Судья: Гордеева О.А. Дело № 33-7657/2025 (№ 2-214/2024)

Докладчик: Бычковская И.С. УИД 42RS0015-01-2023-003078-93

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Кемерово 23 декабря 2025 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного суда в составе

председательствующего И.С.Бычковской,

судей Котляр Е.Ю. и И.А.Сучковой,

с участием прокурора П.А.Мотуз,

при секретаре В.А.Клюевой,

заслушав в открытом судебном заседании по докладу судьи И.С.Бычковской гражданское дело по апелляционным жалобам ФИО1, представителя ФГБУ «24 отряд ФПС ГПС по Кемеровской области (договорной)» ФИО2 на решение Заводского районного суда г. Новокузнецка от 21 ноября 2024 г. по иску ФИО1 к Федеральному государственному бюджетному учреждению «24 отряд федеральной противопожарной службы Государственной противопожарной службы по Кемеровской области (договорной)» о признании травмы производственной, возложении обязанности составить акт о несчастном случае на производстве, признании незаконным акта о расследовании несчастного случая, взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к Федеральному государственному бюджетному учреждению «24 отряд федеральной противопожарной службы Государственной противопожарной службы по Кемеровской области (договорной)» (далее ФГБУ «24 отряд федеральной противопожарной службы Государственной противопожарной службы по Кемеровской области (договорной)») о признании травмы производственной, возложении обязанности составить акт о несчастном случае на производстве, признании незаконным акта о расследовании несчастного случая, взыскании компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб. Кроме того, заявлено о взыскании судебных расходов в размере 35 000 руб., расходов по оплате судебно - медицинской экспертизы в размере 48 616 руб.

Требования мотивированы тем, что истец осуществляет свою трудовую деятельность в организации ответчика в должности пожарного ПСЧ-7. 18 июля 2022 г. распоряжением «О проведении гарнизонных соревнований по пожарно-прикладному спорту» истец был направлен на соревнования на стадион «Металлург». Инструктаж по проведению спортивных соревнований работодателем не проводился. 4 августа 2022 г. в ходе проведения соревнований 

<

данные изъяты> Поскольку медицинская помощь ему не была оказана, он самостоятельно обратился в медицинское учреждение, где ему был установлен предварительный диагноз - 

<

данные изъяты> По просьбе представителя работодателя, при обращении за медицинской помощью он не сказал, что травма была получена при осуществлении деятельности по направлению работодателя, так как полагал, что это просто 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> которое пройдет спустя непродолжительное время и не хотел проблем на работе. Таким образом, в медицинской документации вид травмы отражен как 

<

данные изъяты>». Назначенное лечение ему не помогло, 

<

данные изъяты>, в связи с чем, он обратился за медицинской помощью в поликлинику №. Там ему также подтвердили диагноз - 

<

данные изъяты>. До 3 октября 2022 г. медицинскую помощь ему оказывали по данному диагнозу. 3 октября 2022 г. истцу был установлен окончательный диагноз - 

<

данные изъяты>». Врач рекомендовал ему проведение 

<

данные изъяты> Истец обратился к работодателю с заявлением о проведении расследования несчастного случая. В соответствии с актом о расследовании несчастного случая, в выдаче акта формы Н-1 ему было отказано, травма квалифицирована как 

<

данные изъяты> Вместе с тем, обстоятельства получения им травмы при проведении соревнований по заданию работодателя, в акте не опровергаются. С момента получения травмы до 26 декабря 2022 г. истец находился на листке нетрудоспособности. В январе, феврале истец находился в отпуске для того, чтобы дать возможность 

<

данные изъяты>. В 2023 году при прохождении профосмотра, истца направили на врачебную комиссию в связи с полученной травмой, по результатам врачебной комиссии истец был признан 

<

данные изъяты> для выполнения своих должностных обязанностей. Уведомлением от 25 сентября 2023 г. работодатель сообщил о том, что истцу необходимо перевестись на другую должность, либо он будет уволен по 

<

данные изъяты>. Травма, полученная им при исполнении поручения работодателя, причинила истцу физические и моральные страдания, так как он долгое время вынужден был получать лечение, испытывал 

<

данные изъяты>. Нравственные страдания заключаются в осознании того, что он утратил трудоспособность и больше не сможет осуществлять трудовую деятельности в прежней должности, а также вести привычный образ жизни, он утратил источник получения денежных средств. Кроме того, в связи с действиями работодателя по отказу в оформлении травмы как производственной истец был вынужден был обратиться за юридической помощью к адвокату, размер вознаграждения которого составил 35 000 руб.

Решением Заводского районного суда г. Новокузнецка от 21 ноября 2024 г. постановлено:

исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Признать акт о расследовании группового несчастного случая (легкого несчастного случая, тяжелого несчастного случая, несчастного случая со смертельным исходом) формы № 5 от 14 сентября 2023 г. недействительным.

Признать травму, полученную ФИО1 4 августа 2022 г. при участии в проведении гарнизонных соревнованиях по пожарно-прикладному спорту на стадионе «Металлург» 

<

адрес>) травмой, полученной при выполнении им трудовых обязанностей.

Обязать Федеральное государственное бюджетное учреждение «24 отряд федеральной противопожарной службы Государственной противопожарной службы по Кемеровской области (договорной)» составить акт по форме Н-1 о несчастном случае на производстве.

