Судья Аверина М.А. Дело № 22-1109/2025 

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

15 апреля 2025 года г. Архангельск 

Архангельский областной суд в составе 

председательствующего Шабарина А.В.,

при секретаре Батуро О.И.

с участием прокурора уголовно-судебного отдела прокуратуры Архангельской области и Ненецкого автономного округа Гладких А.С., 

защитника – адвоката Грушецкой О.Л.

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя – помощника прокурора Холмогорского района Архангельской области Мельницкого М.А. на приговор Холмогорского районного суда Архангельской области от 28 января 2025 года, которым 

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, несудимый,

осуждён по ч. 1 ст. 264 УК РФ к ограничению свободы на срок 1 год 6 месяцев с установлением ограничений и возложением обязанности, указанных в приговоре.

На период апелляционного обжалования оставлена без изменения избранная ФИО1 мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Заслушав доклад судьи Шабарина А.В. по обстоятельствам дела, выступление прокурора Гладких А.С., поддержавшего апелляционное представление, а также мнение защитника Грушецкой О.Л. о законности приговора и отсутствии оснований для его изменения, 

у с т а н о в и л :

ФИО1 признан виновным в нарушении при управлении механическим транспортным средством – автобусом 

<

данные изъяты> правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью пассажирам ТВА. и ТАО.

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ на 

<

адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре. 

Судебное разбирательство проведено в особом порядке принятия судебного решения при согласии ФИО1 с предъявленным обвинением.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Мельницкий М.А., не оспаривая установленные судом фактические обстоятельства дела, выводы о виновности и квалификацию действий ФИО1, ставит вопрос об изменении приговора ввиду неправильного применения уголовного закона и несправедливости назначенного наказания. 

В частности, указывает, что хотя санкция ч. 1 ст. 264 УК РФ не предусматривает дополнительного наказания в виде лишения права заниматься определённой деятельностью, в отдельных случаях, предусмотренных законом (ч. 3 ст. 47 УК РФ) оно может быть назначено виновному лицу к основному наказанию, в том числе к ограничению свободы.

Исходя из установленных по делу фактических обстоятельств дорожно-транспортного происшествия и наступивших в его результате последствий, не соглашается с решением суда не применять в отношении ФИО1 дополнительного наказания в виде лишения права управления транспортными средствами.

Обосновывая свою позицию, указывает, что по показаниям свидетелей часть ремней безопасности в салоне автобуса была неисправна, посадку пассажиров водитель ФИО1 не контролировал, необходимость пристегнуться ремнями безопасности им не разъяснял, а после дорожно-транспортного происшествия эвакуацию пассажиров из повреждённого автобуса должным образом не организовал, в экстренные службы не обратился.

Кроме того, полагает, что при разрешении данного вопроса, суд не учёл, что ранее ФИО1 неоднократно совершал административные правонарушения в области безопасности дорожного движения, в том числе допускал управление транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения (9 февраля 2014 года), нарушал правила дорожного движения (ПДД) в качестве пешехода, пассажира (24 сентября 2018 года), управлял транспортным средством с нечитаемым, нестандартным или установленным с нарушением требований государственного стандарта государственными регистрационными номерами (16 апреля 2024 года), а в настоящее время признан виновным в нарушении ПДД, повлекшем причинение средней тяжести вреда здоровью потерпевших. Кроме того, ранее привлекался к уголовной ответственности (за хищения), что, по мнению автора представления, свидетельствует о криминальной направленности его поведения.

Полагает, что сохранение у осуждённого возможности управлять транспортными средствами несоизмеримо с понятием социальной справедливости, не отвечает целям наказания и не способствует предупреждению совершения им новых аналогичных преступлений. 

Помимо изложенного оспаривает правомерность признания смягчающими обстоятельствами «действия подсудимого в момент его совершения» и «раскаяние в содеянном».

В связи с изложенным просит исключить из приговора указание на наличие указанных смягчающих обстоятельств, на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ назначить ФИО1 к ограничению свободы дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 2 года. 

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, выслушав мнения сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Условия и порядок постановления приговора без проведения судебного разбирательства, предусмотренные ст. ст. 314-316 УПК РФ, судом соблюдены. 

Предъявленное ФИО1 обвинение является обоснованным и подтверждается собранными по делу доказательствами. 

Правильность установления фактических обстоятельств дела, а также квалификация действий осуждённого сторонами не оспариваются. 

Юридическая оценка содеянного ФИО1 по ч. 1 ст. 264 УК РФ как нарушение лицом, управляющим механическим транспортным средством, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, является правильной и изменению не подлежит.

С учётом характера и степени общественной опасности совершённого преступления, формы вины, всех обстоятельств дела, данных о личности виновного, в том числе состоянии его здоровья, наличия смягчающих при отсутствии отягчающих обстоятельств, суд принял верное решение назначить осуждённому наказание в виде ограничения свободы с установлением ограничений и возложением обязанности, указанных в приговоре, в определённом выше размере, не усмотрев при этом оснований для применения положений ст. 64 УК РФ, в том числе назначения иного более мягкого вида наказания, чем предусмотрено санкцией статьи уголовного закона за данное преступление. 

Выводы суда в этой части должным образом мотивированы, оснований не согласиться с их правильностью у суда апелляционной инстанции не имеется.

