Дело № 2-167(1)/2020

64RS0030-01-2020-000135-60

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

03 сентября 2020 года г. Ртищево Саратовской области

Ртищевский районный суд Саратовской области в составе председательствующего судьи Шароновой Е.С.,

с участием помощника Ртищевского межрайонного прокурора Ануфриева А.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Спициной Т.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о взыскании материального ущерба и морального вреда, причиненного преступлением,

установил:

ФИО1 обратился в суд с исковыми требованиями к ФИО2, ФИО4 о взыскании материального ущерба и морального вреда, причиненных преступлением. 

В обоснование заявленных требований указал, что 08 апреля 2019 года ФИО2 и ФИО4, применив в отношении него насилие, открыто похитили принадлежавшее ему имущество, причинив материальный ущерб на сумму 

<

данные изъяты>. 

При этом ответчики по очереди наносили истцу удары руками и ногами по телу, большую часть из них наносил ФИО2, который с особой жестокостью избивал его, наносил множество ударов руками и ногами в жизненно важные органы, от которых он неоднократно терял сознание, тащил его по земле, в результате чего его одежда задралась, и кожа на спине, пояснице, ягодице была содрана, привязав истца к дереву, душил его, продолжал избивать, пока истец не потерял сознание, от нанесенных ударов у истца была разбита голова и лицо, он истекал кровью. От полученных травм истец претерпевал нравственные страдания, связанные с мучениями, вызванными сильными болевыми ощущениями в области головы, спины. Его лицо и тело сильно опухло, глаза были отекшие, а белки глаз кровяного цвета, правое веко было разбито, сильно кровоточило, тело покрылось синяками и ссадинами, в связи с чем, он в течение месяца не мог нормально сидеть, лежать, спать и передвигаться. Любое телодвижение доставляло ему сильную боль. Поскольку кожный покров в области поясницы и ягодиц был содран, приходилось ежедневно в течение месяца обрабатывать раны, с кровью отдирая от тела перевязку, всё это причиняло сильные болевые ощущения и стресс, невозможность носить одежду, так как раны кровоточили. Ввиду причиненной в результате преступления черепно-мозговой травмы здоровье истца значительно ухудшилось, появилась сильная слабость, ухудшилась память и зрение, в настоящее время развивается глаукома, боли в области основания черепа, головные боли, затруднения при поворотах шеей, боли в руке. 

В связи с полученными травмами истец находился на стационарном лечении в хирургическом отделении ГУЗ СО «Ртищевская районная больница» с 08 по 17 апреля 2019 года. 

Между истцом и ответчиками была достигнута устная договоренность, о возмещении материального ущерба, причиненного преступлением в сумме по 

<

данные изъяты> с каждого. Законный представитель несовершеннолетнего ФИО4 – ФИО3 возместила материальный ущерб в полном объеме, а ФИО2 возместил частично в размере 

<

данные изъяты>. 

С учетом уточнения и частичного отказа от исковых требований просил взыскать с ФИО2 

<

данные изъяты> в счет возмещения стоимости похищенных ювелирных изделий, а также компенсацию морального вреда, причиненного преступлением, в сумме 

<

данные изъяты>; а с ФИО4 - компенсацию морального вреда, причиненного преступлением, в сумме 

<

данные изъяты>, возложив субсидиарно обязанность по выплате указанной суммы на его законного представителя ФИО3.

Истец, будучи надлежащим образом извещенным о судебном заседании, в суд не явился, заявив ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие. Ранее в судебном заседании заявленные исковые требования поддержал с учетом частичного отказа и уточнения.

Ответчик ФИО2, будучи извещенным о судебном заседании, в суд не явился, в настоящее время отбывает наказание в ФКУ «Исправительная колония № 33 УФСИН России по Саратовской области».

В связи с тем, что на момент возбуждения гражданского дела судом ФИО4 не достиг совершеннолетия и истцом были заявлены требования о возложении субсидиарной ответственности на его законного представителя ФИО3, последняя была привлечена к участию в деле в качестве ответчика, её полномочия в качестве законного представителя на дату вынесения решения прекращены в связи с достижением ФИО4 совершеннолетия. 

