ПРИГОВОР

 

Именем Российской Федерации 

р.п. Усть-Уда 28 ноября 2017 года

Усть-Удинский районный суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Бахановой Л.М., при секретаре Толстоуховой С.В., с участием государственного обвинителя – прокурора Усть-Удинского района Иркутской области Огибалова А.Г., защитника Эгго В.Н., подсудимого ФИО1, а также потерпевшей Ч.А.Н., 

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела № 

<

обезличено> по обвинению 

ФИО1, родившегося 

<

дата обезличена> в 

<

адрес обезличен>, зарегистрированного по адресу: 

<

адрес обезличен>, фактически проживающего по адресу: 

<

адрес обезличен>, 

<

данные изъяты> содержавшегося под стражей и домашним арестом с 

<

дата обезличена> по 

<

дата обезличена>,

в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 умышленно причинил тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, при превышении пределов необходимой обороны при следующих обстоятельствах.

Около 

<

данные изъяты> часов 

<

дата обезличена> в 

<

адрес обезличен> на участке проезжей части 

<

адрес обезличен> на расстоянии около 

<

данные изъяты> метров от перекреста с 

<

адрес обезличен>, ФИО1 в ходе конфликта с Е.Е.А., пребывающим в состоянии алкогольного опьянения и спровоцировавшего конфликт, в ответ на действия последнего, выразившиеся в нецензурной брани в его адрес и нанесении ему удара кулаком по голове, с целью защиты от посягательства, действуя несоразмерно характеру и степени его общественной опасности, умышленно, превышая пределы необходимой обороны, с силой нанес ему № 

<

обезличено> удара кулаком в голову, тем самым причинив Е.Е.А. телесные повреждения в виде черепно-мозговой травмы: очаговые кровоизлияния в мягкие ткани головы в правой лобно-теменно-височной области, субдуральная гематома левой височной области 

<

данные изъяты> мл., очаговые кровоизлияния под мягкие мозговые оболочки по выпуклой поверхности головного мозга и в области ствола мозга, отек мозга, ссадина в области спинки носа, которые в своей совокупности относятся к повреждениям, причинивших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека в момент их получения. В результате указанных умышленных действий ФИО1, совершенных с превышением пределов необходимой обороны от противоправных действий Е.Е.А., от черепно-мозговой травмы, проявившейся в виде кровоизлияний под оболочки головного мозга с его отеком и субдуральной гематомой, наступила смерть последнего, которая была констатирована в 

<

данные изъяты> того же дня. 

В судебном заседании подсудимый ФИО1 свою вину по предъявленному обвинению по ч. 4 ст. 111 УК РФ не признал, не отрицая факт причинения телесных повреждений Е.Е.А., указал, что наносил ему удары, обороняясь от действий последнего, пресекал его противоправное поведение. 

Допрошенный в судебном заседании подсудимый ФИО1 вину в совершении преступления при изложенных выше обстоятельствах фактически признал, суду пояснил, что 

<

дата обезличена> проводил свободное время с друзьями в том числе с Е.Е.А. с выездом в другое село – 

<

адрес обезличен>. По дороге распивали спиртное, были остановлены патрулем ГИБДД, в отношении Е.Е.А., управлявшего автомобилем, был составлен административный протокол с отстранением от управления ввиду нахождения в алкогольном опьянении. Он сам был в состоянии средней степени опьянения. Несмотря на это, Е.Е.А. пытался продолжить езду на автомобиле марки «Жигули» белого цвета, собственником которого является он, ФИО1, по 

<

адрес обезличен> ездил с большим превышением скорости, испугавшись возможных негативных последствий от этого, он, ФИО1, выдернул ключ зажигания из замка, позже он за руку вытаскивал из автомобиля, возник конфликт между ним и Е.Е.А., в ходе которого последний ударил его правой рукой в область челюсти, от чего он, ФИО1, испытал сильную боль и страх за свое здоровье и жизнь – Е.Е.А. физически хорошо сложен, ранее имел с ним конфликт и Е.Е.А. высказывал в его адрес угрозы убийством. Левой рукой он стал отталкивать от себя Е.Е.А. и правой рукой ударил его № 

<

обезличено> раза кулаком в голову – в переносицу и висок, в общем в верхнюю (выше ушей) левую часть его головы, точно не помнит. Между ними, как он помнит, кто-то находился – разнимал их. От удара Е.Е.А. упал сразу же на спину и потерял сознание. Ударялся ли он при этом головой, не помнит. Он его начал приводить в чувство, облил водой, Е.Е.А. открыл глаза. Он с Л.А.П. его приподняли и посадили в автомобиль. Пока ехали в р.

