Дело № 2-3902/2020

(УИД 73RS0004-01-2020-005772-16) 

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

18 ноября 2020 года город Ульяновск

Заволжский районный суд города Ульяновска в составе председательствующего судьи Климонтовой Е.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Сатривановой Е.Н., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о компенсации морального вреда, причиненного преступлением,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, ФИО3 о компенсации морального вреда, причиненного совершенным в отношении него преступлением, предусмотренным частью 2 статьи 162 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Данным преступлением ему были причинены телесные повреждения: он был избит, его лицо было в синяках, в таком состоянии и с таким внешним видом был вынужден ездить по больницам, не мог выходить на работу. Вся его семья была потрясена случившимся. 

Просит взыскать с ФИО2 и ФИО3 в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 200000 руб.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о времени и месте слушания дела извещен надлежащим образом.

Ответчики ФИО2 и ФИО3 в судебном заседании не присутствовали, отбывают наказание в ФКУ ИК-3 УФСИН России по Ульяновской области. Будучи извещенными о времени и месте судебного заседания в надлежащей форме, в силу статьи 48 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, своим правом на ведение дела в суде через представителя не воспользовались.

С учетом изложенного, суд полагает возможным рассмотреть гражданское дело в отсутствие сторон, в соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, суд пришел к следующему.

Согласно статье 150 Гражданского кодекса Российской Федерации, нематериальные блага защищаются в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и другими законами в случаях и в порядке предусмотренном ими.

К нематериальным благам законом относит: жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность личной жизни, личная семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, другие личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьёй 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Приговором Заволжского районного суда города Ульяновска от 10 августа 2020 года ФИО3 и ФИО2 признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 162 Уголовного кодекса Российской Федерации; ФИО3 назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 5 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима; ФИО2, на основании части 5 статьи 69 Уголовного кодекса Российской Федерации, окончательно назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 5 лет 01 месяц с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. 

Приговор вступил в законную силу 14 октября 2020 года.

Истец ФИО1 по настоящему уголовному делу, возбужденному в отношении ФИО3 и ФИО2, признан потерпевшим.

Согласно приговору суда, действия ФИО3 и ФИО2 квалифицированы как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, и угрозой применения такого насилия, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

В результате преступных действий потерпевшему ФИО1 были причинены следующие телесные повреждения: 

<

данные изъяты>, которые кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности не влекут, расцениваются как не причинившие вред здоровью согласно пункту 9 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека. Указанные повреждения могли образоваться 29.01.2020 при обстоятельствах, изложенных потерпевшим ФИО1

Обстоятельства совершенного в отношении потерпевшего преступления подробно изложены в состоявшемся по делу приговоре суда.

В силу части 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Принимая решение по настоящему иску, вытекающему из уголовного дела, суд не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может лишь разрешать вопрос о размере возмещения (абзац 2 пункта 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении»).

Так, из установленных приговором суда обстоятельств, следует, что используя малозначительный повод – отказ водителя такси везти по указанному адресу, находясь на заднем сидении такси, ФИО3 и ФИО2 вступили между собой в предварительный преступный сговор, направленный на разбойное нападение в целях хищения имущества ФИО1, с применением насилия, опасного для жизни и здоровья и угрозой применения такого насилия, с использованием в качестве оружия пистолета, внешне схожего с пневматическим.

Объектами посягательства являлись как имущество потерпевшего ФИО1 (сумка с находящимися в ней денежными средствами в сумме 1200 руб., которыми ФИО3 и ФИО2 завладели, телефон, принадлежащий ФИО1, требования о передачи которого высказывал ФИО3), автомашина Datsun on-DO, принадлежащая ФИО5, явившаяся первоначальной целью разбойного нападения подсудимых, так и жизнь и здоровье ФИО1, в отношении которого с целью подавления его воли к сопротивлению было применено как насилие, опасное для жизни и здоровья, так и угроза применения подобного насилия, осуществлявшаяся с применением предмета, используемого в качестве оружия – пистолета. 

Действия ФИО3 и ФИО2 носили согласованный и совместный характер, были совершены ими в составе группы лиц при наличии предварительного сговора на совершение преступного деяния.

Анализ действий ФИО3 и ФИО2 свидетельствует о том, что примененное ими насилие и угроза его применения носили характер опасных для жизни в момент их применения и высказывания, поскольку и ФИО3 и ФИО2 действовали одновременно и согласованно, дополняя и продолжая действия друг друга. ФИО2, используя пистолет, который был исправен и внешне схож с пневматическим, и который на момент угроз был заряжен, направил его в сторону лица потерпевшего, высказывая угрозу убийством словами о том, что он пристрелит водителя, и впоследствии применил пистолет, дважды выстрелив в автомобиль и разбив стекло, а ФИО3, находясь в машине в момент, когда потерпевший пытался скрыться, стал душить водителя ФИО1, что привело к тому, что потерпевший начал задыхаться и остановил машину на обочине, въехав в сугроб. При этом, каждый до указанных действий в период требования покинуть машину, наносили удары потерпевшему: ФИО3 – с левой стороны, а ФИО2 – с правой стороны, удары приходились также в область головы и лица. 

