66RS0045-01-2020-002355-24

Решение

 принято в окончательной форме 02.08.2021

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

26.07.2021 г. Полевской

Полевской городской суд Свердловской области в составе председательствующего Двоеглазова И.А., при секретаре Березиной Ю.С., с участием истцов ФИО1, ФИО2, их представителя ФИО3, представителя ответчика ФИО4, третьих лиц ФИО5, ФИО6, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-112/2021 по иску ФИО1 и ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Южное коммунальное предприятие» о возмещении ущерба и взыскании компенсации морального вреда, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 и ФИО2 обратились в суд с иском к ООО УК «Южное коммунальное предприятие» (далее – ООО УК «ЮКП») о возмещении ущерба и взыскании компенсации морального вреда. Истцы мотивируют требования тем, что 01.08.2020 в принадлежащей истцу ФИО1 

<

. . .> микрорайона 2 в г. Полевской произошел пожар в связи с проведением электросварочных работ по замене контрольных вентилей в 

<

. . .> этого же дома. В результате пожара истцу ФИО1 причинен ущерб в сумме 283 603 рубля 27 копеек составляющий стоимость восстановительного ремонта квартиры. Кроме того, пришли в негодность вещи, принадлежащие ФИО1, на сумму 333 350 рублей 15 копеек. Помимо этого, истцу ФИО2 также причинен ущерб повреждением вещей на сумму 84 664 рубля. Этот ущерб истцы просят возместить ответчика, по вине которого возник пожар в квартире истца ФИО1 Кроме того, истцы просят возместить причиненный им моральный вред в размере 300 000 рублей каждому. Также истцы просят возместить ФИО1 судебные расходы на оплату услуг представителя в сумме 20 000 рублей, на оплату услуг эксперта в сумме 42 600 рублей, на оплату государственной пошлины в размере 9 609 рублей 50 копеек, а истцу ФИО2 на оплату государственной пошлины в размере 3 040 рублей. 

В ходе рассмотрения дела, к участию в нем в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены собственники 

<

. . .> в 

<

. . .> – ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, а также работники ответчика, производившие работы по замене вентилей в данной квартире, – ФИО5, ФИО6 и ФИО11

Истцы ФИО1, ФИО2, их представитель ФИО3 поддержали исковые требования и доводы искового заявления, суду пояснили, что . . . истцы находились на даче, когда им позвонили и сообщили, что у них в квартире произошел пожар. Они приехали и от соседки узнали, что соседи этажом ниже производили сварочные работы. Когда они зашли в квартиру, квартира была в копоти, происходило тление на кухне, открытого огня не было. Из-за копоти все имущество в квартире пришло в негодность, и использоваться не может. На кухне вдоль правой стены стоял кухонный гарнитур, от входа шкаф с раковиной, далее два шкафа, после них газовая плита и холодильник. Также было три подвесных шкафа. Кухонный гарнитур полностью уничтожен. Сотрудники МЧС установили, что причиной пожара послужил вынос напряжения на трубы водоснабжения при проведении сварочных работ в 

<

. . .> 

<

. . .> в 

<

. . .>, которые производились незадолго до начала пожара. Они считают техническое заключение правильным. С заключениями проведенных по делу судебных экспертиз истцы не согласны, считают, что в них имеется много недочетов, противоречий, ошибок, было изменено место очага пожара для исключения версии о возникновении пожара в результате проведения сварочных работ. Изъятые на месте происшествия провода не имеют следов короткого замыкания, следовательно, по причине короткого замыкания в удлинителе пожар произойти не мог. 

Представитель ответчика ФИО4 иск не признала, пояснила, что вины ответчика в возникновении пожара не имеется, поскольку проведение работниками ответчика сварочных работ в 

<

. . .> 

<

. . .> в 

<

. . .>, расположенной под квартирой истца не является причиной пожара в квартире истца, что подтвердили проведенные по делу судебные экспертизы.

Третьи лица ФИО5, ФИО6 не согласились с иском, считают, что по причине проведения ими сварочных работ в 

<

. . .> возгорание в 

<

. . .> 

<

. . .> в 

<

. . .> произойти не могло. 

Третьи лица ФИО8, ФИО10, не явились, представили заявление о рассмотрении дела в их отсутствие.

Третьи лица ФИО7, ФИО11 не явились, были надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, о причинах неявки суду не сообщили.