<

адрес обезличен>, Е.Е.А. храпел, издавал и другие звуки, все думали, что он спит. Уже в р.

<

адрес обезличен> он понял, Е.Е.А. не подает признаков жизни. Попросил вызвать наряд скорой медицинской помощи. До конфликта между ними Е.Е.А. не жаловался на недомогание, телесных видимых повреждений не имел. Убивать Е.Е.А. не хотел. Она ранее занимался баскетболом, специальной подготовки не имеет, проходил срочную военную службу. В содеянном раскаивается. 

Суд, исследовав и оценив собранные по делу доказательства, находит вину подсудимого ФИО1 установленной и доказанной в объеме, указанном в описательно-мотивировочной части приговора. 

К такому выводу суд пришел, исходя из совокупности собранных по делу доказательств, анализируя показания подсудимого ФИО1, данные им в судебном заседании и при производстве предварительного расследования, допросив потерпевшую и свидетелей, а также оценив другие доказательства, исследованные в ходе судебного разбирательства в рамках состязательного процесса. 

В судебном заседании, в связи с наличием существенных противоречий между показаниями, данными подсудимым в ходе предварительного расследования и в суде, по ходатайству государственного обвинителя, в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, были исследованы показания ФИО1, полученные при производстве предварительного расследования. 

Так, в ходе своего допроса в качестве подозреваемого 

<

дата обезличена> ФИО1 сообщал органам предварительного расследования обстоятельства конфликта, произошедшего между ним и Е.Е.А., отличные от тех, о которых он указал в ходе судебного разбирательства, а именно, что Е.Е.А. его первый ударил по лицу, после этого сел в автомобиль на водительское место, а он, ФИО1 отошел в сторону, затем он подошел к автомобилю и вытянул Е.Е.А. за руку с водительского сидения, и у них снова завязался конфликт, в ходе которого Е.А.Е. только толкнул его в грудь, в ответ он сделал то же самое, а также нанес не менее № 

<

обезличено> ударов правой рукой, сжатой в кулак, ему в голову (т

<

данные изъяты>). 

Однако данные показания не были им подтверждены в ходе их проверки на месте – такой вывод следует из исследования видеозаписи указанного следственного действия (т. 

<

данные изъяты>). 

На стадии того же предварительного следствия в статусе обвиняемого в ходе второго допроса дал показания, аналогичные тем, что воспроизвел как при проверке показаний на месте, так и в суде (т. 

<

данные изъяты>), а именно между ним и Е.Е.А. имел место быть только 1 конфликт со взаимным физическим контактом, непосредственно и сразу в ответ на удары Е.Е.А. он нанес ему серию своих ударов.

После оглашения вышеприведенных показаний подсудимый подтвердил их в части, не противоречащей его показаниям, данным суду и при проверке показаний на месте. 

Анализируя данные показания ФИО1, суд приходит к выводу о том, что его показания о месте, времени, способе применения физического насилия к Е.Е.А. носят стабильный характер, логичны и достаточны подробны. Сопоставляя показания, данные в качестве подозреваемого, со всеми остальными вышеприведенными показаниями, суд усматривает различие между ними только в вопросе о количестве конфликтных ситуаций между подсудимым и Е.Е.А., сопряженных с физическим контактом кого-либо из них, в целом в последовательности действий каждого из них по нанесению ударов. 

Признавая показания ФИО1, изложенные им при проверке показаний на месте, втором допросе в качестве обвиняемого, судебном следствии, достоверными, суд исходит из того, что они были стабильными на протяжении предварительного и судебного следствия, согласуются с показаниями свидетелей-очевидцев преступления и объективно подтверждаются письменными доказательствами. При этом суд учитывает, что его первоначальные показания в целом устанавливают те же обстоятельства, но за исключением вышеприведенных, а также то, что протоколом проверки показаний на месте зафиксированы первоначальные показания ФИО1, тогда как на видеозаписи этой проверки показаний на месте, приобщенной к данному протоколу, приведена иная последовательность действий участников конфликта, но та, что воспроизведена ФИО1 в ходе последующего производства по делу. 

