Дело № 2а - 113/2018 

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

22 ноября 2018 г. г. Южно-Сахалинск

Южно-Сахалинский гарнизонный военный суд в составе председательствующего Луцковича А.И., при секретаре судебного заседания Новиковой С.Г., с участием административного истца ФИО1, его представителя ФИО2, представителей начальника Управление ФИО3 и ФИО4, представлявшего также интересы аттестационной комиссии Управления, рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению военнослужащего Управление 

<

данные изъяты> ФИО1 об оспаривании действий начальника и аттестационной комиссии названного Управления, связанных с привлечением к дисциплинарной ответственности,

УСТАНОВИЛ:

ФИО5 просит признать незаконными приказы начальника Управление от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ № и от ДД.ММ.ГГГГ № о привлечении к дисциплинарной ответственности, а также решение аттестационной комиссии Пограничного управления ФСБ России по Сахалинской области от ДД.ММ.ГГГГ (протокол №), в соответствии с которым начальником Управления был издан последний приказ.

Начальник Управление, извещенный о времени и месте судебного заседания, в суд не прибыл, ходатайств об отложении рассмотрения дела не заявлял. В связи с изложенным и в соответствии со ст. 151, 152 КАС РФ, суд считает возможным рассмотреть дело без его участия.

В судебном заседании административный истец и его представитель ФИО2 поддержали исковые требования по изложенным в иске основаниям, настаивая на том, что порядок привлечения ФИО5 к дисциплинарной ответственности был нарушен, и оспариваемые приказы изданы на основании неверно установленных обстоятельств.

Представители административных ответчиков ФИО3 и ФИО4 возразили против удовлетворения исковых требований, высказав мнение об их необоснованности, пояснив при этом, что оспариваемые приказы были изданы по результатам служебных разбирательств, проведенных по каждому факту нарушения ФИО5 воинской дисциплины. Ссылки ФИО5 на заболевание при проведении разбирательств были расценены как отказ от дачи объяснений, поэтому порядок привлечения истца к дисциплинарной ответственности был соблюден.

Выслушав мнения сторон, исследовав представленные доказательства, суд установил:

Начальником Управление ФИО5 был привлечен к дисциплинарной ответственности:

- приказом от ДД.ММ.ГГГГ № – за нарушение требований ч. 2 ст. 28.5 ФЗ "О статусе военнослужащих", ст. 19, 356 Устава внутренней службы ВС РФ, выразившихся в несвоевременном докладе о причинах неявки на службу, обращении за медицинской помощью без разрешения непосредственного начальника и отсутствии 5 июня 2018 г. в месте службы без уважительных причин более четырех часов подряд в течение установленного ежедневного служебного времени, с применением дисциплинарного взыскания 

<

данные изъяты>; 

- приказом от ДД.ММ.ГГГГ № – за нарушение требований ст. 356 и 357 УВС ВС РФ, п. 5 Инструкции об особенностях организации медицинской помощи в военно-медицинских организациях ФСБ России и военно-медицинских подразделений органов федеральной службы безопасности (утв. приказом ФСБ России от 19 мая 2017 г.), п. 8 и 26 Порядка освобождения военнослужащих федеральной службы безопасности от исполнения обязанностей военной службы в связи с заболеваниями и иными причинами (утв. приказом ФСБ России от 1 декабря 2014 г.), выразившихся в сокрытии факта заболевания от непосредственного начальника и обращении 6 июня 2018 г. за медицинской помощью без направления врачебной комиссии и разрешения непосредственного начальника в ООО "Медицинский центр "Ваш доктор", с применением дисциплинарного взыскания 

<

данные изъяты>"; 

- приказом от ДД.ММ.ГГГГ № - за нарушение требований ст. 16, 34 и 43 УВС ВС РФ, выразившихся в неисполнении 9 июня 2018 г. приказа начальника Пограничного управления о госпитализации и нарушении процедуры доклада об этом начальнику Пограничного управления и своему непосредственному начальнику, с применением дисциплинарного взыскания 

<

данные изъяты>"; 

- приказом от ДД.ММ.ГГГГ № - за нарушение требований ч. 2 ст. 28.5 ФЗ "О статусе военнослужащих", ст. 19, 356 УВС ВС РФ, выразившихся в несвоевременном докладе о причинах неявки на службу, обращении за медицинской помощью без разрешения непосредственного начальника и отсутствии 28 июня 2018 г. в месте службы без уважительных причин более четырех часов подряд в течение установленного ежедневного служебного времени, с применением дисциплинарного взыскания 

<

данные изъяты>; 

- приказом от ДД.ММ.ГГГГ № - за нарушение требований ч. 2 ст. 28.5 ФЗ "О статусе военнослужащих", ст. 19, 356 УВС ВС РФ, выразившихся в несвоевременном докладе о причинах неявки на службу, обращении за медицинской помощью без разрешения непосредственного начальника и отсутствии 7 и 8 июля 2018 г. в месте службы без уважительных причин более четырех часов подряд в течение установленного ежедневного служебного времени, с применением дисциплинарного взыскания 

<

данные изъяты>; 

- приказом от ДД.ММ.ГГГГ № - за нарушение требований пп. "ж" п. 5 ст. 10 ФЗ "Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации", ст. 16 и 17 УВС ВС РФ, п. "д" ст. 14 Кодекса этики и служебного поведения сотрудников органов федеральной службы безопасности (утв. приказом ФСБ России от 7 ноября 2017 г.), выразившихся в подаче заявления на оформление полиса обязательного медицинского страхования и указании при этом заведомо ложных сведений относительно своей принадлежности к военной службе, с применением дисциплинарного взыскания 

<

данные изъяты>". 

Кроме того, решением аттестационной комиссии ПУ ФСБ России от ДД.ММ.ГГГГ № был установлен факт нарушения ФИО5 запрета, предусмотренного п. 7 ст. 10 ФЗ "О статусе военнослужащих", выразившийся в проведении платных занятий по йоге, и рекомендовано начальнику Управление применить к ФИО5 дисциплинарное взыскание. За допущенное нарушение ФИО5 приказом начальника Управление от ДД.ММ.ГГГГ № был привлечен к дисциплинарной ответственности с применением дисциплинарного взыскания 

<

данные изъяты>.

Указанные выше приказы были изданы на основании материалов служебных разбирательств, проведенных в Пограничном управлении, а приказ от ДД.ММ.ГГГГ № – на основании доклада по результатам проверки требований к служебному поведению ФИО5.

В соответствии со ст. 28.8, 28.6 Федерального закона "О статусе военнослужащих", по каждому факту совершения военнослужащим дисциплинарного проступка проводится разбирательство, в ходе которого должны быть собраны доказательства, на основании которых устанавливаются: событие дисциплинарного проступка (время, место, способ и другие обстоятельства его совершения); лицо, совершившее дисциплинарный проступок; вина военнослужащего в совершении дисциплинарного проступка, форма вины и мотивы совершения дисциплинарного проступка; данные, характеризующие личность военнослужащего, совершившего дисциплинарный проступок; наличие и характер вредных последствий дисциплинарного проступка; причины и условия, способствовавшие совершению дисциплинарного проступка и другие обстоятельства. При этом, как следует из ст. 28.1 Закона, военнослужащий, который привлекается к дисциплинарной ответственности, имеет право давать объяснения, представлять доказательства, знакомиться по окончании разбирательства со всеми материалами о дисциплинарном проступке.

Согласно ст. 28.2 Закона, военнослужащий привлекается к дисциплинарной ответственности только за тот дисциплинарный проступок, в отношении которого установлена его вина, доказанная в порядке, определенном данным Федеральным законом и другими федеральными законами.

В соответствии со ст. 81, 82 Дисциплинарного устава ВС РФ, принятию решения командиром (начальником) о наложении дисциплинарного взыскания должно предшествовать разбирательство. В ходе разбирательства устанавливается: действительно ли имел место проступок; где, когда, при каких обстоятельствах и с какой целью он был совершен; в чем он выразился; наличие вины в действии (бездействии) конкретных лиц; каковы последствия проступка; обстоятельства, смягчающие и отягчающие ответственность виновного лица; причины и условия, способствовавшие совершению проступка. При назначении дисциплинарного взыскания учитываются характер дисциплинарного проступка, обстоятельства и последствия его совершения, форма вины, личность военнослужащего, совершившего дисциплинарный проступок, обстоятельства, смягчающие и отягчающие дисциплинарную ответственность.

Как следует из представленных материалов, ФИО5 5 и 28 июня, 7 и 8 июля 2018 г. не прибывал на службу в Управление. Данное обстоятельство подтверждается полученными при проведении служебных разбирательств рапортами военнослужащих Управления Я., Г., А., Б. (по факту отсутствия на службе 5 и 28 июня 2018 г.), Ф., Т., Б1, Е. (по факту отсутствия на службе 28 июня 2018 г.), К. (по факту отсутствия на службе 7 и 8 июля 2018 г.). Неявку в эти дни на службу в Управление не отрицал и сам ФИО5.

Кроме того, из объяснений Ш. и К. которые являлись непосредственными начальниками ФИО5 5 июня и 8 июля 2018 г. соответственно следует, что о своем заболевании, из-за которого истец не прибыл на службу, ФИО5 сообщил Ш. в 10 часов 20 минут 5 июня 2018 г., о причинах неявки на службу 8 июля 2018 г. ФИО6 в указанный день не докладывал вовсе. Эти же обстоятельства подтверждаются записями телефонных разговоров, которые были представлены ФИО5 суду.

Согласно регламенту служебного времени, начало работы сотрудников аппарата Управление с 1 января 2018 г. по будним дням установлено в 8 часов 30 минут, окончание работы – в 18 часов, с перерывом на обед с 13 часов до 14 часов 30 минут. 

В соответствии с распоряжением начальника ПУ ФСБ России от ДД.ММ.ГГГГ №, во исполнение Указа Президента РФ от 9 мая 2017 г. № 202, в период с 25 мая по 18 июля 2018 г. в Управлении для военнослужащих была установлена продолжительность служебного времени с 9 до 21 часа, включая выходные и праздничные дни.

О том, что приведенный регламент служебного времени был обязателен для подразделения, в котором проходил службу ФИО5, и до последнего был доведен, пояснил суду руководитель этого подразделения Ш.. О необходимости явки на службу 7 и 8 июля 2018 г. ФИО5 доводил его непосредственный начальник К. и начальник отдела кадров Р., как это следует из материалов служебного разбирательства.

Согласно ст. 19 Устава внутренней службы ВС РФ, обо всех случаях, которые могут повлиять на исполнение военнослужащим его обязанностей, он обязан докладывать своему непосредственному начальнику.

Таким образом, поскольку ФИО5, чувствуя себя больным, не прибыв 5 июня и 8 июля 2018 г. к установленному регламентом служебному времени на службу, он, в силу положений ст. 19 УВС ВС РФ, обязан был своевременно сообщить об этом своему непосредственному начальнику, однако этого не сделал. Следовательно, привлечение его к дисциплинарной ответственности за допущенное нарушение является обоснованным. 

Вместе с тем, как следует из аудиозаписи разговоров между ФИО5 и Ш. 5 июня 2018 г., Ш. узнал от ФИО5 о заболевании и намерении того обратиться за медицинской помощью. Их этих же аудиозаписей следует, что Ш. не возражал против этого, соглашался с ФИО5, и хотя явно не формулировал ФИО5 разрешение обратиться за медпомощью, но и не запрещал ему этого делать. При таких обстоятельствах суд считает, что ФИО5 5 июня 2018 г. сообщил своему непосредственному начальнику Ш. о заболевании и обратился за медицинской помощью с его согласия, поэтому указание в приказе от ДД.ММ.ГГГГ № на нарушение им ст. 356 Устава внутренней службы ВС РФ, согласно которой военнослужащий не должен скрывать своего заболевания, а при заболевании обязан немедленно доложить об этом непосредственному начальнику и с его разрешения обратиться за медицинской помощью в медицинский пункт полка, является необоснованным.