Ответчик ФИО4, будучи извещенным о судебном заседании, в суд не явился. Ранее в судебном заседании исковые требования признал, заявив ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие.

Суд в соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее также ГПК РФ) рассмотрел дело в отсутствии неявившихся участников процесса.

Исследовав представленные доказательства, заслушав заключение прокурора, полагавшего необходимым частично удовлетворить заявленные исковые требования, суд приходит к следующим выводам. 

Статьей 52 Конституции Российской Федерации гарантировано право лица, потерпевшего от преступления, на возмещение убытков.

Способы защиты гражданских прав предусмотрены в статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее также ГК РФ). Выбор способа защиты права принадлежит истцу.

По правилам статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных убытков, под которыми понимаются, в частности, расходы, которые это лицо произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).

На основании пунктов 1,2 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинён не по его вине. 

В силу статьи 1074 ГК РФ несовершеннолетние в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет самостоятельно несут ответственность за причиненный вред на общих основаниях.

Пунктом 2 статьи 1074 ГК РФ предусмотрено, что в случае, когда у несовершеннолетнего в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет нет доходов или иного имущества, достаточных для возмещения вреда, вред должен быть возмещен полностью или в недостающей части его родителями (усыновителями) или попечителем, если они не докажут, что вред возник не по их вине. Обязанность родителей (усыновителей), попечителя и соответствующей организации по возмещению вреда, причиненного несовершеннолетним в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет, прекращается по достижении причинившим вред совершеннолетия либо в случаях, когда у него до достижения совершеннолетия появились доходы или иное имущество, достаточные для возмещения вреда, либо когда он до достижения совершеннолетия приобрел дееспособность (п. 3). 

Согласно пункту 1 статьи 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. В соответствии с пунктом 2 указанной выше статьи по заявлению потерпевшего и в его интересах суд вправе возложить на лиц, совместно причинивших вред, ответственность в долях.

В соответствии с пунктом 1 статьи 150 ГК РФ право на жизнь и здоровье наряду с другими нематериальными благами и личными неимущественными правами принадлежит гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемо и непередаваемо иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с данным Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренными, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12 ГК РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения (п. 2 ст. 150 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами главы 59 (ст. 1064-1101 ГК РФ) и статьи 151 ГК РФ.

Статьей 151 ГК РФ предусмотрено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу пункта 1 части 1 статьи 6 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации уголовное судопроизводство имеет своим назначением защиту прав и законных интересов лиц и организаций, пострадавших от преступлений. 

Способом защиты прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, является гражданский иск о возмещении имущественного вреда, причиненного преступлением, который, как следует из статьи 42 данного Кодекса, может быть подан по усмотрению потерпевшего в рамках производства по уголовному делу либо в порядке гражданского судопроизводства с учетом установленной законом подведомственности дел в суд общей юрисдикции или в арбитражный суд. 

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 28.04.2020 № 21-П, обязанность возместить причиненный вред является, как правило, мерой гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину. 

В соответствии с частью 4 статьи 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях деяний лица, в отношении которого вынесен приговор, лишь по вопросам о том, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Как установлено судом, приговором Ртищевского районного суда Саратовской области от 30 октября 2019 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Саратовского областного суда от 29 января 2020 года, ФИО2 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а, г» ч. 2 ст. 161, ч. 1 ст. 166 УК РФ, и ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 3 года с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима; ФИО4 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а, г» ч. 2 ст. 161 УК РФ и ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 6 месяцев с отбыванием наказания в воспитательной колонии. 

По данному уголовному делу истец был признан потерпевшим и гражданским истцом (т.1 л.д.160-161, 166), а ФИО2 и ФИО4 привлечены в качестве гражданских ответчиков (т.1 л.д.164,165). 

