Дело № 2-1589/2018 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Пенза 11 сентября 2018 года

Железнодорожный районный суд г. Пензы в составе:

председательствующего судьи Гореловой Е.В.,

при секретаре С.М.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в здании суда исковое заявление Х.М.О. к несовершеннолетней А.А.С. в лице законного представителя А.М.М. о признании ничтожным договора дарения, применении последствий ничтожности сделки и аннулировании записи в ЕГРН,

У С Т А Н О В И Л :

Истец Х.М.О. обратился в суд с иском, казав, что он со своей матерью Х.Н.А. получили в собственность квартиру по ? доле в праве в порядке приватизации, расположенную по 

<

адрес>договор № от 08.07.2015 года на передачу квартиры в собственность граждан).

В 2015 года у него с А.М.М. возникли близкие отношения. Он поддался на предложение А.М.М. жить вместе, а также на дарение ? доли в квартире по 

<

адрес> ее несовершеннолетней дочери. А.М.М. утверждала, что если квартира будет переуступлена А.А.С.ДД.ММ.ГГГГ, то доля в квартире будет защищена, и он тоже, а если он потребует возврате доли в квартире, то срезу же ее вернет, также подарит. Он ни о каких бандитах ничего не знал, А.М.М. выдумала такие обстоятельства, чтобы беспрепятственно завладеть долей в праве собственности на квартиру.

05.08.2025 года между ним – Х.М.О. и А.А.С., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, интересы которой представляла ее мать А.М.А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, был заключен договор дарения, по которому он, поддавшись уговорам А.М.М., переуступил долю в праве собственности на квартиру. С 2015 года и по настоящее время он и А.М.М. проживают раздельно, он по 

<

адрес> а А.М.М. проживает с мужем и дочерью по 

<

адрес>

ДД.ММ.ГГГГ умерла его мать - Х.Н.А. В июле 2018 года А.М.М. сообщила о намерении продать ему долю в квартире, принадлежащую ее дочери. 

С момента заключения договора дарения и по настоящее время А в спорной квартире не зарегистрированы, не проживают и не оплачивают коммунальные услуги. Ключей от квартиры у А.М.М. не было, вещей в квартире нет, совместного хозяйства не велось. Он был вынужден оплачивать коммунальные услуги в полном объеме. В июле 2018 года А.М.М. взломала входную дверь спорной квартиры без предупреждения, в связи с чем, он обратился в полицию.

Истец полагал, что уход за ним и его матерью А.М.М. могла бы осуществлять и без заключения договора дарения. А.М.М., фактически не желав регистрации брака, не испытывая чувства любви, ввела его в заблуждение, что необходим юридический результат, чтобы осуществлять добросовестный уход за ним может только в случае, если будет заключен договор дарения и будет заключен брак. Полагает, что у А.М.А. была цель не уход за ним и создание семьи, а завладение его собственностью и долей в спорной квартире. А.М.М. до настоящего времени добровольно не принимает меры к переоформлению документов на его – Х.Н.А. имя, в связи с чем, он вынужден обратиться в суд с иском о признании договора дарения от 05.08.2015 года недействительным.

Полагал, что целью совершаемой сделки фактически является юридический результат, что собственником квартиры останется он – Х.М.О., а не несовершеннолетняя А.А.С., и тем более, ее мать А.М.М. Квартира является единственным его местом жительства, у него нет нужды лишать себя «крыши над головой» ради человека, который не является его ребенком, а с матерью отношения не сложились по причине ее фактического нежелания. Подарив квартиру он, при том, что квартиру ему не возращена добровольно, обрек себя на существенное снижение уровня своей жизни и на то, что он останется «на улице», поэтому он обращается за восстановлением его нарушенных прав. Он не имеет средств на существование, временно не работает, не имеет возможности сдать жилую площадь в аренду.