В качестве смягчающих обстоятельств судом обоснованно признаны полное признание ФИО1 своей вины, выразившееся в даче им признательных показаний о событиях, предшествовавших дорожно-транспортному происшествию, механизме и обстоятельствах преступления, совершённых им при этом действиях, раскаяние в содеянном, а также наличие у ФИО1 статуса ветерана боевых действий. 

Поскольку «действия подсудимого в момент совершения преступления» в качестве смягчающего наказание обстоятельства судом не признавались, довод апелляционного представления об их исключении из перечня смягчающих обстоятельств, как не соответствующий содержанию приговора, является несостоятельным.

Вопреки мнению государственного обвинителя поведение ФИО1 на месте дорожно-транспортного происшествия (сразу после аварии попросил двух находившихся с ним в кабине автобуса пассажиров вызвать скорую помощь и полицию, помогал пассажирам покинуть салон - т. 1 л.д. 38, т. 2 л.д. 59-65), а также в период предварительного расследования и в суде (последовательно признавал вину, давал подробные признательные показания, полностью согласился с предъявленным обвинением) свидетельствует о его раскаянии в содеянном, поэтому обоснованность признания судом данного обстоятельства смягчающим наказание сомнений не вызывает.

Исследованные в судебном заседании показания свидетелей о неисправности у некоторых из них ремней безопасности, неразъяснении им водителем необходимости пристегнуться, что, как указывает автор апелляционного представления, также является нарушением ПДД, не могут быть приняты во внимание при назначении осуждённому наказания, поскольку эти нарушения ему не инкриминировались, а ссылка в представлении на факты привлечения ФИО1 к административной и уголовной ответственности несостоятельна, так как на момент совершения преступления судимостей ФИО1 не имел, установленный ст. 4.6 КоАП РФ срок, в течение которого он считался подвергнутым административному наказанию за правонарушения, совершённые 9 февраля 2014 года и 24 сентября 2018 года, истёк. 

Вместе с тем, приведенные в апелляционном представлении доводы о необоснованном неприменении к осуждённому положений ч. 3 ст. 47 УК РФ, а именно неназначении дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами, заслуживают внимания.

В соответствии с требованиями ст. 389.15 УПК РФ основанием отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке является, в частности, несправедливость приговора.

Согласно ч. 2 ст. 389.18 УПК РФ несправедливым является приговор, по которому было назначено наказание, не соответствующее тяжести преступления, личности осуждённого, либо наказание, которое хотя и не выходит за пределы, предусмотренные соответствующей статьей Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации, но по своему виду или размеру является несправедливым как вследствие чрезмерной мягкости, так и вследствие чрезмерной суровости.

Суд апелляционной инстанции находит, что при назначении ФИО1 наказания судом первой инстанции не в полной мере учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, обстоятельства его совершения и личность осуждённого.

В силу ч. 3 ст. 47 УК РФ лишение права занимать определённые должности или заниматься определенной деятельностью может назначаться в качестве дополнительного вида наказания и в случаях, когда оно не предусмотрено соответствующей статьей Особенной части УК РФ в качестве наказания за соответствующее преступление, если с учётом характера и степени общественной опасности совершённого преступления и личности виновного суд признает невозможным сохранение за ним права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью.

Из разъяснений в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 декабря 2008 года N 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения» следует, что суд вправе назначить этот вид дополнительного наказания по ч. 1 ст. 264 УК РФ как осуждённому к лишению свободы, так и осуждённому к ограничению свободы, со ссылкой на ч. 3 ст. 47 УК РФ. В приговоре надлежит конкретизировать, что осуждённый лишается права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами.

Как следует из приговора, суд фактически не мотивировал свое решение о неназначении ФИО1 в порядке ч. 3 ст. 47 УК РФ дополнительного наказания в виде лишения указанного права, о чём в судебных прениях заявлял государственный обвинитель, ограничившись ссылкой на наличие по делу смягчающих обстоятельств, данные о личности виновного и его имущественное положение. Никаких суждений и выводов по данному вопросу судебное решение не содержит. 

Однако, исходя из установленных приговором фактических обстоятельств дела и степени общественной опасности содеянного, учитывая, что ФИО1, неофициально подрабатывая в качестве водителя общественного транспорта – автобуса, при выполнении междугородней перевозки пассажиров нарушил правила дорожного движения, что стало причиной дорожно-транспортного происшествия, в результате которого двум пассажирам автобуса был причинён тяжкий вред здоровью, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что назначение ему дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами в полной мере будет отвечать целям и задачам уголовного судопроизводства. 

В соответствии с ч. 4 ст. 47 УК РФ срок дополнительного наказания подлежит исчислению с момента вступления приговора в законную силу. 

В остальной части приговор суда является законным и обоснованным, оснований для удовлетворения апелляционного представления в полном объёме не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.18, 389.20, 389.26 и 389.28 УПК РФ, суд

п о с т а н о в и л :

приговор Холмогорского районного суда Архангельской области от 28 января 2025 года в отношении ФИО1 изменить.

На основании ч. 3 ст. 47 УК РФ назначить ФИО1 дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 1 год.

В соответствии с ч. 4 ст. 47 УК РФ срок дополнительного наказания исчислять с момента вступления приговора в законную силу.

В остальной части приговор Холмогорского районного суда Архангельской области от 28 января 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционное представление – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном ст. ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, в Третий кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подается непосредственно в Третий кассационный суд общей юрисдикции и рассматривается в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.10-401.12 УПК РФ.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции. 

Председательствующий А.В. Шабарин