Гражданский иск был заявлен в рамках рассмотрения уголовного дела, за гражданским истцом ФИО1 признано право на удовлетворение гражданского иска по требованиям о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда, вопрос о размере возмещения передан на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.

Согласно пункту 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 июня 2010 г. № 17 "О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве" при необходимости произвести связанные с гражданским иском дополнительные расчеты, требующие отложения судебного разбирательства, суд может признать за гражданским истцом право на удовлетворение гражданского иска и передать вопрос о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства (часть 2 статьи 309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации). В таких случаях дополнительного заявления от гражданского истца не требуется. 

Указанная правовая позиция подтверждается Определением Конституционного Суда Российской Федерации от 4 июля 2017 г. № 1442-О, в котором указано, что если во вступившем в законную силу приговоре принято решение по существу гражданского иска, - в том числе в случае, когда такой иск разрешен в отношении права на возмещение вреда, а вопрос о размере возмещения передан для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства, - оно является обязательным для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, других физических и юридических лиц, в том числе для судов, рассматривающих гражданские дела. 

Вступившим в законную силу вышеуказанным приговором суда установлено, что 08 апреля 2019 года в период с 04 до 06 часов ФИО2 и ФИО4, находясь в состоянии алкогольного опьянения, путем обмана ФИО1, под предлогом распития спиртных напитков с последним, пришли в лесопосадки, расположенные в 500 метрах от территории МУП «Водозабор» по адресу: 

<

...>.

Находясь в указанном месте, действуя совместно и согласованно, то есть группой лиц по предварительному сговору, с целью подавления воли к сопротивлению, ФИО2 в присутствии ФИО4, нанес один удар рукой в лицо ФИО1, от которого последний, упал на землю. После чего, ФИО2 нанес ФИО1 не менее двух ударов рукой в лицо, от которых последний испытал физическую боль. Присутствующий ФИО4, действуя совместно и согласованно с ФИО2, в соответствии с ранее достигнутой между ними договоренностью, нанес ФИО1, находящемуся на земле, не менее двух ударов руками в область головы, от которых ФИО1 также испытал физическую боль, то есть применили к нему насилие, не опасное для его жизни и здоровья. 

После этого, ФИО2 совместно с ФИО4, осуществляя свой преступный умысел, направленный на открытое хищение имущества, группой лиц по предварительному сговору, видя, что ФИО1 осознаёт и наблюдает за ними и понимает открытый характер их действий, открыто похитили у потерпевшего: наручные часы марки «ORIENT» стоимостью 

<

данные изъяты>; мобильный телефон марки «BQ» 5059 стоимостью 

<

данные изъяты> в чехле стоимостью 

<

данные изъяты>, со вставленной флеш-картой «microSD SanDisk 2 GB» стоимостью 

<

данные изъяты>; золотую цепочку плетением «Бисмарк» пробой «585» стоимостью 

<

данные изъяты>; золотой крестик пробой «585» стоимостью 

<

данные изъяты>; золотую печатку пробой «585» стоимостью 

<

данные изъяты>, а также денежные средства в сумме 

<

данные изъяты>, купюрами 

<

данные изъяты> - 2 шт., 

<

данные изъяты> - 2 шт., и брелок с ключом от машины, не представляющий материальной ценности, а всего на общую сумму 

<

данные изъяты>. Затем подсудимые, действуя совместно, по земле подтащили ФИО1 к дереву, где связали его руки ремнем и оставили на месте.

В результате совместных преступных действий ФИО2 и ФИО4 потерпевшему ФИО1 были причинены следующие телесные повреждения: два кровоподтека век обоих глаз, которые расцениваются как повреждения, не причинившее вред здоровью человека; ссадина поясничной области слева и левой ягодицы, которые расцениваются как повреждения, не причинившее вред здоровью человека.

После чего, ФИО2 и ФИО4 с места совершения преступления скрылись, обратив похищенное имущество в свою собственность и распорядившись им по своему усмотрению, причинив потерпевшему ФИО1 материальный ущерб на сумму 

<

данные изъяты>. 

