Дело № 2-283/2018

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

15 февраля 2018 года город Красноярск

Кировский районный суд г. Красноярска в составе:

председательствующего судьи Кондрашина П.В.,

при секретаре Тыченко В.С.,

с участием:

истца ФИО1, 

представителя ответчика ФИО2 действующего на основании доверенности, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3 о защите чести и достоинства, взыскании компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО3 о защите чести и достоинства и взыскании компенсации морального вреда, мотивируя свои требования тем, что она в период времени с апреля 2013 года по 2016 год являлась председателем совета многоквартирного 

<

адрес>. 27 сентября 2017 года на общем собрании собственников помещений многоквартирного дома в присутствии значительного количества граждан ФИО3 сказал, что «ФИО1 обворовала наш дом и прокуратура занимается ее делом». Данные распространенные ФИО3 сведения не соответствуют действительности, а также являются порочащими честь и достоинство истца. В связи с чем, истец просит признать указанные выше сведения, не соответствующими действительности; обязать ответчика публично опровергнуть сведения, порочащие часть и достоинство публично на общем собрании собственников помещений многоквартирного дома; взыскать с него в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 50000 рублей.

Истец ФИО1 в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивала по основаниям, изложенным в исковом заявлении, а также в уточненном исковом заявлении, дополнительно пояснив, что она уточнила требования что вместо извинений она просит опровергнуть данные сведения. кроме того, факт распространения сведений, порочащих ее честь и достоинство, подтверждается показаниями свидетелей ФИО4 и ФИО5, присутствовавших на собрании.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, был извещен о месте, дате и времени его проведения надлежащим образом, обеспечил участие своего представителя по доверенности ФИО2, который в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований, указав, что истцом ФИО1 не представлено суду достоверных доказательств, подтверждающих, что его доверитель на общедомовом собрании сказал, что: «ФИО1 обворовала наш дом и прокуратура занимается её делом», кроме того просил суд учесть, что в данном высказывании давалась оценка действиям Строкач как председателя совета многоквартирного дома, то есть лица, выполняющего публичные функции, что по своей сути относится к критике данного лица. 

Суд, выслушав стороны, свидетелей, исследовав материалы дела, полагает возможным удовлетворить исковые требования в следующих размерах и по следующим основаниям.

Как следует из ст. 150 ГК РФ честь и доброе имя, деловая репутация, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. При этом согласно ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

На основании ст. 152 ГК РФ гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство и деловую репутацию сведений, если распространивший таких сведения не докажет, что они соответствуют действительности. При этом гражданин вправе требовать возмещения убытков и морального вреда, причиненных распространением таких сведений. 

Следовательно, обстоятельствами, имеющими в силу ст. 152 ГК РФ значение для дела, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, прочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности.

Правила настоящей статьи о защите деловой репутации гражданина соответственно применяются к защите деловой репутации юридического лица, в том числе и во взаимосвязи с Определением Конституционного суда РФ от 04 декабря 2003 года № 508-О по жалобе ФИО10, где указано, что применимость того или иного конкретного способа защиты нарушенных гражданских прав к защите деловой репутации юридических лиц должна определяться исходя именно из природы юридического лица, при этом отсутствие прямого указания в законе на способ защиты деловой репутации юридических лиц не лишает их права предъявлять требования о компенсации убытков, в том числе нематериальных, причиненных умалением деловой репутации, или нематериального вреда, имеющего свое собственное содержание (отличное от содержания морального вреда, причиненного гражданину), которое вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения (пункт 2 статьи 150 ГК Российской Федерации).

При этом под распространением таких сведений следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения, а Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

Однако, в случае, когда гражданин обращается в названные органы с заявлением, в котором приводит те или иные сведения (например, в правоохранительные органы с сообщением о предполагаемом, по его мнению, или совершенном либо готовящемся преступлении), но эти сведения в ходе их проверки не нашли подтверждения, данное обстоятельство само по себе не может служить основанием для привлечения этого лица к гражданско-правовой ответственности, предусмотренной ст.152 ГК РФ, поскольку в указанном случае имела место реализация гражданином конституционного права на обращение в органы, которые в силу закона обязаны проверять поступившую информацию, а не распространение не соответствующих действительности порочащих сведений.

Такие требования могут быть удовлетворены лишь в случае, если будет установлено, что обращение в указанные органы не имело под собой никаких оснований и продиктовано не намерением исполнить свой гражданский долг или защитить права и охраняемые законом интересы, а исключительно намерением причинить вред другому лицу, то есть имело место злоупотребление правом (п.п.1, 2 ст. 10 ГК РФ).

В судебном заседании установлено, что истец ФИО1 проживает по адресу: 

<

адрес>. В период времени с апреля 2013 года по 2016 год она являлась председателем совета данного многоквартирного дома. 

Ответчик ФИО3 также проживает в 

<

адрес>.

27 сентября 2017 года на общем собрании собственников помещений многоквартирного дома ответчик ФИО3 в присутствии участников общего собрания, в частности в присутствии ФИО7 и ФИО9 допустил высказывание порочащих сведений в адрес истца ФИО1, сказав: «ФИО1 обворовала наш дом и прокуратура занимается ее делом».

Указанные обстоятельства подтверждаются исследованными в судебном заседании доказательствами, а именно показаниями свидетелей ФИО7 и ФИО9. 

