Судья 

Состав судебной коллегии

ФИО1

ФИО2 (докладчик),

ФИО3, ФИО4

Дело № 44Г-31/2018

№ 44Г-32/2018

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

ПРЕЗИДИУМА ОМСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА

г. Омск 26 марта 2018 г.

Президиум Омского областного суда в составе:

председательствующего Холодовой М.П.

членов президиума Храменок М.Г, Масленкиной С.Ю., Гаркуши Н.Н.,

при секретаре Шихалевой С.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5 к БУЗОО «ГКБ №1 им. Кабанова А.Н.», БУЗОО «Клинический диагностический центр» о взыскании компенсации морального вреда по кассационным жалобам представителей БУЗОО «ГКБ №1 им. Кабанова А.Н.», БУЗОО «Клинический диагностический центр» на решение Кировского районного суда г.Омска от 31 июля 2017г., апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Омского областного суда от 01 ноября 2017 г.

Заслушав доклад судьи Омского областного суда Чукреевой Н.В., объяснения представителя БУЗОО «Городская клиническая больница №1 им. Кабанова» ФИО6, представителя БУЗОО «Клинический диагностический центр» ФИО7, представителя Министерства здравоохранения Омской области ФИО8, поддержавших доводы кассационных жалоб, заключение заместителя прокурора Омской области Шевченко В.А., полагавшего кассационные жалобы подлежащими удовлетворению, президиум Омского областного суда, 

установил:

ФИО5 обратился с иском к БУЗОО «Городской клинической больнице № 

<

...> имени Кабанова А.Н.», БУЗОО «Клинический диагностический центр» о взыскании компенсации морального вреда в размере 

<

...> руб., причиненного смертью супруги в связи с некачественным оказанием медицинских услуг. В обоснование требований истец указал, что 

<

...>г. его супруга ФИО9 проходила ряд медицинских исследований в ООО МЦСМ «Евромед», в сентябре 2015г. обратилась в поликлиническое отделение БУЗОО «ГКБ № 

<

...> им. Кабанова А.Н.», наблюдалась у врача-ревматолога, которым была направлена для обследования в БУЗОО «Клинический диагностический центр», где дважды проходила лечение в стационаре. По результатам обследования в БУЗОО «ГКБ № 

<

...> им. Кабанова А.Н.» ей был поставлен диагноз: 

<

...>), лечение проводилось по установленному диагнозу. В связи с ухудшением состояния здоровья было принято решение обратиться в ГБУЗ НСО «ГКБСМП № 

<

...>» 

<

...>, где при проведении дополнительных исследований в период с 

<

...> по 

<

...>г. ей был поставлен диагноз - вторичное метастатическое поражение множества органов. 

<

...> ФИО9 умерла. 

С учетом уточненных исковых требований просил признать действия врачей БУЗОО «ГКБ № 

<

...> имени Кабанова А.Н.», БУЗОО «Клинический диагностический центр» по установлению неверного диагноза и лечения, как ненадлежащее оказание медицинских услуг ФИО9, которое привело к ухудшению состояния здоровья и преждевременной смерти, определить степень вины и взыскать с ответчиков в его пользу компенсацию морального вреда в размере 

<

...> руб., а также расходы по оплате услуг представителя.

Истец ФИО5 и его представитель ФИО10 в судебном заседании исковые требования с учетом уточнения поддержали по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Представители БУЗОО «ГКБ № 

<

...> им. Кабанова» ФИО6, ФИО11, ФИО12 просили отказать в удовлетворении исковых требований, указав, что недостатков оказания медицинской помощи при проведении проверки Министерством здравоохранения Омской области не установлено, доказательств тому в материалах дела не имеется, причинно-следственная связь между смертью пациента и оказанными ей медицинскими услугами отсутствует.

Представители БУЗОО «Клинический диагностический центр» ФИО7, ФИО13, ФИО14 с заявленными исковыми требованиями не согласились. Полагали, что действия лечебного учреждения, надлежащим образом оказавшего весь объем необходимой врачебной помощи, следует расценивать как правомерные, а условием, исключающим виновность и, соответственно привлечение к ответственности, в данном случае признать непреодолимое действие обстоятельств. 

