П Р И Г О В О Р

именем Российской Федерации 

27 сентября 2019 года село Икряное

Икрянинский районный суд Астраханской области в составе председательствующего судьи Кузнецова В.А., 

с участием государственного обвинителя Покусаева С.А., 

потерпевшей Т.Г.,

подсудимого ФИО1, 

защитника - адвоката Проскурякова В.Г., представившего ордер 

<

номер изъят> от 

<

дата изъята> и удостоверение 

<

номер изъят>, 

при секретаре судебного заседания Кочетовой В.А., рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, родившегося 

<

дата изъята> в 

<

адрес>, проживающего в 

<

адрес>, имеющего 

<

данные изъяты>, судимого 20.02.2018 Икрянинским районным судом Астраханской области по ч. 2 ст. 228 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее по тексту УК РФ) к лишению свободы сроком на три года условно с испытательным сроком два года шесть месяцев, не отбытая часть наказания составляет три года лишения свободы, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 105 УК РФ, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил убийство Т.А.М. в с. 

<

адрес> при следующих обстоятельствах. 

В период с 22 часов 23 апреля 2019 года до 4 часов 24 апреля 2019 года, более точное время установлено не было, в 

<

адрес> дома по 

<

адрес> в 

<

адрес> ФИО1 в состоянии опьянения в ходе ссоры с Т.А.М. из личной неприязни умышленно нанес руками и ногами множество ударов по различным частям тела Т.А.М. 

После этого ФИО1 в период с 22 часов 23 апреля 2019 года до 4 часов 24 апреля 2019 года, более точное время установлено не было, в том же месте в 

<

адрес> дома по 

<

адрес> в 

<

адрес>, с целью лишения жизни Т.А.М. умышленно нанес ножом Т.А.М. не 

<

данные изъяты>, являющиеся опасными для жизни, соответствующие тяжкому вреду здоровью, состоящие в прямой причинной связи с наступлением смерти, а также не состоящие в причинной связи со смертью 

<

данные изъяты>, не причинившие вред здоровью человека. 

В результате указанных умышленных действий ФИО1 от 

<

данные изъяты> наступила смерть Т.А.М. 

В судебном заседании подсудимый ФИО1 виновным себя в совершении преступления не признал.

По предъявленному обвинению ФИО1 в суде показал, что Т.А.М. он не убивал.

Около 22 часов он, М.А. и Т.А. пришли в дом по 

<

адрес>. Все находились в состоянии алкогольного опьянения, выпили литр водки на четверых. Они сели за стол на кухне, вышла Т, ты была недовольна. После этого втроем они пошли встречать знакомого Т, а не встретив его, вдвоем с М.А. вернулись обратно. Т вынесла алкогольный коктейль, попросила М.А. принести ей пузырек. Когда тот ушел, он сказал ей, что уйдет от неё. Он ранее предупреждал её, что если увидит её с рюмкой, то соберет вещи и уйдет. 

Когда вернулся М.А., сказал, что ничего нет, она куда-то позвонила, тот вышел. Он стал собирать вещи, Т, которую М.А. держал за руки, ножом, маленьким, начинает себя бить в грудь и кричит, что убьет себя. Он ушел собирать вещи. 

Когда М.А. вышел, он попросил его без него не уходить. Т начинает его (ФИО1) хвать, говоря, что он никуда не уйдет. Он ей сказал, что уйдет, попросил отдать документы. Т же сказала, что он никуда не уйдет. Когда он взял мешок с вещами, Т начала себя бить в живот большим ножом сверху, держа его двумя руками. Этим ножом Т разделывала мясо. М.А. уже не было.

Затем Т сказала, что ей плохо, попросила принести тазик, сняла халат. Т, а крови у неё не было, легла на пол. Вышел Д, которого он отправил в спальню. 

Он отнес вещи к М.А., вернулся к Т, та лежала там же, спала. Он лег спать на полу рядом с ней. Проснувшись, позвал Т, та молчала, он поднял её на диван, понял, что она умерла. После этого он побежал к 

<

данные изъяты> (Т), сказал ей, что Т умерла, что выпила и умерла. О том, что Т могла умереть от ножевых ранений, он не подумал. 

В с. Кряжевое его задержали, примерно в восемь часов утра его доставили в отдел полиции. Его избивали, заставляли сказать, что он её убил. Вечером им была написана явка с повинной. Жалобу по этому поводу он не писал. М.А. его оговаривает. 

Суд, допросив подсудимого, потерпевшую, свидетелей, эксперта, огласив показания свидетелей на предварительном следствии, исследовав протоколы следственных действий, заключения экспертов и иные письменные доказательства, пришел к выводу о доказанности вины ФИО1 в умышленном убийстве Т.А.М. 

Суд приходит к такому выводу исходя из следующего.

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 24.04.2019 в домовладении по 

<

адрес> (помещение № 4) обнаружен труп Т.А.М. без одежды с множественными веретенообразными ранами на передней поверхности груди и живота. На ковре в этом же помещении обнаружены пятна бурого вещества.

В помещении № 1 в тазу с жидкостью грязно-серого цвета обнаружен нож с рукояткой черного цвета с пятнами вещества бурого цвета. В том же помещении обнаружен нож с надписью stainless steel, пятно вещества бурого цвета на линолеуме. 

В помещении № 2 в шкафу обнаружен халат с повреждениями линейной и округлой формы, обильно пропитанный веществом бурого цвета. 

Во дворе обнаружены музыкальный центр и колонка от музыкального центра. Колонка от музыкального центра с повреждениями обнаружена у входа в дом. 

С места происшествия изъяты: одежда (два свитера, трико, штаны), 2 ножа, 4 пластиковые бутылки, смывы, наволочки, трико, джинсы, кофта, трусы, носки, халат, вырез коврового покрытия, плед, смыв с пола, смыв с таза, смывы с правой и левой рук трупа, с правой и левой ног трупа, музыкальный центр. (том № 1 л.д. 7-50)

Согласно выводам заключения судебно-медицинского эксперта № 1351 от 25.04.2019 смерть Т.Д.С. наступила 

<

данные изъяты>

При экспертизе трупа Т.А.М. обнаружены следующие телесные повреждения:

а) 

<

данные изъяты> № 16) 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> № 19) 

<

данные изъяты>

Указанные в подпункте «а» телесные повреждения образовались от действия колюще-режущего предмета (предметов), сопровождались 

<

данные изъяты> являются опасными для жизни, по этому признаку соответствуют тяжкому вреду здоровью и состоят в прямой причинной связи с наступлением смерти Т.А.М. 

