Дело № 2-1370/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

27 июня 2019 года г. Калининград

Ленинградский районный суд г. Калининграда в составе:

председательствующего судьи Кораблевой О.А.,

при секретаре Шигановой Я.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 ча к ПАО СК "Росгосстрах" о взыскании страхового возмещения, неустойки, расходов по проведению экспертизы, компенсации морального вреда, третьи лица ФИО1, ФИО2,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в суд с иском к ПАО СК "Росгосстрах", в обоснование указывая, что 02 августа 2017 года примерно в 01 часов 10 минут по ул. Парковая, д. 1А в г. Калининграде произошло дорожно-транспортное происшествие (далее – ДТП) с участием автомобиля марки "Ауди A3", государственный регистрационный номер (далее – г.р.н.) №, под управлением водителя ФИО3 и автомобиля марки "Опель Вектра", г.р.н. №, под управлением водителя ФИО2, в результате которого принадлежащему истцу на праве собственности автомобилю марки "Ауди A3", г.р.н. №, были причинены механические повреждения.

06 июля 2018 года представитель истца ФИО4, действующий на основании доверенности, обратился в филиал ПАО СК "Росгосстрах" с заявлением о возмещении убытков по полису OCAГO с документами, предусмотренными "Правилами обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (заявление №).

17 июля 2018 года ФИО4 поступил отказ в выплате страхового возмещения. 

Считая указанный отказ незаконным и необоснованным, сторона истца обралась к услугам независимого эксперта, для определения суммы необходимой на восстановительный ремонт поврежденного транспортного средства. Согласно экспертному заключению Экспертного Бюро ИП ФИО5 № от 26 ноября 2018 года стоимость восстановительного ремонта автомобиля марки "Ауди A3", г.р.н. №, составила без учета износа 244 700 рублей, с учетом износа 221 700 рублей, стоимость экспертизы составила 3 500 рублей.

На основании изложенного, просит взыскать с ответчика страховое возмещение в размере 221 700 рублей, неустойку (пени) за нарушение сроков выплаты страхового возмещения в размере 416 796 рублей, исходя из расчета: 2 217 рублей х 188 дней (где 2 217 рублей – 1% от страховой суммы в размере 221 700 рублей, 188 дней – период просрочки выплаты страхового возмещения с 18 июля 2018 года (дня следующего за днем отказа в выплате страхового возмещения) по 21 января 2019 года – день подачи искового заявления), расходы по проведению независимой оценки в размере 3 500 рублей, компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей, штраф в размере 50 процентов, предусмотренный ФЗ "О защите прав потребителей".

Судом к участию в деле в качестве третьих лиц были привлечены ФИО1, ФИО2.

Истец в судебное заседание не явился, извещен надлежаще.

Представитель истца ФИО4, действующий на основании доверенности, в судебном заседании поддержал заявленные требования по основаниям, изложенным выше, просил удовлетворить. Указал, что факт ДТП подтвержден имеющимися в материалах дела доказательствами. Оплата назначенной судом экспертизы не была осуществлена ввиду того, что для ее проведения требовалось привлечение сторонних специалистов за отдельную плату, в связи с чем стоимость экспертизы возросла до 40 000,00 рублей, тогда как он рассчитывал на 27 000,00 рублей. Просил назначить проведение экспертизы в другое экспертное учреждение.

Представитель ответчика ПАО СК "Росгосстрах" в судебное заседание не явился. Представил письменные возражения на иск, где просил в иске отказать, поскольку повреждения, полученные автомобилем, не соответствуют обстоятельствам ДТП от 02 августа 2017 года, что подтверждено трасологическим исследованием, ввиду чего оснований для производства страховой выплаты у страховщика не возникло. Отмечал, что 15 августа 2017 года, через тринадцать дней после оспариваемого события, ФИО3 стал участником другого ДТП. Страховщик, по обращению представителя ФИО3 – ФИО6, произвел осмотр поврежденного ТС, о чем составил соответствующий Акт осмотра с фототаблицей, в результате которого было установлено, что на ТС отсутствуют повреждения, заявленные истцом от ДТП от 02 августа 2017 года. В результате наступления страхового случая 15 августа 2017 года выплата была произведена в размере 69 100,00 рублей. Просил также, в случае удовлетворения требований, снизить размер неустойки и штрафных санкций на основании ст. 333 ГК РФ.