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд пришел к следующему. 

В силу положений пунктов 1-3 части 1 статьи 34 Федерального закона от . . . № 69-ФЗ «О пожарной безопасности» граждане имеют право на защиту их жизни, здоровья и имущества в случае пожара, возмещение ущерба, причиненного пожаром, в порядке, установленном действующим законодательством, а также граждане обязаны соблюдать требования пожарной безопасности.

В соответствии с абзацем 2 статьи 38 Федерального закона от . . . № 69-ФЗ «О пожарной безопасности» ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут собственники имущества. 

Статьёй 210 Гражданского кодекса Российской Федерации на собственника возложена обязанность по содержанию принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно пункту 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками, в силу пункта 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с разъяснениями пункта 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от . . . N 14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем", вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит возмещению по правилам, изложенным в ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Из данных правовых норм следует, что ответственность наступает при совокупности условий, которая включает наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, а также причинно-следственную связь между противоправными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями.

Отсутствие одного из перечисленных условий является основанием для отказа в удовлетворении требования о возмещении ущерба.

При этом, на стороне истца лежит бремя доказывания самого факта причинения вреда и величины его возмещения, причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и наступившими негативными последствиями, а обязанность доказать отсутствие своей вины в причинении вреда лежит на стороне ответчика.

Согласно статье 401 Гражданского кодекса Российской Федерации вина выражается в форме умысла или неосторожности. Под умыслом понимается предвидение вредного результата противоправного поведения и желание либо сознательное допущение его наступления. Неосторожность выражается в отсутствии требуемой при определенных обстоятельствах внимательности, предусмотрительности, заботливости. То есть противоправное поведение может проявляться в двух формах - действия или бездействия. Бездействие должно признаваться противоправным лишь тогда, когда на причинителе лежала обязанность совершить определенное действие.

Истец ФИО1 является собственником 

<

. . .> микрорайона 2 в 

<

. . .>, что подтверждается копией свидетельства о государственной регистрации права от . . . (Том 1 л.д. 158), выпиской из ЕГРН от . . . (Том 2 л.д. 131-132).

Ответчик является управляющей многоквартирным домом № 

<

. . .> 

<

. . .> организацией, что подтверждается договором управления МКД от . . . (Том 2 л.д. 166-175). 

В соответствии с направлением ООО УК «ЮКП» № от . . . в 

<

. . .> 

<

. . .> в 

<

. . .> необходима замена контрольных вентилей. Работы согласованы на . . .. (Том 2 л.д. 191). 

Согласно направлению ООО УК «ЮКП» на ликвидацию аварии от . . . в 13:30 задымление в 

<

. . .> 

<

. . .> в 

<

. . .> (Том 2 л.д. 192)

Согласно отказному материалу № ОНД и ПР ГО Ревда, ГО Дегтярск, Полевского ГО УНД и ПР ГУ МЧС России по 

<

. . .> (Том 1 л.д. 135-160) . . . в 13:22 на ПСЧ 64 ПСЧ 10 ПСО ФПС ГПС ГУ МЧС России по Свердловской области поступило сообщение о пожаре квартиры по адресу: 

<

. . .>, 

<

. . .> В 13:34 пожар ликвидирован. Площадь пожара составила 3 кв.м. в результате пожара повреждена квартира, имущество. Квартира двухкомнатная, расположена на втором этаже, отопление центральное водяное, освещение электрическое. Очаг пожара находился в помещении кухни. В момент возникновения пожара в квартире никого не было. До возникновения пожара в 

<

. . .>, расположенной на первом этаже ниже 

<

. . .> проводились электросварочные работы ООО УК «ЮКП» по замене контрольных вентилей холодного и горячего водоснабжения в помещении кухни. Согласно техническому заключению ФГБУ «СЭУ ФПС «ИПЛ» по 

<

. . .> № от . . ., также содержащемуся в отказном материале, специалист пришел к выводу, что очаг пожара в 

<

. . .> по адресу: 

<

. . .>, микрорайон 2,

<

. . .> находился с правой стороны относительно входа на кухню, в нижней части стены за кухонным гарнитуром, а именно в пространственной зоне за кухонным шкафом № в районе его примыкания к шкафу №. В результате проведенного исследования предоставленных фрагментов электропроводников, упакованных в пакет № №, следов протекания какого-либо пожароопасного аварийного режима работы электросети не обнаружено. Версия возникновения пожара, связанная с проведением электросварочных работ в 

<

. . .> выносом напряжения на гибкий водопроводный армированный шланг 

<

. . .> последующим его замыканием на металлоконструкции выше свариваемого участка, является наиболее вероятной, укладывающейся в известные обстоятельства дела и объясняющей механизм возникновения в очаге пожара. Делая такой вывод, специалист указал, что в момент обнаружения первых признаков горения, а также накануне пожара в 

<

. . .> никого из собственников или родственников, проживающих в данной квартире, не было. С места пожара были изъяты фрагменты питающих электропроводов газовой и микроволновой печи, в ходе исследования которых не обнаружены какие-либо следы или признаки протекания аварийного режима работы. Электроприборы были расположены левее от места очага пожара, а именно в районе расположения кухонного шкафа №. Из этого специалист сделал вывод, что электроприборы не могли послужить источником зажигания. Также им учтено отсутствие информации о возможности нахождения в зоне установленного очага пожара, за шкафом № каких-либо электротехнических приборов или прокладки электропроводов. Исходя из этого, специалист посчитал версию возникновения пожара в результате аварийного режима работы электросети и электрооборудования маловероятной.

Специалист пришел к выводу, что наиболее вероятной технической причиной возникновения пожара могло послужить тепловое проявление электрического тока на сгораемые материалы в районе установленного очага пожара в процессе аварийного режима работы (короткого замыкания) токопроводящих цепей, подключенных к электросварочному аппарату, вызванного выносом напряжения на металлоконструкцию. Приходя к такому выводу, специалист указал, что в момент проведения электросварочных работ свариваемый участок трубы и располагающиеся выше металлические участки труб (в том числе находящиеся на них оборудование и система отвода) находились под напряжением, посредством обратного проводника сварочного аппарата, либо электрода в момент сварки, в зависимости от схемы подключения. При выносе напряжения на металлическую трубу водоснабжения в местах возможного соприкосновения данной конструкции и расположенного на ней электропроводящего оборудования с заземленными устройствами (при непосредственном контакте, либо через электропроводящие материалы) или другими деталями под напряжением могут возникать достаточно мощные источники зажигания электротехнического характера, способные обеспечить загорание горючих материалов, находящихся в непосредственной близости. Гибкий армированный водопроводный шланг, находясь под напряжением в момент сварки одного из стояков (ГВС ил ХВС), мог соприкасаться со вторым гибким армированным водопроводным шлангом или с другими металлическими деталями, создавая короткое замыкание в месте(-ах) этого контакта. 

Также специалист указал, что в представленных материалах проверки отсутствует какая-либо информация о состоянии гибких армированных водопроводных шлангов 

<

. . .>. Данные объекты были зафиксированы на фотоснимке. В результате проведенного исследования на фотоснимке обнаружены участки водопроводного армированного шланга, на которых отмечается видимое изменение диаметра шланга или его цвета, схожие с наличием каких-либо повреждений целостности металлической оплетки. Кроме того, в материалах проверки зафиксирован факт нарушения целостности системы водоснабжения 

<

. . .>, который сопровождался затоплением 

<

. . .>, а именно наблюдалось, как течет вода с потолка возле прокладки трубы газопровода и у общедомового стояка. 

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от . . . N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Ответчик, не согласившись с выводами специалиста ФГБУ «СЭУ ФПС «ИПЛ» по 

<

. . .>, оспаривая вину в возникновении пожара и причинно-следственную связь между действиями работников ООО УК «ЮКП» и пожаром, представил рецензию НП «Саморегулируемая организация судебных экспертов» № от . . . (Том 2 л.д. 196-246), согласно которой техническое заключение № от . . ., выполнено экспертами ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Свердловской области с нарушениями действующего законодательства, не соответствует требованиям методик, установленных для данного вида экспертиз и исследований, в связи с чем, его выводы не могут быть положены в основу юридически значимых решений, поскольку исследование проведено не полно и не всесторонне, вывод о причине пожара сделан на основании фотографии при отсутствии сведений о состоянии гибких шлангов 

<

. . .>, выводы специалиста носят вероятностный характер, не проведена проверка каждой выдвинутой версии пожара.

В том числе данная рецензия стала основанием для назначения судом пожарно-технической экспертизы. 