Давность образования ранений № 16 и № 19 соответствуют наиболее вероятному сроку их образования около 1-3 часов до времени наступления смерти Т.А.М. 

б) 

<

данные изъяты> №№ 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 17, 18) образовались от действия колюще-режущего предмета (предметов) давностью около 1-3-х часов до времени наступления смерти Т.А.М., в причинной связи с наступлением смерти не состоят, расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью.

С учетом характера обнаруженных телесных повреждений у Т.А.М., состоящих в прямой причинной связи с наступлением её смерти, не исключается возможность совершения последней целенаправленных действий после образования телесных повреждений. 

В крови от трупа Т.А.М. обнаружен этиловый спирт в концентрации 2,26 промилле, что соответствует средней степени алкогольного опьянения. (л.д. 61-67 том № 1) 

Согласно протоколу установления смерти человека смерть Т.А.М. констатирована фельдшером скорой помощи Оранжерейнинской участковой больницы 24.04.2019 в 5 часов 30 минут. (л.д. 68 том № 3)

Допрошенный в суде судебно-медицинский эксперт С.Б. показал, что условно все раны можно разделить на три зоны (анатомические области) - это передняя 

<

данные изъяты> (раны № 1-6), 

<

данные изъяты> (раны №7-12) и передняя 

<

данные изъяты> (раны № 13-19), повреждения в первых двух зонах поверхностного характера. 

Раны № 13, 14, 18 поверхностного характера, а раны № 15, 16, 17 и 19 больше по размерам и глубине раневых каналов. 

Находящаяся в причинной связи со смертью Т.А.М. рана № 16, образовавшаяся от воздействия колюще-режущего предмета, имеет длину раневого канала около 8-10 см, направление раневого канала спереди - назад сверху - вниз, под углом ближе к 45o. Вторая смертельная рана № 19 с направлением спереди - назад несколько сверху вниз, под углом ближе к 90o, имеет длину раневого канала около 13-15 см, образовалась от воздействия колюще режущего предмета.

Все ранения расположены в анатомических областях тела, которые доступны для воздействия собственной руки. 

Повреждения в виде колото-резаных ран на трупе Т не характерны для воздействия собственной руки, поскольку для воздействия собственной руки характерно нанесение сначала множественных поверхностных повреждений, а затем более глубоких в этой же зоне.

При производстве экспертизы были сняты для дальнейшего исследования кожные лоскуты с ран № 15, 16, 17 и 19, которые являются наиболее информативными для определения конструктивных особенностей предметов. Остальные раны являются поверхностными и признаков предмета не несут. 

Согласно протоколу осмотра предметов от 29.04.2019 в качестве вещественных доказательств по делу признаны и приобщены два ножа, один из которых общей длиной 31 см, клинком длиной 17,2 см со следами вещества бурого цвета, второй общей длиной 22,5 см, клинком длиной 12,5 см, халат, пропитанный веществом бурого цвета, с разрывами ткани по всей поверхности. (л.д. 226-252 том № 1) 

Согласно заключению эксперта № 95 от 19.06.2019 представленные на экспертизу два ножа (нож № 1 общей длиной 307 мм, длина клинка 171 мм, длина рукоятки 136 мм, нож № 2 общей длиной 224 мм, длина клинка 123 мм, длина рукоятки 101 мм), изъятые по адресу: 

<

адрес>, изготовлены промышленным способом и к холодному оружию не относятся. (л.д. 237-240 том № 2) 

Согласно заключению эксперта № 87-мк на 

<

данные изъяты> гр-ки Т.А.М. имеется четыре колото-резаных повреждения, образовавшихся в результате прокалывания и разрезания мягких тканей тела при погружении в него острого колюще-режущего орудия (орудий) с одностороннеострым клинком, обух которого толщиной около 0,1-0,15 см., с хорошо выраженными ребрами. Ширина клинка на уровне погружения могла составлять около 1,7-2,6 см.

Возможность образования колото-резаных повреждений на кожных препаратах от трупа гр-ки Т.А.М. в результате воздействия клинка ножа № 1 (длина клинка 17,5 см) или иного другого острого орудия со сходными конструктивными особенностями воздействовавшей части (клинка) не исключена.

Возможность причинения колото-резаных повреждений на кожных препаратах от трупа гр-ки Т.А.М. в результате воздействия клинка ножа № 2 (длина клинка 12,5 см) маловероятна, однако полностью не исключена. 

Указанные доказательства подтверждают событие преступления, а именно время, место, представляющее собой домовладение, в котором проживали погибшая Т.А.М. и подсудимый ФИО1, и прилегающую к нему территорию, изъятие с места происшествия орудия преступления - ножа общей длиной более 30 см, иных предметов, относимых к делу, признанных в качестве вещественных доказательств, способ убийства, причину и давность наступления смерти Т.А.М., характер, локализацию, степень тяжести телесных повреждений, давность их образования. 

Допрошенный в суде в качестве свидетеля М.А. показал, что с ФИО1 он познакомился около двух лет назад, отношения были дружеские, они вместе пили. 

23.04.2019 он встретился с Р (ФИО1) днем, тот был в компании, на машине, они уже пили. Они, а их было пятеро, начали пить, пили они изрядно, выпили четыре бутылки водки. ФИО1 около 10 часов вечера пригласил его к себе, предложил переночевать. Они пришли к нему домой около 9-10 часов вечера, там находились супруга - А, мальчик и девочка В, 

<

данные изъяты> покойной - С. Он с ФИО1 сели за стол на кухне. Зашел С, сказал, что А очень злая. Она пожарила рыбу, ФИО1 спросил её, что ты приготовила. Та ответила, что тот принес, то она и сварила. 