Так, свидетель ФИО7 в судебном заседании показала, что она проживает по адресу: 

<

адрес>. 27 сентября 2017 года на общем собрании собственников помещений многоквартирного 

<

адрес> ответчик ФИО3 допустил высказывание: «ФИО1 обворовала наш дом, ее делом занимается прокуратура». На данном собрании собственников присутствовало значительное количество жильцов дома. Полагает, что данные высказывания ФИО3 не соответствуют действительности. Для истца данные слова были оскорбительными, так как она ушла с собрания после этого. 

Свидетель ФИО9 в судебном заседании показала, что она проживает по адресу: 

<

адрес>. 27.09.2017 года на общем собрании собственников помещений многоквартирного 

<

адрес> ответчик ФИО3 допустил высказывание: «ФИО1 обворовала наш дом». На данном собрании собственников присутствовало значительное количество жильцов дома. Полагает, что данные высказывания ФИО3 не соответствуют действительности и были обидные для истца. 

По мнению суда, указанные свидетельские показания, подтверждают пояснения истца ФИО1 о распространении ответчиком порочащих сведений, так как такая фраза как «ФИО1 обворовала наш дом» высказана ФИО3 в устной форме посторонним лицам и не соответствует действительности. А такие сведение, высказанные ФИО3 суд признает порочащими, поскольку эти сведения, содержат утверждения о нарушении ФИО1 действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной жизни.

Суд исходит из того, что для распространения порочащих честь, достоинство и деловую репутацию сведений достаточно сообщения их в устной форме хотя бы одному лицу.

Оценивая доводы ответчика и его представителя, о том, что ФИО3 в адрес ФИО1 были высказаны оценочные суждения, его личное мнение и убеждения как в отношении лица, выполняющего публичные функции, которые по их мнению не являются предметом судебной защиты, суд указывает на то, что в силу п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 года «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а так же деловой репутации граждан и юридических лиц» № 3 не являются предметом судебной защиты лишь выражения субъективного мнения и взглядов ответчика, которые не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности. При этом высказанные ответчиком ФИО3 порочащие сведения в отношении ФИО1 о том, что «ФИО1 обворовала наш дом», являются утверждением о фактах, которые могут быть проверены на предмет их соответствия или не соответствия действительности, в связи с чем доводы стороны ответчика подлежат отклонению.

При этом ответчиком ФИО3 в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ не предоставлено суду каких-либо доказательств, которые подтверждали бы факт того, что им на общем собрании собственников помещений дома не высказывалась вышеуказанная фраза в адрес истца ФИО1, также как и не предоставлено каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что распространенные им сведения о том, что ФИО1 обворовала их дом, соответствуют действительности. Наоборот, представителем ответчика были представлены доказательства о том, что проверка в отношении ФИО1 проводилась, однако каких-либо фактов противоправной деятельности последней установлено не было. 

Судом неоднократно предлагалось ответчику предоставить суду доказательства, подтверждающие факт нераспространения в отношении истца сведений, имеющих порочащий характер, либо доказательства, что те сведения, которые указаны в исковом заявлении соответствуют действительности, что так же было определено судом и указано в качестве юридически значимых и подлежащих доказыванию обстоятельств в определении суда от 04 декабря 2017 года о принятии искового заявления ФИО1 к производству суда, копия которого была получена ответчиком 14 декабря 2017 года, о чем свидетельствует уведомление о вручении.

В связи с вышеизложенным суд считает установленным, что ответчиком ФИО3 были допущены высказывания в адрес истца в некорректной форме. С учетом установленных в судебном заседании обстоятельств суд полагает возможным признать не соответствующими действительности, порочащими честь и достоинство ФИО1 распространенные ответчиком сведения: «ФИО1 обворовала наш дом». Обязать ФИО3 опровергнуть несоответствующие действительности, порочащие честь и достоинство ФИО1 сведения путем публичного заявления на общем собрании собственников многоквартирного дома по адресу: 

<

адрес>.

Разрешая исковые требования в части взыскания морального вреда, суд исходит из положений ст. 151 ГК РФ, ч.9 ст. 152 ГК РФ, ст.1101 ГК РФ и исходит из характера причиненных истцу нравственных страданий, учитывая требования разумности и справедливости, в связи с чем, считает исковые требования в части компенсации морального вреда истцу 50000 рублей завышенной и полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 4000 рублей.

В соответствии со ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. 

С ответчика ФИО3 в пользу истца ФИО1 подлежат взысканию расходы на оплату государственной пошлины за обращение в суд по нематериальным требованиям в сумме 300 рублей и за компенсацию морального вреда в сумме 300 рублей, а всего: 600 рублей. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО3 о защите чести, достоинства и деловой репутации удовлетворить частично.

Признать не соответствующими действительности, порочащими честь и достоинство ФИО1 распространенные сведения: «ФИО1 обворовала наш дом».

Обязать ФИО3 опровергнуть несоответствующие действительности, порочащие честь и достоинство ФИО1 сведения путем публичного заявления на общем собрании собственников многоквартирного дома по адресу: 

<

адрес>. 

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 4000 (четыре тысячи) рублей, судебные расходы по оплате государственной пошлины в сумме 600 (шестьсот) рублей, а всего: 4600 (четыре тысячи шестьсот) рублей, в остальной части исковых требований отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в месячный срок в Красноярский краевой суд через Кировский районный суд г. Красноярска с момента вынесения решения в окончательной форме.

Судья П.В. Кондрашин

Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ.