№ 1-6/2018

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Новотроицк 8 февраля 2018 года

Новотроицкий городской суд Оренбургской области в составе судьи Родыгиной Е.Г.,

с участием: государственных обвинителей – старшего помощника прокурора г. Новотроицка Пимахина М.А., помощника прокурора г. Новотроицка Оренбургской области Мельникова А.О.,

защитника – адвоката Газиева А.Я.,

подсудимой ФИО2,

представителя недееспособного потерпевшего К.Е.А.. – К.А.З.

при секретаре Макамбетовой Ж.К.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении ФИО2, родившейся 

<

данные изъяты>, ранее не судимой,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 совершила мошенничество, то есть приобретение права на чужое имущество путем обмана, в крупном размере, повлекшее лишение права гражданина на жилое помещение, при следующих обстоятельствах:

Так, ФИО2, действуя умышленно, незаконно, из корыстных побуждений, путем обмана, достоверно зная, что ее сын К.Е.А. являющийся недееспособным лицом, и находящийся в ГБУСО Оренбургской области «Соль-Илецкий психоневрологический интернат», в равных с ней долях имеет право на приватизацию квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, используя заведомо подложное свидетельство о смерти К.Е.А. серии 

<

...>, изготовленное неустановленным лицом, 8 февраля 2016 года без ведома К.Е.А. и его представителя в лице директора ГБУСО Оренбургской области «Соль-Илецкий психоневрологический интернат» К.А.З., подала в Жилищный отдел администрации муниципального образования г. Новотроицк, а с мая 2017 года Комитет по управлению муниципальным имуществом администрации муниципального образования г. Новотроицка (далее КУМИ администрации МО г. Новотроицк), расположенный по адресу: 

<

...>, документы на приватизацию вышеуказанной квартиры, в том числе подложное свидетельство о смерти К.Е.А. при этом умышленно скрыла от сотрудников данного Жилищного отдела (в настоящее время КУМИ), факт о предоставлении ею недостоверных сведений о смерти К.Е.А., обманув, таким образом, сотрудников относительно законности своих действий. В результате чего 25 февраля 2016 года между администрацией муниципального образования г. Новотроицк в лице М.О.Б. и ФИО2 был заключен договор на передачу квартиры по вышеуказанному адресу в личную собственность последней, на основании которого 1 марта 2016 года в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Оренбургской области произведена государственная регистрация права собственности данной квартиры № № за ФИО2 

Тем самым ФИО2 путем обмана приобрела право К.Е.А. на 1/2 долю указанной квартиры, стоимостью 320789 рублей 52 копейки, то есть в крупном размере.

После чего ФИО2, 5 марта 2016 года, действуя в продолжение своего преступного умысла, без ведома К.Е.А. и его представителя К.А.З. заключила договор купли-продажи вышеуказанной квартиры с С.А.Н. не осведомленным о ее преступных намерениях, и в тот же день подала в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Оренбургской области (Новотроицкий отдел), расположенный по адресу: 

<

...>, документы для государственной регистрации права собственности на квартиру за С.А.Н. 

После чего, работники указанного отдела, не осведомленные о преступных намерениях ФИО2, 14 марта 2016 года на основании полученных документов провели правовую экспертизу, по результатам которой осуществили государственную регистрацию права собственности № 56-56/010-56/010//201/2016-1437/2 на квартиру по адресу: 

<

адрес> за С.А.Н., что повлекло лишение права К.Е.А.. на жилое помещение.

В судебном заседании подсудимая ФИО2 вину в предъявленном обвинении признала частично, не отрицая факт представления в Жилищный отдел администрации муниципального образования г. Новотроицк поддельного документа, указала, что сделала это под принуждением Ш.Д.А. который ее бил и ей угрожал.

И показаний ФИО2, данных в судебном заседании, а также в ходе предварительного следствия, оглашенных и подтвержденных в судебном заседании следует, что у нее есть сын К.Е.А. который признан недееспособным и проживает в ГБУ СО Оренбургской области «Соль-Илецкий психоневрологический интернат». У нее в социальном найме находилась квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>, где также был прописан ее сын К.Е.А. 

В 2010 году она решила приватизировать квартиру с целью дальнейшего обмена на меньшую с доплатой, для чего обратилась к Н.Ю.И. заключив с ним предварительный договор купли-продажи. Когда Н.Ю.И. узнал, что в квартире прописан ее недееспособный сын, то отказался сопровождать сделку, так как требовалось согласие органов опеки на приватизацию 1/2 доли квартиры, закрепленной за ее сыном. Последний раз у сына она была в 2013 году, судьбой сына не интересовалась. По слухам от женщины в г. Новотроице, анкетные данные и место жительства которой не помнит, ей стало известно, что ее сын – К.Е.А. умер, но данное обстоятельство она не выясняла. 

В 2016 году она решила вновь приватизировать квартиру, с дальнейшим ее обменом на квартиру меньшей площади с доплатой, поскольку у нее были материальные трудности, она нигде не работала, у нее возникла задолженность по оплате коммунальных услуг, была отключена электроэнергия. В январе 2016 года она через знакомого познакомилась с Ш.Д.А. который занимался продажей квартир. По устной договоренности Ш.Д.А. согласился помочь ей обменять квартиру, при этом, она ему сообщила, что в квартире прописан ее сын – К.Е.А. который умер, но документов у нее нет. В феврале 2016 года Ш.Д.А. познакомил ее с С.А.Н. с которым они договорились о продаже ее квартиры за 600000 рублей. При следующей встрече она сказала С.А.Н. о том, что в квартире зарегистрирован ее сын, который умер. О смерти сына она сказала, так как хотела обменять свою квартиру. У нее свидетельства о смерти сына не было, она сама не смогла бы его сделать. Ш.Д.А. сказал С.А.Н. что необходимо ехать в г. Соль-Илецк оформить свидетельство о смерти сына. С.А.Н. давал деньги на поездку. При ней Ш.Д.А. передавал свидетельство о смерти ее сына таксист Карим, но насколько она помнит, оно было черно-белое, ламинированное. После чего она совместно с Ш.Д.А. ездила в г. Соль-Илецк, чтобы сделать свидетельство о смерти. Ш.Д.А.. работнику ЗАГСа г. Соль-Илецка предъявил документ, который ему передал Карим, после чего работником было выдано свидетельство о смерти ее сына. Она совместно с Ш.Д.А. несколько раз ходила в РЭС№ 6 г. Новотроицка за справкой о составе семьи и поквартирной карточкой. В данных документах был указан ее сын, в связи с чем Ш.Д.А. ругался на сотрудника РЭС№ 6, просил выдать документы без указания сына, поскольку тот умер, что она подтвердила. Также Ш.Д.А. показывал копию свидетельства о смерти ее сына. Она понимала, что без данного свидетельства о смерти она не сможет продать квартиру. Она признает, что позже представила пакет документов, в том числе поддельное свидетельство о смерти ее сына в Жилищный отдел администрации муниципального образования г. Новотроицк для приватизации, но сделала это под принуждением Ш.Д.А. который ее бил и ей угрожал. После чего оригинал свидетельства о смерти так и остался у Ш.Д.А. Дальнейшее оформление квартиры также осуществлял Ш.Д.А. она лишь подписывала соответствующие документы. После приватизации квартиры, она выписалась из нее и Ш.Д.А. перевез ее в квартиру по адресу: 

<

...>, где она проживала до апреля 2017 года. Затем Ш.Д.А. отвез ее в пос. Новорудный, где она проживала по адресу: 

<

адрес>. Денежные средства за продажу квартиры ни от Ш.Д.А. ни от С.А.Н. она не получала, но расписки она писала. При этом пояснила, что за период сделки собственных денежных средств у нее не было. Кто погашал долг за коммунальные платежи, оплачивал оформление приватизации и других документов не знает, этим занимался Ш.Д.А., думает, что денежные средства на это давал С.. Пояснила, что Ш.Д.А. привозил ей продукты питания, а также покупал водку. В итоге она осталась и без денег и без жилья. Считает, что Ш.Д.А. взял деньги у С.А.Н. и ей не отдал, квартиру не купил (Т. 3 л.д. 59-61, л.д. 67-69).

Несмотря на частичное признание подсудимой ФИО2 своей вины, ее вина полностью установлена и подтверждается совокупностью доказательств, исследованных в ходе судебного разбирательства. 

Так, согласно показаниям представителя потерпевшего К.А.З., с 15 ноября 2013 года он находится в должности директора ГБУСО Оренбургской области «Соль-Илецкий психоневрологический интернат». С 22 июня 2012 года у них в интернате постоянно проживает К.Е.А., признанный недееспособным на основании решения суда. Он является опекуном К.Е.А. За период нахождения К.Е.А. в интернате, тот никуда не выбывал, родственники его не посещали, в том числе и его мама ФИО2, и не звонили ему. К.Е.А. в настоящее время жив, проживает в интернате, находится на полном государственном обеспечении. При поступлении К.Е.А. в интернат, из администрации г. Новотроицка поступило распоряжение главы г. Новотроицка, что за ним закреплено жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>. В случае если близкие родственники изъявят желание продать жилое помещение, закрепленное за недееспособным, то они должны обратиться с заявлением в орган опеки и к руководству интерната. Руководство интерната, через орган опеки даёт разрешение на продажу жилого помещения и часть денежных средств после продажи поступает на счёт лица, проживающего в интернате. Никто к руководству интерната с подобным заявлением о разрешении продажи доли в жилом помещении К.Е.А. не обращался, он никакие документы по данному факту не подписывал. Позже от сотрудников ФСБ ему стало известно, что ФИО2 приватизировала и продала квартиру, доля в которой была закреплена за К.Е.А. С заключением оценочной экспертизы о стоимости доли в квартире, он согласен, иск поддерживает в полном объёме. До настоящего времени ущерб, причиненный незаконными действиями ФИО2, не возмещен. Наказание ФИО2 просит назначить на усмотрение суда.

Допрошенный в судебном заседании свидетель С.А.Н. показал, что в 2016 году он обратился к своему знакомому Ш.Д.А., который занимается риэлтерской деятельностью, с просьбой помочь найти ему квартиру в г. Новотроицке для своей бабушки. В начале февраля 2016 года Ш.Д.А. сообщил ему, что нашел подходящую квартиру, но с большой задолженностью за коммунальные услуги, по адресу: 

<

адрес> При осмотре квартиры с ним присутствовала знакомая М.Е.Ю., Ш.Д.А.., еще мужчина и собственник квартиры – ФИО2 Квартира не была приватизирована, не хватало некоторых документов. Документы на квартиру он не видел. Ему не было известно, что помимо ФИО2 в квартире прописан ее сын, который является инвалидом и находится в интернате. В связи с тем, что имелась задолженность по коммунальным платежам, стоимость квартиры составила 600000 рублей, это его устроило, и он решил ее приобрести. ФИО2 сказала ему, что оформлением документов будет заниматься Ш.Д.А., при этом сразу попросила у него 5000 рублей на продукты питания, он дал деньги в счет оплаты за квартиру, о чем она написала ему расписку. Чуть позже со слов Ш.Д.А. ему стало известно, что ранее в данной квартире был прописан и проживал сын ФИО2, который в настоящее время умер и им необходимо съездить в г. Соль-Илецк, чтобы получить свидетельство о смерти, на что требовалось 10000 рублей. Он дал им указанные денежные средства также в счет оплаты квартиры. Не знает, ездили ли они в г. Соль-Илецк, но Щ.Д.А. ему сказал, что они получили свидетельство о смерти. Он оригинал свидетельства о смерти не видел. ФИО2 говорила ему, что прописана в квартире одна, родственников и наследников у нее нет. Он оформил кредит в «Банке Москвы», а также снимал деньги с кредитной карты, чтобы оплатить задаток за квартиру. Он давал денежные средства в счет задатка за квартиру на приватизацию, для оформления документов и погашения долгов по квартире в сумме около 120000 рублей. Также они просили деньги на продукты питания и на спиртное. Он передавал деньги частями либо лично ФИО2, либо Ш.Д.А. в присутствии ФИО2, при этом каждый раз она собственноручно писала ему расписки. Она никогда не жаловалась, что Ш.Д.А. не отдает ей деньги, что угрожает, телесных повреждений у нее не было. Спиртное он им не покупал. Когда общая сумма, переданных в качестве залога денежных средств, составила 310 000 рублей. Он попросил ФИО2 написать ему единую расписку на указанную сумму, что она и сделала. 5 марта 2016 года был составлен договор купли-продажи вышеуказанной квартиры, при составлении которого присутствовал и Ш.Д.А. При подписании договора в Росреестре Ш.Д.А. не присутствовал, ждал в машине. На ФИО2 никто какого-либо давления не оказывал, сомнений в подлинности документов у него не было. Оставшуюся сумму денег в размере 290000 рублей, он передал ФИО3 лично в руки в присутствии Ш.Д.А. после получения документов на квартиру 9 марта 2016 года. При этом он сам напечатал расписку на общую сумму – 600000 рублей, которую ФИО2 собственноручно подписала. Каких-либо претензий имущественного характера после совершения сделки купли-продажи ФИО2 ему не предъявляла. В марте 2017 года от сотрудников ФСБ, он узнал, что сын ФИО3 жив, а свидетельство о его смерти поддельное, а Ш.Д.А. так и не купил квартиру ФИО2 

Из показаний свидетеля Ш.Д.А. данных в судебном заседании, а также в ходе предварительного расследования, оглашенных и подтвержденных в судебном заседании, следует, что он занимается продажей недвижимости. Он знаком с С.А.Н. который обратился к нему с просьбой подыскать квартиру для бабушки. Зимой 2015 года он узнал, что ФИО2 желает продать двухкомнатную квартиру по адресу: 

<

адрес> У ФИО2 имелась задолженность за коммунальные платежи в размере 87000 рублей, она злоупотребляла спиртным. Со слов ФИО2 ему стало известно, что в квартире был зарегистрирован ее сын К.Е.А. который умер, и предоставила оригинал свидетельства о смерти К.Е.А. Необходимо было приватизировать данную квартиру, для дальнейшей продажи, чтобы оплатить задолженность по коммунальным платежам, а на оставшиеся денежные средства, он должен был ей подобрать однокомнатную квартиру в пос. Новорудный г. Новотроицка. В тот же вечер, квартиру посмотрел С.А.Н. который решил приобрести данное жилье и по просьбе ФИО2 передал ей 5000 рублей, о чем последняя написала расписку. После отъезда С.А.Н. на данные денежные средства они вместе с ФИО2 купили продукты питания и спиртное, которое они вместе выпили. В г. Соль-Илецк за свидетельством о смерти К.Е.А. они не ездили, так как данное свидетельство уже было у ФИО2, но С.А.Н. они сказали, что им необходимо съездить за свидетельством о смерти, взяв на дорогу у него 10000 рублей. Данные денежные средства они пропили вместе с Какуша. При нем С.А.Н. несколько раз передавал ФИО2 денежные средства, в счет оплаты квартиры, но ему тот деньги не давал. Также С. давал им деньги на продукты питания и по просьбе ФИО2 привозил ей водку для продажи. Он видел, что ФИО2 писала расписки. В процессе оформления документов на квартиру, он сопровождал ФИО2 в РЭС № 6 г. Новотроицка, где им выдали справку о составе семьи и поквартирную карточку, после чего он ей сказал, какие необходимо собрать документы и затем ФИО2 сама занималась приватизацией и оформлением купли-продажи квартиры. Она одна ходила в Жилищный отдел, представляла документы на приватизацию. ФИО2 ему никогда не говорила, что ее сын жив. Ему не известно, кто оплачивал задолженность по квартире. После того, как квартира была приватизирована, ФИО2 выписалась и стала проживать у него по адресу: 

<

адрес>. Договор купли-продажи на данную квартиру он не составлял. ФИО2 вместе с С. ходили в Росреестр, оформляли документы, после чего, как ему известно, С.А.Н. передал ей оставшуюся сумму денег, но он при этом не присутствовал. Свидетельство о смерти осталось у ФИО2 В ходе сделки, ни с его стороны, ни со стороны С.А.Н. на ФИО2 физического или психического давления не оказывалось. От ФИО2 он получил 15000 рублей, за то, что нашел ей покупателя (Т. 2 л.д. 174-177). 