Та сказала - ты ушел с утра пить, ни разу не зашел, чтобы узнать, как она. ФИО1 стал забирать свои вещи, чтобы уйти. Т взяла небольшой нож, три-четыре раза ударила себя в грудь, упрекая ФИО1 в том, что он пьет, ни в чём не помогает. Остались незначительные царапины, крови не было. ФИО1 упрекнул Т, что она тоже пьет. У них происходит драка. ФИО1 её ударил рукой в область головы, кинул за волосы на пол, та упала. Он её ударил ногой в плечо. Т выходит в зал, проснулись дети, ФИО1 высказался нецензурным словом на детей. 

ФИО1 сказал, что уйдет. Т выкинула музыкальный центр ФИО1 с колонками через порог. ФИО1 вспылил. Он предложил им успокоиться. ФИО1 крикнул ему: «подожди, я с тобой». Она ему - не уходи, взяла его за плечо. ФИО1 нанес два-три удара ножом Т в область живота. Нож был большой, кухонный с черной рукояткой с белыми клепками, это был не тот нож, которым Т себе наносила. Повернувшись к нему, ФИО1 сказал: «никому, ничего». Увидев это, он испугался и убежал. 

Согласно протоколу проверки показаний свидетеля М.А. на месте от 26.04.2019 указанный свидетель, сообщая о том, что А (Т) нанесла в область своей груди два или три удара ножом, продемонстрировал эти действия, используя макет ножа маленького размера. 

Свидетель М.А. показал, что после того, как Тимошин растормошил рыбу на голову Т, они (Т и ФИО1 ) стали драться. От удара ФИО1, Т упала. После того, как ФИО1 заявил, что собирает свои вещи, А выбрасывает через порог его музыкальный центр. ФИО1 начинает бить Т. Из комнаты выскакивает маленький ребенок, говорит: «не бей маму». Р выгоняет ребенка нецензурно, тот ушел.

Свидетель М.А., показав, что когда Р стал выходить, а А взяла его за плечо, Р взял ножик и раза 3-4 нанёс ей удары в брюшную полость, продемонстрировал указанные действия с использованием макета ножа. 

Свидетель М.А. показал, что А согнулась. (л.д. 150-185 том № 1) 

Аналогичные показания были даны свидетелем М.А. в ходе очной ставки с ФИО1 26.04.2019. 

При этом М.А. показал, что Р, держа в руках нож, похожий на тот же, которым А себе наносила удары, только больше, стал наносить в пределах 3-4 раз удары в область живота. А начала сползать по стене и хрипеть. После этого Р спрятал руку с ножом за свою спину и повернувшись к нему, сказал, чтобы он никому не рассказывал, стал ему угрожать. (л.д. 192-196 том № 1) 

Из показаний свидетеля М.А. на предварительном следствии от 24.04.2019, оглашенных в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, следует, что после того, как А схватила нож и нанесла себе сама около двух ударов в область грудной клетки, Р забрал нож, а он ушел и что было дальше, не видел.

Крови у неё (А) не было, она не била сильно, в область живота А себе удары ножом не наносила, только в область груди. (л.д. 75-77 том № 1) 

Оценивая показания свидетеля М.А. на разных стадиях судопроизводства, суд считает, что указанный свидетель давал в суде и на предварительном следствии как в ходе проверки показаний его на месте, так и в ходе очной ставки с ФИО1 правдивые показания, а потому суд считает их достоверными и основывает на них свои выводы о виновности ФИО1 При этом суд исходит из того, что эти показания, которые подтверждают причастность ФИО1 к убийству Т.А.М., являются последовательными, подробными, насыщенными информацией и согласуются с другими доказательствами по делу. 

Суд оценивает критически и отвергает как недостоверные показания свидетеля М.А. на предварительном следствии от 24.04.2019 о том, что он не был очевидцем событий, произошедших после нанесения Т.А. самой себе ножевых ранений. Суд исходит из того, что эти показания были обусловлены угрозой со стороны ФИО1, которая, с учетом увиденного свидетелем, носила реальный характер. 

Согласно выводам заключения эксперта 

<

номер изъят>-мк основными повреждениями, повлекшими смерть Т.А.М., являются 

<

данные изъяты> (рана № 16) с 

<

данные изъяты> (рана № 19) с 

<

данные изъяты>. Образование вышеуказанных повреждений при обстоятельствах, на которые указывает свидетель М.А. при проверке его показаний на месте 26.04.2019 - маловероятно.

Образование проникающего в 

<

данные изъяты> (рана № 16) с 

<

данные изъяты> (рана № 19) с 

<

данные изъяты> по показаниям подсудимого ФИО1 в судебном заседании 15.08.2019 - возможно.

Раны №№ 15, 17 являются непроникающими с 

<

данные изъяты>, глубиной до 2 см, что является малоинформативным для проведения сравнительного исследования. 

Указанное доказательство, подтверждая обоснованность заключения судебно-медицинского эксперта № 1351 и показаний эксперта С.Б., не опровергает показания свидетеля М.А. о нанесении ножевых ранений Т.А.М. именно ФИО1 и не оправдывает ФИО1

Суд исходит из того, что эксперт не исключил саму возможность образования смертельных колото-резаных ранений при указанных М.А. обстоятельствах, в то время как свидетель наблюдал произошедшее, находясь за спиной ФИО1, фактически закрывавшего от него потерпевшую. 

То обстоятельство, что эксперт допустил возможность образования смертельных колото-резаных ранений при обстоятельствах, о которых подсудимый ФИО1 показал в судебном заседании 15.08.2019, также не оправдывает подсудимого, поскольку именно ФИО1, как лицу, наносившему удары, был известен механизм нанесения ножевых ранений. 

Из показаний малолетнего свидетеля Т.В. на предварительном следствии, оглашенных в порядке ч. 1 и 6 ст. 281 УПК РФ, следует, что 

<

данные изъяты> ругала 

<

данные изъяты> Р за то, что он пьет. 