Таким образом, помимо показаний самого подсудимого, не отрицающего обстоятельств конфликта, в ходе которого он нанес № 

<

обезличено> удара в голову Е.Е.А. в ответ на его противоправное поведение, данные обстоятельства подтверждают и свидетели в той их части, в которой каждый из них являлся очевидцем происходивших событий. 

В судебном заседании потерпевшая Ч.А.Н. заявила, что показаниям подсудимого доверяет, отрицательно охарактеризовала сына как конфликтного, агрессивного человека, высказывавшего ранее жалобы на головные боли вследствие старой черепно-мозговой травмы, полученной еще при срочной военной службе, сын являлся физически крепким молодым человеком, чуть ниже ростом ФИО1 Просила о снисхождении к подсудимому, простила его. Не простила бы подсудимого, если бы не знала своего сына. Показала, что ранее ее сын Е.Е.А. угрожал, в том числе и убийством, ФИО1, всячески донимал на бытовой почве его и его семью.

Показания подсудимого, признанные судом достоверными, согласуются с показаниями свидетелей:

- В.Л.И. о том, что она видела конфликт между Е.Е.А. и ФИО1, первый хотел сесть за руль, а второй не пускал к авто, охарактеризовала это как «возня», «толкучка», видела, как Е.Е.А. упал на землю, но из-за чего, разнимал ли их кто – не видела, ударился ли он головой – также не видела, Е.Е.А. был сильно пьян, ФИО1 также пьян, но в меньшей степени. Там же была и ее дочь. 

- Е.К.В. о том, что между Е.Е.А. и ФИО1 был конфликт, первый требовал ключи от авто, был сильно пьян, видимых повреждений на лице не имел. После она только видела, как Е.Е.А. лежал на земле, ФИО1 полил его водой, просил его, называя брат, встать. 

- Е.П.А. о том, что он осведомлен о случившемся со слов ФИО1, что инициатором драки был Е.Е.А., охарактеризовал его, своего брата, отрицательно, физически крепким, ранее служившим по контракту, в том числе в 

<

адрес обезличен>, человеком. Просил о снисхождении подсудимому. 

- Б.О.А. о том, что она является фельдшером 

<

адрес обезличен>ной больницы, она констатировала уже наступившую смерть Е.Е.А. при выезде по вызову скорой медицинской помощи по р.

<

адрес обезличен> в 

<

данные изъяты> 

<

дата обезличена>. Явными были признаки биологической смерти, в частности, холодные кожные покровы. 

- Т.И.Н. о том, что он 

<

дата обезличена> вместе с ФИО1 и Е.Е.А. гулял, все они поехали в 

<

адрес обезличен>, их машину остановил патруль ГИБДД, машину отогнали к родственникам Е.Е.А., но он хотел вернуться в р.

<

адрес обезличен> на той же машине, требовал ключи от нее у ФИО1, а тот запрещал ему ехать на машине, выдернул ключи зажигания, ушел к забору, тогда Е.Е.А. ударил ФИО1 кулаком в лицо или шею, после этого ФИО1 сразу же ударил Е.Е.А. № 

<

обезличено> или № 

<

обезличено> раза левой рукой, в общем дал ему сдачу, они стояли лицом к лицу у машины. Их пытались разнять. Как падал Е.Е.А. – не помнит, был пьян, но Е.Е.А. осел, как бы сполз на землю. Между ними был только 

<

данные изъяты> физический контакт – без временного разрыва. Он при этом сидел в машине за водительским сидением. Л.А.П., кажется, стоял на улице у автомашины. Когда ехали обратно в р.

<

адрес обезличен> Е.А.Е. храпел, все думали, он спит. Он первый обнаружил, что Е.А.Е. мертв. Пытался его откачивать ФИО1, просил вызвать скорую медицинскую помощь.

- Л.А.П. о том, что между ФИО1 и Е.Е.А. был конфликт из-за ключей от машины, первый запрещал Е.Е.А. ехать на авто. Е.Е.А. первый ударил его, ФИО1, в лицо, а ФИО1 тут же ответил на это ударом правой руки, после чего Е.Е.А. сразу обмяк и упал задом на землю. В драку он сам не лез. Возможно было 

<

данные изъяты> конфликта с применением физической силы, сейчас уже не помнит, был пьян. 