Взыскать с Федерального государственного бюджетного учреждения «24 отряд федеральной противопожарной службы Государственной противопожарной службы по Кемеровской области (договорной)» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 30 000 руб.; расходы за услуги представителя в размере 35 000 руб.; расходы за проведение судебной экспертизы в размере 48 616 руб.

В остальной части исковых требований отказать.

В апелляционной жалобе представитель истца просит решение суда изменить в части размера компенсации морального вреда. Считает, что суд первой инстанции, снижая размер компенсации морального вреда не учел, что ответчик отказался обсуждать размер компенсации морального вреда с истцом в добровольном порядке; что в результате травмы истец стал ограничен в физических нагрузках; по вине ответчика не может оформить инвалидность. Также судом не принято во внимание, что истец принял участие в «проведении гарнизонных соревнованиях по пожарно- прикладному спорту» под давлением своих непосредственных руководителей, несмотря на то, что истец объяснял им о том, что его возраст не позволяет быть успешным в этих соревнованиях. Вопреки доводам истца его включили в список соревнующихся, а ввиду дисциплинированности он не посмел отказаться. Кроме того, суд не принял во внимание, что ответчик не принял мер в организации медицинской помощи лицам, участвующим в этих соревнованиях, в связи с чем истец вынужден был самостоятельно добираться до травмпункта. Данные обстоятельства повлияли на 

<

данные изъяты>. Судом также не принято во внимание, что истца просили не сообщать о 

<

данные изъяты>, а врач ошибся в определении 

<

данные изъяты>. Кроме того, работодатель оказывал на истца 

<

данные изъяты>, требуя его выхода на работу до окончательного выздоровления, что в конечном итоге повлияло на исход травмы и на потерю профессиональной трудоспособности истца. Из-за того, что истец работал с 

<

данные изъяты>, что привело к дополнительным ухудшениям данной травмы: 

<

данные изъяты>.

Истцом заявлено о взыскании судебных расходов за составление апелляционной жалобы в размере 10 000 руб.

Относительно апелляционной жалобы истца ответчиком и прокурором принесены письменные возражения.

В апелляционной жалобе представитель ответчика просит решение суда отменить как незаконное и необоснованное, так как оно принято с нарушением норм материального права. Указывает на то, что ответчиком были представлены все доказательства того, что травма, полученная истцом при участии в гарнизонных соревнованиях по пожарно-прикладному спорту не относится к производственной, так как получена не при исполнении им трудовых обязанностей, а также о том, что ответчиком произведены все необходимые и возможные действия по расследованию несчастного случая, произошедшего со ФИО1 4 августа 2022 г. Ссылается на то, что гарнизонные соревнования по пожарной - прикладному спорту, в которых участвовал истец и получил травму, проводились не ответчиком, а Новокузнецким пожарно-спасательным гарнизоном на основании Распоряжения заместителя начальника 11 ПСО ФПС ГПС Главного управления МЧС России по Кемеровской области -Кузбассу от 18 июля 2022 г. № 135. Соревнования проводились на стадионе «Металлург», территория которого не имеет никакого отношения к ФГБУ «24 отряд ФПС ГПС по Кемеровской области (договорной)». Истец после падения не сообщил организаторам соревнований о своем состоянии, не обратился к ним за помощью, самостоятельно поехал в медицинскую организацию. Суд первой инстанции пришел к неверному выводу о том, что ответчиком не обеспечены безопасные условия проведения соревнований, ответчик не разработал правила безопасности и не довел их до участников соревнований, в результате чего истцом получена травма. Полагает что именно организатор соревнования несёт ответственность за безопасность их проведения, а также за обеспечение дежурства медицинского работника во время проведения соревнований, а именно Новокузнецкий пожарно-спасательный гарнизон. Целевой инструктаж по охране труда в связи с участием в соревнованиях с истцом был проведен. К тому же, истец неоднократно участвовал в подобных мероприятиях и знает порядок и правила прохождения всех заданий, в связи с чем считает необоснованным вывод суда первой инстанции о том, что истец мог не знать правил соревнований. Считает, что травма на играх, соревнованиях, спартакиадах, не может относиться к производственному несчастному случаю, поскольку участие в подобных мероприятиях не обусловлено трудовой функцией работника; не входит в его трудовые обязанности; работник участвует в спартакиаде добровольно в нерабочее время (то есть не по письменному распоряжению работодателя в качестве привлечения к работе в выходной). Полагает, что 

<

данные изъяты>, полученной истцом, подтверждается тем, что участие в соревнованиях было в выходной день (копия табеля учета рабочего времени и пояснения к нему имеются в материалах дела), без направления работодателя (никакой локальный акт не издавался), травма произошла не на рабочем месте истца и не при исполнении им должностных обязанностей по должности пожарного ПСЧ-7, участие в соревнованиях происходило на добровольной основе, не относится к должностным обязанностям истца, участие в соревнованиях происходило не по заданию и не в интерес работодателя (Ответчик является подразделением пожарной охраны и согласно Уставу, предметом деятельности является выполнение работ и оказание услуг в области пожарной безопасности, а не проведение и участие в соревнованиях). Считает, что работодатель предпринял все необходимые меры для расследования несчастного случая произошедшего с истцом, а именно создал комиссию по расследованию несчастного случая, провел опрос свидетелей, запросил документы из медицинской организации, провел осмотр места происшествия. Однако комиссия по результатам расследования пришла к единственному возможному выводу о том, что случай не носит производственный характер, так как установить все обстоятельства несчастного случая не представилось возможным, так как истец обратился к работодателю практически через год. Также в жалобе выражает несогласие с выводами судебно-медицинской экспертизы от 10 июля 2024 г., так как они носят вероятностный характер, заключение не содержит однозначной оценки обстоятельствам травмирования истца, не исключают возможности образования у истца перелома в любой другой день. Таким образом, не исключена вероятность того, что в день соревнований истец получил травму, которая указана в документах первичного осмотра и справке по форме 315/у, а именно - 