Допрошенная в судебном заседании свидетель М.Е.Ю. показала, что у нее есть знакомый С.А.Н. В январе-феврале 2016 года в ходе общения с С.А.Н. ей стало известно, что тот решил приобрести квартиру в г. Новотроицк для своей бабушки, которая проживает в 

<

...>. Они находились вместе, когда ему позвонили по поводу квартиры, он предложил ей поехать вместе с ним, чтобы посмотреть данную квартиру. Квартира находилась на первом этаже пятиэтажного дома по ул. Советская г. Новотроицка. Квартира двухкомнатная, требующая ремонта. При осмотре квартиры, присутствовал С.А.Н., хозяйка квартиры, и Ш.Д.А. Хозяйка квартиры – ФИО2 показала им квартиру, вела себя спокойно, как лицо желающее продать квартиру. При этом документы на квартиру она при ней не показывала. На ФИО2, никакого давления не оказывалась. С.А.Н. данная квартира понравилась. О том, сколько лиц зарегистрировано в квартире, при ней не обсуждалось. Осмотрев квартиру, они уехали. ФИО2 и Ш.Д.А. остались в квартире. Обстоятельства приобретения данной квартиры С.А.Н. и последующей продажи ей не известны. 

 Согласно показаниям свидетеля М.В.О. она работала паспортистом в управлении коммунального хозяйства районной эксплуатационной службы № 6 (РЭС № 6) г. Новотроицка. В феврале 2016 года к ней обратился мужчина, как позже ей стало известно Ш.Д.А., который попросил выдать ему справку о составе семьи по адресу: 

<

адрес>. Она Ш.Д.А. отказала в выдаче справки о составе семьи, поскольку он не имел никакого отношения к квартире, и у него не было доверенности от собственника. В поквартирной карточке были указаны только ФИО2 и К.Е.А., который является недееспособным, в 2011 году был снят с регистрационного учета в связи с убытием в психоневрологический интернат для инвалидов. Через несколько дней к ней вновь обратился Ш.Д.А. вместе с ФИО1, которая попросила ее для приватизации выдать справку о составе семьи и копию поквартирной карточки (форма №). Она выдала им справку о составе семьи, где указано, что по адресу зарегистрирована одна ФИО1, а также выдала копию поквартирной карточки, где указала, что за недееспособным К.Е.А., закреплено жилье. Однако копия поквартирной карточки их не устроила. Ш.Д.А. стал возмущаться, и требовать, чтобы она переписала поквартирную карточку, без сведений о К.Е.А., так как тот умер. Она им отказала. После этого Ш.Д.А. и ФИО1 ушли, но через некоторое время вернулись и представили ей копию свидетельства о смерти К.Е.А., сказали, что оригинал данного документа находится в жилищном отделе администрации 

<

адрес>. Она им сказала, что никакие изменения в поквартирную карточку и в справку о составе семьи вносить не будет, сделала копию с копии свидетельства о смерти и приобщила к поквартирной карточке. После этого ей позвонила начальник жилищного отдела М.О.Б. и сказала, что видела оригинал свидетельства о смерти К.Е.А. и попросила внести изменения в поквартирную карточку и указать в справке о составе семьи, что К.Е.А. мертв. Она сообщила, что данные изменения вносить не может, и не будет. После этого ФИО1 и Ш.Д.А. ушли. При общении в основном говорил Ш.Д.А., ФИО1 его поддерживала отдельными репликами. Ш.Д.А. говорил, что для приватизации необходимо в справках указать, что сын умер. ФИО1 так же подтверждала, что её сын умер. При этом ФИО1 была трезвая, адекватная, давления на нее никто не оказывал.

Допрошенная в судебном заседании по ходатайству стороны защиты свидетель С.Л.А. показала, что она состоит в должности следователя. В её производстве находилось уголовное дело в отношении ФИО2 В ходе расследования данного уголовного дела оригинала свидетельства о смерти К.Е.А. не было. Копия данного свидетельства о смерти была изъята в ходе выемки документов в жилищном отделе администрации г. Новотроицка и в РЭС, также изымались правоустанавливающие документы из Росреестра. Изъятые документы были заверены, она их осмотрела и приобщила к уголовному делу. ФИО2 в ходе предварительного расследования давала показания добровольно, в присутствии защитника, перед допросом общалась с защитником, ей были разъяснены её права. ФИО2 жалоб о том, что на нее оказывалось какое-либо давление при заключении сделки, не высказывала. В ходе допросов и очных ставок на нее также давление не оказывалось, показания давала добровольно, вину признавала. 

В соответствии со ст. 281 УПК РФ были оглашены показания неявившихся свидетелей, данные ими при производстве предварительного расследования.

 Из показаний свидетеля Н.Ю.И. следует, что он является директором ООО «Вариант», занимается риэлтерской деятельностью. В 2010 году к нему обратилась ФИО1 с целью обмена муниципальной двухкомнатной квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, на однокомнатную квартиру с доплатой. Был составлен предварительный договор купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ. При сборе документов на приватизацию указанной квартиры было установлено, что в данной квартире зарегистрирован сын ФИО1 – К.Е.А., который находился в психоневрологическом интернате 

<

адрес>. При встрече с руководством психоневрологического интерната, был составлен запрос в Министерство 

<

адрес> в отношении правомерности осуществления сделок с квартирой, в которой был зарегистрирован недееспособный. По запросу в отношении недееспособного К.Е.А. было отказано в проведении сделки обмена, о чем он сообщил ФИО1 Таким образом ФИО1 знала, что без разрешения представителя недееспособного сына К.Е.А. она не имеет права распоряжаться его долей в квартире. В дальнейшем ФИО1 к нему не обращалась по совершению каких-либо сделок с ее квартирой. Ему знаком Ш.Д.А., который занимается сделками с недвижимостью. Как тот смог продать квартиру, в которой зарегистрирован недееспособный ему неизвестно (Т.2 л.д. 207-209).

Из показаний свидетеля А.С.А. следует, что она работает в должности специалиста первой категории в Комитете по управлению муниципального имущества администрации МО г. Новотроицк (до мая 2017 года жилищный отдел администрации МО г. Новотроицка), расположенном по адресу: 

<

...>. В ее обязанности входит, в том числе, составление договоров приватизации за подписью начальника. Граждане, признанные судом недееспособными, также имеют право на жилую площадь. Интересы недееспособного, за которым закреплена жилая площадь в приватизации представляет его опекун, при этом недееспособный гражданин в приватизации имеет равные права с дееспособным. При написании заявления о предоставлении в собственность квартиры оговаривается размер долей у лиц, зарегистрированных в жилище, или за которыми закреплена жилая площадь, как правило, в равных долях.

Примерно в январе 2016 года к ним в жилищный отдел обратилась ФИО2, предоставила паспорт и контрольный талон к ордеру № 2009. Она удостоверила личность лица по паспорту, проверила прописку по данному адресу и в этот же день передала ФИО2 заявку на изготовление технического паспорта на квартиру, а также перечень документов, которые та должна подготовить для приватизации: кадастровый паспорт на квартиру, технический паспорт на квартиру, ордер или дубликат, заверенная копия поквартирной карточки (из РЭС), два экземпляра справки о составе семьи, справку с места регистрации с 1991 года, подтверждающую однократность в приватизации. В последующем 8 февраля 2016 года при предоставлении документов согласно перечню, ФИО2 предоставила, в том числе две справки о составе семьи, где указано, что в квартире по адресу: 

<

адрес> в данный момент зарегистрирована она одна и заверенную копию поквартирной карточки, согласно которой по данному адресу также указан К.Е.А. который 31 мая 2011 года снят с регистрационного учета в психоневрологический интернат для инвалидов. При этом имелась отметка о закреплении за ним жилплощади. Она у ФИО2 спросила, где К.Е.А. на что та представила ей оригинал свидетельства о смерти последнего. Однако на копии поквартирной карточки (формы 10) не было отметки о смерти К.Е.А. поэтому с данным вопросом она обратилась к начальнику жилищного отдела М.О.Б.., которой представила оригинал свидетельства о смерти и копию поквартирной карточки. Она не исключает, что М.О.Б. могла позвонить в РЭС № 6 г. Новотроицка, чтобы поинтересоваться, почему отсутствует отметка о смерти ФИО4 при наличии оригинала свидетельства о смерти. Однако она этого не помнит. Было принято решение, что оригинала свидетельства о смерти достаточно для приватизации. После этого ФИО2 написала заявление о предоставлении в собственность муниципальной квартиры, и ей был назначен день, в который необходимо прийти за документами для дальнейшей регистрации в Росреестре. Она подготовила документы: договор на передачу квартиры в собственность граждан в трех экземплярах и заявление о переходе права собственности в двух экземплярах, которые подписываются уполномоченным лицом М.О.Б. В назначенный день ФИО2 получила пакет документов. За выдачу пакета документов гражданин расписывается в книге регистрации выданных документов по приватизации. В архивном деле остались: один экземпляр заявления о предоставлении в собственность квартиры, ксерокопия поквартирной карточки (форма 10), контрольный талон к ордеру, оригинал дубликата ордера, справка о составе семьи из РЭС№ 6 и две справки с предыдущего места жительства, заявление о переходе права собственности и копия свидетельства о смерти К.Е.А. После регистрации в Росреестре, она приобщила к архивному делу третий экземпляр договора на передачу квартиры в собственность граждан с отметкой о регистрации или копию. Она не помнит ФИО2 приходила в жилищный отдел одна или в сопровождении кого-либо. Обычно граждане обращаются в жилищный отдел одни или в сопровождении риэлторов. Оформлением документов на приватизацию, занимается наниматель муниципального жилья, или же лицо с нотариальной доверенностью от данного нанимателя. Постороннее лицо в приватизации не имеет право участвовать, и собирать документы без нотариальной доверенности. По должностному регламенту в ее обязанности не входит проверять информацию об умерших. Обязанность предоставления информации о смерти гражданина возлагается на лицо, которое участвует в приватизации. В данном случае, было достаточно оригинала свидетельства о смерти К.Е.А. Ей не было известно, что предоставленное свидетельство о смерти К.Е.А. является поддельным и что в действительности К.Е.А. жив. По внешнему виду предоставленный ей оригинал свидетельства о смерти не вызывал сомнения в подлинности. Признаков опьянения или психического расстройства по внешнему виду ФИО2 не было (Т. 2 л.д. 219-225).

Из оглашенных показаний свидетеля М.О.Б. следует, что она работала в должности начальника жилищного отдела администрации г. Новотроицка. С О.В.О. – сотрудником районной эксплуатационной службы № 6 г. Новотроицка она лично не знакома, но не исключает факт общения с последней по работе. Она не помнит, чтобы звонила в РЭС № 6 г. Новотроицка и просила О.В.. выдать ФИО2 копию формы № 10, в которой не был указан ее сын К.Е.А. Однако не исключает, что при проверки пакета документов на приватизацию у специалиста жилищного отдела А.С.А. мог возникнуть вопрос о не предоставлении части документов согласно требованиям регламента о приватизации жилых помещений гражданам, в связи с чем та могла обратиться к ней. Она, удостоверив факт наличия подлинника свидетельства о смерти гражданина, могла, как руководитель жилищного отдела позвонить с номера рабочего телефона в РЭС№ 6, чтобы узнать причину не выдачи формы № 10. При этом сотруднику РЭС№ 6 г. Новотроицка она могла сообщить, что имеется подлинник свидетельства о смерти гражданина. Как ей стало известно от А.С.А. к ней обращалась ФИО2 и представляла документы на приватизацию, в том числе и поквартирную карточку, где был указан помимо нее и К.Е.А. который с 2011 года находился в психоневрологическом интернате. От А.С.А. ей стало известно, что она спросила у ФИО2, что с К.Е.А., на что та пояснила, что ее сын мертв и представила подлинник свидетельства о его смерти, с которого А.С.А. сделала копию. К ней лично ФИО2 не обращалась. Ни ФИО2, ни Ш.Д.А. ей неизвестны (Т. 2 л. д. 227-228).

Согласно показаниям свидетеля П.Н.В., она работает в должности директора в ООО «УКХ РЭС № 6» г. Новотроицка. Поквартирная карточка (или форма 10) оформляется на жилье, где отражаются сведения о гражданах, которые зарегистрированы или ранее были зарегистрированы, а потом сняты с регистрационного учета, в том числе по причине смерти. При обращении граждан выдается копия поквартирной карточки (форма 10) и справка о составе семьи, сведения в которую вносятся на основании поквартирной карточки. Данные документы выдаются собственнику, либо лицу, которое зарегистрировано по адресу, либо нанимателю, то есть у кого жилье в социальном найме, или по нотариальной доверенности собственника или нанимателя. Копия поквартирной карточки и справка о составе семьи действительна в течение 10 рабочих дней. Она не исключает, что в феврале 2016 года к ней мог обратиться мужчина – Ш.Д.А., который бы попросил ему выдать копию поквартирной карточки (формы 10) по адресу: 

<

адрес>, но она бы ему отказала в выдаче, так как он не является собственником, не зарегистрирован по указанному адресу, или же отсутствует нотариально заверенная доверенность собственника жилья. ФИО2 ей не знакома. О том, что О.В.О. на телефон звонил начальник жилищного отдела г. Новотроицка М.О.Б. которая просила указать в справке о составе семьи, что К. мертв, и внести изменения в поквартирную карточку, ей не известно. Обстоятельства приватизации квартиры по вышеуказанному адресу ей также не известны (Т. 2 л.д. 215-217).

Свидетель К.С.В. – главный специалист Управления образования МО г. Новотроицк, исполняющего функцию органа опеки и попечительства, показала, что согласно архивным данным, 25 ноября 2003 года в орган опеки г. Новотроицка поступило ходатайство от администрации специальной (коррекционной) общеобразовательной школы-интерната № VIII вида, о закреплении жилья за несовершеннолетним К.Е.А. по адресу: 

<

адрес>. К данному ходатайству были приложены документы: копия свидетельства о рождении К.Е.А., справка из учебного заведения, что К.Е.А. является учащимся 7 «А» класса данного интерната, справка из РЭС № 12 от 24 ноября 2003 года о прописке К.Е.А. и его матери ФИО2 по вышеуказанному адресу, с указанием о том, что квартира не приватизирована. Ходатайство было рассмотрено и 10 декабря 2003 года вынесено распоряжение главы г. Новотроицка Оренбургской области о том, что за К.Е.А. закреплено жилое помещение, о чем уведомлено РЭС № 12 (в настоящее время РЭС № 6), и 15 декабря 2003 года получена информация, что за К.Е.А. закреплено жилье по адресу: 

<

адрес>. К.Е.А. в органах опеки как сирота, либо оставшийся без попечения родителей не состоял. Его законные представители по вопросу приватизации жилья, либо продажи вышеуказанной квартиры до совершеннолетия К.Е.А. не обращались. Дальнейшая судьба К.Е.А. ей не известна, информация отсутствует. В соответствии с действующим законодательством по достижению совершеннолетия граждане совершают сделки по отчуждению жилых помещений без согласия органа опеки, если они не признаны недееспособными (Т. 2 л.д. 230-232).

Из показаний свидетеля К.А.В. следует, что в апреле 2016 года она на сайте «г. Новотроицк.ру» обнаружила объявление о продаже двухкомнатной квартиры по адресу: 

<

адрес> за 700000 рублей. Позвонив по указанному в объявлении номеру, она договорилась о встрече с мужчиной – С.А.Н. после чего осмотрела квартиру и решила ее приобрести для своих родителей. 15 апреля 2016 года она приобрела у С.А.Н. квартиру по договору купли-продажи. Ей неизвестны предыдущие владельцы квартиры, но со слов соседей ранее в ней проживала женщина ФИО2, злоупотребляющая спиртными напитками. О том, что у ФИО2 был недееспособный сын, ей не было известно (Т. 2 л.д. 233-234).

Согласно показаниям свидетеля А.В.Г. ему известна ФИО2, которая ранее проживала по адресу: 

<

адрес> С ней он познакомился через общих знакомых в ходе распития спиртного. Зимой 2015-2016 годов в ходе очередного распития спиртного, от ФИО2 ему стало известно, что последняя желает обменять свою квартиру на квартиру меньшей площади. Он ФИО2 сообщил, что у него есть знакомый Ш.Д.А., который занимается недвижимостью. Позже он сообщил Ш.Д.А. о желании ФИО2 произвести обмен квартиры. Как ему известно, ФИО2 продала свою квартиру. Обстоятельства продажи ему не известны (Т. 2 л.д. 250-251).

Помимо изложенных показаний, вина ФИО2 в совершенном преступлении также подтверждается другими исследованными в судебном заседании доказательствами, а именно:

- протоколом очной ставки между свидетелем Ш.Д.А. и свидетелем С.А.Н., в ходе которой свидетель С.А.Н. показал, что с Ш.Д.А. знакомы длительное время. В 2016г. он обратился к Ш.Д.А. с просьбой подыскать квартиру в г. Новотроицке для его бабушки. Через некоторое время Ш. подыскал квартиру по адресу: 

<

адрес>. Стоимость квартиры 600000 рублей. Ему было известно, что в данной квартире проживает только хозяйка ФИО2 Сопровождение сделки оказывал Ш. От ФИО2 ему было известно, что ее сын-инвалид К.Е.А. умер в г. Соль-Илецке, и поэтому ей и Ш.Д.А. нужно съездить за свидетельством о смерти. В действительности ездили они или нет ему не известно. С ФИО2 он расплатился, что подтверждается расписками о получении денежных средств.

Свидетель Ш.Д.А. показал, что с ФИО2 он познакомился через общего знакомого А.В.Г. от которого он узнал, что та желает обменять свою квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> на квартиру меньшей площадью. При встрече ФИО2 показала квартиру и документы, при этом она ему сообщила, что квартира не приватизирована, и в ней проживает только она. В тот же вечер, квартиру посмотрел С. который решил приобрести данное жилье. В процессе оформления документов на квартиру, он сопровождал ФИО2 в РЭС № 6 г. Новотроицка, где им выдали справку о составе семьи. В г. Соль-Илецк за свидетельством о смерти К.Е.А. он не ездил, данное свидетельство уже было у ФИО2 По окончании сделки ему известно, что С.А.Н. расплатился с ФИО2, об этом свидетельствуют расписки о получении денежных средств (Т. 2 л.д. 261-265);

- протоколом очной ставки между свидетелем Ш.Д.А.. и подозреваемой ФИО2, в ходе которой свидетель Ш.Д.А. показал, что с ФИО2 он познакомился через общего знакомого А.В.Г. от которого он узнал, что ФИО2 желает обменять свою квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> на квартиру меньшей площадью. При встрече ФИО2 показала квартиру и документы, при этом она ему сообщила, что квартира не приватизирована, и в ней проживает только она. В тот же вечер, квартиру посмотрел С.А.Н. который решил приобрести данное жилье. В процессе оформления документов на квартиру, он сопровождал ФИО2 в РЭС№6 г. Новотроицка, где им выдали справку о составе семьи. При этом он сотрудников РЭС№6 не просил вносить изменения в документы. В г. Соль-Илецк за свидетельством о смерти К.Е.А. он не ездил, данное свидетельство уже было у ФИО2 По окончании сделки ему известно, что С.А.Н. расплатился с ФИО2, об этом свидетельствуют расписки о получении денежных средств.

Подозреваемая ФИО2 не подтвердила показания Ш.Д.А. показала, что он сопровождал сделку по продаже ее квартиры. В процессе оформления документов она с Ш.Д.А. ходили в РЭС№6 г. Новотроицка, где ей выдали справку о составе семьи и копию поквартирной карточки. При этом она и Ш.Д.А. просили внести изменения в указанные документы по факту смерти ее сына К.Е.А. А также она совместно с Ш.Д.А. ездили в г. Соль-Илецк, где Ш.Д.А. получили подложное свидетельство о смерти. За продажу квартиры ни Ш.Д.А. ни С.А.Н. не расплатились (Т.2 л.д. 266-269);

- протоколом очной ставки между свидетелем С.А.Н. и подозреваемой ФИО2, в ходе которой свидетель С.А.Н. сообщил, что Ш. нашел квартиру по адресу: 

<

адрес> которую продавала ФИО2 за 600000 рублей. С ФИО2 он расплатился, это подтверждается расписками о получении денежных средств самой ФИО2 

Показания подозреваемой ФИО2 согласно которым, денежные средства за квартиру ни от С.А.Н. ни от Ш.Д.А. она не получила (Т.2 л.д. 270-272);

- постановлением о предоставлении результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд от 8 февраля 2017 года (с приложением), на основании которого к материалам уголовного дела приобщены копии дела правоустанавливающих документов 56:42:0230004:1000 от 25 февраля 2016 года, предварительный договор купли-продажи квартиры от 6 сентября 2010 года (Т.1 л.д. 13-15, 50-54, 83-87, 105);

- протоколом осмотра места происшествия от 11 октября 2017 года, согласно которому осмотрена квартира по адресу: 

<

адрес> часть которой была закреплена за ФИО4 (Т.1 л.д. 39-46);

- протоколом выемки от 20 сентября 2017 года, согласно которому изъято из Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Оренбургской области (Новотроицкий отдел) дело правоустанавливающих документов кадастровый (условный) номер № (Т.1 л.д. 152-153);

- протоколом выемки от 20 сентября 2017 года, согласно которому изъяты из Комитета по управлению муниципальным имуществом администрации муниципального образования г. Новотроицка документы по факту приватизации квартиры по адресу: 

<

адрес> (Т.1 л.д. 156-157);

- протоколом выемки от 3 октября 2017 года, согласно которому у свидетеля С. изъяты документы: договор купли-продажи квартиры от 5 марта 2016 года; договор купли-продажи квартиры от 15 апреля 2016 года; расписки ФИО2 от 13 февраля 2016 года и от 9 марта 2016 года о получении денежных средств (Т.1 л.д. 159-161);

- протоколом выемки от 4 октября 2017 года, согласно которому у свидетеля А.С.А. изъяты документы: постановление администрации муниципального образования г. Новотроицк №1415-п от 20 июля 2012 года «Об утверждении административного регламента предоставления муниципальной услуги «Приватизация жилых помещений муниципального жилищного фонда»; приложение к указанному постановлению «Административный регламент предоставления муниципальной услуги «Приватизация жилых помещений муниципального жилищного фонда» (Т.1 л.д. 163-165);

- протоколом выемки от 20 октября 2017 года, согласно которому у представителя потерпевшего К.А.З. изъяты копии документов, а именно: СНИЛС на имя К.Е.А., справка МСЭ на имя К.Е.А., паспорт на имя К.Е.А. пенсионное удостоверение на имя К.Е.А. свидетельство о рождении на имя К.Е.А. полюс обязательного медицинского страхования на имя К.Е.А., выписка из приказа № 24 от 22 июня 2012 года, путевка в ГБУСО «Соль-Илецкий психоневрологический интернат» №155 от 24 мая 2012 года, договор о стационарном обслуживании граждан № 457 от 22 июня 2012 года, дополнительные соглашения о внесении изменений и дополнений от 1 января 2015 года и от 1 июля 2016 года, решение суда от 24 декабря 2007 года, индивидуальная программа предоставления социальных услуг № 166 от 28 января 2015 года, индивидуальная программа реабилитации инвалида от 13 апреля 2009 года, уведомление об отсутствии в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним от 18 мая 2016 года, распоряжение главы г. Новотроицка Оренбургской области от 10 декабря 2003 года №1829-р, приказ о назначении К.А.З. на должность директора ГБУСО Оренбургской области «Соль-Илецкий психоневрологический интернат» от 17 октября 2016 года (Т.1 л.д. 179-182);

- протоколом осмотра предметов (документов) от 24 октября 2017 года (с приложением), согласно которому осмотрены:

- документы, изъятые в ходе выемки в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Оренбургской области (Новотроицкий отдел), а именно: дело правоустанавливающих документов кадастровый (условный) номер №: договор купли-продажи квартиры от 15 апреля 2016 года; договор купли-продажи квартиры от 5 марта 2016 года; копия справки из ООО «УКХ РЭС№ 6» г. Новотроицка Оренбургской области от 4 февраля 2016 года; заявление о государственной регистрации права на недвижимое имущество, сделки с ним, ограничения (обременения), перехода, прекращения права на недвижимое имущество от 5 марта 2016 года №56/010/201/2016-1131; договор на передачу квартиры в собственность граждан от 25 февраля 2016 года; копия поквартирной карточки (форма 10) по адресу: 

<

адрес>; копия контрольного талона к ордеру № 2009 (обменный); копия заявления о предоставлении в собственность квартиру; заявление о государственной регистрации права на недвижимое имущество, сделки с ним, ограничения (обременения), перехода, прекращения права на недвижимое имущество, сделки с ним, ограничения (обременения), перехода, прекращения права не недвижимое имущество от 25.02.2016 №56/010/201/2016-1132; заявление регистрации и прекращении права;

- документы, изъятые в ходе выемки в Комитете по управлению муниципальным имуществом администрации муниципального образования г. Новотроицка: заявление о предоставлении в собственность квартиру, справки № 442 и № 443 от 5 февраля 2016 года; справка от 4 февраля 2016 года; контрольный талон к ордеру № 2009 серии «исп» (обменный) и ордер №2009 серии «исп» (дубликат) (Продолжение приложения №1 Новотроицкий исполнительный комитет городского Совета народных депутатов 15 июля 1992 года); копия поквартирной карточки (форма 10) по адресу: 

<

адрес>; копия договора на передачу квартиры в собственность граждан от 25 февраля 2016 года; заявление регистрации и прекращении права; копия свидетельства о смерти серии II-РА №618763;

- документы, изъятые в ходе выемки у свидетеля С.А.Н. договор купли-продажи квартиры от 5 марта 2016 года; договор купли-продажи квартиры от 15 апреля 2016 года; расписка от 13 февраля 2016 года о получении денежных средств ФИО2 в сумме 310000 рублей; расписка от 9 марта 2016 года о получении денежных средств ФИО2 в сумме 600000 рублей;

- документы, изъятые в ходе выемки у свидетеля А.С.В. постановление администрации муниципального образования г. Новотроицк №1415-п от 20 июля 2012 года «Об утверждении административного регламента предоставления муниципальной услуги «Приватизация жилых помещений муниципального жилищного фонда»; приложение к указанному постановлению «Административный регламент предоставления муниципальной услуги «Приватизация жилых помещений муниципального жилищного фонда»;

- документы, предоставленные по запросу из Управления образования МО г. Новотроицк, а именно: копия распоряжения Главы г. Новотроицка Оренбургской области №1829-р от 10 декабря 2003 года; копия уведомления от 15 декабря 2013 года; копия справки от 24 ноября 2003 года; копия справки от 25 ноября 2003 года; копия свидетельства о рождении серии IV-РЖ №422669; копия ходатайства из администрации специальной (коррекционной) общеобразовательной школы-интерната №3 VIII вида в администрацию г. Новотроицка, о закреплении жилья за несовершеннолетним К.Е.А.

- документы, изъятые в ходе выемки у представителя потерпевшего К.А.З.: СНИЛС на имя К.Е.А. справка МСЭ на имя К.Е.А. паспорт на имя К.Е.А. пенсионное удостоверение на имя К.Е.А., свидетельство о рождении на имя К.Е.А. полюс обязательного медицинского страхования на имя К.Е.А. выписка из приказа № 24 от 22 июня 2012 года, путевка в ГБУСО «Соль-Илецкий психоневрологический интернат» №155 от 24 мая 2012 года, договор о стационарном обслуживании граждан № 457 от 22 июня 2012 года, дополнительные соглашения о внесении изменений и дополнений от 1 января 2015 года и от 1 июля 2016 года, решение суда от 24 декабря 2007 года, индивидуальная программа предоставления социальных услуг № 166 от 28 января 2015 года, индивидуальная программа реабилитации инвалида от 13 апреля 2009 года, уведомление об отсутствии в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним от 18 мая 2016 года, распоряжение главы г. Новотроицка Оренбургской области от 10 декабря 2003 года №1829-р, приказ о назначении К.А.З. на должность директора ГБУСО Оренбургской области «Соль-Илецкий психоневрологический интернат» от 17 октября 2016 года;

- документы, приобщенные: в ходе опроса А.С.А. копия свидетельства о смерти серии II-РА №618763; копия поквартирной карточки (форма 10) по адресу: 

<

адрес>; в ходе опроса ФИО2 – предварительный договор купли-продажи квартиры от 6 сентября 2010 года; 

- документы, приобщенные к материалам уголовного дела по ходатайству ФИО2: копия свидетельства о рождении К.Е.А. серии №; копия адресного листка убытия (форма №7). 

Осмотренные документы признаны вещественными доказательствами. (Т.2 л.д. 1-11, 12-157, 158-160);

- выпиской из Единого государственного реестра недвижимости и перехода прав объекта недвижимости Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии, согласно которой 14 марта 2016 года произведена государственная регистрация права квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес> за С.А.Н. № 56-56/010-56/010//201/2016-1437/2 (Т.2 л.д. 170);

- заключением почерковедческой судебной экспертизы № 5Э/432 от 13 октября 2017 года, согласно которому рукописная запись «Какуша Марина Николаевна» и подпись от имени ФИО2 в предварительном договоре купли-продажи квартиры от 6 сентября 2010 года; рукописная запись «Какуша Марина Николаевна» и подпись от имени ФИО2 в договоре купли-продажи Оренбургской области (Новотроицкий отдел) от 25 февраля 2016 года в графе п.7 «Расписка получена» и в п.15 в графе «Подпись» (Дело правоустанавливающих документов (кадастровый номер №); рукописная запись «ФИО2» в договоре на передачу квартиры в собственность граждан от 25 февраля 2016 года в графе «Владелец» (Дело правоустанавливающих документов (кадастровый номер №); рукописная запись «Какуша Марина Николаевна» и подпись от имени ФИО2 в договоре купли-продажи квартиры от 5 марта 2016 года; подпись в заявлении о предоставлении в собственность квартиры от 8 февраля 2016 года в графе «Согласен (а) участвовать в приватизации, подпись»; рукописный текст, начинающийся словами «г. Новотроицк Оренбургская область …» оканчивающийся словами «… Написано собственноручно ФИО2 13 февраля 2016 года» и подпись в расписке от имени ФИО2 от 13 февраля 2016 года; рукописная запись «Какуша Марина Николаевна» и подпись в расписке от имени ФИО2 от 9 марта 2016 года – выполнены ФИО2 (Т.3 л.д. 8-12);

- заключением оценочной судебной экспертизы № 2017.10.2017 от 16 октября 2017 года, согласно которому стоимость 1/2 квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес> по состоянию на 14 марта 2016 года составляет 320 789 рублей 52 копейки (Т.3 л.д. 22-41).

Все доказательства, исследованные в ходе судебного заседания, суд, в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ, проверил, сопоставив их между собой, и оценивая каждое из них с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, пришел к убеждению, что вышеуказанные доказательства получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ, из достоверных источников, облечены в надлежащую процессуальную форму, в необходимых случаях с участием понятых и объективно фиксируют фактические данные, поэтому являются допустимыми и достоверными. Доказательств, подтверждающих виновность ФИО2 по делу необходимое и достаточное количество.

У суда не имеется оснований не доверять заключениям судебных экспертиз, поскольку все судебные экспертизы по делу проведены экспертами, имеющими специальное образование, необходимый опыт работы, стаж и квалификацию. Обстоятельств, свидетельствующих о том, что эксперты, были прямо или косвенно заинтересованы в исходе дела, не имеется. Экспертами даны ответы на поставленные вопросы, они предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Оснований сомневаться в достоверности выводов экспертиз, не имеется. 

Давая оценку показаниям подсудимой ФИО2, в части того, что она подала для приватизации в жилищный отдел поддельное свидетельство о смерти под давлением Ш.Д.А. суд считает их несостоятельными, направленными на введение суда в заблуждение относительно истинных событий происшедшего, поскольку они не соответствуют фактическим обстоятельствам, объективно ничем не подтверждены и опровергаются исследованными в судебном заседании доказательствами. 

Так из показаний свидетеля Н.Ю.И. следует, что еще в 2010 году ФИО2 хотела приватизировать и продать квартиру и ей было достоверно известно, что при живом сыне, она этого сделать не сможет без согласия органа опеки и попечительства. 

Факт непосредственного обращения ФИО2 в РЭС № 6 для получения документов необходимых для приватизации квартиры подтверждается показаниями свидетеля М.В.О., Ш.Д.А. и С.А.Н. которые пояснили, что со слов самой ФИО2 им известно о смерти ее сына. Непосредственное обращение ФИО2 в комитет по управлению муниципальным имуществом администрации МО 

<

адрес> для приватизации квартиры по вышеуказанному адресу со свидетельством о смерти ее сына, подтверждается показаниями свидетелей А.С.А. и М.О.Б. из которых следует, что ФИО2 при приватизации квартиры пояснила, что ее сын умер, а затем лично предоставила подлинник свидетельства о смерти К.Е.А. 

Показания вышеуказанных свидетелей подтверждаются письменными документами, а именно делом правоустанавливающих документов и заключением почерковедческой судебной экспертизы № 5Э/432 от 13 октября 2017 года, из которых следует, что именно ФИО2 обращалась в компетентные органы для приватизации квартиры и последующей ее продаже, все подписи в документах выполнены именно ФИО2, а не каким-либо другим лицом. 

Таким образом, ФИО2, изначально зная, о трудностях приватизации ее квартиры и дальнейшей ее продажи, даже не попыталась законным способом оформить документы, что подтверждается показаниями представителя потерпевшего К.А.З. о том, что ФИО2 не интересовалась жизнь своего сына, не обращалась в интернат по вопросу приватизации квартиры. Сама ФИО2 не отрицает факт того, что она желала продать квартиру, и ей было известно, что свидетельство о смерти ее сына, которое она представляет в комитет по управлению муниципальным имуществом для приватизации – поддельное. Однако, находясь в кабинете сотрудника, имея реальную возможность отказаться от преступных действий, ФИО2 этого не сделала, а умышленно скрыла факт предоставления ею недостоверных сведений о смерти ее сына, обманув, таким образом, сотрудников относительно законности своих действий. Вышеуказанные обстоятельства опровергают утверждение подсудимой о том, что она действовала под принуждением и, наоборот, свидетельствуют о наличии у ФИО2 умысла путем обмана приватизировать квартиру. При этом действовала она из корыстных побуждений, с целью дальнейшей продажи квартиры. 

Кроме того версия ФИО2 об угрозах со стороны Ш.Д.А. в период оформления документов появилась только в судебном заседании, что суд расценивает как способ уйти от ответственности. 

Так, согласно показаниям свидетеля С.Л.А. в ходе предварительного расследования ФИО2 добровольно давала показания в присутствии защитника, об оказании на нее какого-либо давления со стороны Ш.Д.А. или других лиц, в том числе в ходе очных ставок, не заявляла. 

Из исследованного в судебном заседании материала проверки № 4352, проводимой сотрудниками отдела полиции № 3 МУ МВД России «Орское», усматривается, что ФИО2 действительно обращалась с заявлением в отношении Ш.Д.А. однако в данном заявлении отсутствуют доводы об оказании на нее давления со стороны Ш.Д.А. именно в период приватизации и продажи квартиры.

То, что ФИО2 при оформлении документов на квартиру действовала добровольно, самостоятельно, помимо показаний Ш.Д.А. подтверждается показаниями С.А.Н. М.В.О. А.С.А. согласно которым ФИО2 была трезвая, в адекватном состоянии, давление на нее никто не оказывал, телесных повреждений на ней не было. 

Факт того, что ФИО2 представила в соответствующие органы именно поддельное свидетельство о смерти К.Е.А., установлен в судебном заседании и подтверждается совокупностью исследованных доказательств. В материалах уголовного дела имеется копия свидетельства о смерти К.Е.А. выданная руководителем ЗАГСом г. Соль-Илецка И.М.А. однако из показаний представителя потерпевшего К.А.З. следует, что К.Е.А. жив и продолжает находиться в психоневрологическом интернате. Согласно ответов руководителя ЗАГСа г. Соль-Илецка, запись акта о смерти К.Е.А. в архиве ЗАГСа не обнаружена, свидетельство о смерти с указанным номером в их отделе не выдавалось, руководителя И.М.А. у них никогда не было. 

То обстоятельство, что по делу не изъят оригинал свидетельства о смерти ФИО2, на что обращает внимание сторона защиты, не свидетельствует об отсутствии данного поддельного документа и представлении его ФИО2 в соответствующие органы. Наличие оригинала поддельного свидетельства о смерти подтверждается показаниями свидетелей А.С.А. М.О.Б. которые видели данный документ, сомнений в его подлинности у них не было. При этом А. сделала копию с оригинала документа, представленного ФИО2, которая находится в архивном деле в комитете по управлению муниципальным имуществом администрации МО г. Новотроицк. Кроме того, сама подсудимая, и свидетель Ш.Д.А. также подтверждают наличие оригинала данного документа. 

О том, что именно ФИО2 умышленно продала квартиру, лишив тем самым своего сына К.Е.А. права на жилое помещение, свидетельствует совокупность вышеуказанных доказательств, в том числе: показания свидетеля С.А.Н. о том, что он действительно приобрел квартиру у ФИО2; договор купли-продажи от 5 марта 2016 года, заключенный между ФИО2 и С.А.Н.; выписка из Единого государственного реестра недвижимости, согласно которой произведена государственная регистрация права квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес> за С.А.Н. расписки от 13 февраля 2016 года и от 9 марта 2016 года о получении от С.А.Н. денежных средств за квартиру, подписанные, согласно заключению почерковедческой судебной экспертизы, именно подсудимой ФИО2 

Факт передачи ФИО2 денежных средств С.А.Н. за квартиру помимо расписок подтверждается показаниями свидетелей С.А.Н. Ш.Д.А. Сама ФИО2 не отрицает, что у нее своих денежных средств не было, так как она не работала, была большая задолженность за квартплату и коммунальные платежи, требовались денежные средства на оформление документов для приватизации и договора купли-продажи, также в период оформления сделки продукты питания и спиртные напитки приносил Ш.Д.А. Как установлено в судебном заседании, на все эти нужды денежные средства передавал С.А.Н. в счет оплаты за квартиру. 

Показания представителя потерпевшего К.А.З. и свидетелей С.А.Н., М. М. Н. А. М. П. К. А. суд берет за основу приговора, поскольку данные показания стабильные, последовательные, согласуются как между собой, так и с совокупностью исследованных в судебном заседании письменных доказательств. Оснований, по которым указанные представитель потерпевшего и свидетели могли бы оговаривать подсудимую, не установлено. 

Также суд принимает во внимание показания Ш.Д.А. поскольку данные показания в части того, что ФИО2 желала продать квартиру, и лично обращалась в соответствующие органы, предъявляя свидетельство о смерти сына, при этом, подтверждала данный факт, после чего приватизировала и продала квартиру, подтверждаются совокупностью исследованных доказательств. В остальном, имеющиеся в показаниях Ш.Д.А. неточности и противоречия, на что обращает внимание сторона защиты, не влияют на существо предъявленного подсудимой обвинения.

Данные лица все были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

То, как ФИО2 распорядилась оставшейся частью денежных средств, переданных ей за квартиру, а также ее доводы, о том, что денежные средства забрал Ш.Д.А. и она в итоге осталась без жилья, не являются предметом доказывания по настоящему уголовному делу. Также на доказанность вины подсудимой не влияет то обстоятельство, ездили они с Ш.Д.А. в г. Соль-Илецк за свидетельством о смерти ее сына или нет, как именно появилось у подсудимой данное свидетельство о смерти, поскольку ФИО2 не вменяется совершение преступления по факту подделки свидетельства о смерти К.Е.А. 

Доводы стороны защиты о причастности к преступлению свидетеля Ш.Д.А. не могут быть предметом рассмотрения в рамках данного уголовного дела, поскольку в соответствии с ч. 1 ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинения.

Показания свидетелей С., З. С. не относятся к предъявленному ФИО2 обвинению, поэтому не учитываются судом при постановлении приговора.

Переходя к правовой оценке содеянного подсудимой, суд исходит из обстоятельств дела, установленных приведенными выше доказательствами, а также из позиции государственного обвинителя, уточнившего предъявленное обвинение, при этом суд учитывает положения ст. 252 УПК РФ. 

Суд квалифицирует действия подсудимой ФИО2 по ч. 4 ст. 159 УК РФ, как мошенничество, то есть приобретение права на чужое имущество путем обмана, в крупном размере, повлекшее лишение права гражданина на жилое помещение.

Обосновывая данную квалификацию, суд учитывает наличие доказательств, свидетельствующих об умышленном из корыстных побуждений приобретении подсудимой ФИО2 путем обмана права потерпевшего К.Е.А. на участие в приватизации и получение им 1/2 доли квартиры, а также об умышленной продаже указанной квартиры, чем она лишила своего сына К.Е.А. права на жилое помещение.

Квалифицирующий признак «в крупном размере» нашел свое подтверждение в ходе судебного заседания. 

По смыслу закона, решая вопрос о квалификации действий лиц, совершивших мошенничество по признаку «в крупном размере» следует исходить из стоимости похищенного имущества.

Суд берет за основу рыночную стоимость 1/2 доли квартиры, установленную заключением оценочной судебной экспертизы № 2017.10.2017 от 16 октября 2017 года, а именно 320789 рублей 52 копейки, что согласно примечанию 4 к ст. 158 УК РФ, является крупным размером.

При назначении наказания подсудимой ФИО2 суд, исходя из требований ст. ст. 6, 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности подсудимой и обстоятельства, влияющие на наказание.

ФИО2 совершила одно умышленное оконченное преступление, относящееся в силу ст. 15 УК РФ к категории тяжкого, ранее не судима, постоянного места жительства и регистрации не имеет, по месту жительства участковым уполномоченным и соседями характеризуется положительно, работает без оформления трудового договора, на учете у врачей психиатра, нарколога и в других медицинских учреждениях не состоит.

В соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, к обстоятельствам смягчающим наказание суд относит: полное признание вины подсудимой в ходе предварительного расследования, положительные характеристики с места жительства.

Обстоятельств, отягчающих наказание, предусмотренных ст. 63 УК РФ, не установлено.

Учитывая все обстоятельства дела, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности подсудимой, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияния назначенного наказания на ее исправление, суд не находит оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ – изменения категории преступления на менее тяжкую и считает, что исправление ФИО2 возможно только в условиях изоляции от общества, назначив ей наказание в виде лишения свободы.

Учитывая материальное положение подсудимой ФИО2, а также фактические обстоятельства дела, суд считает возможным не назначать ей дополнительное наказание в виде штрафа и ограничения свободы.

Исключительных обстоятельств, дающих право на применение положений ст. 64 УК РФ – назначение более мягкого вида наказания, чем предусмотрено за данное преступление, суд не усматривает. Оснований для применения ст. 73 УК РФ также не имеется.

В соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ, суд приходит к выводу, что отбывание наказания в виде лишения свободы необходимо назначить в исправительной колонии общего режима.

Разрешая гражданский иск представителя потерпевшего К.А.З. действующего в интересах потерпевшего К.Е.А. о взыскании с ФИО2 денежных средств в сумме 320 789 рублей 52 копейки, суд учитывает, что по делу установлено, что подсудимая ФИО2 путем обмана приобрела право потерпевшего К.Е.А. на участие в приватизации и получение им 1/2 доли квартиры, лишила его права на жилое помещение. Поскольку К.Е.А. не являлся собственником квартиры, за ним лишь было закреплено право на жилое помещение, то имущественный ущерб на указанную сумму ему не причинен, а нарушены его конституционные права. Для решения вопроса о сумме иска, либо о восстановлении нарушенных прав потерпевшего, необходимы дополнительные расчеты, представление дополнительных документов, возможно привлечение третьих лиц, что лишает суд возможности в рамках уголовного дела вынести законное и обоснованное решение. На основании ч. 2 ст. 309 УПК РФ суд приходит к выводу о необходимости признать за гражданским истцом право на удовлетворение гражданского иска и передать вопрос о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Судьбу вещественный доказательств по делу необходимо решить с учетом требований ст. 81 УПК РФ.

Руководствуясь ст. ст. 307, 308, 309 УПК РФ, 

ПРИГОВОРИЛ:

признать ФИО2 виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ и назначить ей наказание в виде лишения свободы на срок 2 года с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения ФИО2 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу изменить на заключение под стражу. 

Срок наказания исчислять с момента ее фактического задержания.

Признать за гражданским истцом – представителем потерпевшего К.А.З., действующим в интересах потерпевшего К.Е.А., право на удовлетворение гражданского иска о взыскании с ФИО2 денежных средств в сумме 320 789 рублей 52 копейки и передать вопрос о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Вещественные доказательства по уголовному делу: 

- копии документов, хранящиеся в материалах уголовного дела – хранить в материалах уголовного дела;

- дело правоустанавливающих документов кадастровый (условный) номер №, переданное на ответственное хранение сотруднику Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Оренбургской области (Новотроицкий отдел) С.С.В. – оставить там же по принадлежности;

- документы по факту предоставления ФИО2 жилого помещения по адресу: 

<

адрес> переданные на ответственное хранение сотруднику Комитета по управлению муниципальным имуществом администрации МО г. Новотроицк А.С.А.. – оставить там же по принадлежности;

- договор купли-продажи квартиры от 5 марта 2016 года; договор купли-продажи квартиры от 15 апреля 2016 года; расписки от 13 февраля 2016 года и от 9 мата 2016 года о получении денежных средств ФИО2, переданные на ответственное хранение С.А.Н. – оставить там же по принадлежности.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Оренбургского областного суда через Новотроицкий городской суд в течение десяти суток со дня его провозглашения, а осужденной, содержащейся под стражей – в тот же срок со дня вручения ей копии приговора. 

В случае подачи апелляционной жалобы осужденная в тот же срок вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, указав на это в жалобе, также вправе поручать осуществление своей защиты в суде апелляционной инстанции избранному защитнику либо ходатайствовать перед судом апелляционной инстанции о назначении защитника.

Судья Новотроицкого городского суда

Оренбургской области Е.Г. Родыгина