Дело № 2-22/2018 

Р Е Ш Е Н И Е

и м е н е м Р о с с и й с к о й Ф е д е р а ц и и

12 февраля 2018 года 

Юрлинский районный суд Пермского края в составе председательствующего судьи Дереглазовой Н.Н.,

при секретаре судебного заседания Трушевой Е.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в селе Юрла гражданское дело по иску ФИО1 к публичному акционерному обществу «БыстроБанк» о признании недействительным пункта кредитного договора, взыскании страховой премии, штрафа, судебных расходов, компенсации морального вреда, 

у с т а н о в и л:

истица обратилась в суд с требованиями: о признании п. 9 кредитного договора недействительным и применении последствий недействительности сделки в виде двусторонней реституции; о взыскании суммы страховой премии в размере 43 199, 33 рубля; о взыскании суммы морального вреда в размере 10 000 рублей; о взыскании расходов, понесённых на оплату юридических услуг; о взыскании штрафа в размер 50% взысканной суммы.

В обоснование занятой позиции ФИО1 указала, что 11 ноября 2015 года заключила с ПАО «БыстроБанк» кредитный договор на сумму 521 731, 03 рублей.

В рамках соглашения ею были подписаны индивидуальные условия кредитного договора, в соответствии с п. 9 которых кредит был выдан, в том числе, для оплаты страховой премии. Типовая форма кредитного договора не позволяет отказаться от данного условия договора. В соответствии с этим условием был заключён договор страхования со страховщиком ООО СК «Согласие-Вита», о чём свидетельствует страховой полис от 11 ноября 2015 года. Страховая премия составила 43 199, 33 рублей.

При обращении в банк целью заёмщика было получение кредита на потребительские нужды. Сотрудник банка при подписании пакета документов по кредиту указал, что подключение к программе страхования является обязательным условием кредитования. В связи с данным обстоятельством истец был вынужден подписать договоры страхования на условиях, установленных банком.

Заёмщик не имел возможности выразить свою волю в виде отказа либо согласия с указанным условием.

Включение в договор страхования условия о том, что в случае отказа страхователя от договора страховая премия не возвращается, ущемляет права потребителя. 

Информация о полномочиях банка как агента страховой компании, о доле агентского вознаграждения в общей сумме страховой премии, формула расчёта страховой премии до сведения заёмщика не доводилась.

В полисах страхования, в кредитном договоре не указан размер страховой премии, перечисляемой непосредственно страховщику, и размер вознаграждения банка за посреднические услуги, а также не определён перечень услуг банка, оказываемых непосредственно заёмщику кредита и стоимость каждой из них.

В данном случае банк не предоставил заёмщику право на волеизъявление в виде согласия либо отказа от дополнительной услуги по страхованию жизни и здоровья заёмщика кредита. Условия о согласии на оказание услуги по страхованию и об оплате страховой премии изложены в заявлении на предоставление потребительского кредита и в самом кредитном договоре таким образом, что у заёмщика нет возможности заключить кредитный договор без дополнительных услуг. Заявление, как и кредитный договор, заполнены машинописным текстом, то есть сотрудником банка.

При заключении кредитного договора банк был обязан предоставить заёмщику в двух вариантах проекты заявлений о предоставлении потребительского кредита, индивидуальных условий: с дополнительными услугами; без дополнительных услуг. Банк нарушил право потребителя на получение полной и достоверной информации о предоставляемых услугах и лишил его возможности сравнить условия кредитования (с дополнительными услугами и без них) и сделать правильный осознанный выбор.

Процесс заключения договоров кредитования и страхования был организован таким образом, что они были подписаны под влиянием заблуждения, банком не обеспечено предоставление достоверной информации, обеспечивающей понимание потребителем свойств предоставляемых финансовых услуг.

Учитывая характер договора кредитования, неразрывность заключения договора кредитования и страхования с потребителем во времени и месте, предоставление информации об услугах как страхования, так и кредитования единолично сотрудником банка, а также получение банком выгоды (в виде вознаграждения по агентскому договору, процентов на сумму кредита, в которую входит сумма страховой премии по договору страхования) исполнителем должны быть в полной мере соблюдены гарантии потребителя на сознательный выбор услуги, понимание права на выбор финансовой услуги вне зависимости от заказа дополнительных услуг, также доказано соблюдение таких гарантий.