Также суд считает необоснованным указание в приказе от ДД.ММ.ГГГГ № на нарушение ФИО5 требований ст. 19, 356 УВС ВС РФ, выразившихся в несвоевременном докладе о причинах неявки на службу и обращении за медицинской помощью без разрешения непосредственного начальника. В заключении по результатам разбирательства, которое явилось основанием для издания названного приказа, указано, что факт обращения ФИО5 28 июня 2018 г. за медицинской помощью в медико-санитарную часть не подтверждается. Вместе с тем, в материалах названного разбирательства имеется рапорт врача Я1 и сообщение начальника отдела кадров Управления Р., опровергающих этот вывод. Тот факт, что ФИО5 утром 28 июня 2018 г. находился на приеме у врачей медико-санитарной части, подтверждается также сообщением начальника МСЧ Х. и копией журнала регистрации амбулаторных обращений стационара МСЧ. Пояснения ФИО5 о том, что до 27 июня 2018 г. он находился на стационарном лечении и по указанию лечащих врачей явился в госпиталь на следующее утро для продолжения стационарного лечения в другом отделении, где и был осмотрен врачами, подтверждаются записями в медицинской книжке истца и аудиозаписью его разговора с заместителем начальника стационара П.. Поскольку ФИО5 доложил своему непосредственному начальнику Ш. о том, что его выписали из госпиталя, сразу же после того, как об этом ему самому стало известно, нарушений требований ст. 19, 356 УВС ВС РФ в его действиях суд не усматривает.

Материалами дела подтверждается, что ФИО5 находился в поликлинике либо стационаре медико-санитарной части Управление 5 июня 2018 г. – с 17 до 18 часов, 28 июня 2018 г. – с 9 часов до 12 часов 12 минут (данное обстоятельство подтверждается детализацией телефонных вызовов и пояснениями ФИО5 о том, что сразу же после осмотра врачами и отказа в госпитализации он сообщил об этом по телефону Л.), 7 июля 2018 г. – с 12 часов 30 минут до 14 часов (согласно записям в санитарном билете №), то есть в указанное время находился на территории военно-медицинского учреждения по вопросам получения медицинской помощи и не мог считаться отсутствующим в месте службы. Таким образом, отсутствие ФИО5 на службе в указанные дни в иное время, с учетом регламента служебного времени, установленного распоряжением начальника ПУ ФСБ России от ДД.ММ.ГГГГ №, превышало каждый раз 4 часа.

Давая оценку доводам ФИО5 о том, что у него имелись уважительные причины для неявки на службу, суд приходит к следующим выводам.

Под уважительными причинами в данном случае следует понимать те обстоятельства, которые объективно делают невозможным для военнослужащего прибытие на территорию воинской части или к месту военной службы. 

В ходе служебных разбирательств было установлено, что утром 5 июня 2018 г. ФИО5 находился у своей знакомой, после чего прибыл к себе домой, а вечером явился в поликлинику МСЧ. 28 июня 2018 г. истец самостоятельно прибыл в госпиталь, и около 12 часов 15 минут убыл оттуда к себе домой. 7 июля 2018 г. Гниньков самостоятельно прибывал в поликлинику МСЧ, после чего также убыл оттуда. 

Таким образом, у ФИО5 имелась возможность передвигаться по г. Южно-Сахалинску, в том числе прибыть на службу в Управление, расположенное в этом же населенном пункте.

Тот факт, что в указанные дни ФИО5 обращался за скорой медицинской помощью и страдал от повышенного давления, приведенный вывод суда не опровергают. 

Кроме того, само по себе недомогание ФИО5 и наличие у него заболевания не может быть расценено в качестве уважительной причины для неявки на службу, поскольку особый статус военнослужащего, в соответствии с п. 2 ст. 1 ФЗ "О статусе военнослужащих", возлагает на него обязанность беспрекословного выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе с риском для жизни. Допрошенный же в судебном заседании в качестве специалиста врач-терапевт П1 пояснил, что болезнь ФИО5 протекала продолжительный период, выраженных осложнений не имела, что позволяло истцу получать лечение в плановом порядке.

При таких данных привлечение ФИО5 к ответственности за отсутствие на службе без уважительных причин более четырех часов подряд в течение установленного ежедневного служебного времени 5, 28 июня, 7 и 8 июля 2018 г. суд признает обоснованным и законным.

Из содержания ч. 2 ст. 16 ФЗ "О статусе военнослужащих" следует, что военнослужащие имеют право на бесплатное получение медицинской помощи в соответствующих медицинских, военно-медицинских подразделениях, частях и в организациях федеральных органов исполнительной власти и федеральных государственных органов, в которых федеральным законом предусмотрена военная служба. При отсутствии по месту военной службы военно-медицинских организаций и (или) при отсутствии в них отделений соответствующего профиля, специалистов или специального медицинского оборудования, а также в экстренных или неотложных случаях военнослужащие имеют право на получение медицинской помощи в медицинских организациях государственной системы здравоохранения и муниципальной системы здравоохранения. Аналогичные положения содержаться в п. 5 Инструкции об особенностях организации медицинской помощи в военно-медицинских организациях ФСБ России и военно-медицинских подразделений органов федеральной службы безопасности (утв. приказом ФСБ России от ДД.ММ.ГГГГ), где также определено, что направление военнослужащего в медицинскую организацию государственной либо муниципальной системы здравоохранения осуществляется по решению врачебной комиссии военно-медицинской организации.

Согласно ч. 4 ст. 25 ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", порядок освобождения военнослужащих от исполнения обязанностей военной службы (служебных обязанностей) в связи с заболеванием и иными причинами устанавливаются федеральными органами исполнительной власти и федеральными государственными органами, в которых федеральным законом предусмотрена военная служба или приравненная к ней служба.

В соответствии с п. 8 и 26 Порядка освобождения военнослужащих федеральной службы безопасности от исполнения обязанностей военной службы в связи с заболеваниями и иными причинами (утв. приказом ФСБ России от ДД.ММ.ГГГГ), при обращении военнослужащего в медицинские организации, не относящиеся к государственной и муниципальной системе здравоохранения, продолжение лечения проводится в военно-медицинском подразделении органа безопасности. Для оформления листка нетрудоспособности военнослужащий должен лично предоставить в поликлинику по месту прикрепления на медицинское обслуживание выписку из медицинских документов, удостоверяющий его временную нетрудоспособность, справку медицинской организации частной системы здравоохранения.

Из материалов служебного разбирательства видно, что 6 июня 2018 г. ФИО5 обратился на прием к врачу в ООО 

<

данные изъяты>", где ему был выдан листок нетрудоспособности по 19 июня 2018 г., после чего названный листок нетрудоспособности в поликлинику МСЧ не предоставлял, от исполнения обязанностей военной службы врачами МСЧ не освобождался и на службу в Управление не прибывал. Эти обстоятельства ФИО5 не оспариваются. 

При таких данных привлечение ФИО5 приказом от ДД.ММ.ГГГГ № к дисциплинарной ответственности за нарушение п. 8 и 26 Порядка освобождения военнослужащих федеральной службы безопасности от исполнения обязанностей военной службы в связи с заболеваниями и иными причинами является обоснованным. 

Согласно ст. 357 УВС ВС РФ, военнослужащие, внезапно заболевшие или получившие травму, направляются немедленно, в любое время суток, в медицинский пункт полка (госпиталь), а при необходимости в другие учреждения государственной или муниципальной системы здравоохранения.

Порядок обращения военнослужащих в медицинские учреждения, не входящие в государственную и муниципальную систему здравоохранения, ни Устав внутренней службы ВС РФ, ни положения ФЗ "О статусе военнослужащих" не регламентируют. Какие-либо нормативно правовые акты, запрещающие военнослужащим обращаться за медицинской помощью в медицинскую организацию частной системы здравоохранения, либо позволяющие такое обращение лишь при наличии направления врачебной комиссии и разрешения непосредственного начальника, отсутствуют. Напротив, названный выше приказ ФСБ России от ДД.ММ.ГГГГ такую возможность допускает. 

С учетом изложенного суд считает указание в приказе от ДД.ММ.ГГГГ № на нарушение ФИО5 требований ст. 356 и 357 УВС ВС РФ, п. 5 Инструкции об особенностях организации медицинской помощи в военно-медицинских организациях ФСБ России и военно-медицинских подразделений органов федеральной службы безопасности, выразившихся в сокрытии факта заболевания от непосредственного начальника и обращении 6 июня 2018 г. за медицинской помощью без направления врачебной комиссии и разрешения непосредственного начальника в ООО 

<

данные изъяты> ошибочным, поскольку, как указано выше, о своем заболевании истец накануне докладывал своему непосредственному начальнику Ш. и обращался в связи с этим в поликлинику МСЧ.

Согласно ст. 16, 34, 43 УВС ВС РФ, военнослужащий обязан беспрекословно выполнять приказы командиров (начальников). Начальник имеет право отдавать подчиненному приказы и требовать их исполнения. Подчиненный обязан беспрекословно выполнять приказы начальника. Приказ командира (начальника) должен быть выполнен беспрекословно, точно и в срок. О выполнении полученного приказа военнослужащий обязан доложить начальнику, отдавшему приказ, и своему непосредственному начальнику.