<

данные изъяты>. Полагает, что в данный момент сделать достоверный вывод относительно характера травмы не представляется возможным, учитывая длительный срок необращения истца после получения травмы, а также ошибку в диагностике, вызванную отказом истца от проведения 

<

данные изъяты>. Также отмечает, что на момент проведения расследования комиссия имела лишь единственный документ, официально имеющий отношение к полученной травме и её характеру, предусмотренный законодательством РФ это медицинское заключение по форме 315/у, которое определило травму как 

<

данные изъяты>». Кроме того, с ответчика необоснованно взысканы расходы по проведению судебной медицинской экспертизы, так как экспертизу пришлось проводить в рамках рассмотрения гражданского дела с целю определения вида травмы поскольку был поставлен под сомнение первоначальный диагноз, установленный врачом

<

данные изъяты>. В результате проведения экспертизы было установлено, что диагноз указан неверно из-за отказа истца от проведения 

<

данные изъяты> которая была необходима для наиболее точной диагностики. Если бы истец не отказался от 

<

данные изъяты> то необходимости в проведении судебно-медицинской экспертизы не имелось.

Относительно апелляционной жалобы ответчика истцом и прокурором принесены письменные возражения.

В заседании судебной коллегии истец ФИО1 и его представитель ФИО3 поддержали доводы апелляционной жалобы, дополнительно пояснив, что требование о компенсации морального вреда включает в себя не только компенсацию за нравственные страдания, связанные с незаконными действиями работодателя, но и физические и нравственные страдания, вызванные повреждением по вине ответчика здоровья. Кроме того, судом не учтено, что истцу изначально неправильно установлен диагноз.

Представитель ответчика ФИО4, действующая на основании доверенности, поддержала доводы апелляционной жалобы ответчика, апелляционную жалобу истца просила оставить без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о месте и времени апелляционного рассмотрения дела в порядке статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в суд апелляционной инстанции не явились, ходатайств, препятствующих рассмотрению дела, не заявили.

Заслушав явившихся участников процесса, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, возражений, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции, принимая во внимание заключение прокурора, судебная коллегия приходит к следующему:

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что со 2 июля 2012 г. истец и ответчик состояли в трудовых правоотношениях

Согласно распоряжению заместителя начальника 11 пожарно-спасательного отряда федеральной противопожарной службы Государственной противопожарной службы от 18 июля 2022 г. 04-05.08.2022 на стадионе «Металлург» и стадионе ФГБУ «24 отряд ОФПС ГПС по Кемеровской области (договорной)» будут проведены лично-командные соревнования по пожарно-прикладному виду спорта среди частей Новокузнецкого пожарно-спасательного гарнизона.

Из положения о проведении гарнизонных соревнований по пожарно-прикладному виду спорта следует, что соревнования проводятся с целью популяризации дальнейшего развития пожарно-прикладного спорта в г. Новокузнецке, повышения его роли в профессиональной деятельности сотрудников Новокузнецкого пожарно-спасательного гарнизона, достижения спортивного мастерства спортсменов и выявления, лучших для участия в областных соревнованиях.

В гарнизонных соревнованиях принимают участие сборные команды:

1, 2, 3, 4, 5, 8, 13 ПСЧ 11 ПСО ФПС ГПС Главного управления МЧС России по Кемеровской области-Кузбассу;

ПСЧ – 7, 10, 11, 12 ФГБУ «24 отряд ОФПС ГПС по Кемеровской области (договорной)»;

ПЧ-6, 18 ГКУ КО «Агентство по защите населения и территории Кузбасса» (по согласованию).

4 августа 2024 г. согласно записям журнала, ФИО1 был проинструктирован по участию в соревнованиях, инструктаж проводил начальник ПСЧ-7 ФИО30

Как указывает истец, 4 августа 2022 г. в ходе проведения соревнований истец 

<

данные изъяты>

В журнале учета первичных обращений 

<

данные изъяты> за период с 1 июля 2022 г. по 8 августа 2022 г. имеется запись о ФИО1 от 4 августа 2022 г. с 

<

данные изъяты>.

Согласно амбулаторной карте 

<

данные изъяты> ФИО1 был осмотрен 

<

данные изъяты> 4 августа 2022 г. Вид травмы указан как 

<

данные изъяты> полученная 4 августа 2022 г. при обстоятельствах – 

<

данные изъяты>

С 5 августа 2022 г. по 26 декабря 2022 г., с 30 мая 2023 г. по 15 августа 2023 г. ФИО1 находился на больничном.

Согласно табелю учета рабочего времени у ФИО1 4 августа 2022 г. был выходной день.

ООО «

<

данные изъяты>» 22 сентября 2022 г. выдано медицинское заключение, из которого следует, что по результатам медицинского осмотра ФИО1 противопоказания к работе не выявлены.

11 сентября 2023 г. медицинским заключением о пригодности или непригодности к выполнению отдельных видов работ определено, что ФИО5 признан постоянно 

<

данные изъяты> к отдельным видам работ. По результатам медицинского осмотра медицинские противопоказания к работе выявлены к пункту 14, группа здоровья 

<

данные изъяты>

25 сентября 2023 г. начальником ФГБУ «24 отряд ОФПС ГПС по Кемеровской области (договорной)» издан приказ № 118-к об отстранении пожарного 1 класса ПСЧ-7 ФГБУ «24 отряд ОФПС ГПС по Кемеровской области (договорной)» ФИО1 от работы с 25 сентября 2023 г. до момента решения вопроса о переводе на другую должность, подходящую ему по состоянию здоровья либо дату увольнения (в случае отказа от перевода на другую должность).

2 августа 2023 г. ФИО1 подано заявление на имя начальника ФГБУ «24 отряд ОФПС ГПС по Кемеровской области (договорной)» об организации расследования произошедшее с ним несчастного случая.

2 августа 2023 г. приказом № 107 ФГБУ «24 отряд ОФПС ГПС по Кемеровской области (договорной)» создана комиссия по расследованию несчастного случая.

По итогам расследования несчастного случая, составлен акт по форме № 5, из которого следует:

Вид происшествия – 

<

данные изъяты>. Характер полученных повреждений и орган, подвергшийся повреждению, медицинское заключение о тяжести повреждения здоровья 

<

данные изъяты>. Причины несчастного случая – неосторожные действия при прохождении спортивной дистанции.

В копии первичного осмотра в медицинском учреждении вид травмы указан, как 

<

данные изъяты>. Протокол осмотра места происшествия не составлялся. Акт по форме Н-1 оформлен не был. Несчастный случай произошел на территории другого работодателя. Комиссией на основании расследования принято решение о квалификации несчастного случая, как не производственного.

Акт форма № 5 вручен ФИО1 14 сентября 2023 г.

Медицинским заключением № 191 от 22 августа 2023 г. 

<

данные изъяты> № о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести установлено, что согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве в отношении ФИО1 установлен 

<

данные изъяты>

В ходе производства по настоящему гражданскому делу судом первой инстанции по ходатайству истца назначена судебно-медицинская экспертиза, в соответствии с заключением которой:

Согласно данным медицинских документов, на момент первичного обращения в травмпункт 

<

данные изъяты> № августа 2022 г. у ФИО1 

<

данные изъяты>

Таким образом, у ФИО1 имел место 

<

данные изъяты>

Установив указанные обстоятельства, исследовав представленные сторонами письменные доказательства, пояснения сторон и показания свидетелей, суд первой инстанции квалифицировал несчастный случай, произошедший со ФИО1 4 августа 2022 г. в качестве несчастного случая на производстве.

Оснований не согласиться с данным выводом суда первой инстанции судебная коллегия не находит.

Обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний подлежат в числе других физические лица, выполняющие работу на основании трудового договора, заключенного со страхователем (ст. 5 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний»).

Несчастным случаем на производстве в силу абзаца десятого ст. 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных данным федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Частью 1 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что расследованию и учету в соответствии с главой 36 Трудового кодекса Российской Федерации (с 1 марта 2022 г. глава 36.1 Трудового кодекса Российской Федерации) подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

В соответствии с абзацем 1 части 3 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; отравление; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными, в том числе насекомыми и паукообразными; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли, в частности: при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах, в том числе действий, направленных на предотвращение катастрофы, аварии или несчастного случая.

При несчастных случаях, указанных в статье 227 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель (его представитель) обязан в числе прочего принять необходимые меры по организации и обеспечению надлежащего и своевременного расследования несчастного случая и оформлению материалов расследования в соответствии с главой 36 Трудового кодекса Российской Федерации (абзацы первый и шестой ст. 228 Трудового кодекса Российской Федерации).

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 г. № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» содержатся разъяснения о том, что право застрахованных на обеспечение по обязательному социальному страхованию возникает со дня наступления страхового случая, каковым в силу ст. 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ признается подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, влекущий возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию. При этом суду следует учитывать, что квалифицирующими признаками страхового случая являются: факт повреждения здоровья, подтвержденный в установленном порядке; принадлежность пострадавшего к кругу застрахованных; наличие причинной связи между фактом повреждения здоровья и несчастным случаем на производстве или воздействием вредного производственного фактора.

Из изложенного правового регулирования следует, что физические лица, выполняющие работу на основании трудового договора, подлежат обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

По общему правилу несчастным случаем на производстве признается и подлежит расследованию в установленном порядке событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах как на территории работодателя, так и за ее пределами, повлекшее необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

С учетом приведенных нормативных положений, определяющих понятие несчастного случая на производстве, разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, установив, что ФИО1, находящийся в трудовых отношениях с ответчиком, является застрахованным в рамках Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» лицом, получил повреждение здоровья при осуществлении правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем в его интересах и по его поручению, которое повлекло временную утрату трудоспособности, суд первой инстанции обоснованно удовлетворил требования истца о признании акта о расследовании несчастного случая формы № 5 от 14 сентября 2023 г. недействительным, признании травмы, полученной ФИО1 4 августа 2022 г. при участии в проведении гарнизонных соревнованиях по пожарно-прикладному спорту на стадионе «Металлург» (

<

адрес>) травмой, полученной при выполнении им трудовых обязанностей и обязании ответчика составить акт по форме Н-1 о несчастном случае на производстве.

Доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что травма истцом получена не при исполнении трудовых обязанностей, поскольку соревнования проводились иной организацией, на территории, не принадлежащей работодателю, основаны на субъективном толковании норм материального права – на его выборочном цитировании.

Так, часть 1 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации указывает на необходимость квалификации несчастного случая, происшедшего с работником не только при участии в производственной деятельности работодателя и при исполнении им трудовых обязанностей, но и при выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Именно к таким правомерным действиям работника, обусловленным трудовыми отношениями с работодателем и совершаемых в его интересах, относится участие ФИО1 в гарнизонных соревнованиях по пожарно-прикладному спорту.

Апеллянт настаивает, что участие истца в соревнованиях не обусловлено его трудовой функцией, не входит в трудовые обязанности, ФИО1 участвовал в соревнованиях добровольно в нерабочее время, письменного распоряжения об его участии в соревнованиях работодателям не было.

Вместе с тем, фактические обстоятельства, установленные на основании исследованных судом первой инстанции доказательств, данную позицию опровергают.

Из материалов дела следует, что на момент получения травмы истец работал пожарным 1 класса ПСЧ – 7 ФГБУ «24 отряд ОФПС ГПС по Кемеровской области (договорной)»;

В соответствии с должностной инструкцией пожарного 1 класса (с которой истец ознакомлен 28 марта 2019 г. пожарный 1 класса пожарно-спасательной части № 7 отряда непосредственно подчиняется командиру отделения, в прямом подчинении находится у начальника караула, заместителя пожарной части (п.1.3.).

К должностным обязанностям истца относится, в том числе, обязанность совершенствовать свою профессиональную подготовку, физическую подготовку и навыки работы с пожарным инструментом и аварийно-спасательным оборудованием (п.2.6 Должностной инструкции).

На основании распоряжения заместителя начальника 11 пожарно-спасательного отряда федеральной противопожарной службы Государственной противопожарной службы от 18 июля 2022 г. № 135 «О проведении гарнизонных соревнований по пожарно-прикладному спорту» 4-5 августа 2022 г. на стадионе «Металлург» и стадионе ФГБУ «24 отряд ОФПС ГПС по Кемеровской области (договорной)» проводились лично¬-командные соревнования по пожарно-прикладному виду спорта среди частей Новокузнецкого пожарно-спасательного гарнизона.

Из Положения о проведении гарнизонных соревнований по пожарно -прикладному виду спорта следует, что гарнизонные соревнования проводятся в соответствии с календарным планом Кемеровского регионального отделения Федерации пожарно-прикладного спорта Главного управления МЧС России по Кемеровской области-Кузбассу и календарным планом гарнизонных мероприятий Новокузнецкого пожарно-спасательного гарнизона на 2022 год. Соревнования проводятся с целью популяризации дальнейшего развития пожарно-прикладного спорта в г. Новокузнецке, повышения его роли в профессиональной деятельности сотрудников Новокузнецкого пожарно-спасательного гарнизона, достижения спортивного мастерства спортсменов и выявления лучших для участия в областных соревнованиях.

Пунктом 2.2. упомянутого Положения установлено, что в гарнизонных соревнованиях принимают участие сборные команды:

1, 2, 3, 4, 5, 8, 13 ПСЧ 11 ПСО ФПС ГПС Главного управления МЧС России по Кемеровской области-Кузбассу;

ПСЧ - 7, 10, 11, 12 ФГБУ «24 отряд ОФПС ГПС по Кемеровской области (договорной)»;

114-6, 18 ГКУ КО «Агентство по защите населения и территории Кузбасса» (по согласованию).

Состав команды – 6 человек, включая водителя.

Соревнования проводятся в 2 этапа, первый этап до 1 августа 2022 г. проводится в подразделениях, второй этап на первенство гарнизона проводится 4-5 августа 2022 г. на стадионе «Металлург» и стадионе ФГБУ «24 отряд ОФПС ГПС по Кемеровской области (договорной)».

Допуск команд к участию в соревнованиях осуществляется на основании предварительных заявок (согласно образцу), представленных в мандатную комиссию.

4 августа 2022 г. истец в составе команды ПСЧ 7 ФГБУ «24 отряд ОФПС ГПС по Кемеровской области (договорной)» принимал участие в указанных соревнованиях.

Начальником ПСЧ 7 ФГБУ «24 отряд ОФПС ГПС по Кемеровской области (договорной)» является ФИО29 который 4 августа 2022 г. проводил целевой инструктаж участников команды, что подтверждается записями в журнале.

Из последовательных пояснений истца суду первой инстанции усматривается, что он работает в пожарной части с 1997 года, много раз участвовал в таких соревнованиях. По сложившемуся порядку именно начальник части определяет работников, которые будут участвовать в соревнованиях. За неделю до соревнований он просил начальника не ставить его для участия в соревнованиях в силу возраста 

<

данные изъяты> однако его включили в команду.

Пояснения истца о порядке определения участников соревнований именно начальником части и невозможности без каких-либо объективных причин отказаться от участия в соревнованиях были подтверждены пояснениями свидетеля ФИО6 (командир отделения), который 4 августа 2022 г. в день проведения соревнований был болельщиком, находился на трибуне. Указанный свидетель пояснил, что перед соревнованиями начальник части выбирает тех, кто будет участвовать, отказаться нельзя, никакого приказа не издается.