Подпись в конце договора, в том числе кредитного договора, договора банковского счёта, не подтверждает действительное согласие потребителя со всеми условиями договора без дополнительного согласования отдельных условий. Возможность отказаться от отдельных условий потребитель имеет только, отказавшись от заключения договора в целом.

Таким образом, в связи с навязанностью банком заключения договора страхования страховая премия подлежит возврату.

В условиях кредитного договора указано лишь на обязанность заёмщика заключить договор страхования с выбранной банком страховой компанией, однако не указан размер страховой премии.

Ни в кредитном договоре, ни в договоре страхования нет конкретного указания на сумму страховой премии и на вознаграждение, уплачиваемое банку за услугу страхования. Заёмщик, не обладая специальными познаниями в данной области, не может оценить стоимость посреднических услуг банка. Отсутствие в тексте договора страхования указания на сумму страховой премии – как цены договора в рублях, является существенным нарушением и свидетельствует о ненадлежащем доведении до потребителя полной и достоверной информации о предоставляемой услуге. 

При этом у заёмщика отсутствует возможность отказаться от данной услуги, заключить её в других условиях, на другой срок, с другой страховой компанией, заключить договор страхования, не ставя его в зависимость от кредитного договора, так как данная возможность не предусмотрена текстом договора.

Из документов, предоставленных банком заёмщику при подписании кредитного договора, явно усматривается отсутствие предоставления заёмщику выбора страховой организации как стороны договора страхования. В п. 9 кредитного договора содержится лишь указание на обязанность заключения заёмщиком договора страхования. При этом на заёмщика возложена обязанность заключения договора страхования на весь срок действия кредитного договора.

Само страхование значительно увеличило сумму кредита, является невыгодным для заёмщика, поскольку установленная банком процентная ставка начисляется на всю сумму кредита, в том числе, на сумму страховых платежей и увеличивает размер выплат по кредиту.

Составление договоров на сумму кредита большую, чем фактически необходимо потребителю (на сумму страховой премии), и отсутствие ознакомления заёмщика с альтернативными условиями получения кредита свидетельствует о том, что заключение кредитного договора не зависит от воли заёмщика, а значит истец, как сторона договора, был лишён возможности влиять на его содержание, заключить с банком кредитный договор без договора страхования. 

Навязыванием услуги по страхованию, непредоставление сотрудниками банка информации о возможности отказа от услуги по страхованию при подписании документов по кредиту и в последующие 5 дней (период охлаждения), а также о роли банка как агента в данных правоотношениях, сумме агентского вознаграждения и действительной сумме страховой премии повлекло значительные убытки и временные потери истца как потребителя, необходимость обращаться за консультацией к юристу, а также волнения и переживания.

Законность заявленных требований истец обосновывает положениями пунктов 28, 44, 45 постановления Пленума ВС РФ от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», ст.ст. 151, 421, 819, 927 ГК РФ, ст.ст. 10, 15, ч. 3 ст. 16 Закона РФ «О защите прав потребителей», п. 10 ст. 7 Федерального закона от 21 декабря 2013 года № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)», определения Верховного Суда РФ от 28 марта 2016 года по делу № А60-58331/2014, постановления Правительства РФ от 30 апреля 2009 года № 386 «О случаях допустимости соглашений между кредитными и страховыми организациями», ст. 2 Конституции РФ.

В судебное заседание истица ФИО1 и её представитель ФИО2 не явились, просили об его проведении без их участия.

Представитель ответчика ФИО3 на слушание не явилась, ходатайствовала об его проведении в её отсутствие.

Из письменных возражений ответчика следует, что 11 ноября 2015 года между ПАО «БыстроБанк» и ФИО1 заключён договор потребительского кредита, по условиям которого банк обязался предоставить заёмщику денежную сумму в размере 521 731, 03 рублей под 8, 17% годовых, на срок по 9 ноября 2018 года, а заёмщик обязался вернуть полученную сумму и уплатить на неё установленные договором проценты.

Разработанное банком заявление о предоставлении потребительского кредита содержит поля, которые заполняются сотрудником банка по информации, предоставленной клиентом. Наличие пустых полей для заполнения и возможности проставить отметку в нужном поле позволяют потребителю по собственному усмотрению определить необходимость приобретения той или иной услуги.

9 ноября 2015 года истец подал в банк заявление о предоставлении кредита. В указанном заявлении истец выразил согласие на заключение договора страхования жизни и здоровья в ООО «Согласие-Вита» за счёт кредитных средств.

Истец подтвердил, что ознакомлен с условиями кредитования, предусматривающими возможность получения кредита без заключения иных договоров и (или) получения иных услуг, уведомлён о возможности выбора иной страховой компании.

Истец выразил желание застраховать свои жизнь и здоровье, вписал выбранную им страховую компанию ООО СК «Согласие-Вита» качестве способа оплаты страховой премии истец выбрал вариант с использованием кредитных средств, с включением их в сумму кредита, о чём проставлены соответствующие «галочки».

«Галочки» проставлены в электронном виде на основании волеизъявления истца. Электронное проставление данных знаков предусмотрено исключительно в целях обеспечения наиболее быстрого обслуживания клиентов. При этом заёмщик, передумавший выбирать услуги, всегда может попросить сотрудника банка распечатать иной вариант заявления, а также собственноручно проставить «Галочку» в ином поле бланка заявления. 

Кроме того, в заявлении о предоставлении кредита банк уведомил истца, что в случае «…если вы передумали с выбором дополнительных услуг, сообщите сотруднику банка о необходимости оформления нового бланка заявления. Клиент вправе отказаться от предлагаемых дополнительных услуг и (или) заключения иных договоров, выбрав иной вариант условий кредитования».

Согласно выбранному истцом варианту кредитования в п.9 индивидуальных условий кредитного договора была включена обязанность истца застраховать жизнь и здоровье на случай причинения вреда. При выборе варианта кредитования без страхования соответствующие положения по страхованию отсутствовали бы в тексте договора.

Истец самостоятельно заключил договор страхования с выбранной им страховой компанией и 11 ноября 2015 года подписал полис № сроком до 11 ноября 2018 года. Соответственно заёмщик был осведомлён о размере страховой премии по выбранному варианту страхования. Соответствующая сумма страховой премии была отражена в заявлении о предоставлении кредита, где истец также отметил, что хочет включить страховую премию в сумму кредита, а не уплачивать её собственными денежными средствами.

Тот факт, что договор страхования был заключён истцом на срок, превышающий срок кредитного договора, объясняется волеизъявлением истца, а не банка, поскольку банк не являлся стороной договора страхования. Расчёт страховой премии производился страховой организацией согласно действовавшим в данной организации тарифам. Банк не является агентом страховой компании и не взимает дополнительной платы за подключение к программе страхования, более того, в банке отсутствуют программы страхования заёмщиков, договор страхования заключается на основании волеизъявления заёмщика непосредственно со страховой компанией. Основания для взыскания с банка денежных сумм отсутствуют.

Таким образом, до заключения кредитного договора истец был осведомлён и согласен со сроком и стоимостью (43 199, 33 рублей) страховой услуги, предоставляемой выбранной им страховой компанией ООО СК «Согласие-Вита».

Условия договора полностью соответствуют заранее согласованным сторонами условиям и не ущемляет права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами в области защиты прав потребителей.

Денежные средства по кредитному договору были зачислены на банковский счёт истца и по отдельному распоряжению средства в размере 43 199, 33 рублей были перечислены банком в страховую компанию, что подтверждается выпиской по счёту.

Истец не передавал банку указанную сумму, а, напротив, получил её от банка с целью уплаты страховой премии по заключённому с иным лицом – страховой компанией, отдельному договору страхования, действующему до настоящего времени и не признанному в установленном порядке недействительным.

Информация о возможности отказаться от заключения договора страхования жизни и здоровья, стоимости, возможности выбора иной страховой компании, сумме также доведена до истца в указанном выше заявлении, а также содержится в общих условиях кредитования и информации об условиях потребительского кредита, размещённых на сайте банка, рекламных материалах и в местах обслуживания клиентов. 

Таким образом, условия кредитного договора соответствуют действующему законодательству и воле сторон, выраженной при его заключении, не нарушают свободы договора и являются результатом выражения свободной воли сторон.

Дополнительно за выбор условия кредита со страхованием жизни и здоровья процентная ставка по договору была снижена на 2, 5%.

Заёмщик не отказался от дополнительной услуги, получил денежные средства по договору по сниженной процентной ставке, пользуется услугами страховой организации на протяжении двух лет, при этом хочет сохранить пониженную процентную ставку и расторгнуть договор страхования. Указанные обстоятельства в совокупности свидетельствуют о том, что заёмщик использует своё прав исключительно с целью обойти согласованные при заключении договора условия, чтобы не исполнять их в последующем, что явно свидетельствует о злоупотреблении правом.

Доказательств, подтверждающих обоснованность размера требования о компенсации морального вреда, истцом не представлено.

Ответчик просит отказать ФИО1 в удовлетворении заявленных требований. 

Оценив доводы иска, возражений, исследовав представленные материалы, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 819 ГК РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заёмщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заёмщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на неё.

Из материалов дела следует, что 11 ноября 2015 года между ПАО «БыстроБанк» и ФИО1 заключён договор потребительского кредита, в соответствии с которым банк предоставил ФИО1 кредит в размере 521 731, 03 рублей под 8, 17% годовых, на срок по 9 ноября 2018 года.

Кредитный договор заключён между сторонами путём акцепта банком оферты ФИО1, выраженной в письменном заявлении о предоставлении кредита под залог транспортного средства, открытия и обслуживания банковского (текущего) счёта. 

Заявление оформлено 9 ноября 2015 года и содержит перечень дополнительных услуг, оплата которых может быть произведена за счёт средств предоставленного кредита. В число таких услуг входит услуга по подключению заёмщика к программе добровольного личного страхования жизни и здоровья.

11 ноября 2015 года ООО СК «Согласие-Вита» и ФИО1 заключён договор страхования на случай её смерти по любой причине и инвалидности. В подтверждение заключения договора выдан страховой полис. Застрахованным лицом и выгодоприобретателем по договору страхования является ФИО1, а в случае смерти – её наследники. Срок действия договора страхования установлен по 11 ноября 2018 года, размер страховой выплаты определён в сумме 43 199, 33 рублей за весь период страхования, подлежащей уплате единовременно 11 ноября 2015 года. 

На основании заявления истца от 11 ноября 2015 года с её счёта на счёт ООО СК «Согласие-Вита» банком перечислены денежные средства в размере 43 199, 33 рублей на оплату страховой премии. 

Основополагающим требованием истца является требование о признании недействительным п. 9 кредитного договора.

Названный пункт сформулирован в договоре следующим образом. 

Заёмщик обязуется:

- застраховать товар, являющийся предметом залога, от рисков утраты (гибели) и повреждения на страховую сумму не менее, чем 604 400 рублей на срок по 11 ноября 2016 года;

- в соответствии с выбранным вариантом кредитования с условием о страховании застраховать свои жизнь и здоровье на страховую сумму не менее чем 521 731, 03 рублей на срок по 11 ноября 2016 года. Страховые риски смерть и инвалидность в результате несчастного случая;

- не позднее 11 ноября 2015 года предъявить банку оригинал страхового полиса, документы, подтверждающие полную уплату страховой премии по договору страхования. Выгодоприобретателем по договору страхования указывается заёмщик;

- ежегодно продлевать страхование до полного погашения кредита. Страховая сумма при продлении: не менее чем сумма остатка основного долга по кредиту на дату продления. Срок предъявления документов при продлении договора страхования – 5 дней со дня окончания срока действия предыдущего договора страхования.

Подписанием индивидуальных условий заёмщик выражает своё согласие на заключение указанных в настоящем пункте договоров.

При оспаривании приведённого пункта кредитного договора в целом истцом фактически заявлено о незаконности его в части, касающейся страхования жизни и здоровья, и, как следствие, о взыскании страховой премии, внесённой в связи со страхованием именно жизни и здоровья.

Разрешая заявленное требование по существу, суд руководствуется следующим.

В соответствии с п. 2 ст. 16 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» запрещается обусловливать приобретение одних товаров (работ, услуг) обязательным приобретением иных товаров (работ, услуг). Убытки, причинённые потребителю вследствие нарушения его права на свободный выбор товаров (работ, услуг), возмещаются продавцом (исполнителем) в полном объёме.

Согласно пунктам 1, 2 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами.

В силу пункта 4 вышеприведённой статьи условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (ст. 422).

Пунктом 1 ст. 329 ГК РФ в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений, предусмотрено, что исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Как следует из содержания ст. 934 ГК РФ, по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определённого возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая).