Третьи лица в судебное заседание не явились, извещены надлежаще. 

Заслушав представителя истца, исследовав материалы дела и дав им оценку в соответствии с положениями ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.

В ходе разбирательства дела судом установлено, что 02 августа 2017 года в 01:10 часов водитель ФИО2, управляя ТС марки "Опель Вектра", г.р.н. №, при совершении обгона ТС марки "Ауди А3", г.р.н. №, под управлением ФИО3, не убедился в безопасности маневра, совершил боковое столкновение с ТС "Ауди", в результате чего последнему были причинены технические повреждения.

ДТП произошло по вине водителя автомобиля марки "Опель Вектра" ФИО2, который, в нарушение п.п. 11.1 ПДД РФ, при маневрировании, не убедился в безопасности маневра и допустил столкновение с автомобилем "Ауди А3".

Определением старшего инспектора ДПС ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по г. Калининграду № от 02 августа 2017 года в возбуждении дела об административном правонарушении в отношении ФИО2 было отказано, поскольку его виновные действия не образуют состав административного правонарушения.

Все указанные обстоятельства ДТП подтверждены материалом по факту ДТП, сторонами в судебном заседании не оспаривались.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что ДТП произошло по вине водителя ФИО2, чьи виновные действия находятся в прямой причинно-следственной связи с причинением ущерба имуществу ФИО3

Автогражданская ответственность ФИО3 на момент ДТП была застрахована в ПАО СК "Росгосстрах" (полис 

<

данные изъяты> №); ФИО2 – также в ПАО СК "Росгосстрах" (полис 

<

данные изъяты> №).

На момент ДТП собственником ТС марки «Ауди А3», г.р.н. №, являлся ФИО3, собственником автомобиля марки "Опель Вектра", г.р.н. № – ФИО1

С 23 марта 2018 года автомобиль марки "Ауди А3", г.р.н. № зарегистрирован на ФИО4

28 июня 2018 года, действуя на основании доверенности от имени ФИО3, ФИО4 предоставил страховщику на осмотр поврежденное ТС "Ауди А3", г.р.н. №, а 06 июля 2017 года подал письменное заявление о выплате страхового возмещения, в результате ДТП от 02 августа 2017 года.

ООО "Форсаж Плюс", действуя на основании соглашения с РГС, провело исследование об определении отношения элементов пассивной безопасности поврежденного ТС, возникших в результате ДТП 02 августа 2017 года, просканировав ошибки, произведя визуальный осмотр автомобиля, пришло к выводу о том, что повреждения, имеющиеся на автомобиле на дату проведения осмотра не соответствуют обстоятельствам ДТП 02 августа 2017 года.

Впоследствии страховщиком была организована и проведена трасологическая экспертиза. Согласно выводам эксперта-трасолога ООО "ТК Сервис Регион", изложенным в заключении №, механизм образования повреждений, образованных на ТС "Ауди А3", г.р.н. №, не соответствует заявляемым обстоятельствам ДТП от 02 августа 2017 года.

В соответствии со ст. 123 Конституции РФ, ст. 56 ГПК РФ гражданское судопроизводство осуществляется на основе равенства и состязательности сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которых она основывает свои требования и возражения.

В силу ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

На основании ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу ч. 4 ст. 931 ГК РФ в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

В соответствии с абз. 11 ст. 1 Федерального закона от 25 апреля 2002 года N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (в редакции, действовавшей на момент происшествия) (далее – Закон об ОСАГО) под страховым случаем понимается наступление гражданской ответственности владельца транспортного средства за причинение вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства, влекущее за собой в соответствии с договором обязательного страхования обязанность страховщика осуществить страховую выплату.

Согласно п. 2 ст. 9 Закона РФ от 27 ноября 1992 года N 4015-I "Об организации страхового дела в Российской Федерации" (в редакции от 03.06.2016) страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

Для возложения ответственности в соответствии с указанными нормами права необходимо наличие состава правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда и вину последнего, а также причинно-следственную связь между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями.В связи с тем, что в ходе рассмотрения спора ответчик РГС оспаривал факт наступления страхового случая, судом, с целью определения характера повреждений, механизма их образования, а также для размера причиненного ущерба, судом по ходатайству представителя истца ФИО4 была назначена судебная трасологическая экспертиза для определения соответствия повреждений на ТС "АудиА3", г.р.н. № обстоятельствам ДТП от 02 августа 2017 года, производство которой поручено экспертному учреждению ООО "Декорум", оплата была возложена на ФИО3

13 июня 2019 года материалы гражданского дела были возвращены в суд без проведения экспертизы, назначенной по определению суда по тем основаниям, что истец возложенные на него обязанности по оплате экспертизы не исполнил.

Представитель истца ФИО4 мотивировал отказ тем, что не рассчитывал на то, что стоимость экспертизы возрастет до 40 000,00 рублей. В материалы дела по запросу суда ООО "Декорум" представлены сведения о стоимости экспертизы в размере 27 000,00 рублей, о чем ФИО3 сообщалось в письме экспертного учреждения от 13 мая 2019 года, с предложением произвести оплату в срок до 31 мая 2019 года.

Кроме того, в материалах дела также имеется сообщение ООО "Декорум", согласно которому для проведения назначенной судом экспертизы необходимо привлечение сторонних специалистов, при этом сведения, подтверждающие стоимость экспертизы в размере, указанном представителем истца, материалы дела не содержат.

В соответствии с п. 3 ст. 79 ГПК РФ при уклонении стороны от участия в экспертизе, непредставлении экспертам необходимых материалов и документов для исследования и в иных случаях, если по обстоятельствам дела и без участия этой стороны экспертизу провести невозможно, суд в зависимости от того, какая сторона уклоняется от экспертизы, а также какое для нее она имеет значение, вправе признать факт, для выяснения которого экспертиза была назначена, установленным или опровергнутым.

Поскольку истец уклонился от проведения экспертизы, суд на основании вышеуказанной нормы закона признает факт, что имеющиеся повреждения на ТС марки "Ауди А3", г.р.н. №, соответствуют обстоятельствам ДТП от 02 августа 2017 года, для выяснения которого назначалась экспертиза, опровергнутым.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Однако, каких-либо допустимых и достаточных доказательств, свидетельствующих о том, что на автомобиле марки "Ауди А3", г.р.н. М557РУ/152 имелись повреждения, полученные в ДТП 02 августа 2017 года, истцом в материалы дела не представлено.

Вместе с тем, в исследовании № ООО "ТК Сервис Регион" эксперт приводит категоричные выводы относительно механизма образования повреждений, имеющихся на автомобиле. 

Исследовав конфигурацию, объем, характер механических повреждений элементов оснащения кузова "Audi", а также их высоту расположения относительно опорной поверхности, эксперт установил ряд фактов, ставящих под сомнение возможность образования имеющихся повреждений указанного транспортного средства при заявленных обстоятельствах столкновения: повреждения на крыле переднем левой, при заявленном механизме столкновения, должны представлять собой динамический объемный след» направленный спереди назад и слева направо относительно продольной оси кузова транспортного средства. Деформация с образованием изгибов, заломов и вытяжкой металла на наружной панели, с нарушением структуры лакокрасочного покрытия, выраженным в виде статических следов на площади ~5-8% от общей площади поверхности комплектующего изделия. В результате анализа конструктивных особенностей передней правой части кузова автомобиля "Opel" экспертом не установлено наличия какого-либо элемента, обладающего подобными следообразующими свойствами. Таким образом, эксперт пришел к выводу, что указанные повреждения не могли быть получены в ходе контактного взаимодействия с передней правой частью кузова автомобиля "Opel", при заявленном механизме дорожно-транспортного происшествия. Повреждения на двери передней левой, двери задней левой и порога левого, при заявленном механизме столкновения, должны представлять собой динамический объемный след, направленный спереди назад и слева направо относительно продольной оси кузова транспортного средства. 

Повреждения лакокрасочного покрытия представляют собой многочисленные криволинейные царапины и потертости, не параллельны друг другу и опорной поверхности, пересекаются, хаотично меняют свое направление. Характер следов свидетельствует об их происхождении вследствие многократных контактов со следообразующим объектом. По выводам эксперта, указанные повреждения не могли быть получены в ходе контактного взаимодействия с передней правой частью кузова автомобиля «Opel», при заявленном механизме ДТП.

Относительно срабатывания системы подушек безопасности, эксперт пришел к однозначному выводу, что в рассматриваемом случае объект исследования не мог испытывать состояние критического замедления, достаточного для активации системы пассивной безопасности, как такового, ввиду того, что характер столкновения и объём механических повреждений автомобиля "Audi" в передней части кузова свидетельствуют о приложении незначительной ударной нагрузки, способной вызвать столь значимое мгновенное замедление. В свою очередь, незначительное усилие, оказываемое на автомобиль в процессе столкновения, было приложено не к элементам силового каркаса, а к поверхности навесных элементов оснащения передней части кузова. Силовая структура кузова не получила повреждений, необходимых для раскрытия подушек безопасности, в частности, отсутствует деформация передней панели, усилителя бампера переднего, арок передних колес н передних лонжеронов. Повреждения кузовных комплектующих изделий не могут вызвать необходимого для раскрытия подушек безопасности замедления автомобиля, так как являются легкодеформируемыми деталями, не обладающими достаточной степенью жесткости, то есть в силу своих конструктивных особенностей и структуры материала, способны деформироваться, тем самым трансформируя кинетическую энергию удара в энергию пластического деформирования их деталей и узлов. 

Таким образом, основываясь на результатах вышеприведенного исследования и анализируя в совокупности характер и объем механических повреждений автомобилей, их локализацию, взаиморасположение и механизм образования, в также учитывая заявляемые обстоятельства происшествия, эксперт пришел к выводу, что повреждения, зафиксированные на автомобиле "Audi", образованы не в результате контактного взаимодействия с автомобилем "Opel" при заявленном механизме дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 02 августа 2017 года.

Оснований не доверять заключению эксперта у суда не имеется, поскольку оно является обоснованным и мотивированным, содержит подробное описание проведенного исследования, выводы эксперта являются ясными и понятными. Оснований сомневаться в достоверности выводов эксперта у суда не имеется.

Статья 55 ГПК РФ предусматривает, что доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Из данной нормы права следует, что заключение эксперта является одним из доказательств, которое оценивается судом в совокупности с другими имеющимися доказательствами, так как в соответствии с ч. 2 ст. 67 ГПК РФ никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Наличие материалов ГИБДД по факту ДТП, а также иные документы на которые ссылается истец в обоснование заявленных исковых требований, не опровергает установленные судом обстоятельства, так как сотрудник ДПС, выехав на место ДТП, осуществляет фиксацию обнаруженной им обстановки путем составления схемы и других документов, но не обладает специальными знаниями, чтобы определить соответствия повреждений на автомобилях механизму ДТП, при этом в ходе проведения проверки по факту ДТП автотехническая экспертиза не проводилась.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства, в том числе заключение эксперта, суд приходит к выводу, что повреждения, имеющиеся на автомобиле марки "Ауди А3", г.р.н. №, не соответствуют обстоятельствам ДТП 02 августа 2017 года.

Обязанность по выплате страхового возмещения возникает у страховщика только при наступлении страхового случая. Поскольку суду не представлены относимые и допустимые бесспорные доказательства, свидетельствующие о наступлении страхового случая, то суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований о взыскании страхового возмещения. Иные доводы истца не могут служить основанием для возложения на ответчика обязанности произвести страховую выплату.

Принимая во внимание, что требования истца о выплате страхового возмещения удовлетворению не подлежат, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для взыскания понесенных истцом расходов на проведение экспертизы по определению стоимости ремонта поврежденного ТС. Не подлежат удовлетворению и требования о взыскании неустойки, компенсации морального вреда и штрафа, как производные от основного требования.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3 ча – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Калининградский областной суд через Ленинградский районный суд г. Калининграда в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения суда.

Мотивированное решение изготовлено 02 июля 2019 года.

Судья: О.А. Кораблева