<

данные изъяты> Р, когда пьяный, 

<

данные изъяты> избивал. Они всё время на кровати сидели, а когда она вышла, видела как 

<

данные изъяты> ножиком тыкал по животу. (л.д. 136-139 том № 1) 

Согласно выводам заключения комиссии судебно-психиатрических экспертов № 1380 от 11.06.2019 Т.В. каким-либо психическим расстройством не страдает и не страдала ранее. 

Возрастные особенности Т.В. (малолетний возраст) в сочетании с присущими детям её возрастного периода неустойчивостью внимания и недостаточной сформированностью функций долговременной памяти (возможность существенного искажения воспоминаний о событиях при их последующих воспроизведениях, воспроизведение чужих рассказов о событиях, как своих собственных воспоминаний) лишают её способности правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела и давать о них показания. Склонности к патологическому фантазированию не обнаруживает. (л.д. 167-169 том № 2) 

Из показаний малолетнего свидетеля Т.Д. на предварительном следствии, оглашенных в порядке ч. 1 и 6 ст. 281 УПК РФ, следует, что Р бил 

<

данные изъяты> сильно ножиком, который он взял у них дома. Ему он сказал - «иди отсюда» и он ушел. (л.д. 196-199 том № 2) 

Согласно выводам заключения комиссии судебно-психиатрических экспертов № 1381 от 11.06.2019 у Т.Д. имеются признаки 

<

данные изъяты> 

Выявленные у Т.Д. аномалии психической деятельности в сочетании с естественной возрастной ограниченностью жизненного опыта, неосведомленностью в соответствующих социальных нормах поведения лишают его возможности правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела и давать о них показания. (л.д. 189-191 том № 2) 

Суд считает, что показания малолетних свидетелей Т.В. и Т.Д. в приведенной части, которые согласуются с показаниями свидетеля М.А. и другими доказательствами по делу, являются достоверными, обличают ФИО1 в преступлении, а потому суд основывает и на них свои выводы о виновности подсудимого.

При этом содержащиеся в заключениях комиссий судебно-психиатрических экспертов выводы о неспособности Т.В. и Т.Д., находившихся в 

<

адрес> в 

<

адрес> во время совершения преступления, правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела и давать о них показания, не влекут за собой недопустимость этих показаний и не опровергают выводы суда об их достоверности, поскольку эти показания в описательном порядке о внешней стороне событий согласуются с другими доказательствами, обличающими ФИО1 в преступлении. 

Согласно протоколу явки с повинной ФИО1 от 24.04.2019 (л.д. 72 том № 1) 23.04.2019 около 22 часов в 

<

адрес> дома по 

<

адрес> в 

<

адрес> в ходе возникшей ссоры в нетрезвом состоянии он нанес несколько ножевых ранений Т.А.М., от которых она скончалась. 

Допрошенный в суде в качестве свидетеля Т.Р., оперуполномоченный УР ОМВД России по Икрянинскому району, показал, что, получив сообщение о происшествии, он позвонил ФИО1, тот находился в состоянии алкогольного опьянения, был возбуждён, пояснил, что у них произошла ссора из-за того, что его 

<

данные изъяты> запрещала пить спиртное, говорила, что сама начнёт пить. Он плакал, у него была истерика.

Они прибыли к месту жительства ФИО1 с участковым О, обнаружили труп женщины с колото-резаными ранениями. ФИО1 не было. 

ФИО1 по телефону сообщил, что он в Кряжевом. Прибыли в Кряжевое, ФИО1 был на улице, в состоянии опьянения, пояснил, что произошёл конфликт, что он не хотел её убивать, что получилось так, что он её пытался разбудить, а она не просыпалась, что он ударил её ножом, что в ходе ссоры своей 

<

данные изъяты> он нанёс ножевые ранения.

К ФИО1 применили спец. средства - наручники и доставили его (он и О) в отдел полиции. Физическое давление на ФИО1 не оказывалось, телесные повреждения ни он, ни С ФИО1 не наносили. С от его имени составлялся протокол явки с повинной ФИО1, с которым тот знакомился. Содержание протокола явки с повинной соответствует тому, что было сказано ФИО1, Явка с повинной не отбиралась.

Допрошенный в суде в качестве свидетеля О, участковый уполномоченный ОМВД России по Икрянинскому району, показал, что после поступления сообщения об обнаружении трупа Т в 

<

адрес>, они вместе с Т утром проследовали на адрес. В доме был обнаружен труп Т с ножевыми ранениями. ФИО1 был найден в с. Кряжевое ближе к обеду, тот находился в состоянии опьянения, в стрессовом состоянии. Тимошин рассказал, что у них с Т произошла ссора, она ему запретила пить, произошел конфликт, и он нанёс ей несколько ударов ножом, от чего она умерла. 

К ФИО1 были применены наручники, его посадили в машину и проследовали в РОВД. Он был за рулем, Т находился с ФИО1 на заднем сидении. ФИО1 сначала говорил, что он убил Т, затем стал рассказывать, что она сама себя убила. Видимых телесных повреждений у ФИО1 не было. В пути следования Т успокаивал ФИО1, когда тот пытался вылезти из машины, придерживал его, хватал его за руки, за шею, чтобы тот не выпрыгнул из машины. 

В РОВД ФИО1 был передан в уголовный розыск. 

Допрошенный в суде в качестве свидетеля С, оперуполномоченный УР ОМВД России по Икрянинскому району, на которого ФИО1 указывает как на лицо, применявшего к нему насилие, показал, что с ФИО1 он сталкивался при выяснении обстоятельств по факту совершенного им убийства 

<

данные изъяты> в 

<

адрес> в апреле 2019 года. В то время он являлся стажером по должности оперуполномоченного уголовного розыска.

После доставления ФИО1 24.04.2019 в кабинет № 7 стали проводить оперативные мероприятия, он опрашивался. ФИО1 находился в состоянии опьянения, пояснял, что распивали спиртные напитки, в ходе конфликтной ситуации произошла ссора. Писался протокол явки с повинной. Физическое и моральное воздействие на ФИО1 не оказывалось, телесные повреждения он ФИО1 не причинял и удары не наносил. ФИО1 его оговаривает. 

Подтвердив в суде наличие в протоколе явки с повинной собственноручной надписи о его прочтении и верности его содержания, равно как и подписание протокола, подсудимый ФИО1 протокол явки с повинной не подтвердил. ФИО1 заявил, что не выдержал избиения сотрудником полиции. Его били по голове, по ушам, ставили на растяжку. 

Оценивая указанные доказательства, суд считает, что протокол явки с повинной ФИО1, показания свидетелей Т.Р. и О, которые подтверждают причастность ФИО1 к убийству Т.А.М., являются допустимыми и достоверными доказательствами, а потому основывает на них свои выводы о виновности подсудимого. 

Суд исходит из того, что протокол явки с повинной от 24.04.2019 соответствует требованиям ч. 2 ст. 142 УПК РФ и ч. 3 ст. 141 УПК РФ, содержит выполненную собственноручно ФИО1 запись о его прочтении и верности его содержания, а его содержание соответствует сведениям, сообщенным ФИО1 Т.Р. и О непосредственно после его задержания.

При этом показания свидетелей Т.Р. и О об обстоятельствах нанесения ножевых ранений, о которых им сообщил сам ФИО1, обличают ФИО1 в убийстве. 

В свою очередь показания свидетелей Т.Р. и С, которые суд считает достоверными, с учетом, в том числе и сообщения ФИО1 о своей причастности к преступлению Т.Р. и О непосредственно после задержания, опровергают показания подсудимого о применении к нему насилия сотрудниками полиции. 

В этой связи суд отвергает как надуманные показания подсудимого ФИО1 о применении к нему насилия сотрудником полиции, поскольку они обусловлены избранной им линией защиты и опровергаются показаниями свидетелей Т.Р. и С 

При указанных обстоятельствах, вопреки доводам стороны защиты, оснований для признания протокола явки с повинной от 24.04.2019 (л.д. 72 том № 1) недопустимым доказательством, не имеется. 

При этом доводы стороны защиты о наличии явки с повинной противоречат материалам уголовного дела, а потому признаются судом необоснованными. 

Согласно протоколу освидетельствования от 24.04.2019 на теле, конечностях ФИО1 телесных повреждений не обнаружено, на ушных раковинах имеются ссадины, других телесных повреждений не имеется. (л.д. 98-101 том № 1) 

Согласно сигнальному листу ОСМП ГБУЗ АО «Икрянинская РБ» у ФИО1 24.04.2019 обнаружены гематомы и ссадины обеих ушных раковин. (л.д. 102 том № 1) 

Согласно заключению эксперта № 1241 от 08.05.2019 у ФИО1 телесных повреждений на голове, шее, туловище, верхних и нижних конечностях не обнаружено. (л.д. 158 том № 2) 

Указанные доказательства с учетом произошедшей между ФИО1 и Т.А.М. в ночь с 23 на 24 апреля 2019 года драки, применения к ФИО1 физической силы после его задержания и при доставлении в полицию не оправдывают подсудимого, не подтверждают его показания о применении к нему сотрудниками полиции насилия для получения явки с повинной и не влекут за собой признания протокола явки с повинной от 24.04.2019 недопустимым доказательством

Причастность ФИО1 к убийству Т.А.М. и его виновность в преступлении подтверждается также следующими доказательствами. 

Допрошенная в суде потерпевшая Т.Г., 

<

данные изъяты> Т.А.М., показала, что подсудимый и 

<

данные изъяты> жили вместе гражданским браком около двух лет в доме 

<

данные изъяты> по 

<

адрес>. ФИО1 в доме прописан не был, требовал от 

<

данные изъяты> чтобы она его прописала. Между 

<

данные изъяты> и ФИО1 часто возникали конфликты, ФИО1 постоянно пил, деньги не давал, друзья не выходили из квартиры, 

<

данные изъяты> стала пить. ФИО1 постоянно избивал 

<

данные изъяты>, ей приходилось забирать детей. С заявлениями в полицию 

<

данные изъяты> не обращалась. 

<

данные изъяты> дважды 

<

данные изъяты> из-за употребления спиртных напитков. 

23 числа 

<

данные изъяты> взяла детей из садика, заходила к ней, пошла домой, всё было нормально. В половине пятого утра 24 числа пришел ФИО1 и сказал: «Иди, там твоя 

<

данные изъяты> выпила стакан водки, у неё сердце остановилось, умерла она». 

<

данные изъяты> (С) убежал вперед неё. Когда она прибежала, 

<

данные изъяты> не разрешил ей заходить в квартиру. 

Свидетель Т.А.М., 

<

данные изъяты> погибшей, в суде показал, что ФИО1 постоянно пил, устраивал скандалы, бил 

<

данные изъяты>. 

23.04.2019 вечером он, ФИО1 и 

<

данные изъяты> (М.А.) приехали к 

<

данные изъяты> зашли в дом. 

<

данные изъяты> кричала о том, что они опять пьют. Сходили за водкой, пошли к 

<

данные изъяты> домой, там начали пить и потом он ушел домой. ФИО1 пришел к ним домой в четыре часа утра и сказал, что она (Т.А.М.) мертвая дома лежит, что она выпила водки и умерла. 

Когда он зашел в дом, 

<

данные изъяты> лежала на диване без одежды, были ссадины в области живота. 

Из показаний свидетеля С.Л. на предварительном следствии, оглашенных в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ, установлено, что Т.А.М. проживала вместе с 

<

данные изъяты> ФИО1 и четырьмя малолетними детьми. У А (Т) и Р (ФИО1) были очень сложные отношения, А боялась его, так как он её избивал. Р напивался и мог избить её без причины, выгонял её из дома посреди ночи. 24.04.2019 

<

данные изъяты> А сообщила, что Т умирает. Когда она прибежала к Т домой, та лежала на кровати, в области живота она увидела 3-4 ножевых ранения. (л.д. 55-60 том № 3) 

Из показаний малолетнего свидетеля Т.А. на предварительном следствии, оглашенных в порядке ч. 1 и 6 ст. 281 УПК РФ, следует, что 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> Р иногда ругались, 

<

данные изъяты> не нравилось, что он приводит своих друзей в дом и пьет с ними., они кричали друг на друга из-за того, что 

<

данные изъяты> Р пил. (л.д. 202-203 том № 2) 

Согласно выводам заключения эксперта № 1379 от 11.06.2019 Т.А. хроническим психическим расстройством, слабоумием не страдает и не страдала ранее, не обнаруживает иного болезненного состояния психики. 