Свидетель ФИО28 (сотрудник того же отряда), участник соревнований, с которым также был проведен инструктаж 4 августа 2022 г. начальником ПСЧ 7 ФИО7, пояснил, что истца назначили для участия в соревнованиях, так происходит всегда, можно отказаться от участия по объективным обстоятельствам.

Отсутствие приказа на участие в соревнованиях, само по себе, в силу приведенного правового регулирования, не является препятствием для признания травмы, полученной истцом при участии в ведомственных соревнованиях, проводившихся согласно утвержденному календарному плану, на специально оборудованных стадионах, учитывая заранее определенный распоряжением о проведении соревнований состав команд-участников (п. 2.2 вышеупомянутого Положений установлено, что в гарнизонных соревнованиях принимают участие сборные команды: 1, 2, 3, 4, 5, 8, 13 ПСЧ 11 ПСО ФПС ГПС Главного управления МЧС России по Кемеровской области-Кузбассу, ПСЧ - 7, 10, 11, 12 ФГБУ «24 отряд ОФПС ГПС по Кемеровской области (договорной)»), а также проведение инструктажа участникам команды ПСЧ-7 (включая истца) по месту работы, то есть допуск истца к участию в соревнованиях именно работодателем.

Кроме того, распоряжением заместителя начальника 11 ПСО ФПС ГПС Главного управления МЧС России по Кемеровской области-Кузбассу от 18 июля 2022 г. утверждено Положение о проведении гарнизонных соревнований, в котором уже указаны конкретные ПСЧ, которые будут принимать участие в соревнованиях, и утвержден Образец заявки на участие команды в соревнованиях. То есть, до подачи заявок на участие в соревнованиях определены пожарные части, которые должны в них участвовать.

Судом первой инстанции обоснованно указано, что ответчиком не обеспечены безопасные условия проведения соревнований, не разработаны правила безопасности и не доведены до участников соревнований, в результате чего истцом получена травма.

Необходимо отметить, что Приказом Минспорттуризма России от 21 января 2011 г. № 32 утверждены Правила служебно-прикладного вида спорта «Пожарно-прикладной спорт», которые являются обязательными при проведении официальных соревнований.

В пункте 2 Правил определены требования к оборудованию места соревнований, в которых указано, что международные и всероссийские соревнования по пожарно-прикладному спорту, проводимые в соответствии с настоящими Правилами, могут проходить только на спортивных сооружениях с синтетическим покрытием. Соревнования по боевому развертыванию допускается проводить на площадках с любым покрытием.

Рекомендуется, чтобы соревнования регионального, городского и других уровней, проводились на подобных сооружениях, если они имеются.

В любом случае, спортивные сооружения, предназначенные для проведения соревнований в соответствии с настоящими Правилами, должны предоставить акт, подтверждающий точность измерений беговой дорожки и секторов для технических видов.

Организация, проводящая соревнования, обязана подготовить и выделить для проведения соревнований штурмовые лестницы, разветвления, лестницы-палки, выдвижные трехколенные лестницы, мотопомпы, рукава и др. оборудование и вооружение, отвечающее Правилам соревнований, и предоставить их по требованию представителей команд.

Соревнования по пожарно-прикладному спорту проводятся, как правило, спортивными организациями МЧС России, ФСО России, другими государственными и общественными спортивными организациями.

Каждому соревнованию должна предшествовать тщательная и заблаговременная подготовка, с тем чтобы оно проходило организованно, способствовало показу высоких спортивных результатов, выявлению лучших спортсменов и команд, являлось средством пропаганды спорта, интересным спортивным зрелищем.

Ответственность за подготовку и проведение соревнований несут проводящая их организация, судейская коллегия и дирекция спортивной базы, на которой проходят соревнования.

Представитель организации, проводящей данные соревнования, подписывает акт о готовности спортивной базы, обеспечении порядка, безопасности на предстоящих соревнованиях.

Комендант соревнований организует работу по поддержанию порядка на местах проведения соревнований и разминки, в помещениях для участников, судей и прессы.

Врач соревнований имеет максимальные полномочия во всех вопросах медицинского характера. Он отвечает за то, чтобы в местах проведения соревнований соблюдались все необходимые условия для проведения медицинского осмотра, лечения и оказания неотложной помощи, а спортсмены могли получить медицинскую помощь и в местах проживания.

Врач соревнований входит в состав главной судейской коллегии.

В пункте 5 Правил содержатся требования к участникам соревнований, предусматривающие, что спортсмены допускаются на соревнования в соответствии с заявками. К соревнованиям допускаются участники, имеющие специальную спортивно-техническую подготовку по пожарно-прикладному спорту. Организация, заявляющая участника на соревнования, заявкой гарантирует страхование его от несчастного случая на тренировке и соревновании и одновременно несет за это ответственность.

Как следует из образца заявки для участия в соревнованиях требуется виза врача.

Доказательств получения истцом заключения врача о возможности его участия в ведомственных соревнованиях по состоянию здоровья ответчиком не представлено. Доводы истца о том, что медицинское обследование на предмет возможности участия в соревнованиях не проводилось, ответчиком не опровергнуты.

Доводы ответчика о том, что организатором гарнизонных соревнований по пожарной - прикладному спорту, в которых участвовал истец, являлся не работодатель истца (ФГБУ «24 отряд ФПС ГПС по Кемеровской области (договорной)», а Новокузнецкий пожарно-¬спасательный гарнизон, поскольку соревнования проводились на основании распоряжения заместителя начальника 11 ПСО ФПС ГПС Главного управления МЧС России по Кемеровской области-Кузбассу не влекут отмену решения суда первой инстанции в рассматриваемой части.

Так, в Плане подготовки к проведению гарнизонных соревнований ответственными лицами за создание организационного комитета по подготовке и проведению соревнований, а также за подготовку стадионов «Металлург» и стадиона ФГБУ «24 отряд ОФПС ГПС по Кемеровской области (договорной)» указаны ФИО26 - заместитель начальника 11 пожарно-спасательного отряда федеральной противопожарной службы Государственной противопожарной службы и ФИО27 - начальник ФГБУ «24 отряд ОФПС ГПС по Кемеровской области (договорной)».

ФИО25. - заместитель начальника ПСЧ 11 ФГБУ «24 отряд ФПС ГПС по Кемеровской области (договорной)» был назначен комендантом соревнований, вторым комендантом соревнований назначен сотрудник ФПС ГПК по работе с личным составом по вопросам техники безопасности отделения охраны труда Главного управления МЧС России по Кемеровской области. Сотрудники ГУ МЧС по Кемеровской области также входили в состав судейской коллегии соревнований.

Доказательств получения травмы при иных обстоятельствах ответчиком не представлено.

Установив факт нарушения трудовых прав истца, выразившегося в не составлении акта по форме Н-1, руководствуясь положениями статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции взыскал с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 30 000 руб., указав, что требования истца о взыскании морального вреда обусловлены причинением такого в форме отказа оформить травму как несчастный случай на производстве.

Задачами гражданского судопроизводства являются правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, организаций, прав и интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, других лиц, являющихся субъектами гражданских, трудовых или иных правоотношений (статья 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу части 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

В силу положений статей 67, 71, 195 - 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд обязан исследовать по существу все фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы, а выводы суда о фактах, имеющих юридическое значение для дела, не должны быть общими и абстрактными, они должны быть указаны в судебном постановлении убедительным образом со ссылками на нормативные правовые акты и доказательства, отвечающие требованиям относимости и допустимости. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

Между тем обжалуемый судебный акт указанным требованиям закона не соответствует.

Из материалов дела следует, что основанием заявленного требования о компенсации морального вреда является: 

<

данные изъяты>. Он долгое время вынужден был получать лечение, испытывал 

<

данные изъяты>. Нравственные страдания заключаются в осознании, того, что истец утратил трудоспособность, больше не сможет осуществлять трудовую деятельность в прежней должности, а также вести привычный образ жизни». Кром того, моральный вред причинен истцу вследствие отказа оформить акт о несчастном случае (так указано как в исковом заявлении (л.д. 4 – 7 том 1), так и в его уточненном варианте (л.д. 75 – 82 том 2).

В ходе судебного заседания, в нарушение требований части 2 статьи 56, статей 67, 71, 195 - 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд первой инстанции не установил обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения требования о компенсации морального вреда, сделав необоснованный вывод о том, что моральный вред истцу причинен только незаконными действиями работодателя и оценив данный вред в 30 000 руб.

В ходе судебного разбирательства в суде апелляционной инстанции (как в апелляционной жалобе, так и в ходе судебного заседания) истец пояснял, что моральный вред причинен ему не только незаконными действиями работодателя, выразившимися отказом в составлении акта о несчастном случае на производстве, но и нравственными и физическими страданиями, вызванными самим фактом повреждения здоровья.

Требования о компенсации морального вреда в части нравственных и физических страданий, связанных с повреждением здоровья, судом первой инстанции не рассмотрены.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Согласно части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных статьей 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры.

Приведенные выше конституционные положения конкретизированы в соответствующих нормах трудового права и разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

В соответствии со статьей 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Согласно статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1).

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).

Согласно разъяснениям, содержащихся в пунктах 46, 47 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (статья 237 Трудового кодекса Российской Федерации). При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

Суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага (пункты 25, 26, 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 " О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33).

Согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Компенсация морального вреда не предполагает возможности его точного выражения в определенной денежной сумме, в то же время, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого возмещения потерпевшему за перенесенные страдания.

Определяя размер компенсации морального вреда, причиненного здоровью ФИО1, судебная коллегия принимает во внимание характер повреждения: 

<

данные изъяты> 3 октября 2022 г.).

Оценивая данное обстоятельство, судебная коллегия принимает во внимание, что обязанность по расследованию несчастного случая, включая установление характера и тяжести полученной травмы лежит на работодателе (статья 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации), что им не было сделано в день получения травмы. Вместе с тем, следует принять во внимание и поведение ФИО1, который при установлении диагноза непосредственно 4 августа 2022 г. отказался от 

<

данные изъяты> позволяющий достоверно установить диагноз, а объективных симптомов, указывающих на 

<

данные изъяты> (заключение экспертов № – л.д. 208 – 212 том 3).

Как следует из указанного заключения экспертов в соответствии с пунктом 4 Схемы определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве, утвержденной Приказом МЗиСР от 24 февраля 2005 г. № 160, 

<

данные изъяты> В соответствии с пунктом 4 Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных постановлением Правительства РФ от 17 августа 2007 г. № 522 и пунктом 6.11.5 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда причиненного здоровью человека, утвержденных Приказом МЗиСР от 24 апреля 2008 г. № 194н, 

<

данные изъяты> квалифицируется как 

<

данные изъяты> вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть (не по признаку опасности для здоровья).