Согласно выводам, изложенным в заключении экспертизы от 11 января 2009 года, проведенной в ходе расследования уголовного дела, остаточная стоимость цепи, изготовленной из золота 585 пробы, весом 5,33 гр., плетением «Бисмарк», составила 

<

данные изъяты>; остаточная стоимость креста, изготовленного из золота 585 пробы, весом 2,8 гр., составила 

<

данные изъяты>; остаточная стоимость печатки мужской, изготовленной из золота 585 пробы, весом 9,70 гр., составила 

<

данные изъяты>.Из заключения эксперта от 03 июля 2019 года № 143 усматривается, что у ФИО1 имелись следующие телесные повреждения: группа «А»: два кровоподтека век обоих глаз. Указанные повреждения возникли от однократного воздействия тупого твердого предмета, имеющего ограниченную травмирующую поверхность, возможно 08 апреля 2019 года, расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека. Группа «Б»: ссадина поясничной области слева и левой ягодицы. Указанное повреждение возникло от однократного воздействия тупого твердого предмета, с преобладающей травмирующей поверхностью, возможно при падении и ударе о тупой твердый предмет с последующим скольжением по нему, возможно 08 апреля 2019 года, расценивается как повреждение, не причинившее вред здоровью человека. Вышеуказанные телесные повреждения возникли от не менее двух травматических воздействий.

Таким образом, вступившим в законную силу приговором суда установлена противоправность поведения ответчиков, причинная связь между их противоправным поведением и наступлением вреда, а также виновность ответчиков в совершении преступления.

Как установлено приговором, стоимость похищенных у истца ювелирных изделий (золотая цепочка плетением «Бисмарк» пробой «585»; золотой крестик пробой «585»; золотая печатка пробой «585») составляет 

<

данные изъяты> (11726+6720+19400).

Согласно абзацу 1 статьи 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

Абзацем 2 статьи 1080 ГК РФ предусмотрено, что по заявлению потерпевшего и в его интересах суд вправе возложить на лиц, совместно причинивших вред, ответственность в долях, определив их применительно к правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 1081 ГК РФ.

В исковом заявлении потерпевшего содержится просьба о взыскании суммы причиненного материального ущерба с ответчика ФИО2 в сумме 

<

данные изъяты> (в равных долях с ФИО4).

Из материалов дела усматривается и никем не оспаривается, что материальный вред, причиненный ФИО4, был возмещен истцу в сумме 

<

данные изъяты>, а ущерб, причиненный ФИО2, был возмещен в сумме 

<

данные изъяты>, что подтверждается копиями расписок истца (т.1 л.д. 162-163). 

Поскольку размер материального ущерба, причиненного истцу преступлением, установлен вступившим в законную силу приговором суда, а доказательств возмещения вреда в полном объеме ответчиком ФИО2 не представлено, суд приходит к выводу о взыскании в пользу истца с ответчика ФИО2 в счет возмещения ущерба 

<

данные изъяты> (37846:2-5000). 

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья, либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда").

По смыслу закона, нашедшему закрепление в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", потерпевший, здоровью которого причинен вред, во всех случаях испытывает физические и нравственные страдания, и, следовательно, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

В постановлении Европейского Суда по правам человека от 18 марта 2010 г. по делу "Максимов (Maksimov) против России" указано, что задача расчета размера компенсации является сложной. Она особенно трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание и тоску. Национальные суды всегда должны в своих решениях приводить достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемую заявителю. В противном случае отсутствие мотивов, например, несоразмерно малой суммы компенсации, присужденной заявителю, будет свидетельствовать о том, что суды не рассмотрели надлежащим образом требования заявителя и не смогли действовать в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда.

Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 ГК РФ) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. 