В силу естественной возрастной ограниченности жизненного опыта, личной незрелости, слабой ориентации в соответствующих социальных нормах поведения, она может давать показания в описательном порядке о внешней стороне событий (времени, месте произошедшего, последовательности событий и т.д.) но без достаточного понимания внутреннего содержания ситуации и без моральной и юридической оценки действий обвиняемого. 

Склонности к патологическому фантазированию у испытуемой Т.А. не обнаружено. (л.д. 178-180 том № 2)

Свидетель И.Е., проживающая в 

<

адрес> по соседству с квартирой Т.А.М., в суде показала, что Т.А.М. привезла ФИО1 с поля около двух лет назад. Хозяйством он не занимался, употреблял алкоголь постоянно. До появления ФИО1 алкоголь Т не употребляла. Фактически каждый день между Т и ФИО1 были крики, скандалы, Т кричала на ФИО1, что он пьянствовал, друзей приводил. ФИО1 избивал Т, она их разнимала, забирала детей. 

23 апреля 2019 года вечером около 17 часов она видела А, та шла из садика с двойняшками Д и В. А была трезвая, жаловалась на ФИО1, что он пьянствует. В половине одиннадцатого ночи А кричала, выгоняла ФИО1 и ещё кого-то. 

Дальше всё успокоилось. Минут пятнадцать первого - в половине первого были мужские голоса. Её 

<

данные изъяты> Ш.Р. через стенку крикнул: «Хватит буянить». Настала тишина. Около половины четвертого пришла Т.Г., сказала, что Т умерла. 

А лежала голая в зале на диване в неестественной позе с ранами в районе груди. Она позвонила участковому. В грязной посуде был большой нож с черной ручкой, он был в крови. 

Свидетель Ш.Р. в суде показал, что ФИО1 и Т постоянно ругались, были скандалы, они выпивали. Последнее время Т не пила, привела в порядок двор. 

23.04.2019 они (ФИО1 и Т) ругались. Когда он проснулся в районе одиннадцати часов ночи, ФИО1 и Т сильно ругались, были слышны лишь их голоса. Он крикнул им, чтобы они дали поспать. После этого была тишина. Утром, часа в четыре, пришла Т.Г., сказала, что Т умерла, стопку выпила и умерла. 

Когда он зашел, Р (ФИО1) не было, он прошел в зал, Т лежала голая, в неестественной позе, в области живота были раны. В зале в углу на ковре были следы крови. Большой кухонный нож с черной ручкой лежал на кухне, на нём были следы крови. 

Показания указанных свидетелей, которые являются относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами, подтверждают предшествующие убийству события, обстоятельства, непосредственно относящиеся к инкриминируемому деянию, произошедшие уже после происшествия события и взаимоотношения между погибшей и ФИО1, последний из которых и ранее применял к Т.А.М. насилие. 

Вина ФИО1 в убийстве Т.А.М. подтверждается также заключениями экспертов. 

Согласно заключению эксперта № 615 установлен генотип крови ФИО1 (л.д. 6-9 том № 2)

Согласно заключению эксперта № 614 установлен генотип крови Т.А.М. (л.д. 17-20 том № 2)

Согласно выводам заключения эксперта № 607 происхождение крови человека, установленной на клине ножа I (клинок 17х3,5х0,15 см), от потерпевшей Т.А.М. не исключается, равно как и возможна примесь крови от ФИО1 при наличии у него источника кровотечения. 

На клинке ножа II (с надписью «STAINLESSSTEEL») кровь не выявлена. 

Происхождение потожировых выделений без примеси крови, обнаруженных на рукоятках ножей I и II как от Т.А.М., так и от ФИО1 не исключается. (л.д. 28-29 том № 2) 

Согласно выводам заключения эксперта № 613 происхождение крови человека, обнаруженной на тампонах со смывами с холодного коридора и с коврового покрытия возможно от Т.А.М. Не исключается и примесь крови ФИО1 при наличии у него источника кровотечения. На тампоне со смывом из таза обнаружена кровь неустановленного вида. На тампонах со смывами с жидкости из таза с водой и с пола кровь не обнаружена. (л.д. 37-39 том № 2) 

Согласно выводам заключения эксперта № 601 происхождение крови человека, обнаруженной в смывах с правой руки, с правой и левой ног трупа Т.А.М., от самой Т.А.М. не исключается. Не исключается и примесь крови в данных пятнах от ФИО1 при наличии у него источника кровотечения. (л.д. 47-48 том № 2) 

Согласно выводам заключения эксперта № 602 происхождение клеток поверхностного эпителия кожи (эпидермиса) человека с примесью крови человека, найденных в срезах ногтевых пластин с рук Т.А.М. от неё самой не исключается. 

Примесь клеток кожи от ФИО1 не исключается, кровь от него произойти не могла. (л.д. 56-57 том № 2)

Согласно выводам заключения эксперта № 616 от 07.05.2019 вероятность того, что кровь на олимпийке и трико (задняя поверхность) ФИО1 принадлежит потерпевшей Т.А.М. составляет 99,99998 %. 

Присутствие в препаратах ДНК, выделенной из крови на кофте и трико (передняя поверхность) ФИО1, ДНК как потерпевшей Т.А.М., так и ФИО1 не исключается. 