Ссылаясь на положения ст.ст. 167, 170, 557, 572 ГК РФ, указал, что оспариваемый договор является мнимым, т.к. при его совершении участники договора не стремились к достижению правовых последствий, предусмотренным договором дарения. Волеизъявления передавать право собственности на спорную квартиру истец не имел, сделка была совершена с отсутствием действительного основания, сторонами не преследовался тот типовой юридический результат, который должен был иметь место при фактическом дарении. А.М.М., пользуясь фиктивными намерениями на брак и вымышленных бандитов, юридической неграмотности, состоянием здоровья истца после смерти матери, введя в заблуждение последнего, оформила на свою дочь – ? долю в праве собственности на квартиру через заключение договора дарения от 05.08.2015 года. Сделка при вышеуказанных обстоятельствах является ничтожной, к которой необходимо применить последствия ничтожности сделки. Сделка по спорному договору была фактически навязана, как условие получения истцом заботы, семьи, защиты от надуманных бандитов.

Х.М.О. просил суд признать ничтожным договор дарения квартиры, расположенной по 

<

адрес> заключенный 05.8.2015 года; применить последствия ничтожности сделки только в отношении А.А.С., то есть истребовать от ответчика в пользу истца долю в размере ? в праве на квартиру, расположенную по адресу 

<

адрес>18; аннулировать сделанные в ЕГРН запись от 18.08.2015 года о регистрации перехода права собственности по договору дарения от 05.08.2015 года и права собственности А.А.С.

В судебное заседание истец Х.М.О. не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, в письменном заявлении ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие, с участием представителя Ш.А.В.

В судебном заседании представитель истца - Ш.А.В., действующий по доверенности (в деле), доводы искового заявления поддержал, просил удовлетворить.

Законный представитель несовершеннолетнего ответчика А.А.С., ДД.ММ.ГГГГ года рождения – А.М.М. в судебном заседании возражала против удовлетворения иска. Пояснила, что имела близкие отношения с Х.М.О. в 2015 году, помогала ему в осуществлении ухода за его матерью. Ей известно, что 08.07.2015 года на имя Х.М.О. и его матери Х.Н.А. была приватизирована квартира по 

<

адрес> она также оказывала помощь в сборе документов и оформлении приватизации. Она помогала делать ремонт в указанной квартире, принимала участие в приобретении необходимых материалов, приобрела варочную панель на кухню, которая до настоящего времени находится в квартире. От квартиры у нее имелись ключи, она пользовалась квартирой. Х.М.О. без какого - либо принуждения с ее стороны принял решение о дарении принадлежащей ему ? доли квартиры ее несовершеннолетней дочери – А.А.С., с чем она согласилась, понимая, что ее уход за его матерью, вложения в квартиру не напрасны. Какого - либо условия при заключении договора дарения, в том числе о возврате по требованию не было. Она, как законный представитель собственника доли в квартире оплачивает коммунальные платежи. Летом 2018 года, когда она пришла в квартиру как законный представитель собственника ? доли квартиры, но не смогла открыть дверь в связи с чем, была вызвана полиция. Полагала, что поскольку у ее несовершеннолетней дочери имеются права на квартиру, она может заходить в нее без каких - либо препятствий, в интересах дочери. В настоящее время мать истца – Х.Н.А. умерла, истец является ее единственным наследником, который может принять другую ? долю квартиры по наследству, таким образом, его материальное положение не ухудшилось в связи с отчуждением ? доли по договору дарения в пользу А.А.С.

Представитель А.М.М. – Н.И.В., допущенный к участию в деле определением суда, в судебном заседании возражал против удовлетворения иска, поскольку оснований для признания сделки дарения недействительной не имеется. Договор дарения зарегистрирован в установленном законом порядке, сторонами исполнен, в течение трех лет не оспаривался, какого - либо условия о том, что квартира будет возвращена по требования Х.М.О. договор не содержит.

Представитель третьего лица – Управления Росреестра по Пензенской области Г.Т.Ю. действующая по доверенности (в деле) в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, в письменном заявлении ходатайствовала о рассмотрении дела в ее отсутствие, указала, что истцом избран ненадлежащий способ защиты права в части требования об аннулировании записи в ЕГРН о государственной регистрации перехода права собственности по договору дарения от 05.08.2015 года и права собственности на имя А.А.С., в связи с чем требования в указанной части подлежат уточнению Рассмотрение остальных требований Х.М.О. оставила на усмотрение суда.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ч.2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии со ст.153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации (п. 3 ст. 574 ГК РФ).