Представитель Министерства здравоохранения Омской области ФИО8 указала, что по результатам рассмотрения обращения истца с учетом имеющейся медицинской документации установлено, что медицинская помощь ФИО9 была оказана в соответствии с установленным диагнозом в рамках территориальной программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи в Омской области, тактика лечения устанавливалась консилиумом врачей-специалистов. Установление причинно-следственной связи между оказанием пациенту медицинских услуг и наступлением последствий может быть осуществлено только по результатам проведения судебно-медицинской экспертизы. 

Представители МЦСМ ООО «Евромед» ФИО15, ФИО16 в судебном заседании полагали, что оснований для удовлетворения заявленных исковых требований не имеется.

Решением Кировского районного суда г.Омска от 

<

...> исковые требования удовлетворены частично, с БУЗОО «ГКБ № 

<

...> имени Кабанова А.Н.» в пользу ФИО5 взыскана компенсация морального вреда в размере 200 000 руб., с БУЗОО «Клинический диагностический центр» в пользу ФИО5 - компенсация морального вреда в размере 100 000 руб. В удовлетворении остальной части иска отказано.

Дополнительным решением от 

<

...> с БУЗОО «ГКБ № 

<

...> имени Кабанова А.Н.» и БУЗОО «Клинический диагностический центр» в пользу ФИО5 взысканы расходы по оплате услуг представителя, по 7 500 рублей с каждого.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Омского областного суда от 

<

...> решение С. оставлено без изменения.

В кассационной жалобе представитель БУЗОО «ГКБ № 

<

...> им. Кабанова А.Н.» ФИО6 просит постановленные судебные акты отменить. Указывает, что в БУЗОО «ГКБ № 

<

...> им. Кабанова А.Н.» ФИО9 обратилась 

<

...>, после осмотра врачами терапевтом, ревматологом и онкологом ей выданы направления на медицинские исследования, результаты анализов не свидетельствовали о наличии иных серьезных заболеваний, кроме установленного ревматологического диагноза. По мнению заявителя жалобы, при том, что С. сделан вывод об утрате БУЗОО медицинской карты пациента ФИО9, в материалы дела достаточно представлены копии анализов и выписки из журналов посещений и лабораторных исследований. Указывает на сложность диагностики заболевания, явившегося причиной смерти ФИО9, проявляющегося лишь при вторичных изменениях. Ссылается на отсутствие причинно-следственной связи между наступлением летального исхода при онкологическом заболевании и действиями либо бездействием БУЗОО. Полагает, что таковая причинная связь между действиями или бездействием медицинских организаций и наступившими для здоровья пациента последствиями должна быть установлена заключением судебно-медицинской экспертизы, между тем, по настоящему делу данная экспертиза не проводилась. 

В кассационной жалобе представитель БУЗОО «Клинический диагностический центр» ФИО17 просит постановленные судебные акты отменить. Указывает, что медицинские услуги ФИО9 были оказаны надлежащего качества, ссылается на то, что причинная связь между действиями или бездействием медицинских организаций и наступившими для здоровья пациента последствиями должны быть установлена заключением судебно-медицинской экспертизы. Имеющиеся в материалах дела медицинские документы позволяли С. назначить судебно-медицинскую экспертизу, между тем, по настоящему делу данная экспертиза не проводилась.

По запросу судьи Омского областного суда от 

<

...> дело истребовано, поступило в Омский областной суд 

<

...>.

Определениями судьи Омского областного суда Чукреевой Н.В. от 

<

...> кассационные жалобы представителей БУЗОО «Городская клиническая больница № 

<

...> им. Кабанова А.Н.», БУЗОО «Клинический диагностический центр» с делом переданы для рассмотрения в судебном заседании президиума Омского областного суда.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения дела в порядке, предусмотренном статьей 385 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, отзыва ФИО5 на кассационные жалобы, президиум Омского областного суда находит обжалуемое апелляционное определение подлежащим отмене по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Такие нарушения были допущены С. апелляционной инстанции при рассмотрении данного дела.

Согласно статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности, имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, С. может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется С. в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. 

При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается С. с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен вред и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

В абзаце втором пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 

<

...> № 

<

...> «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что моральный вред может заключаться, в частности в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников. 

Как разъяснено в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 

<

...> № 

<

...> «О применении С. гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда» при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, С. необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических и нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда С. с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных и физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела. 

Как установлено С. и следует из материалов дела, с 

<

...> ФИО5 и ФИО9 состояли в зарегистрированном браке.

Согласно медицинской карте № 

<

...> МЦСМ «Евромед» 

<

...> ФИО9 обратилась за медицинской помощью с жалобами на боли в позвоночнике. На основании проведенного осмотра, результатов МРТ был поставлен предварительный диагноз - 

<

...>, ФИО9 направлена на дополнительное обследование, по результатам которого назначено лечение и наблюдение в динамике.

В октябре 2015 г. врачом-ревматологом ФИО18, ведущим прием в поликлинике БУЗОО «ГКБ № 

<

...> им. Кабанова А.Н.», после изучения результатов МРТ пояснично-крестцового отдела позвоночника от 

<

...>, ФИО9 выдано направление на госпитализацию в профильное ревматологическое отделение стационара БУЗОО «КДЦ». 

Согласно медицинской карте стационарного больного № 

<

...> БУЗОО «Клинический диагностический центр» ФИО9 

<

...> обратилась к врачу - ревматологу БУЗОО «Клинический диагностический центр» и была направлена на лечение в круглосуточный стационар БУЗОО «КДЦ», где находилась с 

<

...> по 

<

...>. 

20 и 

<

...> ФИО9 обращалась к врачу-терапевту в БУЗОО «ГКБ № 

<

...> им. Кабанова А.Н.» для получения направлений на анализы с целью предъявления специалистам МЦСМ «Евромед» и БУЗОО «КДЦ». 

Из медицинской карты № 

<

...> БУЗОО «Клинический диагностический центр» стационарного больного следует, что 

<

...> в связи с неэффективностью проводимого лечения на амбулаторном этапе ФИО9 направлена на госпитализацию в ревматологическое отделение БУЗОО «КДЦ» с целью коррекции лечения. Выписана 

<

...> с незначительным улучшением под наблюдение врача участкового терапевта, ревматолога, гастроэнтеролога, онколога.

25, 

<

...> ФИО9 продлевался период временной нетрудоспособности врачами-терапевтами участковыми БУЗОО «ГКБ № 

<

...> им. Кабанова А.Н.», период его окончания определен 

<

...>. 

Медицинская карта ФИО9 поликлиники БУЗОО «ГКБ № 

<

...> им. Кабанова А.Н.» не представлена по причине утраты, но вместе с тем, к материалам дела приобщены копии документов по результатам анализов периодов октября 2015 г. и марта 2016 г., копия алфавитного журнала клинико-диагностической лаборатории, журнала регистрации, в котором отражены показатели по результатам отдельных проведенных диагностических исследований. 

Согласно медицинской карте № 

<

...> стационарного больного ГБУЗ НСО ГК БСМП № 

<

...> 

<

...> ФИО9 поступила на обследование в медицинское учреждение 

<

...>, выписана 

<

...> с диагнозом: «

<

...> 

<

...> в поликлинике БУЗОО «ГКБ № 

<

...> им. Кабанова А.Н.» ФИО19 осмотрена врачом-онкологом, врачом-терапевтом. Исходя из карты стационарного больного № 

<

...> (ГБУЗ НСО «БСМП № 

<

...>» 

<

...>) поставлена на учет у онколога с диагнозом: «Злокачественное новообразование неуточненной локализации». 

<

...> врачом-терапевтом участковым ФИО20 выписаны и выданы рецепты на лекарственные препараты, оформлено продление листка нетрудоспособности (на период с 

<

...> по 

<

...>).

<

...> ФИО9 скончалась.

Из протокола патологоанатомического исследования № 

<

...> от 

<

...> следует, что смерть наступила в результате 

<

...>

Настоящие исковые требования мотивированы причинением истцу как супругу умершей ФИО9 морального вреда, связанного с нравственными и моральными страданиями по причине ее смерти.

Разрешая заявленные требования и удовлетворяя их в части, С. исходили из того, что со стороны ответчиков допущены дефекты в оказании медицинской помощи ФИО9, которые находятся в причинно-следственной связи с наступившим неблагоприятным исходом, в пользу истца взыскана компенсация морального вреда в размере 200 000 руб. с «ГКБ № 

<

...> имени Кабанова А.Н.», в размере 100 000 руб. с БУЗОО «КДЦ». 

Между тем, при установлении наличия дефектов в оказании медицинской помощи ФИО9 и установлении причинно-следственной связи с наступившими неблагоприятными последствиями, С. апелляционной инстанции не были учтены положения законодательства, в частности, ст. 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, С. назначает экспертизу. 

При рассмотрении настоящего гражданского дела экспертиза для установления юридически значимых обстоятельств дела, определение которых является условием для возложения ответственности за вред, причиненный истцу в связи со смертью его супруги, не назначалась. 

Вопрос о назначении по делу судебной экспертизы для определения качества оказания медицинских услуг и установления, что ухудшение состояния здоровья и впоследствии смерть ФИО9 наступила в результате назначения и применения неправильного лечения, а не ввиду необратимых последствий, вызванных тяжелым заболеванием пациента, на обсуждение сторон не ставился.

Таким образом, требования истца были удовлетворены при отсутствии в деле доказательств, с достоверностью подтверждающих наличие дефектов оказания медицинской помощи ФИО9 и причинения работниками медицинских организаций супруге истца вреда в виде наступления негативных последствий и ее преждевременной смерти. 

При этом не были приняты во внимание изложенные в апелляционной жалобе представителя БУЗОО «Клинический диагностический центр» доводы о необходимости назначения по настоящему делу судебно-медицинской экспертизы, отзыве представителя Министерства здравоохранения Омской области, согласно которому установление причинно-следственной связи между оказанием медицинской помощи пациенту и наступлением последствий осуществляется по результатам проведения судебно-медицинской экспертизы на основании определения С., однако по настоящему делу такой экспертизы проведено не было.

В основу решения были положены только пояснения медицинских специалистов, между тем, данные пояснения не содержат выводов о наличии причинно-следственной связи между оказанием медицинской помощи пациенту ФИО9 и наступлением негативных последствий, при том, что причиной смерти пациента явилось онкологическое заболевание 

<

...>, которое согласно пояснениям специалистов обладает особенностью скрытого бессимптомного течения и в большинстве клинических случаев выявляется лишь на крайних стадиях.

Между тем, в нарушение части четвертой статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в обжалуемых судебных постановлениях не приведены мотивы, по которым С. признаны не имеющими правового значения и отвергнуты доводы ответчиков о трудности диагностики на ранних стадиях и последующее развитие заболевания в агрессивной форме.

При рассмотрении настоящего дела, с учетом характера имевшегося у ФИО9 заболевания, решение вопроса о наличии или отсутствии дефектов при оказании ей медицинской помощи и их причинно-следственной связи с наступившими для здоровья пациента последствиями было возможно только с помощью специальных медицинских знаний, которыми С. не обладает, в изложенной связи С. следовало поставить на обсуждение сторон вопрос о назначении судебно-медицинской экспертизы, однако этого сделано не было. 

Исходя из содержания статей 55, 59, 60, 67, 79, 3271 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации выводы С. об установленных им фактах должны быть основаны на доказательствах, исследованных в судебном заседании. 

Вместе с тем в нарушение положений данных статей С. апелляционной инстанции, делая вывод о возможности осуществления своевременной диагностики онкологического заболевания у ФИО9, дающей основание рассчитывать на благоприятный исход, не привел в апелляционном определении доказательства, на основании которых сделан указанный вывод. 

В связи с изложенным президиум Омского областного суда считает, что обжалуемое апелляционное определение нельзя признать законным. Оно принято с существенными нарушениями норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителей, подавших кассационные жалобы, что согласно статье 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для отмены принятого по делу апелляционного определения.

Поскольку повторное рассмотрение дела в С. апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционных жалоб и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в С. первой инстанции (пункт 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 

<

...> № 

<

...> «О применении С. норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в С. апелляционной инстанции»), дело подлежит направлению на новое рассмотрение в С. апелляционной инстанции.

При новом рассмотрении дела С. апелляционной инстанции следует учесть изложенное, установить обстоятельства, имеющие юридические значение для правильного рассмотрения дела, и разрешить возникший спор в соответствии с установленными по делу обстоятельствами и подлежащими применению нормами материального и процессуального права.

Руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, президиум Омского областного суда

постановил:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Омского областного суда от 

<

...> отменить, дело направить на новое рассмотрение в тот же С. апелляционной инстанции. 

Председательствующий (подпись) М.П. Холодова

Копия верна 

Судья Омского областного суда Н.В. Чукреева