При определении размера компенсации морального вреда судебная коллегия обращает внимание на следующие обстоятельства: травма, полученная истцом 4 августа 2022 г. явилась основанием для признания ФИО1 непригодным к отдельным видам работ и, как следствие, невозможность работы на прежней должности (л.д. 9, 70 том 1), длительность нетрудоспособности (с 4 августа 2022 г. по 26 декабря 2022 г. – л.д. 88 – 92 том 1), необходимость использования 

<

данные изъяты> систематическое обращение в медицинское учреждение (л.д. 167 том 1).

Характер и степень физической боли отражен в медицинских документах (л.д. 19 том 1): 

<

данные изъяты>

Проведены: 

<

данные изъяты>

Рекомендовано: 

<

данные изъяты>

В ходе судебного заседания в суде первой инстанции допрошены свидетели ФИО21 ФИО22 ФИО23 ФИО24 которые, в том числе, поясняли о состоянии истца после падения: 

<

данные изъяты> (протокол судебного заседания от 28 февраля 2024 г. – л.д. 197 – 199 том 1)

Следует принять во внимание и поведение самого истца, не сообщившего работодателю о травме, отказавшегося от 

<

данные изъяты> что повлекло установление неверного диагноза и отсутствие своевременного лечения, не заявлявшего о жалобе при медицинских осмотрах в сентябре 2022 г. (л.д. 65 – 67 том 1).

На размер компенсации морального вреда не могут повлиять пояснения истца о том, что из – за повреждений ноги он упал и повредил шею, поскольку доказательств причинно – следственной связи между двумя повреждениями истцом не представлено.

Не подтверждены объективными доказательствами и доводы истца о давлении, оказываемом на него работниками ответчика с целью скрыть несчастный случай, зафиксировав его как бытовой, о вынужденном характере осуществления трудовой деятельности с травмой, что усугубило последствия травмы, о принуждении со стороны работодателя «работать со сломанной ногой»

Оценивая установленные обстоятельства и факторы, влияющие на размер компенсации морального вреда, исходя из принципов разумности и справедливости, судебная коллегия приходит к выводу о необходимости взыскать с ответчика в пользу истца 250 000 руб., включающие в себя компенсацию морального вреда за незаконные действия работодателя и за повреждение здоровья.

Решение суда первой инстанции подлежит изменению в части размера взыскиваемой компенсации морального вреда.

Не нашел отражения в решении суда первой инстанции факт неправильного определения диагноза при обращении 

<

данные изъяты>. Данный факт установлен в ходе судебного разбирательства в силу чего при составлении работодателем акта о несчастном случае травма подлежит указанию с тем диагнозом, который подтвердили эксперты в рамках судебного исследования: 

<

данные изъяты>

В соответствии с пунктом 64 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 г. № 16 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции" резолютивная часть апелляционного определения в соответствии с частями 2 и 4 статьи 329 ГПК РФ должна содержать выводы суда апелляционной инстанции о результатах рассмотрения апелляционных жалобы, представления в пределах полномочий, определенных в статье 328 ГПК РФ, а при необходимости - указание на распределение судебных расходов, в том числе расходов, понесенных в связи с подачей апелляционных жалобы, представления.

Согласно статье 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Истцом при подаче жалобы представлена квитанция об оплате услуг по составлению апелляционной жалобы в размере 10 000 руб. (л.д. 152 том 3).

Принимая во внимание признание судебной коллегией об обоснованности доводов жалобы истца, доказанность факта оказания услуг представителем истца, принимая во внимание принципы разумности и соразмерности понесенных расходов, судебная коллегия находит заявление истца о взыскании расходов подлежащим удовлетворению с учетом удовлетворения апелляционной жалобы в меньшем объеме в размере 5 000 руб.

Кроме того, в суде апелляционной инстанции назначена и проведена судебная экспертиза, стоимость которой составила 47 954,88 руб.

На основании статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации понесенные истцом расходы по оплате судебной экспертизы подлежат возмещению ответчиком.

Руководствуясь статьями 328 - 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Заводского районного суда г. Новокузнецка от 21 ноября 2024 г. изменить, изложив абзац 4 резолютивной части решения в следующей редакции:

«Обязать Федеральное государственное бюджетное учреждение «24 отряд федеральной противопожарной службы Государственной противопожарной службы по Кемеровской области (договорной)» составить акт по форме Н-1 о несчастном случае на производстве, указав в качестве диагноза, полученного в результате несчастного случая на производстве 

<

данные изъяты>

Решение Заводского районного суда г. Новокузнецка от 21 ноября 2024 г. изменить в части размера компенсации морального вреда.

Взыскать с Федерального государственного бюджетного учреждения «24 отряд федеральной противопожарной службы Государственной противопожарной службы по Кемеровской области (договорной)» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 250 000 руб.

В остальной части решение Заводского районного суда г. Новокузнецка от 21 ноября 2024 г. оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Взыскать с Федерального государственного бюджетного учреждения «24 отряд федеральной противопожарной службы Государственной противопожарной службы по Кемеровской области (договорной)» в пользу ФИО1 расходы по составлению апелляционной жалобы в размере 5 000 руб. и расходы по производству экспертизы в размере 47 954,88 руб.

Председательствующий: И.С.Бычковская

Судьи: Е.Ю. Котляр

И.А.Сучкова

Апелляционное определение в окончательной форме изготовлено 16 января 2026 года