Экспертиза проведена экспертом АНО «Высшая Палата Судебных экспертов» ФИО12, представлено заключение № от . . . (Том 3 л.д. 174-190). Устанавливая место очага пожара, эксперт указал, что вывод о положении очага пожара может быть сделан только по совокупности целого ряда данных, полученных в результате анализа показаний свидетелей и очевидцев пожара, на основе анализа термических повреждений и выявлении очаговых признаков, а также признаков направленности распространения горения. Проанализировав протокол осмотра места происшествия, представленные фотографии, эксперт пришел к выводу, что наибольшие термические повреждения сосредоточены в месте расположения 2 и 3 тумб кухонного гарнитура, на уровне пола, в месте расположения прогара пола. В этом месте и находился очаг пожара. Определяя причину возникновения пожара, эксперт последовательно исследовал все возможные версии пожара, отвергнув возможность возникновения пожара в результате источников открытого пламени, малокалорийных источников тления длительного воздействия (тлеющих табачных изделий), поскольку в квартире на момент пожара никого не было, легковоспламеняющихся и горючих жидкостей при осмотре не обнаружено. Также эксперт исключил из вероятных причин возникновение горения под воздействием источников зажигания, образование которых связано с аварийными явлениями при эксплуатации электроустановок, установив наличие транзитного провода, проходящего по полу в зоне возникновения первоначального горения, однако, неработоспособности этих установок. При этом эксперт отметил, что провод питающий сетевой фильтр и транзитный провод изъяты и исследованы не были. 

Версию возникновения пожара, предложенную в техническом заключении ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по 

<

. . .> № от . . ., эксперт отверг, поскольку гибкие армированные водопроводные шланги были расположены внутри тумбы (шкафа) № и при их замыкании вследствие выноса напряжения на них, горение первоначально развивалось бы внутри указанной тумбы. Однако, внутри нее, на верхней поверхности нижней полки сохранились полиэтиленовые пакеты, а ее поверхность не повреждена. Кроме того, в многоквартирных жилых домах предусматривается проектом при вводе в дома на трубах водоснабжения и отопления защитное заземление, что является основной системой уравнивания потенциалов (ПУЭ пункт . . .. Основная система уравнивания потенциалов в электроустановках до 1 кВ должна соединять между собой следующие проводящие части...4) металлические трубы коммуникаций, входящих в здание: горячего и холодного водоснабжения, канализации, отопления, газоснабжения и т.п.

Версию возникновения пожара от аварийных явлений в технологических установках или технологических процессах эксперт исключил, поскольку технологических установок или технологических процессов в доме не было. Также из-за отсутствия необходимых приборов и материалов исключены из числа возможных причины пожара в результате зажигания, связанного с теплопроизводящими приборами, т.е. печью и в результате самовозгорания. Исключил эксперт и возможность возникновения пожара в результате разрядов атмосферного электричества и сфокусированного солнечного света. 

Эксперт сделал вывод, что наиболее вероятной причиной пожара является возникновение горения под воздействием источников зажигания, образование которых связано с аварийными явлениями при эксплуатации электроустановок. В категоричной форме вывод эксперт сделать не смог ввиду того, что проводники, расположенные в зоне возникновения первоначального горения, в полном объеме не зафиксированы при осмотре, не изъяты и исследовались инструментальными методами.

Истцы и их представитель не согласись с данным заключением, полагали его не полным, поскольку отвергая версию возникновения пожара в результате теплового проявление электрического тока на сгораемые материалы в районе установленного очага пожара в процессе аварийного режима работы (короткого замыкания) токопроводящих цепей, подключенных к электросварочному аппарату, вызванного выносом напряжения на металлоконструкцию, эксперт сделал предположение о наличии в системе водоснабжения дома заземления, однако, не исследовал данный факт. В связи с этим было заявлено ходатайство о назначении повторной пожарно-технической экспертизы.

Судом была назначена дополнительная судебная пожарно-техническая экспертиза, производство которой было поручено Научно-исследовательскому институту экспертиз. Эксперту также представлены дополнительные документы: паспорт на сварочный аппарат (том 4 л.д. 23-29) и схемы водоснабжения и электроснабжения 

<

. . .> микрорайона 2 в 

<

. . .> (Том 4 л.д. 30-117).

На разрешение эксперту поставлены следующие вопросы:

Могло ли причиной пожара, возникшего . . . в 

<

. . .> микрорайона 2 в 

<

. . .> послужить тепловое проявление электрического тока на сгораемые материалы в процессе аварийного режима работы (короткого замыкания) токопроводящих цепей, подключенных к сварочному аппарату, вызванного вносом высокого напряжения на металлоконструкцию при ведении сварочных работ в 

<

. . .> микрорайона 2 в 

<

. . .> при наличии (отсутствии) заземления системы водоснабжения? 

Какова причина пожара возникшего . . . в 

<

. . .> микрорайона 2 в 

<

. . .>?

Исследование поручено эксперту пожаротехнику ФИО13, имеющему необходимые образование и квалификацию (Том 4 л.д. 139-142), которым представлено заключение № А356-пжэ/2021 от . . . (Том 3 л.д. 128-138). 

При исследовании эксперт обратил внимание на тот факт, что согласно протоколу осмотра места происшествия в одну розетку подключен холодильник, кабель повреждений не имеет. Из второй розетки провод имеет повреждение в виде оплавления, выгорания изоляционного материала.

Для ответа на первый вопрос эксперт проанализировал процесс электросварочных работ, указав, что «вынос высокого напряжения на металлоконструкцию» от сварочного однофазного аппарата, практически не возможен, так как сработали бы автоматы защиты. Эксперт допустил теоретическую возможность этого, но только в момент проведения самих сварочных работ. Спустя продолжительное количество времени (1,5 часа), подобная ситуация не возможна. 

Более того, эксперт указал, что не маловажным условием возникновения пожара от «проявления электрического тока на сгораемые материалы в процессе аварийного режима работы (короткого замыкания) токопроводящих цепей, подключенных к сварочному аппарату, вызванного выносом высокого напряжения на металлоконструкцию при ведении сварочных работ», должно быть соответствие очага пожара с местом аварийного режима работ токопроводящих цепей, чего он не усмотрел, указав, что гибкие водопроводные армированные шланги в 

<

. . .>, располагались под мойкой, установленной в ближнем правом углу, относительно входа на кухню. Однако, при осмотре пола под кухонным гарнитуром обнаружено, что наибольшее повреждение в виде выгорания и оплавления линолеума наблюдается в районе 2-го и 3-го шкафа. Пол у стены в районе 2-го и 3-го шкафов имеет сквозной прогар, следовательно, очаг пожара располагался именно в этом месте. Именно эту объективную информацию, эксперт ИПЛ ФИО14, не учел в своем Техническом заключении № от . . .. То есть, очаг пожара, установленный по наиболее поврежденным строительным конструкциям (стенам, пола, мебели) в центральной правой части кухни, не соответствует, месту расположения гибких водопроводных армированных шлангов, расположенных в ближнем правом углу, относительно входа на кухню.

Учитывая это, эксперт сделал вывод о том, что проявление электрического тока на сгораемые материалы в процессе аварийного режима работы (короткого замыкания) токопроводящих цепей, подключенных к сварочному аппарату, вызванного выносом высокого напряжения на металлоконструкцию при ведении сварочных работ в 

<

. . .> микрорайона 2 в 

<

. . .> при наличии (отсутствии) заземления системы водоснабжения, не могло явиться причиной пожара, возникшего . . . в 

<

. . .> микрорайона 2 в 

<

. . .>

Устанавливая причину пожара, эксперт указал, что сопоставляя установленные термические повреждения конструктивных элементов 

<

. . .>, с элементами не подверженными термическому воздействию на кухне, проецируя на установленные повреждения «очаговый конус», анализируя характерные признаки направленности горения, эксперт приходит к выводу, что первоначальное развитие пожара, возникло в центральной нижней части кухни, у правой стены. Пожар произошел в отсутствии собственников пострадавшей квартиры; в очаге пожара обнаружена контактная планка шести гнездового удлинителя (пилота), корпус которого отсутствует; перед обнаружением признаков пожара, в 

<

. . .> зафиксирован разлив воды. В связи с этим эксперт сделал вывод, что причиной пожара послужил аварийный режим работы электрооборудования - шести гнездового удлинителя (пилота), вследствие попадания на него разлившейся воды, основываясь на том, что удлинитель находился в очаговой зоне и в него были подключены электроприборы в режиме ожидания. Из показаний работников, производивших ремонтные работы в 

