Дело №2-1084/2021

42RS0023-01-2021-001608-70 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Новокузнецк 27 июля 2021 года

Новокузнецкий районный суд Кемеровской области в составе:

Председательствующего: Коптевой А.Г.

с участием помощника прокурора Новокузнецкого района Бикетовой Н.Г.

при секретаре Грошевой А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Новокузнецке гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «Объединенная угольная компанию «Южкузбассуголь» о компенсации морального вреда

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к АО «ОУК «Южкузбассуголь» о компенсации морального вреда в размере 200 000 руб, судебных расходов по составлению искового заявления 5000 руб, представительство в суде 15 000 руб, почтовые расходы 75 руб. 

Исковые требования мотивированы тем, что истец с июля ДД.ММ.ГГГГ по октябрь ДД.ММ.ГГГГ работал на шахте «Абашевская», с июня ДД.ММ.ГГГГ по июнь ДД.ММ.ГГГГ в АО шахта «Абашевская», где подвергался воздействию вредных производственных факторов, таких как тяжесть трудового процесса, шум, вибрация, несовершенство средств индивидуальной защиты, и в ДД.ММ.ГГГГ году у истца начались проблемы с поясничным отделом позвоночника, выраженные в виде болей в пояснице, ягодицах. ДД.ММ.ГГГГ истцу был установлен предварительный диагноз 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ составлен Акт о случае профессионального заболевания, причиной возникновения которого послужило длительное воздействие на организм вредного производственного фактора – вибрация, тяжесть трудового процесса, 

<

данные изъяты>. Вина истца в наличии профессионального заболевания 

<

данные изъяты> не установлена. ДД.ММ.ГГГГ истец был уволен в связи с отсутствием у работодателя работы в соответствии с медицинским заключением. Вина работодателя составляет 23,9%. В результате полученного заболевания истец лишился возможности полноценно трудиться, постоянно испытывает боли в пояснице, левой ягодице, слабость в ногах и левой стопе, руках, не может выполнять физическую работу по дому, осуществлять длительные пешие прогулки на воздухе. Поскольку ответчик является правопреемником шахта «Абашевская» и АО шахта «Абашевская», и в добровольном порядке не компенсировал причиненный моральный вред, Мамедов обратился в суд с данным иском. 

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал. Суду пояснил, что общий стаж его работы в угольной промышленности составляет 34 года 6 мес. На шахте «Абашевская» он проработал 8 полных лет подземным горнорабочим, поднимал тяжелое оборудование, выполнял работу в положении на коленях, работал в пыли, при рабочей смене продолжительностью в 6 часов. В настоящее время в связи с наличием у него профессионального заболевания 

<

данные изъяты> у него постоянно болит левая ягодица, боль отдает в бедро и в левую пятку, постоянно вынужден принимать лекарства, пользоваться разогревающими мазями, ставить блокады. При небольших физических нагрузках сразу возникает резкая боль, в связи с чем не может выполнять работу по дому, поднимать тяжести, заниматься спортом и туризмом.

Представитель истца ФИО3, исковые требования поддержал. Суду пояснил, что АО «ОУК «Южкузбассуголь» является правопреемником шахт, на которых истец работал подземным горнорабочим, вследствие чего истцу было установлено профессиональное заболевание, просил взыскать судебные расходы. 

Представитель ответчика АО «ОУК «Южкузбассуголь» ФИО4 исковые требования не признала. Суду пояснила, что ответчик не является правопреемником шахты Абашевская, в связи с чем вины ответчика в установлении истцу профессионального заболевания не имеется. Кроме того, истец ссылается на нормы Трудового кодекса РФ, между тем в период работы истца на указанных предприятиях данный нормативный акт не действовал. Более того, до ДД.ММ.ГГГГ законодательством не была предусмотрена возможность компенсации морального вреда, в связи с чем период работы истца до указанной даты не должен учитываться для определения размера компенсации морального вреда.

Помощник прокурора Новокузнецкого района Бикетова Н.Г. заявленные требования считает обоснованными, подлежащими удовлетворению с учетом требований разумности и справедливости.

Выслушав пояснения истца, представителя истца, представителя ответчика, прокурора, исследовав письменные материалы дела, суд находит иск обоснованным и подлежащим частичному удовлетворению.

В соответствии со ст. 2 Кодекса законов о труде РСФСР (утв. ВС РСФСР 09.12.1971), действовавшего в момент причинения вреда, каждый работник имеет право: на условия труда, отвечающие требованиям безопасности и гигиены; на возмещение ущерба, причиненного повреждением здоровья в связи с работой.

Согласно ст. 139 КЗоТ РСФСР на всех предприятиях, в учреждениях, организациях создаются здоровые и безопасные условия труда. Обеспечение здоровых и безопасных условий труда возлагается на администрацию предприятий, учреждений, организаций.

Действовавший ранее Гражданский кодекс РСФСР не предусматривал возможности компенсации морального вреда, причиненного в результате получения профессионального заболевания. Отношения, связанные с возмещением морального вреда, не были урегулированы и нормами трудового законодательства до введения в действие Трудового кодекса Российской Федерации, то есть до 01 февраля 2002 года.

Согласно ст. 131 Основ Гражданского законодательства Союза ССР и Республик, принятых 31 мая 1991 г. N 2211-1, которые применяются на территории РФ с 03 августа 1992 г. (Постановление ВС РФ от 14 июля 1992 г. N 3301-1 и от 03 марта 1993 г. N 4604-1), моральный вред (физические или нравственные страдания) причиненный гражданину неправомерными действиями, возмещается причинителем при наличии его вины. Моральный вред возмещается в денежном выражении или в иной материальной форме и в размере, определяемом судом, независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) содержит понятие морального вреда, под которым законодатель понимает физические и нравственные страдания и указывает, что если моральный вред причинен действиями, нарушающими личные неимущественные права, посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Статьей 1101 ГК РФ предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно п. 3 ст. 8 Федерального закона N 125-ФЗ от 24 июля 1998 года "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев и профессиональных заболеваний" возмещение морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Согласно ст. 3 указанного Федерального закона под профессиональным заболеванием понимается хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредных производственных факторов и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности.

Материалами дела, установлено, что ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал подземным горнорабочим, подземным горнорабочим очистного забоя на Шахте Абашевская Производственного объединения «Южкузбассуголь», с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ подземным горнорабочим очистного забоя в АО УК «Кузнецкуголь» АО «Шахта «Абашевская». 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлен предварительный диагноз 

<

данные изъяты> 

Медицинским заключением Центра профессиональной патологии от ДД.ММ.ГГГГ истцу установлен диагноз 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ Управлением Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Кемеровской области дана санитарно-гигиеническая характеристика условий труда ФИО1, из которой следует, что общий стаж работы истца составляет 30 лет 6мес. Стаж во вредных условиях, которые могли вызвать профессиональное заболевание по диагнозу 

<

данные изъяты> 30 лет 6 мес, при этом на предприятиях Шахта Абашевская Производственного объединения «Южкузбассуголь», АО УК «Кузнецкуголь» АО «Шахта «Абашевская» истец работал в должности горнорабочего подземного, а также подземного горнорабочего очистного забоя, где он подвергался вредным условиям воздействия, а именно, тяжести трудового процесса, вибрации локальной, производственному шуму, запыленности рабочей зоны.

В соответствии с актом о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлено профессиональное заболевание с диагнозом: «

<

данные изъяты> Вины работника в данном заболевании не имеется. Причиной заболевания послужило – длительный трудовой стаж работы в условиях воздействиях вредных производственных факторов- вибрация и тяжесть трудового процесса. 

Наличие и установление истцу профессионального заболевания находит свое подтверждение в представленных в материалы дела выписных эпикризах, копиях медицинских карт, программой реабилитации.

<

данные изъяты>

Степень вины Шахта «Абашевская» и АО «Шахта «Абашевская» в наличии у ФИО1 профессионального заболевания 

<

данные изъяты> составляет 12,3% и 11,6%, соответственно. 

Доводы представителя ответчика о том, что АО «ОУК «Южкузбассуголь» не является правопреемником Шахты «Абашевская» и АО «Шахта «Абашевская» АО УК «Кузнецкуголь» суд находит не состоятельными. 

Согласно ч.1, 4 ст.58 ГК РФ (в ред. от 08.07.1999, действующей на момент выделения), при слиянии юридических лиц права и обязанности каждого из них переходят к вновь возникшему юридическому лицу.

При выделении из состава юридического лица одного или нескольких юридических лиц к каждому из них переходят права и обязанности реорганизованного юридического лица в соответствии с разделительным балансом 

В силу ч.1 ст.59 ГК РФ, передаточный акт и разделительный баланс должны содержать положения о правопреемстве по всем обязательствам реорганизованного юридического лица в отношении всех его кредиторов и должников, включая и обязательства, оспариваемые сторонами.

Согласно ч.3 ст.60 ГК РФ, если разделительный баланс не дает возможности определить правопреемника реорганизованного юридического лица, вновь возникшие юридические лица несут солидарную ответственность по обязательствам реорганизованного юридического лица перед его кредиторами.

Как следует из исторической справки Шахта Абашевская производственного объединения «Южкузбассуголь» куда истец был принят на работу в 1986) на основании Приказа Министра № от ДД.ММ.ГГГГ Производственное объединение было переименовано в Концерн «Кузнецкуголь» Шахта «Абашевская» (откуда в 1990 истец был уволен), далее Концерн «Кузнецкуголь» был преобразован в АО УК «Кузнецкуголь», далее на основании решения комитета по управлению государственным имуществом Администрации Кемеровской области от ДД.ММ.ГГГГ № шахта «Абашевская» АО УК «Кузнецкуголь» реорганизована в АООТ «Шахта «Абашевская», которое также было реорганизовано в ОАО «Шахта «Абашевская». Решением общего собрания акционеров от ДД.ММ.ГГГГ ОАО «Шахта «Абашевская» реорганизовано путем выделения и образования новых юр.лиц- ОАО «Шахта «Абашевская-Н» и ОАО «Шахта «Кушеяковская», которые являются правоприемниками ОАО «Шахта «Абашевская» в части предусмотренной передаточными актами и разделительными балансами. ОАО «Шахта «Абашевская-Н» реорганизовано путем слияния в ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» филиал «Шахта «Абашевская». 

Из представленного разделительного баланса ОАО «Шахта «Абашевская-Н» не усматривается, что при ее реорганизации вопрос о правопреемстве по обязательствам по возмещении вреда здоровью, причиненного работникам реорганизованного лица, определен, а следовательно, АО «ОУК «Южкузбассуголь», как правопреемник ОАО «Шахта «Абашевская-Н», которое в свою очередь является правопреемником и солидарным должником по обязательствам ОАО «Шахта «Абашевксая», возникшим до его выделения, должно нести ответственность, в том числе, и по возмещению вреда здоровью работникам ОАО «Шахта «Абашевская».

Не доверять исследованным выше судом доказательствам в их совокупности, у суда оснований не имеется, поскольку они взаимно дополняют и подтверждают друг друга, не содержат противоречий, согласуются с доводами истца. Таким образом, данные доказательства позволяют суду прийти к выводу о том, что профессиональное заболевание у ФИО1 возникло, в том числе в период его работы на шахте «Абашевксая» и АО Шахта «Абашевская», в связи с чем на ответчика, как правопреемника указанных предприятий, следует возложить обязанность по компенсации истцу морального вреда, причиненного в связи с установлением профессионального заболевания и 

<

данные изъяты>, поскольку именно работодатель обязан обеспечить безопасные условия труда. При этом вины ФИО1 в возникновении у него профессионального заболевания не установлено.

Между тем, обоснованными являются доводы представителя ответчика о том, что до ДД.ММ.ГГГГ законодательством не была предусмотрена возможность компенсации морального вреда, в связи с чем период работы истца с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, когда он работал подземным горнорабочим, подземным горнорабочим очистного забоя на Шахте Абашевская Производственного объединения «Южкузбассуголь» не должен учитываться для определения размера компенсации морального вреда.

В соответствии с п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (с последующими дополнениями и изменениями), если моральный вред причинен до введения в действие законодательного акта, предусматривающего право потерпевшего на его компенсацию, требования истца не подлежат удовлетворению, в том числе и в случае, когда истец после вступления этого акта в законную силу испытывает нравственные или физические страдания, поскольку на время причинения вреда такой вид ответственности не был установлен и по общему правилу действия закона во времени закон, усиливающий ответственность по сравнению с действовавшим на время совершения противоправных действий, не может иметь обратной силы (п. 1 ст. 54 Конституции Российской Федерации).

Если противоправные действия (бездействие) ответчика, причиняющие истцу нравственные или физические страдания, начались до вступления в силу закона, устанавливающего ответственность за причинение морального вреда, и продолжаются после введения этого закона в действие, то моральный вред в указанном случае подлежит компенсации.

Судом установлено, что ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал на шахте «Абашевская» подземным горнорабочим, откуда был уволен ДД.ММ.ГГГГ, т.е. противоправное бездействие предшественника ответчика, не обеспечившего безопасные условия труда прекратились до введения закона в действие.

Таким образом, судом установлено, что в результате получения профессионального заболевания истец испытывает физические страдания, выражающиеся в физической боли, неприятных ощущениях, необходимости получения медицинского лечения, а также нравственные страдания, выражающиеся в переживаниях по поводу потери профессиональной трудоспособности, появившемся чувстве неполноценности, невозможности ведения прежнего образа жизни и невозможности выполнения физической работы в домашнем хозяйстве.

Определяя размер компенсации морального вреда в соответствии с требованиями статей 151, 1101 ГК РФ, суд исходит из того, что факт наличия у ФИО1 профессионального заболевания подтвержден материалами дела; принимает во внимание характер и степень физических и нравственных страданий истца, невозможность полноценного ведения прежнего образа жизни, изменение бытовой активности и качества жизни, а также невозможности продолжить трудовую деятельность по профессии в связи с профессиональным заболеванием, суд также учитывает отсутствие вины ФИО1 в наличии у него профессионального заболевания.

Определяя степень вины ответчика в развитии профессионального заболевания ФИО1 суд учитывает, что стаж работы истца в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызвать профзаболевание – 34 года, в том числе на АО шахта «Абашевская» 4 года, что составляет 11,6% от общего стажа работы во вредных условиях. 

Таким образом, учитывая степень вины ответчика в причинении истцу вреда здоровью, суд считает, что с ответчика подлежит взысканию компенсация морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием 

<

данные изъяты> в сумме 100 000 руб. 

Взыскиваемый размер компенсации морального вреда отвечает требованиям разумности и справедливости, обстоятельствам, при которых был причинен вред.

Согласно ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии с ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах (ст.100 ГПК РФ).

Истцом понесены судебные расходы по составлению искового заявления - 5000 руб и за представительство в суде 15 000 руб., а также почтовые расходы в сумме 75 руб, а всего 20 075 руб, которые подтверждаются представленной квитанцией, договором оказания услуг, договором поручения.

В соответствии со ст. 98, ч.1 ст.100 ГПК РФ суд, исходя из сложности дела и занятости представителя в процессе, учитывая фактически оказанные услуги представителя, объем совершенных представителем действий по составлению документов, количество судебных заседаний, учитывая требования разумности, справедливости, частичного удовлетворения заявленных истцом требований, полагает возможным взыскать с АО «ОУК «Южкузбассуголь» судебные расходы по составлению искового заявления 5000 руб, за представительство в суде 10 000 руб, а также почтовые расходы 75 руб, а всего в размере 15 075 руб. 

Государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается в соответствующий бюджет с ответчика, если он не освобожден от уплаты государственной пошлины, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований (ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, пп. 8 п. 1 ст. 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации). 

На основании изложенного с ответчика в доход местного бюджета подлежит уплата государственной пошлины в размере 300 рублей. 

Руководствуясь ст.194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Акционерному обществу «Объединенная угольная компанию «Южкузбассуголь» о компенсации морального вреда удовлетворить. 

Взыскать с Акционерного общества «Объединенная угольная компанию «Южкузбассуголь» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, судебные расходы в сумме 15 075 рублей.

Взыскать с Акционерного общества «Объединенная угольная компанию «Южкузбассуголь» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей. 

Решение суда может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в течение месяца со дня составления мотивированного решения. 

Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья А.Г.Коптева