Право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу которого заключён договор.

Договор личного страхования считается заключённым в пользу застрахованного лица, если в договоре не названо в качестве выгодоприобретателя другое лицо. В случае смерти лица, застрахованного по договору, в котором не назван иной выгодоприобретатель, выгодоприобретателями признаются наследники застрахованного лица.

Договор личного страхования в пользу лица, не являющегося застрахованным лицом, в том числе в пользу не являющегося застрахованным лицом страхователя, может быть заключён лишь с письменного согласия застрахованного лица. При отсутствии такого согласия договор может быть признан недействительным по иску застрахованного лица, а в случае смерти этого лица по иску его наследников.

Таким образом, страхование жизни и здоровья заёмщика является допустимым способом обеспечения возврата кредита и осуществляется к выгоде заёмщика.

Согласно п. 2 ст. 935 ГК РФ обязанность страховать свою жизнь и здоровье не может быть возложена на гражданина по закону.

В соответствии со ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нём слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путём сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Как усматривается из материалов дела, положения кредитного договора, заключённого с истцом, не содержат условий о том, что в случае отказа заёмщика от осуществления страхования жизни и здоровья, в выдаче кредита ему будет отказано.

В заявлении на получение кредита, поданном за два дня до оформления кредитного договора, имеется соответствующая отметка в графе «информация о дополнительных услугах третьих лиц», тем самым заёмщиком выражено согласие на приобретение указанной дополнительной услуги и намерение оплатить её за счет средств предоставленного кредита. Заявление содержит информацию об ознакомлении лица с условиями кредитования, предусматривающими возможность получения кредита без заключения иных договоров и (или) получения иных услуг, уведомления о возможности выбора иной страховой компании. При этом ФИО1 не просто проставила подпись под заявлением, но собственноручно указала наименование выбранной страховой компании СК «Согласие-Вита». 

Тот факт, что соответствующая отметка проставлена электронным способом, при отсутствии иных доказательств, не может безусловно свидетельствовать о том, что заёмщик не имел возможности самостоятельно выбрать дополнительные услуги или отказаться от них, поскольку иной вывод суда должен быть основан на том, что сотрудники банка действовали в момент заключения кредитного договора преднамеренно неправомерно, что противоречит основополагающему принципу презумпции добросовестности гражданских правоотношений.

Страховой полис, выданный 11 ноября 2015 года ООО СК «Согласие-Вита», свидетельствует о заключении самостоятельного договора личного страхования. Своей подписью в полисе заёмщик подтвердил свою информированность о том, что заключение настоящего договора страхования осуществляется исключительно на добровольной основе и не влияет на принятие банком - кредитором решения о выдаче ему кредита. При этом, с условиями договора, правилами страхования заёмщик также был ознакомлен и обязался их выполнять, о чём собственноручно расписался.

Добровольный выбор заёмщиком дополнительной услуги по подключению к программе добровольного личного страхования жизни и здоровья, а также способа оплаты страховой премии за счёт кредитных средств подтверждается также заявлением заёмщика о перечислении денежных средств в размере 43 199, 33 рублей с его счёта на счёт страховой компании. 

Данных, подтверждающих факт наличия агентского договора между банком и страховой компанией, предполагающего получение банком вознаграждения, стороной истца не представлено. Ответчиком указано на самостоятельность соглашения истца со страховой компанией. 

Таким образом, добровольность заключения договора личного страхования подтверждается подписями заёмщика в кредитном договоре, заявлении на перечисление денежных средств на оплату страховой премии, договоре страхования.

С учётом установленных обстоятельств, свидетельствующих о том, что со стороны ответчика отсутствовало понуждение к приобретению страховой услуги, исковые требования в части признания п. 9 кредитного договора недействительным не подлежат удовлетворению, и, как следствие, не подлежат удовлетворению прочие требования ФИО1, являющиеся производными от названного.

Принимая во внимание изложенное, руководствуясь ст.ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

исковые требования ФИО1 к публичному акционерному обществу «Быстробанк» о признании недействительным пункта кредитного договора, применении последствий недействительности сделки в виде двусторонней реституции, взыскании страховой премии, штрафа, судебных расходов, компенсации морального вреда оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пермский краевой суд через Юрлинский районный суд в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья Юрлинского районного суда

Пермского края Н.Н.Дереглазова