судом не рассматривался.

Протоколы осмотров мест происшествий на л.д.162-166, 167-171 т.1 признаны судом недопустимыми доказательствами, протоколу осмотра места происшествия – служебного кабинета от 3.05.2019 на л.д.24-29 т.5 судом дана надлежащая оценка, оснований не согласиться с которыми у суда апелляционной инстанции не имеется.

Как следует из протокола судебного заседания, вопреки доводам жалобы осужденного ходатайств о допросе В. сотрудников полиции – дежуривших 10 апреля 2018 г. в отделении полиции, в качестве свидетелей никем из участников процесса не было заявлено. Дополнений к судебному следствию, не имелось.

Оценив все перечисленные доказательства в совокупности, суд первой инстанции сделал правильный вывод о виновности ФИО1 в совершении превышения должностных полномочий и служебного подлога. 

При этом доводы ФИО1 о непричастности к совершению преступления проверялись в судебном заседании и были обоснованно отвергнуты с приведением соответствующих мотивов в приговоре. 

Действия ФИО1 бесспорно повлекли нарушение охраняемых законом интересов общества и государства, поскольку, вопреки требованиям закона к уголовной ответственности было привлечено заведомо невиновное лицо, подорван авторитет государственного органа и авторитет государства в целом, что нашло подтверждение в суде.

Доводы жалоб о том, что материалы доследственной проверки – протокол осмотра места происшествия, объяснения С. и З., рапорт об обнаружении признаков преступления не являются официальными документами, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными, поскольку внесение в них ложных сведений о совершении потерпевшим уголовного деяния повлекло юридические последствия, выразившиеся в принятии решения о возбуждении уголовного дела в отношении потерпевшего, его уголовное преследование.

Доводы защиты об отсутствии у ФИО1 иной личной заинтересованности также получили в приговоре суда надлежащую правовую оценку, которую суд апелляционной инстанции находит убедительной и надлежащим образом мотивированной.

Таким образом, вопреки доводам жалобы, суд на основании объективных доказательств, представленных суду, обоснованно пришёл к выводу о том, что ФИО1, являясь должностным лицом, имел иную личную заинтересованность при совершении преступлений, стремясь извлечь для себя выгоду неимущественного характера, обусловленную такими побуждениями, как карьеризм, желание приукрасить результаты служебной деятельности, фиктивного улучшения показателей своей работы по выявлению и раскрытию преступлений в сфере лесопользования, незаконным способом добился возбуждения уголовного дела по ч.1 ст.260 УК РФ. В результате его незаконные действия повлекли существенное нарушение прав и законных интересов С. на уважение его чести и достоинства, защиту от незаконного и необоснованного обвинения и осуждения; охраняемых законом интересов общества и государства, дискредитацию деятельности и подрыв авторитета, нормальной деятельности органов внутренних дел по защите личности, общества, государства от противоправных посягательств, предупреждения и пресечения преступлений, восстановления социальной справедливости.

Действия ФИО1 судом квалифицированы правильно по ч. 1 ст. 286 УК РФ, ч. 2 ст. 292 УК РФ. 

Оснований для иной квалификации действий осужденного суд апелляционной инстанции не находит.

Дело судом рассмотрено с соблюдением принципа состязательности сторон, предусмотренного ст. 15 УПК РФ. Судом созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Все доказательства, представленные как стороной обвинения, так и стороной защиты исследованы. Заявленные сторонами ходатайства, в том числе ходатайство стороны защиты о следственном эксперименте с выездом на место, разрешены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, принятые судом по ходатайствам решения мотивированы и аргументированы.

Все доводы в защиту осужденного в судебном заседании тщательно проверялись, сомнений в достоверности сведений, изложенных в протоколе судебного заседания, не имеется.

При назначении ФИО1 наказания суд в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ в полной мере учёл характер и степень общественной опасности совершённых преступлений, данные о личности виновного: отсутствие судимостей, положительные характеристики; обстоятельства, смягчающие наказание: молодой возраст, состояние здоровья, наличие двоих малолетних детей; отсутствие отягчающих обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

При таких обстоятельствах, суд пришёл к верному выводу о назначении ФИО1 наказания по каждому преступлению в виде лишения свободы с назначением дополнительного наказания. Также суд обоснованно применил положения ст. 73 УК РФ к основному наказанию. 

Назначение ФИО1 дополнительного наказания по каждому преступлению в виде лишения права занимать должности в правоохранительных органах, связанные с осуществлением функции представителя власти на определенный срок, судом надлежащим образом мотивировано, с чем оснований не соглашаться суд апелляционной инстанции не усматривает.

Суд обсудил и правильно не нашёл оснований для применения положений ч. 6 ст. 15, ст. 64 УК РФ, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции, также не усматривается оснований для применения ч.1 ст.62 УК РФ.. 

Назначенное ФИО1 наказание является соразмерным содеянному, отвечает требованиям закона, в том числе о справедливости, оснований для его смягчения не имеется.

Доводы апелляционных жалоб признаны несостоятельными и удовлетворению не подлежат.

Вместе с тем приговор суда подлежит изменению.

В нарушение требований ст.240 УПК РФ в приговоре, как на доказательство виновности осужденного, суд указал на объяснение Д.., которое государственным обвинителем в качестве доказательства виновности не представлялось и в судебном заседании не исследовалось, что подлежит исключению из приговора. 

Также подлежат исключению из числа доказательств рапорты следователя М.. от 19.07.2018 г. и 19.11.2018 г. о совершенных преступлениях (т. 1 л.д. 29, 30). По смыслу процессуального закона такой рапорт не является доказательством, а согласно ст. ст. 140, 143 УПК РФ - это повод для возбуждения уголовного дела.

Исключение указанных документов из числа доказательств не ставит под сомнение доказанность виновности осужденного в совершении преступлений при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

Иных нарушений, влекущих изменение или отмену приговора, не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.26, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л :

Приговор Заиграевского районного суда Республики Бурятия от 19 декабря 2019 года в отношении ФИО1 изменить. 

Исключить из доказательств обвинения рапорты следователя М.. от 19.07.2018 г. и 19.11.2018 г., указание суда на объяснение Д.. 

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и адвоката Ильюнова Б.Н. в его интересах – без удовлетворения.

Председательствующий, судья: В.В. Ринчинова