- Ч.Л.Э. (оглашенными ввиду ее неявки с согласия сторон) о том, что она видела патруль ГИБДД на перекрестке улиц 

<

адрес обезличен> и 

<

адрес обезличен> в 

<

адрес обезличен> и автомашину «Жигули» белого цвета, при этом Е.Е.А. сидел в машине сотрудников ГИБДД. Позже около 

<

данные изъяты> она возвращалась обратно домой, на том же перекрестке улиц стояла та же автомашина «Жигули», около нее лежал Е.Е.А. и рядом трое молодых парней. Ее двоюродная сестра Е.К.В. (Е.К.В.) принесла воды, ФИО1 обливал Е.Е.А. водой, тот глаза не открывал, хрипел, был без признаков жизни. Каких-либо избиений не видела (т

<

данные изъяты>). 

Изложенные выше показания свидетелей об известных им обстоятельствах причинения вреда здоровью Е.Е.А. и о причастности к его причинению ФИО1 суд находит достоверными, соответствующими действительности, они являются взаимно дополняющими друг друга, не содержат существенных противоречий, которые могли бы повлиять на вывод суда о виновности подсудимого, в своей совокупности устанавливают одни и те же фактические обстоятельства. Показания Л.А.П. относительно количества конфликтных ситуаций между подсудимым и Е.Е.А. не носят однозначно утвердительный характер. 

Достоверность сведений, сообщенных потерпевшей и свидетелями, подтверждают и объективные доказательства, полученные в соответствии с требованиями УПК РФ и исследованные в судебном заседании. 

Так, место преступления установлено протоколом осмотра места происшествия от 

<

дата обезличена> (с фототаблицей) – гравийное дорожное покрытие недалеко от перекрестка улиц 

<

адрес обезличен> и 

<

адрес обезличен> в 

<

адрес обезличен> (т. 

<

данные изъяты>). 

Протоколом осмотра места происшествия от 

<

дата обезличена> (с фототаблицей) установлено, что труп Е.Е.А. был обнаружен по 

<

адрес обезличен> в 

<

адрес обезличен>, рядом с автомобилем ВАЗ-2105. На переносице трупа имеется ссадина, иных видимых телесных повреждений нет 

<

данные изъяты>).

Копией протокола установления смерти от 

<

дата обезличена> констатирована смерть Е.Е.А. в 

<

данные изъяты> 

<

дата обезличена> за подписью Б.О.А. (т

<

данные изъяты>). 

Тяжесть телесных повреждений, причиненных Е.Е.А., их характер, механизм образования, локализация, давность причинения установлены заключением судебно-медицинской экспертизы № 

<

обезличено> от 

<

дата обезличена>, выводы которой не противоречат другим доказательствам по делу. А именно: смерть Е.Е.А. последовала от черепно-мозговой травмы, проявившейся в виде кровоизлияний под оболочки головного мозга с его отеком и субдуральной гематомой. Давность наступления смерти на момент вскрытия трупа в пределах 1суток, что подтверждается выраженным трупным окоченением и состоянием трупных пятен, которые при надавливании не бледнеют и не исчезают. При исследовании трупа Е.Е.А. обнаружены телесные повреждения в виде черепно-мозговой травмы: очаговые кровоизлияния в мягкие ткани головы в правой лобно-теменно-височной области, субдуральная гематома левой височной области 150 мл., очаговые кровоизлияния под мягкие мозговые оболочки по выпуклой поверхности головного мозга и в области ствола мозга, отек мозга, ссадина в области спинки носа, которые в своей совокупности относятся к повреждениям, причинивших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека в момент их получения. В область головы Е.Е.А. было нанесено не менее 3 ударов, что подтверждается наличием ссадины в области носа и 2 кровоподтеками на волосистой части головы в правой лобно-теменно-височной области. Повреждения были получены незадолго до смерти и могли образоваться от ударов тупыми твердыми предметами с ограниченной поверхностью соударения, чем мог быть кулак. Наступление смерти от падения с высоты собственного роста при изложенных повреждениях исключено (т. 

<

данные изъяты>). 