Указанное свидетельствуют о том, что в отношении потерпевшего ФИО3 и ФИО2 согласованно было применено насилие, опасное для жизни и здоровья потерпевшего, высказаны угрозы применения такого насилия, поскольку хотя и не был причинен вред здоровью потерпевшего, однако в момент применения насилия и угроз его применения создавалась реальная опасность для потерпевшего. 

Характер примененного в отношении потерпевшего насилия, локализация выявленных у него телесных повреждений и их последствия свидетельствовали о том, что средством преодоления воли потерпевшего к сопротивлению в целях хищения чужого имущества являлось именно насилие, опасное для жизни и здоровья. 

Факт применения предмета, используемого в качестве оружия, в частности, пистолета, внешне схожего с пневматическим, также нашел свое подтверждение. Пистолет был исправен, пригоден для производства выстрелов и заряжен соответствующими пулями, обладающими поражающими свойствами, что было известно ФИО2, а также ФИО3, что осознавалось и потерпевшим в момент, когда данное оружие было применено при высказывании в отношении него угроз. 

Кроме того, в момент, когда водитель попытался скрыться на машине, ФИО2 дважды выстрелил в машину, повредив заднее боковое стекло машины, которое от выстрелов разбилось. 

ФИО2 и ФИО3 действовали в рамках реализации своего преступного умысла, направленного на разбойное нападение с применением предмета, используемого в качестве оружия, и осознавали возможность наступления тяжких последствий для потерпевшего. При этом, их согласованные действия в соответствии с распределенными ролями свидетельствовали о том, что оба являлись соисполнителями данного преступления. 

Поскольку вина ответчиков ФИО2 и ФИО3 в причинении потерпевшему ФИО1 физических и нравственных страданий, в связи с совершенным в отношении него преступлением, установлена, его требования о компенсации морального вреда суд находит подлежащими удовлетворению.

Положения статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливают, что размер компенсации морального вреда должен зависеть от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств при соблюдении требований разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, а также индивидуальных особенностей потерпевшего. 

Согласно пункту 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.06.2010 № 17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве», вопрос о размере компенсации причиненного потерпевшему морального вреда суду следует исходить из положений статьи 151 и пункта 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации и учитывать характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, степень вины причинителя вреда, руководствуясь требованиями разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий устанавливается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, поведения подсудимого непосредственно после совершения преступления (например, оказание либо неоказание помощи потерпевшему), индивидуальных особенностей потерпевшего (возраст, состояние здоровья, поведение в момент совершения преступления и т.п.), а также других обстоятельств (например, потеря работы потерпевшим).

Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы законодательства о компенсации морального вреда» (пункт 2) разъяснено, что моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

С учетом объема характера и степени физических и нравственных страданий, причиненных истцу, степени вины каждого из ответчиков, установленной вступившим в законную силу приговором суда, учитывая их материальное положение, обстоятельства уголовного дела, а также требований разумности и справедливости считает возможным требования истца о компенсации морального вреда удовлетворить частично, определив ко взысканию с ответчиков ФИО3 и ФИО2 в пользу истца ФИО6 по 50000 руб. с каждого. 

Законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет ни минимальный, ни максимальный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду. 

В любом случае компенсация морального вреда должна отвечать цели, для достижения которой она установлена законом – компенсировать потерпевшему перенесенные им физические и (или) нравственные страдания.

Определенная сумма компенсации причиненного истцу вреда, по мнению суда, такой цели отвечает.

В соответствии со статьей 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчиков, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. 

Таким образом, с ответчиков ФИО3 и ФИО2 в доход бюджета муниципального образования «город Ульяновск» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб., по 150 руб. с каждого.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 12, 56, 98, 167, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о компенсации морального вреда, причиненного преступлением, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50000 руб. 

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50000 руб. 

В удовлетворении требований ФИО1 в остальной части отказать.

Взыскать с ФИО2 в доход бюджета муниципального образования «город Ульяновск» государственную пошлину в сумме 150 руб.

Взыскать с ФИО3 в доход бюджета муниципального образования «город Ульяновск» государственную пошлину в сумме 150 руб.

Решение может быть обжаловано в Ульяновский областной суд через Заволжский районный суд города Ульяновска в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья Е.В. Климонтова

Решение суда в окончательной форме изготовлено 25 ноября 2020 года.