Согласно положениям ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

В силу ч. 1 ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных п. 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

Сделка не может быть признана недействительной по основаниям, предусмотренным настоящей статьей, если другая сторона выразит согласие на сохранение силы сделки на тех условиях, из представления о которых исходила сторона, действовавшая под влиянием заблуждения.

Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон.

Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные ст. 167 настоящего Кодекса.

В соответствии с положениями ст. 170 ГК РФ мнимая сделка - сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Судом установлено, что на основании договора дарения от 05.08.2015 года, заключенного между Х.М.О. (даритель) и А.А.С., ДД.ММ.ГГГГ года рождения (одаряемой), в лице матери А.М.М., даритель подарил ? долю в праве на квартиру, а одаряемый принял ? долю в праве на квартиру, находящуюся по 

<

адрес> Указанная ? доля в праве на квартиру принадлежит дарителю на основании договора на передачу квартиры в собственность граждан от 08.07.2015 №, о чем в ЕГРН 29.06.2015 года сделана запись регистрации № и выдано свидетельство о государственной регистрации права.

Из п. 4 договора, усматривается, что даритель подарил, а одаряемый принял ? долю в праве собственности на квартиру безвозмездно.

В соответствии с п. 4 ст. 578 ГК РФ даритель в праве отменить дарение в случае, если он переживет одаряемого (п.8).

Согласно п. 9 договора стороны гарантируют, что ни в дееспособности не ограничены, под опекой и попечительством не состоят, не страдают заболеваниями, препятствующими осознавать суть подписываемого договора и обязательств его заключения, что у них отсутствуют обстоятельства, вынуждающие совершать сделку на крайне невыгодных для себя условиях.

Содержание ст.ст. 170, 179, 42-421, 432, 450-453, 556, 557, 572-581 ГК РФ сторонам известно (п. 10).

Право собственность возникает после обязательной государственной регистрации перехода права в Управлении Росреестра по Пензенской области (п. 11).

Данный договор подписан сторонами, прошел государственную регистрацию в Управлении Росреестра по Пензенской области 11.08.2015 года за №.

На основании указанного договора дарения от 05.08.2015 года несовершеннолетняя А.А.С., ДД.ММ.ГГГГ года рождения стала собственником ? доли в праве собственности на квартиру по 

<

адрес> (свидетельство о государственной регистрации от 11.08.2015 года).

Договор дарения не содержит дополнительных условий, не возлагает на ответчика каких-либо обязательств.

Собственником другой ? доли в праве собственности на спорную квартиру являлась Х.Н.А., что усматривается из договора на передачу квартиры в собственность № от ДД.ММ.ГГГГ и не оспаривается сторонами.

Согласно свидетельству о смерти № от 05.12.2016 года Х.Н.А. умерла ДД.ММ.ГГГГ.

Из пояснений представителя истца следует, что Х.М.О. право собственности в порядке наследования на ? долю на квартиру не оформлял, иных наследников после его умершей матери не имеется.

В качестве правового обоснования требования иска о признании договора дарения ничтожным, истец сослался на положения ст. 170 ГК РФ, согласно которой мнимая сделка, является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, указав в иске, что он считал целью сделки не является юридический результат, что собственником квартиры останется он – Х.М.О.; участники договора не стремились к достижению правовых последствий, предусмотренных договором дарения, проживали раздельно; волеизъявления передавать право собственности на спорную квартиру Х.М.О. не имел; сделка совершена в отсутствие действительного основания, А в квартире не зарегистрированы, коммунальные платежи не вносят, ключей от квартиры и вещей в ней не имеется, совместного хозяйства не велось; сторонами не преследовался типовой юридический результат, который должен был иметь место при фактическом дарении и т.п.

Кроме того, истец указал, что совершил сделку под влиянием заблуждения - А.М.М. обещала, что разведется и выйдет замуж за него, обещала заботиться о нем; он поддался на предложение А.М.М. жить вместе; А.М.М. утверждала, что если квартира на будет переуступлена, то доля в квартире будет защищена и он тоже; если он потребует возврате доли квартиры, то она будет возвращена; А.М.М. фактически, не желав регистрации брака, не испытывая к нему чувства любви, ввела его в заблуждение и т.п. При этом требования о признании сделки дарения недействительной по основанию ее оспоримости (ч. 1 ст. 178 ГК РФ) истцом не заявлено.