Материалами служебного разбирательства, на основании которых был издан приказ от ДД.ММ.ГГГГ №, подтверждается, что ФИО5, получив вечером 9 июня 2018 г. приказ начальника Управление лечь, при наличии показаний, на стационарное лечение в военный госпиталь, данный приказ не выполнил, и об отказе от госпитализации начальнику Управление не доложил. Эти же обстоятельства подтверждаются аудиозаписью, представленной ФИО5, на которой зафиксирован момент отдачи ему приказа начальником Управление, пояснениями врача МСЧ Н. о необходимости экстренной госпитализации истца, и письменным отказом ФИО5 от предложенной госпитализации. Тот факт, что об отказе от госпитализации ФИО5 начальнику Управление не доложил, подтвердил сам ФИО5 в судебном заседании; об этом же указано в письменных возражениях, поступивших от начальника Управление.

При таких данных суд считает, что у начальника Управление имелись основания для привлечения ФИО5 к дисциплинарной ответственности за невыполнение приказа и нарушение порядка доклада об этом начальнику.

Также суд считает обоснованным привлечение ФИО5 к дисциплинарной ответственности за нарушение ст. 16 и 17 УВС ВС РФ, обязывающих военнослужащего соблюдать законы Российской Федерации, быть честным, и п. "д" ст. 14 Кодекса этики и служебного поведения сотрудников органов федеральной службы безопасности (утв. приказом ФСБ России от ДД.ММ.ГГГГ), согласно которой сотрудники ФСБ России призваны быть образцом поведении, добропорядочности и честности во всех сферах общественной жизни, поскольку заведомо ложное указание ФИО5 сведений об отсутствии своей принадлежности к военной службе в заявлении, поданном в Сахалинский филиал АО 

<

данные изъяты>, нашло свое подтверждение как при проведении служебного разбирательства, так и в судебном заседании. 

В соответствии с ч. 7 ст. 10, ст. 27.1 ФЗ "О статусе военнослужащих", военнослужащие не вправе заниматься другой оплачиваемой деятельностью, за исключением педагогической, научной и иной творческой деятельности, если она не препятствует исполнению обязанностей военной службы. На военнослужащего распространяются обязанности, установленные ст. 20 ФЗ "О государственной гражданской службе Российской Федерации", предусматривающие обязательность предоставления сведений о своих доходах и ответственность за неисполнение этих требований.

Порядок проверки достоверности и полноты сведений о доходах сотрудника ФСБ России, а также соблюдения им требований к служебному поведению определен приказом ФСБ России от ДД.ММ.ГГГГ.

Из материалов проверки, проведенной в период с 1 июня по 2 июля 2018 г., следует, что ФИО5 на основании соглашения с фитнес-клубом "

<

данные изъяты> с мая 2016 г. проводил занятия йогой за плату.

Указанные обстоятельства подтверждаются копией договора возмездного оказания услуг и приложениями к этому договору, в том числе актами об оказании услуг, в которых указана стоимость услуг по проведению занятий йогой. Все эти документы подписаны ФИО5, о чем последний пояснил в судебном заседании.

О том, что именно ФИО5 проводил занятия йогой в фитнес-клубе 

<

данные изъяты>, и представлялся при этом Г1, подтвердили при проведении проверки З., сотрудница названного фитнес-клуба, очевидцы Т. и Н1, посещавшие эти занятия.

Поскольку деятельность ФИО5 о проведении занятий по йоге, в соответствии с ФЗ "Об образовании в Российской Федерации", не является педагогической, решение аттестационной комиссии, рассмотревшей названные материалы проверки 10 июля 2018 г. (протокол №), о нарушении ФИО5 запрета, предусмотренного ч. 7 ст. 10 ФЗ "О статусе военнослужащих", и рекомендовавшей начальнику Управление применить к истцу дисциплинарное взыскание, суд признает обоснованным.

Доводы ФИО5 о том, что он проводил занятия на безвозмездной основе, суд отвергает, так как они противоречат буквальному содержанию договора, подписанного истцом. Поэтому утверждения ФИО5 о том, что он не получал начисленные ему за проведение занятий деньги, на приведенный вывод не влияют, поскольку данное обстоятельство не изменяет правоотношения, установленные договором. 

Также суд считает беспредметными доводы ФИО5 о недостоверности сведений, указанных в названном договоре, поскольку форма договора, включение в его текст положений о цене договора, о возможности удержания штрафа из вознаграждения, подлежащего уплате истцу явно свидетельствуют о возмездном характере договора. Кроме того, не смотря на предложения суда, ФИО5 свой экземпляр этого же договора не представил, а представленная им копия договора не отвечает требованиям допустимости, предъявляемым к доказательствам.

В связи с изложенным, приказ начальника Управление от ДД.ММ.ГГГГ № о привлечении ФИО5 к дисциплинарной ответственности, который был издан в соответствии с названным решением аттестационной комиссии, суд также признает обоснованным.

Вопреки доводам ФИО5, суд не усматривает существенных нарушений при привлечении его к дисциплинарной ответственности, которые бы повлекли нарушение прав истца на справедливое разбирательство. Как следует из материалов дела, ФИО5 неоднократно предлагалось дать объяснения по существу вменяемых ему дисциплинарных проступков, однако истец от этих предложений отказывался. Также ФИО5 в установленном порядке уведомлялся о начале проверки, однако своим правом выяснить, какие именно сведения будут подлежать проверке, ознакомиться с материалами проверки и участвовать в заседании аттестационной комиссии, где названные материалы были рассмотрены, не воспользовался.

Ссылки ФИО5 на то, что он был лишен возможности дать свои объяснения из-за плохого самочувствия, суд отвергает, признавая их надуманными. Этот вывод подтверждается также пояснениями свидетеля ФИО5 о том, что с мая по июль 2018 г. он оказывал ФИО5 правовую помощь по причине конфликтов с руководством Управление и привлечения его к дисциплинарной ответственности, в связи с чем почти каждый день встречался с истцом и получал от него объяснения относительно этих конфликтов. 

Решения о наложении на истца дисциплинарных взысканий приняты начальником Управление в рамках его полномочий, определенных гл. 4 Дисциплинарного устава ВС РФ, поэтому доводы ФИО5 о чрезмерной строгости взыскания, назначенного ему приказом от ДД.ММ.ГГГГ №, суд отвергает. Кроме того, из материалов дела видно, что при наложении на истца дисциплинарных взысканий начальником Управление в каждом случае учитывался характер дисциплинарного проступка, обстоятельства его совершения, форма вины, и личность ФИО5, в том числе сведения о неоднократном привлечении его к дисциплинарной ответственности при прохождении службы, как это и предусмотрено ст. 82 Дисциплинарного устава ВС РФ.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 177 - 180, 227 КАС РФ, военный суд

РЕШИЛ:

Административное исковое заявление ФИО1 удовлетворить частично.

Признать незаконными приказы начальника Управление:

- от ДД.ММ.ГГГГ. № – в части указания на нарушение ФИО5 ст. 356 Устава внутренней службы ВС РФ, выразившихся в обращении за медицинской помощью без разрешения непосредственного начальника;

- от ДД.ММ.ГГГГ № – в части указания на нарушение ФИО5 требований ст. 356 и 357 УВС ВС РФ, п. 5 Инструкции об особенностях организации медицинской помощи в военно-медицинских организациях ФСБ России и военно-медицинских подразделений органов федеральной службы безопасности, выразившихся в сокрытии факта заболевания от непосредственного начальника и обращении 6 июня 2018 г. за медицинской помощью без направления врачебной комиссии и разрешения непосредственного начальника в ООО "

<

данные изъяты>";

- от ДД.ММ.ГГГГ № - в части указания на нарушение ФИО5 требований ст. 19, 356 УВС ВС РФ, выразившихся в несвоевременном докладе о причинах неявки на службу, обращении за медицинской помощью без разрешения непосредственного начальника.

Обязать начальника Управление внести соответствующие изменения в указанные приказы, а также в течение одного месяца с момента вступления решения суда в законную силу сообщить ФИО1 и в Южно-Сахалинский гарнизонный военный суд об исполнении решения.

В удовлетворении иных требований ФИО1 об оспаривании действий начальника Управление и аттестационной комиссии названного Управления, связанных с привлечением к дисциплинарной ответственности, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в месячный срок со дня принятия решения суда в окончательной форме в судебную коллегию Дальневосточного окружного военного суда через Южно-Сахалинский гарнизонный военный суд.

Председательствующий: А.И. Луцкович

Решение принято в окончательной форме 27 ноября 2018 г.