При этом заключением того же эксперта от 

<

дата обезличена> № 

<

обезличено> установлено отсутствие телесных повреждений у ФИО1 на момент осмотра 

<

дата обезличена> (

<

данные изъяты>). 

Суд, оценивая заключение экспертизы трупа наряду с иными, приведенными выше доказательствами, приходит к объективному выводу о том, что в результате специальных познаний в области медицины, с учетом собранных по делу сведений, установлено, что умышленными действиями ФИО1 Е.Е.А. был причинен тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни. Выводы эксперта научно обоснованы.

У суда не имеется оснований не доверять эксперту Г.В.Н., в ходе судебного разбирательства им даны аргументированные ответы на все поставленные вопросы со ссылкой на конкретные факты, в частности, предыдущие черепно-мозговые травмы не состоят в причинной связи со смертью Е.Е.А., поскольку имело место кровоизлияния в стол мозга, столь скорой и была его смерть, ссадина на переносице квалифицировано как причинившее тяжкий вред здоровью, поскольку являет собой внешнее место приложения соответствующей силы, лобно-теменно-височная область головы – это не задняя часть головы, локализация повреждений на голове объяснима ее подвижностью в момент ударов. 

Оценивая все проверенные судом доказательства, сопоставляя их между собой, суд находит их совокупность достаточной для признания установленными всех обстоятельств преступления, изложенных в описательно-мотивировочной части приговора и для принятия решения по делу. 

В судебном заседании государственный обвинитель Огибалов А.Г. в соответствии с ч. 8 ст. 246 УПК РФ изменил обвинение в сторону смягчения путем переквалификации действий ФИО1 по ч. 1 ст. 114 УК РФ. 

Соглашаясь с позицией государственного обвинителя, суд исходит из следующего.

Исследованными в судебном заседании доказательствами установлено, что черепно-мозговая травма, повлекшая смерть потерпевшего на месте преступления, явилась следствием умышленных действий подсудимого, который нанес потерпевшему множественные удары кулаком в голову. С учетом изложенного суд приходит к выводу об отсутствии оснований для квалификации действий подсудимого ФИО1 по ст. 109 УК РФ как причинение смерти по неосторожности.

Кроме того, в судебном заседании установлено, что ФИО1 осознавал происходящее, адекватно соотносил свои действия с объективными требованиями ситуации, что свидетельствует об отсутствии признаков аффективного состояния. По заключению судебно-психиатрической экспертизы находился в состоянии простого (непатологического) алкогольного опьянения (

<

данные изъяты>). 

Принимая во внимание обстоятельства, при которых он нанес потерпевшему телесные повреждения, суд приходит к выводу о том, что сложившаяся на момент совершения преступления обстановка давала подсудимому все основания полагать о наличии реальной угрозы посягательства в отношении него со стороны Е.Е.А., однако поскольку это посягательство не было сопряжено с насилием, опасным для его жизни, действия подсудимого в данном случае в соответствии с требованиями уголовного закона следует рассматривать как совершенные при превышении пределов необходимой обороны.

Суд также учитывает, что потерпевший Е.Е.А. – мужчина, с крепким телосложением, проходивший действительную срочную службу в армии, его состояние - сильное алкогольное опьянение, агрессивность, выраженная как словесно, так и действиями. 

В соответствии с. ч. 2 ст. 37 УК РФ защита от посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, является правомерной, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны, то есть умышленных действий, явно не соответствующих характеру и опасности посягательства.

В силу закона право на необходимую оборону принадлежит лицу независимо от возможности избежать общественно-опасного посягательства или обратиться за помощью к другим лицам или органам власти.

При таких обстоятельствах и наличии данных о несоразмерности средств защиты (множественность ударов) действия подсудимого суд квалифицирует по ч. 1 ст. 114 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, совершенное при превышении необходимой обороны.

Квалифицируя действия по норме УК РФ, предусматривающей ответственность за менее тяжкое преступление, суд исходит из того, что указанное изменение обвинения улучшает положение лица, привлекаемого к уголовной ответственности, потому права подсудимого на защиту от предъявленного обвинения не ущемляются. 

Сомнений во вменяемости подсудимого у суда не возникло, с учетом материалов дела, касающихся личности ФИО1, результатов его судебно-психиатрического обследования, которым установлено, что он мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими (заключение № 

<

обезличено> от 

<

дата обезличена> – 

<

данные изъяты>), обстоятельств совершения им преступления, его поведения в судебном заседании, суд признает его вменяемым и подлежащим уголовной ответственности. 

Разрешая вопрос о привлечении к уголовной ответственности и наличии оснований для освобождения от нее, суд таковых не усматривает - в результате виновных действий ФИО1 безвозвратно наступила смерть человека.

При назначении наказания суд в соответствии со ст. 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность подсудимого, в том числе обстоятельства, смягчающие наказание, состояние здоровья, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и условия жизни его семьи.

Совершенное ФИО1 преступление уголовным законом отнесено к категории небольшой тяжести, направлено против личности. 

В соответствии с п.п. «и», «к», «з», «г» ч.1 ст. 61 УК РФ суд признает у подсудимого смягчающими наказание обстоятельствами активное способствование раскрытию и расследованию преступления, оказание помощи потерпевшему после совершения преступления, противоправное поведение потерпевшего, явившегося поводом для преступления, наличие малолетних детей у виновного, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ – признание вины, раскаяние в содеянном. 

Обстоятельств, отягчающих наказание, судом не установлено. 

В числе данных о личности подсудимого суд учитывает, что ФИО1 впервые привлекается к уголовной ответственности, социально адаптирован, по месту жительства характеризуется удовлетворительно и исключительно положительно по месту прежней работы. Также положительно был охарактеризован собственно матерью К.М.Г., потерпевшей Ч.А.Н., свидетелями по делу. 

Вопрос об изменении категории совершенного преступления судом не обсуждается ввиду совершения преступления небольшой тяжести. 

При определении подсудимому вида наказания суд руководствуется положениями ч. 1 ст. 56 УК РФ о том, что наказание в виде лишения свободы может быть назначено осужденному, совершившему впервые преступление небольшой тяжести (за исключением преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 228, ч. 1 ст. 231, ст. 233 УК РФ), только при наличии отягчающих обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК РФ, или только если соответствующей статьей Особенной части УК РФ лишение свободы предусмотрено как единственный вид наказания и назначает ФИО1 наказание в виде исправительных работ – наиболее мягкий вид наказания из предусмотренных санкцией статьи.

Обстоятельств, свидетельствующих о невозможности назначения в силу требований ч. 5 ст. 50 УК РФ подсудимому данного вида наказания, не имеется.

Оснований для применения ст. 73 УК РФ суд не усматривает. 

Исключительных обстоятельств для назначения наказания по правилам ст. 64 УК РФ не установлено. 

При определении размера наказания в виде лишения свободы суд исходит из санкции статьи, предусматривающей ответственность за содеянное, учитывает обстоятельства совершенного преступления, принимает во внимание наличие совокупности смягчающих обстоятельств, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.

Поскольку правила ст. 62 УК РФ применяются при назначении наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление, а санкция ч. 1 ст. 114 УК РФ предусматривает иные более строгие виды наказаний, суд не учитывает положения данной нормы закона при назначении наказания в виде исправительных работ. 

Гражданский иск по делу не заявлен. 

В соответствии с ч. 3 ст. 81 УПК РФ по вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства: шорты сине-белого цвета с пятнами бурого цвета, образцы крови и слюны ФИО1, образец крови от трупа Е.Е.А. - следует уничтожить. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. 304, 308, 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 114 УК РФ, и назначить ему наказание в виде исправительных работ сроком 9 месяцев с удержанием 5% из заработка в доход государства.

В соответствии с ч. 3 ст. 72 УК РФ в срок отбывания наказания зачесть срок содержания ФИО1 под стражей и домашним арестом в порядке меры пресечения и в связи с задержанием по данному уголовному делу с 

<

дата обезличена> по 

<

дата обезличена>.

Считать назначенное ФИО1 наказание в виде исправительных работ полностью отбытым.

Меру пресечения в виде домашнего ареста в отношении ФИО1 изменить на подписку о невыезде, по вступлению приговора в законную силу – отменить. 

По вступлению приговора в законную силу вещественные доказательства: шорты сине-белого цвета с пятнами бурого цвета, образцы крови и слюны ФИО1, образец крови от трупа Е.Е.А. - следует уничтожить. 

Приговор может быть обжалован в Иркутский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения. 

Судья Л.М. Баханова