Кроме того, приведя положения ст. 577 ГК РФ, в соответствии с которыми даритель вправе отказаться от исполнения договора, содержащего обещание передать в будущем одаряемому вещь или право либо освободить одаряемого от имущественной обязанности, если после заключения договора имущественное или семейное положение либо состояние здоровья дарителя изменилось настолько, что исполнение договора в новых условиях приведет к существенному снижению уровня его жизни, истец указал, что он обрек себя на существенное снижение уровня своей жизни, что он останется «на улице», он не имеет средств к существованию, временно не работает, не имеет возможности сдать квартиру в аренду, обращение в суд является способом восстановления его нарушенных прав и т.п.

Согласно ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Однако вопреки требованиям вышеуказанной нормы процессуального права Х.М.О. и его представителем не представлены доказательства, подтверждающие наличие обстоятельств, на которые он ссылается в обоснование заявленных требований.

Суд исходит из того, что истец Х.М.О. понимал, что совершал сделку по отчуждению ? доли в спорной квартире, впоследствии которой собственником спорной квартиры должна являться несовершеннолетняя А.А.С., одаряемой принято подаренное имущество безвозмездно.

Как следует из содержания оспариваемого договора дарения, стороны согласовали все существенные условия договора, были определены предмет данного договора и воля сторон. Истец собственноручно подписал указанный договор дарения.

Доказательств обратного суду не представлено.

Согласно п. 2 ст. 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В соответствии с п. п. 1, 3 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом.

В соответствии со ст. 431 ГК РФ, при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Если же выяснение буквального смысла не позволяет определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом, принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи делового оборота, последующее поведение сторон.

Действия истца свидетельствуют о том, что его воля была направлена на достижение правовых последствий, возникающих из сделки по договору дарения.

Принимая во внимание приведенные обстоятельства, доводы истца, суд считает необоснованными и несостоятельными.

Доводы истца, в том числе о том, что квартира по 

<

адрес> является его единственным местом жительства, совершив сделку, Х.М.О. существенно снизил уровень своей жизни, не имеет средств к существованию, временно не работает, а также единолично несет расходы по оплате коммунальных платежей, по мнению суда, не может быть расценен в качестве основания к удовлетворению иска.

Суд исходит из установленных по делу фактических обстоятельств и представленных доказательств, свидетельствующих о наличии действительной общей воли сторон на заключение договора дарения и добровольности оформления сделки, а также отсутствии факторов, препятствующих истцу понять суть заключаемого договора.

Оценивая довод Н.И.В. относительно пропуска истцом срока исковой давности, суд учитывает положения ст. 181 ГК РФ в соответствии с которыми срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст. 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно штемпелю на конверте, в котором было отправлено исковое заявление Х.М.О., истец обратился в суд 03.08.2018 года. Учитывая, что трехлетний срок давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки и признании такой сделки недействительной, предусмотренный ст. 181 ГК РФ истекал 05.08.2018 года, истец обратился в суд без пропуска срока исковой давности.

При отсутствии оснований для удовлетворения требования о признании ничтожным договора дарения от 05.08.2015 года у суда отсутствуют основания для удовлетворения требований о применении последствий ничтожности следки, а также аннулировании записи от 18.08.2015 года о регистрации перехода права собственности по договору дарения от 05.08.2015 года. Кроме того, суд считает обоснованной позицию представителя Управления Росреестра Г.Т.Ю., указавшей, что истцом в части требования об аннулировании записи в ЕГРН, избран ненадлежащий способ защиты права. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении иска Х.М.О. к несовершеннолетней А.А.С. в лице законного представителя А.М.М. о признании ничтожным договора дарения, применении последствий ничтожности сделки и аннулировании записи в ЕГРН – отказать.

Решение может быть обжаловано в Пензенский областной суд через Железнодорожный районного суда г. Пензы в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения суда. 

Судья Горелова Е.В.

Мотивированное решение изготовлено 17.09.2018 года.