<

. . .>, следует, что: «Когда все сделали и включили воду с потолка в районе газовой плиты стала капать вода и мы снова перекрыли воду» (Объяснение ФИО6, л.д. 37 ОМ №). Расположение газовых плит в квартирах № и №, соответствует расположению очаговой зоны пожара в 

<

. . .> нахождению в ней шести гнездового удлинителя (пилота). Попадание воды на токоведущие части шести гнездового удлинителя (пилота), привело к замыкают контактов и возникновению короткого замыкания. При возникновении короткого замыкания в электрической цепи мгновенно и многократно вырастает значение силы тока, приводящее к высокому тепловыделению, в результате которого происходит плавление электрических проводов с возникновением возгорания электропроводки и распространением пожара в помещении, где произошло КЗ. Подтверждением данных обстоятельств, является отсутствие корпуса удлинителя и прогар в полу кухни, в месте, где по видимости и находился удлинитель. Далее развитие пожара происходило по изоляции электропроводки на сгораемые материалы кухонного гарнитура.

Оценивая представленные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу, что ответчик доказал отсутствие своей вины в возникновении . . . в 

<

. . .> микрорайона 2 

<

. . .> и причинно-следственной связи между действиями работников ответчика по проведению сварочных работ при замене вентилей горячего и холодного водоснабжения в 

<

. . .> микрорайона 2 

<

. . .> и возникновением пожара в 

<

. . .> микрорайона 2 

<

. . .>. В ходе судебного разбирательства было проведено две судебных экспертизы. Оба эксперта сошлись во мнении, что причиной возникновения пожара не могло послужить проведение сварочных работ при замене вентилей горячего и холодного водоснабжения в 

<

. . .> микрорайона 2 

<

. . .>, поскольку, вынос высокого напряжения на трубы водоснабжения, если и имел место, то не мог привести к короткому замыканию в 

<

. . .> силу защиты от короткого замыкания в электрической сети, наличия заземления системы водоснабжения дома и, самое главное, несоответствия места очага пожара, находившегося в районе 2 и 3 тумб кухонного гарнитура в 

<

. . .>, месту нахождения гибких шлангов водоснабжения, расположенных в тумбе 1. Данные обстоятельства согласуются с пояснениями сторон, соответствуют описанию места происшествия согласно протоколу места происшествия от . . . и не противоречат имеющимся в деле доказательствам.

Выводы обоих экспертов логичны, последовательны, аргументированы, подтверждаются собранными по делу доказательствами. Оснований не доверять выводам экспертов, обладающих специальными познаниями в исследуемой области, предупрежденных об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, не имеется. Истцы и их представитель не предоставили достоверных доказательств, опровергающих или ставящих под сомнение выводы экспертов, их возражения по поводу выводов экспертов основаны на собственных не экспертных умозаключениях. Техническое заключение ФГБУ «СЭУ ФПС «ИПЛ» по 

<

. . .> № от . . . к таким доказательствам не относится, поскольку в заключениях судебных экспертиз указано на допущенную специалистом ФГБУ «СЭУ ФПС «ИПЛ» по 

<

. . .> ошибку – неверное определение места очага пожара, которое определяется по объективным признакам – наибольшие термические повреждения конструктивных элементов. Специалиста данное обстоятельство проигнорировал. Данная ошибка ставит под сомнение правильность всего технического заключения. 

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что в данном случае отсутствуют все необходимые для возмещения ответчиком причиненного истцам ущерба элементы деликтной ответственности: противоправность поведения и причинно-следственная связь между действиями ответчика и возникновением ущерба, а потому в удовлетворении иска к ООО УК «ЮКП» следует отказать. 

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Требование о взыскании компенсации морального вреда в данном случае зависит от виновности ответчика в причинении ущерба истцам. Поскольку суд установил, что ответчик не несет ответственность за вред, причиненный истцам, оснований для взыскания с ответчика в пользу истцов компенсации морального вреда также не имеется.

Положения статей 98 и 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предполагают возмещение судебных расходов стороне в пользу которой состоялось решение. Поскольку в иске ФИО1 и ФИО2 отказано полностью, понесенные ими по делу судебные расходы возмещению не подлежат. 

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 и ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Южное коммунальное предприятие» о возмещении ущерба и взыскании компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы в Полевской городской суд.

Резолютивная часть решения принята в совещательной комнате с применением технических средств. 

Председательствующий И.А. Двоеглазов