Присутствие биологического материала в препарате ДНК, полученной из крови на кофте и трико (задняя поверхность) ФИО1 от ФИО1 исключается. (л.д. 74-79 том № 2)

Согласно выводам заключения эксперта № 609 от 07.05.2019 происхождение крови человека, обнаруженной на халате с места происшествия, от Т.А.М. не исключается. Не исключается и примесь крови на халате от ФИО1 при наличии у него источника кровотечения. (л.д. 113-114 том № 2) 

Согласно выводам заключения эксперта № 606 от 07.05.2019 кровь человека, обнаруженная на наволочке, могла произойти от Т.А.М. Примесь крови ФИО1 при наличии у него источника кровотечения не исключается. (л.д. 122-123 том № 2) 

Согласно выводам заключения эксперта № 610 от 07.05.2019 на трусах, изъятых в ходе осмотра места происшествия, установлено присутствие крови неустановленной видовой и групповой принадлежности. (л.д. 131-132 том № 2) 

Согласно выводам заключения эксперта № 611 от 07.05.2019 происхождение примеси крови в крови человека, обнаруженной в пятне на вырезке с ковра, изъятой по 

<

адрес>, от ФИО1, при наличии у него источника кровотечения, не исключается. От потерпевшей Т.А.М. данная кровь произойти не могла. (л.д. 140-141 том № 2) 

Согласно выводам заключения эксперта № 612 от 07.05.2019 происхождение крови человека, найденной на пледе, от Т.А.М. не исключается. Не исключается и примесь от ФИО1 при наличии у него источника кровотечения. (л.д. 149-150 том № 2) 

Согласно протоколу предъявления предмета для опознания от 17.06.2019 свидетель М.А. опознал нож с рукояткой черного цвета (больший по размеру), которым ФИО1 нанес 3-4 удара в область живота Т. (л.д. 10-17 том № 3) 

Согласно протоколу предъявления предмета для опознания от 17.06.2019 свидетель М.А. опознал нож с рукояткой черного цвета (меньший по размеру), которым Т.А.М. нанесла сама себе несколько не больших ранений в область грудной клетки. (л.д. 18-25 том № 3) 

Указанные допустимые, относимые и достоверные доказательства, совокупность которых, с учетом их оценки судом, достаточна для правильного разрешения уголовного дела, подтверждают причастность ФИО1 к убийству Т.А.М. и виновность подсудимого в совершении указанного особо тяжкого преступления. 

Согласно выводам заключения эксперта № 603 на марлевых тампонах о смывами с рук ФИО1 кровь не выявлена. (л.д. 65-66 том № 2) 

Согласно выводам заключения эксперта № 604 от 07.05.2019 клетки эпидермиса человека без примеси крови, найденные в срезах ногтевых пластин с рук ФИО1, от Т.А.М. произойти не могли. (л.д. 86-87 том № 2) 

Согласно выводам заключения эксперта № 605 от 07.05.2019 на вещах ФИО1: шлепанцах, трусах, носках и шортах кровь не обнаружена. (л.д. 95-96 том № 2) 

Согласно выводам заключения эксперта № 608 от 07.05.2019 на трико и джинсах кровь не выявлена. (л.д. 104-105 том № 2) 

Согласно выводам заключения эксперта № 94 на поверхности двух ножей, изъятых в 

<

адрес> следов рук не обнаружено. (л.д. 226-229 том № 2) 

Согласно выводам заключения эксперта № 93 от 19.06.2019 один след участка ладони руки, откопированный на отрезке дактилопленки в 

<

адрес> оставлен не Т.А.М., не ФИО1, а другим лицом. (л.д. 2-7 том № 3)

Указанные доказательства не оправдывают подсудимого ФИО1 и не свидетельствуют о его невинности, поскольку не опровергают обличающие подсудимого доказательства обвинения. 

Не оправдывает подсудимого ФИО1 и обнаружение в крови трупа Т.А.М. этилового спирта в концентрации 2,26 промилле, что соответствует средней степени алкогольного опьянения (л.д. 61-67 том № 1), равно как прохождение Т.А.М. 27.08.2018 противоалкогольного лечения (л.д. 53 том № 1), поскольку указанные сведения не опровергают доказательства причастности подсудимого к убийству. 

Не оправдывает подсудимого ФИО1 и то обстоятельство, что все имеющиеся на трупе Т.А.М. колото-резаные ранения расположены в доступных для воздействия собственной руки анатомических областях тела, поскольку причастность именно подсудимого к убийству потерпевшей подтверждается всей совокупностью доказательств обвинения. 

Суд оценивает критически и отвергает показания подсудимого ФИО1 в суде и на предварительном следствии в ходе очной ставки с М.А. о своей непричастности к преступлению и о нанесении Т.А.М. смертельных ранений самой себе (л.д. 192-196 том № 1), поскольку они обусловлены защитной позицией подсудимого, противоречат фактическим обстоятельствам преступления и опровергаются собранными по делу доказательствами. 

Суд, руководствуясь ч. 1 ст. 17 УПК РФ, признает недопустимым доказательством заключение эксперта № 213/2019/54 (психофизиологическая экспертиза с применением полиграфа) (л.д. 109-113 том № 1).

Суд исходит из того, что выводы эксперта противоречат положениям ст. ст. 87 - 88 УПК РФ, поскольку оценка доказательств с точки зрения их достоверности входит в компетенцию суда, а не эксперта.

Суд считает обвинение обоснованным и квалифицирует действия ФИО1 по части 1 статьи 105 УК РФ как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку. 

О наличии у ФИО1 умысла на убийство Т.А.М., обусловленного личной неприязнью к потерпевшей, свидетельствуют фактические обстоятельства преступления, способ лишения жизни потерпевшей, применение ножа, являющегося опасным по последствиям его применения орудием причинения телесных повреждений, неоднократное нанесение ударов ножом по телу человека в место расположения жизненно важных органов, последующее поведение виновного. 

Поскольку причастность ФИО1 к нанесению Т.А.М. 

<

данные изъяты> (раны № 1-6), в 

<

данные изъяты> (раны №7-12) не установлена, суд с учетом этого вносит соответствующие изменения при описании преступного деяния, признанного доказанным, и исключает указание на нанесение ФИО1 ударов ножом в грудную клетку Т.А.М. и причинение потерпевшей колото-резаных ран кожных покровов и мягких тканей груди.

Определяя вид и размер наказания, суд, руководствуясь ст.ст. 6, 43, 60, 61, 63 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности преступления, относящегося к категории особо тяжких, личность виновного, который в 

<

данные изъяты>, когда избивал Т.А.М. на глазах у детей, наличие смягчающих и отягчающего наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осуждённого.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, суд в соответствии с п. «г», «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, признаёт наличие у ФИО1 

<

данные изъяты>, явку с повинной.

Поскольку нахождение подсудимого в состоянии опьянения способствовало совершению преступления, суд, в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ признает совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, обстоятельством, отягчающим наказание ФИО1 за преступление. 

При этом суд исходит из характера и степени общественной опасности преступления, фактических обстоятельств его совершения, личности виновного и считает, что именно состояние опьянения ФИО1 сняло внутренний контроль в его поведении, вызвало агрессию к потерпевшей, что и привело к совершению убийства Т.А.М.

Оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с частью шестой статьи 15 УК РФ не имеется.

Оснований для применения положений ст. 64 УК РФ за преступление не имеется, поскольку исключительные обстоятельства, существенно уменьшающие степень общественной опасности преступления, отсутствуют. 

С учетом указанных обстоятельств суд считает, что справедливым наказанием, обеспечивающим достижение его целей, является для ФИО1 реальное лишение свободы, однако без дополнительного наказания в виде ограничения свободы.

Оснований для условного осуждения ФИО1 в соответствии со ст. 73 УК РФ также не имеется. 

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ ФИО1 надлежит отбывать наказание в исправительной колонии строгого режима. 

В соответствии с выводами заключения комиссии судебно-психиатрических экспертов № 1361 от 06.06.2019 ФИО1 хроническим психическим расстройством, слабоумием не страдал и не страдает. 

Имеющиеся у 

<

данные изъяты> выражены не значительно, не находились в состоянии декомпенсации, не сопровождаются грубыми нарушениями памяти, интеллекта, мышления, критических и прогностических функций, не лишали его способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. 

ФИО1 мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.

ФИО1 нуждается в 

<

данные изъяты> 

ФИО1 не находился в состоянии физиологического аффекта, его эквивалентов и ином эмоциональном состоянии, которое могло бы оказать существенное влияние на его поведение. ( том № 1 л. д. 203-206)

В этой связи ФИО1 является вменяемым.

В соответствии с п. 5 ч. 1 ст. 131 УПК РФ к процессуальным издержкам, возмещаемым за счет средств федерального бюджета, относятся суммы, выплачиваемые адвокату за оказание юридической помощи в случае его участия в уголовном судопроизводстве по назначению.

С учетом выплаты адвокату Проскурякову В.Г. вознаграждения за его участие на предварительном следствии в размере 6300 рублей (л.д. 100-101 том № 3), и в суде в размере 9000 рублей, общий размер процессуальных издержек по уголовному делу составляет 15300 рублей. 

В соответствии со ст. 132 УПК РФ процессуальные издержки взыскиваются с осуждённых или возмещаются за счет средств федерального бюджета. При этом процессуальные издержки возмещаются за счет средств федерального бюджета в случае имущественной несостоятельности лица, с которого они должны быть взысканы. Суд вправе освободить осужденного полностью или частично от уплаты процессуальных издержек, если это может существенно отразиться на материальном положении лиц, которые находятся на иждивении осужденного. 

Подсудимый ФИО1, сославшись на своё материальное положение и отсутствие у него денежных средств, предложил возмещать процессуальные издержки за счет средств федерального бюджета.

С учетом имущественного положения подсудимого, не имеющего иждивенцев, его возраста, способности трудиться, обязанность возместить процессуальные издержки должна быть возложена на осуждённого, поскольку оснований считать ФИО1 имущественно несостоятельным не имеется. 

Вопрос о вещественных доказательствах и предметах, изъятых в ходе досудебного производства, но не признанных вещественными доказательствами, подлежит разрешению в соответствии с пунктами 1 и 3 части 3 статьи 81 и частью 4 статьи 81 УПК РФ.

При этом два ножа, марлевый тампон со смывами с холодного коридора дома, с коврового покрытия, смывы с правой и левой рук, с правой и левой ног трупа Т.А.М., халат, наволочка, плед, два кожных лоскута подлежат уничтожению как орудие преступления и предметы, не представляющие ценности и не истребованные сторонами, а музыкальный центр подлежит возвращению потерпевшей Т.Г. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 304, 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 105 УК РФ, и назначить ему наказание за это преступление в виде лишения свободы на срок десять лет.

В соответствии с ч. 5 ст. 74 УК РФ условное осуждение ФИО1 по приговору Икрянинского районного суда Астраханской области от 20.02.2018 отменить.

В соответствии со ст. 70 УК РФ окончательное наказание по совокупности приговоров назначить ФИО1 путем частичного присоединения к наказанию по настоящему приговору не отбытой части наказания по предыдущему приговору Икрянинского районного суда Астраханской области от 20.02.2018 в виде лишения свободы на срок одиннадцать лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима. 

Меру пресечения в виде заключения под стражу оставить в отношении ФИО1 до вступления приговора в законную силу без изменения.

Срок отбывания наказания исчислять ФИО1 со дня вступления приговора в законную силу. 

В соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания под стражей ФИО1 с 24 апреля 2019 года до дня вступления приговора в законную силу зачесть в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима. 

Вещественные доказательства по делу - два ножа, марлевый тампон со смывами с холодного коридора дома, с коврового покрытия, смывы с правой и левой рук, с правой и левой ног трупа Т.А.М., халат, наволочку, плед, два кожных лоскута - уничтожить, музыкальный центр возвратить потерпевшей Т.Г..

Взыскать с ФИО1 в федеральный бюджет в возмещение процессуальных издержек 15300 (пятнадцать тысяч триста) рублей. 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в течение 10 суток со дня его постановления, а осуждённым в тот же срок со дня вручения копии приговора, в судебную коллегию по уголовным делам Астраханского областного суда. 

Осуждённый вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Приговор постановлен и отпечатан в совещательной комнате.

Судья: В.А. Кузнецов