Руководствуясь вышеуказанными нормами права и актами их толкования, учитывая фактические обстоятельства дела, при которых ФИО1 причинены телесные повреждения в виде кровоподтеков век обоих глаз, ссадин поясничной области слева и левой ягодицы, суд приходит к выводу о том, что истец испытывал физические и нравственные страдания и имеет право на компенсацию морального вреда.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Исходя из положений статьи 1101 ГК РФ, принимая во внимание имеющееся в материалах дела заключение эксперта от 03 июля 2019 года № 143, свидетельствующее о том, что причиненный истцу вред квалифицирован как повреждения, не причинившие вред здоровью человека, характер физических и нравственных страданий истца, фактические обстоятельства дела, установленные вступившим в законную силу приговором суда, признание ответчиком ФИО4 исковых требований о возмещении причиненного истцу морального вреда в размере 

<

данные изъяты>, суд полагает возможным определить размер подлежащей взысканию с ответчика ФИО4 компенсации морального вреда в сумме 

<

данные изъяты>, а размер подлежащей взысканию с ответчика ФИО2 компенсации морального вреда в сумме 

<

данные изъяты>, поскольку именно указанные суммы с учетом установленных по делу обстоятельств и конкретных противоправных действий причинителей вреда в наибольшей степени отвечают требованиям разумности и справедливости, способствуют восстановлению нарушенных прав истца.

Как достоверно подтверждается материалами дела, по состоянию на дату вынесения решения ФИО4 достиг совершеннолетия, в связи с чем, обязанность его законного представителя ФИО3 по возмещению вреда, причиненного им в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет, прекратилась в соответствии с пунктом 3 статьи 1074 ГК РФ. 

В соответствии со статьей 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. 

Согласно подпункту 4 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации (далее также НК РФ) от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым Верховным Судом Российской Федерации в соответствии с гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации и законодательством об административном судопроизводстве, судами общей юрисдикции, мировыми судьями, освобождаются истцы по искам о возмещении имущественного и (или) морального вреда, причиненного преступлением.

Истец в соответствии с подпунктом 4 пункта 1 статьи 333.36 НК РФ был освобожден от уплаты государственной пошлины при обращении в суд. 

Согласно части 1 статьи 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации. 

В рамках данного дела судом рассмотрены требования имущественного характера (о возмещении материального ущерба, причиненного преступлением) и неимущественного характера (взыскание морального вреда).

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче исковых заявлений, содержащих требования как имущественного, так и неимущественного характера, одновременно уплачиваются государственная пошлина, установленная для исковых заявлений имущественного характера, и государственная пошлина, установленная для исковых заявлений неимущественного характера. 

В соответствии с абзацем 2 подпункта 1 пункта 1 статьи 333.19 НК РФ по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, государственная пошлина при подаче искового заявления имущественного характера, подлежащего оценке, при цене иска до 

<

данные изъяты> уплачивается в размере 4 процента цены иска, но не менее 

<

данные изъяты>.

Согласно абзацу 2 подпункта 3 пункта 1 статьи 333.19 НК РФ при подаче физическим лицом искового заявления имущественного характера, не подлежащего оценке, а также искового заявления неимущественного характера государственная пошлина уплачивается в размере 

<

данные изъяты>. 

Таким образом, с ФИО2 подлежит взысканию государственная пошлина в доход бюджета Ртищевского муниципального района Саратовской области в размере 

<

данные изъяты> (557+150), а с ФИО4 - 

<

данные изъяты>.

Руководствуясь статьями 194-198, 321 ГПК РФ, 

решил:

исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 

<

данные изъяты> в счет компенсации материального ущерба, 

<

данные изъяты> в счет компенсации морального вреда, причиненных преступлением.

Взыскать с ФИО2 государственную пошлину в доход бюджета Ртищевского муниципального района Саратовской области в размере 

<

данные изъяты>.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО1 

<

данные изъяты> в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением.

Взыскать с ФИО4 государственную пошлину в доход бюджета Ртищевского муниципального района Саратовской области в размере 

<

данные изъяты>.

В удовлетворении оставшейся части исковых требований отказать. 

Решение может быть обжаловано в Саратовский областной суд путем подачи апелляционной жалобы, а прокурором - представления через Ртищевский районный суд Саратовской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья